киллер


киллер
Александр Евдокимов

К И Л Л Е Р
п о в е с т ь

В стиле «Rock-in-Room»
in the style of «R-&-R»

- Так, всё взяли?... Смотри!
Полки маркета улыбнулись… =
: и придвинулись;
: и раскрылись, и ширше, и ширее;
: и загородили даже пути эвакуации…
И представились всей сутью блеска продажного подиума.
- Да, порядком уже…
- Ты мне про порядки не корч! Ну-ка?! Посмотрим…
- Куда уж, – мужская рука взвесила оранжевую корзинку, – как-то…
- Дотащишь! Смотри-ка, заговорил!... Девушка, посчитайте.
Штрихкоды засвистели, со скоростью застолья перед закуской.
- Всё: я карточкой. Спасибо.
Зашуршали, полнея, пакеты.
- Так, а где эта?!... Как её… Пепси-кола?!
- Ну, я же… Валёк…
- Чего, Федок… лепеток… закруток! Пепси и колы ещё отбейте, девушка! Федок, неси-ка!
Касса внедрилась в процесс: карточка привычно обнаружила щель, но средств на себе не обнаружила.
- На воду не хватило, – торжественно, но равнодушно сообщила девушка в колпаке.
- Что?!
- У вас на пепси не хватило.
- Это как?! Федок-закруток?!
- Я… я…
- Я?!... Вот хренов немец! Сразу на иностранный переходишь! И не бледней, как гад в бункере… Вот наследие! А как же унитаз?
- Так у вас же средство пробито для… этих, – удивилась кассир, – вон, в корзине же!
- Да, толку! Оно лишь для свежести и благородной траты моих средств! А вот пепси и кола – отмывают!
- Как?! – кассир забыла о кассе, – а научите применять?
- Я рядом живу и всё расскажу. Потом. Моют – одно загляденье! Всё – пошли!... Федок-завиток!... Ладно, пусть без глянца пока пребывает! Пошли… Куда ты?! Там запасной… Хотя, может и он пригодится…
Федя взмок!
Течение времени растеклось – растекаясь во все возможные его употребления и, испытав себя, – сделало всё простым и бренным…
- Чего молчишь?... А, руки заняты! Вот тебе телефон! – Валя вонзила гаджет Федку в карман, – отнеси в ремонт и… или… может он и без него заработает…
- Без кого?
- Что? Без ремонта! И деньги вернёшь!... Госслужащий… Пошли!
- Да-да, я же опаздываю!
- Командировочный… зачастил что-то?! Да?! Опаздывает он: тут рукой подать до нашего участка. Неси в машину и шевелись-шевелись!... И помни, что мы начали свой бизнес! Сво-ой! А там конкуренты!
- Да, я тебя умоляю: какой бизнес?! Экзотика и всего-то…
- Что?!... Нет – бизнес!... Я тебе дам: всего-то!
- Ладно… павлины-куры… говоришь… ха… Пора мне, Валёк!
Автомобиль только вкусил набор скорости, но путь был уже исполнен – приехали к кованым воротам, за которыми возвышался над элитной округой – шпиль с флюгером.
- Закруток! Вали, чтоб тебя! Я сама всё уже решила – проблемы будут исключены… Я бизнес-леди, или куда?! И не трогай своими закрутажками этот мой статус! Закруток-дружок… Экзотика! Не экзотика, а натура! И будет у нас двуглавый орёл! Нет! Не у нас, а у меня! Неси пакеты, Федок-закруток, неси к воротам и командируйся!... Телефон в ремонт не забудь! Но проверь прежде: вдруг, заработает… деньги вернёшь! Да, а унитаз всё же почистить надо! Гадкий ты у меня маленько… Вот и купи! Обязательно купи эту американскую гадость… Как говорят: клин клином… Купи – не забудь!
- Ну, есть же средство?! Оно специа…
- Колу купи! – оборвала жена. – Ржавчина в унитазе и вся твоя внутренняя суть!
- Хорошо, любимая. Колу, или пепси…. я помню, – Федя быстро юркнул в автомобиль, – береги себя и закры…
- Обе купи!... Экзотика ему поперёк!... Закруток…
Машина завизжала колёсной гарью и покатила, сорвавшись с якорей.
- Давай, жги резину! Чтоб тебя… И откуда столько говна?!... Ой, Федок… К-хо-ом-м – тащим в дом!
Пакеты зашелестели слабым ветром, но крепко приподнялись над брусчаткой и потянули руки и ноги бизнес-леди… =
: или в дом;
: или в коттедж;
: или в трехэтажную крепость…
Или туда, где таятся её дела экзотические!...

Элитное дачное товарищество потянулось полосатым журавлём – в небо и, будто, зевнул этот шлагбаум: не имея ни верёвки у своего носа, ни куска неба в срубе колодца, ни сруба, ни даже ведра…
- Так-так! – бормотал водитель BMW,– не хило… Ага: вот маркет и от него… Куда-то налево… Да – сюда и… и… а вот и коттедж! Ну, Валя-Валёк! Умеешь! Да!... Умела: всегда могла… уметь… Приехали! Что?! Дзинь-дзинь?!
Трубка телефона изловчилась набором кнопок – зуммер потянулся куда-то за плотно закрытые двери.
- Да.
- Валя, привет!
- Ой, ты уже здесь?!
- Именно.
- Заезжай. Жду.

!Ворота плавно сдвинулись и распахнулись! – !ВМWвползла к лёгким ступеням далёкого прошлого!

На крыльце сегодняшних ступеней уже ждала она, но он видел в молодой женщине – девочку… =
: первые чувства;
: первые желанные откровения;
: первые страсти и гнев…
- Фёдор!
- Валентина! Ну-ты, просто изумляешь!
- Ой-ой… всё аналогично!
Их взгляды покружились над ними: потанцевали, а руки и щёки аккуратно обнялись.
- Как будто и не было, – шептали их губы в зрачках…
- А сколько мы? – спросил, или сказал Фёдор.
- У-у-у! – пропела улыбка Вали, – ушло, но… как вчера… точно – вчера!...
- Согласен: ты прежняя… и даже…
- Ой-ой! Федя, я рада! Очень рада. Проходи, дорогой, проходи: я жду…
Фёдор шагнул за порог.
- У тебя без сюрпризов? Надеюсь!
- Ты боишься сюрпризов? – Валентина закрыла дверь и повела гостя к накрытому столу. – Всё не можешь простить мне ту «валентинку»?
- Я не люблю фейерверков! Так, правильней будет.
- Огненных цветов?! – удивилась хозяйка, – шикарного фаера… а мне они очень! Такие большие, объёмные – на полнеба! Почему?
- М-да, но я о других. Те что – в голове!
- А это какие?!
- Какие… Ха! Не мазано-сухие: на грабли наступишь и мгновенно поймёшь!... Фейерверковое дежа вю! Ха!...
Они оба залились смехом ярко, но коротко, который оборвался – почему-то, как – вдруг!
- Ладно: мы – это прошлое, а чего хотела? И при чём биатлон?
- Эх, Фёдор… Да, мы прошлое, но в нём ведь была не только та «валентинка»…
- Слушай, забыли её и забили! Да и не наш это праздник!
- А-да – чужие мы на этом празднике жизни…
- Я о другом! Мы, как мухи на говно: на всё падкие! Будто своих праздников нет…
- Но мухи ещё и на мёд… могут! Ладно…
- Чего звонила?
Валентина встала и, подойдя к окну, потянулась, обнаружив в просвете стройный абрис под тонким платьем, потом резко развернулась и быстро подошла к столу.
- Вино-виски?
- Почему – не водки?
- Без проблем!... Что тебе?
- А как же биатлон?
- Федя, давай что-нибудь выпьем уже?! Прошу!
- Тогда… вина чуть-чуть.
Девушка сдирижировала сама: ярко красный напиток охладил тонкую прозрачность бокалов.
Бокалы дрогнули – звон коснулся улыбок, которые имели блеск оскала бокалов.
- Ты же был чемпионом…
- И?...
- Помоги.
Паузы вкушали букет напитка, медленно сдвигаясь навстречу дыханиями.
- О, как… А ты по адресу?
Хозяйка аккуратно сплела руки с бокалами – глаза отразились в друг друге, а взгляды стали сползать на уста.
Валентина сближалась и молча кивала… =
: ароматы бокалов – уже – тоже смешались;
: руки с бокалами – уже – танцевали;
: взгляды – уже – не могли оторваться от губ…
Губы коснулись дыханий!
Поцелуй задержался, обрывая дыхания: сердца забились и когда дыхание с жадностью ворвалось в них, они сели рядом и осушили бокалы до дна…
- Как вы похожи с моим…
- То есть?
- Ну… внешне.
- И как нас зовут?
- Ты удивишься: так же.
- Дети?
- Нет. А как ты?
- Нет.
- Странно.
- Да-нет: были, но трогать историю не нужно.
Валентина встала и, вдруг, резко потянула Фёдора в объятия танца, коснувшись кнопки пульта на столе, наполнив дом музыкой.
- И у меня всё – почти – было… Вот такая тайна «валентинки»…
- Той «валентинки», или…
- Обеих!
Тела в медленном ритме были близки и далеки.
- А муж где?
- В анекдоте.
- А, финальный сюрприз!
- Да-нет! Не волнуйся. Только перед тобой уехал.
- Может, выпьем? – в солнечном сплетении Феди разожглась приятная смелая мысль.
- Ещё? А давай! Я за вискарь!
Фёдор подошёл к столу, взял бутылку.
- Если только…
- Конечно, – поняла и поддержала Валя, – немного! Тебе ещё цель поразить надо…
Гость плеснул крепкого напитка в сосуды, едва заполнив дно в тарах из прозрачного стекла.
- И что? Детей не было после этого…
- Нет.
- Но… тот был… мой?
- Пей!
- За тебя!
- За нас!
- Да и за него… тоже! – Фёдор, добавив себе ещё виски, выпил!
Валентина поставила бокал и хлебнула из горлышка бутылки… =
: она задохнулась;
: он сунул ей виноградинку;
: палец и губы коснулись влаги и приятного, томного тепла…
- Не откуси… и что это за цель?

!Она чуть прикусила палец! – !Фаланг выпал из губ хозяйки!

- А ты привёз эту… как её…
- Винтарь?! Да, но зачем он?
Валентина ладонью, как веером обмахнула себя, вздёрнув грозное декольте и вильнула забавной задницей.
- Пошли.
Фёдор оторопел и протрезвел напрочь, не отнимая взгляда от попки, плеснул виски прямо из горла – в горло, не глотая.
- Стерва, – тихо проглотил вкус всего происходящего Федя и двинулся следом за шлейфом тонкого парфюма.
- Да, – не повернувшись, вдруг, ответила бизнес-леди, – и ещё какая…
Фёдор остолбенел от удивления и остановился, не понимая короткого «да».
- Пошли-пошли, – стерва продолжала нести надменную попку и задницу, поманив друга пальчиками, – пошли – не отставай.
Федя выдохнул и вновь пошёл.
Шли коротко коридором, а затем лезли по винтовой лестнице, где он то и дело спотыкался, так как Валя была впереди, и выше… =
: ножки не скрывали того, что они могут не только шагать;
: попка представляла лучшие свои грани;
: низ платья не мог и не желал ничего прикрывать…
Не прикрывая, открыл всю красоту ландшафта – чердак с высокой крыши.
- Красиво!
Валентина промолчала и жестом пригласила к краю, где было устроено ложе с навесом.
- Красота спасёт мир! Или спасает?... А?!... Отсюда цель будет о-очень хорошо видна.
Вся красота в глазах Фёдора истребилась и даже солнце свалилось куда-то в овраг.

!Всё нутро Феди, вдруг, закашляло! – !Кулак Вали влетел в спину собеседника с неожиданной силой!

- Кэ-хэм… ум-м-м-да… а… это… отсюда, что ли…
- А что? У тебя же оптика! Или ты не привёз?
- Д-д-да, оптика… Есть оптика.
- Фёдор, я же всё оплачу.
- Т-т-ты за кого меня при…
- Федя!... Слушай, Федя! Я своего всегда называю – Федок-закруток… Не вынуждай меня и тебя, вдруг, так назвать! Молчи!... Не вынуждай… Я знаю от нашей Нельки всё! Но, главное, в этом «всё» – твоё финансовое положение сегодня! Такая песенка знакома?...

Копеечка – к копейке!
Копейка – по копейке!
С копейки – на копейку:
Жизнь бодро хроманю!
Копилку эту звонкую
С дырочкою тонкою,
Как и суму доходную
Бережно храню!...

И в чудесном поле я:
С дураками в доли я!...
Накопаюсь в волю я!
Копейку схороню!...
Ню-у-у?!...

И на кудрявых кронах!
Быть может, миллионы,
Или валюты – тонны!
С копеечке найду-у!...
Ню-у-у?!...

…«Ню» можешь вместе со мной петь, если песню не слышал!...

И слышу звон во сне я!
И – вижу: богатею!
И сон гоню скорее!
А то с ума сойду!...

Валентина потянула паузу и сдирижировала и они вместе «ню-кнули», правда Фёдор не пропел, а отчётливо рявкнул!

- Ню-у-у?!...

Сошёл: сума со мною…
Сейчас её открою
И радости не скрою!...
Сюрпризы я люблю!...

Дуэт исправно подхватил!
- Ню-у-у?!...

Дню этому – в меню,
Я дико запою!...
Дуэт: ноздря – в ноздрю!
Но чувствую: не сплю?!...

Дуэт уже исправно и очень слажено – с паузой на выдохе, всё сделал, как по нотам!
- Ню-у-у?!...

Вновь, с мелочью стою!...
Как прежде - на краю!…
И вновь судьбу – молю!...
И душу продаю!...

- Ню-у-у?!...

Копеечка – к копейке!
Копейка – по копейке!
С копейки – на копейку:
Жизнь бодро хроманю!
Копилку эту звонкую
С дырочкою тонкою,
Как и суму доходную
Бережно храню!...

- Ню-у-у?!...

И всё опять начать!
Копейке гимн кричать!
И танец топочать!
Чтоб накопить суму

- Ню-у-у?! – уже смеясь прокричали певцы и обнялись!...

Ча-ча-ча!...

- Чачу будешь?! Кстати!... А ведь – есть! Ей-богу!...
Фёдор уткнулся в бесконечное небо: ветер ожил холодом внутри его и тут же сдох – до холодка.
- О, смотри! – Валентина, вдруг, встрепенулась и вытянулась всей рукой вперёд, и разгорелась огнём любопытства! – Смотри-смотри!
- Куда?
- Во-он туда! Видишь участок дачный с бассейном и верандой оранжевой возле? Видишь? Шезлонги синие… во-он два.
- Оранжевый? И два… Да! – ладони Фёдора покрылись холодным потом и он тёр их, превращая сырость в катушки, а глаза отразили лишь горизонт.
- Интересный участок, скажу тебе, Фёдор, о-очень интересный… Грядка с фантазиями!... Сейчас одна прекрасная особа вынесет вазу с большим букетом. Веришь?! Смотри! О, несёт! Как тебе?
Фёдор молчал.
- Федя! – изящный локоток остро ткнул в бок гостя.
- Эк!... А?
- Очнись, говорю! Смотри: уже несёт…
Красивая девушка в открытом купальнике несла по дорожке к беседке вазу с букетом жёлтых цветов.
- Да, конечно – вижу.
- Как тебе?
- Букет?
- О, иронизируешь?!... Или?... А, это ты мне комплиментируешь!...
Цветы ярко зажглись в беседке у голубого искусственного озерца, а девушка прошла в небольшой домик.
- В баньку пошла. Жаль, что далековато. Да?
- Да. А зачем?
- Зачем-зачем… Смотри, какая красота! А?! Она тоже стерва!... А?!... Цветы видишь?! Думаешь – зачем?
- Ну, как же: женщина, цветы – красота!...
- Согласна! Но… если бы так всё просто было, если бы…
- Валя, интригуешь?! Это что – цель?
- Что?! Какая цель!... Тьфу, причём тут!... И ни «что», а «кто»! Смотри: камасутра в натуре!
Валентина напряглась… =
: взгляд исключил всё и в глазах заплескался только бассейн;
: дыхание замерло, рука всей ладонью легла на колено гостю;
: ногти аккуратно впились в ногу Фёдора…
Федя терпел и смотрел.
- А вот и он! Смотри: подходит к столу в беседке, наливает… что-то… пьёт… жаль, что деталей не видно… так – пьёт и… тоже в баньку!... Видел?!... Фантастика!
- Да и что такого?
- Как – что! Это же не муж!
- Во – как? А как ты поняла?
Кавалер оторвал ногти дамы от своего колена и девушка в тот же миг почувствовала боль насилия.
- Ай! – Валя отняла свою кисть и как-то по-новому взглянула на Федю. – Ты что?!... Ничего не понял… Я покажу тебе скоро цель… подожди! А он не муж… любовник он…
- Любовник?
Мужчина поймал её руку вновь и подул на неё, и поцеловал, и прижал к щеке, и…
- Любовник?!...
- Да, – выдохнула она и обмякла, свалившись в глубокий поцелуй и лёгкий петтинг.

!Их глаза уже не смотрели на мир! – !Их обнимала собственная тьма!

Дышать было нечем – они могли только сопеть… =
: дрожь охватила все члены;
: их языки, изласканные губами, поменялись местами;
: руки в этой темноте искали у друг друга – необыкновенного чего-то в друг друге…
- Вы так похожи! Милый…
- С кем?...
- С Федком моим…
Полости ртов вернули языки свои себе самим: нехотя расстались и с друг другом руки.
- Ну, что ты?! Похожи, ну – так… Он йогой занимался, а ты стрелял. Я так чувствую, я…
- Цель, может, покажешь!
- Покажу! Рано пока, Федя… А что у нас там?!... Смотри, а банька закончилась!... Так! Знаешь, вот смотрю на них всегда и… завидую!
- Чему?
- Далековато… Ой, Фёдор! Ты же привёз оптику! Тащи насладимся! Неси, прошу тебя!
- Ладно.
- Не заблудишься?
- Нет.
- Всё! Я жду и что-нибудь приготовлю!
Фёдор почти скатился по винтовой лестнице и выскочил во двор к машине: сиденье успокоило комфортным расположением и он устало обмяк.
- Стерва-стерва, – пальцы зимнего стрелка нервно выплясывали на рулевом колесе, – ох, стерва… Чего же хочет?! Ух-у-ух!... стерва…
Пальцы ткнули нужную кнопку на панели – ворвалась музыка и Федя молитвенно заорал в унисон с песней, и с её ритмом…
- Прости! Прости! Прости-и-и! А-а-а-а!... не м-могу-у и нельзя-а-а! А-а-а!... Доча-а-а! Я помогу! Всё-всё-всё! Сделаю всё! Сука ты, боженька-а-а! Не забирай! Не отдам! Лишь только деньги! Локти только кусать перед этими ценами! Жизнь, как ты дорога и бесценна! Но, доча, будет операция! Вывернусь – будет! Цель! Это – цель, доча! Я начну всё сейчас! Сегодня пойду к ней – для нас! Для тебя… для меня… для… того, чтоб забыть эту пропасть! Прости!... Извини, бог ты мой, извини… не суди!
И всё, вдруг, в тишину сорвалось… =
: музыка – ещё – гудела в ушах;
: слёзы – уже – дрожали в глазах;
: винтовка успела-таки оказаться в руках…
Проходя мимо стола в комнате, остановился, выдохнул и не выпил, а съел полстакана виски, и уткнулся в рукав!...
И!...

!Песня лихо навеялась, звучавшая только что в салоне машины! – !Отозвалось тело ритму – дрогнуло гримасой пляски едва заметно: рукав сполз с лица!

Рукав сполз, а за ним улыбка удальца, застывшая, – стеклянная – открылась!...
На крышу Фёдор притащил уже оскал, а не улыбку: донёс эту маску, гонимый целью, в которой была дума о дочери.
- А наши-то! Камасутра просто отдыхает… Что у тебя с лицом? Подожди: грим поправим! – Валентина, не отрывая взгляда от ландшафта соседней дачи с оранжевой беседкой и бассейном, нажала на пульт и где-то зажужжал мини-лифт. – А там фантазии! Прелесть!... Ты знаешь?!... Ха-х! На моего похоже всё, как-то… Да, если б не знала, что он в командировке, то… Да, а что у тебя с лицом… Ой!...
Лифт распахнул дверцы и выдвинул столешницу с закусками.
- Распорядись. Да, что с тобой? Лицо какое-то… Расслабься: скоро цель будем наблюдать… Скоро… Давай виски, наверное. А?! Фёдор, улыбнись, пожалуйста! Наливай! Давай-давай-давай… эх, полнее наливай! Ча-ча-ча…
Ландшафт распрямился и расцвёл: солнце нетерпеливо растолкало тучи и лучи заиграли в недопитых бокалах… =
: отступили думы, затуманились;
: в глазах появились маслины;
: оскал отпустило в ухмылку и проступила – улыбка…
- Фёдор, а без брудершафа… как тогда бывало…
Он склонился и они закусили обоюдно губами, дыханием и теплом ласковых рук.
- Как вы похожи!... О, боже… Тс-с… Молчи: ну, похожи!... Я же не вру, милый… Ладно – всё-всё! Давай приблизим нашу округу! А?!... Как в неё?... Покажи!
Оружие мирно обосновалось у женской щеки, в руках мужчины.
- Зажмурь левый глаз и сюда смотри, и направляй на объект. Ну, смотри! Видишь?!
- Не пойму!... А, нужно целить… будто, в них… как в цель, – жевала слова одноглазая Валя, – во-от! Ага – поймала! Ух, как на ладони!... Во-от они – голубки… общаются!... Ну, просто – блюз! Федя!... А цветы она приносит, как знак. Ишь ты – жёлтые розы! Это к чему?!... Интересно!
Фёдор присел рядом, положив оружие на перильце ограждения лоджии.
- Так надёжнее: ты смотри, а я тебя по обучаю… Как Петька Анку пулемётчицу.
- Ладно! Помню, там что-то про щёчки… Давай – Чапай! Ха-а-эх-хи-хи- хи…
- Я с них и начну!... Значит, букет жёлтых роз – это знак?! – лёгкий петтинг смешался с наблюдениями, начав свою нить с её ушка. – Я на ушко что-то скажу-у…
- Ай, щекотно! Фёдор… Федя, знак этот ему-у… а он сосед… Ставит букетик и… и это, значит, мужа не-е-т… Понятно…
- Понятно…
- Федя, у них там такое на шезлонге… Красиво и очень откровенно!... Я не могу! – Валентина отстранилась от оптики.
Прицел прикладом упёрся в пол: наблюдатели утонули в друг друге, придавшись страсти, желая только своих фантазий, но они оказались скорыми, хоть и пылкими, не успевшими испытать желанного и неземного!…
- Федя… мой… какая я дура!... Ох и дура, что написала ту «валентинку»…
- Тогда бы не было этих мгновений сегодня! – Фёдор встал, удерживая её в своих объятиях, а она обвила всё его тело и руками, и ногами, и… всеми возможными членами чувств! – Вот разбегусь и прыгну!...
Они блаженно дышали друг другу в уши, притягиваясь каждой и всякой частичкой и лишь отталкивались животы солнечными сплетениями и пупками, хлюпая сладким потом случившийся меж ними.
- Прыгай! А-а! Нет-нет! У нас же цель! Забыл?
- Слезай!
- Правильно – снимай: слезу! Дурак.
Фёдор слегка приподнял Валентину и она спустилась, ступив, на пол рядом.
- Так – сиди, а я в душ.
Она слегка оттолкнула Федю и тот, попятившись, отыграл – плюхнулся у столешницы, подхватив бокал с золотым напитком.
Солнце мгновенно опоясало весь простор – до горизонта, а затем аккуратно с невесомым теплом расплескалось сплетениями своими лучезарными, где-то в середине мужского тела.
Фёдор вытянул ноги, а пальцы на ногах забегали нервно, выплёскивая эмоции, он потянулся, но, вдруг, застыл… =
: пальцы на ногах сжались в кулак;
: руки вымолвили над головой композицию икебаны;
: глаза распахнулись до белков…
В одно мгновение он припал к оптическому прицелу винтовки.
- И где же эта цель?! Кто из них? Это же ужас! – с тревогой бормотал он. – Как же такое… или я в каком-то жутком сне…
Оптика приблизила его взору красивую девушку и мужчину, которые обаялись друг другом в беседке: она наполнила бокал вина, влезла ему калачиком на руки, обняла и вылила вино на головы – тот вскочил, держа её на руках и понёс к бассейну, и с разбегу рухнул в воду!...
Фёдор отложил оптику.
- И кто же?! О, боже! Как быть?! А может, отстраниться, как-то… Как? Или: навёл-нажал-завалил… выпил и забыл… и сбежал!… О, мать твою!
Его рука уже наполнила бокал, он подхватил его и потянул зрачки к горизонту, а потом опрокинул их к небу, рассматривая фантазии форм облаков: метаморфозы пара, дыма и воды, увлекали, не зная границ…
- Во, как закрутилось! Даже выше облаков…

Пламя любит Олово,
а Олово – боится:
Властвует над этим –
накал температур!...
В чём расплавляет Пламя –
к той форме и стремится…
К твёрдости
предательских
фигур!...

Облака отразились в виски – он начал их пить.
- Федя?!... Фёдор, ты что это не ждёшь!
Процесс прервался и исправился.
- Давай за фантазии!
- О, да! Надеюсь с ними ещё… познакомимся!
Бокалы звякнули утвердительно, как в торжестве!
- Что ты там читал?
- А-так: я когда-то пописывал…
- Красиво! И даже умно! И даже немного через чур!... Зачем?...
Букет виски опять стал не только ароматом, а солнечным нектаром на несколько воспитанных глотков, но тостующие поступили деликатно – выпили залпом.
- На ушко что-то скажу…
- Фёдор – лучше в оба! А как бы это сделать сразу?! А?!...
- Одновременно, что ли?! Валя, но…
- Не торопись! – Валентина подошла к ружью и наклонилась к оптике. – Я же говорю: вы так похожи с моим Федоком… так похожи… Ах, вот они, голубки! Та-ак… да, очень похожи! Что всё возможно… возможно всё! И даже одновремённо!... От, фантазёры!... зашкаливает… но от щекотки я, возможно, обос-с-с… смотри – что делают! Я видела у них – одновремённо… как-то… Правда: без оптики, без нюансов, а с ней – другое дело – как на ладони!… Подожди-ка! Ой!...

!Валентина отпрянула от оптического прицела! – !Её глаза, будто околели!

- Ой! Это ж мой!... Мама… Или похож?... Показалось?!... может… А?!... Наверное, похож! Он же в командировке… мой-то!
Пауза потянула в спину сквозняком: ветер игриво добрался до крыши и, оттолкнувшись от чердака, скатился в сторону бассейна, оранжевой беседки и баньки…
- Похож! Да, Фёдор?!
- Наверное!... Нет – именно похож! Команди…
- Манди-манди! – перебила, не слушая, Валя! – Вот, козёл!...
- Валентина, ты чего?! Успокойся! Ты же в оптический смотрела!
- Да.
- Ну!
- А! Щас-щас… Только это…
Она кивнула на бутылку виски.
- Понял – для резкости.
- Фёдор, мне нужно успокоиться!
- Согласен, но… ты… ты же мне хотела показать… эту, как её… цель!
- Цель?! Да-да… Цель!... Цель я не забыла… подожди с целью!
Валентина выпила и потянулась к винтовке.
- Валя, а цель твоя не там?
- Где? – она жадно примерялась глазом к окуляру оптики, – где?!
- В Караганде!... Кто из них? Куда ты меня втягиваешь?! И интересно: за какую сумму! Валя… остановись!
Девушка выпрямилась – винтовка брякнулась на пол.
- Осторожней – стрельнёт!
- Не-не-не… не он! Похож и только… И, как нарочно, спиной сидит… гад!
- Валя!
- А?! Что?... Цель?... Где?! Там! А-аха!... Охо-ох-хо…
Валентина сначала задохнулась и, вдруг, разразилась раскатистым и заразительным смехом!
Фёдор оторопел, а затем слился с этой невесомостью до боли в мозжечке!
Их хохот коснулся кульминации и смикшировался до тихой улыбки…
- Так, твоя цель была подсмотреть? – обрадованно спросил Федя, – поближе чтоб! Респект! Прекрасная идея с оптикой: всё, как на ладони!
Девушка закачала отрицательно головой и от улыбки даже и след простыл.
- Нет… Цель есть и очень важная, для меня.
Федя медленно наклонился и поднял винтовку, и устало сел на диванчик.
- Во, как…
- А как же! Уймись, Федя, я всё взвесила и позвала тебя… Мне это очень надо, Федя! Налей ещё!... Цель – это – цель! Ну, а тут оптика нам ещё и фантазии приблизила… Красота! А вы так похожи… извини! А там – это он? Как сам думаешь? А?! Винтовка здесь… он – там, или в командировке…
- Думай, что в командировке. Так рациональней.
- Что!
Валентина вцепилась в оружие, которое удерживал на коленях Фёдор: мужская сила не позволила воспользоваться винтовкой – женской силе.
- Защищаешь! Отдай! Вы одинаковые! Вы так похожи: одним миром мазаны!
- Ты ошибаешься!
- А-а! Завертелся! Это он! Дай!
- Тут один патрон!
Борьба прекратилась.
- Как – один? – локон волос возмутительно выпал из причёски.
- Я же не знал! Что к чему и зачем! В ней был патрон и… схватил я её и… приехал.
Она отпустила оружие и села рядом.
- Я же просила налить!
В бокалы вновь плеснулось солнце… =
: и покачалось по прозрачным стенкам, и повращалось по часовой и против;
: и иссохло на губах;
: и иссохло в устах поцелуя…
- Да! Похожи… но он йогой занимался… Ты йогой будешь заниматься?
- Возможно.
- Федя!
- Тебе для…
- Мне хочется назвать тебя Федком, но… пусть это будет только его имя…
- Пусть.
- Но там кто?... А там – кто?!... Там, просто, похож! Да?
- Да! Забудь! Твой в командировке!
- Всё! Действительно – он там! Верить надо! Правда?!... Вот, значит, просьба у меня… какая… К экзотике моей повадился, понимаешь…
- Кто?
- Не знаю. Может конкурент? Но нужно устранить!
- Так-так-так! Ох-у-уф!... А что за экзотика? Где это? Пошли.
Валентина развернулась к краю крыши и, шагнув к перилам, вытянула левую руку вдоль стены.
- С угла, наверное, удобней, хотя и отсюда… Сам смотри, но всё очень серьёзно, Фёдор.
- Не пойму.
Валя взяла со стола пульт, наполнила два бокала виски, выпила и нажала кнопочку.
Неожиданно прозвучала старинная фанфара, напоминающая звучание охотничьего рожка.
Вслед за этим небольшое одноэтажное здание вытянуло вверх второй этаж, а из первого выдвинулся вольер, в котором оказались павлины!

!Фёдор уронил бокал! – !Никто не услышал осколков!

После выдвижения вольера, съехала крыша второго этажа и оттуда взлетел в небо огромный орёл…
- Ёп-па-а! Валя, это… с-смотри, ведь улетит! В тайгу, к лешему…
- Не-ет! Боря, Боря… Сейчас круг сделает, осмотрится и сядет на верхушку этого дерева! Вон оголённая ветка – его место.
- Он что – ручной?
- Нет. Но сам не добывает пищу.
Фёдор с восхищением осмотрел весь аттракцион и, убедившись, что орёл сел на ветку, осмелился спросить о таком сюрпризе.
- Экзотика твоя восхищает! Да… павлины, говоришь, а ?!... Ну, всё – как в кино! Класс! Но беркут зачем? Он же твою экзотику и покушать может… Зачем?
- Он и есть главная экзотика!
- Да?! Во, как!...
- Именно. Это не просто питомник, чтобы его только демонстрировать людям. Нет. У меня здесь лаборатория. Бюджетные средства я получаю на оба проекта, но главное – беркут: опыт на уровне генетики. Я связалась с научно-исследовательскими институтами – они согласились. Точнее, один из учёных. Представляешь какая ответственность! У этой птицы знаменитое будущее! Символичное, так сказать: он станет двуглавым!
- Что?!
- Удивлён! Но это факт!
- Как это?... Гербальный орёл!... А такое возможно?
- Возможно. Я ознакомилась с научными работами на эту тему несколько лет назад: всё возможно!
- Фантастика: собачье сердце Булгакова… От вымысла – до реальности!
- А так и есть!... Борька рос один, без мамы. Растили и выхаживали, что называется – в руках, на руках, из рук… А тут ещё потребовались павлины. Это уже моё изобретение, как обрамление! Ну, как царская птица и без?! Да, ладно – царская! Птица нашей геральдики, так сказать! И может ли она быть без грациозного окружения?! Не может! Всё равно, что бал без менуэта! Вот я и развела – параллельно – ещё и их! Ну, как проект?
- Да-а… мне… мня… мням… грандиозно!
- Вот! Чувствуешь ответственность?! А ведь опасность на каждом шагу! Я же не одна боролась за гранд! И начались угрозы! Попытки замечены, но без деталей.
- Конкуренты?
- А кто ещё? Или ещё одни идиоты – Гринпис… пис-пис – зелёные…
- Весело у вас тут! По взрослому и о-очень реально! То есть, – Фёдор сделал предположение, – это и есъм… предполагаемая цель.
- Да, Федя, да.
Мужчина скосил взгляд на женщину и прокрутил зрачки по всему периметру глаз.
- Надо выпить… такое дело, надо… однако!
- Надо, так надо. А не промахнёшь?
- Коньяк есть?
- Есть.
- Коньяк крепит!
Валентина открыла бар и поставила бутылку конька на стол.
- Ну, здесь ты всё понял. Угу – здесь всё, а что там? Может, это не он?!... А-а?
- Так, мы же уже закрыли тему: убедились уже, что он, как бы, в командировке.
- Ишь, ты скорый какой! Закрыли… Защитник! Гринпис ещё тут… Оторвать вам этот пис к херам!... Орла защити мне и этих… курочек веерных!
Фёдор нашёл коньячную пузатую тару и разлил.
- М-да! – бокалы потянулись в ладони и обогатились их теплом, подарив свой букет ноздрям пригублявшим приятную крепость, – что ж!... ха! Павлины, говоришь!
- Федя! Не размывай… мне это важно, прошу… Убей эту сволочь!... Да-да, сволочь он! Хорошая… Федок мой… Как он мог?! А ?! Нет – как!
- Ты что, Валя!
- Ничего! Пей и пошли… Вот гад! Мне в командировку!... Сука!
Янтарное тепло бокалов и необъяснимый вкус настоя древних дубовых бочек, отвлекли лишь на мгновенье.
- Фёдор, убей его!
- Кого?
- Кто повадился! Деньги я сразу переведу на счёт. Почему не спрашиваешь сколько?
- Как я могу?
Валентина сунула ему под нос дулю.
- На! Закуси!
Федя поцеловал просунутый сквозь фаланги большой палец – фигура тут же развалилась!
- Чтоб ответственность и в тебе была – отправлю сразу пять! Счёт эсэмэской пошлёшь. Пошли.
Зимний стрелок, вкусив коньяк, посмотрел на солнце и пошёл по его мягким лучам в неизвестность – днём обычным и летним, где светило было привычным – не в клеточку…
Разместились на углу крыши здания – залегли: ветер наполнил тишину пением птиц родного места, аккуратно добавив экзотические голоса в палитру этого уголка.
- Красивые, – прошептал Федя, рассмотрев птиц в окуляр прицела, – а откуда ждать?
- Вероятней – оттуда, – ткнула пальцем Валя, направляя шёпот прямо в ухо стрелку, – вот холм, а за ним уже лес и долгий спуск к озеру.
- Думаешь, на лодке приедут?
- А что? Возможно.
- По телефону почему не объяснила?
- Как можно?! А прослушка!
- Понимаешь: думал, что тебе надо за деньги… ну, в игре какой-то… попасть в яблочко на чьей-то голове, или в кольцо попасть обручальное, а может, белке в глаз… Так сказать, с одного выстрела! Ну, я так подумал. Схватил её с одним патроном… он в ней был! Схватил и поехал… Ну, на что мне другие?!
- Схватил! Поехал!... А если б не было внутри?... Яблочко!... Будешь у меня скакать танцем этим!... Яблочко!... А с одного попадёшь?
- Издеваешься!
Валентина затихла, а затем, вдруг, закашляла тихо, но шёпот уже не существовал в конспирации.
- Ему бы дырку сделать, паршивец! – тихо но в голос забушевали вновь эмоции Вали, – убью! С-с-с…
- Тихо! – оглушил Фёдор, – дырку до сквозняка делать не будем!
- Отпустим что ли?!
- Раним и возьмём в плен!
- Правильно! И выпытаем всё!... Утюг есть старый… а куда ему целить будешь?
- В ногу, чтоб не убежал.
- В ногу?! А повыше, если?...
- Куда это? В ляжку?
- В жопу! Засранца! В сидалище, чтоб ни бегать, ни сидеть, гад!... Чтоб я его потом по этой ране розгами! Розгами и… крапивой! Вот так, Федок-заверток, вот так!
- Хорошо бы солью с перцем и лучше розами! Там тоже шипы…
- Точно! И с крапивой! Теми же розами! Жёлтыми!... А ты тоже думаешь, что это он?
- Кто? – Федя прикрывался дурацкими вопросами и ответами, – а, ты про беседку и баньку. Навряд ли похож…
- Похож, – Валентина закусила губу, – конечно, похож просто и всё! Ничего подобного за ним не замечала… не наблюдала… Сколько лет вме…
- Тихо! – прервал Федя и детально влез в оптику и глазом, и зрачком! – Кто-то есть…
- Кто?
- Да, тихо ты!... О, цыпа!...
- Шо?!
- Кура белая!
- Ой, цэ ж наша! Цыпонька моя! Не тронь птицу! Перескочила где-то зараза… Вот окаянная… Федок любит этих птичек…
- А чего это ты зашокала?!
- Шо?... Переволновалась! Бабка у меня хохлушка… Вот во мне и переволновалась она! Зараза!... И шо там? Тьфу-ты! И что там?
- Скребёт лапами землю.
- Ну, пусть! Травки захотелось девочке! Пусть… любит Федок их! Любит о-оче… Очи бы ему выдрала бы! Если б только этих любил! Зараза!
- Тихо!
- Ой! Шо?!
Ветер вернул песни птиц уху.
- Тихо…
- Ты ж не порань… цыпу…
- Тихо! Вижу! Та-ак…
- Кто? – зашипела испуганно Валя.
- Зверюга!
- Феденька! – произнесли женские гортанно-глубинные связки тоньше комариного писка, – останови супостата!... но не порань!
- Чёрт! Их двое!
- Ой-ёй!...
- Так – спокойно… Две цели – один выстрел… Чтоб в одну линию сошлись… та-ак – ждё-ом… две цели… та-ак…
- Цыпу не задень! – чуть толкнула Валентина стрелка!
И тут, вдруг, птичий хор всей округи – прервался писком, вскриками и хрипом!
Валя вскочила и увидела бьющуюся курицу и летающие вокруг неё перья!
- Ты чё! Снайпер, блин!
- Да, я ничего! Я только…
- Иди ты!

!Девушка помчалась вниз! – !Фёдор последовал за ней, бросив на диванчик винтовку!

За вольером павлинов барахтался курёнок, а рядом лежала лиса, которую обнюхивал лисёнок.
- Ранил-таки!
Валя схватила птицу за крылья и курица панически захлопала ими, забилась молча в припадке.
- На! Руби!
- Я?! Ты что?!
Топор и пенёк оказались очень рядом, – сразу – под горячей рукой: плаха мгновенно решила всё рукой женщины… =
: топорище осталось в пеньке, как в масле;
: голова отскочила и прикрыла веки – на веки;
: тело запрыгало по траве, разбрызгивая кровь…
- Извини! – сама не своя, сказала Валя, не замечая атаку алых капель на своей одежде, как брызги дождя.
- Валентина, я не стрелял!
- То есть?! А это…
Валя повернулась к лежащей лисице, но та, вдруг, вильнула хвостом, подняла лицо, оскалилась и, схватив за шиворот глупую и любопытную мордашку своего дитятки, скрылась, хромая…
- О, живая?!
- Конечно! Я не стрелял! Лиса и спасла всех тут… щенка и курёнка твоего! Она спасла!
- Она?! А от кого?
Федя понял указательный палец вверх!
- От Бори.
- Шо?!
Курица ещё один раз дёрнулась, прыгнув, и затихла…
- Он камнем упал сюда, а лисёнок и… этот… Ну, твой курёнок – были рядом: любопытствовали друг друга – принюхивались, так сказать…
- Или целовались, – девушка с волнением представила себе картину, – может?!...
- Может, – поддержал Федя, – но Боря тут с небес сошёл! Лиса бросилась на орла и помешала, хотя сама, видно, пострадала. Вот какая была ситуация, Валя!
- Я шо его – зря! Поторопилась с цыпой!...
- Почему, суп для мужа будет! Он же любит птичек… Открой мне ворота!
Фёдор быстрым шагом пошёл в дом и через первый этаж двинулся к выходу, но остановился у стола, крепко выпил, съел какой-то фрукт и направился к автомобилю.
Валентина, не обращая внимания на то, что обрызгана каплями крови, осмотрела вольер с павлинами, голую ветку с Борькой, подняла двумя пальцами голову курицы – поболтала в воздухе её и бросила в сторону.

!Вскинулись огромные крылья! – !Ветка выгнулась, но сдержала взлёт, для падения!

Она улыбнулась и, подхватив тушку птицы, пошла в дом.
Винтовая лестница приняла отметины кровяных клякс равнодушно.
Валентина бросила трупик цыпы прямо на сервировку стола, вытерла руки о свой подол и села.
Раздался автомобильный сигнал – она взяла пульт и нажала кнопку…
- Ехай! Киллер… Слава богу, что это не конкуренты!... Хотя, как посмотреть… Лиса… спасительница! Да, обошли криминал, пронесло – по краешку прям…
Валентина взглянула на небо, а с него лучи солнца заглянули в неё – обожгли: она зажмурилась, выдавив на щёку каплю слезы…
- Так, всё прекрасно! Всё на месте и все на местах! Жаль… если б Боря лису того! – монотонно говорила она сама с собой, не открывая глаз. – Приплод был бы экзотике – лисёнок! Жаль…
Женщина, вдруг, распахнула всю глубину своих глаз: колодцы зрачков блеснули тьмой!
- Цыпа! Погибла моя цыпа! – Валя бросила резкий взгляд на стол: ветер молчаливо шевелил птичьи перья. – Блюдо любимое… моего любимого… Цыпа! Блюдишь, Федок, с цыпами!... Федок-закруток… завиток… лепеток…
Валентина встала, наполнила, – проливая мимо, – бокал и выпила разом.
- Вот так! – Валя повернулась в сторону оранжевой беседки с бассейном и заметила сидящих за столом! – О, легки на помиме! Командировочные объявились! Гад!
Девушка оттолкнулась от перил и отвернулась, не зная что делать и тут обнаружила винтовку на диванчике.
- Ой! Забыл?!... Та-ак!
Валентина схватила оружие с оптикой и устроилась на краю крыши так, чтобы опереться на перила для устойчивости.
Её взгляд жадно понёсся, через оптику, над всей округой – к оранжевому застолью.
- Ага! Сидят, голубки, сидят… Оп-па, а что-то, вдруг, розы красные?! Почему? Интересно! Так-так… Чёрт, плохо видно… Ну, встань, пройдись… ирод!... Ну! Во-во – встал! Та-ак, вино наливает… Да – он! Ну – он!... Скотина! Или… Ай! Не пойму! Повернись же, ну-у!... Федок – это же ты! Ну, посмотри сюда… Повернись, сволочь!... Вот, скотина – сел-таки! Но это он! Как пить дать – он! Да-да! Какая наглость! И цветы сменил… Красные – к чему: в любви признался: сука?! Ну, придёшь ты домой, я те… А зачем ты здесь?! А! Да – зачем! Оставайся там! Парься, плескайся, гад!... Как они ровно сидят! Один за одним – в одну ниточку прям… И ваза за ними с красненькими!... Твари ангельские! Вот так бы вам!... Ух бы!...
Валентина, в гневе, желанное судорожно и мгновенно сделала действительным… =
: сжала кулачки;
: сработал курок;
: раздался выстрел…
- Итит… твою-у-ум-м…

!Оптика дрогнула! – !Девушка онемела!

Она видела свинцовую задницу пули: в одно мгновение мужчина и женщина свалились под стол, но очень долго разлетались и рассыпались осколки вазы, брызги воды, и лепестки красных роз!...
Тихий выстрел гудел в голове оглушительно!
- Господи! Как же?! – Валентина вскочила, оружие повисло в руках – руки повисли, как плети! – Не-не-не-не… это не… я не хо… хотела я!... О, боже!... А может?!... Не попала, может… А?!... смилуйся, прошу…
Девушка вскинула оптику – к взгляду – с надеждой!
Оранжевая беседка сохраняла пустоту: только рябь воды в бассейне и молчаливо валялись осколки стекла и цветов…
Вдруг, из-за стола приподнялась женская голова!
Гул выстрела в голове истребился!
Голова девушки осмотрелась…
- Ой, слава богу! Господи, живая эта!... А где же?... Мама! Неужели…
Красавица встала и заглянула под стол и… улыбнулась: мужская голова появилась над закуской – потянулась рука к бокалу и появились… глаза!...
- Живой! Повернулся-таки, Федок, наконец-то! Вот он – мой муж… объелся груш! Жаль, что патронов нет больше! Жаль!... Уж я бы больше не прома… х-хрена себе…
Мужчина встал во весь рост!
- Ф-фе… Фе… Фё-о-о… Фёдор?!...
Улыбка Валентины широко растеклась и не останавливаясь – пролилась гримасой рыдания, без слёз: губы из одной дуги – привычно, выгнулись в другую…
Фёдор послал воздушный поцелуй и оптика размазала его абрис в огромном пространстве, оставляя уже не рядом – на ладони, а где-то в беседке…
- Киллер хренов!
Валентина взяла телефонную трубку и продиктовала SMS.
- Отправь номер счёта. Дело сделано. Конкурентов нет. Целую во все.
Гаджет произвёл отправление и подтвердил это сигналом.
- И что? А?! – спросила Валя сама себя.
- Ничего! – ответил Федок-закруток, влезая на крышу! – Ворота зачем нараспашку?
Жена завизжала от радости!
- Федок! Ты уже?! – она кинулась в объятия, муж не остановил супругу, не смотря на испачканную кровью одежду. – Командировочный мой!...
- Уже-уже! Вот тебе пепси и колу для унитазного блеска! И телефон. Он был в норме – ты права. Глючил чего-то. Деньги возьми.
- Оставь себе! А я тебе сейчас курочку приготовлю! Пошли… В каком виде её сделать – выбирай!... Приказывай, мой родной!...
- Что – экзотику принялась обезглавливать?
- Нет! С экзотикой всё хорошо! И даже лучше: конкурентов предупредили и жёстко!
Федок-закруток достал из пакета бутыль колы.
- Пить хочу! – пробка прокрутилась, щёлкнула и зашипела коричневой гадостью.
- Не пей отраву, Федо-о… Фе-е… Фёдор, лучше налей нам что-нибудь достойное!...
Винтовая лестница преподнесла к их ногам первый этаж и накрытый стол в гостиной.
- И смени носки, Федок… Ой! Что это?!...
- Это тебе, любимая!
На столе стояла ваза с огромным букетом жёлтых роз…

29 января 2018 год,
город Москва




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 14
Опубликовано: 23.10.2018 в 19:17
© Copyright: Александр Евдокимов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1