Как женились на Примиусье?


Обряды и обычаи наших предков - синтез русской и украинской культур
В дохристианские века весна была порой сватовства и свадеб, ибо именно весна считалась не только подательницей жизни, но и лучшим временем для зачатия первенца. С появлением христианства самыми свадебными сезонами в России стали осень и зима, когда люди освобождались от полевых работ. Однако свадьбы по весне, за исключением дней Великого поста, все-таки играли. Главной целью такого «отступления» от христианских обычаев было чисто прозаическое стремление заполучить в семью к началу земледельческих работ еще одну работницу.
По своему этиническому составу Примиусье – это смесь двух больших культур – русской, а именно казачьей, представленной преимущественно выходцами с Дона, и украинской – которую привезли сюда переселенцы из северных районов Украины.
В самом начале заселения здешних земель единственным способом заключения брака было оглашение на казачьем Круге. «... Жених и невеста, согласившиеся вступить в супружество, являлись вместе на местную площадь во время народного собрания (т.е. на казачий Круг). Здесь, помолившись Богу и кланяясь на все стороны, жених называл свою невесту по имени и говорил ей: "Будь ты мне жена", невеста же, поклонившись жениху в ноги и назвав его по имени, говорила ему: "А ты будь мне мужем". После этого брачующиеся целовали друг друга и принимали от собрания поздравления с вступлением в законный брак, затем торжество оканчивалось пиршеством».
Свадьба совершалась только на казачьем Кругу, и им же выносился окончательный, не подлежащий обжалованию приговор. Кстати, роль мужа была не столько главенствующей, сколько покровительственной. Считалось, что женившись, мужчина не столько приобретает волю над своей супругой, сколько берет ее под свою защиту. Наглядным для всех доказательством этой роли служит обычай казака при вступлении в брак укрывать перед всеми полой своей одежды свою женщину, свою жену. Кстати, очень трогательно эту патронажную роль казака-мужа подчеркивает его фуражка в красном углу на доме вдовы-казачки: фуражка означает, что и после смерти казак заботится о той, с которой получил благословение всего Круга.
Конечно, в то время церквей на Дону практически не было, а батюшка избирался самими казаками на Кругу из своих же собратьев на определенный срок, после которого он, так сказать, возвращался в строй. Потому благословение брака Кругом у казаков было по рангу гораздо выше церковного Божьего благословения.
Это «религиозное своеволие» донских казаков оказалось настолько устойчивым, что главным «ангелом-хранителем» свадебной церемонии даже в 19 веке на Дону считался находящийся перед или подле жениха ведун (сбережатый), «который не отлучался от жениха до окончания брака, наблюдая, чтобы на порогах и притолках, где ему надлежало проходить, не было чародейства и чтобы в пищу и питьё не примешал кто порчи».
И даже с установлением церковной составляющей свадебного обряда (икона в храбром поезде, венчание-благословение молодых иконой при встрече в доме жениха) обычай оберегания жениха и невесты не только не утратился, но приобрёл самые разнообразные формы: одевание рыбачьей сети под платье невесты (сейчас этого уже нет), уголки крестиком на венчальном наряде невесты, пшено в сапоге жениха, мак вместе с зерном, орехами, деньгами и хмелем во время обсыпания молодых, и т.д.
К началу 19 века не только в донских, но и в примиусских свадьбах появляются отдельные элементы, проникшие в обряд от украинцев. В частности, на примиусскую свадьбу повлияли крепостные, которых донские дворяне приобретали в Слободской Украине и переселяли на подаренные им за заслуги пустующие войсковые земли, в результате чего в Земле Войска Донского образовались многочисленные украиноязычные анклавы – слободы, поселки и хутора. (Кстати, именно на западе и юго-западе Области Войска Донского, то есть на территории Примиустья, такими анклавами оказались уже русскоязычные казачьи станицы и хутора).
Например, чисто казачий обряд не знает так называемой «антисвадьбы», т.е. разнузданного веселья второго дня с переодеванием, розыгрышами, солеными шутками, валянием в грязи, обливанием гостей и хозяев и тому подобными действиями в честь нечистой силы. Ей, кстати, и посвящена антисвадьба, объективно репрезентирующая часть славянской земледельческой свадьбы с её мотивами почитания предков. И до сих пор в «чисто казачьих землях» обходятся без этого свадебного «излишества», зато на остальных территориях Дона антисвадьба воспринимается едва ли ни как исконная традиция. В последнее время в некоторых местах замечены даже тачки или корыта для катания тёщи и других персонажей.
Свадьба на Примиусье – это целое театральное представление с участием огромного количества действующих лиц. Начиналась она, как правило, в пятницу и заканчивалась в воскресенье. Посоветовавшись с родителями, молодой человек выбирал в качестве старост близких родственников. Сватами могли быть либо сам жених, либо его крестные отец и мать. Если девушка давала согласие, то выносила вышитые ею рушники, перевязывала ими сватов и встречала гостей с хлебом солью.
Эти рушники молодая невеста начинала готовить заранее, еще с 12-13 лет. К свадьбе у нее уже должен был сформироваться свой посох, с которым она войдет в новый дом. В посох входило до 25 вышитых рушников, а также мужская сорочка, которую парень одевал в день свадьбы. Если же жених получал отказ, то девушка вручала сватам «гарбуз» - тыкву, что являлось большим позором для сватающейся семьи и самым большим унижением, которому девушка могла подвергнуть мужчину.
Кстати, наши предки имели и свою, тоже «украинскую» систему добрачного общения. Проходило оно, как правило, в форме знакомства: молодые посещали так называемые «вечорницi», на которых и выбирали будущих жен. Молодежь собиралась в доме бездетной вдовы и развлекалась: пели песни, танцевали и общались. Стоит также отметить, что практически до начала 20 века выбор невесты напрямую зависел от решения родителей. Браки по любви и взаимному согласию тоже были, но случались гораздо реже.
Перед самой свадьбой проводился девичий вечер, на который приглашались подруги невесты. Начинался один из самых красивых и старинных обрядов – под пение грустных песен подружки расплетали будущей невесте косы, что символизировало прощание с девичеством. Также это говорило о том, что будущая невеста становится полноправной хозяйкой в доме мужа.
В день свадьбы за девушкой приезжал жених, и все отправлялись в церковь. Брак регистрировали в амбарных книгах, а после начинались гуляния. Молодых встречали в доме жениха.
Главный ритуальный объект свадьбы - свадебный каравай, символизирующий собой «мировое древо». Не только на Миусе, но и в бассейне Северского Донца, на Нижнем Дону и даже в Задонье караваем по сей день считается украинская «шишка»: сдобный пирог из заострённых палочек теста, связанных также лентой из теста. Его фаллическая, т.е. прямо относящаяся к идее плодородия, символика несомненна, что естественно именно для украинцев-земледельцев, но никак не для казаков.
Свадебный хлеб так же украшали барвинком – символом вечной любви. Не забывали и о калине и красных лентах, символизирующих невинность девушки и способность женщины к деторождению. Помимо того, выпекались и булочки-«шишки», именно как символ плодородия женщины, их невеста со своими подружками раздавала всем приглашенным.
Не знали «настоящие» казаки и так называемых «быков», т.е. двух связанных друг с другом бутылок спиртного, стоящих нетронутыми перед молодоженами во время свадебного пира. Эти «быки» тоже пришли к казакам от украинцев, традиционно подкрашивающих красным вином горилку как намёк на мистерию первой брачной ночи.
Вслед за «быками» казаки стали «забивать чоп», т.е. заканчивать женитьбу последнего сына забиванием в землю деревянного кола, вокруг которого устраивается потеха с шутками, розыгрышами, состязаниями и т.п. Чисто земледельческий, «украинский» обычай – и перенесение молодой через костер, как символ очищения от всего прошлого и негативного перед совместной будущей жизнью.
Иногда уже и невозможно определить, из какой традиции взят тот или иной эпизод: и казаки, и украинцы в свадебный поезд жениха включают так называемую «свитылку» – девочку с букетом цветов и сам букет. И те и другие поют на свадьбах одну и ту же песню, но казаки вставляют в текст песни слово «печь», а украинцы заменяют его на слово «груба» – всё остальное совпадает.
Кстати, широко был распространен на второй день после свадьбы один из «русско-украинских» обрядов, связанный с невинностью невесты. «Непорочность» девушки и до сих пор иногда еще отмечают одинаковым образом: по станице, слободе или хутору носят калину с ягодами и листьями либо ее цветущую ветвь, перевитую красными лентами, выражая всеобщую радость обильным возлиянием и песнями, славящими мать невесты и ее дочь.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Статья
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 5
Опубликовано: 09.11.2018 в 11:30
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1