ТРОПОЮ ПАМЯТИ Глава IV. У братьев.


ТРОПОЮ ПАМЯТИ Глава IV. У братьев.
Глава IV У БРАТЬЕВ

До ноября 1952 года Зинаида жила в Эстонии. Вскоре отыскались её братья: Фёдор и Михаил. Они жили в Мурманской области на побережье Баренцева моря. Зинаида, недолго думая, собрала вещи, увязала их в узлы, подхватила детей и поехала к братьям.
«С родными легче будет пережить все невзгоды» – думала она…

Фёдор Иванович родился приблизительно в 1907 году. Рос он смелым мальчиком, любознательным. Женился рано. Взял за себя пятнадцатилетнюю подружку своей сестры (моей мамы) Машеньку. Машенька была домработницей в зажиточной семье. Фёдор называл её по-фински ласково «Майки». После женитьбы Фёдор и Мария отбыли на Север. Пришлось им пожить в разных местах, но потом определились на постоянное жительство в селе Ловозеро Мурманской области. Они так всю жизнь и прожили вдвоём. Детей у них не было. Дядя Миша после войны не вернулся к своей жене, Клавдии, и жил в семье брата. Вместе они ловили рыбу, охотились. Дядя Федя имел собственную оленью упряжку, лаек.
Дядю Федю я почти не помню. Он писал нам письма сам, потому что тётя Маруся была неграмотна. В одном из писем дядя рассказал о случае, приключившемся с ним на охоте. Я не могу поручиться за правдивость этого рассказа. Потому привожу его в том виде, в каком запомнила его в детстве.

…Зимой это было. Собаки своим лаем разбудили медведя, и он вышел из берлоги. Дяде пришлось его убить выстрелом из ружья. Но оказалось, что в берлоге этой было два медведя. Второй появился неожиданно. Он стоял на задних лапах за спиной у охотника. Мохнатая лапища неожиданно резко опустилась на дядину голову так, что тот еле удержался на ногах. Ружьё выпало из рук. Выручила своего хозяина верная собака. Резким прыжком взлетела она на медведя и вцепилась ему в горло мёртвой хваткой. Тот повернулся в сторону, а тут и дядя изловчился, ударил медведя ножом в сердце. Медведь кулем рухнул в снег. И только после этого дядя смог выпрямиться, у него была скальпированная рана головы. Дяде с великим трудом удалось самостоятельно добраться до посёлка. Там ему оказали помощь.
В селе Ловозеро, где жили дядя с тётей, проживало много «лопарей». Они объединились в колхоз «Тундра» и занимались оленеводством. Дядя Федя присылал нам с мамой по почте тёплые тапочки. Он шил их сам из оленьих шкур. Тапочки назывались «лопарки». Они были тёплые и очень красивые с орнаментом. Мне в подарок дядя сшил меховые сапожки, но они мне не подошли. Дядя предварительно просил маму снять мерку с моей ноги и отправить в письме. Видимо, она неправильно это сделала. Однажды посылкой дядя прислал медвежье мясо в виде небольших засушенных кусков. Мясо было вкусным и рассыпчатым.
Мама отправляла дяде Феде и тёте Марусе посылки с клюквой. Там, где они жили, эта ягода не росла. И ещё отправляла столетник (алоэ).
Дядя Федя жаловался на боли в желудке, и мама надеялась, что это средство ему поможет.

Как-то вечером пришла к нам женщина из совхозной конторы (к тому времени мы уже жили в совхозе «Ушаки») и подала маме листок. Там было написано: «Срочно выезжай. Умер брат Фёдор. Мария». Это было настолько неожиданно, что мама отказывалась в это верить. Она сказала: «Они, наверное, хотят, чтобы я приехала!» Это была телефонограмма. Саму телеграмму принесла почтальонка, Анна Егоровна, на следующий день. И тогда мама поняла, что это правда. Она очень плакала и жалела брата. Их ведь только двое оставалось от большой семьи Алексеевых. Была ещё Нина, но о ней не было ничего известно. Пропала младшая сестра во время Великую Отечественную войну.

Умер дядя от инфаркта миокарда в возрасте 56 лет. Мама так и не смогла поехать на его похороны. С работы невозможно было отпроситься. Не было денег на дорогу. Да и меня, школьницу, оставить без присмотра не решилась. Училась я тогда в третьем классе.
Только летом 1970 года, спустя семь лет, мы с мамой по приглашению тёти Маруси побывали в Ловозере. Пришли на погост. Могилку дяди Феди найти было непросто. Она заросла травой.
…Тётя Маруся давно привыкла к тому, что всё в доме делал муж. Нанять же людей для того, чтобы облагородить место его погребения, она поскупилась. Мне так и хотелось сравнить тётю с гоголевским «Плюшкиным». Все вещи у неё хранились в чемоданах и коробках, туго-натуго перевязанных верёвкой. Она говорила мне: «Вот когда я умру, это всё достанется тебе!» Она просила меня примерить какие-то нелепые пальто, плащи. Всё это висело на мне как на вешалке. Я вовсе не собиралась это носить, просто не хотела обидеть тётю...

…Мама заплакала и, придерживаясь за почти истлевший деревянный крест, долго просила у брата прощения за то, что не приехала с ним проститься, за то, что так долго не приезжала к нему. Потом она отправилась на пилораму, попросила там доски. В доме у тёти Маруси нашла пилу, топор, гвозди. На следующий день с утра мама собрала доски, инструменты и отправилась на кладбище. Я пошла с нею. Вместе мы убрали траву с бугорка. Мама обложила его дерном, похлопала лопатой. Она убрала старый крест, сколотила новый и воткнула его в землю, соорудила оградку, установила деревянный столик и скамейку, выкрасила всё в голубой цвет. В доме нашлась фотография дяди Феди (там он запечатлён с двумя большими рыбинами в руках). Тётя Маруся дала рамку со стеклом. Мама вставила в неё фотографию и прикрепила на новом кресте.
Ловозерцы с удивлением смотрели на женщину, которая сама пилила, и строгала, и топором ловко управлялась. Словом: всё сделала сама. Мама запросто общалась со всеми, объясняла, что здесь покоится её брат Фёдор. Многие помнили дядю и говорили, что он был хорошим охотником. Они называли его между собою «Федя карел».



Рубрика произведения: Проза ~ Быль
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 03.12.2017 в 08:40








1