Алеся, или Современная история любви заезжего барина к простой крестьянке


Алеся, или Современная история любви заезжего барина к простой крестьянке
Еще в школе услышал я от своей преподавательницы «Олесю» Александра Куприна – красивую и грустную повесть о любви заезжего молодого барина к бедной девушке-колдунье из глухого лесного края. Второй раз «Олесю» я услышал уже в зрелом возрасте, когда мне читала ее сиделка. Но вот чего я никогда бы не подумал, так это того, что «Олеся» может случиться и со мной…
***
В тот год я, молодой, богатый и красивый представитель столичной «золотой молодежи» попал после дорожной аварии в ростовскую больницу. Наш «Эскадрон смерти», включающий еще человек восемь таких же, как я, «оторванных, безбашенных и золотых», ехал на «бумерах», «гелендвагенах» и «майбахах» на Кавказ, в Сочи. Ну не в Голландию же с Францией постоянно ездить…
Ехали все, а вот вляпаться неподалеку от Ростова в дерево угораздило меня одного... Поступил я в местную травматологию практически нетранспортабельным чучелком, и долго меня, с головы до ног одетого в гипсовый кокон, выхаживали тамошние медсестрички.
Наверное, был вариант забрать меня в Москву, прилетали мать и дядюшка Самвел. Мать, стоя возле моей кровати и вытерев кружевным платочком две скупые слезинки, в очередной раз сказала, что я едва не довел ее до инфаркта. Потом посетовала на то, что я своей аварией серьезно отвлек ее от работы в ректорате, где сейчас как раз идет предвыборная гонка за пост ректора. Дядюшка Самвел, опекавший меня со второго курса, ушел разговаривать с главврачом и заведующим. Узнав, что моей жизни больше ничего не угрожает и раздав всему этажу ценные подарки, после перевода меня в громадного размера вип-палату и найма для меня четырех сиделок, он телепортировался вместе с будущим ректором обратно в Москву, пожелав мне скорейшего выздоровления.
Я остался один. Правда, через несколько недель ко мне должен был прилететь обратно из Сочей «Эскадрон смерти» с Алексом, Димоном и Серым во главе, а с ним – и моя «гёрлфренд» Натэлла Панти, которую, не будь она дочкой серьезного бизнесмена, звали бы просто Наташкой Пантюхиной. Не то, чтобы между нами было что-то серьезное – мы просто весело проводили вместе время и одинаково «сходили с ума», будучи похожими в своем положении. Но, пока корешей и подруги не было, я, окруженный новыми телевизорами и айфонами, в которые мне не разрешали смотреть, чтобы не перегружать мозги и глаза, подыхал со скуки.
И вот, на четвертый день пришла ОНА. Вы смеяться будете, но то, что говорят про красоту южанок – правда. Даже в гипсе я залюбовался ею – ее звали Алеся. Она, пока была на смене, круглые сутки носилась со мной, будто со спеленутым младенцем. У которого, кстати, вследствие перелома зафиксировали даже челюсть, так что я был нем, как рыба… Алеся кормила меня из поильника и чайной ложечки, водила в туалет, делала перевязки, читала книжки. А я, скосив глаза, иногда любовался, как блестит солнце в ее косе цвета прошлогодней соломы. Хотелось распустить эти пряди и потрогать их пальцами…
Потом мне, наконец, сняли дурацкие шины и я – ура! – смог разговаривать. Оказалось, Алеся – родом из села где-то под Ростовом. Из довольно бедной семьи. Выучилась на медсестру, некоторое время трудилась в ФАПе в своем колхозе. А сейчас снимает пополам с подругой квартирку в городе и работает в этой больнице – заведующий травматологией пожалел ее и принял на работу.
Насколько далеко распространяется «жалость» заведующего, я услышал однажды поздно вечером, когда где-то в коридоре неподалеку Алесин голос полушепотом заклинал: «Не надо, Дмитрий Владимирович! Не трогайте меня! Я не могу! Нет!» Я, чувствуя, что закипаю, нажал на кнопку «вызова» сиделки. И жал на нее, пока влетевшая в палату перепуганная и растрепанная Алеся не отняла моей руки. Позади из закрывающейся двери послышалось негромкое мужское: «Недотрога выискалась!!!»
***
Прошло еще немного времени. Мой организм, поддерживаемый кучей дорогих лекарств, хорошим уходом и молодостью, постепенно приходил в себя. И только правая нога никак не хотела выздоравливать, мучая меня ночами нестерпимой болью. Однажды я в очередной раз попросил Алесю дать мне обезболивающее. Она покачала головой и сказала: «У тебя не там болит, где ты думаешь. Потому и не заживает. А от обезболивающих – только хуже будет. Напробуешься – привыкнешь еще, вообще на лекарства подсядешь». (Тут я, признаться, хмыкнул про себя: уж я-то чего только за свои двадцать четыре года не «напробовался»! В том числе и таких «лекарств», которые моей сиделке даже не снились. Но смолчал.)
Алеся тем временем, сказав: «Подожди, я сейчас вернусь!», куда-то убежала. Пришла она минут через десять, принеся с собой литровую бутылку обыкновенного магазинного коровьего молока. Я недоуменно смотрел на нее. Она подняла глаза: «Ты не удивляйся. Это народный способ лечения. Мне тебя просто жаль – вот и все. А когда мне искренне кого-то жаль, у меня всегда получается. Ложись. Закрой глаза!» Я послушался, лег и прикрыл веки, но все же, обуреваемый любопытством, тихонько подглядывал сквозь ресницы, что Алеся станет делать.
Она оголила мне колено, открыла бутылку, прошептала над ней что-то плавное и напевное и, отпив несколько глотков, принялась кропить этим молоком, слегка касаясь меня пальцами, мои ноги. Потом – руки, а после – лицо. Последнюю картинку, перед тем, как погрузиться в беспамятство, я увидел как бы глазами Алеси: я стою посредине палаты и над моей головой под звуки странной песни на совершенно незнакомом языке, нависают ее руки, с которых мне на макушку падают горячие белые капли, стекающие вниз по лицу и груди. Я уснул. Точнее, просто вырубился.
Приснился мне странный сон: меня кто-то тронул за плечо. Я обернулся и увидел позади себя с десяток духов, носителей сил природы – я вдруг как-то это понял. Это были странные полупрозрачные существа – наполовину люди, наполовину овцы. И на плечи им были накинуты овечьи шкуры. Тот, что тронул меня за плечо, держал в руках пастушескую свирель. Он заглянул мне в глаза, а после вдруг сделал перед моим лицом движение, словно собрал с моего тела что-то невидимое. Потом поднял свирель и заиграл. И, вы не поверите, за моей спиной точно выросли крылья. Я вдруг почувствовал, что я – совершенно здоров, что я опять молод и силен, что вся жизнь открыта передо мной, и я хочу танцевать от радости. Я начал танцевать и проснулся. Нога совершенно не болела и впоследствии никак не давала знать о себе.
Я всегда был атеистом. Но Алеся… Я впервые вынужден был поверить, что на свете все-таки бывают колдуньи. Алеся была такой. Но она не захотела говорить со мной о своем даре, заметив лишь, что лечит очень редко, и только тех, кто ей дорог. И что себя лечить, к сожалению, почти умеет. После этого наш разговор был скомкан некстати пришедшей убираться санитаркой. Вскоре Алеся сдала смену и ушла.
В тот вечер, лежа без сна, я понял, что совершил роковую ошибку и влюбился. Незаметно привязался к нищей, пусть и образованной крестьянке, из никому не известного села, у которой мама – бухгалтерша, а папа – механизатор. Привязался к заурядной медсестре, работающей в городе, который мы презрительно величали «Сельпо». Я влюбился в женщину, которая никогда не будет мне ровней, которая никогда не будет принята, как равная, ни одним из моих родственников, ни одним из моих друзей! Разум подсказывал мне, что надо кончать этот балаган.
Но я не мог. Наверное, это было наваждение. Потому что с момента встречи с унявшими мою боль духами я ни о чем, кроме того, чтобы обнять и до умопомрачения целовать Алесю, думать не мог. И в следующую ее смену, потратив кучу денег на заказ цветов, приличного костюма, еды и вина из самого дорогого ресторана, я ждал прихода моей «крестьянки». Я – весьма искушенный гурман, перепробовавший, образно говоря, все блюда традиционной и даже (был и такой грех!) нетрадиционной сексуальной кухни. И удивить меня, наверное, можно было только недостаточной Алесиной искушенностью. А еще – ее распущенной косой, в которую я, наконец-то, запустил свои пальцы….
***
Утром в палату неожиданно зашел Дмитрий Владимирович, который, несмотря на относительно наведенный к тому времени порядок, кажется, все понял. Внимательно оглядел нас с головы до ног и сказал, что ко мне приехали гости.
Через пять минут в дверях стояли Натэлла, Алекс, Димон, Серый и еще человека четыре из нашей компании – все с улыбками на сто долларов и радостными воплями… Алеся бросилась заносить стулья для толпы моих посетителей. Натэлла презрительно поглядела на нее, потом – на поданный стул, а после, поморщившись, словно ей дали понюхать тухлое яйцо, все-таки села. Алеся же, рассадив гостей, стала в дверях и вопросительно посмотрела на меня. «Спасибо, Алеся, Вы свободны!» – я кивнул ей и отвернулся. Она вышла.
«А мы – за тобой! – брякнул Димон. – Сколько тебе в этом «Сельпо» париться? Тут, поди, и лечить-то нормально не умеют! Да и твой дядюшка очень сильно за тобой соскучился. Велел этот балаган закрывать и на всех парах дуть обратно на Чистые пруды и Якиманку. К нему и к Наташке под крыло!» Натэлла при этих словах сделала вид, что она очень смущена и ткнула пальчиком в плечо Димону. А после ляпнула: «Да, а то заглядываются тут на тебя всякие немытые колхозницы – еще лечить после них какую-нибудь венерическую дрянь придется! Наши хоть презервативом пользоваться умеют!» Все заржали, а Серый хлопнул меня по плечу и подмигнул: «Ну, только не говори, что ты здесь наследить не успел! Мы ж тебя знаем – просто так мимо не пройдешь. И даже поспорили, успеешь ли – пока гипс не сняли и из больницы не выписали, – какую-нибудь «сестренку» в свою коллекцию записать. Ведь настоящих медсестер у тебя, кажется, еще не было?» Все опять заржали. «Ладно, – поднялась Натэлла. – Я к главврачу, организовать твою выписку. А эти – она кивнула на пацанов – пусть пошляются по городу и не мешают паковаться. Вызови прислугу – пусть поможет тебе собраться».
Вошла Алеся. И я сразу понял – она слышала наш разговор. «Алеся!» – попытался я как-то оправдаться. Но она отмахнулась: «Не надо!». В глазах ее стояли слезы. Она молча и даже с каким-то остервенением начала собирать по палате мои личные вещи. Я тоже молчал, вертя в руках то паспорт, то телефон и чувствуя, как они горячеют под моими пальцами…
Наконец, в дверях появилась Натэлла: «Милый, я заберу твою сиделку. Мне с ней надо произвести окончательный расчет!» Прислонившись к косяку, я услышал, как за прикрытой дверью она обращается к Алесе: «Вот деньги! Самвел Ашотович велел передать, что в твоих услугах мы больше не нуждаемся. И избавь нас от слез – я за версту чую, куда метит такое быдло, как ты. Он мой, поняла? И всегда будет моим. А ты, если на себя в зеркало глянешь, увидишь, что ты – немытая нищая деревня. Очередная его подстилка, на которую он позарился лишь от скуки. Ты – номер 758 в его коллекции. Убирайся!» По гулкому больничному коридору раздались торопливые шаги спешащей прочь Алеси…
***
Прошло три месяца. В Москве я окончательно поправился и, как сказал дядюшка, «наконец-то ожил». Последствий аварии почти не осталось. Только легкая хромота на правую ногу – я споткнулся и упал в тот день, когда впервые встал с коляски на ноги у себя в московской квартире… Никто из врачей никаких причин для моей хромоты не находил. Наверное, я хромал потому, что мне самому понравилось слегка хромать и ходить повсюду с дорогой тросточкой – это придавало мне аристократизма и какой-то таинственной экзотики, вызывая повышенный интерес у окружающих.
Об Алесе я старался не думать. Но однажды она мне все-таки приснилась. Она, распустив волосы и надев на голову венок из кувшинок, в белом платье танцевала на берегу. Вокруг пахло водой и свежей травой, а над ее волосами играло солнце, разбрасывая вокруг сквозь невидимую водяную пыль тысячи радужных брызг…
Утром я набрал ее номер. Мне ответил какой-то незнакомый мужик, сказавший, что не знает никакой Алеси, что это – его телефон, и посоветовал никогда больше ему не звонить.
Через день я был в Ростове, в той самой больнице, откуда выписался три месяца назад. Оказалось, что Алеси нет и там. Ее подруга Анюта, узнав меня и вывев подальше на улицу, рассказала, что вечером после моего отъезда завотделением потребовал Алесю в свой кабинет, мотивируя тем, что она вовсе не «недотрога». Была безобразная сцена, после которой Алеся написала заявление по собственному желанию, а Дмитрий Владимирович неделю носил темные очки…
Никто не знал, в каком селе раньше жила Алеся и куда она уехала, где устроилась на работу. Ни у кого не нашлось и нового номера ее телефона. У Ани осталось лишь измятое письмо, видимо, написанное перед уходом – настолько торопливым и неразборчивым был почерк…
«Я пишу, чтобы сказать тебе «Прощай». Я не злюсь на тебя, просто больно. А еще – я сожалею, что так вышло. Я как-то незаметно тебя полюбила. А потом совершила большую ошибку, на несколько часов позабыв о том, кто я, а кто – ты. Забыла, что мы из разных миров и что между нами никогда не может быть ничего общего. Теперь пришло время заплатить за это.
Я уезжаю домой, в мою деревню. Не ищи меня – все равно не найдешь. Поверь, когда-нибудь у меня обязательно все будет хорошо. Будет работа, семья и дети, такие, как я захочу. Будет все, что я захочу. Конечно, на том уровне, на каком это возможно для таких, как я.
Я и тебе желаю большого-пребольшого счастья и огромной радости. Всего самого лучшего, что только есть на свете. Жизни, здоровья и света в каждой клеточке твоего тела, в твоей душе. В конце концов, ты, Человек, этого достоин, иначе бы я тебя не полюбила. Иначе не старалась бы тебя спасти и оживить, пока ты лежал на моих руках…
Помнишь, однажды вечером я читала тебе у Куприна его «Олесю»? Ты удивишься, быть может, но сегодня я понимаю эту Олесю, как никто другой. Потому и ухожу. Жаль, красных бус оставить тебе на память не могу – я ведь не ношу бусы. Все они рвутся на мне и всегда некстати падают с моей шеи. Верно, я и вправду пошла этим в свою бабушку – не только «крестьянское быдло», но и настоящее «ведьмино отродье».
Прощай, мой хороший. Не поминай лихом…»
***
Письмо, написанное торопливым, неразборчивым почерком и сегодня лежащее передо мной на столе роскошного офиса в самом центре Москвы, – единственная вещь, которая осталась мне на память об Алесе и об ее нежной, великодушной любви…
Елена Мотыжева



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 8
Опубликовано: 12.08.2018 в 13:52
© Copyright: Елена Мотыжева
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1