По воле не божьей или сказки моей памяти. Сказка четвертая. "У лукоморья дуб зеленый…." Глава 7.


Денег не хватало катастрофически. Решилась стать донором. Я сидела в фойе в ожидании своей очереди, когда по коридору мимо меня быстрым шагом прошли двое: врач «скорой помощи» и медсестра.
- Вы подождите, Игорь Иванович. Первая положительная будет прямо теперь.
Я вздрогнула. Игорь Иванович? Посмотрела на доктора и испытала…внезапное возбуждение. Да. Это он. Посланный мне сигнал. Игорь Иванович….
Первая положительная группа. Моя. Так и есть. Вызвали меня. Довольно смело с моей стороны было решиться на подобное. Той, которая теряла сознание всякий раз, когда испытывала укол, входящий под кожу. Но я ожидала этого. Мне нужно было «выйти на связь».
- Вот ты говоришь, что хочешь выйти из-под зависимости. – «Игорь Иванович» по-отцовски пригладил своей рукой мои непослушные волосы. - Но разве я не одарил своих дочерей способностью управлять своей сексуальной энергией? Мои девочки никогда не зависят от секса. Если по какой-то причине вдруг все-таки возникает неуправляемое желание, то это, скорее говорит о том, что я выхожу «на связь». Значит, «поломка» произошла. Серьезная. Если помочь не могу, забираю домой. Незачем мучить так. Но и снова дитя Венеры родится на планете своей. Все сначала – не всегда легче.
- Я и вправду свободна от страсти. Но, почему те, кто оказывается рядом со мной, становятся просто обезумевшими от нее? Думаешь, так легко сказать «нет» озверевшему от желания мужчине?
- Желания мужчин – самая большая опасность для моих дочерей. Знаю. И потому, многие из них начинают терзать свое тело. Их хотят. Мужчины хотят этой энергетики. Они готовы платить за эйфорию.
- Но ведьма не продается, а потешается, - сама себе прошептала я.
- Верно, детка. Продаются только земные. Душа ведьмы в руках хозяина Земли. Он бережно хранит ее до нужного дня.
- А когда он наступает …этот нужный день?
- Когда душа освобождается от потерянных и вырастает до нужных размеров.
- Я знала, что меня кто-то любит….
- Это так. Безусловно любит. Даже не сомневайся.
- А Лаи. Где Лаи?
-Ты встретишься с ней теперь не скоро. Сейчас я тебя поведу. Пока ты не научишься получать на «от», а «через».
- Что это значит?
Ты вернешься к себе и отключишь от своего сознания все сигналы, которые идут от мужчин.
- Зачем это делать? Я не говорила, что не хочу быть ни с кем из мужчин.
- Ты научишься получать через них, а не от них. А это больше, чем ты думаешь. Мужчины нуждаются в хорошей «отмывке» от своих мам. То, что они предлагают женщине, никак не любовь. Ты должна стать «растворителем» этой внешней оболочки. Тогда тебе неважно будет ничего, кроме того, самого ценного, что откроется. Растворяй все лишнее и бери то, зачем пришла. Не жалей. И спасешься.
- Спасусь?
- Да. Любовь спасает. Но спасаются только те, кто не ищет спасения.
- Как это понять?
- Не надо быть жадной. Любовь нельзя выпросить.
- Что значит, выпросить?
- Я говорю о религии. О том, что убивает моих дочерей. И тогда я уже не могу им помочь. А тот, к кому за помощью обращаются, тоже не может. И не потому, что чужой отец не печется о чужих детях. Ему-то что? Любви не жалко. Да ведь же любовь надо быть готовой принять. Иначе это саморазрушение. Дело в том, что они несут в себе, мои Венеры…
- Что такое мы в себе несем?
- Это не божьего рода, но просит выхода через человеческое. Ради довершения. Души бренные, сосланные в ад. Возраст каждой Венеры зависит от того, скольких она сумеет «отмыть» через себя. Теперь понимаешь, откуда у вас такая бешеная энергетика?
- А ты? Почему же ты не можешь помочь тем, кто ищет спасения?
- А мне их молитвы запрещают помогать. Молитва, ведь она о чем? О своем личном. А личного у моих дочерей самая малость. Вот твой возраст - полтора года человеческих. А прожила на Земле уж сорок. Свои ты еще жить не начинала и неведомо, когда начнешь.
- Как я узнаю, что начала жить свои годы?
- Ты станешь Любовью. Такое трудно не почувствовать.
- И в этом состоянии мне отведено жить только полтора года? Почему?
- Ты могла умереть в четыре месяца. Не так ли? Разве мама не рассказывала тебе, что в этом возрасте ты чуть не умерла, подхватив воспаление легких?
- Рассказывала.
- Тогда ты и приняла решение взять себе еще двенадцать жизней. Тогда и время твое было обозначено.
- Я приняла решение?
- Да. Но было еще кое-что….
- Что? Ты взяла на себя род своего мужа.
- Что значит, взяла на себя?
- Значит, заселилась новым «опытом». И лет тебе прибавилось.
- Я разве и этого хотела?
- Нет. Дело не в хотении, а в процессе. Его надо понимать.
- И все, чего я для себя получила, это полтора года?
- Благодаря замужеству, еще целых одиннадцать лет!
- Ты так говоришь, будто это много.
- Это много. Пусть тебя это не удивляет. Это куда более зрелый возраст, чем тот, в котором ты теперь находишься. Скажу больше. Чем ближе ты приближаешься к обратной точке отсчета, тем понятнее будет становиться твоя дорога. Но есть еще кое-что.
- Что?
- Лета твои отобрать могут.
- Кто?
- Твари бестелесные рода мужа твоего. Матушка супруга посеяла твоим именем их початки.
- Каким образом?
- Желала чуда сыновьям своим. Благ выпрашивала через тебя от меня. Ворожила, вызывала благодетелей для улучшения. Не Венеры дочь. Земная. А от жадности воспользовалась твоими привилегиями. И того сама не понимала, торговала твоим именем перед Гнилой.
- Какой такой Гнилой?
- Земной ведьмицей. Их называю Гнилыми. Душой торгуются с бесами. Если Венеры под защитой у Бога, под чутким руководством его, то Гнилые меняют свою прирожденную защиту на чары бесовские. Их направление противоположное твоему. А мать мужа, воспользовавшись родством, предложила имя твое в обмен на призрачное благо для другого своего сына… любимого.
- Сын ее любимый…умер. Разве ж это благо?
- Не сразу…. Не сразу. Но то было неизбежно. Не победить ему было. Бесы танцевали на могиле его. Горела могилка-то?
- Горела.
А ведь и впрямь, могила умершего мужниного брата сгорела. Дотла. Причина горения так и не нашлась.
- То-то и оно…. Взяли себе потешиться душеньку. А за ним и к супругу твоему дотягиваются. Тот их еще и вызывает. Алкоголем. И через них и тебя мучает, и себя.
- Разве нельзя изменить что-то?
- Разорвать родство, что скрепляло узы. Отказаться от одиннадцати лет.
- Я и готова отказаться. Да как же родство разорвать, если дети у нас?
- Дети не помеха, а повод. Ради них и нужно разорвать. Чтобы не было чем питаться Гнилой. Через них она себе плату берет за услугу. А разорвешь – мучения все ей будут за сделанное.
- Надо понимать, супруг мой обречен?
- Отдай его в любовь, и тогда спасется.
- Другой? Я разве держу? Мне самой бы выжить. Себя мне кому отдать?
- Себе верни. Почини себя далекую. Память разбуди добрую. Невозможно заставить кого-то чувствовать. Невозможно, если существо сделало другой выбор. Но всему есть место, а значит, и это нужно.
- А если чувствовать мешает что-то, независящее от нас?
- Есть и такое. Но выбор не отпадает.
- Где кроется эта опасность?
- Есть средства, которые создаются землянами, чтобы убить чувственность. Много средств. Средства эти, будто, призваны помогать, но на деле – сущий яд.
- Как их распознать?
- Зло не служит добру. Зло - есть зло. Добро - есть добро. Это две стороны. Как бы ни хотелось думать иначе. Душа знает, когда смятение приходит, когда радость, когда любо, когда – неприязнь душит. Но врать себе научились. Да так, что болезни, что в помощь приходит, клянут и ругают. Ищут им «плети да топора». И вот эта самая «плеть» для болезни служит в угоду злу.
- Ты говоришь о лекарствах?
- Да. О лекарствах. О еде искусственной.
- Без них разве можно теперь людям?
- Природа есть лекарство и природой много пищи даруется людям. Она всегда покажет, где ошибается человек. А ошибаться он только в одном может: страх плодить. Плодится страх через гордыню мужчины. Посевы, в страхе устроенные, дадут смертельный урожай. Некогда природа учила людей дулом хлебного локона. Спорынья убивала тела, что душу не слушали. Нынче спорынью добровольно употребляют. Добровольно душеньку губят.
- Как это?
- Что же я должен тебе это говорить? Разве люди не назвали лекарством средство от желания любить?
- Я не знаю такого лекарства.
- Называется оно именем болезни, да служит «топором». Женщин им травят. Кому-то это угодно. Да не твоему отцу, как принято думать. Мужчины, низкие духом, убивают плоды своего бессилия.
- А землянки? Какие они, настоящие?
- Никто этого уже не вспомнит. Спорынья повсюду разрослась. Для того ты, моя отрада, нужна Земле. Вырвать с корнем эту отраву – не любовь. Мир не образовался бы, не будь хаоса.
- Разве я не буду злом, если начну разрушать сложившийся порядок?
- Если ты увидишь себя машиной для переработки мусора, скажешь ли, что дрянное дело творишь?
- Я не знаю даже как мне вырвать эту отраву из собственного сердца….
- Знаешь. Надо лишь совершить волшебство.
- Лишь…
- Полюбить.
- Кого?
- Землю. И себя на ней.
- Если это волшебство, то оно почему-то не работает.
- Так только кажется. Работает.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Психоделическая литература
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 20
Опубликовано: 19.02.2018 в 12:46






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1