Проза - Тамара Ефремова


Проза - Тамара Ефремова
Тамара Ефремова

Ефремова Тамара Ивановна. Ленинградка, окончила ленинградскую школу, Электромеханический техникум, Ленинградский Финансово-Экономический Институт им. Н. И. Вознесенского. Работала во Всесоюзном Институте Разведочной Геофизики. В те годы объездила Заполярье, Донбасс, Кавказ, Сибирь (Хакасия). 20 лет проработала в Заполярье. В 90-2000-е годы побывала в Чехии, Дании, Швеции, Финляндии, Норвегии, Италии, Ливане, Израиле и др. Наблюдала людей и всегда восхищалась стойкостью умных и красивых женщин и настоящих, сильных мужчин. С 2009 г. проживает в г. Керчь. Печатается в Керченских газетах и альманахе «Российский Литератор».
Член Российского Союза Профессиональных Литераторов, Союза Писателей Республики Крым.



СПАСИБО, МУЗЕЙ!
(экскурсия на бронекатер)


В газете напечатали Программу проведения юбилейных мероприятий, посвящённых 16О-летию начала строительства крепости «Керчь». Команда Татьяны Викторовны Умрихиной известная не только в городе, о самой Татьяне Викторовне и говорить нечего — Самого Президента страны на Митридатскую лестницу привела, а это значит, что надо ехать в Крепость на 2-ой Крымский историко-культурный Фестиваль «Истории достоинства» — там будет очень интересно и, что особенно я люблю, узнаю что-нибудь новое. Правда, у меня был и личный интерес: увидеть и побывать на Бронекатере.

Первый день праздника прошёл замечательно: народа было очень много, экскурсии, выставки (всюду успела, я опытный турист). Бивуак реконструкторов из Севастопольского клуба «Суздальский полк» потряс не только воображение, но и слух от громкой стрельбы из старинных ружей. Ко всем реконструкторам я приставала с вопросами: удобна ли форма XIX века, а ХХ? А это что, а это почему… и мне отвечали терпеливо, хотя устали «солдаты» в этот вечер изрядно. Но я ждала второй день фестиваля — экскурсии на бронекатер.

К 10 часам утра следующего дня у КПП собралось много народа, приехали на своих машинах, но все хотят посмотреть Крепость, послушать историю и только нам в другую сторону — в Павловскую бухту. Удивительно, но одну машину поехал сопровождать работник заповедника. Поверьте на слово, я кое-где побывала: от Мурманска до Иерусалима, от Копенгагена через Донбасс и Кавказ добежала до Хакассии, и знаю, кто такой — экскурсовод. Формально работники музея могли бы попросить подождать до сбора полной группы желающих посетить бронекатер в 12 часов и были бы правы. Но сегодня так сложилось, что Геннадий Алексеевич Соколов — смотритель музея стал нам на 2 часа не только источником информации, которой было предостаточно, но и человеком, понявшим моё состояние — ну, очень надо! Очень-очень надо побывать там: мой отец воевал на таком же и в Керчи.
Дома хранится справка из Центрального Военно-Морского Архива Министерства Обороны Российской Федерации. В ней было написано, что старшина 2 статьи Цапурин И. В. «…особенно отличился в Керченской десантной операции … в том бою…метко стрелял из своего орудия… В этом бою он уничтожил две батареи противника и несколько пулемётных точек…» Это выписка из представления к награждению орденом Красной Звезды. Когда я прочитала об этом уникальном музее, стала ждать его прихода в Керчь.

И вот мы в Павловской бухте. Стоит Бронекатер, и пусть он только копия легендарного катера, а для того времени совсем нового (1938 года постройки), погибшего в начале ноября 1943 г. — в горле перехватило. Какой же он маленький, как там могли поместиться 12 человек взрослых мужчин, да ещё воевать, стрелять и попадать в цель? С берега и сегодня страшно смотреть на зимнее море — уму непостижимо. Орудийная башня, где три бойца вели бой, почему-то подумалось, что именно здесь мог воевать отец, но трудно представить, каким образом они там поместились? Ему было всего 34 года, а его звали дядей Ваней, значит, вокруг него какой молодняк был. «Повезло» тем пацанам. Ой, господи... Катер был предназначен для уничтожения врага, места на нем хватило для башенных установок с орудием 76 мм и крупнокалиберных пулемётов, только о людях забыли: в каких условиях находились Свои. Жуть какая-то… Спустились в кубрик: давно не видела «живой» портрет Иосифа Виссарионовича Сталина — добрый такой, красивый, улыбается сквозь усы: «Не бойтесь, ребята, я с вами». Экспонаты все настоящие и от этого сердцу становится удушливо. Отдыхали по очереди на койках, маленький стол, на котором и одному тесно. Нет, надо наверх по узенькому трапу. Послушала, как рында резко звучит, задавала вопросы, и Геннадий Алексеевич спокойно отвечал. Только на один промолчал: «Что вы, мужики, делаете и сами на войне мучаетесь, и женщины в эвакуациях-оккупациях страдают»? Войны не прекращаются. Не понимаю.

Обратная дорога была более светлой: зашли в обливочный цех, где в свинце ядра «купали», посмотрели место расположение немецкого штаба. Многие годы не перестаю удивляться старым постройкам, хоть и фортификационные сооружения, а красота вокруг.

День прошёл маленько печальный, но многопознавательный, благодаря людям, которые занимаются добрым делом и создают ненавязчивую обстановку памяти о былом.






СПАСАТЕЛЬ

Я мало кому завидую, но сегодня на узкой песчаной полосе между целебным грязевым озером Чепрак, каждый скажет, что оно лучше, чем Израильское Мёртвое море, и Азовским морем, недалеко от Керчи — сидит рядом со мной человек, который пожал руку! Владимиру Семёновичу Высоцкому. Собеседник мгновенно обрёл нимб — этакое сияние над головой и беседа продолжилась в совершенной моей доброжелательности и доверии. Колесников Владимир Дмитриевич был в прошлом альпинист. С восьми лет смелый мальчик бегал по горам Крыма, а позже Памир и Кавказ приняли его.

Горы он не только любит, он их уважает. Прежде, чем начать восхождение, вспоминает собеседник, прикасался к камню и просил: «Матушка-Гора, пусти меня». И гора ему отвечала взаимностью. Однажды был случай, когда группа ушла вперёд, он вбил страховочный крюк в скалу и вдруг как — будто из самой горы откуда-то снизу несколько раз глухо донеслось: «Перебей крюк». Он, конечно, сделал это и только закончил работу, закрепился, как огромный камень пронёсся по тому месту, где он только что стоял. Не знаю, как вы, а я верю… Спасибо, матушка.

По моей просьбе он рассказывает о забавных случаях и интересных встречах в горах со знаменитыми людьми тех времён, когда он водил группы в горы. Как альпинист-инструктор он обучал выпускников военных училищ начальным правилам выживания в горах. Они горы только на картинках, в кино видели, а их посылают воевать в Афганистан. Два с половиной месяца гонял он их, саратовских новоиспечённых офицеров по горам Памира на Иссык-Куле с одной скалы на другую. Учил: что «… ты здесь на везение не уповай, в горах ненадёжны ни камень, ни лёд, ни скала…» (это я вспомнила В. С.). Показывал на своём примере, что надежда в горах — только на свои руки и на рядом идущего друга. Так хочется верить, что выжили молодые офицеры там, в Афгане и, может быть, помнят своего горного инструктора. Да, навряд ли, живые откликнулись бы, наверное.

Было много случаев, которые он вспоминает с улыбкой, хотя, как посмотреть. Как-то в группе восхождения на Пик Коммунизма были три Юры. Очень разные по характеру, они оставили внизу удачные и известные, в своих кругах, жизни и пошли покорять Пик Коммунизма. Модно это было в те времена: барды, песни, горы. Но горы их не приняли, не хватило у новобранцев — романтиков отваги и терпения, не выдержали проверки: раскисли мужики, перессорились между собой и остальным досталось. Дошли до определённой высоты, уже вверх идти не могут, а вниз отправлять одних нельзя. Что делать? Японец предложил четвертинку своей заветной таблеточки, и взлетели парни на привал быстрее всех. Когда группа подошла, они уже палатку поставили и посмеиваются над отставшими «стариками». Утром пришла расплата: Юры сникли окончательно: мозги застопорились, не дают приказ ногам идти вперёд. Инструктор решил идти вниз, при этом, и так, и эдак, ласково стал объяснять им, куда одну ножку поставить, потом вторую. (в таких случаях нельзя резко разговаривать, ни-ни, это уже мне советует мой новый знакомый). Юра — учёный-ядерщик первым понял, что их старания не дадут положительного результата и спрашивает инструктора: «Ты умеешь ругаться?» Собрал проводник в кучу все известные ему нехорошие слова и в резкой форме от всей души повторил их парням, как просили. И побежали те с горы домой: «…в суету городов и в потоки машин… кто на год, кто совсем…». Больше в горах тех Юр не видели.

Было и такое. Альпинисты, хотя встречаются нечасто, но хорошо знают друг друга. Однажды поднялись на высоту 7495 метров, а там уже сидит Лена из Ленинграда и (о, господи) курит, на высоте курит!

— Лена! ты что делаешь?

— Слово дала ребятам, если возьму Семитысячник, выкурю последнюю сигарету и брошу курить совсем.

Было любопытно, что музыкальным сопровождением разговора независимо от темы в моем мозгу была песня В. С. «Здесь вам не равнина…»

Сейчас горы только в сердце, о них напоминает и жетон спасательного отряда с его номером. Работает он на ровной, как стол равнине, на песчаном берегу Азовского моря рядом с домом, откуда все начиналось, спасателем и многим ещё чем, короче, охраняет людей и море друг от друга. Рассказывает желающим о пользе и коварстве местных целебных грязей, что неплохо бы к врачу за советом обратиться перед тем, как использовать это радикальное лечение.

Что-что, а меры мы, болящие, не знаем, намажемся чёрной глянцевой грязью с ног до головы и стоим «красивые» под палящим солнцем, так что время от времени кого-то, правда, очень редко, на Скорой увозят, были случаи, когда не возвращались. Тысячи лет назад древние греки здесь лечили свои больные суставы, женщины красоту свою поддерживали масками разными. Сам Митридат Евпатор 6-й пользовал эту грязь. И сейчас с надеждой едут отдыхающие на этот кусочек берега Азовского моря подлечиться и часто удачно. Чистый песок, никакой цивилизации, кроме того, что с собой привезли. Добираются сюда, честно скажу, не по автобану. Но все равно узкая полоса берега заставлена легковыми автомашинами, а то и автобусами. Стоит такой белоснежный лайнер, окружённый аккуратненькими и яркими палатками — это детей привезли оздоравливаться и приучать к самостоятельности. Это за-ме-ча-тель-но! Дикие туристические «обчества» обозначают свои границы простынями, яркими покрывалами, развешенными на верёвках: вы нас не видите, и мы вас тоже. Тут спальня, детская, общая столовая. Все красиво — разнообразно — цыганисто, особенно через недельку — другую после приезда, когда бледнолицые северяне превращаются в чернокожее братство.

Посредине этого международного сборища, под двумя деревьями стоит хижина — пост моего героя. Одна палатка для отдыха, вторая служит складом нехитрого скарба и, в том числе медикаментов, на всякий случай. Между ними стол с радиоприёмником, из которого можно узнать все, что творится в мире, если в такую жару захочешь, но всегда с большим удовольствием он слушает по вечерам песни Владимира Семёновича. При упоминании этого имени у нас одинаковая реакция: вздох восхищения, взгляд куда-то в небо и никаких лишних слов. Хорошо сидим: под ногами толстый палас, над головой тент на основательных столбах. Они выдержали бурю, которая пронеслась над Керчью. На мои волнения по этому поводу, что в городе было страшновато — он задумался, а что произошло? Собаку жалко, провод сорвался и её током убило, а так все нормально. Новый постоялец — подброшенный толстенький, хорошенький щенок пытается мой палец грызть. Хорошо сидим…

К сожалению, надо уходить, повспоминали, отдохнули — пора домой. Пришли вновь прибывшие туристы за советом, да и так пообщаться. К спасателю идут за помощью и добротой, кто хоть раз побывал здесь или слышал о нем.

Все-таки велик В. Высоцкий, на все случаи у него есть замечательные слова:


«…Чистоту, простоту — мы у древних берём,
Саги, сказки — из прошлого тащим, —
Потому что добро остаётся добром —
В прошлом, будущим и настоящем!»
(В. С. Высоцкий).

Жара, меленький песок, народ разбежался по берегу Азовского моря. Покой.




Мне нравится:
1

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 13
Опубликовано: 29.04.2018 в 10:26
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1