Наёмники ноосферы


1

Три тени мелькнули в ночной темноте. И снова – уже подальше. И опять…
Окраинные кварталы города Джуно остались позади. Им нужно было пройти (а точнее, пробежать) ещё несколько миль. И при этом – не уронить коробку…
– Ты точно помнишь, где стоит коттедж губернатора? – раздался шёпот Эда, практически не отличимый от его тяжёлого дыхания.
– Конечно! – Судя по тону ответа, Эл был раздражён вопросом. – Зря мы, что ли, взламывали спутниковую систему слежения… – Взглянув на компас, надетый на манер наручных часов, он добавил: – Осталось ещё около четырёх с половиной миль по курсу 058…
– Тихо, парни!.. – сказал сзади Эн, нагруженный коробкой с беспилотником. – Если вы будете так шуметь, мы не подойдём к коттеджу и на милю…
– А нам нужно хотя бы полмили… – прошептал Эд и умолк, увеличивая скорость движения.
На самом деле их звали Эдвард, Элвин и Эндрю, но им самим имена казались слишком длинными. Им было по двадцать пять лет, никто не имел судимостей, и в целом они являлись самыми обыкновенными людьми. Но они были одержимы одной идеей – нет, не убить губернатора или, не дай Вселенная, президента, а наоборот, облагодетельствовать (в их понимании) весь сорок девятый штат Америки.
На покоящийся в коробке беспилотник была наклеена записка, ради которой всё и затевалось. И уже скоро…

– …Всё, стоп! – Эл поднял руку, останавливая своих друзей. – Мы в километре от цели. Эн, распаковывай «дрон», а ты, Эд, готовь пульт управления.
В руку Эла легло необычное электронное устройство. На пластмассовой панели находились два дисплея (на беспилотнике было две камеры: одна обычная, другая – с тепловизором; и оба изображения транслировались на пульт); снизу и слева располагались четыре кнопки со стрелками, направленными в разные стороны (они заставляли «дрон» двигаться вбок, вверх или вниз), а справа Эл нащупал рычажок скорости. Сейчас тот стоял на нуле.
– Итак, начинаем!
И Эл поднял беспилотник в воздух.
Аппарат пролетел по прямой несколько сотен метров на высоте нескольких этажей, потом стал постепенно опускаться и на хорошей скорости влетел в окно спальни губернатора. Дешёвое «бронированное» стекло не выдержало, и «дрон» провалился внутрь.
– Глава Аляски получит нашу записку, – прошептал Эд, имея в виду написанную на приклеенной к беспилотнику бумажку ссылку на видео, выложенное друзьями в Сеть несколькими часами ранее.
– Всё, уходим! – скомандовал Эл, неформальный лидер группы, и троица побежала обратно. – Эн, не оставляй коробку, лучше положи в неё пульт; мы потом сдадим всё в пункт утилизации. А сейчас – быстрее, быстрее!
Три чёрных силуэта растворились во мраке ночи.

2

Губернатор штата Аляска включил компьютер, подсоединился к Интернету и набрал в адресной строке ссылку, доставленную ему весьма странным (и уже, наверное, всем известным) способом.
Искомая видеозапись обнаружилась в единственном экземпляре; она была датирована вчерашним днём (четвёртым июля 2048 года), но уже имела четверть миллиона просмотров. Такое ощущение, будто её посмотрела треть населения штата – меньше чем за сутки!
Началось воспроизведение. Первые кадры изображали стоящего в чистом поле молодого человека в чёрной футболке и джинсах (это был Эл). Тихо зазвучала музыка, и он заговорил:
– Я обращаюсь ко всем жителям Аляски, у кого есть возможность посмотреть это видео. Я говорю от своего имени, но если вы захотите, буду говорить и от вашего. Наш штат изначально был ничьим, потом принадлежал России, а сто восемьдесят лет назад был присоединён к Америке. Какое-то время мы были спорной территорией; сейчас ситуация начинает складываться таким же образом… Ходит слух, что Канада и США захотели по-новому решить вопрос о принадлежности Аляски той или иной стороне. Так что же вы молчите, жители? Требуйте референдума! Нужно, чтобы у вопроса о нашем регионе было три варианта ответа: передача под суверенитет Канады, сохранение под суверенитетом Соединённых Штатов – или же провозглашение собственного суверенитета – независимой республики Аляска! Думаю, что в пятидесятом американском штате – на Гавайских островах – в данный момент рассматривается тот же самый вопрос: кому принадлежать или же быть отдельно от всех! Я прошу всех, кто загорелся идеей о независимости Аляски, ставить «лайки» под этим видео: чем больше у нас сторонников, тем выше вероятность успеха. А губернатора нашего штата я прошу подготовить письмо президенту с требованием устроить референдум и признать любой его результат, каким бы ошеломляющим тот ни был. Я не прощаюсь; если эта кампания потерпит неудачу, мы не прекратим бороться. Знайте это. До встречи.
Видео закончилось.
Губернатор вздохнул и, открыв электронную почту, в форме для письма набрал в графе «получатель» личный адрес президента.

3

А в это время…

Василий Иванович Дыркин, старший менеджер компании «Байт и Бит», лысый человек сорока четырёх лет от роду, сидел в своей квартире и играл в компьютер. Он мог себе это позволить, потому что пятое июля 2048 года было воскресеньем.
Музыку на компе он не стал включать, потому что всего лишь в сотне метров от его дома проходил концерт его любимой рок-группы «Голографические супермены», не так давно перебравшейся в Санкт-Петербург, где он жил. Слова звучавших песен были ему знакомы; некоторые композиции он помнил наизусть; поэтому он, играя, напевал себе под нос то, что доносилось с улицы через открытую форточку.
– …А вот эту песню вы, наверное, ещё не слышали, – говорил со сцены Александр Боровик, солист группы. – Я написал её для нашего следующего, пока не вышедшего, шестнадцатого по счёту альбома. В ней я отразил то, что происходит сейчас в Питере, да и в мире вообще; то, что люди думают, делают и мечтают сделать. Итак, слушайте…
Дыркин пропустил рёв толпы мимо ушей и перешёл на новый, двести семьдесят третий уровень игры «Сокровища пиратов», в которую резался в соцсети. Он ждал, когда же вновь зазвучит музыка.
И вот…

– …Независимость – это никак не порок,
Что бы об этом ни сказали;
Бумага в линейку – пиши поперёк,
В клетку – по диагонали!
Но сепаратисты получают срок,
Хоть их об этом предупреждали,
И только я найти время смог,
Чтоб сказать, чего все мы ждали…
Захотим отделиться – «Давайте, попробуйте!» –
Нам в правительстве скажут,
И мы убедимся на собственном опыте,
Что потом начнётся какая-то лажа:
Все окажутся против нас,
И, может быть, война начнётся,
Но ударим мы не в бровь, а в глаз,
И удача нам улыбнётся!
Но я осторожен в выборе планов:
Кое за что могут посадить;
И не будет у нас полных карманов,
И не будет возможности пить!
Нельзя нам пока что мечтать о свободе;
Сделать Ингрию вольной я был бы рад,
Но «наверху» узнают об этом эпизоде,
И я не хочу быть виноват!..

Вдруг крики слушателей стали негодующими, послышались возгласы: «Трус!»; «Долой!»; «За свободу!» – и всё пошло кувырком.
Дыркин подскочил к окну, как раз чтобы увидеть, как толпа закидывает группу чем попало и ломает заслон из полицейских. Но люди направились не на сцену – добивать солиста, а… в сторону здания городской администрации! Уцелевшие блюстители порядка пытались окружить толпу и вызывали по рации подкрепление, но шествие было уже не остановить…
В этот момент в дверь квартиры позвонили. Понимая, чем это может ему грозить, Дыркин вышел из комнаты в коридор, аккуратно отстранил жену от входа и, пожалев, что не догадался встроить туда «глазок», открыл дверь.
В квартиру ворвались пять человек неопределённого возраста в чёрных плащах и с пистолетами в руках. Дыркин и его жена были благоразумными людьми, поэтому сразу подняли руки.
– Что вам нужно? – спросил хозяин жилища, пока трое из налётчиков методично осматривали комнаты.
– Ваше место в мире является наиболее удобным для ведения каких бы то ни было операций, – ответил один из этих странных людей, так похожих друг на друга, – поэтому мы решили… заменить вас, Василий Иванович.
В коридор, к родителям, вывели двенадцатилетнего сына Дыркина. Он тоже был благоразумен, поэтому молчал и не сопротивлялся.
– В каком смысле… заменяете? – спросил Дыркин. – Я, конечно, помогу, чем смогу, только объясните мне, что тут происходит!
– Скоро мы всё объясним, – пообещал кто-то из налётчиков. – А теперь…
Остальные члены группы ненадолго вышли из квартиры, чтобы потом вернуться с большим деревянным ящиком.
– Это что, гроб? – ужаснулся Дыркин.
– Нет. Вы туда не ляжете.
Тем временем ящик был открыт, и захваченная семья дружно ахнула. Там лежали три тела – копии самого Дыркина, его жены и сына!
– Это… это что?
– Ваши двойники. Получилось грубовато, конечно, но ничего необычного никто не увидит.
– Они… займут наши места? – спросила жена Дыркина, Антонина Валерьевна.
– Да.
– Но… зачем? – недоумевал глава семьи.
– Потом объясню. Как первым заменяемым обычным людям, мы вам всё расскажем. А сейчас…
Тела уже были вытащены из ящика. Вслед за ними налётчики достали оттуда две пластиковые полусферы, соединённые проводами; к их гладким поверхностям были прикреплены электроды, а провода в середине были пропущены через какую-то металлическую коробочку с крвсной кнопкой.
– Разум перекачивать будете? – спросил сын Дыркина, Артём.
– Нет. Всего лишь копировать. Ваши личности останутся при вас; клоны получат толко воспоминания и алгоритмы поведения: всю необходимую идеологию в их мозги мы уже заложили…
Одну полусферу надели на голову Дыркину, другую – на его двойника, и говоривший нажал кнопку. Дыркин ничего не почувствовал, но когда через несколько секунд полусферы были сняты, его копия открыла глаза, встала и сказала:
– Здравствуйте. Я Василий Иванович Дыркин, две тысячи четвёртого года рождения, работаю старшим менеджером…
– Достаточно, – оборвал клона кто-то из группы, всё ещё не пряча пистолет в складках плаща.
Вскоре была «удвоена» вся семья Дыркиных.
– Проедемте с нами, – бросил один из налётчиков «оригиналам» и пошёл на выход. Его коллеги увязались за ним; Дыркины переглянулись и потопали следом, оставляя квартиру двойникам.

4

Машина подкатила к зданию заброшенного завода. Вначале из неё выпрыгнули «налётчики», держа оружие наизготовку, затем медленно выбрались Дыркины, которых сразу повели к заводу.
– Вы нас убьёте? – спросил Василий Иванович.
– Нет. Если будете сотрудничать.
– Мы готовы.
– Отлично. Скоро я всё расскажу.
Они вошли в здание и, пройдя по тёмному коридору, спустились в ярко освещённый подвал.
Это было огромное, чуть ли не километровой длины помещение, в котором сразу около входа стоял стол, окружённый десятком стульев.
– Прошу садиться, – предложил представитель «группы захвата»; его коллеги, очевидно, отделились ещё в пути.
– Ну и? – спросил Дыркин, занимая стул. – Что тут творится? Для чего нас сюда привели?
– В ближайшее время это помещение будет вашим… как бы сказать помягче?.. убежищем, что ли…
– То есть – тюрьмой? – уточнил Дыркин.
– Думайте, как хотите. Итак, я расскажу вам сначала, как сам дошёл до жизни такой… – В пояснение своих слов «похититель» покрутил в руке пистолет. – Я ведь был обычным человеком…
– Был? – переспросил Артём.
– Не пугайте нас, – сказал Дыркин. – Разъясните суть, коротко и ясно.
– Да? Хорошо… Вы, конечно, знаете, что такое ноосфера?
– Оболочка Земли, в которой существует разум? – предположил Артём.
– Не совсем точно, но по существу верно. А вообще-то ноосфера – это как бы сформированный людьми разум самой планеты.
На лицах Дыркиных проступило удивление вперемешку с непониманием.
– Долгое время термин «ноосфера» не был востребован, а когда же это произошло… Её стремительное развитие началось в двадцатом веке, когда люди стали активно влиять на свою планету…
– Вы так рассказываете, как будто сами – не с Земли, – заметил Артём.
– Нет, я родился и живу на Земле, а остальное – так, мелочи… Потом началась эпоха атома, и это особенно сильно повлияло на ноосферу Земли.
– Каким образом? – спросил Дыркин-старший.
– После первых ядерных испытаний ноосфера стала мутировать. Когда же взорвали Хиросиму, тогда она внезапно обрела разум.
– Это как? – поинтересовалась Антонина Валерьевна.
– Не знаю… не могу объяснить… Просто стала разумной, вот и всё! Какое-то время ей потребовалось на самоидентификацию, накопление сведений о мире и тому подобные операции. Когда же появились электронные сети, произошёл прорыв. После тщательного анализа своих возможностей ноосфера сумела скопировать свою матрицу в первый попавшийся компьютер и выложить её в Сеть – так, чтобы ни у кого не хватило ума зайти на эту страницу. Так ноосфера научилась манипуляциям в Интернете. Выход в киберпространство планеты позволил ей быстрее и тщательнее обрабатывать информацию, делать выводы, следить за ходом мировой истории нового, двадцать первого века. И в конце концов она достаточно окрепла, чтобы активно влиять на эту самую историю.
Возникла пауза, которую прервал рассказчик, заговорив вновь:
– Начать ноосфера решила с России – самой большой и могущественной страны мира. План был готов ещё к 2045 году, но вроде тогда всё было спокойно, и его осуществление пришлось отложить. А в 2047-м ударил нефтяной кризис, планета ненадолго превратилась в ад, и ноосфера посчитала, что пора действовать. Она раскидала по Рунету объявления, что, мол, приходите двадцать девятого апреля (того года, в смысле) вот на этот самый завод и поучаствуйте в конкурсе на новую, ещё нигде не виданную работу. Я пришёл туда (тогда я был обычным человеком без определённых занятий) и после психологического тестирования (его проводила сама ноосфера, внедрившись в компьютеры, доставку которых сюда предварительно и организовала)… короче, был принят в отряд наёмников. А что? Снабжение идеальное, – наёмник снова повертел в руках свой пистолет, – график работы пока что не слишком напряжённый, зарплата стабильная… Но, чувствую, скоро работы будет невпроворот. Вас мы заменили одними из первых; осталось ещё около ста шестидесяти миллионов…
– Вы планируете захватить страну? – спросил Артём.
– Ну, формально мы это уже сделали. Как вы думаете, на недавних выборах победил именно тот президент, а?
– Потому что так захотелось ноосфере… – пробормотал Василий Иванович. – Его заменили до нас…
– Именно. Но даже если мы будем заменять по десять семей в день, полная ноосферизация страны завершится лишь через десять тысяч лет. Естественно, мы будем наращивать темпы замены…
– Разве сюда поместится всё население России? – спросила Антонина Валерьевна, обводя взглядом гигантскую комнату.
– Нет, конечно! Это только первый пункт размещения заменённых… Ноосфера разработала такую систему политики, которая позволит России уже через сто лет захватить мир, не пользуясь оружием! И я уверен, что осуществить этот план удастся. И всё будет как в песне: «Дальше действовать будем мы»!
– Так, значит… – изумлённо сказал Дыркин-старший, но наёмник ноосферы перебил его:
– Да, Цой, несомненно, предрекал наше появление, но погиб задолго до того, как я прошёл конкурс на свою нынешнюю работу! Главное, что люди пока ничего не заподозрили… и, надеюсь, не заподозрят! – Говоривший строго посмотрел на семью Дыркиных. – Сразу говорю, сбежать отсюда невозможно: охранные системы хоть и совершенно незаметны, но безотказно действенны. Кто попытается скрыться, будет убит. Если заменённые поднимут бунт, мы сюда сбросим авиабомбу! Поэтому – никаких резких движений и самодеятельности! Если что, еда будет поставляться регулярно; душ, санузел, компьютеры есть; необходимые вещи будут доставлены к вечеру. Всё понятно? Хорошо. Засим откланяюсь: дела ждут.
И, напоследок отсалютовав пистолетом, наёмник вышел.
– Ну и что всё это значит? – спросила Антонина Валерьевна у своего мужа.
– По-моему, нас всё-таки засадили в концлагерь, – ответил Василий Иванович и откинулся на спинку стула. – Поздравляю: мы только что стали первыми узниками ноосферы.

5

Губернатор удобно устроился в своём кресле и уже собрался приступить к поглощению утреннего кофе, как вдруг зазвонил его наручный видеофон, обычно маскируемый под часы. Он с досадой отставил кружку и, поплотнее запахнув халат, нажал кнопку ответа.
На дисплее вместо времени проступило лицо президента.
– Не отвлекаю? Слушай, ты не офонарел, часом, а?
– Не… не понимаю…
Губернатор попытался изобразить недоумение, но не вышло.
– Это что ещё за фокусы – требование независимости?! Не рановато ли? Может, тебе и Гавайи подарить для полного комплекта?
– Нет. Алеутских островов будет вполне достаточно, – хладнокровно ответил губернатор штата Аляска.
– Я тут посмотрел видео, ссылку на которое ты мне сбросил… Ты знаешь, что там уже триста тысяч «лайков»?!
– Знаю. Так что с референдумом? Организуете?
– Да, – со вздохом сказал президент. – Хорошо, что за пределами Штатов об этом ещё никто не знает… Сегодня будет экстренное совещание Конгресса, и ты узнаешь окончательный вердикт… Ладно, до связи.
И губернатор остался в тишине.
Он покачал головой и вернулся к своему кофе.
М-да, это дело надо решать быстро. Но шум подняли сами жители; значит, самому придётся как бы остаться в стороне. А что, вроде удобная позиция… И ответственности в случае чего меньше.

6

В подвале их было уже тридцать пять человек: видимо, наёмники ноосферы развили бурную деятельность сразу, так как людей на заброшенный завод приводили несколько раз в день – иногда семьями, иногда поодиночке.
Дыркин-старший обзавёлся приятелями: разговорчивым очкастым студентом Александром и угрюмым накачанным безработным Владом. Его жена теперь часами напролёт болтала с новыми подругами, а сын бегал где-то в глубине зала с другими «заменёнными» детьми…
В данный момент Дыркин сидел перед встроенным в стену компьютером и вяло листал текст сводки новостей. Всё-таки изоляция от общества – это невероятная скукотища… Прошло всего двое суток с его «замены», а он уже тоскует по своей прежней жизни. Наверное, его двойник сейчас тупо перебирает бумажки или забивает текст в базу данных фирмы… Клон жены, стало быть, тоже не работе… Что делает копия Артёма, Дыркин не смог себе представить.
Вдруг его взгляд зацепился за сообщение про его родной Питер (завод располагался на самой окраине, и Дыркин посчитал, что он уже не в городе). «Массовые беспорядки продолжаются. Здание городской администрации захвачено… есть жертвы… Полиция не в силах справиться с бунтом… военные, отправленные на подавление, примкнули к восставшим… Требования, предъявляемые мэру города, сводятся к отделению Санкт-Петербурга от Российской Федерации (желательно – вместе с Ленинградской областью) и провозглашение его суверенитета… Идут переговоры… Все члены группы «Голографические супермены» находятся в больнице с телесными повреждениями средней тяжести…» Читая последнюю фразу, Дыркин усмехнулся. Не надо было им про сепаратистов петь…
Сразу под этим сообщением находилось другое, не менее ошеломляющее: Аляска требовала независимости, как и Питер! «…Видео в Интернете… заседание Конгресса… шестьдесят процентов голосов – за проведение референдума… в воскресенье, двенадцатого июля…»
– Ну, и как вам тут у нас нравится? – услышал неожиданно Дыркин, вздрогнул и обернулся.
Один из наёмников стоял рядом в своём обычном чёрном плаще и ободряюще смотрел на бывшего менеджера. Тот ухватился взглядом за кобуру с пистолетом на поясе у гостя, быстро обдумал ситуацию и ответил:
– Да вроде пока всё нормально… Э-э-э… можно кое о чём спросить?
– Конечно, – улыбнулся наёмник; Дыркин никак не мог запомнить его лицо, – наверное, и тут ноосфера постаралась. – Что…
– Не имеет ли случайно ваша организация отношения ко всему этому? – Дыркин указал пальцем на экран компьютера, где всё ещё высвечивались сведения о недавних событиях.
Наёмник скользнул глазами по строчкам и через несколько секунд сказал:
– Нет. Это произошло спонтанно, независимо от наших действий. Выходит, в мире остаются опасные элементы… Ничего, мы это уладим. Противостоять всему такому и есть наша задача.
– Зачинщиков вы… убьёте? – через силу спросил Дыркин.
– Как получится. – Его собеседник развёл руками.
– Понятно всё с вами… Террор ради мира, да?
– Опять же: как получится.
– Ладно, не буду больше отвлекать: наверное, работы много?
– Да не то слово… – Наёмник снова улыбнулся. – Ну, я пойду. Не скучайте!
И он ушёл, оставив Дыркина одиноко сидящим перед компьютером.
А у бывшего менеджера по физиономии расползалась злорадная ухмылка. «Не скучайте, говоришь?.. Что ж, это я могу сделать…»
В его мозгу созревал поистине дьявольский план. «Сначала надо выждать, пока народу в «убежище» станет хотя бы человек сто…»

7

Референдум проводился в электронном варианте: нужно было зайти на сайт администрации штата и кликнуть на одну из интерактивных клавиш, которой соответствовал тот или ной вариант ответа на главный вопрос лета. После нажатия курсором выбранной кнопки с данного устройства проголосовать ещё раз было нельзя.
– …Результаты будут завтра, – сказал Эн, отмечая пальцем на экране смартфона вариант о независимости Аляски. – Точнее, они будут готовы ещё в тот момент, когда интернет-голосование завершится, просто их опубликуют лишь на следующее утро.
– Как проснусь, сразу в Сеть полезу, – произнёс Эл, неформальный лидер компании, и одним глотком опустошил банку пива. – Слушайте, парни, мы же теперь вроде как герои штата! Надеюсь, будущий президент Аляски вспомнит о нас…
– Конечно, вспомнит, – если это будешь ты! – ответил Эд, и все трое расхохотались.
Было воскресенье, двенадцатое июля; друзья находились в квартире Эла и «проводили время с пользой», а проще говоря, дурью маялись.
Внезапно в дверь позвонили.
– Ты ждёшь кого-то? – спросил Эн у Эла.
– Нет… – ответил тот. – А может, это за нами пришли?
– Из полиции? – ужаснулся Эд.
– Или откуда-нибудь ещё… – сказал Эл и медленно пошёл к входной двери.
Звонок повторился.
– Возьмите какое-нибудь оружие, – прошептал Эл друзьям и распахнул дверь.
В квартиру ворвались пятеро – в плащах и с пистолетами. Один из них взял на прицел Эла, сжимавшего в руке связку ключей, ещё двое – Эда и Эна, успевших взять ножи.
– Вы Элвин Олдер? – спросил, очевидно, командир группы у Эла.
– Эдвард Каллен?
– Эндрю Уиггин? – прозвучали вопросы где-то сзади.
– Д-да… – ответили все трое. А Эл ещё поинтересовался:
– Вы случайно не из полиции?
– Нет. О нашей организации вы вообще никогда не могли слышать. Тем более, – говоривший усмехнулся, – мы вообще не из Соединённых Штатов.
– А говорите на американском английском без всякого акцента…
– Ноосфера – лучший учитель, – прозвучала непонятная фраза. – Итак, господа, ваши действия являются нежелательными для нормального развития планеты Земля и её будущего превращения в единую федерацию, в связи с чем мы вынуждены заменить вас.
– На кого? – поинтересовался Эл, крепче сжимая ключи от квартиры. – А нас – куда?
– Заносите, – бросил его собеседник через плечо, и двое оставшихся налётчиков втащили в коридор фанерный ящик два на полтора на полметра, открыли его и вынули оттуда тела двойников Эда, Эла и Эна.
Но это не произвело ожидаемого эффекта. Эл, видевший данную процедуру во всех подробностях, не ужаснулся, а только изумился:
– Если они весят столько же, сколько и мы… Вы вдвоём занесли сюда, наверное, двести килограммов!
– Забыл сказать: мы не совсем обычные люди, – ответил их главный и поднял пистолет, так что оружие уткнулось стволом Элу в лоб. Краем глаза тот увидел, что с Эдом и Эном сделали то же самое. – Теперь вместо вас будут они, а вас мы… ликвидируем. Никто ничего не узнает…
Он не успел выстрелить. Эл вскинул руку и воткнул ключ ему в глаз.
Налётчик заорал дурным голосом, выронил пистолет, который Эл сразу подхватил, и схватился руками за лицо, ощупывая повреждённое место.
В тот же момент Эд и Эн вонзили ножи в двух других налётчиков и метнулись к остальным, которые уже достали пистолеты…
…но выстрелить так и не успели: Эд и Эн оказались быстрее. Вся битва продолжалась полторы секунды, считая время от первого удара до падения последнего тела.
– Ну и что мы теперь будем делать? – спросил Эл и пнул ногой своего противника, ещё постанывавшего, прижимая ладони к глазу, который, похоже, начинал вытекать. – Кстати, как эти? – Он кивнул на других налётчиков, которые вообще не двигались и не издавали никаких звуков.
– Вроде бы убиты… – ответил Эн. – Мы в сердце целились…
Он осёкся, увидев, как Эд воткнул нож в грудь последнему налётчику.
– Итак, у нас пять трупов, – констатировал Эл. – Как мы от них избавимся?
– Кажется, я знаю – сказал Эд. – Эн, посмотри в окно: кто-нибудь есть на улице?
– Нет… – ответил Эн, пристально всматриваясь в заоконный пейзаж. – А что?
– Мы скинем их туда, а сами тем временем заметём следы.
– Отлично, – сказал Эл. – Приступим…
Через час тела покоились под чьими-то окнами (Эд и Эн оттащили их чуть в сторону от того места, куда их сбросили), а в квартире не осталось ни капли крови, пролитой неумелыми налётчиками.
– О-о-ох… – произнёс Эн, падая на диван. – Теперь можно и отдохнуть…
– Вы слышали, что сказал один из них? – спросил Эд, полулежавший рядом, задумчиво глядя в потолок. – «Ноосфера – лучший учитель»… Интересно, что бы это могло означать?..
– Да какая разница? – устало ответил Эл, оттиравший последнее пятно на линолеуме. – Главное, что мы живы… А завтра мы узнаем, чего добились своим вызовом правительству, – ничего особенного, перемены хозяев или же – свободы. Эх, надо было сразу требовать независимость, а не соглашаться на референдум…

8

– …а потом я выхвачу у него пистолет, тресну его по голове и поведу всех к выходу. Охранные системы я обойду. Если делать всё быстро, они не успеют разбомбить завод! – говорил Дыркин молчаливому Владу, которому, судя по его виду, было наплевать на то, что он сейчас выслушивал.
Когда Дыркин выложил весь свой план, Влад подумал немного и ответил:
– Вроде бы они говорили, что бежать нереально, – охранные системы…
– Действуем по обстоятельствам! У меня будет пистолет и, может быть, парочка запасных обойм. Как добежим до города, я от него избавлюсь.
– Когда планируешь? – спросил Влад.
– Да хоть сегодня! Ты подготовь всех… и скажи Александру, чтобы этим… наёмникам ноосферы ничего не выболтал!
– Хорошо. – Влад отошёл.
А Дыркин сел к компьютеру и стал играть, как будто бы ничего и не планировал.
Через несколько минут пришёл наёмник, который вот уже неделю каждый день заглядывал к «заменённым» людям.
– Ну как, всё хорошо? – спросил он Дыркина, краем глаза посматривая на экран, где во все стороны носились танки, а счётчик в правом верхнем углу быстро увеличивал свои показания.
– Ага, – сказал Дыркин, поставил игру на паузу и повернулся к собеседнику. – Скажите, пожалуйста, а вам не надоело людей копировать? Нельзя ли как-нибудь по-другому решить этот вопрос?
– Иного способа ноосфера пока не нашла, – ответил наёмник, пододвинул стул и сел рядом с Дыркиным. – Если попытаться внедрить в мозги обывателей необходимую идеологию с помощью средств массовой информации или литературных произведений, то результат будет в принципе непредсказуем: кто знает, как они воспримут это…
– Да, действительно, кто знает… – задумчиво сказал Дыркин, вдруг молниеносно вскинул руку, схватил наёмника за коротко стриженный затылок и проломил его головой светящийся экран компьютера.
Раздался звон разбиваемого стекла, за которым последовал жуткий крик, вскоре оборвавшийся; посыпались искры, повалил дым. Дыркин поспешно вытащил из кобуры на поясе обмякшего наёмника оружие и метнулся к двери подвала. Влад уже вёл сто двадцать остальных «заменённых» следом.
Дыркин выглянул в коридор, посмотрел туда-сюда: никого. Махнул рукой тем, кто догонял его сзади, и, сняв пистолет с предохранителя и припомнив, откуда его завели в «убежище» в то воскресенье, направился влево.
Так… вверх по лестнице… оглядеться… Он оказался в большой комнате, через которую проходил восемь дней назад, и то, что он там увидел, ему не понравилось.
Там отдыхало не меньше десятка вооружённые наёмников ноосферы! Правда, они не сразу его заметили, а когда заметили, то не сразу поверили, а когда поверили и стали выхватывать оружие, было слишком поздно…
…потому что Дыркин уже стрелял, укрывшись за обитым серой кожей диваном. Из одиннадцати противников пятеро были убиты к тому моменту, когда остальные изготовились к стрельбе.
Дыркин сам удивился тому, как метко он палил из ПМа новой модели – куда мощнее прошлых модификаций. Видимо, своё дело сделал адреналин, минуту назад выплеснувшийся в кровь, наверное, впервые в его жизни. Во всяком случае, он не чувствовал себя виновным в убийстве этих… «ноосферизированных» людей, которых перестал считать равными себе и прочим свои знакомым.
Вспомнив об остальных, Дыркин, не прекращая стрелять, на мгновенье оглянулся. Никого не было видно. Очевидно, Влад, услышав выстрелы, повёл всех другим путём или же заставил залечь в коридоре, чтобы через стеклянную дверь никого нельзя было разглядеть. Дыркин узнает это, когда закончит свой поединок…
Когда он в одиннадцатый раз нажал на спуск, пистолет щёлкнул и… и больше ничего. Пуля последнего противника оцарапала диван в нескольких сантиметрах от его головы. А стрелок уже бежал через всю комнату к Дыркину, зная, что у того кончились патроны…
…и получил пистолетом в лоб, отчего сразу вырубился и упал. А Дыркин, обежав взглядом всё помещение и не найдя больше врагов, направился обратно, к двери в коридор, чтобы сообщить всем, что путь свободен.
Правая рука его болела: отдача выстрелов оказалась слишком уж сильной, да и бросок полукилограммовой единицей стрелкового оружия давал о себе знать…
Он выглянул из комнаты и, увидев, что все притаились у стены, поманил их за собой. Теперь рядом с ним бежали его жена и сын, заставляя твёрже верить в успех авантюры и надеяться, что всё будет хорошо.
Когда последний «заменённый» вошёл в помещение, из которого Дыркин, находившийся в авангарде, как раз пытался выбежать, обе двери – и задняя стеклянная, и передняя железная – захлопнулись, свет отключился, а комнату с тихим шипением стал заполнять какой-то светлый полупрозрачный газ.
Послышались крики ужаса. Дыркин и сам чуть было не поддался панике, но тут же взял себя в руки, разбежался и плечом попытался выбить железную дверь. Не вышло. А к лёгкой ноющей боли в кисти добавилась ещё и острая – в плече.
– Посторонись! – вдруг услышал он и откатился в сторону.
В следующую секунду он увидел, как его манёвр повторил Влад, но – с другим результатом. Под весом его тела и из-за силы импульса дверь прямо-таки вынесло в дальшележащий коридор, куда сразу же устремились все «заменённые». Таким образом, Влад вернул себе позицию сбоку от Дыркина, с другой стороны от Антонины и Артёма.
Вскоре показался выход наружу. И ни одного наёмника ноосферы! «Они, наверное, сейчас заняты…» – подумал Дыркин, выбегая на улицу первым.
Ура! У них получилось! Они на свободе!!!
Теперь осталось добраться до дома.
– Ну, пока, Влад; пока, Александр… – на бегу сказал Дыркин своим новым друзьям. – Может, ещё увидимся… Короче, спасибо вам и до свидания!
– И тебе не болеть, Василий Иванович! – ответил Влад и побежал куда-то в сторону, но всё равно – прочь от завода.
А Дыркин перешёл на шаг и, подождав свою семью, направился в сторону дома.
Сверху что-то просвистело, и завод внезапно взорвался, разбросав во все стороны дым, пыль и горящие обломки.

Ключи от квартиры у Дыркина не отобрали, поэтому дверь своего жилища он открыть по прибытии всё-таки смог. Вошёл…
…и увидел троих клонов – его собственного, жены и сына, сидящих на кухне и мирно ужинающих.
– Ну, здравствуйте, доппельгангеры… – пробормотал он и снял ботинки. – Как вам здесь, удобно? А теперь прошу вас покинуть эту квартиру и больше никогда сюда не возвращаться. Это наша собственность.
– Хорошо, – ответил Дыркин-второй и встал из-за стола. – Извините, мы уже уходим. Кстати, а как вам удалось бежать с завода?
– Не твоё дело, копия… – произнёс Дыркин-оригинал, и слово «копия» в его устах прозвучало, как ругательство. – Вон отсюда!
– Мы ещё вернёмся, – мстительно сказал двойник Артёма, идя к выходу. Обернулся, добавил: – Вот увидите, – и скрылся за дверью. Дыркин подошёл и запер её.
– А теперь, дамы и господа, – проговорил он, заметив уставленный тарелками кухонный стол, – желаю вам приятного аппетита!
– Как ты думаешь, они вернутся? – спросила Антонина Валерьевна, садясь за стол.
– Пусть попробуют! – ответил ей муж. – Я обезврежу их, а потом вызову полицию… Да и вернутся ли вообще – вот вопрос – после такой-то неудачи! Нет, с уверенностью могу сказать, что мы в безопасности, потому что – мы победили!!!

9

– Эл, просыпайся! – ворвался в сознание звонкий голос Эда. – Результаты референдума готовы! Посмотри…
– Мы выиграли!!! – заорал Эл, вскочив с кровати и выхватив у друга планшетный компьютер. – Девяносто пять процентов – за независимость! Четыре – за Америку, один – за Канаду… Хм, найдутся же дураки… О, а вы знали, что на Гавайях теперь всех аляскинцев считают ренегатами, а? Калифорния и Техас тоже потребовали референдума, но президент послал их губернаторов, сказав, что, если отделяется один штат, это ещё туда-сюда, но три – это слишком много!.. Короче, друзья, – закончил он свою речь, кладя планшет на диван, а руки – на плечи Эду и Эну, – поздравляю вас: в мире скоро появится новое независимое государство. Мы победили! Ура!!! А сейчас пойдёмте куда-нибудь – отпразднуем…
И троица лёгкой, подпрыгивающей походкой отправилась в ближайший бар.

10

Дыркин не удивился, когда следующим утром прочитал в Интернете, что мятеж в его городе подавлен (сам он старался не выходить на улицу), а всю группу «Голографические супермены» арестовали «за песни экстремистского и подстрекательского содержания». И он засмеялся – от облегчения; всё наконец-то закончилось.

9 – 19 июня 2018,
Красноярск.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 7
Опубликовано: 18.11.2018 в 08:08
© Copyright: Данил Кузнецов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1