Потому, что идет дождь


Потому, что идет дождь!Валерий Столыпин
Женька влюбился. Можно сказать на пустом месте: сел на скамеечку в городском парке, мороженое съесть, чтобы костюм не испачкать, а она носом хлюпает. Хотел на другую скамейку пересесть, да куда там: глянул на нее и сходу влюбился. Сам не понял, почему.
Сначала еще за одним мороженым сбегал. Купил Лакомку, самое дорогое и вкусное. Сам-то фруктовое ел, дешевое, но кисленькое. Оно ему нравилось, брал обычно два - одним не наедался. Неожиданно для себя расщедрился. Очень захотелось успокоить девочку.
Когда ему хорошо - все должны быть счастливы. И нечего слезы лить. В таком возрасте, а ей было никак не больше семнадцати, вообще горевать не о чем: молодость полноводным потоком струится, пробивая все на своем пути. Мелкие неприятности не в счет - их всегда хватает.
— Девушка, не плачьте, смотрите, как хороша жизнь: день солнечный, все вокруг зеленое, люди нарядные. Неужели у такой милой прелестницы может случиться беда? Не верю. Вот вам мороженое. Давайте есть вместе.
Девочка, не глядя, приняла подношение, развернула, не переставая всхлипывать, сотрясаясь тщедушным тельцем, откусила огромный кусок, заморозив моментально горло, которое свело холодной судорогой и вызвало новый, еще более водянистый приступ плача.
— Он ко мне не вернется!
— Черт с ним. Значит, не любит.
— Хорошо рассуждать, когда от вас никто не уходит.
— Давайте в кино пойдем, я приглашаю. Посмотрим что-нибудь веселое, отвлекающее и забудем про страшного, бросившего вас на произвол судьбы негодяя. Он не стоит ваших слез. Ну, просто нисколечко. По дороге расскажете, кто и почему не вернется. Наверняка это не повод обливаться слезами, разводить сырость. Посмотрите на себя в зеркало - да вам же тридцать лет можно дать, не меньше.
— Враки! Я молодая и красивая.
— Могу на что угодно поспорить, что сейчас - нет. Вот если успокоитесь - тогда я поверю... что вам... семнадцать.
— Еще нет. У меня осенью день рождения.
— Приглашаете? А я вас к кино. Хотите еще мороженое? У меня сегодня стипендия - могу позволить.
Женька понял, что накал страстей идет на убыль, девочка не против, чтобы ее успокаивали, даже готова позволить немного поухаживать. Можно теперь как следует разглядеть. Что-то же зацепило его в ней. Глаз не разглядел. Сгорбленная рыданиями фигура тоже размыта, скрываясь за неловкой напряженной позой. Как следует, разглядел лишь тонюсенькие пальчики, длинные бархатистые волосы и аккуратненькие ушки, просто детские: розовые, прижатые плотно к щекам, покрытым мягким пушком, с малюсенькими золотыми сережками, в которых светились чистотой цвета и формы бирюзовые камешки.
Наверно под цвет глаз, предположил Женя. Девчонки любят все продуманное, но за туманом слезы цвет глаз не определяется, да и взгляд она отводит в сторону. Наверно, чтобы не смотрел на заплаканное лицо. Отчего-то именно в таком виде она ему и понравилась. В обиженном, слегка припухшем лице чувствовалась эмоциональная и духовная чистота, граничащая с детской непосредственностью. Да не может у ребенка с такой ангельской внешностью быть сексуальных проблем. Наверняка этот балбес, что заставил ее рыдать, намного старше девчонки и опытнее, именно поэтому и оставил свою пассию, что понял - в постельном плане ему ничего не светит.
Это просто детская влюбленность, первое, не оформившееся во что-то серьезное, чувство. Для девчонок любая привязанность безразмерна, видится всеобъемлющей и вечной, пожизненной, единственной и последней. Иначе они не могут. Женька это точно знает. От мамки. И парней таких тоже знает: есть у него товарищи, для которых быстрое обольщение, они его называют пикап, что-то вроде экстремального спорта. Они могут часами рассказывать, как обвели очередную дурочку вокруг пальца и уложили в постель. Им достаточно краткой стремительной победы, торжества превосходства, ценность которого лишь в обладании. Таким невдомек насколько это унизительно. Эти ребята смакуют и коллекционируют любовниц, не вникая в их внутренний мир, не испытывая угрызений совести, избегая ответственности, а главное настоящих глубоких чувств.
Женька и сам знаком с изнанкой этого прискорбного явления. В свое время, будучи чуть старше этой девочки, Женина мама тоже нарвалась на любителя сладкого, убежавшего от ответственности при первых признаках ее беременности. Конечно, ее вина в том есть тоже, наверняка. Но такой стиль поведения для него в принципе не приемлем. У его детей обязательно будут папа и мама. Уж ему ли не знать как это обидно - не иметь отца, когда у всех прочих, живущих с ним рядом, он есть. Мама так больше и не вышла замуж всю жизнь посвятив единственному любимому сыночку. Она тоже страдает из-за такого спортсмена. Хорошо еще, что друзья не издевались по этому поводу. Товарищу, Витьке Тихонову, одноклассники проходу не дают, не желая иметь дело с безотцовщиной. Дети жестоки. Женя, наверно, более устойчив психически, но и он страдает от отсутствия родителя. А девушка тем временем начала успокаиваться, вытерла лицо влажной салфеткой, намазала губки блеском, высушила глазки, оказавшиеся, как Женя и думал, бирюзовыми, превратившись из невзрачного утенка в настоящего лебедя.
— Думается мне, что пора нам, милая девушка, познакомиться, ведь мы больше часа вместе и до сих пор не представились. Непорядок. Меня Женя зовут, мама Евгением называет, друзья Жэкой. Вы можете выбрать, что нравится.
— В таком случае наверно и выкать надо перестать. Впрочем, как хотите. Виктория. Виктория Сергеевна Сапрыкина. У нас в деревне на севере все были Сапрыкины, а различали между собой только по прозвищам. Меня можешь звать Вика.
— Виктория мне больше нравится. Придает солидности. Будем знакомы. Очень приятно. А тебе?
— А мне и подавно. Вы, то есть ты, спас меня. Я уже хотела что-нибудь натворить: таблеток, например, наглотаться.
— Тогда рассказывай. Все - все. Будем вместе думать.
— Собственно, рассказывать нечего. Познакомились мы недели три назад. На танцы водил меня, букеты покупал, даже в кафе один раз ходили. Стихи читал, истории веселые рассказывал, гуляли вечерами. Целовались. Три раза. Я так влюбилась... до тряски. На десять минут опаздывает, а я напридумаю всякого, плачу. Ночами не спала, представляла каждую встречу. Вчера вечером гуляли - он к себе домой позвал, а у меня мама строгая, папа вообще. Отказалась. Юра кричал на меня, сказал, что времени мне до завтра, то есть до сегодня подумать. Если нет, то он больше не придет. А как же я без него? Я его люблю. Может и ладно, согласиться. Знаю ведь, чего ему нужно.
— Вот, дуреха. Влюбленному и в голову не придет условия ставить. Мальчишки так девочек к себе привязывают, потом веревки из них вьют. Молодец, что отказалась. Умница. Забудь про него, идем в кино.
— Не хочу в кино. Давай лучше еще мороженого. И забыть не могу. Люблю я его! Сейчас опять зареву. Он знаешь какой...
— В том и дело, что знаю. Подлец он.
— Зачем ты так. Ведь ты его совсем не знаешь.
— Почему мы говорим о нем? Его нет. То есть, он есть, но не с нами, точнее не с тобой. Незачем его вспоминать.
— Сердце... или что там внутри, болит, не дает забыть его ни на минуту. Я чувствую его каждой клеточкой тела. Он разбудил во мне женщину, это так здорово...
— Глупышка! Тебе еще рано становиться женщиной. Нельзя перепрыгивать через стадии развития личности. Ты была девочкой, пришла пора научиться жить в теле девушки, развивая ум, способности и чувствительность. Представь себе, что твоя мама сразу после школы вдруг стала бабушкой. Нелепость. Уверяю тебя - то, что произошло между вами, не любовь, а влюбленность. Это не одно и то же. Любовь жертвенна, а влюбленность эгоистична. Ты ждала любви, мечтала о ней, именно поэтому приняла одно за другое. Твои переживания рождены ожиданиями, а не чувствами. Вот помучаешься, переживешь свою первую в жизни влюбленность, выздоровеешь - тогда и настоящая любовь может случиться. Пошли есть мороженое. Гулять, так гулять.
— Я уже расхотела. Давай где-нибудь в тишине посидим.
— На пруду. Там утки. Лебеди плавают. И скамейки. Тебе хочется выговориться или помолчать?
— Даже не знаю... Плакать хочется. Кричать. Побыть одной. Но одной страшно: мысли недобрые жалят, кусают, терзают. Наверно я ненормальная. Все равно я его люблю!
— А он, он тебя любит?
— Говорил да, стихи читал. И глаза... ведь глаза обманывать не умеют?
— Не знаю. Ты ведь, когда фильмы смотришь, веришь глазам актера. А ведь они врут, лицедействуют. Почему бы и ему... Время покажет. Не торопись делать выводы. Ошибаются все: кто однажды, другие каждый раз. Мне бы не хотелось твоей ошибки.
— Ведь я же совсем чужая, случайная прохожая.
— Вовсе нет. Мы вон сколько знакомы. Я привыкать к тебе начал. Ты славная девушка, только немного наивная. Но мне это нравится: значит, врать не умеешь, выкручиваться, лицемерить. Терпеть не могу, когда пожимают руку, доверительно хлопают по плечу, а сами думают что с тебя поиметь и как использовать. Самое важное для меня в жизни чувство - искренность. Ты им обладаешь в полной мере.
Они зашли в магазин, купили батон белого хлеба - для лебедей, и пошли на пруд. Вика говорила, говорила, изливая душу, Женька кивал и слушал. Внимательно, вглядываясь в ее глаза, которые та уже не думала прятать. Ему тоже было о чем рассказать, только сегодня не время. Пусть освободится от застрявших где-то в глубине переживаний. Когда выговоришься - становится легче. А она все говорит, временами наливаясь новой порцией мокрых эмоций, с которыми без сожаления расстается ее тело. Когда с последней слезой закончились слова, это была уже совсем другая девушка.
Женька влюбился. Первый в жизни раз и сразу по настоящему. Какое же это счастье! Надо же: на ровном месте... он ведь ни сном, ни духом о любви... Только учеба, дом, мама. А теперь... Сколько же всего хорошего в жизни!
Вечером Женя позвонил Веронике, она при расставании записала ему номер своего телефона.
— Это Юра!?
— Здравствуй, Вероника. Это Женя. Мы с тобой сегодня...
— Что-то случилось? Мы ведь только недавно расстались.
— Просто идет дождь.
— Конечно, идет. И ты вспомнил про меня?
— Я не успел забыть. Смотрю в окно, напротив которого растет рябина. Вижу размытый силуэт бирюзового цвета в штриховке дождя, совсем как твои бездонные глаза. Как там, думаю, моя девочка, наверно ей скучно и одиноко...
— Моя?
— Представляешь, Вероника, я влюбился...
— И в кого?
— Можешь даже не гадать – конечно, в тебя. Ты самая лучшая девочка на этой Земле. Моя милая, застенчивая, чувствительная и родная девочка. А на улице идет дождь...
— Может нам завтра встретиться и поговорить. Я же другого люблю.
— Это не имеет значения. Я все равно счастлив. Ты даже не представляешь как. Даже от того, что идет дождь. Ты любишь дождь?
— Не думала об этом. Иногда люблю, порой нет. Все зависит от настроения.
— Наверно у всех так. Значит у меня сейчас самое солнечное настроение. И это все ты. Любимая!
— Жень, давай завтра об этом поговорим. Ладно?
— И послезавтра тоже. И через неделю, через год... Я хочу говорить с тобой всегда. Видеть, слышать. Потому, что идет дождь. А еще оттого, что влюбился. В тебя влюбился, моя родная... Ты самая прекрасная находка моей жизни. Вероника!

© Copyright: Валерий Столыпин, 2018
Свидетельство о публикации №218041001536
http://www.proza.ru/2018/04/10/1536



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 25
Опубликовано: 11.04.2018 в 06:46
© Copyright: Валерий Столыпин
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1