ГАДЖЕТ


Тишка Политуров был хорошо известен в нашем городке своими нехорошими поступками. Занимался подозрительной торговлей всяким барахлом – от бэушных телефонов и неработающих кофемолок до ношеных портов и худых сапог. Перебивался случайными заработками – вскапывал огороды и клумбы горожанам, перетаскивал мебель во время ремонтов, подносил тяжелые сумки хозяйкам с рынка до автобуса. В промежутках подворовывал по мелочи, чего ж скрывать, - он нам не родственник, чтоб лакировать да выгораживать! Работать постоянно на производстве или хотя бы в торговле этот свободолюбивый орел не хотел из принципа, но, главным образом, потому, что, как заметило наше всё, «упорный труд ему был тошен!». Да и попивал Тихон регулярно, так что пару раз в год даже заруливал в местный вытрезвитель. Кому ж такой работник нужен? И вот, однажды в пивбаре стащил Тишка со стола из-под носа захмелевшего финского туриста некий гаджет. В красивом ореховом футляре. С мыслью продать, а выручку, естественно, пропить.
Притаранил, значит, добычу в свою коммуналку (да-да, в нашем городке, увы, такие формы организации быта еще имеют место быть). И стал на кухне под яркой лампочкой изучать новую вещь. Винтажный футляр при потряхивании издавал многообещающий мягкий стук, исходивший из таинственных недр, но открываться не желал. Тишка и так вертел деревянный кирпич, и сяк, даже нашел старые бабкины очки и нацепил на нос в надежде узреть-таки секретную кнопку. Но кнопка не находилась и гаджет не сдавался. А совать нож в тщательно притертый стык корпуса и крышки Тихон опасался – все ж таки вещь выглядела богато и предназначалась на продажу. А Тишка понимал толк в том, что такое «товарный вид». За разгадыванием этого паззла и застал гражданина Политурова сосед Родя Горобец, студент-технолог третьего круса, вернувшийся с занятий в универе.

- Привет, Тихон! – бросил Родя, вытаскивая из холодильника кастрюльку с рассольником. – Чем это ты таким интересным занят?
- Да вот, шкатулку у кореша выиграл в очко, хочу открыть. А она, собака, не хочет…
Родион поставил суп на газовую плиту разогреваться и присел к столу:
- Ну-ка, ну-ка, покажи, что за вещь!
Мужчины стали исследовать футляр в четыре глаза, пытаясь открыть в четыре руки. Но тщетно. Ни один из бугорков на корпусе орехового чуда не сдвигался и не надавливался. Родион поел горячего рассольника, запил томатным соком, прищурил левый глаз и сказал:
- Знаешь, что, Тихон? А давай, я куплю у тебя этот гаджет, как кота в мешке. Не зная, что внутри. Как в телепрограмме про распродажу контейнеров с таможенным конфискатом!
Такую программу Тихон смотрел. Телевизор в его конурке был последним предметом, не пущенным на пропой и соединявшим хозяина с информационным полем большого внешнего мира. И поэтому ответил Родиону так:
- Родя, но в распродаже там же, типа, аукцион идет. Покупает тот, кто даст больше! А тут ты один…
- А ты назови свою цену! Может, и без аукциона сторгуемся…
- Ну… - Тихон помялся, боясь одновременно и продешевить, и переборщить, чтоб не спугнуть близкие деньги. Покачал футляр на ладони, как бы прикидывая вес сокровища. – Короче, я согласен на пятеру!
- Шутишь? – усмехнулся ушлый студент. – Может, там вообще только пара ручек шариковых за сто рублей! Очень уж похожий корпус, видал я такие…
- Ладно. Четыре! – вздохнул Тишка и закусил губу…
- Уговорил, беру за трояк! – Родя протянул ладонь для рукопожатия. - И то только из уважения к твоему фарту и сединам старшего товарища! Считай, что это мой тебе шефский подарок к предстоящему Новому году!
Тихон крякнул и … ответил на рукопожатие. Сделка состоялась!

После этого Родя расплатился с соседом и тот быстро слинял в ближайший гастроном за известным напитком. А Родион бережно забрал новое имущество и удалился к себе в комнату продолжать попытки вскрытия. Он подсел к рабочему столу, включил яркую настольную лампу, вооружился пятикратною лупой, взял тонкое шильце и стал миллиметр за миллиметром ползать по поверхности футляра. Часа через полтора все варианты были испробованы по нескольку раз и не привели к видимым результатам. И тогда Родя вытер со лба ладонью нервный трудовой пот и остановил изыскания на единственной гипотезе: весь фокус, по-видимому, должен скрываться в серебристом изображении совы, инкрустированном в центр крышки. Сова бдительно смотрела в мир вытаращенными глазищми с узкими темными углублениями зрачков. Родион достал швейную булавку и стал поочередно прощупывать ею глазное дно птицы. Есть! При нажатии на дно правого зрачка раздался мелодичный металлический щелчок и крышка слегка отошла от корпуса. Студент-технолог потер ладони, испытывая азарт искателя сокровищ, вскрывшего, наконец, заветный сундук. Медленно-медленно, боясь спугнуть удачу, он приподнял крышку шкатулки и заглянул внутрь…
В углублении зеленого фетра лежали обычные на вид, слегка затемненные очки в массивной оправе из темного пластика. Родион вынул находку, повертел в руках и разочарованно присвистнул:
- Черт! Похоже, прогадал с ценой!
Такая вещь стоила, от силы, штуку деревянных. Да и то с учетом изысканного футляра! Родион вздохнул, водрузил очки на нос – стекла оказались без диоптрий, с легким бежево-оранжевым оттенком. В общем, ничего особенного! Но, немного поостыв от первого разочарования, Родя задумался: «Как-то не вяжется дешевый вид оптического прибора с его богатой упаковкой! Поделочный камушек обычно не вставляют в платиновую оправу…»

Он снял очки и принялся внимательно их рассматривать. И обнаружил две неожиданности. Во-первых, выступ на верхней кромке оправы справа оказался вовсе не декоративным, как показалось вначале, а кнопкой, приятно утопавшей при легком нажатии пальцем и возвращавшейся в исходное положении при освобождении. А во-вторых, такой же выступ слева сдвигался в сторону и открывал гнездо питания типа мини-юэсби. То есть, в гаджете присутствовал аккумулятор и какая-то скрытая электроника. Это уже становилось интересным! Родион вернулся к футляру, взялся за выступ в центре углубления фетрового вкладыша и потянул вверх. Вкладыш легко поддался и открыл донный слой содержимого – еще одно отделение с маленьким блоком питания и юэсби-шнуром. Тут же оказались пульт управления и тоненькая книжица – инструкция по эксплуатации гаджета на финском и английском языках. «Personal Identifier» - прочел Родион, неплохо владевший английским – «Made in Japan». Изучив инструкцию, ахнул. У него в руках находился прибор, позволявший оперативно определять личность первого встречного, на лицо которого наводился фокус и нажатием кнопки на оправе или на пульте дистанционного управления активировалась функция поиска. Мало того, к последней странице инструкции был пришпилен магазинный чек, говоривший о том, что сей прибор приобретен в Хельсинки неделю назад по цене 550 евро. То есть, получается, Родион выгадал на покупке раз в десять! Вот это фарт! Везунчик тут же поставил покупку на подзарядку от сети и через час был готов выйти в свет для полевых испытаний новинки.

На улице, прихрамывая, шел легкий снежок, день клонился к вечеру. К удовольствию Родиона, в сумеречном свете стекла очков просветлели и видимая в них реальность выглядела четко и многообещающе. Испытатель поправил очки на переносице и с замиранием сердца вошел в ближайший цветочный магазин. Здесь работала продавщицей симпатичная девушка с бейджиком «Наталья» на высокой груди, большими зеленоватыми глазами и задорной короткой стрижкой, открывавшей трогательный детский затылок с маленькой татушкой в форме розы ветров. На Наташу Родя давно поглядывал с интересом, но всё не решался познакомиться – он, вообще, не имел пока опыта близкого контакта с женщинами и робел в их присутствии.
- Здравствуйте! – произнесла Наташа новому клиенту с дежурной вежливой улыбкой. Она занималась у стойки оформлением букетов. Ее более старшая напарница с хмурым наштукатуренным лицом заполняла какие-то торговые бумаги около кассы и на вошедшего даже не подняла глаз.
- Вы что-то хотите купить? Вам подсказать?
- Спасибо, - ответил Родион, - я сейчас осмотрюсь и решу…

Он, глядя на Наташу, поднес руку к очкам, поправил их положение, незаметно нажав кнопку активации поиска. И тут же отвернулся к букетам, обильно выставленным по периметру салона. Буквально через секунду на виртуальном экране перед глазами Родиона развернулся яркий, четко видимый текст в сопровождении иллюстраций. Текст гласил: «Объект поиска: Пименова Наталья Валентиновна, день рождения 16.12.1998, место рождения г. Иркутск. Адрес регистрации: ул. Березовая аллея, дом 34, кв.12. Имеет брата Леонида 1995 г.р. и сестру Варвару 2003 г.р. Семейное положение: не замужем, в браке не состояла. Увлечения: спортивное ориентирование, альпинизм, поэзия, авторская песня. Студентка-заочница Института городского хозяйства». К тексту прилагались фотографии Натальи со страниц ее социальных сетей ВКонтакте и Фейсбук, расположенные ровным столбиком справа. В кармане Родиона лежал пульт дистанционного управления. Прокручиванием его колесика можно было быстро просмотреть весь текст сообщения, уходившего под нижний обрез экрана. Но Родиону, в принципе, и принятой информации было достаточно для исполнения неожиданно возникшего дерзкого плана. Спустя пару минут обзора цветов, наш герой обернулся к Наташе и произнес:
- Ну, что же, я выбрал. Мне вот этих красных роз… пять штук, пожалуйста! На ваш вкус.
Продавщица осторожно извлекла из контейнера пять аккуратных пунцовых цветков:
- Вам букет оформить или возьмете так?
- А вы сами как любите получать цветы? В упаковке или натуральном виде?
- Я – в натуральном! – улыбнулась та.
Родион расплатился и … протянул букет собеседнице:
- Наталья Валентиновна, я уполномочен передовой общественностью нашего города поздравить вас с днем рождения! Примите этот скромный букет как знак всенародной любви и почитания к спортсменке-ориентировщице, альпинистке, поэтессе, начинающему барду и просто красавице! Желаю вам здоровья, новых вершин, яркой любви и большого счастья!
Наташа округлила глаза и зарделась, беря обратно цветы:
- Ой, спасибо… А откуда вы… Я ведь никому не говорила… Вы, собственно, кто?
- А меня зовут Родион. Такой же, как и вы, студент. Но, к счастью для вас, не Раскольников, ха-ха-ха! – ответил Родя своей дежурной шуткой.
Наташа рассмеялась, поднеся букет к лицу. Вздохнула с сожалением:
- Жаль, сейчас голландские цветы поставляют совсем без запаха!
- Жажда наживы! Звериный оскал капитализма! – сокрушенно вздохнул Родион, чем вызвал новый смех собеседницы.
- А вы веселый, Родион!
- Наталья, если вы уже освободились, займитесь, пожалуйста новыми клиентами, мне тут не оторваться! – послышался строгий голос второй продавщицы. Родион оглянулся: пока они с Натальей любезничали, в магазине появились еще трое посетителей, терпеливо ожидающих обслуживания.
- Ой, извините! – Наталья тепло глянула на Родю, быстро поставила букет в одну из ваз, стоящих на стойке за спиной, и отошла к новым клиентам.

Родиону не хотелось завершать так хорошо начавшийся разговор на полуслове. Он внимательно глянул на Натальину напарницу, активировал поиск и получил следующую информацию: «Объект: Балясина Нина Ивановна, день рождения: 23.08.1980. Место рождения: г. Липецк. Адрес регистрации… Семейное положение: не замужем, разведена. Дети: нет…». Дальше шли данные о детстве Нины Ивановны, школе, двух неудачных походов замуж. И еще много чего, о чем Родион читать не стал. Не спеша, подошел к старшей продавщице, слегка приспустил козырек кепки на лоб, деликатно откашлялся и весомо произнес, понизив голос:
- Простите, что беспокою. Нина Ивановна? Балясина?
- Да… - Балясина оторвалась от бумаг и встревоженно глянула на незнакомца. – А вы кто и по какому делу?
- Я - ваш земляк из Липецка. Мы с вами в одном дворе жили, по улице Фрунзе, дом 11. Наверное, вы меня не помните, я еще пацаном был, когда вы десятый окончили и в Ленинград уехали, в торговый техникум поступать…
- Ой! – Балясина пристально вгляделась в Родиона и помотала головой: - Нет, не узнаю!
- Ну, еще бы! – усмехнулся Родя и отвесил убойный комплимент: – За вами тогда взрослые парни ухаживали. Нас, малолеток, вы, конечно, не могли запомнить. Да и изменился я гораздо больше, чем вы. А вы всё такая же, как и в восемнадцать лет - вас легко узнать!
- Ну, что вы! Скажете тоже! - зарделась Нина Ивановна и поправила прическу. Родион понял, что его комплимент попал в яблочко.
- Нина Ивановна, - перешел к делу Родион и еще более понизил голос: – А вы не могли бы отпустить вашу напарницу сегодня с работы на (он глянул на часы на запястье)… на три часа раньше? По случаю ее дня рождения!
- А что, у Наташи сегодня день рождения? Ой, Наташка, я тебя поздравляю! – обернулась Балясина к напарнице. – Конечно-конечно, я не против. Прикрою, празднуйте!
- Спасибо, Нина Ивановна! – Родион галантно поцеловал Балясиной руку, от чего та вообще едва не лишилась чувств. А Родя уже снова подходил к своей пассии:
- Наташа, поскольку у вас образовалось внеплановое свободное время, приглашаю провести его вместе со мной, в кафе «Лукоморье» - там поужинаем и отпразднуем вашу дату! Вы не против?

Так у Родиона появилась прекрасная девушка Наташа, а также понимание того, что в его руках оказался гаджет, способный творить чудеса. При умелом, естественно, обращении! В кармане романического героя лежали пара тысячных купюр с мелочью – остаток стипендии. На скромный вечер с барышней должно было хватить. А на сердце пели соловьи, вдохновленные таким быстрым и легким успехом!
- Родион, и все же, откуда вы про меня так много знаете? – спрашивала спутница, держа кавалера под руку по пути в кафе, находившемуся в двух кварталах от магазина. Родиону не хотелось сразу открывать секрет своей осведомленности. И он легко соврал:
- Понимаете, Наташа, вы мне давно нравитесь, я уже три месяца наблюдаю за вами, и через ваших знакомых навел кое-какие справки. Это несложно было сделать.
- И кто же вам меня выдал? – засмеялась Наташа.
- Полина и Лиза, ваши подруги по ЛИТО «Фортуна», я с ними во ВКонтакте познакомился…
Родя врал вдохновенно, вычитав через гаджет дополнительную информацию о друзьях и подругах своей спутницы.

В кафе «Лукоморье» было немноголюдно, тепло и уютно. Пахло ароматным мясом и мятой. После прогулки по декабрьскому морозцу оказалось очень кстати расположиться в удобном мягком кресле у большого окна с видом на заснеженный парк, дать себя окутать негромкой нежной музыке, заказать по сочной горячей отбивной с картошечкой фри, да по бокалу сухого «Мукузани»! Родя чувствовал себя на коне, который уносит его на седьмое небо счастья! Напротив него улыбалась и жадно ловила каждое слово прекрасная Наташа, и ее лучистые зеленые глаза, казалось, обещали так много сладких мгновений, о которых еще пару часов назад Родя не смел и помыслить! На столе полыхал глубокими оттенками алого его подарок – букет роз, покоящийся в хрустальной вазочке. А Родиона просто несло в романтическом кураже – откуда-то взялись тонкий юмор и красноречие, нахлынули впечатления от просмотренных фильмов и прочитанных книг. С помощью верного гаджета Родя считал текст любимого Наташкиного стихотворения – «Не выходи из комнаты…», пера великого Иосифа Бродского. Он его выразительно продекламировал, считав текст с экрана, видного одному ему. Наташа была в шоке! Воодушевленный небывалым успехом, Родя заказал еще бутылочку вина, итальянского игристого «Ламбруско». И фисташкового мороженого под малиновым сиропом на десерт. И всерьез предположил, что сегодня, наконец, он будет ночевать не один…

Внезапно в его воспаленном любовью и слегка затуманенном алкоголем мозгу всплыла простая, как шило, мысль: «А хватит ли тебе, дорогой товарищ, средств на оплату этого праздника жизни?» Родион судорожно сунул руку в карман и ощупью пересчитал купюры. Две тысячные ассигнации и еще одна несерьезная сотенная бумажка. А, по самым скромным прикидкам Родиона, их меню уже перевалило за трешку. «Оба-на! Вот ты попал, Родя, так попал! - явственно произнес внутренний голос, очевидно, более трезвый, чем его носитель. – Не видать тебе сегодня Наташки в ночных интерьерах твоего скромного жилища!» Что же делать? Где выход из тупой, позорной ситуации?
И тут Родиона пронзила спасительная, хотя и крайне авантюрная, идея.
Он извинился перед Наташей и на минуточку отошел, якобы, в «комнату отдыха». В фойе, под табличкой «Место для курения» дымили сигаретами двое мужчин средних лет в стильных джемперах – похоже, коллеги по работе или деловые партнеры, заглянувшие сюда отметить удачно завершенные переговоры. Родион навел на ближнего, бородача, резкость и в кармане нажал кнопку активации гаджета. Через минуту он знал, что надо сказать, и решительно подошел к незнакомцам.

- Добрый вечер! – произнес максимально приветливым тоном. – Простите, что нарушаю вашу беседу, но у меня к вам, Федор Сергеевич, срочное дело.
- Здравствуйте… А мы разве знакомы? – растерянно молвил Федор Сергеевич, вставая с лавки.
- Заочно! Вы же Виноградов Федор Сергеевич, генеральный директор завода «Каландр», верно?
- Да, точно так!
- А я – Рыков Вячеслав Игоревич, наладчик вашего нового оборудования для газоплазменной резки металла. Я из Рязани, должен прибыть на ваш завод завтра в командировку. Вы с нашим директором, Анастасом Кочаряном, переписывались об этом в Вайбере на прошлой неделе. Вспомнили?
- А! Вот оно что! Ну, конечно, помню! Мы вас очень ждем! Рад познакомиться очно, Вячеслав…
- Игоревич!
Мужчины пожали друг другу руки. Затем Родион перешел к главному.
- Извините, Федор Сергеевич, но… у меня возникла небольшая проблема, связанная с этой командировкой. Анастас Саркисович меня в срочном порядке отправил к вам, мол, у вас тут цейтнот, надо помочь. И обещал командировочные сегодня перевести на банковскую карту, но что-то до сих пор денег нет, где-то платеж завис по пути. Не могли бы вы меня сегодня выручить тремя-пятью тысячами до завтра? А придут деньги, я сниму с карточки и вам занесу! Я же у вас целую неделю буду трудиться, успею рассчитаться...
Родион замер, изложив столь наглую просьбу. Сердце колотилось от избытка адреналина. «Попал? Не попал? Ну, как сейчас откажет! Хана свиданию…» Но Федор Сергеевич на удивление спокойно воспринял обращение лже-Рыкова и со словами «Да-да, нет проблем!» полез в карман брюк за портмоне, извлек оттуда новенькую пятитысячную купюру и протянул нашему аферисту:
- Вернёте до отъезда, а если меня не будет на месте, отдайте моей секретарше Маргарите.
- Спасибо большое! Очень выручили, Федор Сергеевич!

Ликующий в душе Родион вернулся к Наталье. Та расслабленно сидела в кресле, откинувшись на спинку, и с улыбкой смотрела в окно на сгустившийся снегопад. В огне оранжевых парковых фонарей он выглядел, как зарождение Вселенной со сталкивающимися и разбегающимися звездами, галактиками и снежно-пылевыми облаками, формирующими планетарные системы.
- А вот и я! – радостно объявил Родион, снова усаживаясь за столик. – Не заскучали, Наташа?
- Нет, не успела! – усмехнулась та. – За окном такая красота, век бы сидела и любовалась оранжевым снегопадом в свете фонарей! А знаете, у меня про это даже стих есть, - хотите, прочту?
- Конечно! – воскликнул с воодушевлением Родион, а сам внутренне сжался: «А не графоманка ли она? Не дай бог, замучает декламацией своих пространных виршей! Так у нас и до главного дела не дойдет!» А Наташа начала читать, постепенно вовлекаясь в ритм стиха и всё больше и больше покачивая головой в такт:

Фонари рисуют ветер, состоящий из зимы,
Из летучих междометий да метельной кутерьмы.
Вьются сполохи лихие, ледяные острия,
Полуночные стихии визуализируя…

«А ведь недурно!» - восхитился Родион. А Наталья продолжала:

Он прорвался через осень, и сегодня он другой,
Колоколкости доносит колокольцев под дугой.
Подминает всё на свете, словно бешеный каток, -
То ли вьюга, то ли ветер, то ли времени поток…

Когда Наташа закончила читать, у Родиона на глаза сами собой навернулись слёзы. Как-то до глубины сердца растрогало его наивное, но так ладно скроенное и певучее стихотворение, и вся эта обстановка удивительного, столь удачно складывающегося вечера! Родя снял очки, положил их перед собой на скатерть и достал носовой платочек вытереть глаза.
- Наташа, да вы просто гений! – пробормотал он откровенно, пряча платочек обратно в карман брюк и снова открывая глаза.
То, что он увидел, повергло его в ступор. Наташа смотрела на него сквозь его очки, видимо, нацепив их на нос просто в шутку, а может, чтобы, по скромности душевной, немного снизить чрезмерный пафос настроения, созданного ее чтением. Но глаза ее становились за стеклами очков всё шире и шире, словно перед ней открывалось нечто неожиданное, пугающее, ужасное. И Родион понял, что, надев очки, Наташа случайно нажала кнопку активации гаджета. И теперь читала обильную информацию о нем, Родионе Горобце, проиллюстрированную фотографиями и описанием многочисленных связей с другими людьми, найденными проклятой японской машинкой в безбрежном море Интернета. «Вот черт! – мелькнула мысль, - А я ведь даже и не знаю, что этот гаджет выдаст про меня самого! Вдруг, там такое…»
- Что это? – Наташа сорвала с себя очки, брякнула их на стол и брезгливо оттолкнула от себя, словно снятого с лица скорпиона. Теперь уже ее глаза были полны слёз. Но слёз совсем иного рода – разочарования, обиды и боли.
– И вы… и ты это использовал, чтобы вызнать всё про меня? Чтобы подкатиться, познакомиться со мной, втереться в доверие?
- Наташа, извините… прости, я тебе сейчас всё объясню! – выкрикнул Родион с мольбой в голосе и прижал руки к груди, осознавая, что вся его тонкая игра рушится в хлам. И под этими обломками гибнет не только свежее многообещающее знакомство с прекрасной чистой девушкой, которую он уже почти полюбил. Но погибает и он сам, неплохой парень Родя, который считал себя нормальным человеком, не негодяем, вполне достойным любви и уважения этой хорошей, симпатичной девчонки или других нормальных людей в своем окружении.

- У тебя есть ровно минута, чтобы сделать это! – металлическим голосом, почти ненавистно процедила Наташа, не глядя на Родиона и роясь в сумочке с намерением достать кошелек и оплатить свою половину застолья.
И пришлось Родиону сбивчиво и торопливо описать все перипетии появления у него этого гаджета и свое желание просто проверить, изучить его действие в натуре. Вроде, как провести научный эксперимент, узнать свойства прибора.
- Узнать, чтобы что? – брезгливо усмехнулась Наташа. – Чтобы затем применять его в своих подлых, корыстных целях? С девчонками знакомиться, ошарашивая их сведениями из их личной жизни? Пикапером решили поработать, Родион Михайлович, 1997 года рождения, родом из Балашихи, несудимый, холостой, молодой и перспективный?
- Ну, извини, Наташ! Ну, честное слово, я не хотел ничего такого… далеко идущего, как ты тут описала! И я не подумал, что тебе это будет так… неприятно!
- Неприятно? – скривила губы Наташа. – Да ты меня просто… просто разочаровал, как личность, как человек! А еще Бродского тут читал, слезу пускал от моих стихов! Циничное ты животное, Горобец, вот ты кто после этого! А я ведь так в тебя поверила, так… очаровалась тобой! Вот, думаю, наконец-то, и мне встретился умный, честный, родной мне человек! А ты!..
Ее плечи затряслись, Наташа закрыла лицо ладонями и беззвучно зарыдала.
«Вот чертовщина! Что же делать?» - мысли Родиона отчаянно тыкались в закрытые дверцы закоулков мозга, пытаясь отыскать выход из плачевной ситуации. Но, увы, идей к спасению вечера, отношений с Наташей и своего реноме, в целом, не находилось.
- Что же для тебя сделать, чтобы ты меня простила, а, Наташ? – жалобно и негромко произнес Родион.
Наташа еще с минуту беззвучно поплакала, затем немного успокоилась, взяла себя в руки. Глубоко, со всхлипом вздохнула, как вздыхают вволю наплакавшиеся дети, вытерла слёзы и, не поднимая глаз, тихо произнесла:
- В общем, так, Родя. Если ты хочешь продолжить наше знакомство, ты сейчас же, при мне избавишься от этого проклятого гаджета. И дашь мне обещание больше никогда в жизни, - слышишь? – никогда в жизни не использовать в отношении меня, да и кого бы то ни было еще, такие низкие трюки!
- Согласен! – с облегчением и радостью почти выкрикнул Родион. И тут же, взяв в руки чудо-очки, решительно переломил их пополам в районе дужки. И почувствовал в душе огромное, невероятное облегчение, став снова обычным человеком, а не суперменом, каким представлялся себе еще четверть часа назад.

Потом он расплатился с официанткой, помог Наташе надеть куртку, упаковать в бумагу от холода букет роз и вызвался проводить девушку домой, на улицу Березовая аллея, о которой ему ранее поведал ныне усопший гаджет. Наташа шла грустная, потупив голову, но от предложенной руки не отказалась и взяла Родиона под локоть. И он подумал, что, возможно, еще не всё потеряно! Что их отношения еще смогут наладиться, надо лишь дать времени зализать саднящую ранку свежей обиды. Когда молодые люди проходили по тротуару вдоль заснеженной проезжей части, их на медленной скорости стала обгонять снегоуборочная машина, загребающая снег голодными металлическими лапами. Родион остановился, достал из-за пазухи сломанные части гаджета и на глазах у Наташи швырнул их в зев снегопоглотителя. Очки печально сверкнули напоследок совершенными японскими стеклами и исчезли навсегда в бурлящей снежной массе.
Наташа некоторое время стояла неподвижно, молча и задумчиво рассматривая снегоуборочного монстра. Потом как будто пришла в себя, глубоко вздохнула, улыбнулась, встала на цыпочки и поцеловала Родиона в замерзшую щеку:
- Пойдем, Родя. Холодно…



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 33
Опубликовано: 18.12.2018 в 21:27
© Copyright: Валерий Ременюк
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1