Четвертый вариант


История эта началась в тот день, когда я поссорился со своей девушкой Ириной. К тому моменту жили мы с ней полугражданским – полугостевым браком уже года четыре. И, честно говоря, все эти четыре года она была настоящей стервой.
Бывают же такие бабы – вечно всем недовольные, с презрением глядящие на окружающих, судящие обо всем «через губу» и, как бы это сказать, неизменно холодные, пусть даже в простели способные на какие-то невероятные кульбиты. Сердца у таких женщин точно нет, зато мозги работают как компьютерный процессор – со сверхскоростью. Особенно, когда дело касается их личной выгоды. Я ведь – человек достаточно обеспеченный, имею свой собственный бизнес, приносящий стабильный доход.
Сам не знаю, как меня угораздило с такой связаться. Нервы Ирка мне мотала изрядно, зато в мягких ежовых рукавицах секса держала основательно, хоть и чуяло сердце мое, что она, с помощью этого секса и систематически устраиваемых скандалов, где кнутом, где пряником, настойчиво тащит меня к одной цели – к алтарю…
Когда наши отношения начали меня тяготить, я несколько раз пытался вырваться, бросить ее. Но всегда возвращался. И всегда – как побитый пес возвращается к своему хозяину. Точнее, я возвращал ее в свой дом, откуда всего лишь несколько дней назад со скандалом выгонял. И так повторялось много раз. Дошло до того, что где-то в глубине души я возненавидел Ирку – слишком явно в ней стали проступать обыкновенная жадность и желание устроиться в жизни за мой счет.
В тот декабрьский день она потребовала от меня кольцо с большим изумрудом и предложение руки и сердца. Кольцо она заприметила в одном из ювелирных салонов Таганрога, и, решив, что оно идеально подходит ей, как будущей супруге, потребовала, чтобы я, наконец, поступил с ней на Новый год, как честный и порядочный человек.
Быть честным и порядочным в Иркином понимании мне не хотелось, потому все кончилось привычной ссорой. Я сел в машину, и, перед тем, как уехать, опять велел Ирке собрать свои монатки и до моего возвращения умотать к чертовой матери.
Таганрог встретил меня вечерней предновогодней суетой. Все куда-то спешили, повсюду толпились люди, тут и там что-то продавалось, предлагалось и покупалось. Какого черта я сюда поехал? Неужели и впрямь, кольцо покупать?
Через полчаса, костыляя Ирку, я уже стоял возле ювелирного магазина. Еще через пять минут разглядывал понравившееся ей кольцо. Оно и впрямь было великолепным – большой изумруд, окруженный двенадцатью маленькими бриллиантиками. Еще через несколько минут кольцо было куплено и упаковано в бархатную коробочку в форме сердца. Дело, как говорится, было сделано, но ехать домой совершенно не хотелось. Настроение было отвратительным, как сырой морозный ветер на таганрогских улицах. К тому же, пошел густой липкий снег пополам с дождем. На дороге явно начиналось обледенение.
Подумав, что сегодня мне все равно нет резона возвращаться домой, я решил заночевать в какой-нибудь гостинице, а заодно уж и напиться в ближайшем к ней приличном кабаке. Потому, чтобы объехать намечавшуюся впереди пробку, свернул на небольшую улочку.
И тут меня занесло. В последний момент я все-таки успел заметить что-то рыже-зеленое, летящее мне под колеса, и изо всех сил нажал на тормоза. Через секунды я уже стоял на дороге, перед колесами своего авто, и поднимал с асфальта перепуганную девушку в рыжей лисьей шубке. Рядом с ней лежала небольшая, но очень пушистая зеленая елочка.
Слава богу, я не успел наехать на Аню – так звали девушку – своим внедорожником. Но от падения она упала на лед и очень ушиблась. Я, сказав, что не хочу слушать никаких возражений, аккуратно помог ей сесть на сидение рядом с собой и предложил довезти домой.
Оказалось, что Аня живет на квартире совсем рядом, буквально в паре кварталов. Но, пока мы добрались до ее дома, стало вообще не видно ни зги – такая поднялась дождливо-снежная метель.
Может быть поэтому, а может, во мне проснулось какое-то другое чувство – но двухэтажный домик старой постройки, где располагалась Анина квартира, показался мне в тот вечер наилучшим вариантом ночлега. А когда я увидел, что у домика есть огороженный тихий дворик, у меня окончательно отпали всякие сомнения. Короче говоря, я напросился на чай… Тем более, что напиваться вдрызг мне почему-то совершенно расхотелось.
Нет, я не ждал от этой незнакомой девушки секса. Если честно, мне гораздо больше в эту ночь хотелось просто посидеть и поговорить с кем-то, кто мог бы меня слушать. Хотелось послушать кого-то еще…
Чай оказался зеленым, толи с жасмином, толи с бергамотом, я в этом не разбираюсь. Но вполне приятным. Как и хозяйка квартиры – молодая девушка лет двадцати трех – двадцати пяти со слегка вьющимися русыми волосами и удивительными аквамариновыми глазами, отливавшими то голубым, то зеленым цветом.
У вас когда-нибудь было так, что разговор с совершенно незнакомым человеком клеится сам собой, и говорить удивительно легко, так, будто вы знаете этого человека всю жизнь? Вот как раз именно так было у меня в тот вечер. Я без всякого стеснения буквально вывалил Ане всю свою жизнь, умолчав, разве что, лишь о владении собственным предприятием.
Потом настал ее черед рассказывать свою историю. Оказалось, что Аня – из Покровского, из самой обыкновенной семьи: отчим – технарь, мама – учительница. Что в Таганроге она осталась после учебы, так и не найдя приличной работы в родном селе. Да и в городе выбор оказался не слишком велик – Аня устроилась в один из магазинов, продавать дорогую косметику молодящимся женам местных бонз и их прыщавым избалованным дочерям. На двоих с подругой стала снимать эту маленькую квартирку. Но подруга уехала на праздники домой, а Аню, как я понял, дома, где были другие дети, особо никто не ждал. Она решила остаться в городе и встречать Новый год на квартире. А когда возвращалась домой с купленной елкой, тут я ее и «повстречал».
После Аниного рассказа я задумался о собственной перспективе встречать Новый год. Выбор был невелик: опять присоединяться к друзьям в каком-нибудь надоевшем кафе и там напиваться до зеленых человечков; ехать к родителям в деревню, рассказывая им о своих неудачах в личной жизни; или мириться с Иркой и под елкой будущих тестя и тещи (о, ужас!) делать ей предложение руки и сердца. Честно говоря, ни один из трех вариантов меня не устраивал. И тогда в моей голове родился четвертый.
– Слушай, Ань, – сказал я. – Раз ты одна, и я – совершенно один в этот Новый год, почему бы нам не встретить его вместе? Красть в твоей квартире, как я вижу, особо нечего, так что ты можешь быть совершенно спокойна. И приставать к тебе без твоего разрешения я, обещаю, тоже не буду. Зато продуктов я тебе куплю, каких захочешь, и есть приготовить тоже помогу – меня мама с детства готовить научила. Все-таки, это лучше, чем куковать здесь в одиночестве. Ну, как тебе предложение? Решайся!
Не знаю, что победило – любопытство или одиночество, но, в конце концов, Аня сдалась, напоследок заметив, что если я и впрямь не прочь потратить на нее кучу денег, то она этим воспользуется, утром покажет мне новый гипермаркет «Лента» и нарочно будет там выбирать самые дорогие продукты.
Спать мы легли далеко за полночь: Аня – у себя в спальне, я – на раскладном диванчике в зале. Не знаю, быстро ли она уснула, я же еще долго лежал без сна, вспоминая события минувшего дня и чувствуя какое-то злобное удовлетворения от того, что впервые за четыре года меня и Ирку на Новый год будут разделять сорок километров.
Утро, в противовес темному, метельному вечеру, выдалось ясным и морозным. Зато предновогодние чудеса, начавшиеся накануне, продолжились. К моменту моего пробуждения у Ани уже был готов завтрак из кофе, бутербродов с ветчиной, тостов и яичницы. А рядом с ними на самом видном месте красовался обширнейший список того, что было запланировано купить из продуктов, с перечислением всех блюд, для приготовления которых эти продукты пойдут.
Список меня удивил, хотя, где-то подсознательно я и был готов к чему-то подобному, помня о вчерашних Аниных словах. Да и отступать, как говорится, было некуда – сам напросился. Но, все-таки, эта «дочь учительницы» знала толк в кулинарии: тут тебе и моллюски рапаны, и ананасы, и сыр «Дор блю», и копченая семга…
Второй раз я удивился, когда после завтрака, перемыв и аккуратно разложив по местам всю посуду, Аня собралась буквально в пять минут. У Ирки, насколько я помню, на сборы никогда не уходило меньше полутора часов. А посуду мыть она и вовсе ненавидела.
Пока ехали в магазин, Аня, видимо, слегка нервничая в ожидании моей реакции на предстоящие траты, держалась суховато и сдержанно. Наверное, именно поэтому моим сознанием завладел какой-то нетерпеливый чертенок, который стал настойчиво подбивать меня во чтобы то ни стало заставить эту воспитанную и правильную во всех отношениях женщину вести себя легко и непринужденно, заставить смеяться и совершенно забыться, где она и с кем. А может, и совратить на что-то большее, если повезет.
И начался наш «королевский поход» по «Ленте». Я нарочно дразнил Аню, поддевал ее, всячески провоцировал. То делал удивленные глаза, то говорил: «И это все? А я-то думал!», то предлагал ей купить что-то незапланированное в списке и совершенно ей не нужное. Потом потащил ее мерять новогодние рожки, ушки, шапки и прочую ерунду из мишуры и пластика. Уверял, что все это безобразие ей очень идет.
Оказалось, что я просто обожаю, когда со мной спорят. И понимают мой дурацкий юмор. А еще – когда мне бросают вызов. Потому что Аня оказалась мастером по бросанию вызовов. И по их принятию. Не знаю, что подумал о нас кассир, но свои пикировки мы продолжили даже после того, как вывезли на стоянку битком набитую до самого верха тележку.
Помимо продуктов, мы накупили и кучу елочных украшений, гирлянд, бенгальских огней, свечей и хлопушек. Брать петарды я не стал принципиально, их и без нас обязательно кто-то запустит, а остаться в новогоднюю ночь без руки или без глаза ни мне, ни Ане, как она потом призналась, совершенно не улыбалось.
Мы вернулись домой, и тут же принялись за готовку, ибо до Нового года оставалось ни много, ни мало – всего тринадцать часов. Пахали мы оба, как папы Карло, при том, что умудрялись еще и дурачиться, перемазываясь то мукой, то взбитыми сливками.
Было так странно смотреть на эту женщину, нахмурившую брови, когда я мазнул ее нос взбитыми сливками. А потом, словно во сне, поцеловал. Даже не знаю, с каким продуктом можно сравнить ее вкус. Наверное, с вином. С прекрасным, выдержанным, сладким десертным белым вином…
Идеальным, дорогим, очень редким, недоступным простым смертным, вином.
А что происходит, если на голодный желудок выпить хоть немного хорошего вина двадцатипятилетней выдержки? Правильно, у вас снесет крышу. А еще – ноги откажутся вам служить. Придется лечь… Прямо на палас, среди разбросанных по всему полу елочных шаров, гирлянд и мишуры.
Однажды я, ради интереса, прочел статью в Иркином женском журнале, посвященную проблемам сексуальных отношений между супругами. Вопрос разбирался, как оживить и разнообразить секс, после четырех лет супружества, например. Честно говоря, там, как я и ожидал, был написан только тупой стандартный бред, вроде советов сменить позу или заняться ролевыми играми…
У меня были женщины. Много женщин. Но ни с одной из них, а тем более, с Иркой, у меня никогда не получалось до конца расслабиться, перестать себя контролировать, забыть, кто я и где я. Голова, видимо, самый главный орган моего тела, никогда не выключалась, в какие бы ролевые игры я не играл…
И вот сегодня мое «десертное вино» помогло мне расслабиться и забыться настолько, что я потерял голову. Без всяких игр и в классической миссионерской позиции, не самой, кстати, моей любимой.
Очнулся я от настойчивого звонка своего мобильника. Оказалось, на телефоне уже шестнадцать пропущенных. Даже не имея дара ясновидения, нетрудно было догадаться, кому они принадлежали. Я спокойно взял трубку и ответил, видимо, подталкиваемый все тем же утренним чертенком: «Девушка, Вы ошиблись! Здесь больше нет Вашего Андрея! И я понятия не имею, где он находится, потому что теперь мне это совершенно неинтересно! Никогда больше сюда не звоните!»
Господи, ну какая прелесть, что на моем телефоне есть «черный список»! В него всегда можно занести всех тех, от кого уже так давно мечтал избавиться, да все рука не поднималась. Как оказалось, раньше просто не было достойного повода…
Зашвырнув телефон подальше, я вернулся к своему «вину». И продегустировал его еще дважды, прежде чем, наконец, смог оторваться. И то, только потому, что мне ужасно захотелось есть…
Ели мы тут же, на полу, расставив все тарелки, бокалы и миски на расстеленной прямо по паласу новой желто-солнечной скатерти с милыми дремлющими овечками. Вряд ли продавцу, который нам ее сбыл, могло прийти в голову, что на столе ей сегодня полежать не удастся. Елке, каюсь, тоже повезло гораздо меньше, чем она рассчитывала. На ней повисли всего лишь с десяток шаров да одна елочная гирлянда. Остальные шары раскатились по углам, а гирлянды были заботливо развешены мной, в чем мать родила, по окнам, на зависть всем старушкам и пионерам, проходящим по улице. (Я не извращенец, просто чертенок внутри меня никак не мог успокоиться. Тем более что Аня хохотала до слез!)
Говорят, что в последние пару лет самый модный тренд новогодних вечеринок – эротические. Не пробовал. Но слышал, что в конце декабря в магазинах интимных товаров не найти ни одного ролевого костюма, особенно больших размеров. А теперь скажите мне: ну на какой из таких массовок вам, при всех затраченных усилиях, может быть так же хорошо, как было мне и Ане в этот Новый год? И, как я бы сказал – к черту сценарии, ведущих, зрителей и болельщиков! Я – за индивидуализм!!!
После поздравления Президента я вдруг вспомнил о свечах, бенгальских огнях и хлопушках. Хорошо, что Аня успела накрыть салфетками «Оливье» и прочие салаты. А вот «Мясу по-королевски» досталась изрядная порция блесток. Как и Аниным волосам.
В общем, под утро мы с ней были перемазаны и едой, и мишурой, и елочной смолой, а в комнате царил ужасающий разгром. Мы вдвоем лежали под елкой, укрывшись пледом, глядя сквозь ветки на мигающий огоньки гирлянды, когда Аня, гладя мои волосы, вдруг негромко сказала:
– Ты – моя сказка. У меня никогда не было Нового года лучше и интереснее, чем сегодня. Спасибо, Андрей. Знаешь, если ты сейчас уйдешь, я никогда тебя не забуду. Ты был лучшим, правда. Жаль, что мне больше нечего тебе подарить.
Я повернулся к ней, и, глядя в ее почему-то повлажневшие глаза ответил:
– Ань, ну ты чего? Неужели ты считаешь, что я совсем дурак? Думаешь, я не умею разбираться в людях, в женщинах? Я, между прочим, предприниматель. Хороший предприниматель. И своей выгоды никогда не упущу, поверь. Пару дней назад от меня как раз требовали поступить, как честный и порядочный человек. Думаю, сегодня я для этого окончательно созрел.
С этими словами я встал и пошел к вешалке, где во внутреннем кармане куртки лежало изумрудное кольцо.
– К тому же, если у тебя больше нет для меня подарков, то у меня как раз один завалялся. И как раз для тебя. Во всяком случае, никому другому я предлагать его больше не собираюсь.
Я вернулся под елку, обнял Аню и раскрыл перед нею ладонь с алым бархатным сердечком, в середине которого поблескивало изумрудное кольцо с двенадцатью маленькими бриллиантиками…
Елена Мотыжева



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 7
Опубликовано: 09.11.2018 в 11:15
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1