МЕЧТАТЕЛИ. Книга первая. Марсианские хроники (прям как у Брэдбери). История четвертая.


МЕЧТАТЕЛИ. Книга первая. Марсианские хроники (прям как у Брэдбери). История четвертая.
Восемьдесят три старателя, пропавшие без вести
ЗА ДВА ГОДА ДО НАЧАЛА СТРОИТЕЛЬСТВА ЗОЛОТОГО ГОРОДА.

Адам Рови держал в руках небольшой чемоданчик. Он был одет как обычный турист с Земли: серенький невзрачный костюм, голубые джинсы, бежевая сорочка без галстука и потертые дорогие кожаные туфли, купленные еще в счастливой прошлой жизни.
Вокруг была паника: то тут, то там подвыпившие пассажиры выясняли отношения, маленькие дети кричали, их родители нервно следили за багажом. Какие-то люди в белых халатах на скорую руку собирали деньги за предстоящий полет. Все это действо проходило на какой-то заброшенной ферме с почти не приспособленной для полетов площадкой. Да и сам шаттл, казалось, вот-вот готов был рассыпаться на винтики. Его наспех заправляли ракетным топливом и тут же производили погрузку людей. Ни проверки документов, ни досмотра багажа – ничего этого не было.
– Кто еще не заплатил? – в очередной раз закричал мужчина в белом халате.
– Я, – немного придя в себя, произнес Адам.
– А чего молчишь? – грубо взяв деньги, произнес кассир. – Вали в шаттл.
– А как скоро будем на орбите? – поинтересовался Адам.
– Если ВВС не засекут шаттл, то через три часа, а так придется лететь до мертвой зоны шесть часов, и оттуда – уже в космос.
– А где эта мертвая зона?
– Слушай, – нервно ответил кассир, – вали в шаттл, нечего мне загружать мозги своими вопросами. Если хочешь все знать, то летел бы официально.
– Я не могу покинуть Землю по закону, – начал оправдываться Адам.
– Ха-ха-ха, – рассмеялся кассир. – А ты думаешь, что ты тут один такой? Ха-ха-ха, – еще больше рассмеялся мужчина в белом халате и толкнул Адама к трапу, ведущему в шаттл.
Адам чуть не наскочил на маленькую девочку, сидевшую на траве и мирно игравшую с куклой.
– А где твои родители? – тоже присел на траву Адам.
– Не знаю, мама сказала ждать здесь, – ответила темнокожая малышка.
– А как тебя зовут?
– Тью, сэр, – учтиво ответил ребенок. – Тью Форджи.
– Я – Адам, – улыбнулся Рови. – Надо найти твоих маму и папу.
– Нельзя уходить, – тут же ответила девочка, – мама сказала ждать здесь, – объясняла малышка.
– А сколько тебе лет?
– Девять, – ответила Тью.
– Девять, – чуть ли не плача повторил за ней Рови. – Моему сыну тоже было девять, – трясущейся рукой он достал из кармана фляжку с алкоголем и жадно сделал два глотка.
– Мой папа пил из такой же бутылочки, – тут же подметила Тью. – Мама сказала, что он умер из-за водки, – рассуждала девочка. – У вас там водка, сэр?
– Кх-кх, – Адам даже поперхнулся, увидев наворачивающиеся на глаза слезы у ребенка. – Нет, солнышко, там вода, – Рови открутил пробку и хотел, было, сделать очередной глоток, но не смог.
– Дайте мне воды, – тут же настойчиво попросила Тью.
– Она старая. Если хочешь, я куплю тебе свежей, – выливая содержимое фляжки, ответил Адам.
– Не пейте больше старую воду, дядя Адам, а то вы тоже умрете, как мой папа, – попросила Адама Тью.
– Не буду, – улыбнулся Адам и достал из кармана разрисованный бильярдный шарик.
– Обещаете? – тут же спросила Тью. – Поклянитесь самым дорогим, что у вас есть, поклянитесь памятью о сыне, это страшная клятва, и если вы ее нарушите, то – все.
– Клянусь, – с долей юмора, несерьезно прошептал Адам и протянул ребенку разрисованный бильярдный шарик. – Это последняя поделка моего Эндрю, мы разукрасили шарик в цвета красной планеты, – говорил Адам, – Мой сын мечтал увидеть Марс.
– А почему он не с вами, сэр? – взяв игрушку, поинтересовалась Тью.
– Он с мамой, малышка, – надломленным голосом ответил Адам.
– А где его мама? – спросила девятилетняя девочка.
Рови грустно посмотрел на малышку, но так ничего и не ответил. В этот момент к девочке подошла ее мама. Она подозрительно стала расспрашивать дочку, не приставал ли к ней этот дядя, и вообще, что он от нее хотел. И убедившись, что с ребенком все в порядке, темнокожая мама с дочерью похватали свои немногочисленные вещи, и поспешили пройти в шаттл. Адам же минут пять молча смотрел на пустую фляжку, а потом с силой швырнул ее в сторону. Он не мог говорить, мешал подкативший от воспоминаний ком в горле. Вся та трагедия казалась такой свежей, словно это было вчера, а не двенадцать лет назад.
– Чего стоим? – прокричал кто-то и подтолкнул его к трапу. – Давай, двигай, а то займут твое место, раззява!
– Да, да, иду, – нервно буркнул в ответ Адам и подошел к трапу.
Поднявшись в шаттл, Адам осмотрелся по сторонам. Его место было седьмое из пятидесяти трех. Он тут же сел, пристегнулся и надел кислородную маску, в которую до старта почему-то не поступал обогащенный кислород.
Все происходящее как-то отвлекло Адама, но через минуту – мысли, воспоминания – все вернулось. Очень трудно не сломаться, когда половина лет уже прожита, и все, что у тебя было, забрали. Забрал огонь, когда горел их семейный очаг. Забрала дорога в нелепой аварии, когда он потерял жену и сына. Забрала болезнь, когда алкоголь лишил работы, наградив алкоголизмом. И вот так, год за годом беспробудного пьянства он, проснувшись однажды где-то на улице весь мокрый от ночного дождя, решил, что надо что-то менять в жизни. Его словно осенило, что надо встать и идти. Куда? Он не знал, но шел. Шел, пока не наткнулся на электронную газету, кем-то оставленную на лавочке. Во вчерашнем номере рассказывали о грандиозном банкете в честь постройки терминала на орбите Марса, говорили о том нелегальном золотом буме и тут же приводили цифры громадной смертности в красных песках.
Рови впервые за двенадцать лет с такой жадностью читал электронную газету.
– Эй, бродяга, – подойдя к Адаму, прошептал грязный и смердящий неприятным запахом бездомный попрошайка. – Купи секрет?
– На кой мне нужен твой секрет? – грубо оттолкнул его Рови и хотел, было, уйти.
– Я знаю, откуда и когда полетит нелегальный челнок на космопорт «Омега», а оттуда до Марса рукой подать, – улыбнувшись, ответил лохматый и небритый бродяга.
Рови даже подошел к нему, пристально посмотрел в его глаза, в надежде понять, говорит он правду или нет.
– И где? – уже более учтиво спросил бывший ученый.
– Я ж говорю, купи, – лукаво улыбнулся бездомный попрошайка.
– Это все, что у меня есть, – Рови вывернул карманы и пристально посмотрел на грязного, но при этом такого необычного старичка.
Дрожащим пальцем старик перебирал содержимое, вытащенное Рови из карманов, при этом загадочно комментируя свои действия:
– Этот шарик не мой, – дотронувшись до памятной игрушки сына, промолвил бездомный. – Отдай его ребенку, прошлое нельзя хранить, оно, когда надо само тебя найдет, – рассуждал старик. – А этому кубику нужны еще два, и ты всегда будешь знать верный путь в настоящем, – улыбнувшись, заметил он. – Но это твоя вещь! – старик пальцем перевернул лежавшие в руке Адама монеты и, закрыв его ладони, произнес: – Тебе нечем платить.
– Ты слепой, старик, – кинув ему под ноги деньги, прокричал раздраженный Адам Рови. – Этих денег хватит на ночлег.
– Отдай мне, что спрятал, – неожиданно произнес бродяга.
Рови вытянул из заднего кармана фляжку с алкоголем и с презрением посмотрел на бездомного нищего.
– Кроме этого ничего нет, – показывая металлическую фляжку, ответил Адам.
– А я тебе про нее и говорю, – прошептал старик, подойдя ближе к Адаму. – Отдай мне свое будущее.
– Идет, – подталкиваемый азартом, неожиданно произнес Адам.
Странный старичок, улыбаясь, взял фляжку и, наклонившись над ухом бывшего ученого, рассказал ему, что на сорок шестом километре северной трассы, ведущей из города, есть одна заброшенная ферма, через неделю там будет произведен взлет шаттла. Получив информацию, Адам, недолго думая, с силой вырвал фляжку из рук старичка и бросился наутек. Он бежал изо всех сил, не оглядываясь по сторонам. Но странный старик даже и не подумал его догонять. Он лишь улыбался вслед бегущему от него мужчине. Потом он подобрал разбросанные деньги, еще раз усмехнулся и чем-то очень сильно довольный побрел по своим делам.
И вот Адам Рови здесь, на борту космического шаттла с намерением добраться до космопорта «Омега». Зачем, он и сам не знал, но что-то в глубине души говорило ему, что лететь надо. Он словно чувствовал, что надо.
– Ну что, все пристегнулись? – послышался чуть хриплый бас капитана челнока. – Не теребите маски, кислород подадут только по выходу из атмосферы, кого будет тошнить – в спинке соседа есть пакеты, – усмехнулся капитан. – Загадите салон, высажу на астероиде. Ну, в общем, все. Да поможет нам бог не разбиться, если что – не обессудьте.
Через десять минут шаттл взлетел. Пять часов полета, два поломанных ракетных двигателя из четырех, одно аварийное падение, но шаттл долетел до космического терминала на орбите Земли.
Космопорт «Омега» был рад всем прилетевшим. И каждому находилось дело на этой огромной станции. Рови устроился уборщиком мусора. За полную восьмичасовую смену в открытом космосе он получал двадцать лунных долларов (земные деньги были не в почете на станции). Люди производили гору отходов, и все это попадало в космос. Задачей уборщиков на космопорте «Омега» была сборка и дальнейший запуск контейнеров с мусором к Солнцу, и все это за двадцать лунных долларов, а также ночлег и трехразовое питание. Неплохо для беженца с Земли. И по подсчетам Адама, ровно через триста сорок восемь смен он сможет купить билет на грузовой корабль до Марса. Сорокалетний еврей из России сразу решил добраться до Марса, ходили слухи, что на этой планете золото валяется под ногами, и люди богатеют за пару месяцев. Его даже не пугала семидесятипроцентная смертность старателей, летевших на эту планету, наоборот, именно это прельщало его в красных песках. На Марсе люди гибли, как мухи: без воды, воздуха. Многие теряли рассудок, но золото вновь и вновь зажигало огонек быстрой наживы в глазах людей. Оно убивало и манило, и люди перешагивали через все ради обладания им. Адам же искал вечный покой и поистине верил, что красные пески – то самое место.

СЕДЬМОЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ АДАМА.
ОТКРЫТЫЙ КОСМОС.

– Адам, догони тот труп, – послышался приказ начальника в уборочном скафандре.
– Да, сэр, – включив двигатели, ответил Рови.
Подлетев к скафандру, Адам с ужасом осознал, что внутри него был насмерть замерзший человек.
– Открой его и вытащи тело, – приказывал начальник. – Не бойся, он замерз. Если будет трудно доставать труп, то просто разбей его. Нам нужен скафандр, он стоит одну тысячу лунных долларов.
– А что с ним случилось? – поинтересовался Рови.
– Метеорит пробил обшивку, и парень замерз насмерть, – ответил начальник. – Такое бывает, – словно это обычное дело, добавил он.
Тело пришлось разбить. Ужасная картина, когда кусочки плоти разлетаются в невесомости.
– Что это? – уже переодевшись и приняв душ, удивленно спросил Рови, когда начальник протянул ему сто лунных долларов.
– Твои сверхурочные, – ответил он. – Многие из моих ребят наотрез не хотят убирать мертвых, а тебе, я смотрю, все равно.
– И так будет всегда? – тут же спрятав деньги, поинтересовался Рови.
– Как только появится новый жмурик, то да, – улыбнувшись, ответил начальник.
– Я все понял, сэр, – ответил Адам.
В ту ночь он так и не смог уснуть. Эта ночь была самой длинной в его жизни. Он закрывал глаза, а перед его лицом вновь и вновь разлеталось на маленькие кусочки тело погибшего коллеги.
Со вторым, третьим, пятым и прочими погибшими было попроще. Не то, что бы деньги для Рови стали смыслом жизни, нет, но сто лунных долларов быстрее приближали его к заветной мечте – к далекой и опасной для людей красной планете. Так что, он брался за любою работу.
Через сорок земных дней у Адама Рови была нужная сумма для полета на Марс - тринадцать тысяч лунных долларов на билет в один конец. И уже на борту он позволил себе немного расслабиться.
«Ну, вот и все, – закрыв сонный модуль, подумал Рови. – Скоро я встречусь с вами, Джессика и мой Эндрю. Скоро, мои дорогие. Пески Марса сделают то, что не дала мне сделать Земля, и мы снова будем вместе…». Тут в модуль пустили снотворный газ, и сорокалетний еврей уснул сном младенца.
От Марса его отделяло ровно сто дней полета.
* * *
Ее звали Ленка, на новый манер. Не Елена, не Алена, а просто Ленка. Женщина-старатель – несочетаемое понятие, но слабый пол старался не уступать в освоении красной планеты. Невысокая, фигуристая, кареглазая брюнетка совсем не вписывалась в привычный образ волевой женщины-старателя. Ленка не была красивой, но была симпатичной: обычные губки, носик, интересная челка, скрывающая вихор, короткая стрижка – типичные черты европейской расы. Но в ее взгляде, движениях, голосе, да и во всем, что она делала, было что-то такое, нечто подкупающее. Про таких говорили: человек с харизмой, человек с изюминкой.
Женщина-старатель. из седьмого сектора по добыче золота, она нравилась всем. И в отличие от других женщин-старателей, волевых и по-мужски сильных, она казалась такой хрупкой, чувственной, словно не созданной для этого места. Кстати, она первая на Марсе стала делать бусы, каждый раз подчеркивая, что она, прежде всего, женщина, а потом – старатель. Она была той самой девушкой, у которой всегда были новые бусы для нового дня, девушкой с не просто карими глазами, а глазами цвета жженого сахара. Той самой, которую послал людям Будда. И в тоже время она была просто Ленка.

ВЕЧЕР РАБОЧЕГО ДНЯ.
СЕДЬМОЙ СЕКТОР. ЖИЛОЙ БУНКЕР.

– У нас новенький, – греясь возле электронного камина, она первой начала разговор.
– У меня нет лишней еды, – сурово буркнул Адам Рови.
– Вот черт, а открыть тебе секрет, новичок? – наклонившись к старателю чуть ближе, иронично спросила женщина. – Я знаю, где есть бесплатная еда! – она сделала небольшую паузу, а затем добавила: – Каждую ночь федералы сбрасывают халявную еду, только на другую сторону планеты, там уже полпланеты завалено ящиками.
– Там, что, есть другие базы? – немного оживился Рови. – Может, у них условия жизни получше?
Она неожиданно замолчала, иронично осматривая новичка. Но ее улыбка тут же исчезла, видя искренность во взгляде старателя. Он явно не понял здешнего юмора.
– Забудь, это была шутка, – серьезно ответила она. – На, держи, – протянув сухой паек, она подсела рядом.
– У меня нет столько золота, чтобы купить у тебя еду, – тут же ответил Адам.
– Ешь, дурачок, – улыбнулась Ленка.
– Эй, Ленка! – послышался голос одного из старожилов седьмого сектора. – Иди к нам, выпьем, поедим.
– Погоди, Тоху, – прокричала русская женщина. – Сейчас приду.
– У меня, правда, нет золота, – ответил Адам.
– Я – Ленка, – протянув ему руку, улыбаясь, произнесла женщина.
– Адам, – ответил мужчина, пристально смотря ей в глаза.
– Странный у тебя взгляд, новичок.
– А у тебя странные бусы, ты с Земли?
– Нет, родилась на Луне. Я никогда не была на Земле, но, может, под старость заберу все заработанное и махну в отпуск.
– Тем более, странные бусы и такие необычные глаза… У моей жены были такие.
– Тебе они не нравятся? – удивилась женщина.
– Нет-нет, что ты, они великолепны, – оправдывался Адам.
– Бусы или глаза?
– И то, и другое, – впервые за много дней улыбнулся Адам и тут же повторился: – И то, и другое.
– Все-таки странный у тебя взгляд, новичок, – улыбаясь, говорила она. – Не такой, как у всех новичков. Ты не боишься Марса, и не жаждешь золота, хм, – усмехнулась она. – Зачем ты здесь?
Рови еще дальше отодвинул еду и тут же отвернулся, не желая продолжать диалог. Тем временем к ним подошел один из старожилов и настойчиво увел женщину к своей компании. Сухой паек, после ухода женщины, тут же подобрал один из старателей, нагло оттолкнув того, кто был слабее. За эту еду завязалась даже небольшая потасовка. Но все быстро успокоились, и уже через десять минут электричество перевели в экономный режим. Началась долгая и холодная марсианская ночь.
* * *
Все было до ужаса простым: первыми на Марсе появились федералы, они сначала исследовали грунт, а как только обнаружили целые пустыни, в которых попадались слитки в не одну унцию, быстро перепрофилировали свои исследовательские базы под перевалочные пункты. Потом началась политическая закулисная война между владельцами космопортов и федералами, вследствие чего пришлось закрыть все перевалочные пункты. Но как только старателям разрешили вести свободную добычу, федералы ввели плату за аренду перевалочных пунктов в размере пятидесяти процентов от добытого золота, поставили своих людей, и человеческий конвейер заработал. Кто-то улетал с Марса богатым, кто-то умирал, замерзнув насмерть. Каждого ждала своя судьба, но все платили ровно половину за ночлег, воду, несвежий воздух и плохую еду.
Рови стал первым, кто захотел это изменить.
– Почему мы им платим? – за общим ужином вдруг заговорил с Ленкой Адам.
– Глупышка-Адам, – улыбнулась она. – Все постройки на этой планете принадлежат мировому правительству.
– Вот именно! Что нам мешает построить свое жилье.
– А кто? Ты, что ли, построишь? – съязвил сосед по общему столу.
– Могу и я, – вполне серьезно ответил Адам. – Я был инженером в прошлой жизни.
– Ха-ха, – рассмеялся коренастый старатель. – Слышали, братва, еврейчик собрался дом строить на Марсе!
И тут же звонкий хохот вперемежку с нецензурной бранью посыпались в адрес Рови. В конечном итоге, он получил подзатыльник, и этот день проживания ему засчитали за два, сославшись на дестабилизацию и нарушение устава колонии. Но уже ночью, в тусклом свете электронной печи, Ленка тихо подсела к поникшему и обиженному Адаму.
– А ты, правда, был инженером до Марса? – шепотом поинтересовалась она.
– Одним из лучших, – ответил он.
– А почему бросил?
– Я хотел умереть, – после небольшой паузы ответил Рови. – На Земле, что бы я ни делал, кто-то или что-то оставляло меня жить. У меня было все: семья, дом, работа, и я все это потерял.
– Наркотики?
– Нет, – чуть ли не плача говорил Рови. – Нелепая случайность: автопилот маршрутного автобуса посчитал, что дорога продолжается и на скорости влетел в гору. В этой аварии погибли моя жена и мой сын.
– Сочувствую, – прошептала Ленка. – Я что пришла, Адам, – довольно-таки серьезно продолжила она. – Если все-таки построишь ночлежку, возьми меня старшей, я буду тебе помогать, если надо, могу и спать с тобой.
– В этом нет нужды, – тут же оборвал ее Рови.
– Прости, я – дурочка, размечталась, – тут же собравшись уходить, произнесла Ленка.
– Нет-нет, – остановил ее Адам. – Я про постель говорил – нет надобности. Я обязательно тебя возьму к себе, Ленка, и тебе не надо будет со мной спать за это.
– Почему? – немного обиженно поинтересовалась она.
– Я – не они, моя хорошая, добрая Ленка, – улыбнулся Адам.
– Чудной ты, Адам Рови, – встав, ответила женщина. – Смешной такой! Люди летят на Марс за золотом, а ты летел за смертью. Теперь хочешь остаться здесь жить.
– А мне некуда возвращаться и что-то мне подсказывает, что Марс не хочет моей смерти, – рассуждал Рови. – Ответь на вопрос, и я тогда возьму тебя старшей, – неожиданно предложил Адам.
– Задавай.
– Твои бусы, они похожи на древние буддийские украшения, откуда они у тебя?
– Они здешние, – тут же ответила Ленка.
– Ты нашла их тут? – удивился Адам.
– Нет, – объясняла девушка. – Камни и металл – здешние, а узоры я сама выдумала. Ну, а местные умельцы все это соединили с золотом.
– Но как? – улыбнулся Адам. – Ты же не жила на Земле! Как ты можешь делать узоры прошлого, никогда не видев их? Эти сочетания камней, эти знаки – это древние символы, ровесники самого Будды.
– А кто такой Будда?
– Это был один из пророков, самый древний и мудрый. Он породил Буддизм – одну из древних религий Земли. Бордовый и оранжевый – это цвета Буды, – объяснял Адам.
– Наверно, я знала его в прошлой жизни, – улыбнулась Ленка. – Это ответ на твой вопрос, откуда у меня эти бусы.
– Ты явно не создана для этого места, Ленка, – улыбаясь, говорил Рови. – Честно сказать, я не верю в переселение душ, и я также не верю в Бога, но ты, правда, исключительная.
– Исключительная из чего? – вполне серьезно спросила Ленка.
– Из правил, – еще раз, улыбаясь, ответил Адам. – Из правил этого мира. Ты не такая, как все, и это подкупает.
– Так значит, ты меня возьмешь старшей? – улыбаясь, не успокаивалась Ленка.
– Если пойдешь за мной, то да, – очень серьезно ответил Адам.
– Вот и договорились, давай спать, – чуть слышно прошептала Ленка. – А то схлопочешь еще один штраф, и будет вдвойне веселее, ты и так завтра работаешь бесплатно.
Повернувшись на бок и закрыв термомешок, Адам Рови постарался уснуть. В голове его творился кавардак, но одна мысль, как искорка, согревала и теплила разум. «Я буду первым!», – прошептал он в очередной раз и все-таки уснул.
И правда, было непонятно, почему люди до сих пор не стали строить инфраструктуры на красной планете. Был же колоссальный опыт освоения Луны, даже в невесомости на орбитах строились целые города – космопорты, а тут планета с идеальными условиями, постоянно сухо – строй, да и только. Но нет! Федералы делали все, чтобы их ветхие базы были востребованы. Они целенаправленно не строили на Марсе колонию, просто выкачивая все золото из красных песков. На еду, воздух, воду – на все у Земли была монополия, они были единственными поставщиками данного сырья. Им же принадлежали перевалочные пункты. Они даже умудрились поставить своих людей смотрящими на этих пунктах. Одним словом, никто бы не рискнул строить на этих песках. Космопорты «Альфа» и «Омега» придерживались позиции, что Марс – свободная планета, и нарушать ее суверенитет строительством баз в планы династии Ромовых не входило. Так что, Марс был свободен, и в то же время он принадлежал Земле, точнее сказать, поставленным ею смотрящим.

ДЕНЬ ДОБЫЧИ.

Люди в не единожды залатанных скафандрах выходили с железными тросами в пустыню, и каждый шел, куда хотел. Длина троса – один километр. Добыча золота была примитивной: его просто откапывали в толще песка. Эту пустыню близь экваториальной линии Марса назвали Золотым морем. Там, вперемешку с песком и камнем, попадались крупинки золота. Имея хорошее зрение и удачу, можно было за смену насеять не одну унцию золота. Старатели работали весь световой день: уж больно дорого и расточительно было тратить электричество на ночные смены. И естественно, с каждым днем золота на поверхности Золотого моря становилось все меньше и меньше.
– Идем к пределу, – по внутренней связи предложил Адам.
– Это час ходьбы, – ответила Ленка. – Мы потеряем время.
– Тут уже нет золота, – ответил Адам. – Поверь мне, все, что можно было просеять на глубине метра, тут просеяли, у федералов нет мозгов, и они еще не один месяц будут рыться на одном месте, пока не поймут, что ресурс аурума исчерпан.
– Чего? Какого аурума?
– Аурум – это латинское название того, что ты ищешь на этой планете.
– Аурум… красиво! – отметила Ленка.
– Ну что, идем?
– Уговорил, Рови, – усмехнулась Ленка. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Идти до предела – означало удалиться от пункта сбора на максимальное расстояние, которое позволил бы трос. Идти дальше предела – означало риски и шанс заблудиться. А без компаса, и ориентиров ты проживешь на этой планете ровно столько, сколько есть воздуха в твоих баллонах с газом.
– Идем дальше, – отцепив карабин троса, произнес Адам.
– Ты в своем уме? – удивилась Ленка. – Мы же потеряемся.
– Точно, ты права, – неожиданно заметил старатель. – Давай так, ты стоишь, а я ухожу до предела твоей видимости, чтобы знать, куда идти обратно.
– Получается, я сегодня по нулям?
– Я дам тебе половину всего, что насею, – улыбнулся в иллюминатор скафандра Рови.
– А если ты ничего не найдешь? – посмотрела ему в глаза Ленка.
– Верь мне, Ленка, – сказал он и пошел в противоположную сторону. – Только не садись, просто стой. Я должен тебя видеть, чтобы вернуться, что бы ни произошло с тобой, стой.
Через двадцать минут ходьбы силуэт старателя Ленки был еле заметен. Дальше идти было рискованно.
Золота удалось найти три полных жмени, этого с лихвой хватило бы на безбедную старость, но Рови искал еще, он был одержим металлом. Снова и снова он рыл песок с неистовой силой, доставая очередную горошину или песчинку благородного металла. Человек позабыл про все: про время, про голод, про то, что был отцеплен от спасательного троса, про Ленку, которая пятый час стояла, как вкопанная, боясь пошелохнуться и все время всматриваясь в облако пыли, что создал своей добычей ее друг. В разуме Адама была лишь страсть рыть дальше и дальше.
«Еще… еще…еще золота!» – твердил его рассудок.
Точки над всем поставила песчаная буря, внезапно налетевшая и сделавшая видимость нулевой. Рови вмиг отрезвел, и он вспомнил все. Паника затаилась в его голосе, он включил внутреннюю связь и чуть слышно прошептал: «Ты меня слышишь, Ленка?».
Тишина в ответ пронизывала до кончиков пальцев, ком подступал к горлу, и казалось, что не хватает воздуха. Добавив кислорода и придя в себя, Адам, первым делом, собрал все добытое, получилось тринадцать килограмм металла. Но сейчас блеск золота не радовал. Мысли путались, и самое страшное – он не знал куда идти. Видимость два метра, нет связи с напарницей, и воздуха осталось на несколько часов. Стоять на месте, пережидая бурю, означало погибнуть и обречь на смерть напарницу.
Адам решил идти в одном из направлений. Он помнил, что удалился от Ленки на семьсот пятьдесят шагов, значит, оставалось выбрать какую-нибудь сторону и постараться идти прямо. Воткнув в песок кирку и грабли, он пошел вперед. Но через семьсот пятьдесят шагов никого не было, он вернулся, оставил половину золота – больно тяжело было идти с ним, и пошел в противоположную сторону, напевая песню.
Там тоже никого не было. Он опять вернулся к ориентиру, оставил почти все золото и, взяв с собой несколько унций, пошел в очередном направлении, напевая незатейливую мелодию. Радиус действия внутренней связи был девяносто шесть метров, поэтому надо было петь, чтобы спастись. Без груза идти было быстрее, а значит, расход воздуха был меньше, в условиях, где нет атмосферы, эта мелочь могла дать шанс на спасение. Девять раз Адам Рови менял направление, доходя до семьсот пятидесятого шага и обратно, пока на его заунывное пение не откликнулась Ленка.
– Рови, сукин сын, только попадись мне! – ругалась она по внутренней связи.
– Ленка! Ленка, не двигайся, я иду к тебе, – из последних сил произнес он. – Милая моя Ленка, говори, я буду ориентироваться на связь, у нее радиус девяносто шесть метров.
– Зараза ты, Рови! – ругалась женщина, но в ее голосе звучали нотки радости.
В тот вечер оба золотоискателя сдали в общак недельную норму на человека. Уставшие, но довольные, они легли спать, договорившись держать все в тайне.
* * *
Его звали Гарри Бизон. Бизон – это, конечно, было прозвище под стать размерам самого Гарри. Здоровенный малый под два метра ростом, весом в сто двадцать килограмм, чернокожий, с брутальными мужскими чертами лица, он не блистал академическими знаниями, но поговаривали, что его хук справа мог выбить не один зуб. И этого качества было с лихвой достаточно, чтобы чувствовать себя на голову выше всех остальных золотоискателей.
Многие боялись Гарри, но он был справедлив. Он никогда не брал чужого, хотя мог бы, он не позволял отнимать добытое у слабых, говоря: «Если хочешь золото слабого, то выменяй, выиграй, но не отнимай». Гарри со своим другом Тоху были, своего рода, шерифами в бункере. И все конфликтные вопросы решались через него. Даже федералы приплачивали ему за порядок в бункере и за честность в налоге на жилье.

НАЧАЛО РАБОЧЕГО ДНЯ.
ЖИЛОЙ БУНКЕР.

– Ленка, погоди, – по внутренней связи произнес Гарри. – Я сегодня с вами пойду.
– Зачем это, Бизон, – возмутилась Ленка, надевая скафандр. – Тебе, что, места не хватает? – она вопросительно посмотрела на Адама.
– Я сказал с вами, значит, с вами, женщина! – сурово буркнул Бизон. – Ты не против, еврейчик?
– А знаешь, может, это и к лучшему, – посмотрев ему в глаза, ответил Адам Рови. – Один бы я не справился, а ты подойдешь.
– О чем это ты? – с недоумением посмотрел на него Бизон.
– Пойдем с нами, и узнаешь, – усмехнулся Рови.
– А я смотрю, ты не так прост, как кажешься, еврейчик.
– Его зовут Адам, – поправила Бизона Ленка.
– Ладно, – закончив одеваться и разгерметизировав модуль выхода, произнес Гарри. – Пусть будет Адам.
Дело было в том, что уже неделю подряд эта парочка приносила с приисков не среднюю дневную норму, а недельный норматив. Все бы ничего, но до сдачи золота оставалось меньше суток и если Гарри сдаст федералам такой объем, то есть все шансы, что они в следующую сдачу потребуют такое же количество. А Бизон прекрасно понимал, что чем больше добываешь, тем меньше золота остается в недрах планеты. Он всегда помнил простую истину: золото всегда заканчивается, а вот нормативы вечны.
Вот это Гарри и хотел объяснить сладкой парочке рекордсменов и заодно своими глазами взглянуть, где именно эти двое нашли золотоносную жилку.
Путь был долгим и молчаливым, и как только троица дошла до предела тросов, Адам первым отцепил страховку и наугад взял горсть песка за визуальной линией предела.
– Смотри, – просеяв немного песок, говорил он. – Смотри, это золото. И тут за пределом его тьма, оно буквально повсюду.
– А теперь послушай меня внимательно, старатель, – тоже отцепив страховку, заговорил Гарри. – Если я завтра сдам все то, что вы тут насобирали, то меня спросят, откуда столько золота.
– Расскажи им про предел страховки, – заявила Ленка.
– А надо ли? – усмехнулся Гарри. – Я лучше сохраню ваше золото до черных дней, ведь рано или поздно металл иссякнет, а мне тут еще жить.
– А если я предложу тебе место, где будет свежий воздух и вода, ты будешь на меня работать? – неожиданно поинтересовался Рови.
– Если речь идет о Луне и Земле, то ничего не выйдет, там меня приговорили к смерти, так что я на этой планете надолго.
– Это место на Марсе.
– Если так, то, возможно, я соглашусь, – улыбнулся Гарри. – И где это чудо-место?
– Тут, – развел руки Адам. – Ты стоишь на нем, тут будет колыбель человечества. Я начну строить тут город, не очередной бункер, а город.
– Не говори глупостей, еврейчик, – рассмеялся Бизон.
– Он, правда, был инженером на Земле, – очень серьезно заявила Ленка. – Строил дома, заводы.
– Это, действительно, правда? – недоверчиво поинтересовался Гарри.
– Мне нужен будет материал и лишние руки, платить буду золотом, сможешь достать?
Возникла пауза, Гарри Байсон был неглупый малый, он понимал, что с ним не шутят, и что это рисковое дело грозило большой прибылью.
– Федералы не дадут строить, – разрушив паузу, произнес рослый афроамериканец.
– Это понятно, – ответил Адам. – Для этого и нужен ты: надо будет все заказывать у поставщиков на Луне и «Омеге», все надо делать скрыто и тайно.
– Будет очень дорого.
– Деньги не имеют значения, – захватив еще одну жменю песка, ответил Рови. – Я готов тут ночевать, но я добьюсь своего.
Где-то на горизонте появилась пыльная дымка, предвещающая неминуемую бурю. Старатели, дабы не испытывать судьбу, пристегнули тросы и разбили защитные тенты, чтобы укрыться от бури. И уже там Адам Рови поведал им свой план.
– Существует три правила, три незыблемых закона, которые надо соблюдать при любом строительстве, – начал Рови.
–Да, ладно, а что ж не четыре? – съязвил Гарри.
– Первое, – очень серьезно продолжил Адам. – Всегда должна быть та точка или линия, от которой будет начало, на строительном языке это называется «ноль». Его строят первым, и, имея «ноль», можно строить хоть до неба, главное, правильно рассчитать этот самый «ноль».
– И где у нас будет «ноль»? – перебил его Гарри.
– А мы немного схитрим, – ответил Адам. – Мы возьмем сверхпрочный титаново-углеродный фундамент и просто положим его на песок.
– А если он провалится? – спросила Ленка.
– Поэтому все постройки будут не выше трех метров, то есть все в один этаж, это проще и быстрее, – улыбаясь, ответил Адам.
– А из чего ты будешь все это строить? – скептически заявил Бизон.
– Мы возьмем технологии, которые использовались на Луне – легкий, но прочный сплав титана, алюминия и углерода, но я предлагаю добавить в состав вместо алюминия золото – оно даст дополнительную гибкость, и износоустойчивость, увеличив сроки службы металла. Мы будем работать по их методике, но вместо алюминия будем использовать золото – это так называемая технология органической сварки, так построили два космопорта братья Ромовы с группой талантливых ученых, в числе которой были Адамян Рита и Петр Громов – мои коллеги в прошлой жизни, – пояснил Рови.
– Ты хочешь построить город из золота? – усмехнулся Гарри.
– А почему бы и нет, ведь этого добра на Марсе навалом, – ответил инженер Рови. – Теперь второе правило, это симметрия. Она должна быть во всем, что ты строишь, то есть, если используешь хотя бы раз прямой угол, то он должен повториться – это и есть закон парности, симметричности всего, что ты строишь. Нельзя в круглом строить квадратное, также как нельзя сделать один прямой угол, а все остальное – развернутым, – Рови на мгновение замолчал, посмотрев на коллег. – Сложновато, понимаю. Давайте так, какой твой любимый цвет, Ленка?
– А зачем?
– Просто назови.
– Красный, – ответила она.
– А твой, Гарри?
– Синий, – буркнул он.
– Мой – белый, – ответил Адам и достал из сумки три разноцветных кубика. – Это кости судьбы, – начал объяснять он. – По сути, три обычных кубика, каждая грань которого окрашена в один из цветов: красный, белый, зеленый, синий, желтый, оранжевый. Таких кубиков должно быть три, и только тогда они могут говорить правду. Это игрушка из моего детства на Земле.
– Ну и что с ними делать? – немного заинтересовано заговорил Гарри.
– Я задаю вопрос: кто из нас должен определить форму зданий на Марсе? И бросаю, – произнес Адам и кинул кости судьбы на песок.
Выпали: красный, красный, белый.
– И кто выиграл? – смотря на результат, поинтересовалась Ленка.
– Ты, – ответил Адам. – Надо смешать все три выпавших цвета, и это будет ответом на заданный вопрос.
– Ни хрена не понял, еврейчик, – пробурчал немного раздраженный Бизон. – Как эта игрушка может дать нужный ответ?
– Терпение, Гарри, – улыбаясь, ответил Рови. – Судьба выбрала того, кто должен решить каким будет первый город на этой планете.
– О господи, я не готова так сразу, – тут же испугалась Ленка. – Это так ответственно. Может, твои кости ошиблись?
Адам ничего не ответил, только провел ладонью по песку, немного утрамбовав его. Потом пальцем нарисовал четыре фигуры: круг, квадрат, треугольник и шестиугольник (соту), при этом очень задумчиво посмотрев в глаза уже своим коллегам.
– Есть четыре основные формы, – начал объяснять инженер. – Окружность, сюда входят все овальные, полукруглые формы строений. Квадрат – это все формы, где есть прямые углы. Треугольник – это все формы с острыми углами. И сота – все формы с развернутыми углами, есть еще пятая форма – трапеция со смешанными углами, но мы ее не будем учитывать. Ну как, понятно?
– Эта часть – да, – ответила Ленка.
– Тогда выбирай, – улыбаясь, произнес Адам.
Она выбрала соту. Гарри возмутился, он хотел обычный квадрат, но она выбрала соту.
– Почему бы и нет, – после небольшой ссоры между Ленкой и Бизоном произнес инженер Рови. – Модули в виде сот – их будет удобно стыковать, и развернутые углы визуально нам дадут чуть больше площади.
А вот правило третье инженер Адам Рови уже рассказывал по дороге на базу. И именно его, третье правило, ни Ленка, ни Гарри так и не смогли понять.
Правило третье – это жертва. Как объяснял Рови, нужна частичка создателя, чтобы дать жизнь построенному. Под частичкой он понимал каплю крови, такой странный ритуал: пускаешь себе кровь, хватит нескольких капель, они должны упасть на место строительства, и произносишь слова: «Аминь!», и на родном тебе языке: «Да будет так!», при этом мысленно представляя построенный объект. Необычное таинство, но это работало.
В общем, третье правило инженер Адам Рови приберег для себя.
* * *
ЗЕМЛЯ. ПРИЕМНАЯ НОВОГО ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРАВЛЕНИЯ ТОМАСА МОРУ.

Через два месяца, ровно час в тринадцать ноль-ноль на стол главы земного правительства Томаса Мору упал документ, содержащий очень интересные донесения:

«За пятое число июля ушло на добычу и не вернулось восемьдесят три человека. Мы организовали поиски, но в радиусе одной тысячи метров не было найдено ни одного тела. Поиски длились трое суток. Мы просим направить корабли к Марсу для воздушного поиска золотоискателей. До прибытия кораблей добыча золота приостановлена по причине отсутствия людей для добычи, вот пофамильный список всех пропавших:
Боб Стоул,
Рон Арчибальд,
Ленка Ади,
Адам Рови,
Стор Харис,
Гарри Байсон,… и другие».

Всего восемьдесят три человека. В другом документе, пришедшем в тот же день, была еще более неприятная новость:

«Уважаемый Томас Мору, к сожалению, я вынужден отказать вам в продлении аренды секторов под номерами семь, два и пять на космопорте «Омега» и секторов под номерами шесть и четыре на космопорте «Альфа». Прошу освободить занимаемые сектора в семидневный срок.
С уважением, Глава космопортов «Омега» и «Альфа» Игорь Александрович Ромов».

Скажете, это случайность, совпадение. Может быть, но во вселенной ничего не происходит просто так, и если простому инженеру Рови было суждено создать золотой город на красной планете, то ни одна сила во вселенной не смогла бы ему помешать совершить задуманное. Город назвали «Атланто», он стал колыбелью новой цивилизации в красных песках мертвой планеты, и создал его человек.
Как и обещал Рови, он сделал Ленку старшей, она долгие пять лет помогала ему управлять городом. А потом, в один день она просто ушла в пески и не вернулась. А Адам Рови всю оставшуюся жизнь искал этот взгляд цвета жженого сахара в глазах приглянувшихся ему женщин. Искал и скучал по девушке, которая любила бусы. По женщине, которую звали Ленка. По любимой, которую послал Будда.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: МЕЧТАТЕЛИ,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 14
Опубликовано: 23.09.2018 в 11:49
© Copyright: Сергей Лысков
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1