Страшный Аид и загадочная Тартария на берегах Азовского моря


Знаете ли вы, что Азовское море и наше Приазовье в седой древности Античного мира было ничем иным, как местом расположения знаменитого Аида или Тартара – царства мертвых? А наш всеми любимый Дон считался той самой волшебной рекой, перейдя которую, назад не возвращались? Сейчас сложно себе представить что-то подобное, но два с половиной тысячелетия назад все именно так и было – все больше серьезных научных исследований подтверждают данный факт.

Исчезнувшие Рипейские горы
Это сейчас наше Приазовье – солнечный, жаркий летом край с почти малоснежной, непродолжительной зимой. В период Античности, где-то с 1300 года до нашей эры в Северном полушарии была тысячелетняя эпоха похолодания. Своеобразный мини-«ледниковый период», когда происходило восстановление исчезнувших и отступивших ранее ледников на огромном пространстве от территории Аляски до Исландии. Ледяные щиты тогда охватывали не только северо-запад России, но и спускались далеко на юг. Подтверждением этому стал факт, что на многих древних картах, вплоть до карт 17 века, на территории Восточно-Европейской равнины обозначены несуществующие в реальности Гиперборейские или, иначе Рипейские горы, вытянутые двумя языками, ориентированными с юго-запада на северо-восток ориентировочно 48-й параллели. Эти же горы описываются в трактатах многих древних ученых. Где только не искали исследователи эти горы – от Валдая до самого Урала – и не нашли! Зато эти мифические горы почти в точности соответствуют очертаниям и месторасположению двух языков несколько раз существовавших в далеком прошлом массивных оледенений. Можно предположить, что по этим же двум направлениям спускались к югу и растаявшие ныне ледники трехтысячелетней давности, которые видели современники Гомера, написавшего «Одиссею».
Даже арабский географ ал-Идриси, живший почти 900 лет назад, описал по рассказам путешественников Гиперборейские горы похожими на ледник: «Это гора с отвесными склонами, на нее совершенно невозможно подняться, а на ее вершине лежат вечные, никогда не тающие, льды… Ее тыльная часть не возделана; из-за сильных морозов там не водятся звери». Такое описание совершенно не стыкуется с современной географией Восточно-Европейской равнины, но вполне соответствует краю ледникового щита. Подтверждает предположение о существовавшем леднике и оставленные древними мыслителями описание, каким был две с половиной тысячи лет назад климат нашей местности: «Все осмотренные нами страны отличаются столь суровым климатом, что в течение 8 месяцев здесь стоит нестерпимый холод. Замерзает и море, и весь Боспор Киммерийский (Керченский пролив). Так что живущие по сию сторону пролива скифы толпами переходят по льду…»

Спущенное Азовское море
Двадцать веков назад Азовского моря, каким мы его знаем сейчас, просто не существовало. Среди ученых есть даже гипотеза о том, что до случившейся в древности катастрофы «Черноморского потопа» и таяния ледников «Рипейских» и прочих «гор» по дну Меотиды пролегало русло Дона, который впадал в Черное море примерно в 60 километрах южнее нынешнего Керченского пролива. При этом само Черное море представляло из себя огромное пресноводное озеро с уровнем воды примерно на 140 метров ниже современного. И только прорыв в Черное море вод из Средиземного через Босфор несколько тысячелетий назад, а так же таяние ледников Восточно-Европейской равнины привели к появлению на планете Азовского моря, возникшего из затопленного русла Дона. Учитывая особенности рельефа и состав окружающих море почв, огромная площадь Приазовья оказалась заболоченной. Кстати, в древней картографии, вплоть до карт 18 века, Азовское море именовали именно «болотом», а не морем. Особенно наглядно это демонстрирует карта Гийома Боплана, выпущенная в 1657 году. Вопреки другим картографам, изображавшим Азовское море в виде широкого водоема, его неизвестно откуда перерисованные карты показывают узкий, извилистый «Лиман Меотийского болота» (Limen Meotis Palus). А ведь лиман – это как раз и есть «залив с извилистыми невысокими берегами, образующийся при затоплении морем долины равнинной реки»! Сохранились упоминания о затоплении Дона и в древней литературе. Географ Арриан 1900 лет назад написал: «Танаис вытекает из Меотийского озера (Азовского моря) и впадает в Эвксинский Понт (Черное море)». Историк Евагрий Схоластик 1500 лет назад так же отметил: «Танаисом туземцы зовут пролив, идущий из Меотийского болота в Эвксинский Понт».

Вулканы-чудовища и реки-чудовища
Однако, как бы ни были холодны и негостеприимны два с половиной тысячелетия назад заболоченные, а посему вечно туманные и облачные берега Танаиса и Меотийского болота, закреплению за ними образа Аида у древнегреческих путешественников способствовал вовсе не влажный и холодный климат. В 2012 году экспедиция ученых из РАН проводила исследования Приазовья. Оказалось, что на дне Азовского моря, в прибрежных районах, на глубине от 100 до 200 метров, находится множество грязевых и газовых вулканов. Сергей Воронов, директор Черноморского центра подводных исследований, даже заявил: «Нами были обнаружены два вулканических комплекса, совершенно неизвестные науке, а так же очень большое количество метановых фонтанов и газовых фонтанов».
Грязевые вулканы – до сих пор не редкость на Тамани, косе Арабатская стрелка в Азовском море и на Керченском полуострове, немало туристов ежегодно приезжает, чтобы на них посмотреть. А представьте себе седую древность Античного мира, когда ныне затопленные водой вулканы находились на поверхности и были берегами, обрамляющими дельту Танаиса и Меотийское болото! Тем более что их активность в те времена, насколько позволяет судить геология, была гораздо выше. Их вполне можно было принять за мифических подземных чудовищ, извергающих грязь, горячие пары, воду и газы. Вот что пишет Татьяна Фадеева, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник отдела истории ИНИОН РАН: «И в «Аргонавтах», и в «Одиссее» мы встречаемся с очень интересным описанием, как герои преодолевали Керченский пролив. Их караулили чудовища Сцилла и Харибда – речь идет о грязевых вулканах и реках, которые подчас воспламенялись. Отсюда все описанные греками адские реки. Одна из них была пламенной – Флегетон, а другие, Лета, Стикс, Ахерон и особенно Коцит – холодными». Учитывая, что и сегодня периодически происходят уникальные даже для современной науки случаи «возгорания» отдельных участков Черного моря, насыщенного сероводородом, говорить о том, каким ужасным чудом такие явления, как самовозгорание насыщенной метаном реки, казались древнегреческим путешественникам, не приходится. Вспомните случившееся несколько лет назад извержение грязевого вулкана в Азовском море, случившееся на ровной водной глади абсолютно неожиданно и разогнавшее с пляжа всех туристов. Когда из спокойной водной глади, по которой ты плывешь на утлом весельном кораблике, рядом с тобой вдруг с грохотом начинает подниматься 50-метровый столб черной грязи – это не только очень страшно, это еще и очень опасно! А если добавить к вулканам до сих пор происходящие случаи, когда в Азовском море из-за выброса газов, под тобой вдруг резко исчезает дно и вода меняет плотность – условия для мореплавания становятся еще более трудными. Тем более, когда приходится периодически дышать ядовитыми вулканическими испарениями. Можно легко предположить, что Керченский пролив и расстилающееся за ним Меотийское болото были практически непроходимы для древних кораблей и считались едва ли ни самым ужасным местом на земле.
Зато именно эта жуткая местность, по факту – край известного древним мореплавателям цивилизованного мира, куда они могли добраться на своих кораблях, как нельзя лучше подходил, чтобы расположить здесь мифический Аид – царство мертвых, откуда никто не возвращается. Татьяна Фадеева: «Многие описания, которые мы встречаем в той же «Аргонавтике» и «Одиссее», больше всего подходят Азовскому морю и заливу Сиваш, мелкому морю, из которого долго брести, а также к той топографии подземного царства, где расположено царство мертвых, куда Одиссей должен был ходить к оракулу за предсказаниями».

Адская география
Прямое указание на то, как попасть в преддверие Аида через Керченский пролив, содержат строки Гомера: «Прежде, однако, ты должен, с пути уклоняясь, проникнуть в область Аида, где властвует страшная с ним Персефона. Мы, наконец, Океан переплыли, глубоко текущий. Там страна и город мужей киммерийских». Киммерийцы в археологии – это жители северного Причерноморья и южного Приазовья. Кстати, именно в этих местах больше даже, чем в самой Древней Греции, почитали богиню Деметру, — мать Персефоны, жены Аида, царицы подземного царства мертвых. Ещё одно доказательство – имя трехголового пса Цербера (или Кербера) – адского сторожа. По свидетельствам жившего 2000 тысячи лет назад Гая Плиния Старшего, именно в южном Приазовье располагался «последний в устье пролива город Киммерий, который прежде назывался Керберий»!
В Аиде, по верованиям древнегреческих путешественников, существовало большое озеро – Амсанкт со страшными Стигийскими болотами, которое и было входом в преисподнюю. В самом Аиде протекало несколько рек. Главная – Стикс, связанная через Амксант с остальным Океаном. В Стикс впадали: равнинная Лета, огненные Пирифлегетон и Флегетон, а так же холодные Амелет, Ахерон и ледяной Коцит.
Представьте на минуту, что Азовское море исчезло. Останутся, сливаясь в одно русло, большие реки: более полноводный Дон и впадающая в него менее крупная Кубань со своими притоками. Пирифлегетон и Флегетон, по Гомеру – огненные реки. Учитывая древнюю вулканическую активность вокруг Кубани – она вполне может соответствовать огненному Пирифлегетону. Тогда горящий Фелетон – это река Протока, на которой стоит ныне Славянск-на-Кубани. Оставшиеся четыре реки можно, чисто из логики, выбрать среди более-менее крупных рек Приазовья, которые могли впадать в Танаис до его превращения в море. Это Ея, Бейсуг, Кальмиус и Миус. Самые холодные реки, очевидно, должны были течь с севера, питаясь водами тающих ледников…
Удивительно еще и то, что в данных, полученных российскими учеными-геологами, также прослеживается связь и с русскими народными сказками, в которых упоминается огненная речка Смородинка с «калиновым» («раскаленным» – прим. Авт.) мостом, за которой так же располагалось царство мертвых – Змеиное царство.
Река Танаис и великий Ахилл
У древних писателей Дон назывался Амазонием. По преданиям, в те времена берегах вокруг Меотийского озера жили воинственные женщины – амазонки, доходившие с походами до самой Греции. Историк Плутарх 2000 лет назад записал предание, как Амазоний изменил свое название. У амазонки Лисиппы был сын, которого назвали Танаисом. Сын возмужал и начал проявлять великие военные способности. Чтобы заручиться поддержкой Ареса, бога войны, он старался быть во всем воздержанным и даже дал обет целомудрия. Богиня Венера явилась ему в образе прекрасной девы, но молодой красавец равнодушно отверг ее. Мстя за такое пренебрежение, богиня возбудила в нем любовь к родной матери. От чего Танаис бросился с высокого берега в реку, получившую впоследствии его имя. При этом Танаис – слово не греческое, а арийское. На ведическом санскрите, лежащем в основе всех индоевропейских языков, «Тану» (Дану) – это «река».
Но, пожалуй, самым первым известным воином, выходцем из Приазовья, стал древнегреческий герой Ахилл. Говорят, его мать, русалка Фетида, желая сделать своего сына сильным и совершенно неуязвимым, искупала его в главной реке страны мертвых – священном холодоструйном Стиксе. (Если отбросить мистику – все очень похоже на обыкновенное закаливание с «моржеванием»). Живший две тысячи шестьсот лет назад поэт Алкей в своих стихах именует Ахиллеса «владыкой земли скифской». О том же пишет монах Стефан Византийский: «Ахиллов бег – остров за Таврикой. Есть и остров Ахиллов,; есть и селение Ахилла при устье Меотиды». Сейчас, к сожалению, уже практически невозможно установить, была эта Ахиллова земля – «полоса земли, напоминающая меч», Арабатской Стрелкой или какой-либо еще косой на Азовском море. Но что Ахилловы владения были «привязаны» именно к Северному Приазовью – практически неопровержимо. К Скифии «отец истории» Геродот относил земли, лежащие вдоль моря между семью реками: от «Истра (Дуная) до Танаиса (Дона)». На этих землях жили с запада на восток: эллинские скифы, скифы-земледельцы, скифы-кочевники и царские скифы. Причем земли царских скифов, считавшихся «высшей кастой» среди прочего народа, располагались как раз к Северному Приазовью, до реки Танаис. Потому царь Скифии мог родиться и жить только на наших берегах.
Кстати именно к северу-северо-востоку от Азовского моря расположено максимальное количество курганов скифских царей – самое ценное, что имелось у скифов, более всего почитавших именно могилы предков. Особенно царственных. Тот же самый культ мертвых после скифов поддерживали и сарматы. Множество разбросанных по всей степи рукотворных курганов-могил, даже за случайное осквернение которых любому забредшему сюда чужеземцу грозила немедленная смерть – вот вам еще один повод для возникновения древнегреческой «страны мертвых»!

Малая Тартария
Последним косвенным свидетельством того, насколько Приазовье пугало древних греков, стало сохранившееся до Средних веков наименование нашей местности – Малая Тартария. Тартар в Античности – тоже самое, что и Аид, преисподняя. Древние жители Греции считали Тартар бездной, окруженной вечными туманами, мраком и холодом, и располагали где-то на неизвестном севере. Позже западноевропейские мыслители стали называть Тартарией все, что находилось вне пределов их досягаемости. А когда из Дикого Поля во времена Средневековья на Европу хлынули орды кочевников-татар, то малопонятная ордынская «Татария», в которой для европейцев воплотились все ужасы ада, легко превратилась в «Тартарию» – тот самый ад, где у этих пришельцев была родина. Описания средневековых ученых и правителей содержат демонические черты «тартар» как «ненавистного народа», «яростных демонов», «представителей расы Сатаны». (Ничего не напоминает из сегодняшних западных отзывов и описаний?) Появление «тартар» на границах Европы тогда однозначно увязали с пришествием Антихриста, а сами жители Тартарии даже среди образованных европейцев на сотни лет превратились в олицетворение всадников Апокалипсиса.
Тем забавнее лично мне находить сделанные двадцать пять веков назад описания нашей местности в трудах, например, образованнейшего средневекового историка Матвея Парижского, где Тартария и через тысячу триста лет после Гомера предстаёт как «место, окружённое непреодолимой горной преградой, в горах которой берёт начало река мёртвых, называемая Тартар, давшая название народу Тартарии».
Елена Мотыжева



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Статья
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 36
Опубликовано: 12.08.2018 в 14:16
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1