Бобыль - часть 4


Бобыль - часть 4
- Ну вот мы и пришли, - провозгласил Ксенофонт, широким жестом указывая на окружающую природу. - Я ведь обещал показать вам райский уголок - вот он!
Пока Вероника с восторгом осматривалась, он достал плед и расстелил его у корней ближайшего вяза. Разложив торт, печенье и разлив лимонад по чашкам, он позвал девушку:
- Прошу на маленький пикник!
Устроившись на подстилке, Ника мечтательно прикрыла глаза и, запрокинув голову, подняла лицо навстречу тёплым солнечным лучам, пробивающимся сквозь листву деревьев. Глубоко вдохнув, она восторженно прошептала:
- Это и в самом деле настолько чудесное место, что мне кажется, здесь могли бы жить феи, а уж птицы в нём просто обязаны быть птицы. И не простые, а певчие!
- Согласен. Это действительно райский уголок, но, к сожалению, птиц здесь нет, впрочем, как и любой другой живности. Даже бабочек или каких-либо других насекомых я никогда не видел в этом мире...
Неожиданно сверху прозвучал робкий пересвист птичьей трели. Не успел он затихнуть, как с соседнего дерева ему тотчас ответил второй голос, а затем ещё один и ещё. Голоса невидимых пернатых певцов зазвучали смелее, и вскоре роща наполнилась весёлым щебетом, сливающийся в какую-то дивную мелодию.
- А вы говорили, что тут никого нет, - счастливо улыбнулась Ника. - Кто же тогда так чудесно поёт?
Ксенофонт удивлённо посмотрел вверх. Там, среди переплетения узловатых ветвей порхали разноцветные птицы, похожие на колибри, только крупнее. Перелетая с ветки на ветку, они жизнерадостно щебетали и, казалось, при этом с любопытством поглядывали вниз, словно ожидая одобрения слушателей.
- Это невероятно, - пробормотал Ксенофонт. - Сколько раз я бывал в этом мире... казалось бы, исходил его вдоль и поперёк, но никогда не видел здесь ни одного живого существа...
Из густой травы с басовитым гудением поднялся крупный шмель. Повисев несколько мгновений на месте, он неожиданно заложил крутой вираж, пролетел перед самым лицом изумлённого путешественника и скрылся среди камышовых листьев. Тотчас, словно по команде оттуда донеслось разноголосое жизнерадостное кваканье.
- Ну вот, - повела рукой вокруг Ника. - Видите, тут полным-полно всяких обитателей?! Наверное, вы просто были раньше невнимательны, потому и не замечали их.
Ксенофонт пожал плечами, не зная, что на это и возразить. В данный момент ему вообще не хотелось разговаривать, а только вдыхать волнующий аромат цветов и смотреть на Веронику, которая походила сейчас на лесную фею, пришедшую из древних легенд. Что-то удивительное происходило вокруг. Казалось, что живность возникала просто из ниоткуда каким-то чудесным образом.
- Не удивлюсь, если сейчас передо мной появится кто-нибудь покрупнее шмеля... - пробормотал он.
Не успел он договорить, как трава раздвинулась, и появилась любопытствующая мордашка суслика. Зверёк повёл чёрными бусинками глаз из стороны в сторону, а затем смело подбежал к Нике и быстро вскарабкался ей на руки, доверчиво глядя девушке в глаза.
- Невероятно... - растерянно развёл руками Ксенофонт, с изумлением глядя на суслика. - Откуда они все взялись?
- Может быть, просто прятались? - предположила девушка, почёсывая суслика за ушком, отчего зверёк с умилением жмурился и что-то тихонько урчал.
- Но почему?
- Возможно, боялись...
Помолчав некоторое время, Ксенофонт мотнул головой, словно отгоняя навязчивые мысли, подвинул к Нике торт и чашку с лимонадом, а сам лёг на спину и, закрыв глаза, принялся слушать пенье птиц.
На берегу чудесного озера они провели несколько часов, а затем направились дальше - к ручью, у которого обнаружились необыкновенные камни, так заинтересовавшие Веронику.
Степь расстилалась во все стороны, сколько хватал глаз. То там, то здесь темнели пушистые островки зелёных дубрав, пьющих чистую воду мелководных речек. Всё дышало умиротворением и покоем. Но в отличие от предыдущих посещений сегодня среди высоких трав быстро мелькали какие-то стремительные силуэты, со всех сторон доносились разнообразные звуки, свидетельствующие о присутствии поблизости живых обитателей.
Шагалось шагали легко и беззаботно. Пройдя по краю небольшого оврага, заросшего кустарником, путники неожиданно услышали позади какое-то шуршание и жизнерадостное повизгивание.
Быстро оглянувшись, они встретились взглядами с поджарым серым волком, который замер где-то в десятке метров, внимательно и чуточку настороженно наблюдая за людьми. За ним стояла молодая волчица, у лап которой два малыша затеяли весёлую возню.
Ещё даже не успев испугаться, Ксенофонт шагнул в сторону волчьего семейства, загораживая собой девушку. Но волк лишь тихонько фыркнул и, спокойно повернувшись, не спеша затрусил в сторону ближайшей рощи. Семейство молчаливо последовало за ним.
- Вот это да! - Ксенофонт растерянно огляделся по сторонам. - Прежде никого здесь не видел, а сегодня, как по волшебству, встречи - одна другой невероятней.
- Да, странно... - задумчиво произнесла Ника. - Я ведь только подумала о том, что в такой местности вполне могут обитать степные волки и вот, пожалуйста, объявилось целое семейство. Как-то всё это необычно, будто в сказке...
Она с надеждой посмотрела на спутника, словно прося у него помощи, но Ксенофонт и сам не знал, что сказать по этому поводу. Он лишь взъерошил волосы на макушке и беспомощно пожал плечами. Вид у него при этом, наверное, был весьма потешным, так как Ника улыбнулась, беззаботно махнув рукой и воскликнула:
- И чему это я удивляюсь?! Ведь мы и так находимся практически в чудесной сказке. Если вдуматься, то что может быть невероятней того, что мы сейчас путешествуем по неведомым землям, которые находятся не известно где, возможно, на другом краю галактики или даже Вселенной. Да и нашей ли Вселенной...
- По крайней мере, насколько мне известно, Вселенная одна, так что хоть в этом можно быть уверенным.
- И зря вы так думаете, Семён, - возразила Ника. - Множество современных теорий предполагают, а некоторые даже утверждают о возможности существования и множества других вселенных, кроме нашей, которые все вместе образуют мультивселенную. А что уж дальше, я и вовсе не берусь гадать.
- Ну, это лишь предположения, - усмехнулся Ксенофонт. - Никто ещё не видел этих других вселенных.
- Глубоководные обитатели океана никогда не видели дневного света, но это же не говорит о том, что солнца не существует.
- Да, - покачал головой Ксенофонт. - С вами, Ника, трудно спорить.
- И не нужно, - подхватила девушка. - Время покажет.
- Ну, когда ещё это будет...
- Как знать. А вдруг скоро. Кстати, далеко ли ещё до того места, где вы нашли те замечательные камни?
- А мы почти пришли.
- Ксенофонт указал вперёд, где искрился в лучах очередного восходящего светила весёлый ручеёк, перекатываясь по влажным плоским камням, прошитым светлыми, словно лучики солнца, прожилками.
- Вот они, те самые камни доброты.
Не удержавшись, Вероника, словно нетерпеливая девочка побежала вперёд и присела на берегу, осторожно поглаживая ладонями голыши. Её глаза просто лучились самым настоящим счастьем. Лёгкий тёплый ветерок осторожно перебирал волнистые волосы, лаская их и нашёптывая песни степных трав. Забыв обо всём на свете, Ксенофонт молча наблюдал за девушкой, любуясь её нежной красотой. Ника набрала полные пригоршни мелких полосатых камешков и, прижав их к груди, с восторгом посмотрела на спутника.
- Знаете что, Семён... - неуверенно начала она.
- Что?
- Вы показали мне сегодня столько необыкновенных чудес, о которых я даже и не мечтала! Подарили прекрасную добрую сказку! Я вам так благодарна и... давайте перейдём на ты?
Глядя в серо-голубые, словно бездонные глаза, Ксенофонт ощутил лёгкое пьянящее головокружение. Смущённо склонив голову, он снял с плеча рюкзак и тоже опустился на камешки, прогретые ласковым солнцем.
- Я не против, - почему-то слегка охрипшим голосом взволнованно признался он. - Если вы... если ты не возражаешь.
- Ну конечно не возражаю, - улыбнулась девушка. - Ведь я же сама предложила...

* * *

Пыльное знойное лето постепенно дотлевало, расползаясь по улицам города едва уловимыми запахами тёплого моря, горячего асфальта и степных помидоров. Выцветшее от жары блёклое небо словно стыдилось своей неоправданно обнажённой безоблачности, а безвольно обвисшие листья всё ещё надеялись на заблудившиеся где-то такие желанные дожди. Разомлевший от собственного тепла солнечный диск медленно оплывал в притихшее полусонное море, и только беспокойные чайки как всегда шумно спорили, норовя стащить что-нибудь вкусненькое у зазевавшихся пляжников или занять лучшее место на пирсе поближе к рыбакам. Привычный одесский август подходил к своему завершению.
За месяц, прошедший с первого совместного путешествия в мир трёх солнц, Вероника и Ксенофонт сблизились и теперь часто проводили свободное время вместе. Особенно девушке нравилось собирать на берегу необычного ручья полосатые камешки. Она приносила их домой и обкладывала ими землю в горшочках для комнатных цветов. А ещё под любыми предлогами раздавала фигурки, сделанные из этих камешков, своим сослуживцам и соседям.
- Доброты в мире лишней не бывает, - говорила она. - Пусть каждому достанется по кусочку и тогда всем будет хорошо.
Ксенофонт не возражал, придерживаясь того же мнения.
При каждом очередном путешествии по миру трёх солнц он с удивлением обнаруживал всё новых обитателей, которые до этого словно бы прятались от него. Теперь в небесной вышине кружили птицы, а в ручьях и озёрах плескались рыбы и прочие водоплавающие обитатели. В траве деловито сновали насекомые. Пчёлы усердно собирали мёд, а в тенистых дубравах нашли приют разнообразные звери. Ксенофонт только диву давался - где же они все до этих пор скрывались.
Сегодняшний вечер оказался особенно душным даже для знойного августа, однако дворовые блюстительницы морали несокрушимым дозором как всегда находились на своём посту. Другими словами - оккупировали общественную скамейку, великодушно оставив немного места с краю для Цезаря, по общему молчаливому согласию признавая за ним на это право. Они оживлённо обсуждали последние новости.
Лёгкой походкой Вероника прошла мимо трёх подруг, вежливо поздоровалась с ними и сбежала по ступенькам к двери полуподвальной квартиры, которая мгновенно распахнулась перед ней, словно Ксенофонт уже поджидал её.
Проводив девушку пристальным взглядом, дворничиха тётя Дуся покачала головой и многозначительно промолвила:
- Что-то зачастила к нам эта дамочка...
- Ну и что?! Это ж ведь хорошо! - отозвалась Татьяна Васильевна.
- И что ж в этом хорошего?
- Ну, как... сосед наш бобылём не будет. Даст Бог, семейством обзаведётся, а там, глядишь, и детишки пойдут...
- Да, дети - это наша радость, - с добродушной улыбкой согласилась Нина Степановна.
Но, очевидно припомнив что-то из бытности учительницей в школе, она неожиданно нахмурилась и нехотя добавила:
- Хотя порой они такие, мягко говоря, сюрпризы устраивают, что и представить себе сложно. А уж о хорошем поведении и вовсе говорить не приходится... проблемы с воспитанием.
Но тут Татьяна Васильевна, всегда и во всём поддерживающая свою авторитетную соседку, неожиданно не согласилась:
- Да, любят они пошалить порой не в меру, но разве же это совсем так плохо?! Детство же и должно быть радостным и беззаботным. Вон мы, когда маленькими были, тоже такое вытворяли, что только держись... разве не так?
На мгновение тётя Дуся и Нина Степановна задумались, словно припоминая своё теперь уже такое далёкое безоблачное детство, а затем с улыбками дружно кивнули.
- Эта... ну, как её там? - дворничиха нахмурилась, силясь воспроизвести умное выражение, а затем радостно добавила: - Во, вспомнила! Преемственность поколений!
Цезарь, совершенно разморенный жарой и как обычно дремавший, от нечего делать вполуха прислушивался к беседе товарок. Он явно не ожидал услышать подобных умных выражений из уст дворничихи, поэтому от удивления едва не свалился со скамейки. Быстро сев столбиком, он недоверчиво уставился на тётю Дусю.
Заметив реакцию рыжего бездельника, дворничиха смущённо пожала плечами, а затем, словно оправдываясь, пояснила:
- Да я тут недавно по телевизору передачу смотрела про эту самую... преемственность. Мне понравилось.
Заметив, что её слова никак не повлияли на Цезаря, она неожиданно перешла в наступление:
- Ну, чего вылупился?! - воскликнула тётя Дуся, подбоченившись и угрожающе наклонившись к коту. - Нечего тут подслушивать! Иди вон лучше... мышей лови или ещё кого!
Она в сердцах даже ногой топнула.
- Ну, зачем же вы так? - вступилась Нина Степановна. - Цезарь ведь ничего плохого не сделал и никому не мешал.
Не зная, что ответить, дворничиха прибегла к распространённой и при этом весьма обтекаемой форме оправдания:
- А чего он... смотрит так хитро, словно насмехается?
Услышав такое обвинение, Цезарь оскорблённо мяукнул. Лениво поднявшись, он демонстративно медленно потянулся, вытягивая каждую лапу по очереди, затем, распушив хвост и подняв его трубой, грациозно спрыгнул на землю и вызывающе тягучей походкой медленно направился к арке выхода со двора. При этом весь его гордый вид со спины выражал вселенское презрение к мнению окружающих и в особенности тёти Дуси.
- Ах, вот как... а я ему ошейник новый прицепила с биркой, чтоб никто не обидел. Ну погоди, вот ты у меня ещё попросишь рыбки... - погрозила ему вслед дворничиха.
Но при этом голос её звучал совсем уже не так строго, как вначале, а скорее, добродушно-ворчливо. Она Цезаря любила и часто подкармливала его чем-нибудь вкусненьким, что, впрочем, не мешало рыжему нахалу всегда и во всём выставлять напоказ свою независимость.
Проводив Цезаря взглядами до самого выхода из двора, кумушки не сговариваясь дружно повернули головы в сторону квартиры Ксенофонта и уставились на его два окна, закрытые занавесками. Помолчав для приличия некоторое время, тётя Дуся вздохнула и неожиданно, словно возражая кому-то, безапелляционно заявила:
- А мне она нравится...
- Кто? - переспросила Татьяна Васильевна.
- Да зазноба нашего Ксенофонта, - пояснила дворничиха. - Есть в ней что-то такое... особенное...
- Женственное? - подсказала Нина Ивановна.
- Точно. И вот вроде бы ничего такого, чтобы - ух!.. а к симпатии очень располагает, - тётя Дуся лукаво улыбнулась и, заговорщически подмигнув соседкам, тихонько добавила: - Честно признаться, как уж мы ей косточки мыли-перемывали, а всё одно здоровается с нами вежливо и никогда искоса не посмотрела.
- Да, приятная девушка, - согласилась Нина Ивановна. - Заметили, какое у неё счастливое выражение на лице? Будем надеяться, что соседу нашему наконец-то повезло встретить свою половинку.
И три подруги как по команде умолкли, мечтательно глядя куда-то вдаль, словно прозревая там светлое будущее своего соседа - бывшего бобыля.
А тем временем герой их беседы посвящал Веронику в будущие планы, связанные с созданием новых дверей.
- Это замечательно, Сеня, но где же ты их собираешься размещать? - обеспокоилась девушка. - Ведь у тебя в квартире уже почти не осталось свободных стен.
- Ну, я думаю, что новые двери можно делать гораздо уже. Мы ведь с тобой не такие и толстые, пройдём.
Ника вздохнула и покачала головой.
- Пройти-то пройдём, но это не выход. Ну, сколько ты ещё сможешь установить дверей? Две... три... а дальше что? Кстати, ты вполне можешь переехать ко мне, тогда здесь освободится больше места. Но всё равно...
Ксенофонт обрадованно вскочил с сундука и, подбежав к самой широкой двери с резными наличниками, установленной на стене, провёл по ней ладонью, словно гладя.
- Вот с неё-то, голубушки, я и начну...
И тут в дверь постучали.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: двери, другие миры, одесский дворик,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 6
Опубликовано: 21.11.2018 в 11:22
© Copyright: Анатолий Валевский
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1