Галина Федоренко: «Я не знала, что работа на земле доставляет такую радость!»


Может быть потому, что я сама – женщина, больше всего я люблю писать статьи именно о женщинах. Особенно о простых женщинах, которые смогли преодолеть самих себя, – не сдались, не сломались, когда встретили трудности. О женщинах, сохраняющих семью и традиции, об идущих вперед и не боящихся тяжелого труда. Но при этом остающихся Женщинами. С Большой буквы. Которым, будь я мужчиной, сочиняла бы стихи и целовала бы руки… И не только в День 8 марта.
Героиня моего сегодняшнего интервью – как раз такая Женщина. Это фермер Галина Ивановна Федоренко из Матвеева Кургана.

– Галина Ивановна! Расскажите немного о себе – откуда Вы родом?
– Родилась я в селе Каменно-Тузловка. Сейчас это Куйбышевский район, а тогда был Матвеево-Курганский. Папа мой был водителем, мама всю жизнь работала в колхозе и совхозе.Когда мне исполнилось три года, родители переехали в Рясное. Так что я –местная.У моей мамы было очень трудное детство. Я у нее поздний ребенок, она меня в родила в сорок лет. Бабушка моя, мамина мама, в 1943 году осталась одна. И на руках – семеро детей! Дедушка был призван на фронт в 1942 году, а через год пропал без вести. Нашли мы его с братом только три года назад. Представляете: его всю жизнь искала бабушка, искали мои родители. А нашли только мы, я и брат, когда был создан сайт «Мемориал». Оказалось, дедушка погиб в Калужской области. Мы ездили туда…
Да, детство моей мамы было очень трудным. Я до сих пор не могу себе представить, что пришлось пережить бабушке, чтобы суметь одной поднять семерых детей. Воспитать их нормальными, добрыми, хорошими людьми. И что ей пришлось ради этого сделать… Потому история моей семьи по материнской линии оказала огромное влияние на мое становление и воспитание. Мама моя – крестьянка. Она всегда была в работе, всегда занята. И самое главное в моем воспитании для нее была вовсе не учеба. Про учебу она мне только один раз сказала: «Смотри, если я пойду на собрание в школу, и мне там скажут о тебе, что ты учишься хуже, чем Света Демяник (одноклассница и подруга), – не обижайся». Мне этого было достаточно. Я училась сама, никто не сидел надо мной и меня не контролировал. Зато мама старалась научить меня не бояться любой работы. И все уметь самой. И приготовить, и убрать, и постирать, и на огороде, и с хозяйством управиться.
– И какую же профессию Вы выбрали после школы?
– Я стала торговым работником, кооператором. Сначала, правда, хотела быть экономистом. Подала документы в РГУ. Приехала домой, мама спрашивает: «Сколько лет учиться?» Я ей: «Пять» Она: «Это долго! Или туда, где три». Я и забрала документы из университета, поступив в кооперативный техникум. У меня в школьном аттестате была только одна четверка – по черчению, и куча похвальных листов по всем предметам. Так что поступила я без экзаменов. А после окончания техникума по распределению отработала два года в Зернограде. Там я попала в коллектив к Железной Любови Федоровне, ее в торговле вся Ростовская область до сих пор знает. Она сегодня производитель крупяных изделий.
Потом, когда мужа, закончившего к тому времени Азово-Черноморский институт, перевели в Матвеев Курган, вместе с ним приехала и я. Здесь как раз был руководителем райпо Пантелей Матвеевич Дорошенко. Учитывая, что у меня уже был опыт работы в торговле, меня поставили руководить Политотдельским сельпо. Когда пришел Михаил Петрович Папа, меня назначили директором оптовой базы.
– Вы работали в местной торговле в один из самых сложных для нее периодов. Чему Вас научила эта работа?
– Она дала опыт. В моей семье ведь не было начальников. Все, чему я научилась – я научилась сама, набивая свои шишки. Наверное, и сейчас в торговле не слишком легко, как впрочем, и везде. А тогда для меня самым трудным было торговать при отсутствии товара. Когда в магазинах пусто было, и мы даже крупу выдавали по талонам. И над каждым талоном потом тряслись, и все бесконечно пересчитывали, чтобы этот маленький квиточек не потерялся, не дай бог никуда… Это было морально очень тяжело. Хотя, все мы в прошлом – советские люди, и воспитаны были так, что надо – значит, надо… Потому работали. И выдерживали.
А может, тогда еще и молодые были. В садик на себе сына утром отнесу (какие тогда автомобили!), и в половину восьмого утра – так требовали от всех директоров – я уже на рабочем месте. И так – шесть дней в неделю. При этом я очень радовалась, что у меня такая хорошая работа, где я могу заработать что-то для своей семьи. Потому что помогать мне было некому, и надеяться не на кого – мои родители были простые люди, которые жили очень скромно.
– Фермерством поначалу муж занялся?
– Да, в 1992 году, когда пошла волна фермерства, частного предпринимательства, он вместе с несколькими товарищами рискнул и вышел из колхоза, начав заниматься фермерством. Конечно, шли туда на свой страх и риск. Никто не знал ничего. В том числе и того, насколько долго продержится в стране фермерство. Но все-таки рискнули, понадеявшись на свои руки и на свою голову. Первый участок земли, который муж получил, был 40 гектаров. С тех пор все и пошло потихоньку…
– Акак Вам сейчас самостоятельно заниматься фермерством? Ведь это для Вас – новая деятельность.
– Ну, не такая уж и новая. Я с детства выросла на земле и прекрасно управлялась на своем приусадебном участке. Ну а потом, когда я осталась без мужа – мне же не двадцать лет было. Сорок пять! Опыт был, в том числе и опыт руководящей работы. Отношения с людьми. Да и с мужем я тоже успела присмотреться к сельскому хозяйству.
– Женщина-фермер отличается от мужчины?
– Абсолютно ничем не отличается. Производство – оно и есть производство. Встаешь с утра в пять, в половине шестого – и делаешь то, что требуется. А если сезон, так и вовсе затемно встаешь. Механизаторы у меня тоже уже свое дело знают. В общем – это сельское хозяйство, тут своя специфика. Одинаковая для всех. Тем более, на земле один день часто год кормит…
А поскольку хозяйство у меня небольшое, то я в нем многое сама выполняю: я и руководитель, и инженер, и агроном. Хотя бригадир и механизаторы у меня, конечно, есть. В технике я не мастак…
– И где, по-Вашему, труднее: в сельском хозяйстве или в торговле?
– Работать везде нужно. В торговле тоже несладко, поверьте. Стоять за прилавком и работать с людьми – очень тяжело. Людей же, особенно сейчас, много встречается обиженных, озлобленных, недовольных.
Хотя в торговле однозначно легче в том плане, что ты, зная свои затраты и цену товара, можешь примерно рассчитать наперед рентабельность. И, соответственно, с большей уверенностью планировать свое будущее, особенно его финансовую составляющую. В сельском хозяйстве такого нет. Я сею четыре-пять культур. А какая будет цена, когда придет пора уборки – не знаю. Вот почем в этом году в июле будет пшеница? Этого никто не скажет! А как тогда посчитать рентабельность?
Идешь на высокую урожайность – значит, несешь и большие затраты. А вдруг закупочная цена потом не окупит этих затрат? И вообще, как предсказать, какая будет погода, какая урожайность у других сельхозпроизводителей в регионе? В прошлом году уборочная началась – пятый класс пшеницы стоил летом 8 рублей 30 копеекза килограмм. А потом цена упала до 6.70, например. Сейчас – уже 8.10. Как угадать, когда выгоднее продавать? Тут и интуиция важна, и опыт. И даже просто везение.
– В прошлом сезоне сельхозпроизводители жаловались, что им усложнили требования к продаже зерна.
– Я в прошлом сезоне все свое зерно продала за безналичный расчет и в строгом соответствии с требованиями закона. Работаю открыто, плачу все налоги. Даже с механизаторами работаю, перечисляя им зарплату на карточки. Так что с этой стороны для меня все нормально и нет никаких проблем. Для меня гораздо более волнующий вопрос – именно стабильность ценовой политики в государстве. Чтобы я могла планировать свои затраты на ГСМ, на удобрения, и так далее. И знала, хотя бы примерно, по какой цене я смогу продать произведенное зерно и другие сельхозкультуры. Пока, к сожалению, приходится в этом плане надеяться только на Господа Бога. Который, спасибо, поддержал нас, селян, в плане погодных условий за последние несколько лет.
Увы, в сельском хозяйстве невозможно предсказать на сто процентов, каким будет год: урожайным или нет. Вот у нас на дворе первое марта, а мы еще даже в поле не выезжали! Девятый сезон я отрабатываю: полностью записываю все даты работ и погодные условия – а такого еще не было. И с осторожностью думаю: «Каждый год примерно одинаковое количество осадков за все месяцы выпадает. Если сейчас так много снега – вдруг летом засуха?» И опять, как и другие фермеры, на небо смотрю с надеждой…
– А у кого учитесь хозяйствованию? Кто дает советы, если возникают трудности?
– Да у всех учусь. У меня очень много друзей-фермеров, со многими я с молодости дружу. Да и в АККОР у нас всегда такая порядочная, дружественная, открытая обстановка. В торговле, я бы сказала, немного не так. У фермеров иначе: мы друг дружку больше поддерживаем. И я всегда к любому могу обратиться и обращалась уже не раз за советом или помощью. Многие, кстати, очень с пониманием относятся к тому, что я женщина и чего-то могу не знать… И, главное, никто ни разу не сказал мне, что я взялась не за свое дело, приняв решение продолжить труд своего мужа.
– Решение далось Вам тяжело?
– Первое время, когда я осталась одна, я работала и в райпо, и занималась фермерством. И дай бог здоровья всем, кто был со мной рядом все эти три года, пока я совмещала две работы. Всем, кто понял, что мне нужно время, чтобы прийти в себя и смочь подняться.
Конечно, мне было страшно. Но у меня от матери черта: когда мне плохо или тяжело, я работаю. И, чем хуже и тяжелее – тем больше и упорнее я работаю. Это мой жизненный принцип: «Работа и труд все перетрут».И я начала работать…
Я помню, как начинал мой муж. Тогда ведь можно было легко купить землю и расширить хозяйство, земля стоила гораздо дешевле, чем сейчас. Но свободных денег не было. Не было и залогового имущества, чтобы даже кредит в банке взять на что-то. Техника вся старая, собранная из чего попало, много раз ремонтированная. И той не хватало. Мужу было очень трудно тогда. Но все-таки выкарабкались, встали на ноги. Жить бы да радоваться…
После его смерти я могла принять любое решение. В том числе и сдать землю в аренду, чтобы жить спокойно. Но внутри билась мысль: «Столько ведь сил потрачено! Неужели у меня не получится?» А теперь вот и не выгонишь меня с поля…
– Как Вы считаете, есть ли сегодня будущее у российского фермерства? Многие мелкие сельхозпроизводители говорят, что чем дальше, тем больше рынок будут захватывать крупные агрохолдинги.
– Я, как женщина, на это счет думаю так: надо просто хорошо делать свое дело. А будущее всех рассудит. Я просто ставлю перед собой маленькие цели и стараюсь их добиваться. Сохранить хозяйство, развивать его. Оставить сыну и двоим внукам… Мне невестка за четыре года двоих внуков подарила!
Я и сама не знала, что работа на земле будет мне такуюрадость доставлять. Я, женщина, с огромным удовольствием могу вам сказать: сейчас придет весна, и я каждое утро буду подниматься и не в пыльный офис приходить, а идти в широкое поле. И там я каждый день буду видеть, как оживает природа, как каждый день в ней появляется что-то новое. Как расцветают, сменяя друг дружку, новые цветы. Как растут мои растения на просторе, как они тянутся к солнцу, разворачивая листочки. И я счастлива, что могу видеть все это. И счастлива, что от меня тоже зависит, как все вокруг меня будет расти и развиваться…
– А стиль руководства у мужчин и у женщин различается?
– О, это давно известно и все говорят: «С мужиками работать – одно удовольствие. С женщинами – не дай Бог». Женщина – более въедливый и дотошный руководитель, склонный вникать в дело глубже и больше замечать недостатки. Мужчинам с нами порой довольно тяжело…
– Как по-Вашему, чем от всех прочих отличается донская женщина?
– Донская женщина –красивая. Наши женщины – они как сияющие солнышки всегда. Всегда очень активные, яркие, самостоятельные. А еще – открытые и добрые, как наша южная донская степь…
– А счастливой что может донскую женщину сделать?
– Счастливой не только донскую, – любую женщину – делает мужчина. Он ее лепит, как скульптор, «сильными и нежными руками». От мужчины, в руки которого попадает женщина, очень многое зависит. А второе условие – это материнство. Я думаю, счастливая женщина – это мать. У меня хороший сын. Он не уехал отсюда, осталсявМатвеевом Кургане. А еще – у меня прекрасная невестка и прекрасные внуки. Может быть, кто-то из них, когда подрастет, выкажет интерес к земле, как и я. Так что я в этом плане – счастливая женщина…
Наконец, у меня есть хорошая подруга –Вера Васильевна Титирко, женщина, которая меня очень в жизни поддерживала и поддерживает, которая мне очень много помогла. Так что и в этом плане я тоже Богом не обижена.
– А чего бы Вы пожелали нашим читательницам?
– Счастливого материнства. Чтобы все родные: дети, внуки, родители, – были счастливы и здоровы. Всем здоровыми быть, – это очень трудно, когда болеешь. Ну и, конечно, мирного неба над головой. А все остальное – приложится!
Елена Мотыжева



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Разное ~ Интервью
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 13
Опубликовано: 12.01.2019 в 15:43
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1