Самые дорогие тапочки


Самые дорогие тапочки
Самые дорогие тапочки

Сальников Сергей Сергеевич

Через пелену смога мучило жарой стоящее в зените солнце. Время ещё чуть больше десяти утра, а так припекает! Да и что возьмёшь с этих японцев, до который из Владивостоком морем точно на восток идти больше суток, а время у них на час позже. Солнышко всходит в четыре утра по их времени, а вечером в шесть уже темнеет даже летом. Вот и наши «не высыпающиеся» и мечтающее о зимнем времени туда же теперь. Хотя вопрос то весь лишь в деньгах, кто будет платить за этот час освещения – предприятие и его хозяин утром или простые граждане вечером, включая раньше на час свет в собственной квартире. Ох уж это простодушие людское граничащее с тупостью, когда глаголют о хроническом недосыпании. А как же моряки, когда пересекают океан и время переводят каждые сутки? Но за глупость придётся платить, жаль только вместе с этими недотёпами, мечтающими дольше спать, придётся раскошелиться и вполне нормальным людям. Но, уважаемы господа, мы отвлеклись от темы нашего рассказа, так сказать свернули на боковую тропинку повествования и отклонились от генеральной линии э… сюжета.
Вернёмся к нашим баранам. Итак, лето уже очень далёкого 1971 года, небольшой сухогруз «Галич» затаривал свои трюма в маленьком японском порту Фусики. Обычное дело, обычный рейс для теплоходика в каких-то пять тысяч тонн водоизмещения. Моряки торгового флота из Владивостока очень любили посещать Японию, особенно если скорость хода их «корвета» была невелика, поскольку валюту они получали в зависимости от продолжительности рейса, как говаривали тогда – больше суток, больше шмуток. Курс рубля в те времена был очень даже очень и равнялся примерно доллару, а за один такой рубль «командировочных взамен суточных», давали аж четыреста йен японских.
Вообще, как гласила бумага, по которой и шла эта выплата, деньги сии предполагались для культурного досуга экипажа во время стоянки в иностранных портах. Отсюда такое странное название и, что самое главное, деньги эти не облагались подоходным налогом и не могли делиться в виде алиментов между моряком и его бывшей супругой, когда их брак распадался. Этот момент жизни сильно расстраивал многих женщин на берегу и веселил их бывших мужей в море, но чтобы опять не уйти с главной линии оставим эту тему в стороне.
Большинство же моряков предпочитали проводить свой культурный досуг в мелких лавчонках и на базарах, где переводили «культурные» деньги во всякий колониальный товар, что пользовался спросом в Союзе и тем сильно укрепляли сой семейный или личный бюджет. Хотя частенько денежка уходила и на пиво и виски, вот только мне не доводилось слышать, чтобы кто-то истратил их на посещение, например, театра «Кудзуки». Чего там делать? Смотреть на размалёванные в белый цвет и другие краски жёлтые лица мужичков, выряженных женские одежды? Да и билет туда стоил, мама не горюй, в половину месячной ставки «командировочных взамен суточных» рядового матроса. А вот купленный в Японии товар, сбытый потом на родине, давал хороший навар, который был иногда в разы больше, чем официальная зарплата, что получали моряки в родных рублях.
Да-с. Судно принимало груз, а моряки, свободные от вахты отправлялись за культурными развлечениями прямиком по лавкам и базарам. В увольнение тогда ходили группами не менее трёх человек во главе с кем-то из командного состава. Порядок был такой, на всякий случай, хотя, если учесть практически стопроцентное отсутствие знаний английского языка у рядового состава даже на уровне спросить дорогу, то это, возможно, и правильно. Не особо отличались блеском в английской лингвистике и механики, и в этом вопросе можно было положиться лишь на белую кость торгового флота, на тех, кто «тяжелей карандаша ничего не поднимал», на судоводителей или как их ещё называют – штурманов. У них с этим делом всё обстояло на самом высоком уровне, да и как ещё могло быть, если кроме постоянного общения с лоцманами, стивидорами, агентами и прочим заморским людом, необходимо было бегло читать грузовые документы на английском, карты, лоции, пособия и кучу других бумаг на латинице, вести связь по УКВ и так далее. Да-с. Опять сбились с главного курса, никак до тапочек не доберёмся!
Так вот, на этом самом теплоходе «Галич» под командованием отважного и бесшабашного капитана Иванникова, проходили плав практику два курсанта или кадета, как они любили себя называть, из высшего мореходного училища. Ребята уже отучились четыре из шести положенных им года и были, на основании этого, уже тёртыми морскими калачами. В очередное увольнение они отправились вместе с третьим помощником капитана, что сам полгода как закончил мореходку. Долго приценяться и торговаться в силу неприлично жаркой погоды не хотелось, да они практически сразу наткнулись на то, что хотели – совершенно дешёвую обувь. Классные «макасины», блестящие лакировки и мутные замшевые. Цена просто воодушевила. Блеск стоил четыреста, а замш шестьсот йен. Ну, курс я вам уже сообщил раньше. Поскольку оба моремана-курсанта были, как мы сказали, тёртыми в морской практике калачами, то они отлично понимали, что за такие деньги приличного товара не купить. Настоящая кожаная обувь там была безумно дорогой и её не мог себе позволить любой и каждый. Это в Союзе тогда можно было купить такую обувку, у которой даже подмётка была из настоящей кожи (Боже, неужели это было?) рублей за двадцать. Но вот только, несмотря на её удобство, она явно и сильно уступала японской по виду. И тут вопрос качества и содержания и формы исполнения входил в крутой конфликт. Да что там в такой мелочь, как обувь, в жизни разве редко мужчины женятся на стервах с красивыми ногами, оставляя без внимания прекрасных женщин у которых эта часть тела условно уступает? А потом или чешут рогатую репку всю свою изломанную жизнь или разводятся и платя штраф за невнимание к выбору подруги жизни.
Туфли моремана приглянулись по их форме, и они купили себе по две пары – блестящие и «замшевые». Купили и скоро были на судне.
Через пару дней собрались они опять погулять в город, пивка выпить, на народ поглазеть, один из них, которого звали Сергей напялил новые блестящие японский «колёса», а другой, который тоже был Сергей, по той простой причине, что друзья были тёзки, малость посомневался и надел свои уже не новые, советские, кожаные за восемнадцать родных рубликов. Увольнение толком не сложилось. Нет, пивка друзья, конечно, откушали, а во погулять не получилось, что-то тот Сергей, что обновку на ноги напялили захромал и даже попытался возвратиться домой босиком, но, однако, вспомнив, что является «полпредом» великой страны социализма на гнилом западном востоке, мужественно перенёс невзгоды и доковылял до родной каюты. Когда он разулся, но на его ступни без боли нельзя было взглянуть, мясо практически отстало от костей. Проклятая резина, плотно облегающая ногу сделала своё дело. Отдохнув и подержав ноги в холодной воде, Серёга взял большие ножницы и переделал свои заморские туфли в тапочки, оставив лишь небольшую кромку над подошвой. Короче получились по-нынешнему – сланцы. Поглядев на эти дела другой Сергей убрал обе коробки со своей обувью подальше в рундук. Вернулись во Владивосток и намылились наши друзья на танцы в известный им Морской клуб. Поработав гуталином, один Сергей обулся в старые испытанные советские «корочки», второй, видимо не получил настоящего урока из предыдущего опыта, достал другую пару, теперь уже «замшевые»
«А чо? Во Владике прохладно, не спекусь» - бодро проговорил он, напяливая японскую красоту на простые советские ноги.
Зря он так подумал. Сергей в советских башмаках познакомился с девчонкой и вернулся на судно на следующий день, усталый, но довольный, где его поджидал друг, что уже успел сделать из своих «замшевых» туфлей ещё одни тапочки. Вчера он позорно капитулировал перед их невыносимым жаром даже в прохладном климате родного Дальнего Востока и вынужден был досрочно прибыть к месту прохождения практики.
Увы
А второй Сергей на следующий день дал себя уговорить молоденькой «тальманше» продать ей свои замечательные туфли, что спокойно лежали в рундуке. Уж не знаю, для кого она их покупала, возможно, для перепродажи, поскольку посчитала, что две пары такой прекрасной обуви стоят месячной зарплаты начинающего инженера, и она на них ещё не плохо «обварится». Да я и не сомневаюсь, что свои вложенные деньги она вернула с хорошим наваром. Форма она всегда куда привлекательней содержания.
Да, зато Сергей стал обладателем двух пар самых дорогих в Советском Союзе шлёпанцев и приобрёл бесценный житейский опыт. Правда обычные, мягкие отечественные «шлёпки» стояли всего полтора рубля, но зато таких дорогих японских не было ни у кого более.
Хотя такой же опыт приобрёл, и его друг Сергей, правда в купе с солидной денежной надбавкой к зарплате.
Вообще учиться на ошибках, конечно, надо, но желательно не чужих.

19.04.14 г.

Литературный сайт Сергея Сальникова здесь: http://sss1949.wixsite.com/salnikov



Рубрика произведения: Проза ~ Миниатюра
Ключевые слова: Япония, Сергей Сальников,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 31
Опубликовано: 30.11.2017 в 11:43
© Copyright: Сергей Сальников
Просмотреть профиль автора








1