Спонтанный рассКазус


Эдуард Бернгард

Спонтанный рассКазус (как сплетётся, так и останется),

пожалуй, начну так: над городом моим - созвездия... Или детальнее: над маленьким городом, где я живу и брожу - щедрых созвездий просторная россыпь. Разве не удивительно?: город такой маленький - и вмещает в своём небе Вселенную.
Ниспадающим или восходящим каскадом - уверенно-надёжно освещённые фонарями искристо-яркими ряды слепленные особняков, обликов различимых, разнящихся, разной высоты, но роднящихся объединяющими их добротностью, уютом... укладом. Кропотливым разумным трудом. Так и хочется добавить: особняки сии - истинно готические: не столько по стилю, сколько по духу.
Мне нравится бродить по безлюдным (едва ли людным) улочкам поздними вечерами - привычка, сопряжённая со склонностью полуночничать - бодрствовать, когда нормальные антропосы почивают. Нет, днём ещё интереснее, разумеется: всё так видно чётко... Объекты многоразличного, разнообразного происхождения: кирпичного или растительного, бетонного или металлического, стеклянного или биологического... И мир бурлит и полон масс. И пластмасс.
Но то - днём. А вечером... вечером тоже отчасти, часто почему-то вот в затемнённой, затаённой такой форме. Оттого, быть может, что темно вечером. Темно и таинственно. В темень погружённые объекты - еле обозначенных, угадываемых очертаний - ежели не достигает их луч фонарный. Если же достигает - объекты нежно светятся. Словно святые. Сакральные. Ореольные. Запредельные.
Я что-то сказал про безлюдность поздневечернюю? Ну да, так и есть. Изредка некто неопознаваемый обозначится во встречной темноте, пройдёт недоверчиво рядом в направлении супротивном, кося подозрительным взглядом... точнее - взглядом подозрения. Ведь выражает взгляд не самое себя, а эмоцию производящего его субъекта. В своём субъективном измерении. И направлении. Вектор у него такой, значит. Его жизненный путь. Параллельный отрезками-участками миллионам других путей. Чаще же не совпадающий, расходящийся с каждым из них - других.
Зато автомобили ездячие, из черноты резконтрастно фарами слепяще-светячие - эти-то откуда берутся в час столь дремучий! Не спится им, машинам-то, а?.. Что говорите? - человек там за рулём? Ну, может быть, может быть... Я ж не спорю. Иной раз и приметить кого-то доведётся. И не одного даже, бывает. То бишь - не только за рулём... На других местах. Силуэты. Судьба их. Кому-то ведь выпадает не за рулём... Не у руля. Большинству. Большинство подавляющее не подавляет, а подавляемо, меньшинством подавляемо... подавляющим меньшинством, хе. Потешный оксюморончик замороченный.
Ну, и чего они разъездились-разбликались-разрокотались в ночном просторе? Лишь созерцать-гулять лишнему неудачнику (бывшему незадачливому дачнику) мешают, от дум высоких (иль глубоких) и бесполезных отрывают, и что манером особенным досаждает-раздражает: гадкие едкие выхлопы источают, дыханье спазматически спирающие. Им, силуэтам, вот непременно надобно менять, чередовать точки пространства, варьировать нахождение-пребывание в них. Вот и меня иной раз тянет... променадничать вечерне. А то и полуночно.

А ничего, скажите, если наброскороткого действия сего развитие, сюжетоэволюцию (бессюжетную) поместить придётся всё же в день, в дни, в дневной свет, в ритм дневной? Ибо, если возжелалось мне поведать вам нечто, а вы настроились на благосклонное (хотя бы снисходительное) внимание, то события дня, череды дней окажутся в целом насыщеннее, бытийнее, событийнее... экзистенциальнее, а?

Впрочем, знаете, не стану долго утомлять вас - не гоже пространничать нынче ведь, широченное полотно романическое разворачивать, деловые занятые головы морочить, в наш-то век лапидарностей, кратко-ёмких квинтэссенций - бурных, загруженных, по минутам расписанных экзистенций: самовыражаются сегодня твиттерно-фэйсбучно, а у юношества инстаграмы там всякие - инста-грамМы у них, именно граммы, а не фраз килограммы... Момент, момент! что толку в их обрывочной лаконичности, коли не вылезают они из онлайна днями и годами :) Наворачивая горы междометий. Заплутывая в электронного лабиринта паутине. В СЕТИ :))
Виртуальной эры дрогерические чада.

Неведомо нам, какие силы действуют в Природе, какие сущности вынуждают нас поступать так, как поступаем. Догадываемся вроде, что пассионарность вот (к примеру) никак не зависит от нас... Нет, от нас зависит кое-что, конечно, но побуждает НЕЧТО неодолимо к... См. Историю.
Войны - печально-неотвратимая потребность живого. Ко всему - регуляторный механизм. Жестокий как бог.
Мироздания зомби. Насекомо-животные люди.

Объяснить трудно, ещё труднее смириться с неизменно первобытной, перманентно-дикой фатальностью поедания слабых сильными, а вовсе возмутительно и чудовищно, что целые виды живого рождаются, по сути, ТОЛЬКО как пища для иных видов - и больше ни для чего. А как же тогда, где же тогда радость бытия? Где тут сколь-нибудь длящаяся приятность существования?
Вот первое попавшееся: сардины. Кто только их ни ест. Их едят все. Они приходят (вплывают) в мир лишь для принесения себя в жертву, в пищу другим - и всё.
Нормально это? Справедливо? (Слышу: "Что есть справедливость?") Природа справедливостью не озабочена ничуть.
Или вот мыши: их дружно пожирают и совы, и соколы, и змеи, и лисы, и кошки, и...
Правильно ли это? Но как, КАК ТАКОЕ может быть правильным, а?!

Нетронутая, первозданная природа называется дикой - она и есть таковая.
То есть исконное в природе - дикое. Сама суть природы - дикость.
А дикость тождественна жестокости, взаимообусловлена с ней.
Вывод совсем не утешительный.
Ничего духовного (тем паче божественного) в природе нет.
Есть хищники и жертвы их.
Гомо сапиенсы - сами с трудом, болезненно длительно "в процессе эволюции" преодолевающие (в большинстве своём преодолевать не желающие) испокон укоренённую в них дикость - пытаются природу как-то цивилизировать и гуманизировать, но результаты не воодушевляют... хуже того, диссонируют с органической дикостью природы, противоречат ей, несовмещаются с ней.

Стоит ли удивляться всякоразным мерзостям живого мира, коли дикость есть нормальное его состояние...

Ну так вот, стало быть. Былое. С претензией на думы.

Первое (длительное) время в Германии - пронзительное счастье (ещё бы! после жуткой советской орды). Восхищение окружающей данностью, незаурядным племенем сотворённой. Любование-наслаждение красой и прелестью уюта, очарованность благоухающей благоухоженностью благоустройства, бесподобной (поразительной) продуманностью всепредметной расположенности, невероятной (нереальной) чистотой и искусно-солидной (крепко-коренной) основательностью.
И пышность зелени, и пиршество цветов палитры всякого цветенья - оправленных очками очей ошеломленье.
Запыхиваясь-задыхаясь от изумляющих безудержной радостью впечатлений-ощущений, исследовал дивные города, деревни, окрестности... - дивные, дивные...
Стопами потрескивал сучьями. Перепрыгивал прозрачные ручьи. Вникновенно внимал пташьей разноголосице. Ароматной дышал свежестью жадно и улыбчиво. Древней магии-тайны исполненным лесом тевтонским упоённый.
(Тогда ещё не столь изгажена была Германия мигрантством знойным-тёмным - не приходилось каждым шагом на басурманство натыкаться, триумф которого теперь мы наблюдаем - левацкой сволочью осуществлённый)

Постепенно становилось сложнее. Самоискания успехом увенчиваться не хотели. Хотя - образом каким-то обретал себя, обретался в поп-рок-группах, джаз-бэндах... По землям и весям мотался с кибордом наперевес. Семнадцать кило. Не шутка. KORG M 1. Не говоря о прочих вещах (вещах сугубо в данном случае материальных, осязаемых, таскаемых... простите, носимых).
Репетиции, репертуар, ночевания в суровых условиях (слова "спартанских" желаете?:)), жалковатые концертов имитации - выступления чаще всего перед весьма-таки невзыскательной... колхозной... кхы... аудиторией... Утомления, недосыпания, раздражения... выпивоны, нередко крутые. С чем впоследствии разошёлся во взглядах, умеренность предпочтя.

Эпопея железнодорожная наполнением бытийным являлась некогда - позади уже это; перевёрнуты страницы странствий... нет, не то чтобы совсем - и ныне путешествую порой... путевагонствую. Уже не то. Не вживаюсь. Поезда однажды-долго играли роль особенную. И вправду: у окна расположишься, и на тебе: смена миров за стеклом. Сиди себе и реальных декораций (отнюдь не театральных, отнюдь не декораций) перемены перманентно созерцай, приятель внутренний "Гораций", удобный для аллитераций и для бесед с самим совой (не жаворонком, нет!:))
Перемещение в пространстве приоритетным БЫЛО. Теперь же: подобие калько-копии бледной.
К перемене географии, к затяжным поездкам непоседливая страсть не только волнительную радость и жажды любопытства утоленье приносила. Чего-кого только ни повидал, ни повстречал я в поездах, и на вокзалах, и на перронах... Да, главным образом - в вагонах. И негодяев смолящих-чадящих в отсеках для некурящих, а позже и в предписанно свободных от смога поездах, едким смогом беспардонно заполоняемых, и грубиянов, хамов всяких, хулиганов, включая экзотически-ориентальных, и с места сгоняли формально-забронированного, чему я вовсе противиться был не намерен, но уж попросить-то можно было прежде, вежливости изображением, возникнув вдруг, внезапно, застав меня врасплох...
...На перрон выторопился я, цейтнотом гонимый, в странствие поспешая; на табло воззрился, номер поезда сверяя - что за дела? не совпадает ничуть и время отправки не указано, однако платформы номер - искомый. Простите, - говорю даме встречно-стоЯщей, - отправляется ли сей поезд в такое-то время? Куда вам нужно, - сухо вопрошает она, вида чопорного. В Саарбрюккен, - ответствую. Да, этот поезд идёт туда. Номер поезда совсем другой, - лепечу чуть растерянно. Она прямо-таки злобно возрадовалась, возопя: говорю же вам, этот поезд следует в Саарбрюккен! что вам не понятно?!!... Дело в том, - объяснить пытаюсь, - что в Саарбрюккене у меня пересадка... считанные минуты... и если поезд придёт туда позже... Но она уже отвернулась, надменно-презрительно фыркая, слушать не желая, болваном меня посчитав - не "въехала" дура спесиво-круглая, что не всякий поезд меня устраивает, а тот лишь, который к пересадке подвезти меня успеет. Мало ли какой состав потянется в Саарбрюккен - с других путей туда же прут, с разницей в 10-15 минут. Все поезда из городочка моего отправляются-направляются либо в Саарбрюккен, либо - противоположным образом - в Майнц и далее - во Франкфурт небоскрёбный... звёздноустремлённый.
ТАК вот, стало быть.

Невероятной негой окутал меня огромнозалый просторнейший ремёсел гешефт, назначения бытового-делового, созидающего, многообразного, всевозможного, невозможного, регАлями бесчисленными перегороженный. И музыкой настолько дивно-светло-грустной был он щемяще-ласково пронизан - лилась откуда-то она негромко "с потолка", как напросилось тут сказать уступчиво-шаблонно (в исключения порядке)). Подобное звучанье бесподобное услышать надо, чтоб понять... Невольно шаг замедлился, затормозился, ещё, ещё сдержаннее, ступаю еле-еле... остановился, дыханье умеряя, затих, застыл, звучанием заворожённый. Ну что сравнится с музыкой на этом свете! и во Вселенной... Да, но: как мало музыки ТАКОЙ. Драгоценностей словно. Вкраплений редчайших. Ах, разве достойны камни звуков! - будь они оценены хоть баснословновно, наисказочному состоянию эквивалентны... ЧТО они рядом с гармонией! и ЧТО они выразить могут!.. Хм. Вот здесь грань опасности восторженной тривиальности, говорю себе и становлюсь слегка отстранённее себя прежнего, коим минуту назад пребывал... Иэу. Иэу. И всё же, и тем не менее: музыки той чары истинны и самоценны, не развеет те чары и самое отстранённое настроение, не разрушит их и чьё-то чёрствое отвержение, отгорожение... грязное покушение на наивное искушение.
(Городить у горы в городе огород)

На глади водной - посверкивающие вместе с рябью насекомые, скользят, скачут рывками или просто стоят - стоят, задумчиво усиками шевеля, на воде, под лапками их чуть прогибается-искривляется бескрайняя для них, инсектов, водоёма поверхность. Глубины они не знают, не помнят глубины, вырастали в коей личинками, выползая-выныривая на сушу затем и метаморфозируясь. И не ведают, пожалуй, что опасностью перманентно глубина чревата: миг - и схватят, схавают тебя губы рыбьи.
А испытывают ли они, насекомые, жизни радость, а? Обладают ли свойством таким? А как же! Всё, что живёт, должно, непременно должно иметь-уметь это чувство, а поскольку любое чувство осознанно, то...
И тля - жизни рада? И планктон? И... и бациллы... а?!
Есть ли Я у космоса? у планеты? у мокрицы? у микроба?
Переживания растений? Древ и трав эмоции?
Спирали, шайбы, облака галактик вертятся в куда-то где-то летящем Универсуме, раскалённом и ледяном. Пульсирующем. Бесчисленные бактерии галактик. В бескрайнем организме Вселенной.
Любую букашку, любую крошку-МИКРОшку можно сопоставить с галактикой... Не правда ли?
Всё зависит от.

(Август 2017 г.)



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 90
Опубликовано: 15.02.2018 в 21:43
© Copyright: Эдуард Бернгард
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1