Мои соседи





Борька – мой сосед по лестничной площадке. Уже давно. Всю его двенадцатилетнюю жизнь. А потому мы друг другу доверяем. У каждого из нас есть семья. И оба мы – «девчачьи пастухи», потому что у меня жена и дочь, и у Борьки тоже в семье, кроме него, две женщины – мать и младшая сестра.
Но мне куда легче, чем ему, потому что я за своими девочками как за каменной стеной. Что такое готовка, уборка и прочие хозяйственные дела,- не знаю, не ведаю. Моё дело только магазин и деньги в дом. А на Борьке – всё. Ну, то есть, вот вообще – всё, ибо мать у него пьёт. И часто. И по многу. Она на рынке мясом торгует, а потому домой часто приходит «не свежа и не хороша собой». А иногда даже и не доходит – прямо в подъезде валится замертво. И тогда Борька идёт ко мне, благо дело идти недалеко, потому как квартиры наши одна напротив другой.
Он звонит мне в двери и, когда я открываю, стараясь не смотреть мне в глаза, говорит:
- Здорово, сосед… Помоги, эт самое, родительницу в родовое гнездо доставить…
Вопросов я не задаю и никаких комментариев не делаю. За это Борька мне благодарен. Мы просто идём с ним вместе вниз, до того этажа, где временно «оборвалась жизнь» его непутёвой матери, и транспортируем тело до места жительства. Когда заносим и укладываем, я из вежливости спрашиваю, хотя ответ уже заранее знаю:
- Могу я ещё чем-нибудь тебе помочь, сосед?..
Он опять не смотрит мне в глаза и отрицательно качает головой:
- Не… спасибо, сосед. Дальше мы с Алёнкой сами…
Алёнка – младшая Борькина сестра. Ей восемь. Она душа их семьи. Когда брат гневно «распаковывает» бесчувственное тело родительницы и ругает её при этом, Алёна скорбно сидит рядом и держит мать за руку: следит, чтобы брат не сделал ей больно. А когда назавтра Борька начинает отчитывать протрезвевшую и болеющую с похмелья мать, Алёна за неё заступается:
- Ну хватит уже, Боренька, ругаться. Мама больше так не будет делать никогда… Ведь правда же, мама?..
При этом темпераментном монологе она успевает приласкать и мать и Борьку.
Справедливости ради надо сказать, что Зоя (это мать их так зовут) искренне кается и даёт «чесслово», что «капли в рот»… «ни боже упаси»… «простите меня, деточки»…
Но Борька знает женщин. Знает, что они щедры на обещания и очень слабы в том, чтобы эти обещания выполнять. Потому он просто сопит и молчит. А Алёнка верит материному слову. Всегда. Все восемь лет своей непростой жизни.
Он, например, в курсе, что с Алёнкой они брат и сестра только по матери. Отцы у них разные. И где эти отцы теперь, не знает не только Борька, но и сама Зоя. Но отчество у них в семье одинаковое у всех: «Иванович» Борька, а мать с Алёнкой «Ивановны».
Когда на рынке за Зоей взялся ухаживать рубщик мяса Алибек, она засобиралась за него замуж. Но прежде посоветовалась с Борькой. С Алёнкой можно было не советоваться, потому что та всегда была за маму.
Борька горячиться не стал, а пошёл на рынок с Алибеком знакомиться. Сначала посмотрел на него издалека, понаблюдал, как тот работает и разговаривает с коллегами по рыночному труду. Потом подошёл к нему, первым протянул руку и представился. Алибек бухнул топором в пень, на котором рубил мясо, вонзив его почти по обух, отёр руки о фартук и пошёл разговаривать с Борькой в подсобку.
О чём уж они там разговаривали почти два часа, никто не знает. Известно только, что, когда Борька из подсобки вышел, на пороге обернулся и сказал Алибеку:
- И не морочь доверчивой женщине голову…
Алибек морочить не стал. И перешёл работать на другой рынок. Или на родину уехал, к жене и детям, которых у него было трое.
Когда Борька вернулся домой, то застал там плачущую Алёнку. Слёз женских он не выносил, а потому сразу стал допытываться до причины. Оказалось, что в новогоднем спектакле в школе Алёнку назначили на роль Снежной Королевы. Но учительница сказала, что костюм должна сшить ей мама. А Борька же знает, какая их мама «швея»! Потому-то Алёнка и рыдала, прощаясь с мечтой о сцене навсегда. Одного не учла будущая звезда драматических подмостков: у неё же есть брат. И брат этот – Борька…
Он снял с окна на кухне белую штору и тюль и пошёл с этим в квартиру напротив, то есть ко мне и моим девочкам. Когда я открыл дверь, Борька начал сразу с главного:
- Здорово, сосед!.. Пусть твои тётя Вера и Ольга (жену мою он звал «Тётя Вера», а меня просто по имени – в знак особого доверия!) сошьют для Алёнки костюм Снежной Королевы… Мечта у неё… Понимаешь?..
Я понял и пошёл рассказывать об Алёнкиной мечте жене  и дочери. Говорил же вам, что за ними я как у Христа за пазухой! Девочки мои поняли всё мгновенно и сразу же приступили к делу. Оказалось, что у жены, «совершенно случайно», есть прекрасный белый шёлк, который ей «совершенно не нужен», а потому шторы на Борькиной кухне можно было вернуть в исходное положение.
Одним словом, через два дня платье было готово. А перед премьерой нашу приму причесала и завила моя дочь Ольга. Алёнка была умопомрачительно хороша в тот день.
Борька и мы, все втроём, сидели в первом ряду на спектакле.
Мать «великой актрисы всех времён и народов» в этот день была опять… в ненадлежащем виде, а потому Борька запер её на ключ дома. Когда учительница Алёнки спросила его, почему мама не пришла на спектакль, Борька очень серьёзно ответил:
- А вы разве не знаете? Наша мама – космонавт. И сейчас она готовится к очередному полёту, а потому из режима выбиваться ей нельзя…
… И в это время открылся занавес…



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 1
Количество просмотров: 32
Опубликовано: 15.10.2018 в 16:57

Лидия Левина     (17.10.2018 в 19:31)
Очень добрые у вас рассказы!






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1