Драконы Света и Тьмы. Глава 20. Чемпионат


1

Второй семестр закончился в двадцатых числах марта.
Мы с Ульяной в течение двух с лишним месяцев отправили профессору три письма и получили столько же ответов: Хеглен писал, что телепат, присланный в Земляной Бастион, отравился да ещё и заболел гриппом, так что «психодопроса» ещё не было. Пока телепат болеет, можно не беспокоиться о судьбе профессора.
На второй день каникул мы узнали из Д-нета о готовящемся всероссийском чемпионате по боям драконов. Чтобы подать заявку, у нас имелось ещё двое суток, и мы сделали это немедленно, увидев в списке уже зарегистрировавшихся участников имя Неда.
Чемпионат должен был проводиться на секретном полигоне в Московской области. Состязания начинались в понедельник, двадцать восьмого марта… в три часа ночи по местному времени!
– Они с ума сошли! – сказал я, читая объявление.
– Так повелось с древних времён, – ответила Ульяна.
И больше мы об этом не говорили.

2

Мы ещё немного потренировали драконов и поехали на чемпионат.
Захватили побольше еды для себя и для драконов, в ночь на воскресенье сели вместе на «метро» и поехали. Путь наш был длиной около четырёх тысяч километров, то есть время, которое мы должны были провести в дороге, составляло часов двадцать на максимальной скорости ленты конвейера.
Чтобы не заснуть в «метро» и не вылететь в буквальном смысле слова на какую-нибудь «станцию», каждые три часа мы выпивали по несколько глотков кофе из Ульяниного термоса. Драконам же можно было лишь пожелать хорошо отдохнуть по пути, что осуществить было, конечно же, совершенно невозможно. Но мы выехали с запасом времени: по нашим расчётам, мы должны были приехать на полигон к десяти часам вечера, урывком поспать где-нибудь, дав отдых драконам, и – на арену.
…И вот, наконец, мы вышли на нужной «станции» и вылезли на поверхность земли. Луна, висевшая в небе, давала очень мало света, но мы всё видели, потому что рядом горело множество огней, зовущих к себе – насладиться их тёплым сиянием.
В нескольких десятках метров от «метро» находилась арена. Это был целый стадион! Он представлял собой амфитеатр с тремя рядами мест, в центре же была сама арена – круг диаметром в пятнадцать метров. Всё это было построено из кубических каменных блоков. У противоположных краёв арены в стене находились решетчатые двери, из которых, видимо, и должны были выходить драконы.
Мы заняли места, сдали драконов и погрузились в полудрёму, сидя на самом первом ряду. Наш запас времени составлял ещё минут двести…
Разбудил нас чей-то голос, многократно усиленный мегафоном:
– Приветствую всех вас, зрителей и участников, на нашем чемпионате России по боям драконов или, как ещё говорят, по Д-рестлингу! Спасибо вас за то, что пришли сюда без опозданий в назначенное время суток. Я не буду тянуть с предисловием, поэтому сразу объясню ход турнира.
Сейчас будет проведена жеребьёвка участников. Генератор случайных чисел поможет нам определить, кто с кем будет сражаться в первом круге чемпионата. Потом по программе жеребьёвка победителей и второй круг, затем третий по тем же правилам. Далее – финал и церемония награждения. Всё!
– Итак, сейчас на табло, – мы посмотрели на гигантский экран выше мест зрителей на противоположном конце стадиона, – появится список пар участников, которые будут сражаться друг с другом в первом круге турнира. Три, две, одна…
Высветился ряд имён и номеров. Я сфотографировал его на свой телефон, и мы стали его изучать. Три моих дракона (Ману, Ашо и Дизи) были поставлены в пару с драконами Ульяны, четверо – Асси, Аркон, Пылевик Хафа и Баро – с драконами Неда, а остальных ждали неизвестные нам противники.
Всего на чемпионат были заявлены сто девяносто два дракона. «И как они за три круга собрались выяснить, какой из них сильнее всех?!» – мелькнула мысль.
– Да, совсем забыл сказать, – продолжил ведущий. – У нас действует очень сложная система очков; баллы начисляются за каждую атаку в зависимости от мощности удара и урона противника и вычитаются за нарушения правил и в зависимости от понесённого бойцом ущерба.
Итак, у нас ровно сто девяносто два участника. Чтобы к финалу остались всего двое, я предлагаю пустить во второй круг чемпионата лишь шестьдесят четыре, а в третий – только шестнадцать драконов!
Весь стадион потряс согласный рёв зрителей.
– Начинаем! – сказал невидимый комментатор. – На арену вызываются Феррик, дракон-Механизм, номер первый, и Спектр, дракон Радуги, номер второй!
Двери в разных концах площадки открылись и закрылись, выпустив двух драконов ростом со взрослого человека. Механизм был похож на того, на котором летал викинг-разведчик несколько месяцев назад, только глаза у него были не жёлтые, а сиреневые. Но дракон Радуги меня поразил: весь какой-то бледно-розовый, похожий на птицу без перьев, но его короткий хвост, маленькие крылья и «шапочка» на голове искрились всеми цветами от красного до фиолетового! «Феерично», – подумал я и был прав.
На табло появились две зелёных шкалы, – видно, стихийные запасы драконов, – а внизу – счёт: ноль – ноль. Драконы взмахнули крыльями и поднялись примерно на полметра от пола, закрепившись на этой высоте.
– Они всегда так делают на турнирах? – спросил я Ульяну.
– Это входит в правила, – ответила она.
Тем временем ведущий сказал:
– Начинайте бой по сигналу гонга!
Он повторил это на языке драконов, те приготовились, и прозвучал сигнал.
Феррик откинулся назад, словно втягивая воздух (а я знал, что Механизмам дышать не нужно), и выпустил в оппонента несколько увесистых кусков металла. Спектр не пошевелился, когда в него попали железные слитки. На шкале энергии Радужного дракона стали немного меньше зелёного; компьютер, подумав, высветил счёт: сто двадцать – минус тридцать.
«Мощность атаки напрямую связана с уроном, – думал я. – Если всё так просто, как мне кажется, то вычитается очков в четыре раза меньше, чем прибавляется. Хм, интересная система».
А бой продолжался. Спектр оправился от удара и поразил Феррика лучом света. Теперь у обоих оставалось по две трети изначальной стихийной энергии, а счёт стал восемьдесят – сто тридцать.
Феррик пальнул шаром вакуума, а Спектр окатил противника водой. У Механизма осталась лишь десятая часть энергии, и это было мало по сравнению с силой «Радужной птицы». Спектр вёл по очкам: двести девяносто пять – сто семьдесят. Зрители орали, как сумасшедшие.
Поединок закончился со счётом четыреста сорок пять – двести сорок пять в пользу Спектра, который улетел с арены под восторженные крики зрителей в ту же дверь, из которой вышел. Феррика унесли два робота. Весь бой продлился от силы минуту, но впечатление оказалось очень сильным.
Самый маленький номер у моих драконов был сорок седьмой, у Ульяниных – двадцать третий. А один из драконов Неда должен был выйти на арену уже в четвёртом бою. «Колизей двадцать первого века», – подумал я.

3

Расскажу о самых запоминающихся схватках.
Конечно же, в первую очередь я имею в виду семнадцатую битву первого округа: Феникс Неда против чьей-то Ягоды. Я не шучу; такие виды драконов действительно существуют и относятся, кстати, к классу Великих.
Первым нападал Феникс. Так как у обоих противников имелась стихия Света, они её не использовали. Феникс ударил чистой энергией, оставив Ягоде лишь половину запаса силы. Ягода пошатнулся (по традиции я продолжаю говорить обо всех драконах в мужском роде), но устоял и в свою очередь послал в Феникса каскад листьев-лезвий. Тот удивился и выпустил в Ягоду струю пламени, снова получив в ответ фонтан листьев-лезвий, но уже меньше, чем в первый раз; и добил Феникс Ягоду лучом света, оставившим фиолетовую полосу на сетчатках моих глаз. Триста шестьдесят пять – сто пятнадцать в пользу победителя.
Также мне запомнился бой Ульяниного Электрического дракона по имени Элвин под номером восемьдесят три с Ночным драконом одного столичного бизнесмена.
Ночник ударил первым, поразив Элвина Зеленью. Тот ответил разрядом энергии, так как знал или догадывался о наличии у «спарринг-партнёра» стихии Воды, имевшейся и у самого Элвина. Дракон Ночи поразил его Пустотой, а Элвин разразился ещё одной молнией, как мне показалось, киловольт в десять: у маленького, но сильного дракона Ночи даже хрящевые пластины на затылке дыбом встали. Но противник удержался и опять выстрелил в Элвина обоюдоострыми листьями. Дракон Электричества уклонился от эскадрильи зелёных кинжалов и послал Ночника в нокаут мощным разрядом. Триста десять – сто восемьдесят пять в пользу победителя.
Но первую строку в моём рейтинге битв первого круга, безусловно, занимал поединок Ангу с чьим-то драконом Пыли. Это надо было видеть: любой словесный рассказ не передал бы всех моих ощущений по ходу схватки и уж точно – ощущений самого Ангу.
Если честно, и рассказывать-то почти нечего. Ну, вышел дракон Огня, пустил пламя, ему в ответ – Земля, он снова чихнул Огнём, на него – Воздух, и так до чьей-либо победы. Кстати, выиграл бой Ангу – со счётом двести пятьдесят – сто двадцать пять.
Первый круг чемпионата закончился примерно в полшестого утра. Из пятнадцати моих драконов дальше прошли пять: Ангу, Эа, Тиник, Дане и Оухи, – остальные проиграли драконам Ульяны и Неда. Впрочем, против них у моих питомцев не было шансов. Или был один – из миллиарда, не более.
Второй круг начался после долгого перерыва и прошёл быстрее, но вместе с этим – скучнее: я задремал уже на втором бою и проснулся от визга зрителей, ждущих имена тех драконов, которые прошли в следующий этап турнира.
Я взглянул на табло. В третий круг попал только один мой дракон – Тиник, самый разносторонний: он пользовался аж тремя стихиями – Огня, Земли и Воды; у Ульяны протолкнулись на верхние строчки турнирной таблицы два (Элвина среди них не было), у Неда – пять. Просто отлично. Тиник был обречён на поражение: он находился на пятнадцатом месте по очкам и вряд ли мог победить кого-то из оставшихся участников. Хотя… посмотрим. Я не привык легко сдаваться, и мои драконы – тоже.

4

Третий круг чемпионата начался в три часа дня. Стало значительно теплее, и мы расстегнули куртки. Драконы спали в специальных помещениях под ареной, а я молился Космосу, чтобы мой Тиник Глиняный прошёл в финал.
На табло снова появились результаты жеребьёвки, и я узнал, что Тиник выйдет на поле боя в шестой схватке из восьми. У него было семьсот тридцать очков – неплохой результат, если учитывать силу противников; но пятнадцатое место из шестнадцати в предварительном зачёте… Что ж, я не мог это изменить, и лишь одно поддерживало меня: Тиник был поставлен в пару с драконом Синего пламени с тринадцатого места. Шанс есть, и это уже неплохо.
…И вот я слышу слова комментатора:
– На арену вызываются Тиник, дракон Глины, номер сто седьмой, и Файтер, дракон Синего пламени, номер семьдесят первый!
Раздались крики, свист и аплодисменты; и я кричал, свистел и хлопал громче всех, ведь на ринг вышел мой дракон! Мой – единственный оставшийся!
Прозвучал гонг. Тиник отошёл на два шага назад (у него, как и у его противника, не было крыльев, поэтому бой вёлся на земле) и ударил Файтера стихией Воды, отняв у него аж половину энергии. «Змейка» Файтер взревел и на несколько секунд оставил «собачку» Тиника в вакууме. Но дракон Глины не растерялся и снова поразил Файтера струёй воды – поразил окончательно.
Мы с Ульяной поднялись в один миг со своих стульев и очень громко и долго выражали свою радость. Тиник победил со счётом триста пятьдесят – двадцать пять! Теперь у него было уже тысяча восемьдесят очков, и он поднялся на второе место! Если только никто его не превзойдёт…
Тут я остановил свои мысли, чтобы не сглазить. Но всё же на всякий случай плюнул через левое плечо и постучал по деревянному стулу. Мало ли…
Я с замиранием сердца следил за ходом двух последних битв, то и дело поглядывая на дисплей. Каково же было мой изумление, когда я увидел турнирную таблицу: Тиник всё ещё был на втором месте! А это означало, что он… в финале чемпионата страны!!!
Я сам не заметил, как выпрыгнул на арену, забежал в одну из дверей, отыскал дракона, победившего трёх противников подряд, и стал обнимать его. Сначала Тиник удивился, но через секунду уже мило улыбался, размахивая ушами, покрытыми слоем светлой глины.
В конце концов я отпустил Тиника, поговорил с ним на Д-языке и вернулся на своё место в первом ряду. Заметил косой взгляд Ульяны и сказал:
– Мне это было нужно. И Тинику – тоже!

5

Финал должен был состояться в восемь вечера. У нас было время поесть и вздремнуть, а у Тиника – отдохнуть и набраться сил перед главным боем. Но ели мы разное: я и Ульяна – чипсы и газировку, дракон – засахаренные осенники.
Меня немного тревожило, что другой дракон, вышедший в финал, принадлежал Неду. Он олицетворял собой Чугун – смесь Огня, Земли и Металла – и был на восемнадцатом уровне развития; Тиник же был только на четырнадцатом. И хоть у моего дракона имелась стихия Воды, против которой бессилен Огонь, это Тинику не могло помочь победить. Но мне везло; может, повезёт и на этот раз?
– Если ты победишь, – сказала мне Ульяна часа за полтора до финала, блуждая по Д-нету, – то получишь главный приз: двадцать тысяч Д-монет (извини, у организаторов больше не нашлось) и Кубок из чистого золота с изображением дракона Огня, готовящегося стрелять из лука, зажатого в лапах.
– Подходит к моему знаку зодиака, – хихикнул я.
– Честно говоря, мне сам Кубок не больно-то нужен, – сказал я чуть позже. – И до денег мне нет дела: я их лопатой гребу. Но мне просто интересно: получится ли у Тиника?
– Не знаю, – сказала Ульяна, и всё стихло.

6

– Уважаемые гости, – говорил ведущий, – до финального боя пять минут. Занимайте свои места, пожалуйста. Уважаемые гости…
Я его не слушал; я сидел с закрытыми глазами и пытался мысленно разговаривать с Тиником, несмотря на то что не верил в телепатию. Сейчас она бы мне пригодилась. Так и не «дозвонившись» по психосвязи, я вознёс короткую молитву Вселенной и очистил мозг от всех мыслей, потеряв чувство времени.
Я очнулся, услышав слова:
– Дам и господа, люди и драконы, я безумно рад сообщить, что сейчас начнётся последний, главный поединок нашего чемпионата. Встречайте! Тиник, дракон Глины, номер сто седьмой, хозяин – Данил Кузнецов!
Зрители разразились белым шумом на всём диапазоне слышимых частот, едва не охрипнув.
– И-и-и-и… Картер, дракон Чугуна, номер сто девяносто второй, хозяин – Нед Хеглен!
А вот теперь зрители действительно охрипли, – по крайней мере, половина.
«Динь-дон!» – это, вероятно, гонг. Я открыл глаза.
Тиник отступил на два шага от изначальной позиции, зажмурился и окатил противника водой, – слабый ход, принимая во внимание разницу в мощи драконов. Картер откинул голову в металлическом (наверное, всё-таки чугунном) шлеме назад и закидал Тиника серыми слитками сплава железа с углеродом, изменив счёт до ста тридцати пяти – шестидесяти в свою пользу. У моего дракона осталась треть первоначальных сил.
И тут Тиник сделал то, до чего я, будь я на его месте, не додумался бы. Он отступил, собирая энергию, собрал её в голубовато-белый шар и выпустил в Картера очень узкий, яркий и холодный луч.
Дракон Чугуна застыл на месте с удивлённым выражением на морде под шлемом. Постоял так секунд пять, потом словно опомнился и плюнул в Тиника одним-единственным куском металла. Впрочем, сильно промахнулся. А Тиник, тоже измотанный своей сильной и необычной атакой, вытянул из окружавшего его воздуха всю воду и, сконденсировав её, послал струёй в оппонента. Тот упал набок и больше не двигался.
Некоторое время все сидели молча, не в силах проронить ни слова. А потом по нарастающей пошёл шум восторга, состоявший почти исключительно из крика.
Я прыгал, и обнимал Ульяну, и кричал от радости. Затем спрыгнул на арену, подлетел к Тинику и принялся его обнимать с удвоенной силой, продолжая кричать и смеясь, а ещё бессвязно говоря на драконьем языке. По моему лицу текло что-то мокрое, я освобождал руку и утирался, оно текло снова, и я в конце концов бросил это дело, но не прекратил смеяться и лопотать на Д-лингве.
А когда я смог встать и оторваться от дракона-победителя, то увидел большой металлический ящик (вероятно, денежный приз), а на нём – Кубок, описанный Ульяной с потрясающей точностью. Я взял его в руки, поднял над головой и поцеловал. Потом спросил у Ульяны:
– Давно хотел узнать: почему в мире драконников такое дешёвое золото?
– Его производят драконы Золота: каждый – примерно по полкило в день, – был ответ.
– Надеюсь, не в качестве удобрения для огородов? – ехидно поинтересовался я.
– Наоборот, именно таким способом, – сказала Ульяна, и я засмеялся – уже в который раз за день.
Мной овладела непреодолимая эйфория, на время затмившая моё сознание. Я почти не помнил, как мы забрались в «метро», как мы ехали домой, как я упал на кровать и провалился в ничто.
Мне ничего не нужно было помнить.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 7
Опубликовано: 30.09.2018 в 08:17
© Copyright: Данил Кузнецов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1