«Мне было приятно, что человек выжил…»


Лучшим медработником Примиусья по мнению наших читателей, стала Наталия Николаевна Сафронова, врач-невролог Матвеево-Курганской ЦРБ.

Ко дню медработника наша редакция на странице газеты в социальной сети «Одноклассники» организовала опрос читателей: «Кого из врачей в своей центральной районной больнице Вы считаете настоящим специалистом своего дела, достойным всяческой похвалы со стороны пациентов?» К сожалению, жители Куйбышево и Родионово-Несветайской, в отзывах о своих больницах не указали имени ни одного специалиста. Неклиновцы самыми лучшими медработниками считают фельдшера Галину Николаевну Варавва и врача Сергея Михайловича Котова. Самыми активными оказались матвеево-курганцы, назвавшие лучшими врачами района Наталью Ивановну Арар, ушедшего от нас Владимира Степановича Кобченко, Оксану Андреевну Шевченко, Павла Владимировича Рычкова, Елену Николаевну и Замира Макаровича Баталовых, Александра Константиновича Поляниченко, Николая Федоровича Гапоненко, Людмилу Васильевну Холодняк, Веру Владимировну Мелихову и Татьяну Викторовну Литвинову. Однако самым лучшим специалистом и настоящим мастером своего дела жители района признали врача-невролога Наталию Николаевну Сафронову, отдав ей наибольшее количество отзывов.
Мы встретились с Наталией Николаевной и попросили ее рассказать нам о том, как стать хорошим доктором, к которому тянутся люди.

Как я стала врачом
– Самое интересное, что решение стать врачом принимала не я сама, а моя мама. У меня была несколько другая мечта, но я не поступила. И мама сказала: «Ты попробовала, что ты хотела, теперь пробуй то, что считаю правильным я». И так все вышло, я легко сдала все экзамены и поступила в медицинский. Те, кто слышат от меня эту историю, обычно делают выводы, что моя мама – медик. Нет, это не так, просто мама хотела, чтобы в семье был собственный доктор.
Осознание того, что медицина – это мое, пришло мне гораздо позже, наверное, уже в Матвеевом Кургане, я ведь не местная. Медицина – это твое, когда приходит человек со своей проблемой, и ты в форме какой-то медитации начинаешь его ощущать. Не просто слушать его рассказ, а проживать эти слова, ощущая его жалобы, его тревоги, его замечания и понимая, что с ним случилось. Углубляешься в его внутренний мир, познаешь этого человека, а потом на том же уровне сам находишь, принимаешь какое-то решение, собирая все вместе. И от всего этого получаешь колоссальное удовлетворение. Медицина – это ведь не то, как можно подумать на первый взгляд – отучился шесть лет и все. Я помню, как после окончания мединститута с радостью отодвинула книжки – наконец-то! А моя первая наставница сказала мне: «Ты это не убирай далеко. Ты сюда еще не раз заглянешь, и не раз все это перечитаешь. И не только это, массу других книжек прочтешь. И каждый раз все, что в них написано, будет тебе открываться с новой стороны». Медицина – это учеба всю жизнь.
И без примеров, без хороших учителей в медицине тоже не обойтись. Для меня таким Врачом с большой буквы стала Людмила Борисовна Оскина, она, к сожалению, уже умерла. У нас всегда было с ней взаимопонимание, я после интернатуры четыре года проработала в районе, в одной с ней больнице. И ни разу не услышала от нее: «Разбирайся сама, ты такой же специалист, как все». В любое время дня и ночи подсказывала, помогала, чем могла. Я помню, первое время, еще не имея собственного опыта, всегда копировала ее манеру обхода, манеру общения с больными…

Осмотрелась – и осталась
Почему я стала именно неврологом? Это тоже – случайность, не зависящая от меня. Мне хотелось быть психиатром. Приезжаю после распределения в свою первую районную больницу, говорю, что интернатуру собираюсь заканчивать по психиатрии, а главврач мне: «Так, у меня нет невропатолога. Я тебе пишу направление в областную больницу и ты учишься на невропатолога». Я думаю: «Ладно. Неврология – это ж не терапия, где нужно знать «сто-о-олько». Неврология – это ж намного меньше учить». А вышло – наоборот. Чтобы знать неврологию, нужно знать терапию, потому что диагнозы иногда приходится проводить и с терапевтическими, и травматологию, и эндокринологию. В общем, много чего нужно знать. Так я и стала неврологом. Но нисколько не жалею. Неврология – она ведь и с психиатрией имеет непосредственную связь. Все равно учитывается внутренний мир человека, которого лечишь, внутренний мир ведь тоже оказывает огромное влияние…
А вообще, вся моя жизнь – это цепь «неслучайных» случайностей. Я и в Матвеев Курган точно так же попала. Стоял выбор между севером и югом, и там и там жили родственники. На севере холодно. Решили, что пока поеду на юг, осмотрюсь, а дальше будет видно. Осмотрелась, да так и осталась. Сначала, конечно, хотелось в Москву. Но с жильем там было трудно, без прописки на работу не брали, а прописывать, даже временно, никто не хотел.
Иногда меня спрашивают, не жалею ли я о том, что не работаю в городе. Нет, не жалею. Единственное, бывает, сожалею, что я далеко от близких и не могу помочь им так, как могла бы помочь, находясь поближе. А по поводу «обычного» райцентра – нисколько не жалею. Я никогда в городе не жила, моя родина – такой же райцентр, каким является Матвеев Курган. И больница там такая же типовая. Иногда я иду по коридору, и мне кажется, что я совсем молодой специалист и нахожусь там же, где я начинала работать… Если я оказалась в Матвеевом Кургане, значит, здесь я нужна для чего-то. Если осталась здесь, значит, кому-то нужно, чтобы я осталась.
Да, мне везет по жизни. Сначала повезло с профессией, с институтом, поступила именно в тот, который был нужен. Потом со специализацией повезло. Потом с тем местом, коллективом, где стала работать, где работаю сейчас. Наверное, моя жизнь удалась…
Единственное, свободного времени у врача всегда мало, семье не так много внимания достается. Спасибо родным, что понимают – у меня такая работа. Моего сына здесь все знают, он и вырос в больнице – после школы к маме шел, в выходные опять же я его с собой на дежурства в больницу брала. Так и выросли…

«Сельская» неврология
Основной диагноз, с которым мне приходится сталкиваться – нарушение мозгового кровообращения. Кстати, недавно заглядывала в архивные годовые отчеты, в 1996 году у меня за год прошло 20 человек с инсультами. А в 2014 году – более 140. И это те, кто дошел до больницы. Есть же и те, кто не дошел…
С чем это связано? Здесь и само отношение человека к своему здоровью: питание, прием лекарств, образ жизни, подверженность стрессам, и социальные факторы, и решение проблемы с медикаментами. Я как врач, стараюсь ситуацию изменить, при выписке всегда даю людям рекомендации, если им следовать, то вероятность тех же инсультов будет сведена к минимуму. Но порой спрашиваю, какое лекарство человек с гипертонией принимает для снижения давления, а он не может назвать даже один-единственный препарат. Разве это нормальное отношение к своему здоровью?
Я, кстати, своих родителей в этом плане «выдрессировала». Они у меня знают, что нужно принимать постоянно, а что надо срочно пить, если вдруг стало совсем нехорошо.
А неврология – это, наверное, самая интересная специализация в медицине. Она еще долго будет развиваться, слишком много еще в человеке непонятного. И очень много есть вопросов, на которые не могут ответить даже самые лучшие врачи, отчего в том или том случае возникает или не возникает то или иное неврологическое проявление.
Больше всего в профессии запоминаются самые трудные случаи, такая уж у них особенность. Один такой случай, кстати, произошел в самом начале моей работы в Матвеево-Курганском районе. Приезжает фельдшер с периферии, уже и не помню, откуда, но далековато от райцентра, и говорит: «Ничего не понимаю, молодой мужчина, признаков алкогольного и наркотического опьянения нет, а какой-то заторможенный, плохо ему, голова болит. У меня впечатление, что кровоизлияние в мозг». Поехали. А раньше тактика такая была – тяжелобольных на месте оставлять, так как транспортировка не всегда была удачна для пациента. Я поглядела – молодой пацан, еще и тридцати нет, рядом маленький ребенок ползает. На свой страх и риск привезли сюда, в ЦРБ. Пропунктировали, начали проводить лечение, созвонились с областью, тактику отработали. Пролежал он у нас какое-то время, после мы его еще в Ростов отправили, он и там пролечился. Несколько лет прошло, больше этот человек к нам с жалобами не обращался. А при поступлении в стационар у него была приличная аневризма, которая «подкравливала». Если б мы его тогда в Курган не доставили, не назначили специальное лечение, он бы дома просто погиб. И, хотя тогда я по шапке за самоуправство получила, мне было приятно, что человек выжил.
К сожалению, есть в моей работе и определенные трудности, связанные с тем, что на уровне района, особенно по профилю неврологии, пациенту можно провести минимальное количество обследований. МРТ, компьютерная томография, узи сосудов головного мозга, электроэнцефалограмма – все эти обследования очень сильно помогают моим городским коллегам в тех лечебных учреждениях, где все это наличествует. Кстати, у меня племянница как раз после окончания ординатуры будет вести диагностику на компьютерных томографах. И она спрашивает меня: «Как вы вообще без всего этого можете работать?» Я отвечаю: «Двадцать пять лет назад томографы были разве что в кремлевских больницах и каких-нибудь секретных клиниках. А диагнозы врачи ставили, и ставили правильно. И лечение правильно назначали, и жизни спасали точно так же, как и сейчас». При всех возможностях новых методов диагностики никто не отменял клинические симптомы, сбор анамнеза, работу с пациентом. Все остальное просто помогает. Хотя, безусловно, помогает очень здорово.

Заповеди хорошего доктора
Какими качествами должен обладать настоящий доктор? Я не считаю, что я – слишком хороший доктор. До такого уровня мне еще «ползти и ползти», как говорится. «Настоящий доктор» – это Господь Бог, создающий нас идеальными, такими, какими мы появляемся на свет. Все остальное – лишь стремление достичь уровня «настоящего доктора».
Я закончила институт в 1988-м году, в 1990-м начала работать, есть уже, конечно, опыт. Будучи врачом, всегда ставлю себя на место своего пациента. Понятно, что у пациента есть родственники, которые переживают, суетятся, иногда делают лишние движения. И все это приходится учитывать. Если тяжелый случай, безусловно, приходится созваниваться с коллегами из Таганрога, Ростова-на-Дону. Бывает и раздражение, и физическая усталость. Я и себе, и девочкам, медсестрам, санитарочкам говорю: «Представьте, что на месте этого больного – ваш родственник. Ведь тогда на ситуацию вы будете смотреть совсем другими глазами. Представьте, что этот больной – ваш родственник». Я всегда стараюсь именно так относиться к людям. Умение сострадать и медицинские знания – это, наверное, и есть главные качества хорошего врача.
Что я могу сказать о своем коллективе? Он у меня очень хороший. Если бы не был хорошим, не было бы всех тех отзывов из интернета. Потому что если я сказала, а коллектив не сделал, работы нормальной не получится. Все сотрудники в неврологии работают давно, нас в 2002 году разделили с травматологией, выделив отдельный неврологический пост, и у всех в коллективе отношение к работе такое, каким оно должно быть. Девчонки замечательные, душевные – я бы этот коллектив не променяла ни на какой другой, так мне с ними комфортно. Иногда ухожу в военкомат, а работу какую-то доделать не успела. Звоню, они меня с полуслова понимают. Я едва рот успею открыть, а они уже знают, чего я хочу. Все в работе заинтересованы. Про санитарок отдельно хочется сказать: работа адская – есть ведь больные, за которыми некому ухаживать. Таким нужно обеспечить туалет, обмыть, перестелить, обработать от появления пролежней, ведь в этом случае возникает опасность присоединения вторичной инфекции. И я рада, что рядом со мной есть люди, которые могут сделать эту важную работу на должном уровне и с должным милосердием.
В то же время больница – это всегда сосредоточие человеческой боли, особенно стационар, куда доставляются самые тяжелые пациенты. Если врач или другой медицинский работник не научатся вовремя отстраняться, быть немного циничными, отбрасывать негатив, выходя за пределы больницы, он просто не сможет быть медиком, перегорит раньше времени, сойдет с ума, если хотите. Все брать на себя и удержать в себе невозможно. Наверное, именно поэтому появилось мнение о черном юморе докторов, о каком-то нашем профессиональном цинизме, когда мы говорим друг с другом где-то в отсутствие пациента. Но, опять же, профессионал никогда не будет вести таких разговоров среди больных или тогда, когда они могут это услышать.
Мне очень помогает быть врачом и то, что я сама частенько оказываюсь в роли пациента или его родственника, когда лечусь сама или помогаю родным. По собственному опыту поняла: наше бессилие изменить ситуацию или когда тебе непонятно, что происходит с тобой или родным тебе человеком, провоцирует какой-то негатив в отношении медиков. Наверное, именно поэтому я для себя, и как для врача, и как для пациента, вынесла еще одно золотое правило: считать до десяти, успокаиваться, и только потом говорить человеку что-то неприятное.
А как доктор, я всегда стараюсь предупредить эту конфликтную ситуацию, всегда после постановки диагноза и объяснения пациенту, что и как, спрашиваю: «Вопросы есть?» Вопросы, как правило, никогда не задаются. Хотя я знаю, что они есть, и даже приблизительно знаю, сама побывав в роли пациента, какие. Просто человек либо не может их сформулировать, либо стесняется спросить. И тогда мне опять приходиться упреждать и спрашивать, «А вот такая проблема интересует?» И оказывается, что да, я не ошиблась…
Елена Мотыжева

Мнение «Одноклассников»:
Николай Гапоненко: Спасибо нашим добрым и внимательным врачам, за их порой бессонные ночи, выдержку и терпение в самые трудные минуты наших недомоганий! Всем крепкого здоровья и благополучия в семейной жизни!!! Мы вам верим и всегда ждём от вас помощи!!!
VR: Санитарки в больницах – от бога! (не все санитарки, но большинство в ЦРБ Матвеева Кургана).
Мария Кочубей: Критиковать, оскорблять мы все можем. Но потом, когда среди ночи становится невмоготу, умоляем или требуем: «Спасите!» Все врачи прекрасны по-своему, спасибо им всем за их неблагодарный труд!
Анюта Жерносек: Бывает, что одним врачам не хватает сердечности, другим - бескорыстия, третьих Бог обделил речью, у четвертых – пробел в знаниях медицины. Но всё же, хоть один из 100, но обязательно найдется: «Врач от Бога»! Думаю, у каждого есть такой Ангел-Хранитель.
Людмила Федосова: Не верю я, что у нас нет хороших врачей! Есть, и люди хорошие есть... Все доктора заслуживают право на щедрое наше СПАСИБО! 



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Разное ~ Интервью
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 16
Опубликовано: 14.11.2018 в 14:22
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1