Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

Царство № 27


Царство № 27
С детства мечтал дракон Редьярд побывать в Тридевятом царстве. Самые необычайные события происходят там. Самые могущественные чародеи, самые диковинные животные обитают в этом загадочном краю. Об отважных героях уже и говорить не приходится. Там-то, поди, всякий человек – герой, как же иначе среди таких чудес да опасностей жить.
Побывать бы там, взглянуть хоть глазком, да вот беда, ни на одной карте нет Тридевятого царства. Вот и надумал Редьярд сам чудесную страну разыскать. Призадумался, в какую сторону путь держать, да вспомнил, как говорила одна сказительница, что находится Тридевятое царство там, где восходит солнце. Полетел дракон на восток, царства в пути считает: королевство Эдгара – первое, рядом – второе и третье, южнее – четвертое, там же пятое, шестое и седьмое. На второй день досчитал до двадцати шести и остановился на ночлег. Не лететь же на ночь глядя в такое страшное место.
На утро пустился Редьярд в путь. Границу двадцать шестого царства пересек, летит да по сторонам оглядывается. Тут зевать нельзя, охнуть не успеешь – какой-нибудь чародей в таракана обратит. И все-то в Тридевятом царстве не так, как везде, и леса зеленее, и поля шире и реки прозрачнее. Вот уже и чудовище навстречу летит – такой же дракон, но с тремя головами!
- Приветствую Вас, – церемонно поклонился трехглавому змею дракон. – Я Редьярд, сын Ольгерда. Назовите Ваше имя.
- Наши-то? Я Дубыня, - ответила средняя голова. - Он, – голова кивнула направо, - Кушлук, а это – Лексей. Горынычи мы.
- Не желаете ли Вы, благородный Дубыня, вступить со мною в честный поединок?
- Придумаешь тоже, Ольгердыч, сперва знакомиться, потом драться. Добрые люди наоборот делают. Да и ради чего нам драться?
- Мало ли ради чего сражаются. Ради славы, ради Дамы, ну еще ради сокровищ, конечно.
- Ради сокровищ дерутся, - подтвердил Лексей. – Да только, признаться, нет у нас их. Чужие сокровища охранять мы, бывало, нанимались – то Кощею, то Царю какому-нибудь. А своих нет и отродясь не было. Не оставил нам батя сокровищ-то.
- Не оставил, потому что от них одно зло! – зарычала средняя голова. – Ни к чему нам сокровища.
- Погоди, Дубыня, не хвастайся, – усмехнулась правая, – путник-то из заморских краев прилетел. У него этих сокровищ, поди, куры не клюют. Может стоит ради них сразиться?
- Да что мы тати лесные что ли?!
- Не шуми, Дубынюшка, Кушлук шутит, не станем мы с заморским драконом драться. Все-таки две головы хорошо, а три еще лучше. Хотя, глядя на тебя, я в этом сомневаюсь.
- Хватит трещать, не сороки. Ответь лучше, сын Ольгерда, чего ради летишь в эти края? Не из любопытства спрашиваю, а по службе. Приставлены мы здесь границу охранять.
- Лечу я взглянуть на Тридевятое царство.
- Путешествуешь, стало быть. Это правильно. Мы вот тоже туда собирались, да все недосуг.
- Как? Разве Тридевятое царство не здесь?
- Да что ты! – зашумели все головы разом. – Наше царство обычное. Дракон только один – мы, чародеев настоящих кроме старого Кощея, пожалуй, и нету. А Тридевятое оно знаешь какое?! Там куда не плюнь – чародей или ведьма. Драконы там громадные – не чета нам с тобой. Богатыри дубы с корнем выворачивают, крепостные ворота пинком распахивают, а драконов бьют, словно мух. А кони-то, кони у них сплошь крылатые. Чародеи тамошние сильны, просто спасу нет. Землю-матушку повернуть могут. Надо всем миром власть им дана.
- Неужели надо всем?
- А ты как думал? Конечно! У них для этого особые кольца есть – Кольца Всей Власти, так и называются. Нам про то один старик сказывал.
- Как же они тогда до нас не добрались?
- А так и не добрались, что руки не доходят. Они там все между собой воюют. Злые, как собаки, чуть в глотки друг дружке не вцепляются. А когда их война закончится, тут нам всем погибель придет.
- Кошмар-то какой, - вздохнул Редьярд.
- И не боишься один в такое место лететь? – с уважением спросил Кушлук.
- Боюсь, конечно, но кого же мне в спутники взять.
- Слушай, давай вместе полетим, все не так страшно.
- А Вы знаете, куда лететь?
- Конечно. Тридевятое царство – оно на закате, все про то знают. Только нам нужно сперва у князя отпроситься, да здесь все дела закончить.
- Надолго ли дела?
- Кто же знает. К Соловью надобно слетать. Он на перекрестке дорог на Двенадцати Дубах сидит, все видит да все знает, может видал где Василису Прекрасную. Она, голубушка, вторую неделю в тереме своем не появляется. Волнуемся мы за нее, не похитил ли кто. Больно уж невеста завидная.
- Это Ваша Дама сердца?
-Что ты, куда нам до нее! Она красавица, даже чуть-чуть волшебница. А мы? Просто трехглавый дракон. Ну так что? Сам будешь Тридевятое царство искать, али нас подождешь?
- Вместе веселее. А девицу выручить - дело благородное, коли надо, помогу.
- Только ты, вот что, - заметил Лексей, - покуда здесь подожди, к Соловью с нами не летай. Не то рассвистит на всю округу, что мы с иноземным змеем дружбу водим, неизвестно еще, как это князю понравится. Уволит со службы, а нам у него неплохо живется.
- А то мы тут одному хану служили, что ни день в набеги гонял, - поддержал брата Кушлук.
Полетел трехглавый змей к Двенадцати Дубам. Три раза кругом облетел, два раза пешком обошел, да так никого и не отыскал.
- Соловей Одихмантич, ты здесь ли?
- Эх, Горыныч, - захихикали в ответ из листвы, – шесть очей у тебя, да не видишь. Я-то своими двумя тебя еще вон над тем леском углядел.
- Ты скажи, Соловей Одихмантьевич, не видал ли где Василисы Прекрасной?
- Как же не видать, видал. Вон той тропкою в дальний лес побежала.
- А обратно?
- Нет, назад не ворачивалась. А что такое, пропала, никак?
- Да уж более недели ее не видел.
- Заплутала, знамо дело. В дальнем лесу леший уж больно хитер. Завел в чащу дремучую, да не выпускает.
- Не так Василисушка и проста, чтобы в лесу заплутать, да с лешим не справиться.
- Зато ты, Горыныч, прост. Ты скажи-ка, что делать, коли леший по лесу водит?
- Ну, перво-наперво, кафтан наизнанку выворотить, сапоги правый - левый поменять, коли есть рукавицы – тоже, потом еще слова сказать.
- А теперь и подумай тремя своими головушками, станет ли Василиса в этаком дурацком виде по лесу бегать?
- Не станет.
- То-то. Знает она, как от лешего уйти, да не по ней это. А тот и рад.
Змей уже улетал.
- Спасибо тебе, Соловей Одихмантьевич, - прокричал Дубыня сверху.
В лес драконы полетели вдвоем.
- Вот старый пень! – ругался дорогой Кушлук. – Мы ему сучья-то пообломаем, будет знать, как красных девиц морочить.
Опустился трехглавый змей на поляну, да как зарычит:
- Леший, выходи, будем биться!
- Ты чего, Горыныч, орешь? Не выспался что ли? – спрашивает сухонький старичок.
- Хватит шутки шутить, выходи на смертный бой!
- Имей совесть, Горыныч. Хочешь размяться, ступай вон с Илюшей Муромцем подерись. А у меня года не те, мечом махать. Вот на локотках, коли хочешь, могу побороться. Только, чур, кто проиграет, везет победителя на себе в соседний лес, в самую его серединку, а потом – обратно.
- Где тебе меня на закорках утащить. Да и не к чему нам в соседний лес.
- Ну не хочешь в лес, куда хочешь, туда и повезу, только не дальше, чем уговорились.
- Не надо никуда меня везти. Отдай похищенную Василису и все.
- С ума спятил, Горыныч? Тише говори – лешачиха услышит, - перепугался старичок. – Не видал я твоей Василисы. На той неделе пробежала тропкою, я даже и не глядел. Лешачиха меня без того ревностью замучила. Только красотки твоей мне и не хватало.
- А Соловей сказывал, будто ты ее в чащу завел.
- Нашел, кого слушать, свистуна этого.
- Так, стало быть, Василиса не у тебя?
- Говорю же, нет. Бестолковый какой!
- Ну тогда я полетел.
- Погоди, а на локотках бороться? Уговор дороже денег.
- Бороться, так бороться, - ответил Дубыня, небрежно ставя левый локоть на пень.
- Старичок сел напротив, поплевал в ладони, ухватил сухонькой ручонкой когтистую лапу, крякнул, да и повалил змееву лапищу на пень.
- Хитер ты больно, дедушка! – заволновался Лексей. - У тебя левая-то рука куда сильнее. Давай правой бороться.
- Давай.
- Пыхтел, пыхтел Горыныч, никак не может одолеть, а леший поднатужился и положил противника во второй раз.
- Придется тебе, змеюшка, в соседний лес лететь.
- И полечу, - пробурчал Дубыня, - полезай на спину.
- Погоди, не враз. Передохни сперва, устал, поди. А я покуда стол накрою. Гость ты нечастый, негоже тебя без угощения отпускать.
- Леший расстелил на пне скатерть, приволок бадью соленых опят, поставил всем Горынычам, Редьярду и себе по полуведерной кружке, да выставил бочку зелена вина.
Выпили за встречу и за знакомство, чтоб в соседний лес легче летелось, за гостей, за хозяина и хозяйку, чтобы лес рос до небес, чтоб Горынычам разыскать Василису, за Василису лично и за баб вообще. Редьярду питье не понравилось, он под всякий тост отхлебывал лишь полглоточка, хоть хозяин и бранил его за это.
- Споем! - предложил Кушлук.
Песня получилась грустная, Лексей даже прослезился.
- По последней и полетели, - объявил Дубыня.
Однако, выпив последнюю, он положил голову на пень и захрапел. Две другие головы уснули еще прежде.
- Эй, а лететь? – заволновался леший. – Мне ведь в соседнем лесу непременно сегодня надобно быть.
Он пытался растолкать трехглавого змея, но безуспешно.
- Его сейчас не добудишься, - заметил Редьярд, зевая во всю пасть. - Я могу вместо него слетать, мне не трудно.
- Вот это дело! – обрадовался леший. - Мне тамошнему хозяину должок вернуть надобно, - пояснил он, надевая кафтан. - Сегодня как раз срок выходит, а пешком плестись не охота, на крыльях-то куда быстрее.
Уселся леший на Редьярда, тот только охнул. На вид махонький старичок, а весу в нем – точно трое здоровенных троллей разом уселись. Однако не отказываться же теперь – сам вызвался. Оторвался Редьярд от земли, до соседнего леса дотянул. Там отдышался чуть-чуть, и в обратный путь. Плюхнулся на краю поляны в кусты, шевельнуться не в силах.
- Тяжел ты, дедушка, - только и простонал.
- Эй, Соловей! - шумели наутро Горынычи, подлетая к Двенадцати Дубам. – Что же ты на Лешего напраслину возвел? Он про Василису знать не знает, ведать не ведает.
- Прости, Горыныч, ошибочка вышла. Зато теперь я точно разузнал, где Василису искать.
- Что же с ней?
- Похитил голубушку твою злой дракон.
- Какой еще дракон?
- Разов в пять поболе тебя будет. Из самого Тридевятого Царства.
- Ты-то откуда знаешь?
- Видал я его. Туда-сюда летал, да все высматривал. Прежде здесь о таком слыхом не слыхивали. Нарочно за Василисушкой прилетал. Умыкнул он ее голубушку за тридевять земель в царство свое распроклятое. Некому ее, бедняжечку, выручить, некому пожалеть, утешить, слезу горькую утереть.
- Мы летим, - закричали три головы хором.
- Придется с драконом тамошним биться, - вздыхал Лексей. – Ты с нами?
- Конечно, - отвечал Редьярд. – Показывай дорогу.
Горыныч, не сходя с места, девять окрестных царств по пальцам пересчитал. Дальше считали по дороге. Дело споро пошло, Редьярд совсем недавно все здесь уже пересчитывал. На следующий день границу двадцать шестого царства перелетели.
- Вот мы и на месте, - почему-то шепотом сказал Дубыня.
- Да какое же это Тридевятое царство, - удивился Редьярд. - Это мое родное королевство.
- Не может быть, больно уж на Тридевятое похоже, все точь-в-точь, как мудрые люди сказывали. Может в счете где запутались. Не это, так соседнее.
- Я тут все королевства вдоль и поперек излетал. Нету в этих краях Тридевятого царства.
- Но дракон-то, какой-никакой тут есть?
- Да только мы с матерью вдвоем на все близлежащие государства. Постой, а не меня ли твой Соловей видал, когда с лешим мы в соседний лес летали?
- Айда назад, спросим у обманщика!
- Соловей, выходи! – в три глотки заорал Горыныч, подлетая к Двенадцати дубам.
- Да что же ты, змеюшка, так шумишь, - захныкал Соловей. - Глянь, дубы-то мои до земли наклонились, листочки с них поосыпалися. Где теперь мне, горемычному, от людского глаза прятаться?
- А ты от честных глаз не прячься, прямо отвечай, не про этого ли дракона мне сказывал?
- Про этого, как есть про этого. Отыскал-таки, глазастенький ты наш!
- Что же ты врал, будто он впятеро больше меня?
- Да разве издаля углядишь? Низко, стало быть, летел, а я думал, что высоко, вот и ошибся чуток в размере. Ты послушай, зато, какую я тебе новость расскажу. Кощею-то бессмертному совсем жизнь надоела. Надумал, бедолага, сам погибель свою добыть.
- Да ты что! Кто тебе сказывал?
- Сам видал. Подстрелил нынче утром Кощей утку серую.
- Ну так что?
- Как же ты не понимаешь! В утке яйцо, а в яйце игла, а на конце иглы, чай сам знаешь, смерть Кощеева. Полюбил, стало быть, старикан Василису Прекрасную, колдовством великим в замок свой заполучил, да не хочет она за Кощея замуж идти.
- Еще бы! Василиса молодых королевичей отваживала, на что ей этакий старик.
- А Кощею без нее белый свет не мил. Отправился он, сердечный, на море-океан, отыскал остров заповедный, срубил дуб, открыл сундук, зайца, что из сундука выскочил, подстрелил. С уткой пришлось повозиться, но и ее добыл. Достанет Кощеюшко из утки яйцо, разобьет его, вынет иглу…
Горыныч не слушал, он мчался к замку Кощея, Редьярд едва поспевал следом. Опустились драконы на широкий двор камнем вымощенный. Хозяин сам навстречу идет, подкованные сапоги по булыжникам стучат. Меч у Кощея каменьями изукрашенный, бахтерец позолоченный, шапка соболья, а сам Кощей высокий да худой, в чем душа держится.
- Одумайся, Кощеюшко, - первым заговорил Дубыня. - Да мало ли на свете красивых девиц! В вашем ли возрасте преклонном, при Ваших ли богатствах несметных из-за девки жизни себя решать!
- Остепениться тебе пора, Горыныч, семью завести. Кто о чем, а ты все о девицах.
- Да разве Василиса не у тебя?
- Василиса? У Яги она, ученую беседу ведет, ума набирается. И как тебе в голову пришло в моем замке красавицу искать?
- Так ведь Соловей говорил, будто ты ее похитил.
- Вот свистун! Сплетни сочиняет, путников с толку сбивает. Разбойник!
- Постой! Для чего ж ты тогда утку серую подстрелил?
- Разве не чуешь запаха? В печке она, с яблочками. Ты уж извини, угощать не буду. Тебе раз лизнуть, а мне без ужина остаться.
- Так эта не та, что яйцо с иглой в себе таит?
- Конечно не та.
- Ну прощай, Кощеюшко. Спасибо, что надоумил, где Василису искать. А то я, почитай, полмира облетел, да все даром.
- Куда мы теперь? – спросил Редьярд. - К Яге?
- Да ты что! – возмутились Горынычи. – Ягу не след без важного дела тревожить. Мы Василисушку неподалеку на полянке подождем. А как пойдет она назад, тут уж и проводим. Чтобы, значит, не похитил дорогой никто.
Ждать пришлось долго.
- Вот ведь дела, - ворчал Кушлук. - Третью неделю девка у Яги сидит. И без того Василиса куда как хитра была, теперь же и вовсе премудрая станет.
- Это все батюшки ее вина, - подтвердил Лексей. - Не умел дочку в строгости держать, грамоте обучаться дозволил, так теперь с нею и сладу нет.
- Не говори, - вздохнул Дубыня. – Женихи толпами ломятся, а она на порог не пускает. Горда больно стала. Так и в девках засидеться недолго. Ей уж от роду лет тридцать, поди.
- Не горазд ты считать, Дубыня, - усмехнулся Лексей. - Поболе уже. Да и на вид пятнадцати годков не дашь, никак не меньше семнадцати.
- Скоро даром никто не возьмет.
- Правда твоя, Кушлук, хуже нет ученой жены, - буркнул Лексей, и все три головы закивали.
Тут вышла на поляну девица-краса. Как шла по лесу – ветка не согнулась, лист не зашелестел, мышка малая больше шуму бы наделала. Слыхал прежде Редьярд, будто есть на свете такие красавицы, да думал, врут сказочники.
- Василисушка! - обрадовались Горынычи. - А мы-то уж заждались!
- Полсвета облетели тебя разыскивая!
- Глаз от горя не сомкнули!
- Чужеземных чародеев да змеев на смертный бой вызывать хотели!
- Лешего-старичка едва не погубили!
- Насилу отыскали, спасибо Кощей, умная голова, подсказал.
- Вы бы хоть меня даме представили, – возмутился Редьярд.
- У самого, чай, язык не отсох. Редьярд это, дракон из дальних земель.
- Сын Ольдгерда, - кланяясь, добавил Редьярд. - Рад познакомиться с Вами, прекрасная Василиса. Если нет еще пока рыцаря, назвавшего Вас Дамой сердца, буду рад служить Вам по рыцарскому обычаю. Меня посвятил в рыцари славный король Эдгар, даровав золотой рыцарский пояс, взгляните.
- Вот прохвост! – первым опомнился Лексей. – Его познакомили, а он в ухажеры набивается.
- Друг называется!
- Двухсот лет от роду, поди, не исполнилось, а туда же, даму сердца ему!
- Ну погоди, мы тебя из наших краев-то выдворим, обманщика!
- А я от боя и не отказывался! – возмутился Редьярд.
- А ну, прекратить шум! – велела Василиса. – Ежели кто из-за меня драку устроит, за семь верст к терему не подпущу. Слышишь, Дубыня?
- Да не глухой.
- А дракона молодого иноземного не обижайте, обычай у них такой.
- Мудрая ты у нас, Василисушка, все на свете знаешь, просто беда. А вот рассуди ты нас, где Тридевятое царство расположено? Летели мы из наших краев на закат солнышка. Царства-королевства вокруг считали, ни одно не пропустили. Отыскали двадцать седьмое, по всему видно – оно. Все точно так, как в сказках сказывается: леса на здешние не похожи, нечисть в них живет невиданная, города необыкновенные, люди и вовсе странные, одеты чудно, говорят непонятно. Быть не может, чтобы ошиблись мы!
- Не ошиблись.
- То-то же! А Редьярд не верил. Думал, будто наше царство Тридевятое и есть!
- Конечно, Тридевятое. Здесь-то чудес куда как больше, чем у нас!
- И Редьярд прав.
- Да как же так? Где же оно, царство волшебное?
- Так ведь в своем-то краю все привычно, знакомо, ничто не удивляет. Чудес в своем доме никто не примечает. В чужих же землях странно все, необычно да загадочно. Оттого-то и ищут волшебные края за тридевять земель. А чудес везде вровень. Только ты, Горыныч, их боле в дальних землях приметил, а Редьярд здесь, у нас.
- Мудрено больно. Не зря ты, видать, наукам хитрым у Яги училась, до того премудрая стала, нам уж и не понять.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Сказка
Ключевые слова: Дракон, русские сказки, для детей,
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 149
Свидетельство о публикации: №1170825277049
@ Copyright: Ольга Кобецкая, 25.08.2017г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1