По воле не божьей или сказки моей памяти. Сказка восьмая. "Принцесса на горошине". Глава 15.


Вера с детства ощущала потребность в некой крепкой связи. В семью она пришла нежданной, нежеланной. И многие годы мучала себя и родных своим индивидуальным строением ума. Врачи находили разные причины ее недуга, но никто не мог избавить от главной проблемы: сознание девочки постоянно играло в «прятки» с ней. Его частые уходы трудно было объяснить медицине. Отец оставил мир, когда ей исполнилось восемнадцать. Мать еще какое-то время держалась «на плаву», потом спилась. Держать связь с родным домом было мучительнее с каждым годом. Доброе сердце не соглашалось отрываться от близкого человека, но мама, в действительности, уже и не умела и не хотела принимать любовь. А было ли родство? Телесное, разве что. Долгих тридцать лет Вера была уверена, что привязала себя, по меньшей мере, к корням своего деда. Не то, чтобы сделала выбор, но прислушалась к сердцу. Казалось бы, всего-то закопала каштан на кладбище у могилы деда любимого в уверенности, что он прорастет, обязательно прорастет. И однажды, через много времени по огромному гордому стволу дерева найдет она захоронение деда.
Зачем-то именно теперь, спустя тридцать лет, так отчаянно хотелось убедиться в том, что плод пророс, и на месте захоронения в действительности возвышается роскошная крона каштана.
Зачем-то этим критерием она решила измерить необходимость в «углубленности отношений» с очередным претендентом на ее тело и душу. Коля смотрел ласково, глаза выражали преданность:
- Как скажешь, золотко. Поедим в твой Слоним. Отыщем деда. Даже самому любопытно.
А так ли спокойно будет готов он принять отказ, если не окажется на могиле каштана? Она так решила: не отвечать на чувства, если дерево не выросло. Спешка однажды уже лишила ее свободы выбора. Теперь женщина четко понимала, что без теплой волны и беспечной легкости в душе не имеет смысла даже прикосновение. И мужчины оставались на почтительном расстоянии от холодного, остывшего без любви тела. Не доставалось никому. Супруг отчаялся: водка и копченая колбаса перестала звать на секс, потому, как и водку, и копченую колбасу Вера однажды употреблять отказалась. Совсем. «Авансы» были розданы, взятое пришло время отдавать. А отдавать-то оказалось нечем. И если детям еще доставалось «божьей искорки», то мужу уж точно никак ничего не перепадало. Когда-то и у самой сильной батарейки заряд истощается. Тем паче, что и от самого супруга не веяло теплом высокого чувства. Пропадал. Шел, куда звали. Да звали все больше ненадолго, а требовали много. С женой-то было проще, выгоднее. Но какая тут любовь? Тоска одна. Да еще обид примешалось с полсотни. Тут уж ненавистью больше «попахивало». Не по-доброму. Не по-человечески даже.
Вера не спешила к измене. Понимала, что случайное приключение – не то, к чему ей нужно. Но вот в такие минуты, когда на тебя смотрят с такой нежностью и теплом, когда в глазах напротив читается восхищение и жажда любви, когда в словах другого мужчины ты обрастаешь достоинствами царицы, целомудренность тускнеет и утрачивает свою ценность. Особенно, если накануне собственный муж рапортовался после очередного загула никак иначе чем «кто ты мне такая, что я должен отчитываться, где я был?»
А почему бы и вправду не сесть в машину влюбленного поклонника и не доехать с ним до старого кладбища, почему бы не спросить у судьбы ответа: тот ли человек?

Кладбище, куда Вера приехала с Колей, потерпело много от времени. Дедовская могила заросла травой. Ее пришлось поискать, несмотря на то, что смотритель выдал четкую информацию о пути следования и нумерации. Каштана не оказалось….
Уже дома, женщина дала волю слезам. Это были слезы беспомощности. Никогда еще раньше она не испытывала такого страха перед одиночеством. Только теперь она почувствовала, что у нее нет опоры, как нет у дна у воды, по которой она идет. Страх кричал «не останавливайся даже на секунду, иначе уйдешь на дно, никто не протянет руку». А руки протянутой хотелось. Как никогда. Убитая последним событием, Вера даже не стала размышлять над странным предложением случайной подруги в интернете приехать в гости. В готовности ухватиться «за соломинку», она решила «прорастать» везде, где ее зовут. «Безродная, ничья, никто…», гул в голове не отпускал жизнь в нормальное спокойное русло. Уже в поезде сомнения догнали убегающий ум, но было поздно поворачивать.
Женя сервировала стол, будто в гостях у нее была не подруга, а мужчина ее мечты. По столу были «разбросаны» небольшие ароматические свечечки, выполненные в форме ангелочков, сердечек, бутонов роз, оформление каждого блюда сопровождалось какой-то вычурной нарезкой. Во «главе» стола в ведерке со льдом красовалась бутылка французского шампанского и два изящных бокала.
- Прямо даже жаль, что мы одни. Такая романтика, - пошутила Вера. – И как вкусно все!
- Надо попробовать, чтобы такие выводы делать, - поддержала задорно, Женя и придвинула для гостьи широкое кресло. – Присаживайся.
- Ой, ну ты меня балуешь, честное слово, - смутилась Вера. – Такой стол… нет слов.
Первый бокал заставил сразу же перейти к разговору.
- Почему ты до сих пор одна? Ты решила, что одинокой быть хорошо? – спросила Вера.
- Позволишь, я закурю, - улыбнулась, Женя.
- Конечно, конечно. Зачем ты спрашиваешь?
Женя сделала две глубокие затяжки в полном молчании и начала говорить. Говорила она размеренно, не спеша, тщательно подбирая слова.
- Я в замешательстве, когда приходиться отвечать на обычный вопрос: "Ты одинока?" Хорошо, я делаю глубокий вдох и отвечаю: "Нет!" Хотя кто-то, оценив другое, скажет: "Да, конечно же!" Знаешь, я в детстве говорила, что буду жить одна. Почему? Не знаю! Но, наверное, это единственное, что исполнилось. Вторым моим пророчеством было, что проживу я до 33-х лет. Как видишь, живу и по сей день. Вообще, в детстве страшно не хотелось быть девочкой. Они мне никогда не нравились. Дружила только с мальчишками. Одевалась в мужскую одежду. К этому приучили родители отца. В школе была зачарована одной своей учительницей. И даже решила, что не будет с меня толку, что я "страшно сказать кто". Когда в 19 лет влюбилась в парня, я мысленно выдохнула: быть белой вороной все-таки, мягко говоря, не уютно. Мое любовное сумасшествие длилось три года. Я даже помню, что это закончилось в один день, когда я почувствовала себя свободной как птица. Надо сказать, взрослела я медленно и тогда была совсем девчонкой. Именно в период моей "роковой" влюбленности я познакомилась со своим настоящим другом, которого угораздило влюбиться теперь уже в меня. И вот все эти годы он был со мною рядом, утешал меня, возвращая мне потерянную веру в себя. Незавидная роль. Когда отпустило, во мне что-то уже перегорело. Я плавно тлела. И в нашей близости было что-то болезненное. Хотя только тогда я действительно чувствовала себя любимой женщиной. Ничего подобного я уже не испытывала ни с кем. Он сделал мне предложение и не в силах больше его мучить, я ему отказала. Конечно же, дура! А моя первая любовь, почуяв во мне определенные перемены, начинает уже сам ухаживать за мной. Но не влюбленные глаза видят совсем по-другому. На последовавшее предложение, я ответила уверенным "нет". Дальше были мужчины. Пожалуй, один запомнился особенно. Действительно, после 30-ти лет в женщине просыпается ее настоящая" половая принадлежность". Встретив умного самца, ты это очень хорошо ощущаешь. Но кроме хорошего секса, нас ничего не связывало. Мы расстались. Затем появились женатые мужчины. Но этих я держала на расстоянии вытянутой руки. Когда почувствовала в одном слишком большую заинтересованность, решительно порвала. Я ведь далеко не красавица, не имею пышных форм, не сексапильна. Да, в общем-то, никогда особенно и не стремилась к отношениям с мужчинами. Все как-то происходило само. Сейчас, да, я одна. Но одинокой себя не ощущаю, скорее обескураженной, когда одинокой считают меня…. Еще есть вопросы?
- Прости, если я тебя обидела, - с трудом переваривая свалившуюся информацию, ответила Вера. – Давай, что ли, выпьем еще….
- О, да! Выпьем.
Женя деловито, весьма галантно, даже как-то по-мужски, наполнила бокалы шампанским.
- Ты меня ничем не обидела. С чего ты взяла? Спрашивай. Мне приятно с тобой делиться.
- Я бы на твоем месте боялась старости. В одиночестве она такая бедная. Грустно, когда нет кого-то, о ком нужно вспомнить в Новый год, в День рождения хотя бы.
- Не думаю, что мне стоит бояться старости. Я до нее не доживу, - громко рассмеялась Женя.
- Что ты говоришь такое, - искренне возмутилась Вера. – С чего это тебе не дожить?
- Да ладно, я шучу, - грустно улыбнулась Женя и, затушив докуренную сигарету, тут же прикурила новую, одновременно доливая в бокал собеседницы шипучего напитка. - Мой самый большой страх был потерять рассудок, попасть в дом для сумасшедших, перестать быть хозяйкой в собственном доме. Поэтому тот день, когда я услышала об "Аквариуниверситете" был для меня счастливейшим днем в моей жизни. Что интересно, когда я училась в авестийской школе астрологии, в качестве домашнего задания нам дали разобрать гороскоп известной личности. С учетом гороскопов каждого студента нам дали разные персоналии. Мне выпал Роберт Шуман - замечательнейший музыкант, впавший в безумие и покончивший собой. Вот такая синхрония! Слава Богу, я ушла от этого кошмара с помощью обретенных знаний по психологии. Карен Хорни помогла мне преодолеть невротическое стремление к безупречности, совершенству и к уходу от других. Ассаджиоли дал мне ключи к открытию способности осознания и соединения разрозненных частей души, найти внутренний центр. Карл Юнг помог обрести саму себя, открыл Мир смыслов, значений, помог открыть Душу Мира, помог понять, что я нормальная, не бояться себя. Насколько важны были эти люди в моей жизни, насколько в обычной жизни не было никого, способного понять. Да, интересна была необычность рассказов, да и только. С возрастом я стала тоньше, менее эгоистичной и заметила больше нюансов в жизни моих близких и знакомых людей.
- Что, например?
- Не важно, - улыбнулась Женя и странно посмотрела. Затушив сигарету, она вдруг резко запустила в волосы Веры свою пятерню и, будто ненавязчиво сделала несколько массажных движений. Вера закрыла глаза от удовольствия.
- Нравится? – прошептала Женя.
- Обожаю, когда у меня в волосах копошатся.
Женя встала и подошла сзади. Теперь двумя руками она принялась массировать голову от височной части к затылку. В какой-то момент она наклонила голову назад и, пользуясь тем, что глаза Веры в истоме были закрыты, обхватила пухлые губы подруги свои ртом.
От неожиданности Вера подскочила на месте и резко сорвалась с кресла.
- Что ты….
Женя оставалась невозмутимой. Она, молча, присела на свое место и снова закурила сигарету.
- Чего ты вскочила? Присаживайся.
- Жень…. Ты извини, конечно, но я…я не…
- Молчи. Я только докурю.
Вера продолжала растерянно стоять возле кресла.
Докурив сигарету, Женя подняла взгляд от стола и с вызовом посмотрела прямо в глаза гостье.
- Думаешь, я буду к тебе приставать?
- Жень…. Извини, если я тебя не так поняла….
- Не извиняйся. Женя поднялась с пуфика и одним рывком подтянула к себе испуганную Веру. - Я не буду к тебе приставать. Я буду тебя возбуждать. Просто уверена, что ни один мужчина не умеет с тобой обращаться.
В следующий момент хозяйка принялась резко срывать одежду с тела худенькой Веры. Та не шевелилась. Как безвольная тряпичная кукла она просто поддалась игре чужих страстей. Но игрой это было до тех пор, пока страсть не передалась и в тело «куклы». Евгения вела себя настолько смело и уверенно, что у ее партнерши для сомнений просто не оставалось места и времени на раздумья. «Я знаю тебя, моя девочка лучше, чем ты сама себя знаешь. Я знаю, чего ты хочешь, чего боишься. Ни с кем, никогда ты не получишь того, что дам тебе я», шептала она на ухо оглушенной ощущениями гостье.
Утро в постели с женщиной Вера встречала, закрыв лицо руками. И даже горячий кофе с любимым тирамису (и откуда она только узнала!), принесенный к самой подушке, не мог заставить открыть глаза и посмотреть на вещи трезво.
- Оденься, пожалуйста, - попросила Вера через заслонку ладошек. – И дай мне что-нибудь надеть. Ты порвала мою кофточку…. В чем я поеду?
- Однажды я выбросила свою одежду с моста в бегущую реку. Это было странно, но я не думала в тот момент о том, как пойду домой обнаженная. Я была занята другими мыслями. Но к удивлению моему, одежда нашлась. Вот, странным образом. Сложенные в стопочку вещи лежали не пеньке в посадках возле моста. До сих пор не могу забыть восторга.
- Жень, это очень интересно, но, можно мне одежду? Яви чудо, пожалуйста.
- Тебе не нравится мое тело? – потешалась над стыдливостью женщины, подруга.
- Женя. Пожалуйста, я прошу тебя. Мне так стыдно….
- Одежда на кровати, лапонька. А что порвала – возмещу. Но тебе ведь понравилась такая игра, верно? – ее ладонь поползла под одеяло и ухватилась между ног…. – Можешь пока глаза не открывать. Я сделаю тебе приятно….





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Психоделическая литература
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 13
Опубликовано: 19.02.2018 в 13:33






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1