Гений. Глава 6


«Смузиатор» подкреплял настроение Лёни и Склянского в течение ещё двух долгих недель. Но вот Лёня пошёл в пятый класс школы, и теперь они со Склянским должны были видеться лишь по воскресеньям, ибо первую половину дня у Лёни занимали уроки, а вторую – музыкальная школа и домашние задания, и у него уже не оставалось времени и сил, чтобы ещё и видеться с изобретателем, поэтому Склянский впал в депрессию. «Смузиатор» уже не помогал. Нужно было что-то новое.
Родители Лёни уже совсем не противились его дружбе с Эдмундом Мечиславовичем, и их насторожило, что их сын после начала учебного года перестал ходить к профессору. Они мягко допросили Лёню и поняли причину: он физически мог ходить к Склянскому лишь в воскресенье, но, так как думал, что одного дня в неделю мало, и что у профессора всё равно будет скверное настроение, не хотел ходить и в выходные. Родители посовещались между собой и развели руками: они бессильны что-то сделать. Оставалось лишь надеяться, что Лёня каким-то образом преодолеет им же сооружённый психологический барьер внутри себя. Однако вероятность подобного исхода была чрезвычайно низкой.

Лёня сам понимал, что он поступает не слишком правильно: раньше он мог видеться со Склянским хоть каждый день, но теперь шесть из семи возможностей пропали, а Лёня отказался и от седьмой. Он хотел большего, чем имел, поэтому и был максималистом. Лёня посчитал себя обиженным школой и с середины сентября стал делать домашние задания спустя рукава. Его успеваемость поползла вниз. Родители встревожились: что случилось с их сыном, в начальной школе бывшим отличником по всем предметам? Что произошло? Они догадались, что Лёня тоскует по Эдмунду Мечиславовичу, и решили путём осторожного разговора сломать барьер между ним и квартирой Склянского.

– Лёня, иди сюда! – раздался голос папы.
Лёня, только что допивший свой чай, проследовал в комнату. Там на большом диване (если честно, на о-о-очень большом) сидели родители и пристально, но дружелюбно на него смотрели.
– Что случилось? – спросил Лёня.
– Мы знаем, что тебе нехватает общества твоего учёного, – проговорила мама. – Тебе с ним было интересно и весело, тебя тянуло в его квартиру. Так почему сейчас ты не желаешь идти туда?
Лёня сел на диван между родителями и ответил:
– У меня есть две причины: первая – у меня забрали восемьдесят пять процентов возможностей и желания ходить к Эдмунду Мечиславовичу, а оставшиеся пятнадцать – слишком мелкая для меня валюта, чтобы ею пользоваться; вторая же – у нас нет идей для изобретений. Я даже вывел уравнение привязанности к какому-нибудь человеку или месту: вычисляются дробные показатели возможностей и желания, и с ними делаются определённые операции.
– Какие? – спросил папа.
– Всё зависит от желания: если оно меньше пятидесяти процентов, на него умножается (ведь когда умножаются числа меньше единицы, результат ещё меньше); если оно больше половины, оно прибавляется. Если половина… тоже прибавляется. Но возможность тоже имеет значение. Если желание маленькое, и возможность – тоже, то умножается один раз. Если возможность большая, умножается дважды. Если же желание больше половины или равно ей, оно делится на возможность, если последняя маленькая, или прибавляется к ней, если та больше половины.
– А в твоём случае – что? – поинтересовалась мама.
– Возможность ходить и желание – одна седьмая, четырнадцать с лишним процентов. Если их перемножить, получится одна сорок девятая – где-то ноль целых две сотых – коэффициент привязанности.
– Как интересно… – язвительно сказал папа, но замолчал после взгляда супруги, который, как лазер, мог при такой напряжённости проделать дырку в бетоне.
– Лёня, мы знаем, что ты стал плохо учиться: десять троек за неделю – это никуда не годится, – сказала мама. – Я думаю, что ты намечтал себе, что школа тебя обидела. Пожалуйста, сними с себя этот негативный настрой и старайся учиться хорошо! Забудь свою мнимую обиду и ходи к изобретателю даже несмотря на то, что вам нечего делать! Ходи по воскресеньям, и всё будет хорошо!
После этого выступления наступила звенящая тишина: папа удивлённо смотрел на жену – блистательного оратора, она глядела в окно, Лёня же смотрел вниз.
– Ну? – спросил Лёню папа.
– Я подумаю, – ответил тот и вышел из комнаты.
– Ты куда? – крикнул папа.
– Хочу ещё чаю! – донеслось с кухни.

После этого разговора Лёня подтянул учёбу и снова стал отличником, обилием пятёрок компенсируя четвёрки и тройки, полученные в период замкнутости. У него появился шанс возродить свои пятёрки в четверти. Родители были довольны.
Но о Склянском Лёня или не вспомнил, или из-за своего максимализма продолжал игнорировать воскресенья, когда можно пойти к профессору. Но Лёня знал, что идей всё равно нет, и придумывать их – бесполезное занятие.
Всё своё время он теперь отдавал учёбе. Перестал наслаждаться радостями жизни: не смотрел телевизор, не играл в свой смартфон, не ел конфеты и не пил лимонад. Лёня стал невероятно серьёзным, так же смотря на жизнь, как и на себя. Лишь к концу сентября родители заметили это и встревожились, но пока ничего не предпринимали.
А Лёня, когда у него были приступы излишней строгости к себе, письменно общался со своим блокнотом. Там с пугающей регулярностью стали появляться его пессимистичные записи:
«Запись №6, 24 сентября 2017, воскресенье.
20 дней не был у Эдмунда Мечиславовича. Последний раз мы с ним виделись в позапозапрошлое воскресенье. Идей для изобретений или дурачеств нет. Скучно.
Подсчитал, что с Эдмундом Мечиславовичем мы виделись всего семьдесят три раза. В его квартиру я заходил шестьдесят один раз. Мы с ним в общей сложности сказали до этого момента друг другу около двенадцати тысяч слов – примерно поровну на каждого.
Что выйдет из моего психобойкота, – узнаю позже…»;
«Запись №7, 29 сентября 2017, пятница.
На прошлой неделе учился неважно: пятёрки – тридцать процентов, четвёрки – сорок, тройки – тридцать. На этой неделе показатели улучшились: «отлично» – девяносто пять процентов, «хорошо» – пять процентов, «удовлетворительно» – ноль.
Продолжаю игнорировать воскресенья.
Сегодня узнал, что такое гравитационный радиус (это характеристика у космического тела; если оно сожмётся так сильно, что его радиус станет меньше гравитационного, оно станет чёрной дырой). Узнал, что у Солнца он – где-то три километра, а у Земли – около девяти миллиметров, и по аналогии решил рассчитать его у Луны. Получилось число, означающее: пятьдесят четыре с половиной микрона. Мелко, да? И как же уместить семьдесят три с половиной квинтиллиона тонн в шарик объёмом меньше того, которым пишут ручки?! Это большая загадка…»;
«Запись №8, 1 октября 2017, воскресенье.
Очередной раз игнорирую выходной. Гуляю или занимаюсь ничем (то есть ничего не делаю)… Мне скучно. А идей нет…»
Да, Лёне было скучно. Но он находил в себе силы говорить всем, что чем-то занимается, хотя и не знал – чем. Перед ним стояла дилемма: или продолжать бойкот, объявленный Склянскому, или пойти к профессору и всё уладить. Пока Лёня ничего не выбрал. Хотя, возможно, когда-нибудь и выберет…
Определённые причины подсказывали Лёне выполнять и первое, и второе условие дилеммы, но он сам затруднялся склониться к какому-либо из них. Его подсознание было за возобновление отношений с профессором, но сознание решительно против этого протестовало. Так что Лёня не знал, что ему делать, как жить дальше.

Профессору тоже было несладко.
Лёня не бывал у него уже целый месяц, и это сказалось на здоровье старика.
Третьего октября, когда Склянский тихо праздновал печальную дату – месяц бойкота с приятелем на полвека моложе, депрессия обострилась. Профессор захандрил и лёг в кровать.
Скоро его стало тошнить от голода. Склянский поел немного и снова лёг. К нему пришли мысли о Лёне, об их встречах, открытиях, радости… И вдруг всё это исчезло. На этой мысли профессору стало плохо.
Вдруг… случилось то, чего он никак не ожидал…

К дому подъехала «скорая», что было настолько редким явлением, что все жильцы первого яруса девятиэтажки (включая и Лёнину семью) высыпали на улицу.
– Кто? Кто? – спрашивал Лёня у всех и каждого.
– Не знаю. Какой-то старик… – ответил врач.
– Из какой квартиры?
– Из первой… Ты с ним знаком?
– Да, – еле выдавил Лёня.
– Удивляюсь, как он ещё успел нас вызвать, – сказал врач, пока вся необходимая группа высаживалась из машины белого цвета с красными полосками, крестом, номером «63» и мигалкой. – Ты можешь открыть дверь его квартиры?
– Да, – сказал Лёня. – Пройдёмте.
Протиснувшись сквозь толпу из нескольких десятков хомо сапиенс, врач, медсестра и фельдшер в синих комбинезонах проследовали за Лёней к квартире №1.
Мальчик постоял у входа, пока камера в глазке его осматривала, и дверь открылась. Группа проследовала внутрь. И тут Лёня увидел Склянского…
Старик лежал на диване в ближнем правом углу комнаты. Его сердце билось раз в несколько секунд. Он был без сознания, но дышал – вдох на один удар сердца, выдох – на следующий.
– Уносим, – сказал врач, пока медсестра и фельдшер укладывали доктора наук на носилки. – Кстати, как его зовут, вообще, кто он? – спросил врач Лёню.
Тот рассказал всё, что знал о профессоре.
Врач хмыкнул.
– А в какую больницу вы его повезёте? – спросил Лёня у удалявшейся группы.
– В ближайшую… которая через два квартала… – услышал он в ответ.

Пиканье электрокардиографа…
Кто-то небольшой в белом халате у кровати…
Глаза открываются…
Лёня… Что?
Эдмунд Мечиславович проморгался и сфокусировал взгляд на Лёне в халате на синей футболке цианистого оттенка, сидящего у постели учёного.
– Где я? – спросил Склянский.
– В больнице, – ответил Лёня.
– Ты как здесь оказался?
– Пришёл с родителями.
– А где они?
– В приёмном покое. Я не хочу пока Вас с ними знакомить. Когда поправитесь – обязательно.
– Спасибо, – сказал профессор и расслабился под белым одеялом. – Что со мной произошло?
– Сердечный приступ из-за продолжительной депрессии, – ответил врач, появившийся в дверях палаты. – Извините, мололдой человек, время посещения вышло, – обратился он к Лёне.
Тот безропотно поднялся с низкого табурета.
– До свидания, – сказал он и вышел.
Склянский посмотрел ему вслед.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 15.07.2018 в 07:59
© Copyright: Данил Кузнецов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1