Сарынь на кичку !



                                 ***
В поле кривды не стога , колдовские берега ,
В Притамбовье вновь куга волкодлакам дорога .
Вкупе лжи они нога , вместе злобушки рога:
Коля , дроля и Яга да Алешин им слуга !


                                                                                                   САРЫНЬ        НА        КИЧКУ

Почему они так поступают, мне не ведомо.Сам терплю с их стороны подставы , ненависть,предательство и отрицание меня как поэта и доброго,отзывчивого человека чести и совести . Но они все равно стоят на своем и убеждены в своей правоте и в своем выборе . Они постоянно кого - то уничижают и считают некоторых за ничтожество . Себя же возвеличивают всячески , прославляют буд - то они непогрешимы как боги Парнаса !Приведу высказывания Членов Тамбовского отделения СП относительно друг друга и окружающего бомонда.Пусть их изречения останутся на их совести,если она у них есть . Окончательные выводы , вердикт делать не стану ибо все течет и меняется . Да я и сам не подарок , то и дело как атаман Стенька Разин воплю в своих критических статьях : -- Сарынь на кичку ! --

Начну с высказываний и изречений в статьях Николая Наседкина.Ссылаться на конкретные статьи стану,они есть в сети и на его сайте . Кому очень надо всегда найдет первоисточник . Например " Литлабиринты Два срока " , " Точки над i " , " Странная дискуссия " и так далее ... О ком говорит Наседкин или повествуют другие Члены СП поймете из текста и речей. Тамбовчане воочию наблюдают за перерождением и сменой окраски ( Шкур ) этих извращенцев . В 2016 Алешин на фуршете в магазине Моя книга наградил Дорожкину с любовью фарфоровой Никой . И дуплетом напечатал Дорожкину и Наседкина в 2 х номерах своей Рассказ - газеты . Теперь периодически печатает Луканкину . Почитайте как прежде Алешин и Веселовская говорили о значении слов классика - корифея . В реальности все наоборот . Классик Евгений Евтушенко разгромил при них Луканкину , ее стихи признал графоманией , они молчат .Им других классиков подавай ! Их что ли самих? Потому что Леночка подруга сыночка и метрессы фаворитка . Ее негоже критиковать . А ее то как раз и надо громить шалаву несусветную ! Труба Анатолий и Алешин Олег продались процентщице Дорожкиной ради преференций наград или ее возможного протеже их . Стали низкими людишками , никчемными . Прислуга Вали , половые в ее Тамбовском Гамбринусе . Посмотрите фотографии -- Мероприятия -- Магазин Моя Книга . Вам все станет ясно . Почитайте журнал Александръ еще  яснее убедитесь в их прислужничестве .

                                                        НИКОЛАЙ        НАСЕДКИН       СТРАННАЯ          «ДИСКУССИЯ»

Эта неприглядная история случилась недавно — в июне нынешнего года. Многострадальная газета «Город на Цне», которой решительно не везёт в последнее время с редакторами, решила оживить свои серые страницы странной «дискуссией». Цель её, как было заявлено, — выяснить ни много ни мало: «а есть ли сейчас на Тамбовщине литература»? На деле всё вылилось в обсуждение (осуждение!) работы Тамбовского отделения Союза писателей России. В 4­-х номерах газета дала пространные материалы «против» писательской организации (О. Алёшина, А. Митрофанова, А. Акулинина и Н. Веселовской), в одном — два кратких «за» (И. Елегечева и Л. Котовой), при этом неустанно в редакционных врезках подчёркивая свою якобы беспристрастность и объективность.Любопытно, что завершать «дискуссию» в номере «ГнЦ» от 2 июля должен был официальный ответ председателя правления Тамбовской писательской организации. Статья была сдана редактору Назаркиной лично в руки за 6 дней до выхода номера, корректура была вычитана автором в полосе и, по согласованию с той же госпожой Назаркиной, была внесена небольшая правка. Более того, госпоже редакторше по её просьбе были представлены автором документы, подтверждающие изложенные факты (насколько нам известно, от злопыхателей, поливающих писательскую организацию грязью, таковых бумаг в редакции не требовали). Ну так вот, после всей этой канители номер вдруг вышел без этой уже набранной и свёрстанной статьи, а совсем с другим откликом — ещё одного хулителя (впрочем, как потом выяснилось, сильно сокращённым-отцензуренным), а в пространной врезке (стилем удивительно напоминавшей стиль одного из диспутантов) редакция беззастенчиво обманывала читателей, будто бы председатель писательской организации со своим откликом опоздал и высказал только своё частное «неинтересное» мнение. При этом «редакция» простодушно упоминала-признавала, что статья председателя была официальным ответом — на бланке организации, с печатью и указанием в подписи должности.Но самое странное во всей этой истории то, что трое из четверых яростных критиков состояния дел в Тамбовской писательской организации к ней самой имеют отношение весьма косвенное или не имеют его вовсе, хотя и подписываются как «члены Союза писателей России». Но, повторяем, на учёте в Тамбовском отделении СПР они не стоят. Так что поговорка-пословица про «чужой монастырь» и «свой устав» в данном случае подходит как нельзя в тему. Жаль, конечно, читателей «Города на Цне», которые за свои деньги получили со страниц приобретённой газеты, мягко говоря,необъективную информацию. Но для истинных любителей литературы (а читатели «Тамбовского альманаха», безусловно, принадлежат к их числу) мы восстанавливаем подлинную картину «дискуссии», восполняем пробелы и цензурное своеволие непрофессиональной редакции «Города на Цне». Само собой, все пасквили «членов СП», мывоспроизводить не будем (зачем же повторять-тиражировать дурь?), тем более, что претензии и «обвинения» в них удручающе однотипны, повторяются и сводятся к трём нехитрым постулатам: 1) писатель Н. Наседкин пишет не «те» романы; 2) такой писатель не имеет права возглавлять писательскую организацию; 3) дела в Тамбовской писательской организации сегодня идут из рук вон плохо.Мы перепечатываем для примера полностью только «критическое» выступление А. Акулинина из «ГнЦ» от 18 июня (к тому же он полноправный член Тамбовского отделения СПР) и Н. Веселовской из «ГнЦ» от 2 июля с восстановлением авторского заголовка и всех цензурных купюр (к тому же у неё речь в основном идёт действительно о литературе). А также выносим на суд читателей опубликованные заметки И. Елегечева, Л. Котовой из «ГнЦ» от 25 июня (с исправлением опечаток и немногочисленных фактических ошибок), «зарубленный» на корню чересчур «объективной» редакцией отклик З. Королёвой и вынутый из готовой полосы газеты официальный ответ Н. Наседкина.
К сожалению, мы не имеем возможности опубликовать все письма и статьи в поддержку писательской организации, которые поступили в редакцию «ГнЦ», но, конечно, чрезвычайно благодарны авторам за них — спасибо!

                                                                                                     НАСЕДКИН          НИКОЛАЙ

                                                                                                         ТОЧКИ          НАД         «i»

Вообще-то в интеллигентной культурной среде* существует хорошее правило: если на тебя лают собаки, не стоит опускаться на четвереньки и лаять в ответ. На Востоке это звучит мягче: собаки лают, караван идёт. Ну да мы не на Востоке, да и мне, признаться, надоело быть мягким — что называется, достали! Полаю. Ибо задели, облили грязью не столько меня, сколько областную писательскую организацию.Уважаемая мною интеллигентная газета «Город на Цне» дискуссию о якобы сложившейся в Тамбовском отделении Союза писателей России нездоровой обстановке начала заметкой Олега Алёшина под убойным заголовком в духе 1937-го года «Нам не по пути» (№ 23, 4 июня 2008 г.). В следующем номере наезд на областную писательскую организацию продолжил некий А. Митрофанов. Затем в этот странный «диспут» зачем-то вступил мэтр А. Акулинин и свою странную поварёшку дёгтя в котёл «дискуссии» плеснул-вывалил…Понятно, что каждый из этих диспутантов смотрит на положение дел со своей колокольни, только, судя по всему, колокольни их (минареты, синагоги) стоят в таких тёмных местах, что оттуда данным господам-товарищам плоховато видно.
Для начала: а судьи кто?Алёшина именуют-представляют в газете то «литератором», то «писателем», то «поэтом». Увы, эти лестные эпитеты-титулы мало соответствуют действительности. Алёшин в литературе, мягко говоря, — НИКТО , ПУСТОЕ МЕСТО , НОЛЬ . Зато амбиций — на трёх Пушкиных хватит. В 2001 году на региональном семинаре молодых литераторов в Белгороде его приняли в Союз писателей, так сказать, авансом, как подающего кой-какие надежды. Разглядел в нём эти надежды в основном, видимо, тогдашний руководитель нашей писательской организации. За семь минувших после этого лет надежды наш уже почти 45-летний «пиит» материализовал в 40-страничный сборничек стишков «Антоновы песни» размером с записную книжку, изданный за счёт автора. Всё. О каких-либо достоинствах «поэзии» речи вообще нет: думается, ни сам Алёшин, ни его опекун Акулинин, ни читатели-родственники не считают эту стихотворную брошюрку поэтическим достижением.Признаться, когда Олег подал заявление о выходе из состава Тамбовской писательской организации, я чуть было не зауважал его: ну, подумал, проснулась совесть у парня, понял, что ни с какого боку Алешин НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ЗВАНИЮ ПИСАТЕЛЯ , САМОМУ НАДОЕЛО ИГРАТЬ РОЛЬ БАЛЛАСТА в творческой организации… А оно вон чего: ему, оказывается, с другими — настоящими — писателями не по пути, мелковаты они для него в качестве попутчиков!
С г;ном Митрофановым сложнее: он у нас — «гимнюк» (словечко-эпитет Твардовского о Михалкове) местного разлива, да и книжечек настрогал поболее и повесомее. Но здесь другая запятая: дело в том, что г;н Митрофанов к Тамбовской писательской организации отношение имеет весьма и весьма косвенное. На общем собрании однажды рассматривалось заявление самодеятельного поэта-сатирика Митрофанова о приёме в СП. При тайном голосовании из 24;х необходимых голосов (2/3 от 35 членов писательской организации) сей господин набрал всего 14 голосов «за» и 21 «против», так что в приёме ему было отказано. Вместо того, чтобы в соответствие с Уставом СП и Правилами приёма дождаться выхода следующей книги и повторить попытку, как это делали до него многие другие, Митрофанов нашёл обходные пути и, спустя время, принёс в правление Тамбовской организации готовый писательский билет, выписку из решения о том, что его якобы приняли в Союз писателей в Москве (хотя там всего лишь утверждают решения по приёму региональных собраний и всероссийских семинаров), и потребовал поставить его на учёт. Естественно, единогласным решением всех семи членов правления ему в этом было отказано. Ведь подавляющее большинство тамбовских писателей ясно заявили, что не считают его профессиональным литератором-коллегой, да ещё он устав и правила нашего «монастыря» соблюдать с первых шагов не собирается, а надо же — просится, требует: возьмите меня к себе в сотоварищи, я хочу с вами жить и работать. Теперь же вот и вовсе придумал через газету со своим уставом в чужой монастырь вломиться — диктовать начал: кого нам в настоятели избирать, какие книги издавать, каким богам молиться…Бред!С Акулининым случай и того сложнее. Александр Михайлович до этого более десяти лет возглавлял писательскую организацию, и вот почти пять лет назад опять же подавляющим числом голосов тамбовские писатели его переизбрали. И седобородый человек, право слово, как ребёнок, никак не может пережить ту «обиду», организовывая и подогревая немногочисленную оппозицию в писательской организации. Ну только представить себе, если б после последних президентских выборов В. В. Путин взялся всячески мешать вновь избранному Президенту, начал собирать оппозиционные группировки на своих домашних «средах» или «пятницах», писать в газеты «обличительные» статейки…Впрочем, сравнение-аналогия несколько хромает: Владимир Владимирович передал Дмитрию Анатольевичу страну-хозяйство на подъёме, а наш Александр Михайлович довёл писательскую организацию до того, что она, по образному выражению одного из старейших тамбовских писателей И. Елегечева, «лежала на боку». Достаточно сказать, что она даже не была зарегистрирована и являлась по сути самодеятельным литературным кружком, таким же, как пресловутая акулининская «Литературная пятница».Новое правление не только осилило-осуществило эпопею регистрации Тамбовского регионального отделения ООО «Союз писателей России», но и возродило Тамбовское отделение Литфонда, без которого писательская организация, может быть, и не выжила бы. Новое правление создало-открыло при Литфонде писательское издательство, которое уже прочно завоевало репутацию самого профессионального издательства в Тамбове. Основано и начало регулярно выходить издание по типу «толстого» журнала под названием «Тамбовский альманах» — только что из типографии получен 5;й номер. Новому правлению удалось «пробить» творческие стипендии, о чём ранее тамбовские писатели и не мечтали. Писатели-юбиляры теперь благодаря хлопотам правления получают по 30 тысяч рублей на издание книги и материальную помощь в 5 тысяч. Возродились массовые литературные праздники, вечера, презентации новых книг. Об активной работе Тамбовской писательской организации из номера в номер пишет-сообщает столичная «Литературная газета», ставя нас в пример другим регионам…Впрочем, Алёшину сотоварищи всё это преотлично известно. И все их недовольства-претензии смехотворны. Недовольны, к примеру, что стипендий на всех не хватает? Но ведь три года их получали в Тамбове только писатели, и ещё в прошлом году их хватало на всех, в том числе и на упоминаемого Остроухова и самого Алёшина. Разве есть вина правления писательской организации в том, что администрация области с этого года его почин распространила на все творческие союзы, и теперь, естественно, 50;ти стипендий на всех писателей, художников, артистов (человек 200!) не хватает.Пытаются «диспутанты» уверить читателей газеты, будто председатель писательской организации, сатрап и деспот, все решения принимает единолично. Это уж совсем напраслина: практически каждый месяц, а то и чаще, собирается правление, строго раз в 3—4 месяца проходят общие собрания, на которых и решаются все важные вопросы: кого на учёт поставить, кого в Союз писателей принять, кого на премию выдвинуть…И последнее. Диспутантам не нравится моё творчество и особенно почему-то книга «Люпофь», вышедшая в московском издательстве «Голос-Пресс» два года назад. Что ж, о вкусах не спорят. Я знаю многих людей, которым не нравится проза Л. Толстого, Достоевского и даже Акулинина. И я, можно сказать, благодарен им за бесплатный пиар. Странно только, что «критики» мои обсуждают не художественные достоинства или недостатки книги — им, видите ли, не нравится, что в романе моём герои влюбляются, целуются и (о ужас!) порой занимаются сексом. Видно, оппоненты мои ходят в ближайших родственниках той странной дамочки, которая на заре перестройки заявила на весь свет по телевидению, будто у нас в стране секса нет. Что ж, если у них нет ни любви, ни секса — это их проблемы. Хуже, когда они свои личные комплексы выплёскивают на страницы газеты.И я хочу попросить прощения у читателей газеты, у любителей литературы вот за эту, с позволения сказать, «дискуссию». Так не хотелось на неё отвлекаться! Уже немало сделано, но впереди дел ещё больше. Только что писательская организация в рамках социального заказа области выиграла по конкурсу грант в двести тысяч рублей на реализацию программы под названием «Возрождение литературных традиций проведения Недель поэзии и праздников литературы на территории Тамбовской области». И мы её реализуем. Только не мешали бы те, кто не желает идти с нами по этому пути.
_________________________________________________


                                                                                        АЛЕШИН        ОЛЕГ     --     НАМ       НЕ       ПО       ПУТИ

Гори , огонь! Дымись , библиотека!
Развейся , пепел , по сырой земле!
Я в будущем увидел человека
С печатью вырожденья на челе.
                                  Юрий      Кузнецов

Но не нужно быть пророком, как поэт Юрий Кузнецов, чтобы увидеть на челе современной литературы печать вырождения.
Духовная деградация русской словесности началась не вчера. Это произошло в тот момент, когда художник (писатель) разуверился в Боге. А поэт, - в широком понятии, творческий человек, если он безбожник, то похож на неверующего священника в церковной рясе, проповедующего с высокого амвона Святое Евангелие. Вот уже и Валентина Дорожкина назвала свою книжицу - "Благая весть". В устах того и другого слово утрачивает святость и превращается в пустую и бездушную оболочку, в кокон, из которого вылетела живая бабочка света. Безусловно, поэт не священник. Но творческий человек должен нести ответственность за дела и помыслы свои. Ведь он глашатай непреходящих ценностей, моральных и эстетических. Но все ли осознают свою ответственность перед миром? "Всякое дыхание да славит Господа", и дыхание это должно быть чистым, как у ребёнка, и свежим, как родниковая струя, бьющая из камня. Но, чтобы читатель сумел понять, насколько можно извратить сущность литературного труда и наплевать на эстетические и моральные ценности, для этого я вынужден привести здесь хотя бы одну цитату, некого тамбовского писателя, имя которого красуется на обложке книги "Люпофь", - Николая Наседкина: "Алина тормози! Как я понял, ты начала заниматься самоудовлетворением? Оно, может, и неплохо (сам агитировал), но не в день же свидания!!! Не сразу же после него!!! Тебе что, трёх раз за вечер мало?! Ты что, опять не понимаешь фрейдовской фишки: ага, начинаю я думать сомневаться, значит, она осталась неудовлетворённой. Значит, я её не удовлетворяю. Значит, пора на покой. И пр. Это, во-первых. А во-вторых, если не ошибаюсь, снова начинаю мечтать о том, чтобы ты как ты можно скорее начала пользоваться зубными протезами. Да, чтобы не оставлять следы острых (чересчур!) зубов там, где их оставлять не положено. Мой "Василий" - нежный. Ласкать его надо нежно... Я разумеется, понимаю, что не в трахе счастье, но и страсть надо как-то регулировать - сдерживать..." и т.д. и т.п. Вот из таких "любвеобильных" SMSOK и состоит весь, по мнению некоторых критиков, "новаторский" роман Николая Наседкина "Люпофь". Этот и новоиспеченный роман "Гуд бай, май" тамбовского писателя в этом смысле мало, чем отличаются друг от друга. Измышления автора - импотента, о сексе с дюжиной женщин. Можно было бы махнуть рукой и не обращать никакого внимания на всю эту литературную пошлость. Но молчать - значит умыть руки и равнодушно взирать на то, как деградирует русское слово, а вместе с ним искусство, культура и национальное самосознание.Следует отметить, что Николай Наседкин возглавляет местную писательскую организацию. По большому счёту дело, конечно, не в конкретном писателе, мало ли на Руси убогих и сирых от искусства. Достаточно включить почти любую программу телевидения, и вы увидите (услышите) всё тоже. Но они сегодня зачастую такие писатели делают погоду на литературной кухне. Автор скабрезных романов сегодня рулит тамбовской писательской организацией, и в этом, по моему мнению, нет ничего случайного. Напротив - здесь просматривается закономерное явление, которое еще раз доказывает, что в провинции, особенно, в провинции, писательское за сообщество, благодаря скандальным писателям, потеряло художественные, моральные и эстетические ориентиры. А вопрос от писательской иерархии, на мой взгляд, имеет исключительное значение в развитии литературы. Если говорить честно, то в настоящее время многие творческие организации возглавляют писатели даже не второго, а четвертого ряда. Можно издать два десятка книг, получить звание какого-то заслуженного работника культуры Российской Федерации и множество литературных премий, но все это не является подтверждением истинного таланта. Дорожкина В.Т. вся увенчана премиями и званиями, а таланта как не было, так и нет.Для любого поэта или прозаика необходимо признание не группы сотоварищей, братков по литературному бизнесу, а нормального, не засоренного литературными пошляками читателя или настоящего мастера.Например, сегодня мало кто знает тамбовского поэта Анатолия Остроухова. Он за всю свою творческую биографию издал пару тощих сборников стихов в мягкой обложке, но его имя уже вписано в историю русской литературы. Почему? Ответ простой. Он по-настоящему талантлив, и это безоговорочно было признано большим поэтом Юрием Кузнецовым. Самого Юрия Кузнецова заметил знаменитый литературовед Вадим Кожинов. Без литературного рукоположения не может существовать классическая русская литература. Сегодня иерархическая пирамида перевернута с ног на голову.Увы, никем не признанные литературные самозванцы зачастую правят бал в провинциальных, и не только в провинциальных писательских организациях. Приведу один пример, который напрямую не связан с творчеством, но красноречиво говорит о нынешних нравах. В одной вымирающей деревне на Тамбовщине сорокалетний мужик сошелся с семидесятипятилетней женщиной не "Неужели тебе перед людьми не стыдно?", - укоряет свою мать пятидесятилетняя дочь. "Пугачева за Киркорова вышла замуж. А теперь вышла замуж и за Максима Галкина. Ей, значит, можно, а ей родной матери нельзя? - ответствовала счастливая супружница.Также рассуждает и молодой писатель: "Если руководителю писательской организации дозволено издавать массовыми тиражами такие "произведения", как "Люпофь", "Гуд бай, май", то почему мне нельзя?". Так стираются нравственные, художественные и эстетические границы. Наступает хаос. Такие сочинители откровенно смеются над христианскими добродетелями. Человеческие грехи они выставляют на всеобщее обозрение. Чувство стыда, целомудрие, скромность, невинность, совесть для них являются комплексами неполноценности, от которых необходимо избавляться.Любой скандал для таких писателей - это отличная реклама. Ведь реклама - это двигатель торговли. Теперь в литературной среде властвует принцип - спрос рождает предложение. Профессионализм таких писателей заключается в умении угодить низменным чувствам дезориентированных второсортной литературой читателей. Вот Елена Луканкина прототип - Алины Латункиной из романа "Люпофь", угодила читателям. Она сочинила - написала роман: "Когда мы стали животными". Измышления героини - проститутки с неуравновешенной психикой о жизни литературной богемы.А наивный Яков Полонский был когда-то убежден: "Трудиться над стихом - для поэта тоже, что трудиться над душой своей".Классическая литература сегодня мало востребована с ее вечными вопросами. Авторитет классиков русской литературы низведен до нуля. Зайдите в любой книжный магазин - вы увидите на полках рядом стоящие книги, например, Гоголя и пересмешника Жванецкого. В тамбовских магазинах стоят рядом книги Гончарова и... бред Наседкина. Случайно? Нет. Это ал явление стало настолько обыденным, что мы просто не замечаем творящегося на наших глазах абсурда, Всеядность - это бич современной литературы. Под этой по маской и скрываются, позволю себе вспомнить Достоевского, литературные бесы. Самые отъявленные тамбовские - В.Т.Дорожкина и Н.Н.Наседкин.Сегодня они составляют рейтинги среди писателей, решают, кого издавать, а кого вышвырнуть из писательских рядов. Не так давно было приостановлено членство местной писательской организации двух замечательных поэтов российского уровня Анатолия Остроухова и Марины Струковой. На общем собрании Н.Н.Наседкин заявил, что эти поэты не принимают активного участия в литературной жизни тамбовского края. Получается, что если писатель по стечению обстоятельств, временно проживает за чертой Тамбовской области, то и делать в местной писательской организации ему нечего. Верно ли это? Анатолий Остроухов от жизненной неустроенности живёт у родственников в Санкт-Петербурге, а Марина Струкова по тем же причинам в Москве, но это ещё не значит, что они выброшены из писательской среды Тамбова, с которым они в своём творчестве тесно связаны. Если бы они действительно хотели выбыть из тамбовской писательской организации, они бы давно написали об этом заявление, и вопрос был бы исчерпан. Но, ни Остроухов, ни Струкова таких заявлений не писали. От них хотят избавиться, как от прокажённых. Причина приостановки их членства банальна. Отсутствие двух поэтических голосов на общем собрании зачастую мешает принять очередного, "писателя" в члены СП России. (При прохождении в члены СП России необходимо набрать две трети голосов от списочного состава всей организации.) Я знаю, как сегодня непросто живут эти два талантливых человека. А ведь у них была надежда, что родная писательская организация вспомнит о своих товарищах по перу и примет посильное участие в их литературной судьбе. И кому помогать, если не им? Анатолий Остроухов и Марина Струкова лауреаты литературной премии журнала "Наш современник". А нам известно, какой строгий творческий отбор у одного из последнего оплота русской литературы классического направления. Там за просто так не опубликуешься, а не то, что получить премию!Это к вопросу участия в литературной жизни. Надо отдать должное, сегодня местные органы власти пытаются помочь тамбовским писателям. Понятно, что в списке (рейтинге) на получение стипендии Остроухова и Струковой не оказалось. А стоят там фамилии тех, кто не имеет никакого отношения к серьёзной литературе. Безусловно, Н.Н.Наседкин при определенной поддержке дезорганизованного правления писательской организации не забыл себя включить в заветный список. Такова реальность. У меня складывается впечатление и не безосновательное, что некоторые местные писатели получают гранты, стипендии, звания, благодарственные письма не за развитие, а за развал русской литературы. Например - Валентина Дорожкина и Николай Наседкин.Маленькая провинциальная область сегодня насчитывает более 30 человек, многие были приняты в "писатели" чохом и по "дружбански", ласточкой влетели в заветное окно, которое теперь шире некуда. Безусловно, в областной писательской организации при внимательном подходе можно обнаружить талантливых людей, но, увы, по разным причинам они оказались неспособными противостоять духовной заразе, которая сегодня проникла во многие сферы культуры и искусства. Сегодня в тамбовскую писательскую организацию пришли совсем молодые ребята. Как говорил Байрон - они вошли в океан, не познав, что такое море. Я смотрю в их сумрачные лица, и мне немного их жаль. Они, к сожалению, никогда не увидят молодых: Maйи Румянцевой, Аркадия Макарова, Евгения Харламова. Вячеслава Шуткова и многих других тамбовских поэтов, которые в лучшие годы своей жизни бредили поэзией, до утра читали друг другу стихи, спорили, хватаясь за грудки - до хрипоты о литературе. А как они вместе радовались удачной строке!Да, эпоха великих мечтателей прошла. Теперь молодые поэты внимают "учению" Наседкина о преодолении сексуальных комплексов. Методом рукоблудства и массажа губами - "Василия" и "Якова" у всякого.Сегодня местные издательства, а том числе Тамбовское отделение, Литфонда России под руководством Наседкина печатает, что и кого угодно, были бы только у заказчика деньги. Н.Н.Наседкин и В.Т.Дорожкина не брезгуют государственными деньгами. Свой карман ближе. А государство не обеднеет.Литература сегодня - бизнес. Зачем отпугивать клиента независимыми рецензентами. Через некоторое время по этим же "книгам" принимают в СП России. Все это можно назвать одним словом - деградация. Подобных примеров предостаточно.Не знаю, как другим, а мне не по пути с такими писателями, как Н.Н.Наседкин и В.Т.Дорожкина. Поэтому я вышел из местной писательской организации. "Скучно на этом свете. Господа",- невольно приходят на ум слова H.B. Гоголя...
Член Союза писателей России Алешин Олег Валентинович".

Алешин   Олег    из    переписки   с   Секцией    Воронежских    писателей    " ПРОФИ "

Олег     АЛЁШИН говорит:
27.02.2011 в 6:29 дп

Мне не очень нравится общаться с Псевдонимами. Почему вы не хотите открыть свои подлинные имена? Хотя я догадываюсь с кем приходится вести полемику. Но своих героев должна знать страна.Хочется предостеречь создателей сборника «Воронежские поэты 21 века» от ошибки. В Тамбове, к сожалению, средние, зачастую никчемные писатели (не буду называть их имена) определяют «ХУ» есть «ХУ». Серость плодит серость. В итоге значимые поэты и прозаики теряются на фоне этой серости. Она страшна своей массовостью. Возьмите хотя бы Аркадия Макарова. В Тамбове ростку его таланта не давали пробиться через толщу асфальта бездарности. Хорошо, что воронежцы по достоинству оценили его дар, когда он переехал жить в город своей юности и надежд. Я уверен, что в любом регионе есть не более пяти писателей, которые предоставляют определенный интерес. Нужно делать ставку на них. Массовость — это братская могила. В поэзии количество редко перерастает в качество. Впрочем, вы это знаете не хуже меня. Надеюсь, у составителей сборника хватит таланта, такта, литературного чутья, чтобы сборник, действительно, вызвал интерес. От всей души желаю вам успехов. Это приятно, когда есть единомышленники и неравнодушные к поэзии люди.
Тамбовский волк Олег Алёшин.

20 марта  2013 года   накануне Всемирного дня поэзии, в областном центре провели митинг у памятника Евгению Баратынскому. Тамбовские литераторы написали обращение к Президенту, в котором предложили свой вариант программы в защиту русского языка и литературы. Один из пунктов проекта носит название «Роща поэтов», энтузиасты готовы посадить аллею, где каждое дерево будет посвящено нашим выдающимся землякам. В год культуры, объявленный в нашем регионе, это особенно актуально. Тем более, что имя Баратынского на Тамбовщине незаслуженно забыто.
На   этом   митинге   эмоционально  и  патетически   высказался  о  культьуре   и   поэзии  Олег  Алешин --
«Наша культура мельчает, мельчает наша поэзия. К сожалению, наши поэты измельчали и стали более мелкотемные, многословные, им перестали доверять. И нам нужно выйти на более высокий уровень поэзии, скажем так дотянуться до Баратынского. Поэтому мы здесь и собираемся, что бы еще раз сказать о том, что есть у нас в России, в Тамбове великий поэт», - сказал Олег Алешин, член Союза

Отзыв    в    сети     разъяренного  ,  огорченного   и   до   крайности   возмущенного
Олега   Алешина  ,  фактом   принятия   в   Члены  СП   Анатолия  Трубы --
2015 . 12 . 12 .

"Что за манера прикрывать свою глупость, бездарность, некомпетентность иконами?" Бывший глава администрации Первомайского района Анатолий Труба, недавно осужденный за растрату, стал членом Союза писателей РФ. В пятницу в столичном Доме Союза писателей состоялось торжественное вручение Трубе удостоверения члена Союза. - Литературной деятельностью я начал заниматься с 2005 года, - вспоминает экс-глава администрации Первомайского района. – В это время я определил для себя, какие темы займут основное место в моем творчестве. Ими стали православие и история родного края.Анатолий Труба является автором книг «Простое увлечение», «Подвижники благочестия первомайской земли», «Отражение России», «Первомайский район: страницы истории», «История храмов Первомайского района», а также одним из соавторов сборников первомайских литераторов и художников «Сторонка любимая», «Край Богоявленский» и «Тебе мой край». Кроме того, он является литературным редактором двух общероссийских информационно-аналитических журналов «Мы россияне» и «Российская муниципальная академия».Тамбовская писательская организация рекомендовала принять Трубу в члены Союза писателей в октябре этого года. Еще до решения суда. Однако уже тогда не все литераторы одобряли принятие Трубы в писатели. Так один из членов Союза написал в Фейсбуке: - Сегодня на собрании в писательской организации рекомендовали еще одного "писаку" в писатели. Не буду говорить, кого именно. Этот тот случай, когда говорить про этого человека, что он писатель - стыдно. Скажу что это бывший глава района. После него - теперь можно принимать в писатели любого человека с улицы, лишь бы пожелал в писатели, - пожаловался тамбовский литератор. И добавил - Новоиспеченный притащил какие свои книжки... Интересно, что на обложках лики святых. Что за манера прикрывать свою глупость, бездарность, некомпетентность иконами? Неужели непонятно, что это богохульство. Да, забыл сказать еще об одной деталюшке. Лица у всех были смурные, настроение подавленное, словно все пришли и сделали какое гнусное дело. Люди, а должен был быть праздник. Вот вам и показатель.Надо добавить, что Анатолий Труба является профессором кафедры менеджмента и агробизнеса Института экономики и управления Мичуринского государственного аграрного университета. В настоящее время писатель работает над произведением, посвященном солдатам Тамбовской области, участвовавших в военных действиях в Афганистане. В феврале следующего года книга выйдет в свет.
Метки: Труба

                                      ЦИТАТЫ     ИЗ      КНИГИ     ЛУКАНКИНОЙ   Е. Л. : "   КОГДА    МЫ   СТАЛИ     ЖИВОТНЫМИ "

«Тамбовский Союз писателей уже давно захватили графоманы. Они в нём и около. А некоторые рвутся туда, используя авторитетные знакомства. Такое впечатление, что они везде. И это не голословное заявление. Со многими так называемыми профессионалами я знакома лично, а по книгам - со всеми. Я даже работаю с ними на одном этаже, постоянно пересекаюсь на мероприятиях, потому что освещаю в своей газете культурные новости».

«Талантливых людей наши профи-писатели не любят. Сильное звено им не выгодно. Здоровая конкуренция там приветствует только устно. Именно поэтому многие талантливые писатели, скажем так, очагово кучкуются. Им можно только взглянуть издалека на ключ от литературного процесса, потому что они не члены СП России... Такой вот замкнутый круг. Вторая причина – вокруг этой кормушки лишние рты не нужны. И, в-третьих, жёсткий устав Союза табуирует этот пропуск. Разве талант определяется по количеству публикаций и мнению горе-графоманов?»

«Вчера Вы были миллионным никому не нужным поэтом или писателем, сегодня стали избранными. Ну и что? От этого Вы стали более талантливыми, чем день назад? Талант, знаете ли, и в Африке, и в Тамбове - талант. Обидно до слез другое – что многие талантливые писатели до сих пор дома в стол пишут, а не в Союзе числятся. Потому что они даровиты, именно поэтому их и держат на расстоянии. И сколько таких? Поверьте, очень много».

Я привел малую толику взаимных обвинений и претензий членсов к членсам . Устные речи их еще хлеще ! Зная обо всем этом и другом , хочется плюнуть и сказать по польски : -- Пся кревь ! -- Эти правдолюбцы и робеспьеры литературы недавно помирились и постоянно проводят мессы на местном фуршете .Слушают чтиво друг друга , с упоением печатаются все вместе в Рассказ - газете и журнале Александръ , щедро награждают сами себя то фарфоровой Никой , то премией Боратынского , то премией Богданова . Бомонд местный ведется на них . Многие внимают их речам как изречениям пророков .Есть пророки в своем отечестве ! То есть лжепророки . Фуршетники счастливы и довольны -- они теперь друганы . А все остальное не важно . Все прежние речи и статьи для глупцов и дураков Тамбова . Ведь для фуршетников округа и зрители - слушатели их чтива -- это поле дураков и кретинов ! Перевертыши они , миссионеры фуршета . Волкодлаки они . Их сонмище помечено дегтем мамоны . Они типичные  обманщики и греховодники . Или они герои нашего лукавого времени ?

                                                        Тамбовский      альманах     6   --   Странная     “дискуссия”     продолжение

                                                                                                Александр         АКУЛИНИН

                                                                                  СОГЛАСНО       СЛОЖИВШЕМУСЯ         МНЕНИЮ

Творческие союзы, в их числе и писательский, во все времена были, есть и будут средой особенной, где иные понятия, иные взаимоотношения. И всё это определяется одной простой причиной: в этой среде чаще, чем где-либо можно обнаружить Личность! С обнажённой Совестью, с болезненным, особо чувствительным, восприятием Правды, Чести! Увы, к сожалению, и эта среда подпадает под народную истину: «Семья не без урода». Порой это самое «уродство» делается очень заметным и вредоносным.Может, где-нибудь, в какой иной сфере оно прошло бы незамеченным — здесь же оно вопиет, прямо-таки смердит. Оставляет особо заметный след, зарубку не только на отдельном индивидууме, но и на большом коллективе, а то и на целом обществе. Если оглянуться на прошлое, заглянуть в историю, таких примеров — несть числа. Я такой задачи перед собой не ставлю, меня ныне волнует задача ближняя, которую, может быть, Будущее запишет какими-то жирными строчками. Такое, примерно, мнение создаётся, муссируется некоторыми личностями, в том числе и околописательскими. Говоря простецкими словами, пытаются выжать капельку янтарного маслица из прогорклого, залежалого жмыха.Такому жмыху я уподобил бы нынешнее правление Тамбовского отделения Союза писателей. Оно, по сложившемуся мнению, ведёт активную творческую работу, хотя на деле идёт развал творческой организации.Вышел из состава организации поэт Олег Алёшин. Писателя Александра Митрофанова, принятого в Москве правлением Союза писателей, не желает ставить на учёт. Видите ли, Митрофанов отзывается неучтиво кое о ком и того гляди вообще скажет поперёк «сложившемуся мнению».На одном из недавних общих собраний правление гласом своего председателя Н. Н. Наседкина осуществило гнусную акцию: изъяло из своих рядов двух великолепных поэтов — Марину Струкову и Анатолия Остроухова. Оба они по причине квартирной неустроенности в Тамбове вынуждены кое-как, без прописки ютиться в столицах — Москве и Петербурге. Но вину им определили не эту, а «неучастие в активной жизни творческого коллектива». Выглядит это смехотворно, если учесть такой факт, что несколько лет членом «принципиального» правления состоял житель Германии, который не то чтоб в пресловутой творческой жизни писательской организации участвовать, в России бывал несколько раз наездами. Теперь оного активиста заменили юной поэтической дивой, которую только-только приняли в Союз писателей. Хотя устав полагает, что правление объединяет писателей авторитетных, со стажем. Но это можно отнести к мелочам. В основном бюро состоит из литераторов, набравших «за» при избрании 8-10 голосов (при списочном составе тридцать пять членов СП).Хотя одного замечания не обойду. В нынешнем правлении работают представители двух авторитетных, значимых общественных организаций: Общественной палаты и Комиссии по помилованию. Как говорится, ехать дальше некуда. Это равнозначно неряху толкать в руководители наводить чистоту. Как можно продвигать людей, которые не умеют или не хотят навести порядок у себя под носом.Естественно, в данном случае сработало «сложившееся мнение», которое сложилось где-то и у кого-то.Нельзя обойти гордость нынешнего руководства — издательство Тамбовского отделения Литфонда России. Слов нет, дело хорошее, для писателей местных лишний глоток свежего воздуха… Но, увы, оно превращается в вотчину авторитарного руководителя. Он там и швец, и жнец, и на дуде игрец. В каждом издании он и по фамилии, и по отчеству, и псевдониму. А в последнем издании и вообще отличился… В юбилейном сборнике В. Маркова корректором фигурирует А. Домашнев — литературный герой из пресловутого романа Наседкина «Люпофь». Старый профессор, развратник, профессиональный алкаш. Так и хочется воскликнуть: «Ах, нравы, нравы!» А может, господин Наседкин решил, что пора этого порногероя увековечивать?*Можно бы кивнуть на правление, да как? Оно само-то почти полным составом является редколлегией тамбовского альманаха, выходящего в том же издательстве. Сами всё видят, сами все знают. Видимо, в том и причина, что ни в какие руководящие структуры иные писатели, кроме членов правления, и не допускаются.Конечно, немало кислых физиономий будет скорчено после прочтения моих горестных замет потому, что они изложены вопреки сложившемуся мнению о некоторых участниках происходящего ныне в Тамбовской писательской организации.Но это нестрашно: мнение, даже сложившееся, не становится непреложной истиной, а это всего лишь мнение.
_________________________________________________

* Право, не стоило А. Акулинину задевать работу издательства Литфонда, которое уже прочно приобрело имидж самого профессионального издательства на Тамбовщине, в то время как издательская «фирма» «Книжная лавка писателя», принадлежащая лично Акулинину, как раз славится своим непрофессионализмом, халтурным качеством, позорящим всю книгоиздательскую систему Тамбова. Здесь выпускаются книги, количество ошибок и опечаток на каждой странице которых достигает 10-15, перепутаны дефисы с тире и порой вовсе не ставятся переносы. И это несмотря на то, что в выходных данных редакторами и корректорами значатся все родные и близкие издателя.
(Здесь и далее — прим. ред.)

                                                                                                      Нина       ВЕСЕЛОВСКАЯ

                                                                                  НЕ     О     ТОМ     ПЕЧАЛИТЕСЬ    ,     ГОСПОДА*
                                                                                                 ( в   сокрашенном    варианте )

Хочу воспользоваться приглашением к участию в полемике о литературных проблемах Тамбова. В нашей семье представители трёх поколений являются профессиональными литераторами (все трое — члены писательских союзов). Но, несмотря на разность в возрасте, наши взгляды на ситуацию неожиданно совпали. А поскольку ни один из нас никогда не имел ни копейки денег от Тамбовской писательской организации, Литфонда или спонсоров, наше мнение вполне можно считать мнением совершенно независимых наблюдателей.Выступившие на страницах газеты поэты Алёшин, Митрофанов и прозаик Акулинин главными аргументами против председателя Тамбовской писательской организации Н. Н. Наседкина выдвигают отрывки из его же произведений. Процитировав откровенно эротические тексты, наши местные «инженеры человеческих душ» сообщают, что это образцы того, «как деградирует русское слово», и возмущаются, как написавший такое может возглавлять областное отделение Союза писателей России.Когда-то мы это уже проходили: в правление Союза кинематографистов могли входить только исполнители серьёзных ролей, а комики — ни-ни, отделения писсоюза возглавляли тоже самые идейно выдержанные, не какие-нибудь там фантасты или пародисты. Неужели всё сначала?Тогда это происходило из-за дилетантизма советской партийной номенклатуры, которая руководила творческими союзами. Нынче… да всё из-за того же дилетантизма. У человека с филологическим образованием вызовет улыбку фраза Алёшина, что писатель — «глашатай непреходящих общечеловеческих ценностей», и у него «дыхание… должно быть чистым, как у ребёнка, и свежим, как родниковая струя». Красиво сказано, да только не для XXI века. Человечество прошло через иссушающий эгоизм экзистенциалистов, сумасбродства битников, постмодернистские навороты и всевозможные скандальные эксперименты вроде набоковской «Лолиты» и откровенностей Лимонова. Какие там ценности, какая струя! Кстати, если вчитаться в похотливые переживания любовника Лолиты Гумбольта, там можно найти почти всё, за что тамбовские моралисты сейчас ругают героев Наседкина. А ведь книга Набокова написана полвека назад, её называют поэмой в прозе, считают классикой, включают в вузовскую программу, не удивлюсь, если в школьную попадёт. И художественные достоинства книги Лимонова «Это я, Эдичка» никто не отрицает, хотя лично я читала его с изрядной гадливостью. Но это литература. Если бы не было таких книг, мы ста- ли бы беднее. Они учат понимать и жалеть не только беленьких и чистеньких, но и грязных, непокорных, отбившихся от человеческого стада. И в этом заложено куда больше христианской традиции, чем в рассуждениях о чистоте и святости. Из того же ряда и книги Наседкина. Мне отнюдь не близки его герои, и именно я в своё время дала им достаточно жёсткую оценку на страницах «Тамбовского альманаха». Наседкин с ней справился. А какими он пользовался приёмами — это дело автора. Его можно упрекнуть только в протоптанности выбранной тропы: современная литература и так перенаполнена сексуальной темой.Второе, в чём упрекают собратья по перу писвождя, это в несправедливом распределении благ: не тем назначили творческие стипендии, кого-то слишком легко приняли в члены СПР, кого-то не так сняли с учёта, кого-то не поставили. Представляю, как я буду рассказывать это моим московским друзьям-литераторам, и как опять повиснет в воздухе вопрос: а зачем сейчас нужны эти писсоюзы? Мне задали его в прошлом году, когда я вступала в СПР, и я не знала, что ответить. Что у нас в провинции считаются писателями и поэтами только члены? Что им иногда перепадают какие-то копейки и бесплатно печатаются безгонорарные книжки? В столице это кажется смешным.**Когда-то такое членство гарантировало целый пакет социальных благ. Бесплатные санатории, творческие дачи, поездки по стране и за границу. Возможность писать платные рецензии — 12 рублей за штуку (бешеные деньги по тем временам!), а мой сосед по редакционному кабинету Семён Милосердов успевал делать таких до трёх в день. Внеочередное приобретение машины и кооперативной квартиры, а для очередников — дополнительные метры, чтобы у каждого члена был отдельный кабинет. Солидные гонорары, особенно у прозаиков. И наконец — самая большая мечта — оплачиваемый отпуск для написания романа или поэмы. Целый год сидишь дома или путешествуешь, а тебе за это платят и неплохо. Кстати, можешь ничего не написать — кризис, мол, бывает…Понятно, что туда рвались и что попасть в ряды Союза советских писателей было очень трудно. Но всё это умерло вместе с той страной, и большинство раскрученных писателей сейчас в союзы не вступает. На встрече в пушкинской библиотеке кто-то спросил Василия Аксёнова, в каком он союзе. Мэтр расхохотался: «Да зачем мне это, я же Аксёнов!» Действительно, зачем: никто не сомневается в его писательском статусе, и никакие крохи творческих стипендий не нужны при его гонорарах.Но провинция… Жить литературным трудом здесь невозможно, разве только при огромных связях со столичными издателями. Стипендии же назначает комиссия, где для чиновников нет понятия «качественная» или «актуальная» литература, они ориентируются на «заслуги». А какие могут быть заслуги у поэта? Только произведения. Но кто их оценит, если нет экспертов? И начинается детская игра: на членов и нечленов рассчитайсь!Да и может ли оно стать иным? На Тамбовщине сейчас нет литературной студии уровня литгруппы 70-х годов, которой руководил Г. Д. Ремизов. Когда я пришла туда, у меня был шок, оказалось, что все мои юношеские стихи никуда не годились, к поэзии уже предъявлялись иные требования. «Не пишите зарифмованные школьные сочинения, это самый далёкий от поэзии жанр», «убейте в себе старательную девочку-отличницу — без протеста нет поэта», «тема любви за тысячелетия совсем затёрта, беритесь за неё, только если найдёте что-то принципиально новое», «бегите от банальностей, от пафоса», «никаких лозунгов, никаких призывов, забудьте про повелительное наклонение». «Красивый», «нежный», «гадкий» — забудьте эти субъективные понятия, читатель их не видит, передавайте впечатление через образ». «Счастье», «несчастье», «любовь», «печаль», «тоску» сократите до минимума, такие универсалии не содержат информационного и эмоционального ядра». Все эти советы тогда казались азбукой. Каково же было удивление, когда я через четверть века столкнулась в сборниках местных мэтров со всем, чего избегала в своих стихах.В том числе с «бродилками» над которыми мы смеялись ещё в 75-м. Ими пестрели юбилейные номера газет: поэт обычно описывал, как он ходит по Михайловскому (Тарханам, Спасскому-Лутовинову) и вспоминает стихи Пушкина (Лермонтова, романы Тургенева), а потом сидит на заветной скамье, восхищённо прикасаясь к ней тем же местом, что и поэт… Этот жанр умер ещё 30 лет назад, вернее, изначально был мёртворожденным. Почему же тамбовские витии до сих пор продолжают отдавать ему дань? Ответ прост: подсказать некому.Так что если бы в Тамбове захотели узнать мнения известнейших поэтов по поводу произведений местных авторов, сделать это было бы несложно: Кудимова, Суглобова, да и другие всегда готовы помочь. Но нет, считается, что у нас и свои не лыком шиты. Насколько взгляды таких «нелыковых» расходятся со столичными, можно увидеть на маленьком конкретном примере. Двум тамбовским мэтриссам показали стихи уникального токарёвского самородка Владимира Абросимова, и дамы сморщили носы: «Ничего особенного». Но редакция «Нового мира» оказалась другого мнения, и в июньском номере вышла подборка его стихов. Попадут ли когда-нибудь в этот престижный журнал сами мэтриссы? Вряд ли, ведь главным достоинством поэзии эти дамы считают «поэтичность». Сей дикий тавтологический термин местного производства обозначает непременное присутствие в стихах всяких красивостей — лютиков-цветочков-листочков, что поэты со вкусом обычно не применяют.Учиться же у лучших наши литераторы упорно не хотят. На обоих творческих вечерах Ирины Суглобовой присутствовало всего по одному представителю тамбовского писсоюза. Объяснить этот феномен я не в силах: ну должно же быть у людей хотя бы элементарное любопытство…Так что переживания по поводу Остроухова и Струковой я не разделяю, этим людям повезло, что они вращаются в столичных литературных кругах. А что правление временно приостановило их членство в Союзе, думаю, это никак не скажется на их жизни и творчестве. . И ещё необходима учёба, семинары для уже «очлененных», но так и не понявших, что для литературы хорошо, а что плохо. И приглашать на эти семинары нужно ведущих писателей и поэтов страны, чтобы они разбирали, как у маленьких, тексты наших мэтров и подчёркивали, где нужно, красным карандашом. Чтобы потом не висели в людных местах процитированные Митрофановым «шедевры» и не учились наши школьники на уроках литературного краеведения стихосложению по убогим образцам.Три года назад в самом центре Тамбова умер от голода и отсутствия лекарств один из самых тонких поэтов-лириков Юрий Белов. Да, он пил (не такая уж это редкость), но пятьсот рублей в месяц, которые в то время получали все члены Союза, могли его спасти. Только Белов не был членом…А вот как излечить людей от гонора, зависти, жадности… Человечество применяло для этого разные средства, но за тысячелетия так и не выработало рецепт.

Примечание -- стипендии получали не все , далеко не все . Так решили Наседкин и Дорожкина . И к членам СП они относились по разному . К одним относились с благоговением , как к богиням ! А другим говорили -- Пшли вон ! --

                                          ИЗРЕЧЕНИЯ      НИКОЛАЯ     НАСЕДКИНА    .    НЕБОЛЬШОЙ     РАССКАЗ     ОБ    ЭТОМ   и    ДРУГОМ

                                                                                          Рулетка            страсти

Ее славили не переставая прежние 10 лет. То как поэтессу , то как прозаика . Теперь славят с новой безудержной пиар - силой ! Ее книги : " Исступленный крик " и " Мы стали животными " произвели фурор в среде экзальтированной , вайфайной молодежи. Экстремалы версификаций продолжают хором восторгаться ее новым шедевром " Гетера в огне ". По поводу выхода новой книги Казначеевской гетеры , ее коллеги по перу гагары нон - фикшной литературы устроили беседу - конференцию . Конференция происходила в южном городе Анапа. Аргонавты Анапы Ливин и Штемпелев старались не терять связи с родным Казначеевском . Беседу начал Ливин : -- Давайте назовем сегодняшнее действо шуточно "Бисер свиньям " , этим зададим тон обсуждению произведений Дымки -- Продолжил дискуссию Штемпелев : -- Я согласен ! Но сегодня много ожидается скайпов прототипов Дымкиного щекотливого стихотворения .Предлагаю разобрать смыслы только этого ключевого ее шедевра -- Согласен ! Выведьте на экран строки шедевра Дымки -- Аргонавт Штемпелев подсуетился у компьютера и на экране подвешенного монитора появились потрясающие строки :

"Тебя мне досталось на этот остаток лет
так мало , что лопнули все таблицы
с прописанной дозой , заряженной в пистолет ,
которым давлюсь , но никак не могу убиться "

Началось обсуждение чтива Дымки . -- Это она имела в виду мой пистолет.Она всегда давилась им до остервенения -- сказал Штемпелев.Включился скайп Петербурга -- Какой там твой пистолет ?! -- кричал Граф - поэт , -- Она моим огромным давилась с вечера до утра ! -- Включился скайп Казначеевска с Николой Наследкиным : -- Что вы себе возомнили бисеросборщики ! Дымка всегда давилась только моим пистолетом " Васей " ! Причем всегда по интернету и в эсэмэсках нахваливала мои прописанные дозы ! -- Дискуссия неожиданно обретала  смыслы балагана . Каждый участник " Бисера свиньям " доказывал свое превосходство,как прототип с пистолетом заряженным дозой ,которым давилась поэтесса что бы убиться , когда лопнули все таблицы . Скайпослов столицы тоже возмутился : - Это я Звамшев так отсеминарил ласкушу , так подравнял ее до Маяковского и Лилии Брик , что лопнули даже графики , календари и вовсю зазвонил Царь - Колокол! -- Спор безнадежно затянулся.Третейский судья ареопага поэтов вынес свой неоспоримый вердик: -- Дымка давилась каждым вашим заряженным пистолетом ! Взяла обобщила это свое сладострастие и написала данное стихотворение . Вопросы ? Вопросов нет . Переходим к обсуждению романа " Мы стали животными " -- Этот поступок аргонавта был легкомысленным и не дальновидным . Сразу же включились десятки скайпов и головы их владельцев заблеяли , зарычали и завыли ...

Изречения   Наседкина    Николая

Наседкин Николай порнороман Люпофь , то же самое роман Гуд бай , май --

P. S. Кстати, гуляла я сегодня с Ленкой, а ты, похоже, подумал про ДРУГОЕ.
Алина.
Латункиной, 21 октября, 23–00 (Повтор) Примечание в романе Гуд бай , май
Наседкин прямо называет Алину Латункину -- Еленой Луканкиной она же Дымка .

Ещё раз на полном серьёзе: Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!!! Ты опять трахалась со своим юным вождём краснорожих! Чтоб ты захлебнулась его спермой!

«брюки у профессора Домашнева оказались расстёгнутыми и спущенными до колен, сам он тут же впал в полубессознательное состояние, ощущая её горячие губы на своём «Василии», стараясь из последних сил решить дилемму: самому прервать блаженство в последний момент или она сама это проконтролирует-сделает?».

Снова начинаю мечтать о том, чтобы ты как можно скорее начала пользоваться зубными протезами… Да, да! Чтобы не оставлять следы острых (чересчур!) зубов там, где их оставлять не положено… Я, разумеется, понимаю, что не в трахе счастье, но и страсть надо как-то регулировать-сдерживать…»

«Сразу же уточню: мне, как и герою романа «Люпофь» Алексею Алексеевичу Домашневу, сравнялось в момент нашей встречи пятьдесят, а реальной Лене, в отличие от книжной Алины, исполнилось не двадцать, а уже двадцать два года и была она не студенткой, а уже работала журналисткой. Всё началось в те дни, когда судьба вновь привела меня в Дом печати».

«Алина вдруг взбунтовалась. Она сбросила с себя одеяло, раскинула совершенно неприлично согнутые в коленях ноги, начала ласкать-оглаживать свою «Маню» и капризным тоном просить:
— Ну не хочу я домой! Давай ещё полежим! Ну дава-а-ай! Я праздника хочу».

Маней Алина называет свой половой орган.

Письмо Лены: «Коля, ты уж прости, что я без твоего ведома (и фактически участия!) занимаюсь сексом с тобой! А в ванной особенно приятны судороги УДОВОЛЬСТВИЯ!
Думаю, что ты мне позволишь перед сном, когда я лягу в постельку — ещё раз (а может и два!) СТАТЬ ТВОЕЙ: ты во мне, я в тебе…».

«Лена, тормози! Как я понял, ты начала заниматься самоудовлетворением»?

Ответ Лены: «Никакого самоудовлетворения! Никаких чужих инородных (и даже своих!) конечностей и предметов ТАМ нет и не будет — ОНА принадлежит тебе! А с зубными протезами, увы — это и есть переизбыток моей страсти к тебе и любви! Васёк, прости меня (поцелуй его за меня — ШУТКА!!!!)».

«Умудрялись мы грешить и в моём «офисе» прямо средь бела дня, закрывшись изнутри. У меня уже имелся опыт с Наташей, а Ленка в этом отношении и вовсе была типичной представительницей своего поколения — поколения без особых комплексов и табу. Она, к примеру, рассказывала со смешком, как с Димой они ухитрялись поздно вечером, при расставании, наскоро совокупиться прямо перед дверью её квартиры на лестничной площадке»!

«Мы с ней, само собой, надолго закрываться не могли (в дверь «офиса» то и дело торкались прозаики, поэты и графоманы с улицы), так что старались удовлетворяться быстрым минетом, но порой позволяли себе (особенно в конце рабочего дня) и вполне полноценный секс, тем более, что это было не так уж сложно — Ленка всем любовным позам предпочитала позицию «мужчина сзади», она её просто обожала».

                                                                                                          ПРОДОЛЖЕНИЕ

Изречения Николая Наседкина из статьи " Точки над i " 
 новой документальной повести " Литлабиринты -- Два срок "
напечатанной летом 2017 года в сети .

Для начала: а судьи кто?
Алёшина Олега именуют-представляют в газете то «литератором», то «писателем», то «поэтом». Увы, эти лестные эпитеты-титулы мало соответствуют действительности. АЛЕШИН В ЛИТЕРАТУРЕ , МЯГКО ГОВОРЯ ,— НИКТО , ПУСТОЕ МЕСТО , НОЛЬ. Зато амбиций — на трёх Пушкиных хватит. В 2001 году на региональном семинаре молодых литераторов в Белгороде его приняли в Союз писателей, так сказать, авансом, как подающего кой-какие надежды. Разглядел в нём эти надежды в основном, видимо, тогдашний руководитель нашей писательской организации. За семь минувших после этого лет надежды наш уже почти 45-летний «пиит» материализовал в 40-страничный сборничек стишков «Антоновы песни» размером с записную книжку, изданный за счёт автора. Всё. О каких-либо достоинствах «поэзии» речи вообще нет: думается, ни сам Алёшин, ни его опекун Акулинин, ни читатели-родственники не считают эту стихотворную брошюрку поэтическим достижением.Признаться, когда Олег подал заявление о выходе из состава Тамбовской писательской организации, я чуть было не зауважал его: ну, подумал, проснулась совесть у парня, понял, что ни с какого боку не соответствует он званию писателя, самому надоело играть роль балласта в творческой организации… А оно вон чего: ему, оказывается, с другими — настоящими — писателями не по пути, мелковаты они для него в качестве попутчиков!




Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 24
Опубликовано: 28.11.2017 в 20:43
© Copyright: Валерий Хворов
Просмотреть профиль автора








1