«Гоним фрицев и ганцев дальше на Запад. Какие они стали жалкие…»


В моей семье воевали четыре брата и сестра
Совсем недавно нам позвонил житель поселка Матвеев Курган Валентин Терентьевич Тороп:
– Наверное, второй такой уникальной семьи, как наша, больше нет в нашем Матвеево-Курганском районе. У моего дедушки, Торопа Петра Тихоновича, было семеро детей – шесть сыновей и одна дочь. Сам дедушка в годы войны был мобилизован на трудовой фронт и всю войну проработал на уральских заводах. Бабушка Евдокия Иосифовна с двумя малолетними сыновьями была в оккупации в Приморско-Ахтарском районе на Кубани.
Зато старшие их сыновья и дочь принимали самое непосредственное участие в Великой Отечественной войне. Дочь, Александра Петровна Тороп была санинструктором. К сожалению, о ней я знаю совсем мало. Зато о своем отце и дядьях, особенно благодаря сайту «Подвиг народа», мне стало известно очень многое.
Мой отец, старший из братьев, майор Терентий Петрович Тороп, в Красной Армии с 1935 года, был батальонным комиссаром. Награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны II степени и орденом Александра Невского. Его фото я всю жизнь ношу в своем портмоне.
Вот как описывает его подвиги сайт «Подвиг народа»: «Майор Тороп в боях при прорыве сильно укрепленной обороны противника в районе Мазуры – Волотовки, в боях за Полоцк, а также в боях за Двинск с 22.06.44 по 16.07.44 свои подразделения выдвигал на прямую наводку. Руководя подразделениями прямой наводки, составляя противотанковый резерв командиру дивизии, всегда хорошо организовывал систему огня, своевременно выдвигал батареи на наиболее опасные места и направления. Благодаря хорошей организации огня, выучке и мастерству вверенных товарищу Тороп подразделений, огневые точки мешающие продвижению пехоты, всегда уничтожались. Пехота и танки противника, контратаковавшие наши части совместно с пехотными подразделениями, уничтожались и рассеивались. Только в бою под деревней Карасики 15.07.44 при отражении яростных контратак подразделение товарища Тороп сожгли 4 тяжелых танка и 3 танка подбили, уничтожили одну автоматическую зенитную пушку, 75 мм-орудие, подавили 4 пулемета и уничтожили 110 солдат и офицеров противника».
Мой первый дядя, брат моего папы, Марк Петрович Тороп, гвардии старшина, был награжден орденами Красной Звезды и «Отечественной войны II степени», медалями «За отвагу» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
«Командир отделения Тороп 20 августа 1941 находился в районе реки Лиелупе, севернее Иелгава, выполнял боевое задание по инженерной разведке противника. Невзирая на ожесточенный обстрел, он стойко продолжал вести наблюдение за противником, находящимся в непосредственной близости. В момент форсирования противником реки Лиелупе, товарищ Тороп участвовал в схватке с автоматчиками противника, нанося ему потери в живой силе. Добытые им материалы наблюдения способствовали принятию успешных мер противодействия вражескому наступлению. 25-27 августа товарищ Тороп смело проник в район действия наступающих танков противника и предоставил ценные материалы в штаб разведки».
Мой второй дядя, Михаил Петрович Тороп, гвардии старший лейтенант, заместитель командира батальона, попал на фронт 17-летним мальчишкой. Имел боевые награды: Орден Красного Знамени; орден Красной Звезды; медали «За отвагу» и «За боевые заслуги». Был убит в октябре 1943 под деревней Щербакова, Ореховского района, Запорожской области, на Украине.
«В наступательных боях 17 июля 1943 г. товарищ Тороп все свои знания умело применял в боевых делах. Несмотря на сильный арт.огонь и бомбежку с воздуха, тов. Тороп вывел батальон на исходное положение без потерь. Во время болезни комбата батальону была добавлена задача взять высоту «Горскую», имеющую большое значение для дальнейшего наступления, так как она господствовала над местностью. И высота батальоном под командованием товарища Торопа была взята. Противник бросил на высоту много пехоты, танки, бронемашины, самоходные пушки, пытаясь вернуть утерянную высоту. Но это ему не удалось, так как была правильно построена оборона, система огня, взаимодействие. И в этом боевая заслуга товарища Торопа».
Мой третий дядя, Гавриил Петрович Тороп, гвардии младший сержант, также попал на фронт в 17 лет. Воевал в составе 1-го Белорусского фронта. Прошел всю войну и дошел до Берлина. Был награжден орденом Славы III степени и орденом Красного Знамени.
«Товарищ Тороп, смелый и опытный наводчик орудия, в боях по заключительному окружению Берлина, в бою под г. Ориенбург 23.04.45 противник оказывал сопротивление при поддержке 3 самоходных орудий. Сабельники, идя в наступление при поддержке орудия тов. Торопа, сломили сопротивление противника и форсировали Гогенцоллерн-канал. В этих боях тов. Тороп совей пушкой оказал своевременную поддержку арт.огнем, находясь на южном берегу канала, огнем из орудия сжег одну самоходную пушку противника, тем самым способствуя успеху в бою и овладению городом Ориенбург.
С 26.04. по 01.0545 полк вел упорные бои за овладение городом Бранденбург и расширению плацдарма на южном берегу Зило-канала. В тяжелые минуты боя противник зверски ринулся в атаку. Товарищ Тороп не дрогнул перед натиском и в течение 30 минут вел беспрерывный бой. Огнем из орудия он уничтожил до 20 солдат и офицеров противника, подавил огонь 4 пулеметных точек и разбил опорный оборонительный очаг противника, тем самым способствуя удержанию плацдарма и овладению городом Бранденбург».
Сегодня, накануне Дня Победы, так отрадно вспомнить и поименно назвать всех, кто в те годы стоял насмерть, всех моих родных, мертвых, и живых… Всех, кого я помню, кем горжусь! Светлая им память!
Дед и муж – из одного полка…
Еще один рассказ о фронтовой судьбе принесла в редакцию вместе с фотографиями и почетной грамотой наша читательница Татьяна Федорова.
– Мой дедушка – гвардии старшина Касьяненко Василий Емельянович. В нашей семье от него остались несколько фотографий. К сожалению, награды дедушки не сохранились, сразу после войны к ветеранам было самое плачевное отношение, а их орденами и медалями играли дети, так все и растерялось…
Дедушка был танкистом, дважды горел в танке. Воевал на Курской дуге, после в составе 1-го Украинского фронта освобождал Украину и Польшу. Форсировал Вислу и Эльбу, встретившись с войсками союзников. Брал Прагу, Дрезден и Берлин. После войны четыре месяца был комендантом города Кенргсберга, лично знал маршала Жукова.
Но самая большая его и наша семейная гордость – дедушка, в составе сорока тысяч бойцов, участвовал в Параде Победы в 1945 году. Об этом в нашей семье хранится грамота, в которой указаны его фамилия, имя и отчество. Такие грамоты были выданы после парада Победы всем его участникам.
Деда своего я не знала, он умер до моего рождения, еще в 1961 году. Но память о нем берегу, каждый год, уже со своей внучкой, возлагаю цветы к его могиле на 9 мая.
Удивительно, но «фамильная» профессия деда дала знать о себе и в следующем поколении – мой младший брат тоже был в армии танкистом. А моего двоюродного брата назвали Василием, в честь деда…
Но самое поразительное совпадение произошло в моей жизни. Мой муж служил в Германии в 1983-1985 годах в 3-й гвардейской танковой армии, 10-й дивизии, 62-м полку. А ведь это – тот самый полк той самой армии, где воевал в годы Великой Отечественной войны мой дедушка! Такая вот семейная преемственность…
Тем, кто пал в бою на реке Миус…
Поведал свои воспоминания о военных годах и житель поселка Матвеев Курган Виктор Матвеевич Моисеенко:
– Фронтовых писем у меня нет, в годы войны я был совсем ребенком. Зато я сам – словно письмо – до сих пор хорошо помню все, что довелось пережить в те страшные годы.
Я помню, как линия фронта проходила совсем неподалеку от моего дома, чуть ли не вдоль железной дороги. Мы в нашей хате жили практически на переднем краю.
Топить печь и разжигать костры было невозможно – немцы сразу обстреливали нас. Удавалось это делать только в безлунные ночи. Тогда родные из кукурузы пекли лепешки и раздавали их всем солдатам. И они, и мы, местные жители, были очень голодны. В награду за эти лепешки нам, ребятам от солдат перепадало иногда по кусочку сахару.
А потом нас эвакуировали в Политотдельское. И именно оттуда мне запомнился штурм моряками Волковой горы и горы 101,5 восьмого марта 1942 года. Последствия штурма – когда наши моряки несколько месяцев лежали на поле, а потом мы их стали убирать (насобирали много документов, которые после, когда пришли наши, передали Красной Армии) – запомнились мне на всю жизнь как самый страшный эпизод войны…
Я до сих пор не могу найти себе покоя, стараюсь, как могу, увековечить память о боях на Миус-фронте. Когда в наши края приезжал авторский коллектив во главе с Геннадием Мотишовым, пишущий книгу о Миус-фронте, я тоже сопровождал ученых и всячески им помогал. За что и получил в подарок книгу «Миус-фронт в годы Великой Отечественной войны». После по моему и моей супруги почину в Матвеевом Кургане 8 марта начали проводить акцию «Свеча памяти», возлагать венки к памятнику «Якорь». Если в Примиусье есть энтузиасты, собирающие и хранящие память о тех годах, хотелось бы встретиться, обговорить, чем еще мы можем посодействовать тому, чтобы наш край узнали далеко за его пределами, чтобы о подвиге тех, кто сложил свои головы на реке Миус, не забывали никогда... Мой телефон – 8-951-495-6814.
Подтверждает рассказы Виктора Матвеевича и жительница с. Авило-Успенская Ульяна Федоровна Кращенко. Она в своем письме сообщает, что моряки, идущие на штурм 8 марта 1942 года, перед штурмом ПЕЛИ! И эти песни, слышали на рассвете жители ныне несуществующего хутора Полозова Балка, прятавшиеся от обстрелов в своих сараях и землянках.
Так рождалась настоящая любовь
Семья Матафоновых из поселка Матвеев Курган передала письма своего родственника – Кузьмина Дмитрия Петровича, участника Великой Отечественной войны. Дмитрий Петрович, выходец из Читинской области, освобождал Украину, Венгрию и Румынию. Был награжден орденами Красной Звезды и Красного Знамени, медалью за освобождение Будапешта. В 1964 году переехал жить на Примиусье, а поселок Матвеев Курган. К сожалению, ветеран умер еще в 1996 году, но его письма к невесте, полные нежности, семья бережно хранит до сих пор.
Действующая армия, 30.08.43г.
Здравствуй, Мария!
Разве можно забыть того человека, для которого только живешь, да, это так, прости за откровенность. Сегодня получил от тебя письмо, за которое искренне тебе благодарен и надеюсь и впредь ты будешь так же аккуратно отвечать на мои письма.
Маруся, если бы знала, как приятно в таких условиях получать письма, я ни от кого не жду так сильно, как от тебя. Мне кажется, твои письма самые теплые и милые, несмотря на то, что скромные.
Как тебе известно, успехи у нас неплохие, с 23 по 29 августа 43 года находился в Харькове, теперь от Харькова гоним фрицев и ганцев дальше на Запад. Какие они теперь стали жалкие трусы, драпают, словно зайцы.
Маруся, за мое пребывание в действующей армии пришлось побывать даже два раза на станции Касторное. Конечно, если бы я знал, что твоя мамаша там, непременно бы разыскал. Надеюсь, что ты с мамашей переписку ведешь. По получению письма у вас начнется уже осень, а здесь Украина – какая природа, право, сейчас не то, война побывала в каждом уголке. Я за тебя очень рад, что ты являешься патриоткой нашей родины, я никогда не сомневался, что ты не будешь находиться в стороне в такое тяжелое время. Как хорошо, если бы тебе пришлось выехать оттуда поближе к нам. Прости, что мало написал, время так ограничено, если будет свободная минута, напишу еще. Прошу тебя очень, если есть, а у тебя есть фото, шли.
Крепко обнимаю. Пиши, буду ждать. Дмитрий.
Действующая армия, 08.09.44г.
Адрес: полевая почта 69647, мне

Здравствуй, Маша!

С нового адреса от тебя писем не получал, ввиду того и я за последнее время переменил адрес. Маруся, хочется знать, как ты добралась до дому, как живешь и вообще все, что с тобой случилось, и какие есть изменения в твоей жизни, хочется знать до мелочи.
Немного о себе: как видишь, мой адрес изменился и я снова в Казачьих частях, но последнее время находился в стрелковых. Сейчас, Маруся, я далеко в Карпатских горах, о которых ты имеешь представление, только припоминая географию. Узкие дорожки, крутые подъемы, горные реки, условно-трудноваты, но ничего теперь не удержит русского солдата. Румыния осталась позади, и мы углубились на несколько километров в Венгрию. Одним словом, за это время много пришлось посмотреть. Скоро Карпаты кончатся, и мы выйдем на равнину. Жизнь наша, Мария, фронтовая и все время находишься в напряженной обстановке. Очень жду твоих писем, они для меня дороже других.
С приветом к тебе, Дмитрий.
Военное детство моей мамы
Но, наверное, самым пронзительным, самым трогательным рассказом следует признать письмо Ирины Шиловской, записавшей и приславшей нам воспоминания своей мамы, Тараскиной Алефтины Николаевны, войну встретившей пятилетним ребенком…
– Часто вспоминаю я те военные года со слезами на глазах, и что-то из той истории рассказываю своей дочери и внуку. Родилась я 01.04.1936 года в Ленинграде, Дзержинского района, по улице Каляева, в доме № 9.
Ленинград. Война. 1941 год. Я помню, что мама была маленького роста, с черными волосами. Ходила она в голубом платье, была строгой и часто молилась. С наступлением войны мама Женя каждый день ходила рыть окопы. Возвращалась без сил, голодная и беспомощная. Хлеба давали по 100 грамм на человека. О карточках и пайках не помню, так как мама жила одна, а мы с братом были в детском садике. Забирала она нас на выходные из садика. Сама не готовила, а приносила откуда-то еду в кастрюльках. Это мы и ели. Однажды, возвратившись с работы, она, теряя сознание, стала кричать и звать на помощь, но никто не мог ей помочь, ведь рядом находились такие же голодные люди, которым тоже нечего было есть. Так маленькая, хрупкая женщина и померла одна в комнате, не дождавшись помощи.
У кого погибли родители, всех собирали в бомбоубежище, и мы с братом тоже там оказались. Здесь были всякие: и маленькие и постарше. В бомбоубежище было холодно, сыро, темно. Как-то упала керосиновая лампа – случился пожар, тушили одеялами. Спали на каких-то кроватях, ели какую-то еду. За нами присматривали воспитатели. Около месяца находились в бомбоубежище, уже тогда началась блокада Ленинграда.
Забрали нас с братом из бомбоубежища, стали готовить к отправке в Краснодар через Ладожское озеро. Когда нас везли по льду через озеро, то помню, что машина, следующая за нами, провалилась по лед. Выехали мы зимой, а приехали летом. Везли нас и машиной, и поездом. По дороге дети умирали от голода, их зашивали в простыни и сбрасывали с поезда. Выжили сильнейшие.
Привезли нас в Краснодар, временно разместили на улице Красной в красном доме. Местные люди разбирали детей на воспитание. Меня взяли, а брата оставили. На другой день в Краснодаре уже были немцы. Когда мы пошли к дому, где были дети, то дома уже не существовало. Однажды я шла по улице, и увидела, что за ручку с какой-то женщиной шел мальчик, похожий на брата, но я его не окликнула. О нем и по сей день ничего не знаю. Еще помню, как в сквере хоронили знаменитых братьев-танкистов Игнатьевых. Помню, как упала бомба недалеко от нашего дома… Ужасное зрелище!
Воспитывалась я у Софьи Заря, так звали женщину, которая взяла меня на воспитание. Их дом с большим огородом стоял на улице Широкой. У нее была родная дочь, которая умерла от голода и сын Толик, которому было 14 лет. Я помогала управляться по хозяйству, приносила сено корове, бродила по улицам Краснодара, одним словом была озорной. Софья Заря назвала меня Аллой и сказала: «Фамилия твоя будет Заря». Но документально это не подтверждено.
Помню, посадили нас на кровать в детском доме, стали вызывать по очереди и давать каждому примерную дату и год рождения, а имя мое так и осталось Алла, как дала Софья Заря. Про день рождения помню, что когда мама вела меня за руку в день моего рождения, и тогда на деревьях распускались листья. В детском доме записали, что я 01.04.36 года рождения. Фамилию я свою помнила, она осталась моей родной. Когда немцы ушли, меня Софья Заря сдала обратно в детский дом станицы Староминской на Кубани. Пробыла я в этом детском доме год. Потом нас собрали и перевели в Ивановский детский дом. Там побыли еще два года и тогда нас перевели в станицу Казанскую. Туда переводили всех ленинградцев. Там я и закончила 7 классов. С болью и грустью вспоминается военное время. Вся жизнь проходит лентой кинофильма перед глазами…
Елена Мотыжева



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Письмо
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 6
Опубликовано: 09.11.2018 в 14:22
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1