Звёздная система Госс


Звёздная система Госс
Звёздная система Госс. Планета Госс-3. Военно-морская база с ремонтным доком для малых среднеразмерных космических судов и военным клиническим госпиталем. Мастер-сержант Карл Карлсон. Выписка и демобилизация по ранению.

Вместо пролога
Всего ничего, кажется, так просто: взять и отрезать двадцать лет, оставив их позади, а затем, не раздумывая шагнуть вперед...
Иногда случается время, когда прошлое, настоящее и будущее перестают говорить с тобой, словно внезапно, не предупредив хозяина, дали обет молчания и становятся призрачными, неосязаемыми, имеющими лишь лёгкую, контурную видимость развоплотившейся формы. И тогда ставшая невесомым песком и ускользающая из ладоней жизнь превращается в бесконечное падение. Точек внутренней опоры больше нет. Есть лишь иллюзия реальности, частью которой ты являешься. И уже не понятно, кто кого порождает: иллюзия тебя или ты иллюзию…

Начну с того, что отвечу на совершенно справедливый вопрос, которым может задаться любой из вас: почему, начиная повествование, пропускаю двадцать лет своей службы в имперских вооружённых силах?
Что ж, буду предельно откровенным. У меня было время, чтобы придумать, аргументировать и выучить наизусть как минимум два десятка причин, в силу которых не хочу подробно разбирать этот отрезок своей жизни. Достаточно будет и одной - я пока не готов абсолютно честно говорить об этом. Возможно, о чём-то мне всё же придётся рассказать. За время службы я выполнял приказы, публично не оспаривая их, хотя иногда они полностью противоречили не только закону, но что хуже - моей собственной морали. Я не горжусь этим. Рядом со мной были те, кто вопреки здравому смыслу и ценой краха личной карьеры отстаивал собственные принципы. Их судьба, как правило, была, как бы помягче сказать, - незавидной. Кто сказал вам, что порядочность - это состояние дешёвое и приятное?
К тем, кто меня уже осудил или осудит, у меня нет вопросов. Более того, оправдываться я не собираюсь. Что было, то было. С теми, кто всё же захочет меня выслушать, поделюсь историями из жизни и парой десятков нехитрых мыслей. Не поручусь за стопроцентную достоверность: наша память, увы, несовершенна.
Примечание для особо дотошных. В моём случае, увы, присутствует бесстрастный свидетель, но, к сожалению военных экспертов и некоторой части любопытствующих, с ним я всегда договорюсь. Так что всем без исключения придётся довольствоваться нижеизложенной версией.
                                                                                                                                    ***
Вы верите в чудеса?! Я лично - нет. Но в этот раз, скорее всего, случилось именно оно - чудо. Одно из немногих хороших событий, произошедших в моей нелёгкой и неоднозначной жизни. Я выжил назло курносой, заплатив за это пожизненной хромотой и раньше срока завершившейся военной карьерой. Интересно: это второй шанс или утешительный приз?! Предлагаю довериться времени. У него много всяких свойств, в том числе не известных нам. Нет лишь одного: оно не умеет лгать.
Сейчас мне чуть больше сорока. Из них двадцать служил, последние годы - в составе 4-й экспедиционной бригады Имперской звёздной пехоты. Вышел в отставку, получив несколько ранений. Последнее – сочетанное - ранение было тяжёлым и поставило крест на моей военной карьере.

Справка. Ранение двух и более анатомических областей (голова, шея, грудь, живот, таз, позвоночник, конечности) называют сочетанным.

Случившееся, учитывая специфику моих занятий, теоретически было вполне ожидаемо, но, как всегда, произошло в самый неподходящий момент, поставив меня перед выбором.
По-серьёзному начал думать, что буду делать дальше, ровно в тот момент, когда меня первый раз «разбудили» и, подарив немного бодрствования, сухо сообщили текущий статус и местоположение.
Современные военные госпитали - это полностью автоматизированные и роботизированные комплексы. По сути - медицинские фабрики с удалённым управлением программными комплексами и медспецами единого центра. Огромные, хорошо защищённые подземные сооружения со стационарными индивидуальными медицинскими боксами полного цикла. Всё в одном: реанимация, хирургия, интенсивная терапия и прочее. Никакой дешёвой романтики. Никаких чопорных брутальных брюнеток-докторш в чулках и строгих очках или перегидроленных синеглазых блондинок-медсестёр с осиной талией и четвёртым размером бюста. Бездушный медицинский конвейер. Скучный, холодный, стерильный.
Несколько недель коллаборативные роботы-манипуляторы занимались моим сильно пострадавшим телом, периодически по медицинским показаниям выводя меня из стазиса. Карга, не теряя времени даром, взломала систему управления медбоксом и, внеся незначительные изменения в график и длительность назначенных процедур, подарила мне немного драгоценного времени на анализ сложившейся ситуации и корректировку личных тактических и стратегических планов. До сих пор не уверен, сам ли я принимал те решения, или за меня это делал плохо контролируемый мозг, накачанный разнообразной химией, потоком вливаемой в мой израненный организм.
Первые, приблизительные расклады были неутешительными. Учитывая характер и тяжесть полученных повреждений, вывод военно-врачебной комиссии будет, скорее всего, однозначен: дальнейшее прохождение службы в действующих подразделениях имперского флота, увы, невозможно. Никаких эмоций. Чистая, формальная логика и данные статистики.
Основываясь на данных проведённого анализа, учитывая звания и заслуги, военное командование предложит мне всего два варианта: досрочная демобилизация или статус «Ограниченно годен» и перевод в службу тыла. Признаюсь сразу, меня в тот момент не устраивало ни то, ни другое.
Из предоставленных мне медицинских отчётов следовало, что в случившейся передряге больше всего пострадала левая нога - потеряно более пятидесяти процентов функциональности – и мне предложено протезирование. Гарантированной, в случае ранения, военной страховки мне вполне хватало на биомеханический протез. Однако, как уже написал выше, я в любом случае получал в личное дело чёрную метку «Ограниченно годен» и однозначно попадал из действующих войск в тыловые крысы. Это был, к сожалению, как раз тот случай, когда меня никогда бы не поняли свои и не приняли чужие. Этакий вечный изгой.
После демобилизации из вооружённых сил Империи обладатель любого подобного чуда научной и инженерной мысли должен был производить ежегодное техническое обслуживание за собственный счёт, что совсем не дёшево. За каждое биомеханическое устройство, интегрированное в человеческое тело, необходимо вносить ежегодный страховой сбор. Пока ты на службе в статусе «недожелезного дровосека», это проблема Имперских вооружённых сил. А вот с момента выхода в запас всё сильно меняется. Разумеется, для уволенных в запас военных существуют скидки. Но я и так уже был «не очень чистым». Увеличивать же список внесённых в моё тело изменений совсем не хотелось. Это похоже на ситуацию, когда в дремучем двадцать первом веке у вас в собственности находилось бы несколько автомобилей, за владение которыми необходимо уплачивать ежегодный налог на движимое имущество, являющееся источником повышенной опасности. Еще надо платить страховые взносы. Плюс обязательная регистрация в специальных полицейских базах при смене места жительства даже в пределах планеты. Регистрация меня не очень волновала, поскольку учитывая уже имеющиеся изменения, в любом случае данную процедуру необходимо проходить. Как бы там ни было, рассмотрев достоинства и недостатки имеющихся вариантов, а также учитывая будущие сложности с финансовым обеспечением, медицинским и техническим обслуживанием многочисленных инноваций, навечно похороненных в моём теле, от биомеханического протезирования ноги я решил отказаться, о чём незамедлительно уведомил специалистов, приняв на себя все последствия этого неоднозначного решения.
Следующий важный вопрос, поставленный передо мной жизнью и требующий немедленного ответа - готов ли я жить и работать ещё пять лет среди тех, кого порой во время службы люто ненавидел? Поверьте, это был очень скользкий вопрос. Весь многовековой биологический опыт, переданный мне предками с помощью генома, естественно, подспудно твердил о преимуществах безопасного и оттого очень удобного «высиживания» в глубоком тылу с целью получения полной пенсии, чтобы потом... В общем, мне было о чем поразмыслить.
Гипотетические расчёты оказались верны. Как только танцы с бубном вокруг моей ноги закончились, всё пошло по предвиденному сценарию с предложением вышеописанных вариантов с той лишь разницей, что путь в реабилитационный военно-медицинский центр на Касселе с вожделенными блондинками и брюнетками в случае досрочного расторжения контракта и следующей за этим процедуры демобилизации заменят частичной финансовой компенсацией.
С высоты прожитых лет отчётливо понимаю, что принятое тогда решение было спорным. Оно напоминало микро-бунт существа, долго сидевшего в тесной клетке строгих правил и при первой возможности вырвавшегося на свободу, ничего по «гамбургскому счёту» об этой свободе не знающего. Цена - пять лет службы на должности «тыловой крысы» и некоторая порция ежедневных унижений - была бы точно компенсирована постепенным вживанием в гражданскую жизнь, полезными знакомствами и полной пенсией. Я ведь не первый и не последний, попавший в подобную жизненную ситуацию. Многие терпят и дослуживают. Разумно это? Я думал, что вполне. А потом попросил Каргу собрать мне статистику по подобным случаям. И знаете что?! Она мне не понравилась.
Как там говорят?! - Тормоза придумали трусы!
Не откладывая своё увольнение в долгий ящик, заполнил электронную форму и, поставив цифровую подпись, отправил её вышестоящему командованию. Через некоторое время получил положительную резолюцию и благодарность за безупречную службу. При всех очевидных достоинствах электронные документы имеют и один существенный недостаток: они совершенно не годятся для подтирания задницы. Очень прошу: не спрашивайте меня, личный ли это опыт.
Я уволился до истечения срока контракта ограниченно годным к военной службе в чине мастера-сержанта с неполной пенсией и вышел в запас. Теперь до конца жизни буду получать ежемесячно шестьдесят процентов от положенной пенсии размером в семь тысяч имперских кредитов, а к ним - и некоторые льготы. Оной, по прикидкам, должно было едва-едва хватать на еду, жильё, налоги и страховки на любой окраинной цивилизованной планете звёздных систем, входящих в состав земной Империи. Много это или мало?! Ну, это с какой стороны посмотреть.
Думал ли я раньше о том, чем буду заниматься, когда подойдёт срок окончания контракта? Естественно. Однако я был очень осторожен с этими мыслями. На моих глазах произошло несколько душераздирающих драм с теми, кому оставалось дослужить месяц, неделю и даже пару дней. В действующих вооружённых силах даже полные атеисты начинают обрастать суевериями, словно старый трухлявый пень колониями поганок. Единственным исключением являлись люди глубоко и искренне верующие. Их вера была так сильна, что, казалось, свет их душ был способен разогнать вселенскую тьму. Таких я встречал немного, они становились самыми верными и надёжными боевыми братьями.Одним из них был Иван. Мне кажется, что я знал об этом с того момента, как наше общение переросло во что-то большее. Все мы что-то знаем о силе тяготения, но по-настоящему понимаем, что это, лишь в тот момент, когда набиваем здоровенную шишку на лбу, разбиваем нос, ломаем руку или ногу. Боль - идеальный инструмент для разрушения границ. «Хороших» и «плохих». Любых. Жаль, что я не исключение, и понимание нескольких простых истин пришло ко мне через боль.

«Хороша Маша, да не наша».

Запрограммированный в строгом соответствии с инструкцией, бездушный госпитальный автомат своевременно срыгивает обработанные тела своих клиентов в трёх случаях: труп, реабилитация и, как говорится, «сам, сам, сам». В третьем, моём случае, весь человеческий хлам, перекованный в горнилах всемогущей имперской медицины, обеспечивают весьма приблизительной схемой медицинской базы с прилагающейся ней инструкцией и двадцатью четырьмя часами форы, чтобы самостоятельно убраться с планеты. Каждого, нарушившего предписания без уважительной причины, ждёт незабываемая встреча со специально подготовленной группой «мальчиков по вызову», с их «домашними» дронами-питомцами, которые не только ловят нарушителя, но и профилактируют его, проводя в полевых условиях обязательное платное медицинское обследование – «колоноскопию» без наркоза и обезболивания. Естественно, за счёт средств нарушителя. Если вы улыбнулись, то зря. Это не шутка, впрочем, можете проверить. У них под эту процедуру подведена серьёзная научная база.
«Пожалуй, обойдусь без задержек в этом терраформированном раю», - как-то совершенно не раздумывая, решил я, ещё раз внимательно изучив всю любезно предоставленную информацию.
Каждые восемь часов из местного космопорта уходил нужный мне внутрисистемный рейс до Кассель. Это вторая обитаемая планета в системе, где оборудован по последнему слову техники орбитальный межсистемный космопорт, способный принимать в свои доки корабли всех рас и классов, включая «кэпитал». Настоящий космический город! Именно оттуда мне предстояло начать свою великую экспансию новой жизни.
Стоит, пожалуй, ещё несколько слов посвятить системе Госс. Она, без всякого преувеличения, уникальна и очень привлекательна во многих аспектах. Три обитаемых, атмосферных планеты. Кассель или Госс-2 - популярный имперский курорт. Госс-1 -аграрный мир, обеспечивающий системе продовольственную безопасность и экспорт сельскохозяйственных продуктов. Госс-3 - планета, имеющая расположенные на поверхности специализированную базу-госпиталь имперского флота и ремонтные доки для малых и среднеразмерных космических судов. В системе присутствует стратегически важный для обороны империи объект, что автоматически добавляет весомый аргумент, усиливая перечень её неоспоримых достоинств - безопасность.
Система практически самодостаточна. Приятным бонусом к уже перечисленным достоинствам идут целых пять точек перехода. По сети упорно ходят слухи, что есть ещё. Естественно, домыслы - негодный фундамент для теорий, но ведь дыма без огня не бывает?! Низкая безработица, дешёвые натуральные продукты, высокая финансовая обеспеченность коренного населения. Что ещё нужно, чтобы, особо не напрягаясь, достойно встретить старость? Ничего. Однако, как всегда, была одна небольшая проблемка. Чтобы всерьёз и надолго зацепиться в системе Госс, нужно здесь родиться. Менее привлекательный, но вполне приемлемый вариант - получить работу на одном из объектов местной флотской инфраструктуры. С местом рождения мне явно не подфартило и, к сожалению, среди моих родственников нет полковников, контр-адмиралов и адмиралов. Поэтому оставалось рассчитывать лишь на себя и свой тощий карман. Увы, тут тоже всё не здорово. Мне как туристу грош цена. Никаких марафонских забегов, только очень короткий спринт. Здешние расценки таким, как я, не по карману. Иван бы метко стрельнул какой-нибудь русской пословицей типа «Хороша Маша, да не наша».

Мои перспективы.

Что меня ждало в перспективе? Все, кто по тем или иным причинам покидал армию или флот, если не начинали собственное дело, уходили на «дно», пополняли собой группу лиц из не очень длинного списка гражданских и смешанных профессий. Словно установленная в дамбе отводная труба, новая жизнь вбирала в себя поток человеческого материала, переваренного и исторгнутого Вооружёнными силами империи. В хорошей шутке говорится: «Не держи в себе всё. Оставляй только лучшее».
За неделю до запланированной выписки я отправил в систему логистики Центральных имперских военных складов длительного хранения распоряжение о доставке моих личных вещей на местный склад. Никакой собственности, а также живых близких родственников на сегодняшний день я не имел, поэтому мог спокойно стартовать из военного госпиталя на все четыре стороны.
Выбрал на бортовом терминале точку прибытия и добрался до склада на небольшом, приземистом, закамуфлированном в «цифру» электрокаре-беспилотнике. Прошел процедуру идентификации.
Дело клонилось к вечеру. Было жарко и душно. Два местных солнца сейчас образовали в небе фигурку упавшего на бок и развалившегося на части снеговика и щедро поливали светом всё вокруг, создавая странную, непривычную для глаза картинку. До ближайшего рейса на Кассель оставалось чуть больше шести часов. Направляясь к тяжёлым, бронированным воротам склада, я прикидывал, чем бы занять оставшееся до отлёта с планеты свободное время. Раненая нога, про которую почти забыл, сидя в каре, сейчас, на ходу, немного побаливала, заставляя меня принять условия новой анатомической реальности. «С тяжёлым баулом на плече будет ещё хуже», - подумал я. Но теперь никуда не денешься - придётся привыкать.
Система безопасности объекта развернула, было, в мою сторону автоматические турели, но спустя мгновенье, опознав, потеряла ко мне всякий интерес.
Иногда судьба делает нам небольшие, но приятные подарки. На этот раз подарком судьбы был немолодой, оказавшийся ещё и небесполезным человеком сержант, который играючи управлял комплексом роботов-кладовщиков. Он в буквальном смысле железной рукой правил военным госпитальным складом размером с небольшой посёлок. Здесь меня, судя по присланному флотской службой логистики уведомлению, должны были терпеливо дожидаться личные вещи, предварительно заказанные и доставленные прилетевшим на днях транспортом. Все они были собранны по крохам, терпеливо и тщательно, за предыдущие двадцать лет армейской службы.
Вместо левой руки из-под закатанного до локтя рукава его форменной армейской куртки моему взору предстал не покрытый искусственной кожей биомеханический протез. Посмотрев на свою прикрытую штанами изуродованную ногу, я подумал, что принял, пожалуй, правильное решение, отказавшись от протезирования. Нет, со стороны это, конечно, выглядело забавно. Искусственные пальцы, ловко бегающие по проекционным экранам, казалось, жили самостоятельной, отдельной от владельца, жизнью. Типа: «Не буду мешать тебе работать, отойду поесть, покурить». Но с другой стороны… Я живо представил себе, как буду спать рядом с этой штукой. Брр…
- А почему… - забыв поздороваться, начал я…
Он, не дав мне закончить вопрос, автоматически, буднично, не глядя в мою сторону, произнёс:
- Люди менее подозрительны и агрессивны, если заранее знают, с кем и чем имеют дело. Вон туда посмотри, - не отвлекая от дел праведных механическую руку, указал живой в сторону стационарного сканера, установленного на стойке, разделяющей складское помещение на стандартные ролевые зоны, и миролюбиво хмыкнул:
- Молодец. На птичку не рассчитывай. Кончились. Чего хотел-то, сержант? – не поднимая глаз и не прерывая работы, спросил владелец протеза, видимо, получив подтверждение моей идентификации.
«Воистину, правая рука не ведает, что творит левая», - подумал я, но вслух произнёс:
- Вещи хотел забрать. Демобилизуюсь по ранению.
Что-то в этой фразе его зацепило, и он наконец снизошёл до взгляда в мою сторону.
- Пенсия полная или…?
- Или, - не желая вдаваться в подробности, буркнул я.
Сержант смачно цокнул языком:
- Рисковый ты. А я вот не смог. Решил досидеть. Досидеть, - повторил он, скривив лицо, словно разжёвывая что-то уже хорошо знакомое и не очень приятное на вкус. - Уже знаешь, что будешь делать со свалившейся на твою задницу свободой?
Я, состроив в ответ неопределённую мину на лице, покачал раскрытой ладонью, словно атмосферник крыльями.
- Хочешь совет?
Молча, понимая риторичность вопроса и его желание развлечь самого себя, кивнул ему в ответ.
- Исходя из начальных условий, вариантов у тебя, отставной мастер-сержант, не так много, как может показаться. Забудь всё, что ты слышал о бездне возможностей в мирах с высоким уровнем жизни. Имперские масс-медиа врут даже тогда, когда всеми силами пытаются вещать правду. Андроиды и люди, прошедшие курс профессиональной спец-адаптации, гиперспециализации, легко дадут тебе большущую фору и всё равно победят.
Наткнувшись, словно на дверной косяк, на мой упрямый, скептический взгляд, хозяин склада, тем не менее, как будто ожидая чего-то подобного от собеседника, продолжил:
- Что же у нас остаётся?!
Мне очень понравилось это «у нас», потому что появилась надежда услышать не пустой трёп и морализаторство, а что-то другое. Робкий интерес, затеплившийся во мне, невольно заставил меня податься немного вперёд.
- Вариантов у тебя, на самом деле, немного, - продолжил он. - Например, Вега-3 в системе Вега. У меня там приятель пристроился. Время от времени переписываемся. Может, и ты, как устроишься, что-то дельное напишешь. Да и вообще… - он на секунду замолчал, как мне показалось, раздумывая, стоит ли быть со мной откровенным, - с неполной пенсией либо в капсулу, либо во фронтир, - безапелляционным тоном подытожил он. - На Веге-3 сможешь снять конуру, если не будешь тормозить, ещё и получишь бесплатные обеды по будним дням. К тому же для вояки там всегда отыщется временная работёнка. Про систему Никс слышал?
Я неопределённо пожал плечами, хотя на самом деле кое-какая информация у меня была. Однако я решил послушать его версию.
Он одарил меня недоумённым взглядом, выражавшим, как мне показалось, нехитрую мысль: «Придурок, ты пока форматировал свою задницу в больничном боксе, мог хотя бы как-то спланировать первый шаг на гражданке. Или ты, не дожидаясь смерти, уже передал свои мозги для опытов извращенцам, любящим переодеваться в белое?!» Потом продолжил:
- Она входит состав Лиги неприсоединившихся миров. Обитаемых планет в системе нет, но зато - пара астероидных поясов и четыре открытых прыжковых точки. Станция «Левски» - один из форпостов свободных миров и, безусловно, центр тамошней торговли. Из-за удачного расположения на неё давно облизываются пираты. Горячее местечко. Там с работой у тебя точно проблем не будет. Хоть с той, хоть с другой стороны, - он хохотнул. - Но уверенности в том, что ты сможешь регулярно получать заслуженную пенсию, если осядешь там, у меня почему-то нет. Политика лояльности империи - тонкая штука. Система Стэнтон отпадает по той же причине. Нет, ты можешь, конечно, попробовать, если готов влиться в одну из больших корпоративных семей и закрывать глаза на палочную дисциплину и на то, что они творят. Не знаю, в курсе ты или нет, но говорят, что имперские законы им не указ. Они все там себе на уме, но, по слухам, им всё же ближе Терра, чем Земля-матушка. Попробуй выучиться и сдать пилотский минимум, чтобы получить лицензию на пилотирование средним классом шипов. Сидеть в тёплом кресле грузового середнячка «Халла» серии Б или «Фрилансера» всё лучше, чем с пушкой козликом скакать по лунным или астероидным пиратским базам! Кстати, чуть не забыл! Слышал: сейчас в системе Хорус нехватка рабочих рук. Там некая компания по промышленной разведке ресурсов обнаружила в поясе Хорус-Бэта крупное месторождение руды и посадила себе на хвост, угадай с трёх раз, кого?
- «Шубин»?!
- Естественно! «Шубин Интерсэллар». Это значит, что там при наличии небольших запасов ума, резвости и фантазии можно заполучить неплохой контракт на несколько лет. Кроме того система Хорус - крупный торгово-логистический узел, имеющий пару прыжковых точек в системы, контролируемые Шиань. Ну, и на десерт: она является частью Империи, так что за стабильное получение своей нищенской пенсии ты можешь быть совершенно спокоен. Ещё возьми на заметку «Каском» из системы Кастра: примерно, то же самое, только жить будешь на планете. Собачьи будки для ветеранов там в ту же цену, что и на Веге, единственное отличие, пожалуй, - там может чуть больше порядка и закона.
- А откуда?..
Уже второй раз за краткое время нашего вынужденного знакомства он, не дослушав вопрос, прервал меня и запросто продолжил:
- Даже если с каждым пятым, забредшим сюда, языком зацепишься, столько всего узнаешь… О-го-го! Скучно здесь. Сам видишь. С кем тут ещё разговаривать? С ними что ли?! - он обернулся к ждущим приказов складским ботам, безмолвно застывшим недалеко от его стола.
- У меня, к сожалению, такой штуки нет! - с лёгкой завистью, покосившись на наручный смарт-комм, выпиравший из-под рукава моего комбеза, заметил сержант. - А это (он показал свой общевойсковой вариант) просто мусор. Затем он на миг замер, прищурился, что было нормальной атавистической реакцией, и осторожно спросил:
- Ты случаем не транс-био-тех?
Отношение к «изменённым» обладало невероятной амплитудой. От брезгливости и отвращения до восхищения и даже обожествления. Люди чаще боятся того, чего не понимают и понимать не хотят, поэтому с негативной реакцией я сталкивался в подавляющем большинстве случаев. Я их за это не виню. Каждый из нас, если, конечно, может, выдавливает из себя обезьяну по капле. Руководствуясь именно обезьяньими инстинктами, наши предки успешно выживали и расширяли ареал обитания десятки миллионов лет, а человек, сравнимый с его нынешними потомками, переставший употреблять в пищу себе подобных, с близким к нам сознанием - всего десятки тысячелетий. Согласитесь: трудно ожидать чего-то иного. Однако его биомеханический протез, превращал гипотетическую пропасть между нами в мелкую, незначительную канавку, и я утвердительно кивнул. Скрывать эту мою особенность при данных обстоятельствах не имело смысла. Нет, не коммуникатор выдал меня. Железками в подобном платиново-титановом корпусе комплектовали весь тогдашний младший и средний командный состав Имперской звёздной пехоты. Татуировки-интерфейсы на запястьях рук были не видны, а те, что на моей, пока лишённой волос, башке сейчас были спрятаны под чёрной вязаной балаклавой. Видеть их он не мог.Его неожиданное прозрение больше напоминало глубинный, природный инстинкт охотничьей собаки, почуявшей дичь. Я насторожился. Этот король армейского пакгауза начал меня напрягать - на ходу подмётки рвёт!
- Тогда тебе в центральные миры точно путь заказан. Для таких, как мы, - кладовщик сделал неопределённый жест протезом руки, - ежегодный размер страхового взноса за…
Он помолчал, пытаясь, как мне показалось, удержать свою мысль в рамках цензурной нормы, а затем с саркастической интонацией в голосе продолжил:
- … за усовершенствование своего тела просто неподъёмен. Ещё мне почему-то кажется, что виртуальное забытьё или поиск истины на дне стакана не твой путь. Впрочем, это не моё дело. Окончательный выбор всё равно за тобой. Ты сейчас всё своё барахло заберёшь?
Я кивнул.
- Внимательно проверь. Как только завизируешь документы и выйдешь за дверь хранилища, на любые твои претензии Империя положит, сам знаешь что. Чуть не забыл. Картографирование, может, наиболее подходящий тебе вариант. Есть там правда свои тонкости. Опять же пилотская лицензия нужна. Если не хочешь сидеть на зарплате у корпораций, желательно иметь свой собственный исследовательский шип. А будешь на чужом ходить, все результаты исследований будут принадлежать владельцу судна. Стандартная практика. Работка, конечно, скучная и однообразная, но тебе ведь большой коллектив и не нужен? - он сделал паузу и вопросительно посмотрел на меня.
Я снова отрицательно покачал головой.
- Кто знает? Может, всё же найдёшь кого-то, чья компания не будет в тягость?! Впрочем, и один справишься. Насколько я знаю, ничего особо сложного в этой работе нет. Самодисциплина, настойчивость, аккуратность, - он усмехнулся, выразительно посмотрев на меня. – Если сумел выжить, сидя по горло в дерьме двадцать лет подряд, значит, всеми этими качествами в той или иной мере ты точно обладаешь. Только представь себе: на собственном шипе найдёшь что-то стоящее: ну там неизвестную точку перехода в неисследованную систему. Планетку, годную для терраформирования. На крайняк - астероид с хорошей начинкой… - он мечтательно закатил глаза и, шумно втянув воздух и резко выдохнув, продолжил, - сможешь до конца жизни носить шёлковый малиновый халат, плевать на всех, и никогда, слышишь, никогда больше не работать!
Он замолчал. На мгновение мне показалось, что в свою тираду он вложил слишком много сил и ему надо отдохнуть.
- И ещё, знаешь что?!- после небольшой паузы с сомнением в голосе, то ли задавая вопрос, то ли осторожно советуя, он продолжил, наконец, как будто убедив самого себя в правильности принятого решения, - на Веге сможешь влиться в гильдию свободных шахтёров. Там условия тяжёлые, пояс бедный, но, говорят, место, для набора опыта, вполне подходящее для новичков. Чуть не забыл! Сальважинг. Нормальная тема, на которой можно быстро подняться. Ты ведь, наверняка, знаешь с десяток мест, где происходили локальные стычки, не вошедшие в имперские афиши, громогласно вещающие о победных реляциях флота?! Ну, места, где есть чем поживиться?! А?! Он озорно подмигнул мне. - Одноместный «Валчер», как раз твой размерчик. Простой как свинцовая пуля. Без дронов и всяких там электронно-механических приблуд, зато трюм большой. Где стационарными манипуляторами, где ручками, набил его под завязку и вперёд, к барыгам хлам монетизировать. Есть, конечно, свои проблемы. Народу в этом сегменте мутного…
Нашу беседу, начавшую становиться интересной, прервал вызов, пришедший ему на смарткомм.
– Извини, надо ответить, - буркнул он. Быстро перекинувшись ничего не значащими для меня фразами с удалённым собеседником, он ещё раз извинился, сказав, что есть дела и надо закругляться. Сосредоточенно углубился в работу. Через минуту из тёмного зева склада показался бот-кладовщик с зажатым в руках-манипуляторах безразмерным баулом, доставшимся мне в качестве законного трофея после проведения одной крайне удачно прошедшей спецоперации. Порывшись в вещах, скопившихся за годы службы, и убедившись, что всё на месте, я раздражённый тем, что нас прервали, неудовлетворённо буркнул:
- Счастливо оставаться!
Смерив меня насмешливым взглядом, сержант, решивший не оставаться в долгу, иронически произнёс:
- И вам добро пожаловать в гостеприимный, наполненный исключительно любовью, счастьем и добродетелью мир!
Лязгнувшая на прощание металлом, массивная дверь военного склада, закрывшаяся для меня навсегда, вдруг стала похожа на обложку прочитанной книги, смотревшую сейчас тыльной, донельзя скучной, ничем не примечательной стороной, сообщая сухими безликими цифрами о размере вышедшего тиража и цене за экземпляр.
Я незамедлительно поручил Карге проверить информацию, полученную от сержанта.

                                                                                                                             ***
Жара и томившие меня неопределённость с бездельем гнали куда-нибудь под защиту кондиционера. Лично мне морально разлагаться гораздо приятнее в прохладе. Вони и выделений значительно меньше. Поскольку на оружейно-вещевом складе базы я уже побывал, а «родиться обратно» внутрь госпитального бокса можно было только нанеся себе тяжёлые увечья с последующим лечением за собственный счёт, оставались лишь два места, доступ к которым был разрешён. Небольшое, хорошо укреплённое модульное помещение рядом со стартовыми площадками местного космопорта и столовая. Я выбрал столовую, надеясь убить в ней около часа.
На взлётно-посадочные площадки время от времени неспешно приземлялись, чтобы разгрузиться и снова взлететь, в основном красные медицинские катласы. Выгружали стазис-капсулы с тяжёлыми и теми, кого привезли в «некомплекте» или по частям. Для лёгких и средних, госпиталь на Госсе-3 считался неуместной роскошью. Их лечили, как правило, на месте. Вокруг кораблей суетились люди, дроны, сновали туда-сюда загруженные и пустые платформы-беспилотники. Несмотря на жару, плечи сами собой зябко передёрнулись. Показалось, словно в своё недалекое прошлое заглянул.
Решил не вызывать кар. Пошёл пешком, о чём довольно быстро пожалел. Тяжёлый баул неприятно давил на плечи, нога разболелась сильнее и была словно чужая. Следуя информационным голографическим указателям, подошёл к входу в подземный бункер. Там, под многометровой защитой земли и бетона находилась столовая. Чтобы спуститься, выбрал более длинный, изогнутый, наклонный пандус. Лестницу, тем более крутую, мне сейчас не осилить.
В столовой было тихо, прохладно и светло. Пахло так, как обычно пахнет в подобных местах. Помещение было меблировано парой дюжин круглых столов на четырёх человек. Вдоль стен разместились с десяток мигающих разноцветными меню пищевых синтезаторов. Ели здесь все, как дикие олени, стоя. Спартанское убранство зала разнообразили лишь развешанные по стенам электронные постеры с новостными и агитационными материалами. Не знаю, как в другие дни, но сегодня было немноголюдно.
Я огляделся. Десятка полтора человек, поодиночке и небольшими группами, в основном молча и монотонно пережёвывали напечатанный автоматами «силос». Несколько пилотов в лёгких скафах, охранников, медиков, техников в потёртых и замасленных комбезах из ремонтного дока. Был ещё один парень, одетый аналогично мне и с похожим баулом. Контрастно на фоне остальных выделялась группа из трёх загорелых, крепких парней, одетых в яркую гражданскую одежду - они вызывающе громко говорили, смеялись и активно жестикулировали. Забрав из пищевого синтезатора поднос с заказанной едой, я пристроился за один из свободных столиков неподалеку от них, постаравшись не привлекать внимание троицы напряженной позой и откровенными взглядами. Какой-никакой, но альтернативный информационный источник. Всё лучше, чем впустую саморефлексировать, изучать содержимое своего подноса, читать агитки или смотреть скучные официальные новости.
В шумной группе, расслабляющейся за столом, верховодил самый мелкий. Его выдавала манера говорить и вальяжно-расслабленная поза. Он вёл себя так, словно стоял перед зеркалом, каждую минуту любуясь собой. Когда я подошёл к выбранному столику, он как раз закончил фразу и под смех своих собеседников лениво мазнул по мне равнодушным взглядом почти бесцветных пустых глаз. Мгновенье поколебавшись, а затем, причислив меня к предметам мебели, лениво продолжил:
- Стартуем на Кассель, идём в «Кувшин Адониса». Там бармен мне кое-что должен. Сегодня ночью вышел на связь, сообщил, что со вчерашнего вечера начали готовить комплекс на двести люксов. Ожидают на выходные несколько туристических вип-рейсов с Терры. Частная территория. Никаких залётных! Что это значит?! - обратился говоривший с вопросом к здоровяку.
- Что это значит?! Жратва и выпивка будут бесплатные?! - недоумённо выпалил громила, с выражением явного недоверия на лице.
- Это значит, что конкуренции у нас не будет! Только мы! Кусок придурка.
- Да ты чо?! - удивился громила. – Прикинь, - он обратился к третьему, стоящему за столом, - я с утра прям чуял, что он чо-то недоговаривает! Оторвёмся по полной! - возбуждённо басил амбал.
- Слышь, отрывальщик, - оборвал его мелкий. – Во-первых, прихвати с собой микроскоп, когда к девкам пойдёшь! Хоть что-то им покажешь! Во-вторых, не пей! Ты и трезвый-то двух слов связать не можешь, а пьяный вообще полный дебил!
Я отметил, как едва заметно дёрнулась щека здоровяка, но в следующее мгновенье его ржанье перекрыло смех обоих соседей по столу.
- Хорошо бы не только отдохнуть, но и денег поднять. Развести на бабки очередную малолетнюю «папочкину» соску, или, на худой конец, престарелую мамку, мающуюся от безделья и избытка денег.
- Деньги, это хорошо!- с глубокомысленным видом изрёк здоровяк.
- Ну, на хрена тебе бабки?! Ты же всё пропьёшь или спустишь на шлюх, голодранец, - продолжил гнуть свою линию главный в троице. – Мне, например, креды нужны на тюнинг тачки. А тебе зачем? Не надо: лучше не отвечай, - прервал мелкий собравшегося было открыть рот спутника. – Ляпнешь опять какую-нибудь свою обычную тупость. Давайте лучше подзарядимся перед поездкой. Я, конечно, имею в виду вот это, - с усмешкой произнёс он, ткнув рукой в поднос, стоящий на столе.
Приятели понимающе улыбнулись. После этих слов, оглядевшись, мелкий аккуратно вынул из кармана небольшую плоскую флягу:
- Не размахивать руками и не палиться, – сильно понизив голос, произнёс главнюк живописной троицы. Осторожно отхлебнув из неё с видом человека, делающего большое одолжение, пустил фляжку по кругу.
- Ты есть свою порцию будешь? - осторожно спросил мелкого здоровяк.
- Нет. Можешь сожрать. Побыстрее бы выбраться из этого гадюшника. Вы, кстати, знаете, что на Касселе гравитация всего семь десятых от стандартной? (Собеседники отрицательно покачали головами.) Как бы тут после окончания контракта зацепиться?!
Глядя на всё происходящее, я с досадой думал, что чтение агитпропа было бы занятием пустым, но хотя бы не испортило аппетит. Однако событие, произошедшее в следующий момент, заставило меня усомниться в полной бесполезности своей затеи с подслушиванием.
С бесцветным альфа-самцом троицы вышли на связь. Он, немного поменяв положение левой руки, нехотя принял вызов. Ни тон, ни его лицо выражения не поменяли, из чего следовало, что звонившего он равным себе не считал.
- Ладно, Бёрд, не пыли, - выслушав собеседника, медленно проговорил мелкий. - Как освободишься и пожрёшь, свяжись со мной, может, тебе ещё повезёт, если мы, конечно, не найдём кого-нибудь раньше, - скривил он своё плоское лицо с белёсыми, выгоревшими на солнце бровями.
- Случилось чего? - спросил почти всё время молчавший второй.
- Да, дела там какие-то срочные образовались у этого хмыря недоделанного. Пошли в комнату отдыха, перекинемся в скат.
Мелкому и молчуну пришлось подождать, пока здоровяк, давясь, запихает в себя остатки выпрошенного обеда. Они отчалили, оставив на столе после себя настоящую помойку.
Провожая взглядом их спины, я вдруг подумал: почему бы мне не попробовать подождать здесь пресловутого Бёрда. «Как я его узнаю и узнаю ли вообще?!» Кое-какие соображения на этот счёт у меня были, и ещё я некоторым образом рассчитывал на удачу. До ближайшего регулярного рейса, позволяющего убраться с этой негостеприимной планеты, оставалось более пяти часов. Если услуги Бёрда окажутся мне по карману, то почему бы не воспользоваться предоставленным шансом?!

Ларри Бёрд

Мужчина в комбинезоне судового техника и с биркой на груди, сообщавшей, что комбез принадлежит Ларри Бёрду, появился в столовой минут через сорок. Это был плотно сбитый, внешне приятный человек чуть выше среднего роста. Несколько рассеянно он огляделся, улыбнувшись поприветствовавшим его знакомым, и двинулся в сторону пищевых синтезаторов.
- Ларри Бёрд?! - произнёс я, когда он проходил мимо моего столика.
- Мы знакомы?
- Пока нет. Но если вы позволите угостить вас обедом, то у нас появится такая возможность.
- Я вам буду за это что-то должен?
- Нет.
- Тогда давайте попробуем, - заинтригованно произнёс он.
- Что вам заказать? - он перечислил набор блюд. Я с некоторой тревогой ждал, что он запросит что-то экзотическое. Этого, к счастью, не случилось.
- Итак, чем обязан?
- Карл Карлсон, - представился я, протягивая руку.
- Очень приятно, – ответил он, крепко пожимая мою ладонь.
- Я так понимаю, что за некоторое материальное вознаграждение можно с Вашей помощью без проблем покинуть планету?
Внимательно посмотрев мне в глаза, он кивком подтвердил, что эта информация верна, а затем спросил:
- Зачем Вам торопиться?! Через… - он взглянул на наручный коммуникатор, - пять с небольшим часов сможете покинуть планету совершенно бесплатно. Или у вас проблемы?!
- Поверьте на слово: никаких. После двадцати лет службы я наконец вступил в тайное общество нищих, но гордых военных пенсионеров, - он понимающе улыбнулся. – Сколько будут стоить ваши услуги?
- Двести монет. Однако есть небольшая проблема. Я, вроде как, должен связаться с одним типом.
- Это обязательно?
- Нет, но в том случае, если с ним возникнут проблемы, а это весьма вероятно, их решение вы возьмёте на себя.
- Договорились.
- Вы уверены?!
- Вполне.
- Давайте ваш ай-ди. Нужно оформить вам одноразовый пропуск на служебную стоянку.
Я продиктовал ему номер.
- Вам нужно будет идентифицироваться и в маршрутном листе кара-беспилотника указать номер стартовой площадки, разумеется, после того, как я закончу обедать. Получили?
В этот момент мой смартком тренькнул, извещая о приходе сообщения. Открыв сообщение и бегло просмотрев его, я утвердительно кивнул, пожелав ему приятного аппетита.
Он довольно быстро управился с едой и, унося использованный секционный лоток-поднос в сторону кухонного дезинтэгратора, спросил:
- Вы готовы к вылету?
- Да.
- Я приготовлю к полёту шип. Если не будет форс-мажоров, стартуем в течение ближайшего получаса. Чуть не забыл. У меня на Касселе маленькое бунгало. Я местный, - смущённо проговорил он, предупреждая мой следующий вопрос. - Летим прямо туда, у меня постоянный пропуск.
- А с небольшой остановкой в орбитальном космопорте Касселя нельзя?
- Поверьте на слово, будем дольше ждать разрешения на посадку в атмосферный ангар, и оплачиваться она, естественно, будет из вашего кармана, - я понимающе кивнул. - Недалеко от дома проходит высокоскоростная линия хайперлуп. Сядете на поезд. Они идут с интервалом в пять минут. В космопорте Касселя будете минут через двадцать. Быстрее, чем на глайдере. Вся дорога займёт у вас не более часа. Извините, что сразу не сказал. Немного растерялся. Вас устраивают условия?
Я улыбнулся ему, утвердительно кивнув головой.

                                                                                                                           ***

Минут через пятнадцать он вышел со мной на связь, сообщив, что всё в порядке и можно выдвигаться, а ещё через семь я уже подъезжал к нужной стартовой площадке. Вечерело. Жара постепенно спадала. По очертаниям кораблик Бёрда узнавался сразу. Это был «Фрилансер-Макс», грузовичок, довольно распространённый на просторах империи, ориентированный на перевозки. Неплохо вооружённый, надёжный, средний, многоцелевой шип гражданской версии. Бёрд поприветствовал меня, сообщив, что зарегистрировал заявку на вылет и ждёт подтверждения разрешения на взлёт от автоматической диспетчерской службы.
- Почему «Фрилансер»? – спросил его я, похлопав нагретый солнцем массивный металлический бок корабля рядом с опущенной вертикальной лестницей, ведущей через овальный люк-переборку в рубку.
- Надёжный, многоместный, с хорошей грузоподъёмностью. Многоцелевой, в общем. У вас есть семья? – обратился он ко мне.
- Ещё нет.
- А я вот женюсь скоро. Дети…
Его речь была прервана вызовом.
- Разрешение на вылет? Поинтересовался я.
- Проблемы, - выдавил он, включая громкую связь.
Из динамика донёсся знакомый голос:
- Привет, Бёрд! Это твои друзья. Мы, вроде, договорились, а ты… Нехорошо как-то!
- Алекс, мне проблемы не нужны, и ты сказал, что у вас есть варианты.
Бёрд умоляюще взглянул на меня. Теперь я знал, как зовут заносчивого коротышку, главнюка шумной компании. Утвердительный кивок я подкрепил ободряющей улыбкой.
– Алекс, ты ведь знаешь, мне всё равно, кого везти, может, вы между собой как-то договоритесь?
- Не переживай. Обязательно договоримся. Мы уже в пути, - с язвительной теплотой процедил Алекс и отключился.
- Будьте осторожны, это…
Бёрд не успел закончить начатую фразу. Из-за стоявшей на соседней взлётной площадке «Авроры» плавно выкатился сильно просевший на рессорах кар с тремя уже известными мне персонажами. Подъехав, они легко спрыгнули на землю, сделав несколько шагов в мою сторону, сокращая дистанцию и расходясь полукругом. По центру поставили свою главную ударную силу - бычка. Под левую руку встал мелкий Алекс. Под правую - тот, которого я окрестил вторым.
Начал, естественно, мелкий:
- Слышь, сержант, если ты сейчас исчезнешь, сможешь самостоятельно дышать дальше. Тебе, конечно, и так немного осталось, но мы сегодня добрые. Они дружно заухмылялись.
Бёрд предусмотрительно отступил на несколько метров ближе к носу своего шипа.
- Для начала вам понадобится минута, - спокойно проговорил я.
- Одна минута?! Парни, как думаете, этот старый пердун, недооценивает нас или переоценивает себя? - сузив свои бесцветные глаза, заводя себя и подельников, шипел Алекс. - Одна минута?! Я не ослышался?!
Я молча кивнул, медленно опустив на землю баул.
- У тебя последний шанс, чтобы убраться самостоятельно. Мы торопимся. Лучше не задерживай нас. Если ты надеешься на помощь мифических друзей или высших сил, то зря. У видео-регистраторов случился неудачный ракурс. Остаётся ещё Бёрд. Но, как видишь, он благоразумно решил не быть героем.
- Хорошо, - абсолютно безразличным голосом проговорил я, внимательно фиксируя реакцию каждого из раздухарившейся троицы. Подумав, что я испугался и готов уйти, они немного расслабились. По выражению их лиц было видно, что они настолько привыкли побеждать, что не хотят прикладывать усилий больше, чем уже потратили. Видимо, в предыдущие разы, подобной петушиной демонстрации для запугивания жертвы хватало.
– Послушайте меня внимательно. Вам предстоит сейчас в течение оставшихся сорока пяти секунд решить, кто из вас троих умрёт первым, почти безболезненно и быстро. Второй - болезненно и медленно. Третий, если ему повезёт, возможно, выживет и убьёт меня. Первым двум, уже мёртвым, от этого точно не полегчает.
Смысл произнесённой мной фразы вошёл в жёсткое противоречие с их ожиданиями. Лица стоящих напротив детин зло ощерились, недоверчиво глядя на меня.
- Я транс-био-тех. Лишь только АИС расценит ваши действия как угрозу моей жизни или здоровью, она возьмёт под контроль управление моими рефлекторными реакциями, и с этого момента вы вступите в боевой контакт уже не со мной, а с АИС, использующей все преимущества боевого программного комплекса по рукопашному бою. Советую учесть, что у меня полностью задублирована нервная система. Если тебя выберут первым, кивком обращаюсь к стоящему по центру амбалу, ты должен узнать, что это такое. Ведь будет нечестно лишить тебя шанса. Могу, например, спокойно нажимать на курок, даже если мне одновременно в нескольких местах сломают руку и позвоночник.
Решительности в глазах и позах у воинствующей троицы заметно поубавилось. Медленно, чтобы не спровоцировать нападение, приподнимаю рукав комбеза и демонстрирую им край интерфейса резервной нанотатуировки, нанесённой на запястье правой руки. - Итак, кто первый, а кто второй?! Решайте сами, чтобы мне не пришлось делать это за вас.
Они молчали, совершенно сбитые с толку.
- Да гонит он! – опомнившись, взвизгнул Алекс. - Бык, давай!
- Ты первый?! Уверен?! - обратился я к громиле. - Ладно. Только учти, твоя семья не получит ничего в случае твоей смерти, потому что недавно в столовой ты принимал некое запрещённое вещество и его обязательно обнаружат в твоей крови. Отмазать тебя будет некому. У тебя ведь нет папочки-полковника, как у Алекса!
- Не слушайте его! Ничего он вам не сделает! Нападайте, трусливые, тупые уроды! – уже не контролируя себя, визжал Алекс, однако, сам не двигался с места.
Через мгновение, когда стоящий по центру здоровяк, сделал первый шаг назад, стало ясно, что они сломались.
- Бёрд, вызови парням транспорт, они уезжают, - едва сдерживая бушующий во мне адреналиновый шторм, медленно проговорил я. – Алекс, не забудь снять режим ожидания с нашей заявки на вылет. Не заставляй меня выкладывать в сеть видео с демонстрацией твоих боевых и актёрско-дирижёрских достижений.
Во время полёта на Кассел Бёрд постоянно косился на меня, но так и не решился задать ни одного вопроса. Обсуждать случившееся не хотелось, и я мысленно благодарил его за чудесный подарок - молчание. Только что одной ногой стоя на пороге новой, мирной жизни, я едва увернулся от долгих, возможно пожизненных и уж точно нежеланных объятий цифрового мира.
Когда мы подлетали к его бунгало, было ещё совсем темно. Внизу, подсвеченные огоньками фонарей, светились трассы скоростных дорог, частные виллы, гостиницы и отели, плотно усеявшие далёкое побережье. Двигатели напоследок натужно взвыли. Посадочные опоры мягко погасили удар.
– Прилетели, - ни к кому не обращаясь, сказал Бёрд и выключил двигатели.
Бёрд покидал корабль неспешно, кряхтя и бубня себе под нос что-то неразборчивое. Чуть подождав, вслед за ним осторожно спустился по трапу. От двигателей, толстых чугунных решёток и бетонных плит посадочной площадки веяло упругим теплом. Я встал рядом с ним, удобнее перехватив баул и медленно оглядываясь по сторонам.
- Благодарю, что подбросили быстро и с комфортом. Самое время рассчитаться, - проговорил я, включая смартком и подключаясь к местной информационной сети.Бёрд удивил меня, наотрез отказавшись брать деньги. Он протянул мне для рукопожатия свою сильную ладонь и, не скрывая благодарности в голосе, выпалил:
- Спасибо.
- За что именно?! - пожимая протянутую пятерню, на всякий случай поинтересовался я.
- За обед, - улыбнулся он. - Курите?
Он достал красивый металлический портсигар. Я отрицательно покачал головой.
– А я вот пристрастился. Подождите пять минут. Пойдёте, как рассветёт. Хотите, напою вас чаем?
- Благодарю. Не стоит беспокоиться. Здесь действительно всё так серьёзно с режимом безопасности и на планету кто попало сесть не может?
- Да. Власти озабочены экологией, - с удовольствием закуривая, произнёс он. - Всё, что может ей навредить, выводят на орбиту. Поэтому и построили орбитальный космопорт. Садиться на планету могут только мелкие и средние суда, да и то исключительно по спецпропускам. Випы, конечно, как всегда, живут по особым правилам, но их не так много, и дерут с них за привилегии в три шкуры.
Справа на горизонте мягко зазеленело небо. Мы немного полюбовались зарождавшимся рассветом, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Он всё же уговорил меня принять сообщение с рекламной информацией о паре отелей с приличным обслуживанием и приемлемыми ценами. Прощаясь, ещё раз тепло пожали друг другу руки. Он почему-то тяжело вздохнул, как только я развернулся и зашагал в направлении уже погасившей нарядную подсветку станции высокоскоростной линии хайперлуп.
Когда я выходил за живую ограду, отмечавшую границу его участка, оба светила уже наполовину показали свои жгучие апельсиновые бока из-за далёкого горизонта. Спускаясь с холма, вдыхая утренний, прохладный, насыщенный ароматами незнакомых мне трав, деревьев и цветов воздух, я неожиданно увидел возле самого горизонта ярко блеснувшую полоску моря. Не в силах сдвинуться с места, любовался этой простой и величественной картиной. Отдавшись искушению, немного придушив в себе кощея, чахнущего над златом, всё же решил задержаться хотя бы на сутки в этой сказке, неожиданно ставшей явью.
Решил остановиться в первом же рекомендованном Бёрдом отеле, который с легкостью нашел. Отель был частный. В нём было всё, чего мне так не хватало последние двадцать лет. Уют, неагрессивная тишина, будоражащие воображение и аппетит запахи натуральной еды, тепло сделанной вручную мебели, манящая прохлада чистой постели, застеленной настоящим льняным бельём. Принадлежал он симпатичной пожилой семейной паре, самостоятельно ведущей дела. Они, увидев мою форму и узнав, что я только сегодня демобилизовался, приняли меня столь радушно, что тяжёлый ледяной комок, мешавший мне после недавнего инцидента свободно вздохнуть, начал потихоньку таять.
Однако до рассвета заснуть я так и не смог. Всю ночь в полном одиночестве плавал, бродил по остывшему мягкому песку, испытывая странные чувства, «пробуя на вкус» мысли, совершенно новые для меня. Отныне придётся начать свою жизнь заново. Меня больше не будут будить командами и указывать, что мне надо делать, эксплуатируя примитивные человеческие рефлексы, основанные на сладости от получения наград и горечи вкушения наказаний. Не будут бесплатно кормить три раза в день, выдавать одежду и укладывать спать. Теперь мне придётся самостоятельно решать эти и ещё множество других элементарных проблем, о которых я пока даже представления не имею. Перебрал все полученные и накопленные сведения, одновременно наслаждаясь внезапно обрушившейся на меня свободой.
Сон сморил меня уже много ближе к полновесному утру. Проспав почти до полудня, я плотно позавтракал. (Можно пару штрихов завтрака себаритаJ) Пока добирался в столичный космопорт, размышлял обо всём, что меня терзало ночью, и мне казалось, что я вполне мотивирован, контролирую себя, ситуацию и что пришло время выбрать место, где попробую самостоятельно обосноваться. Теперь мне не отвертеться. Почему-то последнюю пару лет я избегал размышлений на эту тему, прикрываясь для оправдания армейскими суевериями, занятостью, вообще чёрт знает чем…
Ну, вот и всё! Баста. Сколько не оттягивай, длинней точно не станет! Совершенно не ко времени вдруг вспомнил пошлую казарменную шутку. Вместо того, чтобы сесть в уголочке и подобрать новое место жительства, одиноко стою в центре зала вылета космопорта, густо заполненного суетящимися, непривычно одетыми, абсолютно чужими мне людьми. Так сказать, лицом к лицу с родиной!
Армейский баул, бесформенной кучей развалился у моих ног, словно уставший старый верный пёс. Мобильная патрульная группа космопортовских громил, одетых в лёгкие экзоскелетные бронекостюмы, тихо жужжа сервоприводами, лениво перебрасываясь словами, вальяжно продефилировала по протокольному маятниковому маршруту и в мою сторону даже не посмотрела. «Тоже мне, персона! - саркастически хмыкаю самому себе. - Кому на самом деле нужен древний, как окаменевшее дерьмо мамонта, сержант в видавшем виды комбезе Имперской звёздной пехоты?!»
Ещё секунду по инерции я провожал взглядом удаляющихся охранников. Вернуться к собственным проблемам мне помешало незначительное изменение в поведении космопортовских громил, замеченное краем глаза буквально в последний момент. Я обернулся, с интересом осматривая изменившуюся мизансцену огромного, шумного зала. Из-за непрозрачной перегородки слева вывалилась закованная в броню тяжеловооружённая пара сержантов военного патруля с офицером во главе. Бравые парни с грацией и повадками тираннозавра, эскортируемого парой рапторов, шли синхронно в ногу, сохраняя идеальный строй.
В задачи военного патруля входило в основном вылавливание отбившихся от стада, опьянённых воздухом обманчивой госпитальной свободы военнослужащих, по глупости и неопытности сбежавших в самоволку, не сумевших устоять перед сладкими соблазнами встреченных женщин, дури, спиртного, моря, солнца и желанной свободы. Выздоравливающие «герои» искренне считали своими эти лучшие имперские курорты, отстоящие от них всего в одном шаге.
Вполне довольный результатом, продемонстрированным отъезжающей и прибывающей публике, военный патруль двинулся в моём направлении. Разглядывая и оценивая слаженность действий, дисциплинированность, безупречно сидящую на них боевую сбрую и вооружение, я бы поостерёгся ставить на местных гражданских защитников. На фоне тройки военных, вышагивающей в мою сторону, космопортовские выглядели как дети, нарядившиеся в украденное у родителей обмундирование, которое венчала каска, набитая ватой кобура и сапоги.
Тем временем лейтенант, шедший чуть впереди, сканируя пространство и различив среди суеты красок знакомые цвета, жестом отдал команду на перестроение в боевой порядок. Раскрывшаяся на его плече док-станция выпустила на волю двух миниатюрных ботов-фальконов. Мешать я им не стал. Лечь мордой в пол и спустя какое-то время услышать дежурное: «Сэр, извините за доставленное неудобство» - только не сегодня! Отработав на мне весь обязательный проверочный цикл, убедившись, что сиротливо стоящий, уже отставной сержант не их клиент, сообщив об этом хозяину, они, как пчёлы, перепутавшие стог сена с медведем, шустро юркнули в уютный леток док-станции, и кавалькада, бряцая железом, бодро поскакала искать себе более подходящую добычу.
Любому, хоть немного знающему порядки в вооружённых силах, было понятно, что ежедневно происходящее в этих залах действо - отчасти ярмарочное шоу, затеянное с целью пощекотать нервы мажористым детям, субтильным дамочкам, жёнам и любовницам, сопровождающим толстосумов, политиков. Лишний раз дать им возможность самоутвердиться, почувствовать, сколь они значительны, и потому находятся под опекой и защитой крепких профессиональных красивых женщин, мужчин, парней и девчонок.
Я долго стоял, настороженно впитывая в себя эти необычные ощущения, излучаемые десятками новых людей, ежеминутно проходящих мимо меня, но уже бесцеремонно пробивающих насквозь иллюзорную, тонкую ткань-кожу едва народившейся гражданской жизни. Время от времени мягко омывая меня волнами, словно одиноко стоящий на песчаном берегу валун, накатывала очередная толпа отбывающих с курорта туристов, спешащих к посадочным гейтам. Мир же вокруг будто замер. Ещё час назад дело, казавшееся простым и очевидным, сейчас, когда надо принять окончательное решение, разумеется, в комплекте со всеми последствиями, казавшимися нерушимо-твёрдыми «куда?» и «зачем?», вдруг приняло вид информационной трясины. Она превратила «последний и решительный» шаг в вялое, неуверенное перетаптывание пожилого мальчика, наделавшего по-большому прямо в штаны и решающего, куда теперь лучше со всем этим пойти!
Словно угадав мои мысли, молчавшая уже целую вечность Карга, не преминула съехидничать:
- Что, сержант, неуютно себя чувствуешь, когда со всех сторон плотной стеной окружают не враги, а необъятная родина, мать её?!
- Ощущение, надо признаться, так себе, - тихо, под нос бубню ей.
Наконец решаюсь. Включаю, гружу, а затем, всматриваясь, в открытую моему взору голопанель наручного смарт-комма с развёрнутой на ней звёздной картой империи. Несмотря на все предыдущие приготовления, элементарно теряюсь. Все заготовленные доводы и прогнозы таяли, растворяясь, бесследно исчезали, словно мыльная пена под жарким курортным солнцем.
Из чёрного виртуального пространства на меня безмолвно смотрели почти четыре десятка звёздных систем. Каждая имела минимум три, иногда четыре или даже пять и более планет с бесчисленным количеством космических станций; научных, производственных, добывающих, деловых и развлекательных комплексов с миллиардами живущих на них и обслуживающих эту гигантскую кучу железа людей. За нынешнее решение, за доставку моего туловища к выбранной прямо сейчас точке рандеву последний раз заплатит имперская военная машина. Всё остальное «веселье» будет уже оплачиваться из собственного, по сегодняшним меркам, не такого уж набитого кармана, и стоит, пожалуй, хорошенько всё взвесить, прежде чем нажать на большую красную кнопку с начертанным на ней пунктом назначения. «Действительно, к чему эта спешка? Курорт! Деньги пока … - не успев закончить фразу, невольно сорвавшуюся с моих губ, я вдруг со всей отчётливостью ощутил, что подспудно жду приказа, что не хочу брать на себя ответственность за собственные решения. - Вот ведь! А я-то думал, что это ко мне не относится. Увы!» Что бы ты о себе сам ни думал, двадцать лет дрессировки никуда не денешь!
Неожиданно врываясь в моё сознание, подала голос Карга. Истерично, срываясь на фальцет, пискнула:
- Соберись, швабра! Купил мыло вместо сала, потрудись сожрать! Возможно, я разрешу тебе потом тихонечко поплакать, закрывшись в туалете!
- Тряпка, а не швабра, - машинально поправил я возбудившийся АИС.
- Тряпка - это человеческий штамп, а я стараюсь мыслить нестандартно!
- Сама ты швабра! Кстати, милая! Выведи-ка на экран вместо этой звёздной абракадабры список систем, подходящих нам, с учётом максимального количества критериев. Не забудь учесть данные, полученные от железнорукого повелителя чужих чумаданов. Уже готово?! Шустрая ты! Да, уж. Мест оказывается, не так много. Всего пять. Как будем выбирать?
- Считалочка, - выжав из голосового синтезатора контральто, пробасил АИС.
- Считалочка, говоришь?! Да не вопрос. Поехали!
Палец побежал по списку, вслед за словами считалочки.
- В роте новенький сержант,
Его с Земли направили!
Мало было нам дерьма!
Так ещё добавили!
Палец замер на Веге.
- Вега! - констатировал я. - Селена или Артемис? - спросил у Карги.
- Пусть будет Селена, - деловито прошамкала она.
"В конце концов почему бы и нет?! - с облегчением подумал я. - Последний подарок от вояк - оплаченный перелёт в любую точку освоенной человечеством вселенной, находящуюся в составе Империи или под ее протекторатом. "Меридиан транзит" - один из самых крупных и богатых операторов среди тех, кто делает деньги на межсистемных перевозках. Прямой рейс до Веги-Селены есть только у них».
- Ближайший рейс?!
- Через час с небольшим.
- Места?! – цепляясь за последнюю соломинку, поинтересовался я.
- Тоже не проблема. Специально для нас у них есть особенное предложение - бииизнессс–клааасссс!
«Бизнес-класс» она произнесла, растягивая гласные. Согласные же эта искусственная сволочь просто пытала. Иезуитски-медленно, словно тяжёлый каток, подминая, выдавливая из произносимых букв шипящие звуки томным, грудным голосом настолько громко, что на нас начали оглядываться проходящие мимо пассажиры. Моя скромная роль статиста в этой сцене подразумевала только одно - стандартную художественную армейскую композицию «Это не я!». Кстати, печально известный дуэт Гвоздя и Стекла после услышанного показался бы слушателям просто вершиной гармонии.
- Нет! - избавляясь от гримасы, перекосившей лицо, сквозь зубы произнёс я. - Губу закатай! ... хотя?! Попробуем, если будут свободные места, кинем сотню-полторы стюардессе и …
Первый раз в жизни полечу на «Дженезисе». Сорок посадочных мест, восемь членов экипажа. Ребята из «Крузейдер Индастриз» поработали на славу, создав это восьмидесятипятиметровое чудо техники. После идентификации в регистрационном шлюзе скормил свой объёмный армейский баул в открывшийся беззубый провал ленточного транспортёра.Системный интерфейс аэропорта лицом миловидной служащей ненавязчиво сообщил мне о превышении весовой нормы бесплатного провоза и запросил разрешения на списание средств с моего счёта для покрытия разницы. «Можно подумать, у меня есть выбор».
Мило обнажив в улыбке свои виртуальные зубы, интерфейс пожелал мне счастливого пути, открывая проход в зал ожидания и пригласив посетить магазины торговой системы «Спэйс Фри». Сам не знаю зачем, залез на сайт перевозчика посмотреть цену билетов оттуда. От удивления чуть было не присвистнул. Цена оттуда сюда была в два раза выше. Информация несколько смутила, но я совершенно не намерен менять принятое решение.
Почти не заметив короткий перелёт до орбитального космопорта, поднявшись на борт и с комфортом устроившись в кресле чудо-лайнера, подумал о том, что была, конечно, и альтернативка. Например, можно было на полученную пенсию где-нибудь во фронтире, на отсталой аграрной планете, заливаясь дешёвым алкоголем, смотреть бесконечный сериал с названием «На дне бутылки, или Я и ватная Белочка», либо принять участие в программе «Удобный мир».
Вот о ней стоит рассказать, чуть подробнее. Хочу сразу предупредить читателя, что моя оценка этого явления, вероятно, несколько эмоциональна, поскольку напрямую связана с воспоминаниями о потерянном друге.

Наука. Власть. Общество. Трансгуманизм. Программа «Альтернатива» или «Идите ко мне бандерлоги».

Программа «Альтернатива», давшая части человечества на заре своего развития возможность интегрироваться в цифровую реальность, теперь переименована в ненавязчиво-убаюкивающий «Удобный мир» и выглядит, на первый взгляд, невинно и вполне гуманно. Сначала перенаселённая Земля, а затем и постепенно осваиваемая людьми Солнечная система требовали новых подходов для решения вопросов о качестве жизни и занятости быстро растущего населения. Граждане, выполняющие работу курьеров, почтальонов, машинистов поездов, водителей автотранспорта, младшего медперсонала и ещё нескольких десятков распространённых профессий в экономике новой эры, тотально автоматизированной и роботизированной, оказались лишними. Однако неожиданным образом минус стал превращаться в плюс. Люди, используя возможности глобальной информационной сети, стали учиться друг у друга, активно перенимая знания и опыт. Часто с помощью программно-аппаратных средств «дополненной реальности» самостоятельно осваивались новые профессии, открывались «окна и двери» новых возможностей, для чего использовались преимущества, предоставляемые всё теми же злосчастными роботизацией и автоматизацией, безжалостно отнимавших у них работу и средства к существованию. Начавшие набирать силу мульти-специализация, индивидуализация и самодостаточность, вкупе с постоянно расширяющимся ареалом обитания, грозили потерей управляемости существующим финансово-промышленным группам, создавали серьёзную угрозу для устраивавшего их миропорядка, тем самым увеличивали опасность появления неконтролируемых сообществ, успешно перешедших границу технологической сингулярности.

Примечание. Технологическая сингулярность – точка перехода, момент качественных изменений в развитии технического прогресса. Когда он становится настолько технологичным, сложным и быстрым, что перестаёт пониматься привычными средствами и методами. Один из возможных вариантов – синергитический, конкурентный биоэлектронный симбиоз: объединение скоростей, вычислительных объёмов, способов обработки данных человеческим и искусственным интеллектами с созидательной вариативностью, интуитивностью, а так же гибкостью человеческого сознания, дополненного и улучшенного масштабируемой архитектурой машинных алгоритмов.

«Не можешь контролировать – возглавь!» Именно этот принцип стал главным при разработке грандиозного проекта под названием «Альтернатива». Вам нужна безопасная экспансия?! У вас нет работы, денег и здоровья?! Нет проблем! Мы всего лишь заберём ваш никчёмный социальный минимум. Что взамен?! - Добро пожаловать в безграничную цифровую реальность! Она создана как программно-аппаратная экосистема, имеющая все необходимые для успешного функционирования уровни: и онтологический, и психологический, и социальный, и экономический.
Итак, пресекая на корню возможную катастрофу, населению Солнечной системы, по большей части всё ещё дезориентированному и не вкусившему в полной мере плоды свободы, было предложено простое решение всех проблем – цифровое пространство новых равных возможностей - «Альтернатива». Земля обетованная.
Поначалу программа не навязывалась свободным гражданам Империи. Тщательно замаскированная под одну из ветвей воплощения идей трансгуманизма, объясняющего необходимость частичного или полного слияния тела и разума человека с конвергентами в виде продуктов нано-, био-, когнитивных и прочих технологий при помощи стремительно развивающейся науки «Альтернатива» уверенно завоёвывала себе симпатии в умах и душах людей. Фасад, предлагаемого гражданам Империи гигантского здания торжества науки, высоких технологий, гуманизма выглядел весьма привлекательно. Однако о «грязном белье», как обычно, предпочитали стыдливо умалчивать.
Финансово-промышленная элита при помощи новообретённого инструмента упорно продолжала навязывать человеческой популяции идеологию искусственного отбора, построенного на биологических принципах крови. В основе этого принципа отбора лежит примитивный принцип родственного наследования финансовых и прочих высоколиквидных ресурсов внутри замкнутых групп аристократии, создавшей несколько ненавязчивых надгосударственных образований. Жестоко враждуя между собой, они, вовремя почувствовав угрозу своему существованию, объединились с целью сохранения архаичного, удобного им миропорядка. Раньше для достижения своих целей они использовали довольно неуклюжие и грязные инструменты. В основном сначала с помощью собственных спецслужб заботливо организовывали и тайно финансировали, а затем успешно раскрывали разветвлённые, активно действующие террористические движения и организации. Еще в их арсенале были спровоцированные военные конфликты различного масштаба: по религиозным, национальным, расовым мотивам. Они хорошо вписывались в реализуемую схему. С помощью продажных и полезных идиотов можно время от времени заботливо подливать в тлеющее пламя конфликтов легко воспламеняющиеся смеси на основе патриотизма и ненависти ко всему «чужому». Широкие технические возможности вполне позволяли кукловодам работать как по площадям, так и точечно доносить информационно-пропагандистское топливо для разжигания конфликтов в самых отдалённых уголках пространства, освоенного человечеством. Очаги контролируемого хаоса, неожиданно возникнув, сгорали дотла, попутно уничтожая всё, что находилось вокруг, обязательно направляя общественное мнение и ресурсы к «правильным» решениям. Однако всё имеет конец. С возникновением глобальных информационных сетей, плотно опутавших Землю, со всеми плюсами и минусами этого явления, был наконец достигнут чрезвычайно низкий порог информационной и коммуникационной доступности. Старые методы начали быстро терять эффективность - на смену им пришла «Альтернатива».
Выстраиваемая веками система сдержек и противовесов, увы, в очередной раз не справилась. Были ли готовы учёные, философы, журналисты и правозащитники возложить на свои плечи груз организационной, морально-этической и административно-хозяйственной ответственности? Вся предыдущая история Земной цивилизации свидетельствовала, что им это никогда не удавалось. И этот раз, увы, не был исключением.
Наука! Вот, что обеспечивает нас технологиями и созданной с их помощью техникой. Власть же, уставая играть в демократию, каждый раз придумывает один и тот же безотказный рецепт готового к быстрому употреблению фаст-фуда, основой которого является начинка из смеси острой теологии и мясистой идеологии. Помещённая в хрустящую, румяную булку популярной лженауки, она преподносится публике как вожделенный деликатес. Всем хорош приготовленный властью продукт, но боится одного - критического мышления.
«Отлично, вот и противоядие!» – скажете вы. И будете, к сожалению, не правы. Где, на Ваш, возможно, неискушённый взгляд, должно воспитываться это пресловутое критическое мышление? Разумеется: в высшем учебном заведении. Но! Много ли вы знаете учебных заведений, возглавляемых настоящими учёными?
В общем, всё получилось как всегда. Большая часть научно-технического сообщества, стыдливо потупив глаза, взяла деньги, обслужив финансово-промышленную элиту и её ручных собачек-политиков.
Появившееся на свет совместное детище, хлопая огромными пластиковыми глазами миллиардов экранов всевозможных гаджетов, приветливо гугукало будущим неофитам: «Хотите осуществить все свои мечты с максимальным комфортом?! Добро пожаловать в наши виртуальные миры! Вот вам «Альтернатива»! Берите. Две главных мечты человечества: экспансия и комфортабельное «квази-бессмертие» - наконец у ваших ног! Ваша проблема решена. Теперь всем будет хорошо. Славься новая рукотворная цифровая Вселенная, поющая осанну био-евгенике. Отныне и навсегда пусть здравствуют и торжествуют три легкодоступных, неиссякаемых и вечно-желанных источника: Еда, Секс, Доминирование».
Ржавчина критики мгновенно замазывается жирным слоем краски бравурных отчётов и бодрых реляций имперских чиновников. Сверкающим звездопадом сыплются с бездонных имперских небес награды. На персональных счетах, звеня нулями, размножаются большие числа, прямые потомки грантов и премий.
Кажется, всё и в самом деле неплохо?! Наконец-то наступила эра гуманизма. По мере совершенствования программно-аппаратных технологий, касающихся производства капсул виртуальной реальности, получали «второй шанс» душевнобольные: отныне никакой карательной психиатрии. Люди с неизлечимыми заболеваниями и тяжёлыми патологиями, включая получивших травмы и не имеющих средств на дорогостоящее протезирование органов и конечностей, добро пожаловать в полнофункциональные цифровые тела без изъянов. Заново обретая утерянные в реальной жизни возможности, обучаясь новым видам деятельности, они становились в виртуальной среде актёрами, преподавателями, дикторами новостных каналов, ведущими ток-шоу, адвокатами, мелкими чиновниками и служащими. Гомосексуальным парам, бездетным мужчинам, женщинам в случае финансовой несостоятельности бесплатно дарили возможность виртуального отцовства и материнства. Неважно, кто ты в цифровой реальности! Хочешь быть кровавым императором или просто плохим парнем?! Выбирай соответствующий мир и реализуй себя. Зачем нам программные «боты» в играх?! Людей, желающих перевоплотиться, при «правильном» подходе, достаточно, чтобы свести присутствие искусственного интеллекта к минимуму. Так называемым «лишним» людям предложили новую роль: развлекать развлекаясь. Фантастически разнообразная вариативность вкупе с неограниченными возможностями!
«Цифра» наступает. К группам, участвующим в этой программе, решили добавить граждан, преступивших закон. Вопрос был вынесен на всеобщее обсуждение. Правильно сформулированный главный лозунг «Перевоспитание, защита, предотвращение, исправление без насилия и самоуправства», агитационная компания привели к добавлению заключённых в программу.
Заранее подготовленное имперское гражданское общество довольно легко повелось на россказни правоохранительных структур, продажных политиков, различных медийных фигур, актёров и прикормленных Империей учёных, обещавших не только гуманизацию пенитенциарной системы, но и семидесятипроцентную экономию средств, выделяемых на её содержание, даже с учётом предстоящих вложений. Исподволь, по мере того, как снижалась стоимость производства и обслуживания системы виртуальной жизни, повышалась стоимость реальной.
Созданная и внедряемая имперскими службами программа интродуцирования в цифровую реальность, как показалось сначала, решила наконец проблемы безработицы, всеобщего медицинского обеспечения, образования, борьбы с преступностью, наркоманией, алкоголизмом, радикально уменьшило количество самоубийств. С улиц городов исчезли калеки и бездомные. В перенаселённых мегаполисах стали всё больше появляться подвергнутые реновации высотки, заполненные вместо квартир ячейками, оборудованными устройствами длительного погружения в виртуальную реальность. Следом появились огромные подземные хранилища. Вместо опустевших, никому не нужных небоскрёбов, на дорогостоящих земельных участках стали строиться роскошные виллы, высаживаться частные парки. Разумеется, никто не говорил об обязательности участия в программе, но теперь, если человек не мог оплатить своё существование в реальном мире или каким-либо образом нарушал закон, он попадал под действие программы «Альтернатива».
После открытия «кротовых нор» имперские чиновники объявили «Альтернативу» панацеей. В первую очередь, программа боролась с перенаселённостью, бедностью. Обеспечивала получение образования и занятость неквалифицированного населения, возвращала инвалидов к полноценной социальной жизни. После ряда преобразований и принятых сенатом законов для любого гражданина Империи, ставшего частью программы, голосование по всем значимым политическим и социальным вопросам было обязательным.
В некоторых звёздных системах, освоенных человечеством, количество клиентов программы «Альтернатива» достигает практического максимума - сорока девяти процентов от общего числа зарегистрированных и проживающих в системе граждан Империи, обладающих избирательным правом.
Империя не является монополистом по организации и предоставлению комплекса услуг по программе «Альтернатива». Однако фактически только подконтрольные ей структуры осуществляют продажу концессионных соглашений на данный вид деятельности.
Люди - всегда люди. Инфраструктура и цифровое пространство в процессе заселения быстро наполнялись и осваивались представителями криминального сообщества, усердно и небезуспешно искавшего в нём свои ниши. Расследованиями преступлений, имеющих отношение к данному виду деятельности, стало заниматься специальное подразделение ФБР.
Триумфально шагая по просторам Империи, программа не имела успеха в системах с небольшой плотностью населения и невысоким уровнем развития и в мирах, граничащих с нелояльными Империи зонами космического пространства. Если точнее: она просто провалилась, даже несмотря на то, что новым участникам, вошедшим в нее, предлагали беспрецедентные льготы и бонусы.
В последние два с половиной десятилетия заметное влияние на доступность программы и ее популяризацию оказал один из немногих, но очень заметный в медийном пространстве Империи фронт-мэнов программы "Удобный мир" - Сталекс Иудин. В молодости он был всего лишь мелким клерком в Министерстве образования. Под его руководством группой высших имперских чиновников и экспертов была разработана новая концепция длительного интродуцирования граждан любого возраста в цифровую среду для временного или постоянного проживания. В частности, он от лица группы законодателей и экспертов именно он предложил на рассмотрение Сенату законопроект, который затем успешно провёл, тщательно соблюдая все бюрократические процедуры, внося некоторые преобразования.
Были сняты обязательные возрастные, временные, социальные и физические показания для помещения людей в капсулы ВР длительного погружения. К списку новаций добавлялось охраняемое Имперским законодательством полное право собственности на виртуальное движимое и недвижимое имущество. Были приравнены браки, заключённые между людьми, пожизненно помещёнными в капсулы виртуальной реальности, к бракам, заключаемым по стандартной процедуре. Было законодательно утверждено единое финансовое пространство, стирающее границы между реальным и цифровым мирами. То же касалось искусственного зачатия и рождения детей, наследования имущества и прочего, требующего урегулирования с помощью закона.
Де-факто это означало, что границы между реальным и виртуальным более не существует. Практически полностью переработанная программа, с лёгкой руки Иудина, получила вторую жизнь и новое, ласкающее слух название «Удобный мир» (Comfortable world).
Можно ли было выйти из программы? Формально - да. «Внутри» с большой помпой проводились различные лотереи и конкурсы, в которых разыгрывались путёвки в обеспеченную реальность. Ещё можно было заработать достаточно средств, участвуя в социально значимых проектах.
Наверное, обычному, среднестатистическому человеку можно было выйти… Однако я за всю жизнь встретил только одного вернувшегося. Ивана.
Ещё одним безусловным исключением из общего правила были те, кто соглашался пройти длительную виртуальную военную подготовку, а затем подняться из капсулы для участия в реальных военных действиях. Этих система откармливала на съедение имперским профессиональным военным псам, всегда голодным и нуждающимся в «мясе». Вот этого «мяса» за свою жизнь я перевидал немало в силу его высокой естественной ротации. А чего вы собственно хотите от ребят, мечтающих проснуться в Валгалле?! Что же касается Ивана, то он точно не был одним из них. Но его история индивидуальна и требует отдельного подробного рассказа.
Как у любого глобального социо-культурного явления, у программы «Удобный мир», естественно, были и противники. Ещё на заре развития программы нашлись люди, понимающие, что предлагаемые неограниченные возможности для самореализации - просто бегство от реальности, лишённой социальных лифтов. Банальный обмен личной ответственности на стопроцентный контроль и лояльность существующей несменяемой власти. Были приняты меры для организации сопротивления. «Церебральный сортинг», предложенный в качестве основы эволюционного отбора ещё в начале двадцать первого века русским учёным-палеоневрологом профессором С. Савельевым, встал колом в горле у всемогущих представителей био-евгеники. Направление, впоследствии объявленное экстремистским, имеет в нынешней Империи массу горячих сторонников и последователей, в том числе среди простых граждан, военных, учёных, бизнесменов и части политиков. Но об этом, может быть, позже.
***
Прошло более двадцати лет с тех пор, как я самым идиотским из всех возможных способов стал мизерной частью, пылинкой огромной раскалённой пустыни, носящей пафосное название «Вооружённые силы Земной Империи», превратившись в путника, покидающего уютный оазис, наполненный водой и мягким, тёплым светом. Впереди пустыня, но я молод, глуп, здоров, самоуверен и бодр. Степенно, с методичностью бездушного автомата армейская железная система сначала выжигает индивидуальность, затем иссушает душу. Всё, что от тебя требуют, так это просто, не задавая вопросов, исполнять чужие приказы. Никаких «зачем?», «почему?», «кому это нужно?».
Не скажу обо всех (я этого не знаю), но многие из тех, с кем я знаком, демобилизовавшись, изменив условия жизни, профессию, социальное окружение, не в состоянии были изменить настоящую, истинную реальность - живую, развивающуюся, растущую и умирающую внутри нас. Они словно аватары, бездушные тела, продолжают по-прежнему раболепно нести в окружающий их большой мир вбитую в них десятилетиями службы мёртвую матрицу милитаристской имперской реальности, заменившей им душу и ум.
Сколько же я их перевидал! Надравшись, как правило, за чужой счёт, эти «ветераны» начинают рассказывать о патриотизме, долге, величии Империи, которые до сих пор держатся исключительно на их широких плечах, или о том, как они в одиночку разбивали армады вандуулов и готовы хоть сейчас идти и ставить на колени целые миры Ши”Ан. Им всё равно кого убивать. Их девиз - «Воюем до последнего солдата». Они отлично знают, как начать войну, но ни один из них не может грамотно и доказательно ответить на простой вопрос, как её завершить, если «стойкие оловянные солдатики» быстрее закончились не у твоих врагов, а у тебя.
Вот кого незамедлительно надо класть в капсулы, но, увы, только не во фронтире. В случае нападения у мира, нуждающегося в защите, не будет времени на физическую реабилитацию этих моральных уродов, а они - доступный и почти бесплатный корм для жадного пламени войны, прошлой, нынешней или грядущей.
***
Кто-то, дочитав эту главу до конца, всё же задастся вопросом: почему я, демобилизовавшись, не выбрал бездумное забытьё «Удобного мира».
Может, потому, что благодаря Ивану я точно знал, что это такое на самом деле?!
Если бы сейчас мой ответ слышал Иван, он бы, широко улыбнувшись своей доброй, обезоруживающей улыбкой, обязательно повторил фразу одного из приглянувшихся ему героев бессмертного писательского тандема Алейхема-Горина: «Не берите с нас, евреев, дурной пример, не отвечайте вопросом на вопрос!»






Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 23
Опубликовано: 07.01.2018 в 06:08






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1