Туманный город. Глава 9


Найти свою мечту ты должен постараться.
Готов ли для неё на край земли пойти?
И, кстати, отчего придётся отказаться,
Чем можешь пренебречь, что в жертву принести?
Важней что для тебя, какое предпочтенье -
Мораль или, скорей, желание твоё?
И если первое ты выбрал без сомненья,
Тогда мечте не быть, забудь же про неё!

На следующее утро мы чуть ли не впервые собрались всей труппой в гостиной «Тысячелетнего дуба» для совместного завтрака (за исключением Фрэнка, который предпочитал питаться в одиночку). Печальные и усталые после бессонной ночи пришли даже дядя Густав и тётя Августа. Тем не менее особого аппетита ни у кого не наблюдалось.
Отсутствие новостей о Ребекке и бездействие полиции негативно влияли на всех. Из-за концертной деятельности мы не привыкли долго оставаться на одном месте. Два прошедших дня артисты бесцельно слонялись по гостинице или гуляли по городу. Да, порой у нас случались перерывы, но тогда дядя Октавиус использовал свободное время для разучивания и постановки новых номеров. Сейчас же, в условиях неопределённости, об этом и речи не могло идти. Накануне вечером Марк ненавязчиво предложил позаниматься по учебнику математикой, но я отвергла скучное занятие. К счастью, он не настаивал, как обычно.
Я вяло смотрела на безвкусный омлет в тарелке. Есть мне не хотелось, а просто так уйти из-за стола, пока все в сборе, было неприлично. Розамунда, сидевшая рядом, посмотрела на меня и тихонько попросила:
– Пожалуйста, съешь всё.
Не имея сейчас желания спорить, я без энтузиазма начала ковыряться в тарелке вилкой и вспомнила Ребекку. Интересно, как кормят её похитители? Или они морят бедняжку голодом? Мысль об этом ужаснула меня, и я быстро прикончила свою порцию.
Всеобщее молчание нарушил Клаус:
– Дядя, как ты думаешь, мы надолго застряли здесь?
Одетта и Эмилио сразу одёрнули сына и что-то начали шептать на ухо, каждый со своей стороны. Остальные артисты устремили взор на дядю Октавиуса. Тот как будто и не слышал вопроса и так же продолжал завтракать. Однако через несколько секунд всё-таки высказался:
– Этого никто не знает. Каждое мгновение мы ждём известий от констебля. Давайте сохранять надежду, что полиция найдёт Ребекку. Потом есть призрачный шанс, что ей самой удастся убежать от преступника. Ведь она известна как смелая и отважная девушка. Разве Ребекка смирилась бы с неволей?
Наступила абсолютная тишина. Все не только перестали есть, но и, кажется, дышать. Дядя встал из-за стола и оглядел присутствующих:
– Любой из вас мог оказаться в подобной ситуации. Как бы вы себя чувствовали, если знали, что семья бросила вас и уехала?
Он стукнул кулаком по столу. Я аж вздрогнула от неожиданности.
– Застряли. Да, застряли! – разгорячился дядя Октавиус. – Мы, Конрои, не бросаем своих в беде.
С этими словами он выдернул из-под воротника салфетку и бросил её на стол, а затем поспешно ушёл к себе. Мы так испугались вспышки его гнева, что ещё долго сидели за столом тихо и не решались заговорить. Но потом всё же продолжили нашу скромную трапезу.
Тут я увидела спускающегося по лестнице Гарольда. На нём была надета верхняя одежда – он явно собирался куда-то на улицу. Взяв пустую тарелку и, давая понять своим поведением, что закончила завтрак, я поспешно отнесла её на кухню и подбежала к молодому человеку. Он как раз поздоровался с присутствующими и намеревался уходить.
– Здравствуйте! – подскочила я к нему вся в радостном настроении от очередной встречи.
– Изабелла, – смутился Гарольд. – Откуда в тебе такое количество энергии в раннее время?
Как выяснилось, он сам с трудом вставал по утрам. Зато, в отличие от меня, с лёгкостью мог работать вечером и по ночам.
– Новый день, – развела я руками и улыбнулась. – Новые события, новые впечатления…
– О да, новые события, – горько усмехнулся он. – Нет, уж извольте. Мне вчерашних хватило сполна.
– Как твоё самочувствие? – сразу же спохватилась я.
Гарольд похлопал себя по животу и груди:
– Вроде, пока ещё всё держится на месте. Некогда хворать!
– Куда ты направляешься? – бесхитростно полюбопытствовала я.
Он покачал головой:
– Твоя любознательность превосходит все человеческие границы.
В знак согласия я одобрительно кивнула. Вообще-то, в каком-то смысле мы были сообщниками, а они всегда делятся планами между собой.
– Первым делом я собирался позавтракать, – он махнул рукой в сторону гостиной, – так как у меня нет огромной семьи, подкармливающей в любое время суток. Потом собирался сходить в госпиталь на перевязку. Далее – встретиться с Вергилием, чтобы потренироваться в борьбе, потому как, скажем, недавние происшествия показали, что мне нужно уметь постоять за себя и окружающих прекрасных дам.
Изо всех сил я старалась не расплыться в улыбке. Ведь «прекрасная дама» – это про меня, да? А ещё так хотелось сделать ему перевязку самой. Но Гарольд не попросил, а мне было неловко навязываться в столь деликатном вопросе.
– Затем намеревался снова нанести визит Эндрюсу, – не замечая этого, продолжал он. – Нам нужно посовещаться и придумывать новые меры по поиску девушек, раз старые не приносят результаты. К тому же хочу узнать, есть ли новости о моём пропавшем кучере Пауле. Вдруг, тот каким-то образом вернулся и сможет дать показания против нападавших.
– Сколько всего интересного! – воскликнула я. – Пожалуйста, возьми меня с собой. Всей труппе нечем заняться. Я одна умру здесь от скуки.
– Прям-таки и умрёшь, – не поверил Гарольд.
– Умру-умру, – пообещала я, – и моя гибель будет на твоей совести.
Молодой человек стоял в нерешительности. То ли он не хотел брать меня, потому что ему не особо нравилось моё общество, то ли потому, что опасался подвергать риску в нахождении рядом с ним. Если бы Гарольд знал, что когда мы вдвоём, мне ничего не страшно!
– Хорошо, – наконец, вздохнув, сказал он. – Так и быть, я могу взять тебя с собой на завтрак в кофейню. При одном условии – твои родители не станут возражать.
– Конечно, не станут, – без раздумий подтвердила я.
– Будет лучше, если ты всё-таки у них спросишь, – настоял молодой человек. – Чтобы моя совесть пребывала в спокойствии.
Взглянув на него с укором, я отправилась к Розамунде. Хотя она убирала посуду со стола, краем глаза мама наблюдала за нами.
– Гарольд идёт в кофейню позавтракать. Можно с ним? – попросилась я.
– Ты же недавно поела, – недовольно возразила она. – У нас нет лишних денег, чтобы тратить их на пирожные.
– Пожалуйста, – взмолилась я. – Не собираюсь ничего заказывать. Просто посижу за компанию. Здесь совсем нечего делать. Ты хочешь, чтобы я находилась тут в замкнутом пространстве и думала о несчастной Ребекке?
– Ладно, иди, – согласилась Розамунда. – Только ненадолго. Чтобы к обеду вернулась!
– Всепренепременно, – крикнула я, убегая в номер за накидкой.
Однако внутри комнатки предстояли дела поважнее. Я уселась перед окном, вытащила ларец с девичьими принадлежностями и стала приводить себя в порядок. Ведь в начале дня и я представить не могла, что проведу время с Гарольдом в городе. Мне обязательно нужно было быть на высоте, чтобы не подвести его.
Зеркальце обладало небольшим обзором, но я постаралась красиво зачесать волосы назад и скрепила их изящной заколкой. В уши продела милые серёжки с топазами – подарок родителей на прошлый день рождения. Припудрив появившиеся некстати веснушки, я не совсем осталась довольна своим видом, но пришлось смириться и поспешить обратно. Моё сердце учащённо билось в радостном предвкушении приятного времяпрепровождения.
Гарольд по-джентльменски открыл дверь, и мы вышли на улицу. Стоял прекрасный солнечный день. Лёгкий морозец сковал тонким льдом лужи, и я весело пробежалась по нему, с треском пробивая природное стекло каблучком.
– Изабелла, какой же ты ещё ребенок, – усмехнулся Гарольд.
Почему одного необдуманного действия достаточно, чтобы разрушить репутацию взрослого человека?! Я не стала спорить и просто показала язык.
Кофейня находилась в двух кварталах от нашей гостиницы. Я уже несколько раз проходила мимо неё, но снаружи она выглядела так респектабельно, что мне даже было боязно заглянуть внутрь сквозь окна.
Пожилой швейцар в изысканной униформе запустил нас, а молодой официант провёл вглубь помещения. Мы оказались в уютном зале, оформленном в довольно минималистском стиле: покрашенные в бежевый цвет стены, маленькие металлические столики и стулья. В этот час в кофейне почему-то находилось мало посетителей.
– Где бы вы хотели сидеть? – поинтересовался официант у Гарольда.
Тот перевёл взгляд на меня:
– Что скажешь?
– Давай около окна, – предложила я.
Мы стали протискиваться через мебель, расположенную чуть ли не впритык друг к другу. Мне было непонятно, зачем ставить её так близко, если в заведении нет толп народа.
– Вот ведь проклятие! – не смогла сдержаться я, застряв полой своего совсем не пышного платья между ножками стульев, рядом с которыми пробиралась. – Кто здесь всё так понаставил?
Гарольд помог отдёрнуть платье и заметил:
– В столице так почти везде, это является признаком элитарности заведения.
Ну ладно. Хотя лично я предпочитала большие свободные пространства, где есть куда развернуться, и при этом ты не задеваешь локтем соседа.
– Что ты будешь? – спросил мой спутник, когда мы уселись за столик.
– Ничего, я уже позавтракала, – поспешно заверила его я.
– И чем, позволь полюбопытствовать?
Мне как-то было неловко говорить о нашей бесхитростной пище, да ещё в присутствии официанта, поэтому я выразилась максимально уклончиво:
– Свежими продуктами с ближайшей фермы.
Гарольд поёжился и обратился к юноше:
– Пожалуйста, принесите нам два кофе с корицей, мне сэндвич с беконом, а девушке – ваше лучшее пирожное. И сегодняшний «Городской листок».
Когда служащий кофейни ушёл, я наклонилась к нему через столик:
– Правда, я не голодна.
Он лишь молча сочувственно покачал головой. В тот же миг ему подали «Городской листок» – периодическое издание, состоящее, согласно названию, из двух страниц на одном листке. Газета издавалась во всех крупных городах и публиковала важные новости из разных уголков королевства, официальные указы, а также местную информацию.
– Вот уж не думала, что и здесь есть свой «Листок», – призналась я.
Гарольд хотел начать чтение, но выглянул из-за него, чтобы ответить:
– Вообще-то Туманный город – достаточно большой, и это издание выпускается давно.
От нечего делать я начала сворачивать и разворачивать салфетку:
– Тут ужасный климат. Зачем нужно было строить город в таком месте?
Мой спутник опустил газету и нахмурился:
– Строительство города в этом регионе требовалось по стратегическим причинам. Ты же знаешь, что он соседствует с Чёрными землями.
Не успел молодой человек снова углубиться в чтение, как у меня возник новый вопрос:
– Может быть, похищения связаны с их обитателями? Ведь от них можно всего ожидать…
Гарольд резко прервал мою речь:
– Совершенно исключено. На границе стоит надёжная охрана. И потом, если бы это было их рук дело – неужто они бы ограничились тремя девушками за месяц? Давай поговорим на данную тему как-нибудь в следующий раз. Могу я всё-таки почитать новости?
Я обиделась и замолчала. Мне так хотелось поговорить с Гарольдом хоть о чём-нибудь, узнать его получше. А он взял меня в кофейню, чтобы самому читать газету.
Принесли еду и кофе. Пирожное представляло собой красивое безе, политое тонкими струйками карамели. Желая показать, как я расстроена невниманием своего компаньона, я разломала его ложечкой и демонстративно отвернулась к окну.
Наконец, молодой человек отложил "Листок" и приступил к завтраку, как ни в чём не бывало. Я по-прежнему хранила гробовое молчание.
– Что-то не так? – спросил Гарольд, указав на пирожное.
– Всё так, – безразлично сказала я.
Молодой человек удивился, но не произнёс ни звука. Таким образом мы и сидели, непонятые друг другом.
– Прочитал что-то интересное? – в итоге не выдержала я.
– Ничего такого, что бы повлияло на расследование, – ответил Гарольд, заканчивая трапезу. – К счастью, похищения девушек не происходят в соседних городах. Так что преступление до сих пор остаётся локальным.
– О них могут умалчивать, разве нет? – скептически проронила я.
– Могут, – согласился он, – однако по моим каналам достоверная информация всё равно бы дошла рано или поздно.
Я продолжала ковыряться в пирожном, хотя потом решила его попробовать. Оно оказалось чрезвычайно вкусным! Но вот остывший кофе превратился в мерзость.
Гарольд неодобрительно смотрел на меня и лишь громко вздыхал. Мне кажется, я уже научилась читать его мысли. Сейчас, например, он явно думал о том, что я ещё слишком мала для того, чтобы быть с ним парой.
Подошедшему официанту Гарольд оставил в два раза больше денег, чем следовало по счёту. Я удивилась этому, ведь, что уж говорить, мы привыкли экономить каждый валлорий. Видимо, для моего спутника подобная сумма являлась мелочью.
Когда мы вышли из кофейни я нетерпящим возражений голосом заявила, что провожу его до госпиталя. Гарольд не стал брать экипаж, так как хотел прогуляться после завтрака. И мы отправились в больницу пешком.
– Кстати, давай зайдём сюда, – молодой человек показал на маленькую лавочку на первом этаже невысокого здания.
Невзрачная вывеска информировала о том, что здесь находилась аптека. Едва мы открыли входную дверь, тоненьким голосом зазвенел колокольчик.
– Мне нужно купить новую трость, – пропуская меня вперёд, объяснил Гарольд.
Мы оказались в просторном светлом помещении, где кроме нас никого не находилось. Мой нос сразу же ощутил химический запах, характерный только для подобных заведений. По всем трём сторонам комнаты размещались закрытые стенды, за их стеклом скрывались разнообразные баночки, тюбики и коробочки.
На противоположной стороне от входа находился широкий прилавок, за которым располагался аптекарь. Это был седой высокий мужчина в белом халате. Он взвешивал на весах порошки желтоватого цвета и фасовал их в пакетики.
– Чем могу служить? – сухо спросил аптекарь.
– Добрый день, – подчёркнуто вежливо обратился к нему Гарольд. – Подскажите, имеются ли у вас трости для ходьбы?
– Есть несколько, – ответил мужчина и нагнувшись под прилавок вытащил пару экземпляров.
Следователь поочерёдно взял их в руки, повертел, пристально разглядывая, и попробовал пройтись. Но приспособления чем-то ему не подошли.
– Они немного длиннее, чем нужно. Есть ли покороче?
– Не уверен, сейчас посмотрю в подсобке, – равнодушно сказал аптекарь и отлучился.
Когда он ушёл, Гарольд вздохнул и начал объяснять:
– Безусловно, хорошие трости не покупаются просто так. Их делают специально, ориентируясь на рост и вес владельца.
– Почему бы не заказать её здесь? – робко заметила я.
– Ты что! – печально отреагировал мой спутник. – Здесь, в захолустье? Даже если так, придётся ждать не меньше недели. Ах, какая у меня была замечательная трость раньше…
Честно говоря, я не придавала ей значения и с трудом помнила, что в ней такого особенного. Догадавшись, о чём я думаю, Гарольд решил просветить меня об уже безвозвратно утерянной вещи.
– Её делал самый лучший плотник столицы, – мечтательно начал вспоминать он. – Основа состояла из редкого змеиного дерева, растущего в южных лесах. Янтарный набалдашник был выполнен в форме головы орла. Что уж говорить про мою именную серебряную гравировку…
Гарольд тяжело вздохнул. Я же поразилась - столько всего в обычной палке для ходьбы?
– Эх, тогда нам следовало её забрать. Мы совсем забыли про трость в суматохе. Вдруг ещё можно было бы починить, – предположила я.
– Конечно, нет. Трость уже не подлежала восстановлению, – махнул рукой Гарольд. – Да и потом, я не хотел бы использовать её, ведь она постоянно напоминала бы мне о том дурацком инциденте.
В этот момент вернулся аптекарь и сообщил, что других приспособлений для ходьбы у него сейчас нет. Гарольду пришлось приобрести один из неудобных экземпляров.
– По крайней мере, лучше, чем ничего, – пытался он приободрить себя, приноравливаясь к покупке, когда мы вышли на улицу.
При выходе мой взор задержался на внутренней стороне таблички, висевшей на стеклянной двери. После часов работы заведения там указывалось имя аптекаря.
– Его зовут Эдриан Фош, – заговорщически прошептала я Гарольду уже на улице. – Неужто ты не помнишь?
– Нет, – удивился молодой человек. – Я не нуждался в лекарствах. Почему ты спрашиваешь?
– Причём тут лекарства! – не выдержала я. – Судя по всему, это отец Минервы Фош, пропавшей девушки. Разве тебе не следовало поговорить с родственниками?
Гарольд остановился и молча смотрел на меня. Ему нечего было сказать в оправдание.
– Лично я не разговаривал с ним, – тихо признался он. – Насколько помню, он живёт в другом доме и не находился рядом в момент похищения дочери. Поэтому я лишь ознакомился с его показаниями в отчёте Эндрюса.
– Но ведь констебль мог упустить что-либо, а отец – потом случайно вспомнить что-то, – заметила я. – Ну, мне так кажется, хоть я и не сильна в расследованиях.
– Что, предлагаешь вернуться назад и допросить его? – в голосе Гарольда появилось лёгкое напряжение. – Хочешь сказать, я недостаточно тщательно делаю свою работу?
Я испугалась. В моих планах вовсе не было разозлить его или упрекнуть в недостаточном профессионализме. Похоже, я ляпнула что-то лишнее.
– Вовсе нет, – пошла на попятную я. – Если аптекаря опрашивали – хорошо. Просто я думала, что ты перепроверяешь информацию, полученную Эндрюсом.
– Я физически не могу всё перепроверять за ним, – строгим голосом возразил Гарольд. – В данном направлении нет ничего подозрительного.
– Ладно, как скажешь, – примиряющим тоном подытожила я, когда мы отправились дальше.
Центральная больница оказалась длинным серым зданием, состоящим из двух этажей. Она предназначалась для людей среднего класса. Доктора, как правило, являлись универсальными и навещали пациентов по утрам, назначая процедуры. Лечение было полностью платным, поэтому неимущим людям оставалось заниматься самоврачеванием или обращаться к местным знахарям. Последние обходились значительно дешевле, но что касается результата – то он не всегда оказывался желаемым или предсказуемым.
Мы вошли внутрь и очутились в тесной приёмной комнате. Несколько людей сидело на скамье, вокруг туда-сюда сновали доктора и больные, что поначалу даже не было понятно, как найти Хлою.
Наконец, увидев пожилую женщину в сером халате, которая только закончила разговор с пациентом, мы подошли к ней и объяснили, кого ищем. Она взялась проводить нас и привела в отдалённое просторное помещение.
Два окна позволяли свету достаточно проникать внутрь и облегчали работу врача. В кабинете, кроме стола и стульев, также находился шкаф и небольшая кушетка. В одной из стен находился проём в другую комнату, скорее всего, предназначенную для медицинских процедур.
Когда мы зашли, у Хлои находилась беременная женщина, скромно одетая, и они о чём-то договаривались. Я удивилась, так как думала, что эта больница не предназначалась для бедных горожан. Увидев нас, Хлоя быстро без церемоний попрощалась и поспешно выпроводила свою посетительницу.
– Здравствуйте, – поприветствовал её Гарольд. – Извините, что приходится беспокоить вас, но больше обратиться не к кому.
Она мило улыбнулась:
– Да, конечно. Профессиональная, – тут Хлоя посмотрела на меня, – помощь не повредит. Проходите, пожалуйста, сюда, к окну.
Гарольд послушно выполнил её требование, а я осталась стоять у двери. Женщина аккуратно сняла с него рубашку и бинты. Удалив старую повязку, она начала промывать рану лечебным раствором.
– Как вы себя сегодня чувствуете? Похоже, вам здорово досталось…
– Прекрасно, – ответил он. – Жизнь продолжается, если это можно назвать жизнью.
И они оба рассмеялись. Я же стояла неподвижно и тренировалась в терпении. Но не могу сказать, что сильно преуспевала в выработке выдержки и спокойствия.
– Вижу, заживление уже началось, – резюмировала Хлоя, осмотрев Гарольда. – Между тем, как и накануне, я бы рекомендовала вам обратиться к доктору из столицы. Дополнительная консультация не повредит. Я так сразу и сказала Кандиде. Потому что есть вероятность глубокого заражения через открытые раны, и тогда вам потребуется серьёзное вмешательство.
– Да-да, при первой возможности отправлюсь к своему семейному врачу, – заверил её Гарольд и, повернувшись, многозначительно посмотрел на меня.
Когда мой спутник оделся, и мы вышли из больницы, он остановился и спросил:
– Ты слышала?
– Что именно? – не поняла я.
Молодой человек оживился:
– Хлоя сообщила обо мне Кандиде. А ты вчера просила прислать лекаря Эндрюса.
Заметив мою растерянность, Гарольд пояснил:
– Получается, Эндрюс связан с Хлоей, а та - с Кандидой. Зачем ей быть в курсе моего самочувствия?
– При чём тут Кандида? – недоумевала я, вспомнив красивую холёную женщину. – Тем более неужто ты думаешь, что ей понадобилось похищать девушек? Не может быть!
– К сожалению, мы имеем мало фактов, – признался Гарольд. – Поэтому должны рассматривать любые странные и подозрительные случаи.Хотя бы потому, что Ребекка пропала после вечера у неё дома, а нападение на нас произошло сразу после визита к ним.
– Да, ты прав, – поразилась я. – Кандида спешно ушла и даже не попрощалась с нами. И к тому же могла подслушать, куда мы направляемся. Являясь женой мэра, она не опасается быть разоблачённой. Здесь явно дело нечисто!
Гарольд оживился:
– Нужно будет тщательно продумать, как вывести её на чистую воду.
Тут я обратила внимание на женщину, которая посещала Хлою до нас. Она стояла неподалёку и внимательно наблюдала за нами. Увидев, что мы сделали паузу в разговоре, та робко приблизилась и я смогла разглядеть её получше. На вид этой малосимпатичной (слишком грубые, на мой взгляд, черты лица) девушке было около двадцати трёх лет, она зябко куталась в поношенное серое пальто, очевидно перешедшее ей от предыдущей хозяйки. Русые тонкие волосы покрывала простая шерстяная шапочка, руки же незнакомка держала в карманах.
– Извините, но вы ведь тоже обратились к Хлое? Ей можно доверять?
Мы с Гарольдом недоумённо переглянулись, так как сами хотели бы это знать. Молодой человек издал неясный звук, который можно было интерпретировать по-разному.
– Просто мне её посоветовала женщина с рынка, и я вот беспокоюсь, как всё пройдёт, – объяснила незнакомка.
Я многозначительно посмотрела на Гарольда: может, здесь что-то есть? Он вроде бы понял мой замысел и сказал:
– Мы знаем доктора не так давно. Чего конкретно вы опасаетесь?
Женщина оглянулась вокруг и подошла к нам поближе:
– Главное, чтобы я получила мои деньги. Но что будет с младенцем мне также интересно.
– То есть, вы обещали передать ей своего ребёнка после рождения? – уточнил следователь, стараясь быть спокойным, хотя я-то чувствовала, как его голос начал дрожать.
– Конечно. Вы разве не по этому вопросу пришли к ней? – удивилась женщина.
– По этому, – не давая высказаться мне, вступил молодой человек. – Кстати, меня зовут Гарольд, а вас?
– Люси, – грустно представилась женщина. – Просто она так грубо обошлась со мной, и я уже сомневаюсь, что докторша исполнит обещание.
Нам стало понятно, что здесь скрыто какое-то тёмное дело, осталось лишь выяснить какое. Ведь оно могло быть связано с похищениями девушек. Моё сердце начало биться в сумасшедшем ритме.
– С другой стороны, деньги небольшие, – безразличным тоном заметил Гарольд. – Не думаю, что такой доктор, как Хлоя, будет из-за мелочи обманывать вас.
– Триста валлориев – небольшие? – изумилась Люси. – Ну, знаете! Такую сумму я и за несколько месяцев не смогу заработать.
Молодой человек с удивлённым лицом посмотрел на меня и снова повернулся к нашей собеседнице:
– Вы точно должны только передать ей новорожденного? Больше ничего? – уточнил он.
– Да, точно, – Люси и сама как будто начала сомневаться. – Мне ребёнок ни к чему, а вот кругленькая сумма не помешает.
Гарольд на секунду задумался, потом наклонился к ней и тихо сказал:
– Откровенно говоря, вообще-то я бы не доверял ей. Это не совсем законно. Найдите возможность для воспитания малыша.
С этими словами он вытащил из кармана несколько крупных банкнот и передал женщине:
– Пожалуйста, подождите меня здесь пять минут.
Сам же развернулся и пошёл обратно в больницу. Люси стояла в недоумении:
– Постойте, но вы сами приходили к ней…
– Что происходит? – не понимала я и бросилась вслед за Гарольдом, быстро лавировавшим по коридорам в сторону кабинета Хлои.
– Она покупает новорожденных детей, – процедил сквозь зубы мой спутник, опасаясь, что нас может услышать кто-либо из персонала. – Это почти то же самое, что и похищение людей.
– Не совсем, – также шёпотом, по-заговорщически возразила я на ходу. – В нашем случае девушек похищали насильно, а здесь родители добровольно продают своих детей.
– Верно подмечено, – улыбнулся Гарольд. – Но мы никак не можем пройти мимо такого преступления.
Без всякого стука он ворвался в кабинет Хлои. Та сидела на прежнем месте и непонимающе смотрела на нас. Гарольд с шумом пододвинул стул и сел напротив неё:
– Шутки кончились. Вы ведь знаете, я – следователь из столичного министерства юстиции. Тут у меня за дверями свидетель, готовый присягнуть, что вы производите противоправные действия, а именно покупаете младенцев.
Хлоя мгновенно побледнела и вцепилась руками в стол:
– Ложь… неправда…
– Правда, правда, – неожиданно твёрдо заявил Гарольд.
Я удивлённо смотрела на него. Мне даже и представить было трудно, что он может вести себя так резко. Гарольд встал и подошёл к ней вплотную:
– Люси готова дать показания. Их достаточно, чтобы прямо сейчас вас арестовать и переправить в Столичный город. Там уж следствие разберётся, виновны вы или нет.
– Я не могу уехать в столицу, – испугалась Хлоя. – У меня двое маленьких детей. И к тому же я ничего особенного не делала.
– А что вы делали? – наседал Гарольд.
Она замолчала и нервно смотрела на нас. Наверное, женщина думала, какую тактику ей избрать – признаваться в содеянном или всё отрицать.
– Ничего не делала, – наконец, еле слышно произнесла Хлоя.
Докторшу начало трясти, и она стала задыхаться. Похоже, у неё начался приступ паники.
– Где похищенные девушки? Что с ними? – продолжал напирать Гарольд.
– Не знаю, – испуганно сказала Хлоя.
– Опять ложь! – он громко стукнул кулаком по столу и подошёл к шкафу, где лежали разные папки с документами. – Сейчас мы проведём здесь обыск.
Тут я увидела, как она теряет сознание и едва успела подбежать, чтобы подхватить её. Женщина весила больше меня, поэтому было нелегко удерживать её на весу. Еле-еле я умудрилась прислонить докторшу к стенке.
– Помогите же мне, – обратилась я к Гарольду, который тем временем открыл дверцу шкафа и начал выборочно просматривать бумаги. – Ей плохо!
– Притворство, – возразил он, не оглядываясь. – Попытка сбить нас с толку.
Но я-то знала, что обморок у Хлои был настоящий. Я начала приводить её в чувства – расстегнула верхние пуговицы платья, чтобы ей легче дышалось, похлопала по холодным щекам… Она понемногу начала оживать.
– Ага! – воскликнул Гарольд и потряс в воздухе какой-то увесистой папкой. – Вот список беременных женщин, неофициально рожавших у вас в больнице и потом отказывавшихся от младенцев. Да тут записи за несколько лет!
– Я всё могу объяснить, – прерывисто заявила Хлоя. – Только не сажайте меня в тюрьму!
– Внимательно слушаю, – обрадовался Гарольд и, не выпуская находку из рук, снова сел на стул напротив неё.
– Когда я пришла в больницу, – сбивчиво начала рассказать женщина, – предыдущий доктор передал мне эту обязанность. Здесь так было давно заведено. Если бедные женщины не могли прокормить своих детей, мы забирали их сразу после рождения, а им выплачивали достаточно большую компенсацию. Все оказывались довольны. Никто бы и не хватился тех малюток. Да и что бы их ждало? Жалкая жизнь в нищете и голоде. Большинство из них не выжило бы…
– Как вы находили рожениц и кому передавали младенцев? – жёстко спросил Гарольд.
– Так как этот поток существовал много лет, то информация о такой возможности распространялась между самими женщинами, в их среде. Некоторые приходили к нам по несколько раз, – пожала плечами Хлоя.
– Кому вы передавали младенцев? – настойчиво, отделяя слова друг от друга, повторил следователь.
– Я не знаю, – женщина испуганно стала переводить взор то на него, то на меня. – Сразу после родов, в ночное время, приходил мужчина в тёмном плаще и забирал ребёнка. Мне неизвестно, кто он.
– То есть, десять лет приходил один и тот же человек, и вы бы не смогли узнать его? – удивился Гарольд.
– Нет, конечно. Наверно, это были разные люди. Но всегда в шляпе, закрывавшей лицо.
– Откуда, любопытно узнать, у него появлялась информация, что у вас есть новорожденный? – задал резонный вопрос следователь. – Кто давал вам деньги?
Докторша затрепетала, однако сохраняла молчание. Побледневшая кожа чрезвычайно гармонировала с её рыжими волосами. Тогда Гарольд начал снова листать папку:
– Что обозначают инициалы «К. Б.»?
Хлоя мужественно держалась и, казалось, на её лице не дёрнулся ни один мускул. Вдруг до меня дошло:
– Кандида Бриггс!
Гарольд с изумлением повернулся ко мне:
– Ты права! Так вот, кто здесь замешан.
Женщина застонала и закрыла лицо руками. Он бросился к ней:
– Зачем они дети?
– Я не знаю, – еле выговорила Хлоя.
– Знаете! – в гневе возмутился Гарольд.
Мне почудилось, что сейчас он набросится на неё и начнёт душить, до тех пор, пока она не скажет правду. Поэтому я старалась быть рядом, чтобы попробовать оттащить его в крайнем случае.
– Я просто предупреждала её об этих младенцах, потом за ними приходил человек в плаще. Не знаю, что с ними происходило, – зарыдала женщина.
Тут мне пришла идея:
– Может, пропавшие девушки тоже были беременны и обращались сюда?
Следователь посмотрел на меня с одобрением и сразу обратился к Хлое:
– Вам знакомы Минерва Фош и Джейн Джойс?
Она отрицательно покачала головой. Тогда Гарольд стал перелистывать записи, начиная с конца, одновременно спрашивая:
– Вы проверяете документы у женщин? Или они могут назвать любое имя?
– Когда как, – еле слышно ответила Хлоя.
Здесь я подумала, что вероятность того, что Ребекка оказалась беременна, да ещё и успела обратиться сюда, к местному врачу, стремится к нулю. Хотя бы потому, что она была не замужем и насколько я знала, совсем не жаждала пораньше обзаводиться потомством. Все её устремления связывались лишь с карьерой. Но кузина бы точно не стала избавляться от ребёнка таким способом, родители и труппа помогли бы ей вырастить его. Я наклонилась и шепнула в сторону Гарольда:
– Насчёт Ребекки – исключено.
Он разочарованно посмотрел на меня, ведь пропадала отличная версия. Внезапно позади нас послышался чей-то голос:
– Так-так-так. Что здесь происходит?
Обернувшись, мы не поверили собственным глазам – в дверях стояла Кандида! Как она успела тут оказаться? На ней было роскошное меховое манто и длинное в пол белое узкое платье. Жена мэра с недовольным видом подошла к заплаканной Хлое, обняла её и заглянула в лицо. Наверно, хотела понять, что именно та успела рассказать.
– Что вы здесь делаете? – повернувшись к нам, строгим голосом спросила жена мэра.
Молодой человек придал себе невозмутимый вид:
– В данный момент ваше доверенное лицо рассказало о том, что вы получали новорожденных младенцев.
– Клевета! – возмутилась Кандида. – С чего вы вдруг поверили этому?
– У меня даже есть записи, – продолжил Гарольд и показал папку. – Имеются и свидетели. Думаю, уже достаточно, чтобы привлечь вас к суду.
Кандида зло вспыхнула глазами:
– Что там?
Гарольд лишь пожал плечами. Внезапно та резко дёрнулась к нему и попыталась выхватить записи. Мужчина еле успел запрятать их за полой пиджака и стал отбиваться от разъярённой женщины. Тогда первая леди города метнулась обратно к Хлое:
– Что там было?
Но та начала громком рыдать и ничего не отвечала. Тогда Кандида стала трясти её:
– Что… там… было? Говори!
– Архив записей, – сквозь слёзы, наконец, ответила докторша.
Кандида развернулась. Она сделала несколько вдохов и пыталась успокоиться. Вся эта сцена навела на меня ужас, так как я не представляла, что нам ждать от неё. Судя по всему, Кандида являлась отчаянным человеком. Гарольд же, напротив, внешне оставался холоден и выдержан.
– Вы ничего не сможете доказать, – заявила она с вызовом. – Записи ничем не подтверждены, свидетелей можно подкупить. Мой муж – мэр. О каком суде в Туманном городе вообще может идти речь?
– Что вы сделали с детьми? – не обращая внимания на это, беспристрастно спросил Гарольд.
– Кто? Я? – рассмеялась в лицо Кандида. – Ничего! Я их в глаза не видела.
Я попыталась настроиться, чтобы понять её и мне казалось, что она говорит правду. Тогда я решилась задать вопрос:
– Вы причастны к похищениям девушек и Ребекки?
– Что? – взвилась женщина. – Какие девушки? Я здесь не причём. Что ещё вы хотите нам приплести?!
– Тогда кто забирал детей?
– Не знаю! – набросилась на нас жена мэра, её выдержки хватило ненадолго. – Вы нарочно приехали сюда и пытаетесь найти что-либо, чтобы скомпрометировать Освальдо. Не выйдет! Если вы сейчас же не уберётесь из нашего города, то сильно пожалеете.
– Вам меня не запугать, – хладнокровно сказал Гарольд, но я слышала, что его голос немного дрожал.
– Это мы посмотрим! – ядовито ответила Кандида, схватила Хлою за руку и стремительно ушла вместе с ней из кабинета.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Приключения
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 25.12.2017 в 15:13
© Copyright: Марина Шульман
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1