ХИМЕРА, гл.3-4


   ГЛАВА 3

   Солнце поднялось уже довольно высоко, но надеяться на то, что и сегодняшний день окажется жарким, не приходилось. В восточной стороне неба клубились фиолетовые тучи, временами налетал резкий заполошный ветерок, взметающаяся с асфальта пыль то и дело норовила стегнуть Славку в лицо. Постепенно становились всё более слышны далёкие раскаты грозовой канонады.
  Славка, позвонив Лилии, крутился и маялся возле входа в парк, не отходя далеко. Хорошо ещё, что высматривать предполагаемое такси приходилось только со стороны центра. Сзади, метрах в двухстах, находилась железнодорожная линия, там и дорог-то нет, одни тропки. Другое дело, что таксистом мог оказаться кто угодно – и официал на жёлтой “волге” с шашками, и частный бомбила на чём попало, от “москвича” до “мерседеса”.
  Жёлтых таксомоторов так ни одного и не появилось, зато неприметный вишнёвый “опель”, едва припарковавшись на противоположной стороне, вдруг резво взял с места, пересёк проезжую часть по диагонали и тормознул прямо возле Славки. Из-за приспущенного стекла смотрел усатый, с добродушным прищуром, мужик южной наружности.
  “- Молодой человек, это вы Слава?”- спросил он с лёгким акцентом.
  “- Угу ”.
   Славка заглянул в салон машины и увидел её.
   Лилия сидела на переднем сиденье, чуть замаскировавшись солнцезащитными очками, на губах застыла лёгкая улыбка.
  “- Чего ждём, молодой-интересный-загадочный? Будьте добры отстегнуть этому джигиту триста рублей, пока он меня в заложницы не взял.”
   Славка поспешно расплатился, Лилия вышла, ”опель” развернулся и укатил к центру. Она посмотрела куда-то в сторону, потом не спеша подошла ближе, теребя в руках чёрную сумочку, смотрела на него без особого стеснения, хотя и несколько настороженно. Светло-коричневый приталенный жакет и брючки почти такого-же цвета шли её небольшой ладной фигурке идеально.
  “- Ну здравствуйте, таинственный незнакомец. Поведайте, где же это мы могли так познакомиться, что я об этом ничего не знаю. То, что мне с ваших слов передала Алексеевна, в расчёт не берётся. Во всяком случае, ни под каким дождём я вчера не бродила”.
  “- Лилия, у вас есть сестра-близнец?”- сразу спросил Славка.
   Она взглянула с лёгким недоумением.
  “- Без понятия. Во всяком случае, предки мне об этом не сообщали.”
   Интересный ответ. Надо к ней свой ключик подобрать, тональность особую, что ли, подумал Славка. Показалось или нет - девчонка чем-то раздражена. Или всё-же так проявляется её настороженность?
  “- И ещё… Давай на “ты”, а то что мы, как на английском приёме...”
  “- Да пожалуйста ”, - пожала она плечами.
  “- Предлагаю небольшую экскурсию. Хочу показать, где всё произошло, просто ради интереса. Это на этой вот самой улице, не очень далеко.”
   Она машинально посмотрела вдоль Центрального.
  “- Не вижу никакого смысла.”
  “- Лиль, не злись, я уже догадываюсь, что вчера утром ты там не была. Но кто же тогда был? Перстень с буквой “Л”, правда, сейчас почему-то на правой руке, а был, помнится, на левой. А адрес по улице Дачной – он что мне, приснился? Мне кажется, или ты на самом деле чем-то расстроена? Я этому не рад…”
  “- Я не злюсь. А на моё настроение не обращай внимания. Поцапалась с утра кое с кем…”
   Она посмотрела на Славку с некоторым вызовом.
  “- А если бы не поцапалась, то вряд ли стала тратить время на встречи с непонятными личностями.”
  “- И всё-таки давай прогуляемся”, - он осторожно взял её под локоток, -“ может, угостить тебя чем-нибудь вкусненьким?”
  “- Не подлизывайся. Когда попрошу, тогда и угостишь. Я в этом плане не комплексую.”
   Навстречу из-за угла - вот неожиданность – вывалился Гордей. Лёгок на помине, словно нарочно поджидал. Мало того, он ещё и не один. Рядом семенила одна из его дежурных подружек, чьё имя Славка запамятовал. Ну, Гордей! До чего лёгкий человек, позавидовать можно. Час назад глушил водку в одиночестве, скрипел зубами и предавался чёрной тоске, и вот уже летит развлекаться на столичные просторы, зацепив первую попавшуюся куклу. Дым в голове, бес в ребре, перо в заднице.
  “- А вы прекрасно смотритесь, молодые люди”, - отвесил комплимент приятель.
  “- Уже в Москву намылился?”
  “- Конечно, а чего ждать. У меня всё быстро происходит – позвонил, пригласили, еду. Давайте с нами за компанию.”
  “- Не, братан, сегодня не получается ”, - Славка покосился на свою спутницу, - “ может, в следующий раз.”
   Разминувшись с Гордеем, они шли какое-то время молча. Лилия по-прежнему не проявляла признаков женского любопытства, думала о чём-то своём, а может, терпеливо ждала, когда нежданный кавалер сам проявит инициативу. Наконец она прервала молчание и спросила, не поворачивая головы:
  ”- Слав, что ты на меня всё посматриваешь? Язык парализовало? Спрашивай, что хотел, я не кусаюсь. Мне самой интересно, на кого же я могу быть похожа.”
  “- Решаю задачку под названием “найди десять отличий”, - отшутился Славка.
  “- Никогда не думала, что стану чем-то вроде экспоната. И как, много отличий?”
  “- Да никаких, если не считать, что у тебя сейчас серёжки в ушах, а у той не было. И одежда…”
   Он посмотрел на неё искоса и спросил вкрадчиво :
  ”- Лиль, а у тебя в гардеробе имеется кофта с длинным рукавом, на… кажется, левой груди вышита маленькая красная роза?”
  “- Незнакомец, вы начинаете меня пугать своей осведомлённостью”, - проговорила она не сразу, то ли всерьёз, то ли в шутку, - “ если имеешь в виду вишнёвый джемпер, то одевала я его последний раз с месяц назад, сейчас его жарковато таскать, не находишь? И роза там с правой стороны. И перстень я изначально ношу на правой руке. Так что не мучайся и не городи чушь, не я это была.”
   Он задумался, вспоминая.
  “- Не может быть. Разве на правой? Ладно, это ещё не всё.”
   Осмелев, Славка решил проверить наличие интимной отметины.
  “- Разреши-ка”, - он отогнул ей воротник жакета, присмотрелся и вздохнул разочарованно, - “ а вот тут ничего нет, что очень странно. Увы, фокус не удался.”
   Ну уж в этой ситуации ни одна женщина в мире не удержалась бы от любопытства.
  “- И что там?” - Лилия непроизвольно потрогала пальцами шею, - “родинка?”
  “- М-м, нет, не родинка. Как-нибудь потом расскажу.”
  “- Интриган”, - буркнула она, потом показала на противоположную сторону улицы, где расположилась стайка пивных грибков, - ” кофе хочу. Угощай.”
  “- Я не интригую, я недоумеваю”, - сообщил ей Славка, - “ хорошо, пойдём пить кофе. Хотя мы уже почти дошли”.
   Туча нависла уже над доброй половиной посёлка, хлопал тентованный шатёр “грибка”, прохожие инстинктивно ускоряли шаг, и Славка забеспокоился.
  “- Сейчас накроет нас. А я, кажется, знаю, куда спрятаться. В тот самый подъезд, где вчера с твоей близняшкой знакомился.”
  “- Не люблю грозу. С детства её боюсь”, - вполголоса призналась Лилия.
   Небо недовольно зарокотало, а она вдруг обернулась и устремила пристальный взгляд на компанию молодёжи, с хохотом и визгом грузившуюся неподалёку в маршрутное такси. На лице её Славка заметил недоумение.
  “- Что, знакомых увидела?”
   Она что-то невнятно пробормотала, повернулась и принялась торопливо допивать кофе. Непонятная Славке озабоченность с её лица, впрочем, не сходила.
  “- Не бойся, я с тобой”, - ободряюще сказал Славка, - “ ну что, пойдём знакомиться?”

   “- Вот это дерево, под которым я тебя… её встретил”, - Славка похлопал по шершавому стволу, -“ а вон наше укрытие…”
   Ливень хлынул внезапно, словно над головой опрокинули гигантское ведро с водой, и они опрометью бросились к подъезду. Небо над крышами прорезал змеистый зигзаг.
  “- Надо же, сутки миновали, а гроза снова догнала нас…”
   Последние его слова заглушил залп громового раската. Неожиданно Лилия прижалась к нему, и Славка почувствовал, как она вздрагивает.
  “- Чего ты испугалась-то?”- успокаивающе пробормотал он ей на ухо, - “давай внутрь зайдём.”
   Чёрт, замок кодовый! Вот мода дурацкая пошла, понаставили бесполезных железяк во все подъезды, деньги с людей собрали, а хаты как бомбили, так и бомбят. На их удачу, подоспела запыхавшаяся гражданка с авоськами, споро открыла дверь.
  “- Тётенька, можно нам зайти, а то видите, девушка грозы боится”, - слегка дурачась, вопросил Славка, -“ нет, я серьёзно.”
   Гражданка покосилась, проворчала что-то неопределённое, но дверь захлопывать не стала. Поднявшись на один пролёт, они встали у окна.
  “- Ничего смешного, между прочим ”, - пробурчала Лилия, - “ у каждого могут быть свои маленькие слабости.”
   Славка взглянул на неё. Похожая на нахохлившегося рыжеватого воробышка, она хмуро смотрела в залитое водой стекло. Никому не дано знать, какая сила движет людьми в такие моменты. Через бесконечно короткий миг Славка заключил Лилию в обьятия и впился в её губы долгим поцелуем. Она не шарахнулась, не отстранилась испуганно, только упёрлась кулачками ему в грудь и через какое-то время аккуратно высвободилась.
  “- Что это с тобой? Остынь, ишь какой пылкий ”, - сказала Лилия с коротким смешком, не глядя на него, - “ отголоски глупой юности, школьная любовь и свиданки в подъездах?”
  “- Ага, на нас иногда находит…” - пробормотал он, приходя в себя.
   Чуть помедлив, она спросила:
  ”- Слав, признайся честно – для чего ты выдумал всю эту историю? Скажи уж прямо, без всякой мистики, откуда ты меня знаешь?”
  “- А история только начинается. Сейчас дождь закончится, и я покажу, что было дальше. Но пойдём мы уже в обратную сторону, ко мне домой.”
   Лилия внимательно на него взглянула. Славка улыбнулся.
  “- Не бойся, Лиль, я правда не шизик и не маньяк, я простой местный пролетарий Славка Шумилов. Хочешь, паспорт покажу? Он у меня, кстати, с собой.”
  “- Нужен мне твой паспорт… И с чего ты взял, что я тебя боюсь? А вдруг ты меня бояться должен?” - сказала она, продолжая пристально смотреть на него. Наверное, в шутку сказала, а у Славки словно ледяной коготок в груди царапнул, и он не нашёлся, что ответить. Показалось - даже вздрогнул непроизвольно.
   Она отвела взгляд, встала на цыпочки и посмотрела из окна вниз.
  “- Почти прекратился. Может, пойдём?”
   На улице веяло свежестью, повсюду журчало, струилось и капало. Славка с Лилией шли, огибая лужицы, изредка шарахаясь от фонтанов воды, летящих из-под колёс. После сумбурной выходки в подъезде Славка ощущал смешанные чувства – лёгкую эйфорию вперемешку с неловкостью и смущением. И неловкость эта даже не оттого, что он внезапно набросился на неё со своими неуклюжими нежностями, а то, что при всём этом присутствовал ещё и её насмешливый скепсис по поводу славкиных россказней. Нет, она не выставляла его дураком, она несомненно была умна. Неумная давно бы ретировалась, придумав подходящий предлог. Лилия не убегает, терпеливо слушает, изначально не веря ни одному слову. А может, уже не слушает, и держит её возле Славки совсем не его повествование, а нечто другое. Ведь всю эту историю Лилия давно могла пресечь на взлёте вопросом, который задала уже перед дверью его квартиры.
  “- Славик, ты свою промокшую даму под деревом во сколько встретил? Только поточнее.”
  “- Без десяти восемь, точнее быть не может. Я на работу опаздывал.”
  “- Прекрасно. А я ровно в семь сорок пять садилась на московскую электричку.”
   Ещё в коридоре Славка с тайным интересом стал ожидать традиционного ритуала с обходом квартиры. Как бы не так! Вместо этого, едва разувшись, Лилия заметила иронически:
  ”- Ну, сегодня ночью у тебя точно не я была.”
   И заставила хозяина квартиры выдавить тупо-невразумительное :
  ”- Н-нет. А с чего ты взяла, что у меня кто-то был…”
  “- С того. Брюнетка. Угадала? Духи у неё неприлично резкие. Похоже на “кензо”. Возможно - “донна каран”. Во всяком случае, не в моём вкусе.”
   И отправилась почему-то сразу на кухню. Славка, тут-же вспомнив про пустой холодильник, в ужасе схватился за голову.
  “- Лиль, прости идиота, я совсем забыл, что у меня шаром покати. Поскучай пока у телевизора, я мигом…”
  “- Да не переживай ты так, я не голодна. Только из спиртного ничего крепкого не бери. Бутылку хорошего белого вина”, - сказала она вслед.
   Вернувшись с двумя пакетами снеди, Славка обнаружил её забравшейся с ногами на диван. Лилия смотрела в телевизор и временами посмеивалась. Славка покосился : на экране бесчинствовали хохмачи из “камеди клаб”.
  “- Хоть над чем-то повеселиться”, - сообщила она ему, -“ правда, пошлятина порой неописуемая.”
   В четыре руки они довольно быстро соорудили неплохой стол, Славка откупорил вино и разлил в бокалы.
  “- Ну, за что пьём, загадочная и удивительная? Наверное, как принято – за встречу. Которая, надеюсь, не оборвётся так неожиданно, как первая.”
   Они выпили, и Лилия тут же спросила :
  “- А она оборвалась неожиданно?”
  “- К сожалению, да ”, - кивнул Славка. Вскочил, принёс из спальни голубой халат, показал Лилии.
  “- Вот в нём я её видел в последний раз. На той двери сохла одежда… Я думаю, пришла пора рассказать о самом неприятном моменте за вчерашнее утро. Я понимаю, этот бред тебе изрядно надоел, но всё же потерпи ещё немного.”
   Она по-прежнему внимала вежливо-равнодушно, и лишь когда Славка добрался до своей отключки посреди улицы, в её глазах возникла некоторая заинтересованность.
  “- Вот так, с приключениями дойдя до дома и не обнаружив там никого, и решил я разыскать эту самую Дачную.”
  “- А зачем?”
  “- А затем. Зло меня взяло. Надо же было хоть что-то прояснить.”
   Чуть подумав, Лилия поинтересовалась :
  “- Эта дама назвала тебе точный адрес по улице Дачной?“
  “- Нет, просто название улицы.“
  ”- Скажи, а раньше с тобой что-либо подобное случалось?”
  “- Никогда. Если такое произойдёт хотя бы ещё раз, я точно с катушек сьеду.”
   Она вздохнула.
  “- Что-то у меня самой голова кругом начинает идти. Наливай. Поднимем бокалы за то, чтобы не произошло.”
   В её словах просквозил какой-то едва ощутимый подтекст.
  “- И не криви, а скажи уж прямо, что влюбился в неё с первого вздоха, потому и побежал в эти богом забытые Зяблики.”
   Славка замялся.
  “- Она мне показалась такой несчастной, беззащитной… Лежала на этом диване, в халатике… Помню, спросила, не женат ли я. Ты вот не спрашиваешь.”
   Лилия повела взглядом по стенам.
  “- А что, так не видно? Паутина в углах, в холодильнике пусто, а окна, наверное, год никто не мыл.”
   Славка виновато развёл руками и попытался перевести разговор на более щекотливую тему.
  “- А ещё я заметил, что амнезия у неё была немного странная. Кроме своего имени, она твёрдо помнила, что не замужем.”
   Лилия, похоже, и бровью не повела. Поболтала бокал в пальцах и поинтересовалась :
  ”- А что тебе Алексеевна ещё про меня наплела?”
  “- Наплела – слово нехорошее. Так, рассказала кое-что. Вернее, это я спрашивал, а она отвечала. Про педагогов со второго этажа, про студента ихнего, про перстень, тебе подаренный, ну и про то, что больно ты скрытная. И чего, говорит, такая умница и красавица забыла в нашей глуши?”
  “- Алексеевна тётка неплохая, душевная, только чересчур любопытная ”, - сказала Лилия, - “слабость она, видишь ли, ко мне питает, якобы похожа я на её младшую. Мне по жизни почему-то многие говорят, что я на кого-то там похожа.”
   Пригубила из бокала и продолжила.
  “- Похоронила она её недавно. У старшей-то дочери всё нормально, замужем за бизнесменом, двое детей, в Питере живут. А у младшей по жизни перекос вышел. Поступила в медицинский, через два курса бросила, связалась с наркошами, далее по наклонной траектории. Нашли мёртвую в каком-то притоне в Текстильщиках. Передозировка.”
   В чёрной сумочке запиликал телефон. Лилия взглянула на дисплей, встала и ушла на балкон. Даже дверь за собой закрыла. У Славки тоскливо сжалось сердце. Звонит заскучавший студент, друг сердечный, сейчас она наплетёт ему в уши тридцать три уважительные причины своего отсутствия, а со Славкой распрощается с корректной вежливостью. Извечное женское коварство.
   Он налил себе пол-бокала, махнул залпом. Невольно прислушался.
   Нет, не похоже, что друг такой уж сердечный. Сквозь закрытую дверь доносились лишь обрывки пылкого диалога : “а я здесь при чём?.. твои папахен унд мамахен… меня жизни учить… я не нанималась, заплачу, сколько надо… и катитесь!..”
   Лилия вернулась, села на диван. Смотрела в сторону, нахмурившись и возбуждённо дыша. Казалось, даже её кудряшки воинственно растрепались. Взрывоопасная, оказывается, девка, с такой деликатно надо, как с гремучей смесью, а то и тебе перепадёт по инерции, за все сегодняшние бредни.
   Славка налил ей вина и сказал вкрадчиво :
  ”- Солнышко, ты мне сердитая ещё красивее кажешься. Выпей, не нервничай так.”
   Лилия перевела на него взгляд и невесело усмехнулась.
  “- Я совсем не солнышко, ты меня сердитой ещё не видел. Это так, мелочи жизни… Достали, давно уже хотела с ними распрощаться.”
   Поковыряла вилкой салат, отпила из бокала, встала и принялась бродить по комнате. Как и обе её предшественницы, заинтересовалась фотографией на полке. Спрашивать, правда, ничего не стала. Решив, что пора и самому проявить любопытство, Славка спросил:
  ”- Рассказала бы о себе, Лиль. Кто ты, что ты и вообще…”
  “- А нечего рассказывать. Сирота я ”, - откликнулась она глухо.
   Предельно подробно. Целых пять слов. Ладно, подождём.
   Лилия наткнулась на глебову брошюру, присмотрелась, полистала.
  “- Что это за прокламация?”
  “- Вчера один умный дядя снабдил. Ненавязчиво предлагает влиться в экологически чистую общину свободного труда, максимально удалённую от государства.”
  “- Это где такая? В Сибири, в тайге?”
  “- Как раз нет. Неподалёку, в соседней губернии.”
  “- И как скоро ты собираешься туда влиться?”
   Славка ухмыльнулся.
  “- Да никуда пока не собираюсь. Если только от крайней безнадёги.”
   Лилия вновь села напротив, опёрлась подбородком на сложенные пальцы и задумчиво уставилась на Славку, словно врач на тяжёлого больного.
  “- Молодой здоровый мужик, какая у тебя может быть безнадёга?”
  “- Если ты исчезнешь отсюда и во второй раз, это точно будет безнадёга”, - уверил её Славка.
   Лилия опустила глаза, долго раздумывала о чём-то.
  “- Да, тяжёлый случай… И ты что-то хочешь мне предложить?”- наконец спросила она, глядя в стол.
  “- А сама не догадываешься?”
   Она в притворном ужасе закатила глаза к потолку.
  “- Господи, это что за чудо-юдо мне попалось? То набрасывается в подворотне, как оголодавший питекантроп, то простых слов не в состоянии проблеять. Придётся помочь. Повторяй за мной : Лилия, ты мне нравишься, переезжай и живи здесь.”
   Славка набычился.
  “- Это всё, конечно, замечательно, но я по-прежнему знаю только твоё имя и ничего более.”
   Она вздохнула, протянула руку к сумочке и достала паспорт.
  “- Любуйся на здоровье, только учти, что показывать тебе свои документы я совсем не обязана : ты ведь не собираешься сдавать мне свою конуру за деньги?“
   Ну вот, давно бы так. Давай познакомимся ещё раз, симпатичный колючий цветочек.
   Трегубова Лилия Владимировна. Двадцать пять лет, фотография совсем свежая. Место рождения – д.Лошкарёво, Пермская область. Прописана в Подмосковье, Можайский район, и новый паспорт выдан там же. Семейное положение – пустая страница.
   По поводу прописки Славка уточнять не стал, вернул документ и спросил :
  ”- Ну а хлеб насущный где зарабатываешь, Лилия Владимировна? Рекламный агент в частном агентстве?”
   На её лице неуловимо сменилось несколько выражений, но она сдержалась, и особой резкости в ответ на его подначку не последовало.
  “- Зарабатываю, как умею. Это имеет какое-то значение?”
   Славка вновь попытался насупиться.
  “- Лиль, ты всегда такая злая, или бывает как то по-другому?”
“- Я злая, когда злят”, - лаконично ответила она.
   Славка придвинулся поближе и спросил недоумённо :
  “- Всего-навсего поинтересовался твоей работой, и это злит? Как же мы с тобой дальше общаться будем?”
  “- Я злюсь не от общения с тобой, а совсем по другому поводу”, - сказала она тусклым голосом,-“ просто на душе противно, осадок какой-то… Я тяжело схожусь с людьми, но и расставаться не всегда бывает легко.”
   Она помотала головой и усмехнулась.
  “- Кажется, я забалдела от твоего вина. Больше не наливай.”
  “- Как скажешь”.
   Славка устроился вплотную и положил руку ей на плечо.
  “- Но-но, сударь”, - Лилия погрозила ему пальцем, - “ какие-же вы все однообразные, стоит только женщине признаться, что она пьяна… Славик, если мы решили, то давай решать до конца. Сейчас, пока этого нет дома, мне надо взять такси и смотаться в Зяблики. У меня вещей-то – один чемодан.”
  “- Мне сьездить с тобой?”
  “- Ещё чего! Дать повод облить меня грязью на прощание? Если поинтересуются, скажу, что сьезжаю к подруге.”
   Она посмотрела на часы и поднялась.
  “- Надо принять прохладный душ и вообще привестись в порядок. Полотенце выделишь?”
   Лилия ушла в ванную, а Славка сгрёб посуду со стола и потащил всё к кухонной мойке. Закончив с помывочными делами, присел на кухне и наблюдал, как она выходит и начинает расчёсываться перед зеркалом.
  “- До чего же странная штука, этот день сурка”,- сказал Славка, -“ смотрю на тебя, и словно вчерашнее утро вернулось.”
  “- И что же было вчера утром?”
  “- Ты повторяешь все её действия, все жесты. Так же вышла из ванной, так же начала расчёсывать волосы…”
  “- А ты в это время…”
  “- А я на кухне рубил салат из чего-то там. Потом подошёл к ней”, - Славка повторил вчерашнюю мизансцену, - “ вот так. А она съёжилась…”
  “- И ты отстал?”
  “- Угу.”
  “- Валенок”, - констатировала Лилия.
  “- Нет, не валенок. Мне правда было её жалко.”
   Она достала мобильник.
  “- Какой у тебя, говоришь, адрес?”
  “- Лермонтова, четыре.”
   Лилия заказала такси и повернулась к Славке.
  “- До подъезда проводишь, жалельщик?”
  “- Обязательно.”
   Когда они спустились вниз и остановились под входным навесом, Лилия повернулась к нему.
  “- Слава, не знаю, кого ты там нарисовал в своём воображении, но я ведь правда не сахар. Как-то всё скоропалительно у нас получается, не пришлось бы потом сожалеть. Я не сторонница резких движений, и если бы не эта стычка с хозяевами квартиры…”
  “- Но там хозяев было трое, а здесь я один. С одним-то уживёшься со своим несахарным характером?”
  “- Как знать, как знать…” - рассеянно ответила Лилия.
   Присев на металлические перила, она смотрела на Славку с непонятным выражением, не то оценивающим, не то снисходительным, и это немного злило. Ждёт, догадается ли кавалер вторично оплатить такси? А вот не собираюсь я угождать каждому твоему капризу.
  “- Деньги на такси есть?”- спросил он холодновато-нейтрально.
  “- Думаю, наскребу…“
   Из-за угла вывернул жёлтый таксомотор, Лилия обернулась и сказала Славке :
  ”- И всё равно валенок. Ну посмотрел ты паспорт, и что из того?”
   Словно язык показала. Или предупредила о чём-то?
  “- Но моим ты вообще не поинтересовалась”, - ответил Славка.
  “- А зачем? Тебя и так насквозь видно”.
   Она открыла дверцу “Волги”.
  “- Ладно, не напрягайся, у меня лишь небольшая просьба : наведи в своём логове хотя бы относительный порядок.”
  “- Когда тебя ждать?”- заторопился он с вопросом.
  “- Через час-два, не больше.”
   Дверца хлопнула, ”Волга” отрыгнула облако бензиновых паров и скрылась за углом.
   Что ж, ершистой Лилии удалось основательно вернуть его с небес на землю. Испуганная доверчивая незабудка вчерашнего сна перевоплотилась в колючую розу сегодняшней реальности. Славка бродил по квартире, шуршал веником по углам и переваривал в голове их недолгое общение.
   Какая-то в ней чересчур взрослая холодная независимость, порой граничащая с надменностью. Переменчивое настроение. А адрес в паспорте? Голову можно дать на отсечение, это глухая деревенька в уральской глубинке. А на сельскую простушку она ну никак не смахивает.
   Одна из охотниц за богатым мужем, тысячами слетающихся в Москву как мухи на мёд? Любительница шляться по злачным заведениям с надеждой схватить жар-птицу удачи за хвост? Если она это делает в одиночку, то схватит, скорее всего, только букет проблем.
Труженица ночного фронта? Вот на это как раз не похоже. Почему живёт в таком отдалении от центра? Ночью, по словам Алексеевны, она почти всегда бывала дома. Ну и наконец, при подобном образе жизни она не согласилась бы переехать на славкину квартиру. Такая будет жить где угодно, но только не у влюблённого воздыхателя. Неминуемо возникнут неприятности личного плана.
Можно предположить и третий вариант. Гарик, студент крупного вуза, прельстил её как перспективный кандидат в будущие спутники жизни, решила обосноваться у него, вроде как квартирантка. Только вот с предками не сложилось. Обычное дело. Встала на дыбы, запсиховала, а тут как нельзя кстати подворачивается загадочный тайный поклонник, одинокий, со свободной жилплощадью. Поразмыслила пару часов, оценила ситуацию и решила, что звёзды с неба пока подождут. Таким простофилей, который тащит незнакомую особу к себе на житьё при первом-же намёке с её стороны, можно крутить-вертеть как душе угодно. И бросить его при случае не долго и не хлопотно. С одним-то чемоданом на руках…
   Славка принялся ожесточённо шуровать тряпкой оконные стёкла. Развёл тут теории, анализ и самокопание. Точнее - самоуспокоение. Сама откроется, никуда не денется.
   Прошёл час, миновал второй. Славка перетёр все окна, пропылесосил все ковры и напоследок выдраил добела ванну и санузел. Лилии всё не было, и Славка начал поглядывать на мобильник, но звонить пока не решался. Завалился на диван с кружкой чая, ткнул кнопку телевизионного пульта. Привычно пролистал центральные каналы, на которых, как обычно в середине выходного дня, не на чем было задержать взгляд.
   Два персонажа мужского пола, переодетые бабками, за годы вросшие в экран настолько, что стали уже чем-то вроде телевизионной заставки… Ток-шоу с подставными, усердно галдящими, перебивающими друг друга персонажами, так что непонятно, о чём вообще идёт речь… Нескончаемая санта-барбара про субретку-домработницу с малороссийским говором, чуть ли не каждый перл которой сопровождается дурацким хохотом за кадром… Парень с девкой развалились в креслах и лениво перебрасываются пустыми фразами, причём ограниченный их словарный запас то и дело перемежается застенчивым “пи”… Дорожный натюрморт из трёх сложенных в хлам иномарок, в одной из которых находится мычащее тело со скомканным аэрбегом перед носом, живое и невредимое, но пьяное настолько, что не в силах вылезти из-за руля… И конечно – её величество реклама : на экран врывается явно вкуривший лишнего директор магазина электроники, носится по залу со свитой взьерошенных менеджеров, обрывает на ценниках нули и со злобным торжеством объявляет стране, что отныне их товар продаётся в десять раз дешевле. Страна раскрыла рот и пытается поверить…
   Чертыхаясь, он наткнулся наконец на один из музыкальных каналов и оставил пульт в покое. Незаметно подступила дремота,с плавным погружением в сон, и вот уже Славка стоит на бескрайней, плоской, зелёной равнине, и тоскливое серое небо вокруг, а за незримой ватной стеной бумкает, словно метроном, телевизионный хип-хоп… Он вздрогнул и открыл глаза. Надвинувшееся забытьё определённо напугало, это уже начинает смахивать на фобию. А любая фобия – это симптом, предупреждение о неладах в психике.
   Славка скосил глаза : на экране мельтешили чёрно-белые пятна видеоклипа. Гибкие бесполые механоиды в чешуйчатых гидрокостюмах, в ластах, с овальными масками вместо глаз, синхронно двигались под пульсирующий электронный ритм. Похоже, что у целого отряда аквалангистов коварная кессонка повредила мозги, и теперь от переизбытка азота они вдруг решили сплясать диковинный шаманский танец. В конце концов ихтиандры забрели в круглый водоём, заполненный то ли нефтью, то ли чернилами, и исчезли, растворились в нём, оставив на поверхности лишь вспухшие белёсые пузыри.
   Он усмехнулся, отогнал невесёлые мысли, поднялся и вышел на балкон. Достал из кармана мобильник, глянул на время. Лилия отсутствовала уже почти четыре часа. За такой срок доехать на такси до Зябликов, забрать чемодан и вернуться обратно можно раз семь или восемь. Пора прояснять ситуацию. Славка разыскал сегодняшний принятый номер и едва не нажал кнопку вызова, когда обратил внимание на комбинацию цифр. Звонок был сделан со стационарного телефона, имевшего начальные цифры четыре-девять-пять, и аппарат тот находился не у Лилии в сумочке, а стоял у кого-то на столике. Либо висел на стене. Может, у Лисовских, а может, у той же Алексеевны. В любом случае звонить на него не стоило, кто знает, на кого нарвёшься.
   Славка смотрел вниз на кепки и лысины доминошников, отслеживал вьезжающие во двор машины и вновь задался вопросом, который казался странным и очевидным одновременно. Как же так могло получиться, что незнакомая девчонка, даже паспорт показавшая с великой неохотой, с которой за два часа общения у него и было всего одно сумбурное проявление нежности, натура явно колючая, мало того – в насмешку обозвавшая его “валенком”, так вот эта девица как то легко и быстро перебирается жить к нему в квартиру. Причём вышло так, что Славка её фактически уговаривал! Да, особа симпатичная, слов нет, изящная и вкусная на вид, словно созревший фрукт. Именно таким мужики вслед и оборачиваются, они цепляют глаз. Но всё же это ещё не повод совершать безрассудства.
   Не мог Славка припомнить случаев, когда бы он терял голову при встрече с какой-нибудь симпатяшкой. Случались временами романчики, а через месяц-другой всё пропадало, сходило на нет. Одно из последних увлечений – Елена, цветочница с мини-рынка, сдобная бесконфликтная женщина на два года старше его, с равным количеством плюсов и минусов. Не красавица, зато характер мягкий. Роскошное тело, но темперамент довольно вялый.
   Они сидели вечерами в её уютной крохотной кухоньке с голубой клеёнкой на стенах, и пили скромный чай с ванильными булками, перебрасываясь ничего не значащими фразами, старательно обходя ненужные углы в разговоре. И свидание это, какое уж по счёту, каждый раз походило на первое. И очень скоро Славка стал ощущать, что заставляет себя любить эту приземлённо-домашнюю добрую женщину. Не срастается что-то. И, злясь на себя, на неё и никак не находя повода для прощальных слов, решительно подавался к ней, они поднимались из-за стола навстречу друг другу, и Славка грубовато тащил с неё халат и всё остальное… А по утрам, лениво оглаживая её выдающиеся прелести, думал с невольным мужским цинизмом : перезревает баба, с таким телом ей можно хоть каждый год вносить вклад в решение демографической проблемы. И мужик ей другой нужен, этакий деревенский вася тютькин - рукастый, рыжий, рыхлый, домашний : стойловый бык-домосед, не отягощённый излишним интеллектом.
   До сих пор при встречах Лена одаряет его тёплым взглядом, в котором смешано смущение, сожаление и какая-то виноватость. А Славка подмигивает ей, ручкой приветственно делает, но шаг старается ускорить и в ненужные разговоры более не вступать. Не легла душа, и всё тут. Наелся.
   Красивые были, и не одна. Умных не было, с загадкой, с перцем, с изюминой.
   Вот вынырнул из-за угла вишнёвый “опелёк”, показавшийся Славке знакомым, и тут же в руке ожил мобильник.
  “- Слав, спустись вниз, чемодан тяжёлый…”
   На душе немного отпустило. Он сбежал в подъезд, принял у Лилии объёмистую поклажу. Ещё на лестнице принялся тормошить расспросами.
  “- Ну как там господа педагоги? Отступление было с боем или всё тихо прошло?”
  “- Никакого боя… Им, по-моему, вообще до фонаря”.
  “- А что так долго?”
  “- Пришлось по своим делам проехаться…”
  “- А этот усач, он что, твой личный шофёр?”
  “- Да, вроде того. Номер, с которого я сейчас звонила, удали. Это его телефон, тебе он ни к чему”.
   Славка по-прежнему натыкался на завесу лёгкой отчуждённости, и чтобы вновь не начать злиться, решил примолкнуть. Хочет держать дистанцию – ради бога. С какой стати я должен её обхаживать, как павлин?
   Затащил чемодан в спальню и раскрыл дверки шкафа.
  “- Здесь половина полок и вешалок пустые, располагайся.”
   Сам ушёл в другую комнату, демонстративно завалился на диван и включил телевизор. Лилия шебуршилась недолго, вышла, покосилась и прошла на кухню. Бегло произвела инвентаризацию полок и ящиков, вздохнула и включила электрочайник. Через зеркальце в серванте заметила Славку, стоящего в дверях.
  “- Хозяин, ты что как неприкаянный? Садись, чай-кофе пить будем.”
   Оценила кислое выражение его лица и сказала :
  ”- Слава, ты на моё настроение внимания не обращай. Это всё пройдёт.”
  “- Да, и желательно, чтобы процесс не затягивался”, - вполголоса заметил Славка, присел к столу и принялся нарезать вафельный торт.
  “- Лиль, бесконечно играть в молчанку всё равно не получится. Я понимаю, моя персона тебе малоинтересна, валенок и есть, что с него взять?..”
  “- Фи, а ты ещё и обидчивый”, - Лилия сморщила носик.
  “- И всё же согласись – о человеке, которого я привёл в дом, нужно знать поболее, чем имя и фамилию.”
   Чайник забурлил и выключился.
  “- Если я не ошибаюсь, совсем недавно ты умирал от нетерпения меня увидеть, а сейчас, встретив, почему-то ведёшь себя как прокурор. Я, между прочим, знаю о тебе не больше, чем ты обо мне. А ведь это я рискую - всё бросила и попёрлась к тебе, практически незнакомому мужику, а не наоборот. И откуда знать, вдруг сюда в любой момент заявится одна из твоих подружек и закатит водевиль. Их ведь тут немало побывало?”
   Славке показалось, что она начала накаляться, но нет, ничего подобного. После столь горячей эскапады Лилия даже мило улыбнулась и стала разливать чай по кружкам.
  “- Всё, не дуйся, проехали”, - сказала она нейтральным голосом. Они немного помолчали, уткнувшись в свои кружки, Лилия бросала на него взгляды, словно хотела добавить что-то ещё, но Славка её опередил.
  “- Ты знаешь, мы вчера стояли с ней на балконе, я что-то говорил, а она вдруг так странно посмотрела и сказала, что помнит мой голос. И фотографию ту, где родители, тоже где-то видела”,- сказал он немного не к месту.
   Лилия индифферентно повела плечами, похоже, не заинтересовавшись и этим фактом. Вкусно хрустя долькой торта, проговорила :
  ”- Показал бы какие фотографии, что ли…”
   Славка принёс альбом, развернул перед ней.
  “- Посмотри, может, кого знакомого встретишь”, - пошутил он.
   Посмеиваясь, но никак не комментируя, Лилия быстро пролистала его детские фотографии, от пупсика в распашонках до школьного выпускника с лентой через плечо. Дальше пошёл разнобой.
   Отец с двустволкой, с ватагой таких-же живописных бородачей, стоят на опушке леса, у некоторых на поясе связки умерщвлённой пернатой дичи.
   Дембельские фотки сержанта Шумилова : чуб из-под заломленной фуражки, неуставные усы, пижонский золотистый аксельбант через грудь и орлиный взор.
   В Поволжье, у тётки на огороде среди подсолнухов, загорелый до латиноамериканского облика.
   А вот и две уцелевшие фотки с Алисой. Когда-то в минуту злости он порвал почти все их совместные снимки и выбросил в ведро, но одну, где они в загсе обмениваются кольцами, уберегла мать, а на другую рука не поднялась, уж больно хорошо вышла, настоящий фотоэтюд.
   Полтора месяца до свадьбы, Клязьминское водохранилище, Алиса на огромном валуне, топлесс, словно знаменитая русалочка из Копенгагена. Начало сентября, вода уже была холоднющая, они недолго поплескались и выскочили на берег, стуча зубами. А ещё через пару минут, здорово рискуя быть застуканными, здесь же, на покрывале, у зарослей ивняка, согрелись своей первой горячечной нетерпеливой близостью. Наверняка, после того как всё произошло, она ждала нехорошего любопытства с его стороны. Но ни тогда, ни перед свадьбой, ни после неё вопросов так и не последовало. Какие там вопросы, не в девятнадцатом веке живём. Всего-навсего он оказался у неё не первый…
   Лилия приподняла альбом и даже повернула к окну, чтобы лучше рассмотреть.
  “- Красиво”, - протянула она и пригляделась, - “ вот здесь - она чем-то на меня похожа, не находишь?”
   Покосившись на снимок , Славка решил слегка её поддеть.
  “- Трудно сказать, на тебе сейчас одежды много.”
   Лилия вскинула на него глаза, но отпарировать не успела. Вновь, как и утром, в их разговор вмешался мобильник. Она невозмутимо выслушала несколько фраз, затем ответила : “ Да, к подруге. Ира её зовут, ну и что?”
   Здесь покинутый студент начал говорить громче, и Славка отчётливо разобрал следующую тираду.
  “- Какая ещё Ира? Да у такой, как ты, никаких друзей-подруг быть не может по определению! К чему это враньё?..”
   Лилия резко поднялась и ушла с трубкой в комнату. Славке осталось лишь уныло листать альбом и ждать окончания очередной душевной разборки. Вскоре она пришла, швырнула мобильник в сумочку и встала у окна, прижавшись лбом к стеклу.
  “- Из-за этого отелло пришлось телефон выключить.”
   Славка заметил, как она быстрым движением провела ладонью по глазам. Он подошёл и встал рядом.
  “- Брось, не переживай. Он тебя оскорблял?”
   Лилия вяло махнула рукой и тихо проговорила :
  “- Ты знаешь, он прав, я форменное чудовище. Никого и никогда я не любила, и никто и никогда не будет со мной счастлив. И тебя, Славик, только мучить буду. Думаю, мне нужно снять отдельную квартиру, а с тобой… с тобой, если хочешь, мы будем просто встречаться.”
  “- Поживём – увидим. А пока даже мысли такие отбрось.”
   Славка зарылся лицом в её кудряшки и, обняв рукой, стал бубнить что-то успокаивающе-нежное. Она, чуть наклонив голову, принимала его ласки, отрешённо глядя в окно с лёгкой улыбкой. Едва уловимое амбре дорогой косметики закружило голову, и, уже плохо контролируя себя, он принялся беззастенчиво шарить руками по её телу. Острые коготки впились ему в запястья.
  “- Слава, ну Слава… Перестань, угомонись. Всему своё время. Не могу я сейчас…”
   Славка оторвался от неё, сел к столу и шумно выдохнул.
  “- И что за чертовщина творится, ты просто с ума меня сводишь”.
  “- Ну почему же чертовщина? Бойся, вдруг это та самая любовь с первого взгляда?”
   Лилия села напротив, машинально полистала альбом.
  “- Но доверять ей, как известно, нельзя. Вообще, когда человек влюбляется, он неизбежно ставит себя в подчинённое положение к другому. Для меня, например, такое неприемлемо.”
  "- Ни фига себе жизненные установочки..."
   Она вернулась к алисиным фотографиям и показала пальцем.
  “- А она и правда красивая. Что, не срослось?”
   Славка дёрнул губой.
  “- Молодые были и глупые. Не дозрели ещё до семейной жизни.”
  “- Вот уж действительно глупость,” - Лилия закрыла альбом, - “ бежать в загс за вожделенным штампом, не имея за плечами ничего, кроме школьной скамьи. Не обижайся, может, у вас как-то по-другому обстояло. Хотя, судя по дате на фотке, именно так. Зачем, для чего? Чтобы спать в одной койке на официальных основаниях? Или просто не терпелось взять друг друга в собственность?”
  “- Странное дело, обычно так говорят циничные, битые жизнью мужики, но никак не привлекательные молодые женщины. Можно подумать, у тебя замужество по жизни не запланировано?”
  “- Конечно, нет, -“ фыркнула Лилия, -“ я же сказала, для меня любовь – это череда бесконечных уступок, я не в силах такое долго терпеть. Да и какие нынче могут быть замужества? Связаться с самовлюблённым бездельником из пентхауза, при папиных деньгах и тачке? Или хлыщеватым клерком в брюках-дудках и пиджачке на размер меньше… Да я их заранее не уважаю. По Москве таких пруд пруди – ни мужик ни баба…”
  “- От сумы, тюрьмы и загса никогда не зарекайся, -“ сказал Славка назидательно, -“ ну ничего, я постараюсь тебя перевоспитать.”
  “- Чего-о?”- округлила глаза Лилия.
  “- Понял, понял”, - поднял руки Славка, - “ тебе таких слов лучше не говорить. Скажу иначе – попытаюсь сделать твои взгляды менее радикальными.”
  “- Слав, не умничай, -“ поморщилась она, -“ и никогда не пытайся никого переделать. Ты живёшь по-своему, я по-своему. Найдём общие точки – уже хорошо. Да, и ещё : я изредка могу исчезать, чисто по делам, на два-три дня. Просьба никогда за мной не таскаться и избавить от мужланских вопросов. Повторяю, это – по работе.”
  “- Понятно, -“ покивал Славка, -“ в таком случае я могу надеяться, что ты не сторонница свободной… свободных отношений?”
   Лилия устало вздохнула и сказала после короткой паузы:
  “- Будем считать, я почти не обиделась. Можешь успокоиться, я – не сторонница этого. Но имей в виду – неуверенных в себе мужчин не выношу. Таким сам бог велел рога вешать.”
   Славка потеребил кончик носа.
  “- Чёрт, нелегко с тобой. Какая-то ты…”
  “- Какая?”
  “- Чересчур взрослая.”
  “- Жизнь заставила, -“ сказала она без улыбки, -“ постарайся привыкнуть.”
  “- Видимо, это будет непросто. У тебя слишком много острых углов.”
  “- Может, это лучше, чем если бы я была амёбой. Да, со своей стороны тоже хотела бы замолвить по поводу случайных отношений. Если ты вдруг решишь кого-то привести – бога ради, я не стану никому царапать физиономию. Просто через три минуты моей ноги здесь не будет, - “ тут она хитро улыбнулась в кружку, -“ только мне почему-то кажется, на такое ты уже не пойдёшь”.
  “- С ума сойти! ”- воскликнул Славка, -“ оказывается, ты всё-таки ревнивая. Ничто человеческое нам не чуждо. ”
   Лилия глянула на него поверх кружки.
  “- Какая же здесь ревность, скорее самолюбие. Вот если случится так, что я в самом деле начну ревновать, тогда берегись, тогда я за себя не отвечаю.”
   И вновь Славка не понимал, шутит она или говорит серьёзно. Не девка, а противотанковая граната. А может, просто цену себе набивает перед малознакомым мужиком?
  “- Ну хорошо, -“ он попытался подобраться с другой стороны, -“ ну а в школе-то… Смазливые мальчики-отличники, фигуристые девочки-спортсменки… Уж через школьные увлечения мы все прошли. Неужели и там ничего не было?”
  “- Представь себе, не было, -“ чуть помедлив, ответила она, -“ я в школе была таким…гадким утёнком. Хотя первый мужик у меня случился где-то в шестнадцать лет, как положено. Не от любви, конечно. Так, чисто из любопытства. Любопытство ведь портит девственниц куда чаще, чем любовь.”
  “- Ладно, подробностей не надо.“
  “- Ну не хватало тебе ещё подробностей…“
   Похрустывая тортиком, Лилия смотрела весело.
  “- Училась, наверное, не очень?”- проронил Славка.
  “- Не угадал, золотая медаль, -“ ответила она злорадно.
  “- Так, подожди-ка, -“ запнулся он в некотором замешательстве, -“ и чем же ты всё-таки занимаешься, с золотой-то медалью?”
  “- Какая тебе разница?”
  “- Блин, да что ещё за тайны?”- возмутился Славка, - “ разве я спрашиваю что-то криминальное?”
   Лилия перестала улыбаться.
  “– Главное, не волнуйся, на шее у тебя сидеть не буду. И поменьше любопытства. Не забывай – я тебе не законная супруга, которой можно устраивать допросы. Разговор по телефону слышал? Закончится всё быстро и тем же самым.”
   Славка состроил обиженный вид.
  “- Я с тобой, пожалуй, опять курить начну. Нервничаю что-то много…”
  “- Только попробуй! Табак терпеть не могу, так и знай.”
  “- Ага, о моих лёгких ты заботишься, а о нервах нисколько.”
  “- Слав, тебе сколько лет, двадцать восемь? А ведёшь себя, как ребёнок.”
   Так, беззлобно пикируясь, они одолели ещё по кружке чая и перешли в комнату. Славка достал бритву и принялся жужжать возле зеркала. Лилия, присев на диван, побродила пультом по телеканалам и с досадой выключила.
  “- Скучно, - “ пожаловалась она, - “ развлечений тут у вас, конечно, никаких, может, просто так поболтаемся? Помню, кто-то грозился меня вкусненьким угостить?”
  “- С удовольствием, -“ отозвался Славка, брызгаясь туалетной водой “Гладиатор”. Приблизившись к скучающей Лилии, наклонился и, добавив в голос эротичного бархата, заурчал мартовским котом :
  “- Конечно, я готов предложить гораздо более лучшее развлечение, самое лучшее на свете, но, поскольку ты решила отложить самое вкусное на потом…”
   Он сокрушённо вздохнул, Лилия, скосив глаза, слушала его с ироничной усмешкой, потом скорчила гримаску.
  “- Что за гадостью ты облился? Приобрети приличный парфюм”.
   Аккуратно оттопырила ему воротник двумя пальчиками и принялась с интересом что-то там рассматривать. До Славки не сразу дошло, что лицезреет она предательскую отметину кровожадной Аллы. Он отшатнулся, чувствуя себя воришкой, пойманным с поличным.
  “- Поздно прятаться!”- ухмыльнулась Лилия, -“ чего ты шарахаешься? Наоборот, гордиться должен. Нормальный дворовой кобель, слегка подпорченный гулялыми сучками.”
   Славка стойко выдержал её грубоватый юмор, его даже пробрал смех, смешанный с неловкостью. Их веселье прервал звонок в дверь. Славка досадливо чертыхнулся. Он уже начал ощущать какой-то здоровый азарт в общении с ней, и чьё-то постороннее присутствие было сейчас совсем некстати. На цыпочках он подкрался к двери и заглянул в глазок. Искажённая выпуклым стеклом, физиономия Палыча казалась унылой и одутловатой.
  “- Привет, дядь. Что за проблемы? Я тут не один, знаешь ли…”
  “- Да я на минутку, вопрос-то грошовый, -“ замялся дядька, и Славка догадался – будет просить денег.
  “- Сколько?”- вздохнул он.
   Палыч воздел глаза к потолку.
  “- Рублей триста одолжишь, и ладно. Пенсия у меня двадцать второго, сам знаешь, отдам сразу. Ты не подумай, я не на бутылку. В Канабеево еду, к Марусе, завтра картоху собрались сажать. Я ведь ей обещал, негоже подводить.”
  “- Какое Канабеево, что за Маруся?”- не сразу понял Славка.
  “- Как какая? Ну Маруська… моя, -“ дядька ощерился, -“ ну даёшь, племяшок. Быстро сосватал да скоро позабыл?”
   Игру “угадайка” никто не отменял, пронеслось в голове у Славки. Понять, о чём плетёт старый, было решительно невозможно. Хотя и догадаться нетрудно – зазнобу нашёл, старый пердун. Это даже к лучшему, если так. Будет при хозяйстве и при харчах. И мне лишняя обуза с плеч.
  “- А, эта… Помню, конечно. А я, понимаешь, закрутился тут, забыл всё на свете,“ - непринуждённо сказал Славка, -“ на, бери пятьсот, других нет. Только, дядь, давай договоримся – без задержек. У меня, сам видишь, гостья, деньги самому нужны.”
  “- Да уж вижу, -“ понимающе осклабился Палыч и кивнул в сторону Лилии, -“ ты, племяшок, что-то разошёлся в последнее время. Это какая-же по счёту будет?”
  “- Не знаю, не считал, -“ отмахнулся Славка.
   В дверях дядька застопорился и сказал, покачав головой, с уловимой ноткой осуждения.
  “- А с Алиской ты всё-таки зря так. Баба ведь хотела, чтобы всё путём у вас было, по серьёзному, а не так, как когда-то.”
  “- Жаловаться приходила, что ли?”- вырвался у Славки недоумённый вопрос.
  “- Да как сказать… Постучалась вчера ко мне, поздно уже было. Открываю, а на ней лица нет, губёшки дрожат. Я ей – что случилось, мол, а она переночевать попросилась, куда мне, говорит, на ночь глядя. Ну я ей – где, мол, Славка-то? Она только рукой махнула - а он там, говорит, с какой-то б…ю развлекается. Жалко мне её стало. Я маленько поддатый был, но ещё оставалось. Налил ей грамм сто, чтобы успокоилась. Так что, Слав, нехорошо это, негоже так…”
   Славка плюхнулся на тумбочку, нервно, с хрустом, сжимая и разжимая пальцы. Это чёрт знает что!
  “- Она уже уехала?”- глухо спросил он.
  “- Так вы же утром чуть не столкнулись. Мы вышли в подъезд, она пошла к станции, я сел курнуть, а тут ты с этой длинноногой вылез. Вы же следом за ней пошли, нигде там случайно не пересеклись?”
   Славка сидел и подавленно молчал. На душе стало муторно и пакостно, словно кошки нагадили.
  “- Что ж ты мне сразу не позвонил?”- зачем-то спросил он.
  “- У-у!” - Палыч взмахнул рукой, - “ с чего мне вдруг, старому пню, лезть в ваши дела? У вас вон телефончики у каждого имеются, созванивайтесь и разбирайтесь сами.”
  “- Ладно, Палыч, ты иди, -“ проговорил Славка, поднимаясь, -“ я ей сейчас позвоню.”
  “- А позвони, конечно. Глядишь, и образуется всё у вас, -“ с готовностью отозвался дядька и, вновь глянув Славке через плечо, сказал потише, -“ а я ведь поначалу было подумал, что это Алиса у тебя сидит. Похожи больно, только у этой голова посветлее.”
   Выйдя на лестницу, он ещё что-то бормотал, но Славка уже захлопнул дверь. Заглянул в залу. Лилия лежала на диване в памятной Славке позе калачиком и смотрела по какому-то каналу сводку происшествий. Он присел рядом, в голове были сумбур и каша. Достал телефон и нашёл вчерашнюю алисину эсэмэску. Только сейчас обратил внимание и подивился, какой у неё простой и легко запоминающийся номер – две пятёрки, три семёрки, две восьмёрки.
  “- Хозяин, ты чего такой хмурый? Что-то случилось?”- спросила Лилия, не отрывая взгляда от телевизора.
  “- Нет, нет, ничего. Я сейчас, только позвоню… А потом пойдём куда-нибудь, -“ поспешно отозвался Славка и направился к балкону, чувствуя за спиной её недоверчивый взгляд.
   Ничего он не ждал от этого звонка, кроме ледяного презрения, может быть, проклятий, вероятно, даже истерики, но и оставлять ненормальную, неправильную ситуацию без окончательной точки было невыносимо. Ситуацию, в которой он абсолютно не виноват, но почему-то вынужден оправдываться. Пока в трубке висели томительные гудки, в голову Славке вдруг залетела мысль, которая могла показаться совершенно бредовой, но, несомненно, лежащая на поверхности. А что, если Гордей в какой-то мере прав? Почему обе, и Лилия, и Алиса, объявились одна за другой? Они поставили на уши его очередной скучный будний день практически одновременно, в течении какого-то часа. Есть здесь какая-то связь, должна, обязана быть. Но какая? Он никак не успел осмыслить это неожиданное предположение, как трубка ожила.
  “- Да, слушаю, -“ жеманно произнесла Алиса. Там, где она находилась, было шумно, бубнила музыка, кто-то гоготал, и звякала посуда.
  “- Алиса, ты меня хорошо слышишь?”- спросил Славка.
  “- Слышу, слышу, -“ ответила Алиса словно заяц из мультика, и почему-то засмеялась. Кто-то её отвлекал, и ещё Славка догадался, что она не совсем трезва.
  “- Слушай внимательно!”- почти закричал Славка, -“ ты можешь наконец понять, или поверить – случилось чудовищное недоразумение. Я, вот именно я, который сейчас говорит, не видел тебя с тех самых пор, как мы развелись. И то, что произошло вчера… ты же знаешь, мне никогда бы и в голову не пришло сыграть такую злую шутку.”
  “- Да где мне понять, Шумилов, - “ откликнулась Алиса после недолгого молчания, - “ я ведь тебя толком и не знала никогда. Видать, эти дни ты тоже принимал меня за какую-то другую. А что, никак совесть заела? Да брось, в принципе ничего страшного не произошло, дело-то житейское. Вчера ты гулял, сегодня я зажигаю. Всё нормально.”
   Она вновь ненадолго замолчала, судя по звукам, прикуривала сигарету.
  “- А ты молодец, приучила холостяцкая жизнь бабам мозги пудрить. Даже я уши развесила, выслушивая твои страдальческие басни. А когда-то, помню, такой наивный пацанчик был…”
  “- Алиса, перестань, -“ вклинился Славка, -“ какие ещё басни? Я понял, что по телефону тебе всё равно ничего не обьяснить. Мне правда очень жаль, что мы так и не смогли увидеться, как-то по-идиотски всё вышло…”
  “- Слава, нам незачем объясняться, -“ нетерпеливо сказала Алиса, -“ ни к чему сейчас эти оправдания. Я действительно дура, возомнила себе чёрт знает что, взялась склеивать разбитое корыто. Учат нас, предупреждают, бывает, носом в дерьмо суют, а мы всё верим в чудеса. Ты и правда ни в чём не виноват. Просто забудь об этом и живи спокойно.”
  “- И тебе тоже, -“ успел пробормотать Славка, и в трубке наступила равнодушная тишина.
   “Первая любовь не забывается, но и не возвращается”. Наверное, это действительно так. Славка в последний раз взглянул на её номер, словно запоминая – пять-пять,семь-семь-семь,восемь-восемь – и удалил его из телефона.
   Лилия сидела, придвинув журнальный столик, и со скучающим видом листала глебову брошюрку. Смерила Славку озабоченным взглядом.
  “- Мне категорически не нравится твой траурный вид. Садись рядом и рассказывай.”
  “- Ишь какая. Ты о себе много рассказала?”- попытался упереться Славка.
  “- А мне расскажешь. Иначе сейчас обижусь и уйду.”
  “- Приём нечестный, называется шантаж, -“ грустно сказал Славка и вздохнул, -“ сам себе удивляюсь, как до сих пор со всего этого в запой не ударился.”
   Лилия смотрела на него в упор, глаза её потемнели.
  “- Это что ещё за сопли?”- проговорила она тоном строгой воспитательницы. Отодвинула столик в сторону и приказала : “Ложись на спину.”
   Славка недоверчиво хмыкнул, а затем с готовностью опрокинулся на диван и, заулыбавшись, протянул к ней руки.
  “- Ты правильно догадалась. Это гораздо лучше, чем пьянка.”
   Лилия шлёпнула ему по рукам, тёплые ладошки оказались на его висках, и она спросила вкрадчиво:
  “- По бабам, значит, разошёлся, племяшок? Так с кем ты разговаривал на балконе?”
   Славка поморщился.
  “- Лиль, ну зачем тебе? Это мои с ней проблемы. Проблемки. Тем более уже бывшие. Я уже во всём разобрался. А слух у тебя хороший, должен отметить…”
  “- Врёшь. Ничего ты не разобрался, а я тем более не знаю, о чём речь. Кто она?”
   Голову вдруг окутали приятные щекотливые мурашки, Славка дёрнулся от неожиданности.
  “- Тс-с, расслабься, лежи и не дрыгайся, -“ её шёпот долетел откуда-то издалека, -“рассказывай.”
   Славка лежал без движения, окутанный теплом её рук, в неге, блаженстве и подступившем безразличии.
  “- Алиса, моя бывшая. Та, что на фотке…”
   Язык был как деревянный. Кажется, Лилия спрашивала что-то ещё, но Славку всё плотнее пеленали обьятия Морфея, и он глубоко уснул, уже не слыша её голоса и не чувствуя прикосновений.

   Он открыл глаза, долго пялился в плавающий потолок, затем, окончательно придя в себя, подскочил в панике.
  “- Лилия!”
  “- Я здесь, -“ послышалось из спальни.
   Славка устремился туда на невесомых ногах, ощущения были, словно шагал по батуту. Лилия, вывалив чемодан на кровать, сортировала свои вещички по полкам и вешалкам, мурлыкая что-то под нос. Коротко глянула на Славку и сказала с усмешкой :
  “- Ну ты и засоня. Мы так и будем в четырёх стенах сидеть или всё-таки двинем куда-нибудь?”
   Славка присел на край кровати.
  “- Ты что, экстрасенс?”- спросил он с глупой улыбкой.
  “- Как-как ты меня обозвал?”- подняла Лилия брови в удивлении.
  “- Лиль, не прикидывайся. Гипнотизёр… или гипнотизёрка, не знаю, как правильно. Я не мог просто так взять и вырубиться посреди бела дня.”
   Она покачала головой.
  “- Не пойму, о чём ты. Я, помнится, спросила, отчего такой хмурый после телефонного разговора. Ты завалился на диван, начал рассказывать о своей бывшей супруге, потом взял и уснул на полуслове, как младенчик. Вот и всё.”
  “- Нет, не всё, -“ упрямо пробурчал Славка, - “ что-то ты недоговариваешь. Я ведь помню твои руки на своей голове…”
  “- Каюсь, провела небольшую терапию в виде лёгкого массажа головы, думаю, она была не лишней. Полагаю, в последнее время ты слегка перенервничал и переутомился. Беготня по девкам опять же... Вот и результат : здоровый глубокий сон в течении…” - Лилия взглянула на часы, -“полутора часов.”
   Славка промолчал и не стал больше спорить, пусть считает, что убедила. Терапия, надо отметить, вполне приятственная – эти бегающие по голове тараканчики, только вот сон необычный, стремительный и глубокий. Как будто в пропасть улетел. Но ведь насмешничает она над ним и почти не скрывает этого. Позабавилась, словно с игрушкой.
   Лилия меж тем выудила какой-то бордовый костюмчик, критически его оглядела и обернулась к Славке.
  “- Мне надо переодеться, ты не мог бы…”
  “- Не, не могу, - “ нагло заявил Славка и отвалился спиной к стене, -“ да ты переодевайся, Лиль, не стесняйся. Я переутомился сегодня ночью, я пришиблен твоей терапией, так что поползновений не ожидается.”
   Лилия фыркнула.
  “- А я не из стеснительных, мне стыдиться нечего. А вот ты порядочный грубиян, и я боюсь, что опять примешься выказывать свою невоспитанность, я уже устала от неё отбиваться.”
   Нарочито не спеша, явно дразня его, она освободилась от одежды. Оставшись в одном бельишке, повернулась к Славке и промолвила лукаво:
  “- Нет в тебе обходительности, Вячеслав, одно вожделение. Избалован, придётся учить манерам.”
  “- Лиль, ты змея-искусительница, -“ проговорил Славка пересохшими губами, любуясь ею, -“ ты будишь во мне маньяка. Хорошо, сдаюсь, одевайся скорее, это выше моих сил.”
  “- Не вижу причин для страданий и придыханий, я совсем не фотомодель. Ты хоть знаешь, что связался с калекой? У меня левая нога почти на сантиметр короче правой.”
  “- Да ну? Что ж, это даже пикантно.“
  Пошуршав тканью, она поинтересовалась:
  “- Ну-ка оцени, не чересчур ли я вырядилась?”
  “- Да, ты знаешь, для нашей дыры это немного шикарно. Местный люмпен об тебя все глаза обломает, а я жутко ревнивый.”
  “- Хм, вообще-то да. И что ты предлагаешь?”
  “- Мне кажется, тебе всё пойдёт. Я там что-то джинсовое видел, вот его и одевай. Будем выглядеть одинаково, простенько и со вкусом.”
   Сам он заменил безликую водолазку на кремовую рубашку и, как только Лилия на минутку вышла, с вороватой оперативностью изьял из тайника остаток, последние семь тысяч. Если на этой неделе не дадут зарплату, ситуация вырисовывается гибельная.
   В коридоре он указал ей на зеркало:
  “- Гордей прав, мы и в самом деле неплохо смотримся.”
  “- Это тот тип, что с девкой на улице нам встретился? А он тебе кто?”
  “- Ну как сказать? Брат-близнец по холостяцкой доле, мы лет пять уже знакомы.”
  “- Понятно, -“ коротко ответила Лилия, и они вышли за дверь.
    На улице смеркалось, было душновато, но дневное тепло быстро сменялось вечерней прохладой. Небо, прорезанное инверсионными следами далёких самолётов, всё больше сгущало свой цвет, субботний вечер был многолюден, и где-то в районе парка периодически хлопали петарды. Славка взял Лилию за руку, их пальцы переплелись. Она шла рядом с беззаботно-скучающим видом, но Славка то и дело замечал её цепкий взгляд, скользящий по сторонам. Она словно высматривала кого-то. Славка провёл несложные умозаключения и пришёл к выводу, что объектом наблюдения наверняка является Гарик. Через болтливую Алексеевну покинутый сожитель мог вызнать, что таинственный визитёр приходил из Комсомольска, и вполне вероятно, теперь, уязвленный, прочёсывает людные места посёлка в надежде отловить беглянку и продолжить разбор полётов, а заодно и с нового кавалера сатисфакцию стребовать.    Размышления эти не придали Славке душевного комфорта, и он не удержался.
  “- Лиль, ты, по-моему, кого-то выглядываешь. Не его, случайно?”
   Она взглянула недоумённо.
  “- Кого, Гарика, что ли? С чего бы ему здесь оказаться? А, ты считаешь, что он кинется меня разыскивать… Успокойся, это исключено. Я с самого начала не обнадёживала его на предмет длительных отношений, так что тут всё по-честному. Просто сейчас его грызёт кобелиное самолюбие, но это временно. Он парнишка смазливый, попсихует денёк-другой и найдёт замену. Там, в институте, себе по статусу…”
   И, естественно, не обошлась без шпильки.
  “- А ты трусишка, зайка серенький.”
   Славка нахмурился и сказал сердито :
  “- Никакой я не трусишка. И тебя я никому не отдам. Если надо, глотки рвать буду.”
   Лилия шутливо отстранилась и протянула насмешливо :
  ”- Какие туземные страсти! Спокойнее, кабальеро, обуздайте свои стремительные чувства и не пугайте даму.”
   Славка чертыхнулся себе под нос. Чуть остыв, пробурчал:
  ”- И что ты за человек такой? Представляю себе, имей я твой характер… Да мы бы уже поубивали друг друга.”
  “- Обижаться – удел слабаков. А на меня обижаться вообще бессмысленно, я же предупреждала, что не сахарная. Так что будь стойким и невозмутимым, -“ сказала Лилия иронично-наставительно.
   Через знакомую арку они зашли в парк. Сразу за входом развернули своё хозяйство шашлычники, здесь же мялись несколько валютчиков, местный бомжик-завсегдатай с заплывшей землистой физиономией бродил, стреляя мелочь, а далее, на полянке, двое горластых шаромыг разыгрывали немудрёный перформанс, нечто вроде викторины, собрав вокруг себя человек двадцать участвующих и зевак. Чуть в стороне, оставаясь внешне нейтральными, за этой дуриловкой зорко приглядывали в ожидании своей доли два милицейских сержанта .
   Славка увлёк Лилию к ближайшей кафешке, торгующей фастфудом с картофельным уклоном, и выбрал наиболее приличное из имеющегося – грибной крем-суп и “гратен” в вакуумной упаковке.
  “- Из напитков – только сок, морс и пиво. Имеется водка, но из-под полы, -“ поведал он.
  “- Давненько я уличной рыгаловкой не разговлялась, ” - заметила она грубовато-простецки, - “ ты уверен в сьедобности того, что принёс? Не боишься за наше самочувствие?”
  “- Палатка от московской сети, всем местным пищеторгом командует районный депутатик, он частных цеховиков сразу жмёт к ногтю. Пока жалоб вроде не поступало.”
  “- Хоть какая-то польза с депутатика… А мартини из-под полы тут случайно нет?”
  “- Хорошая шутка , -“ усмехнулся Славка, -“ за мартини мы в “Элладу” заскочим. А если все столики будут заняты, я у Равиля целую бутылку возьму. Будем дома пировать.“
  “- Широкая душа? Слав, я давно хотела спросить : у тебя как с финансовой составляющей? И вообще, сколько сейчас платят рабочему классу? Повторяю, обузой быть не собираюсь, но иногда у меня случаются недешёвые капризы.”
   Славка вспомнил её наряды, явно не с барахолки, разнообразные парфюмерно-косметические пузырьки с неведомыми названиями, выстроенные на трюмо в спальне, навороченную широкоэкранную “нокию”…
  “- Есть желание соврать, да не вижу смысла. Вот сколько стоит твой мобильник, такая у меня примерно зарплата. Тысяч двенадцать, иногда добавляют что-то, типа премию.”
   Лилия машинально достала телефон, повертела его в руках и улыбнулась краешками губ.
  “- Понятия не имею, сколько он стоит. Мне его подарили. Так сколько, говоришь, двенадцать тысяч? В месяц?”
  “- Именно так, -“ вздохнул Славка, -“ и подозреваю, что мой статус безнадёжно рухнул в твоих глазах. Да, я понимаю, что в Москве такие зарплаты получают разве что дворники-узбеки, но здесь не Москва. Здесь замкадье, причём дальнее. Подожди-ка, а почему тебя удивляет такая зарплата? В деревне Лошкарёво, например, что – зарабатывают больше?”
   Лилия быстро взглянула на него и задумчиво сказала:
  “- Мне глубоко плевать, какой у кого статус, мне другое интересно – как у наших буржуинчиков, захлёбывающихся шальными деньгами, хватает совести платить людям, производящим их богатство, вот это… Это ведь не зарплата, а так, пособие по нищете.”
  “- Согласен. У нас в стране как всегда – всё наоборот : зарплата у меньшинства, а у всех остальных – прожиточный минимум. Мы тут недавно в цеху подбили на калькуляторе примерные доходы и расходы нашего московского хозяина за один рабочий день. Так вот, комсомольский филиал – а в области есть ещё один плюс головная фабрика в Москве – в день выдаёт товара на два-два с половиной миллиона. На дневную-же зарплату уходит примерно двадцать пять тысяч. Да, есть ещё расходы на электроэнергию, есть некоторая взяткоёмкость процесса, есть налоги, которые он максимально срезает за счёт различных ухищрений. И всё равно выходит дикая разница. Повторяю – это навар только с одного маленького филиала с коллективом в сорок два человека. В день. Ну и как тут не иметь автопарк из иномарок под сто тысяч баксов каждая и не мотаться на Бали да Канары трижды в год?”
  “- Так ему само государство создало такие условия, нагромоздив египетскую пирамиду законов, поправок и подзаконных актов, а следовательно – обходных тропок. Отчего-же не пользоваться? А может, как говорят юмористы, им не завидовать надо, а жалеть? Вот грянет какой-нибудь финансовый обвал, или, не дай бог, до очередного бунта дело докатится. Кто-то да зазевается, не успеет на самолёт…”
  “- А во избежание брожений и бунтов всегда найдётся непогрешимая и руководящая, которая назначит стрелочников, укажет на отдельные недостатки и направит на единственно верный путь, - “ сказал Славка, -“ да чёрт с ней, с политэкономией этой, что-то нас не туда занесло. Поганая тема, давай лучше о чём-нибудь другом.”
  “- Это да, наша любимая забава - воздух потрясти да калькулятором пощёлкать, бурля праведным негодованием на чужие миллионы. Так что, ты хочешь сказать, не в деньгах счастье?”
  “- В любви оно. Не нами придумано, -“ быстро нашёлся Славка.
  “- Пустозвон ты. Любовь и безденежье вместе долго не живут, -“ чуть подумав, заметила Лилия.
  “- Ну, это как посмотреть. Вон папуасы с папуасками обитают на своих островах безо всяких денег. Ничего у них нет, одни кокосы. А любовь есть.”
   Она тихо рассмеялась.
  “- Слушай, ты, папуас. Возьми пару морсов. Вот это, в аэрофлотовской упаковке, было вполне сьедобным, я ожидала худшего, только слегка пересолено.”
   Вернувшись с двумя стаканами клюквенного напитка, Славка заметил, что Лилия с угрюмым интересом наблюдает за оживлённой полянкой, где понемногу разгорался нездоровый азартный галдёж.
  “- Вот ещё загадка - почему наши люди так обожают быть одураченными? Получают голимые гроши, именуемые по недоразумению зарплатой, и с нетерпеливым азартом дарят их всякой быдловатой шушере. Какая-то особая, сугубо российская разновидность духовного мазохизма. Никто и ничто не в силах остановить их в этом порыве, -“ сварливо пофилософствовала она и отвернулась.
   В глубине парка прошелестело, и в темнеющее небо взмыл многоцветный фейерверк. Через короткое время с той стороны донеслись нестройные крики “горько”.
  “- Во дают, -“ удивился Славка, - “ впервые вижу, чтобы в парке свадьбы играли. Лиль, ну ты чего такая грустная? Может, пойдём на карусели покатаемся, детство вспомним.”
  “- Не хочу.”
  “- А чего хочешь?”
  “- Сама не знаю. Мартини хочу.”
  “- Хорошо, сейчас двинем в бар. Только давай дойдём до той гулянки, хочу глянуть на новобрачных. Может, кто-то из знакомых…”
   Свадьба гуляла под здоровенным шатром, людей было не слишком, человек тридцать. Звенели ложки-вилки-рюмки, чавкали рты, кто-то обнимался, кто-то лобызался. Славкиных ровесников здесь почти не было, только молодёжь восемнадцати-двадцати лет, сгруппировавшаяся вокруг молодожёнов, и пожилая публика, обосновавшаяся на другом конце длинного стола. Седой дядька обнимал баян, покачиваясь на пеньке словно маятник, и исторгал из инструмента что попало в режиме нон-стоп : танго “компарсита”, вальс “амурские волны” и даже “мурку”.
   Лилия вдруг остановилась, провела руками по лицу и глухо пробормотала :
  “- Вот сволочь…”
  “- Кто сволочь?”
   Она схватила Славку за локоть.
  “- Никто… Пойдём назад. Кажется, он здесь. Вот уж не ожидала, наверное, ты накликал.”
  “- Кого ты там увидела, Гарика?”
  “- Да. Хорошо, что он спиной к нам сидит. Во всяком случае, шевелюра очень похожа.”
   Они развернулись и направились к выходу, но у Славки осталось подозрение, что Лилия соврала. Если бы студент собирался на чью-то свадьбу, да ещё в соседний посёлок, она бы наверняка знала. Очень похоже, заметила человечка, встреча с которым в данный момент нежелательна.
   Вдоль Центрального километровой гирляндой зажглись фонари, цокали женские каблучки, и в густом сумеречном полумраке висела вечерняя многоголосица. Компания молодёжи кучковалась возле пивнушки под названием “Гамбринус”. Выкрики, хохот, чьё-то посвистывание… Брякала об асфальт опорожненная тара, летели во все стороны, рассыпаясь искрами, окурки. На противоположной стороне в свете фонаря две обнявшиеся полупьяные девицы, забравшись с ногами на лавку, исполняли дуэтом “чита-дриту”, а третья чуть поодаль истошно вопила во тьму сквера, где проглядывалась среди деревьев одинокая кабинка биотуалета :
  “- Танька, сука, ты скоро там? Я щас обоссусь!“
   Из парка за спиной вылетела и лопнула в небе очередная шутиха, толпа заревела и засвистела.
   Когда Славка с Лилией приблизились, девки замолкли и воззрились с наглым любопытством. Подавшая голос первой оказалась неоригинальна.
  “- Молодой человек, а как у нас насчёт сигаретки?”
  “- Некурящий я, девушки,”- как можно радушнее ответил Славка, не сбавляя шаг и на всякий случай взяв Лилию за руку.
  “- Его, кажется, Слава зовут, - “ развязно сказала вторая, коротко стриженая блондинка с хриплым голосом и пустыми рыбьими глазами, - “ а эту тёлку я что-то не припоминаю. Слышь, а кошёлка твоя тоже некурящая?”
   Лилия напряглась, но Славка крепче сжал её руку и буквально потащил прочь. Вслед донеслось ещё что-то обидное.
  “- Да отпусти, что ты в меня вцепился, - “ возмутилась она, когда они отошли чуть дальше.
  “- Побоялся, что безобразничать начнёшь, - “ усмехнулся Славка, - “ я уже уяснил, что натура ты вспыльчивая.”
   Лилия хмыкнула, покачала головой, но ничего не ответила. Вспомнив о чём-то, поспешно полезла в сумочку и достала “нокию”.
  “- Надо включить, думаю, ненаглядный уже успокоился.”
   Экранчик засветился, и она с озабоченным видом принялась нажимать кнопки. Славка решил полюбопытствовать, заглянул через плечо, но Лилия, не оборачиваясь, отстранила его вытянутой рукой. Славка демонстративно отвернулся и даже отошёл на пару шагов, сунув руки в карманы.
  “- Добрый вечер… Да вот, пришлось отключаться… Хорошо, там же, в двенадцать, у входа в авторынок. Я утром дополнительно перезвоню.”
  “- Ты завтра куда-то собираешься?”- сумрачно поинтересовался Славка, когда они двинулись дальше.
  “- Да, ненадолго. До вечера вернусь,”- коротко ответила Лилия, зябко поводя плечами.
  “- Может, наконец, обменяемся телефонами?”
  “- Конечно. Только давай завтра, я сим-карту, наверное, всё-же сменю.”
  “- В Москву поедешь?”
  “- Да.”
  “- Я с тобо…”
  “- Нет! Слава, не будь назойливым, мы, кажется, уже говорили на эту тему.”
   Без всякого перехода вдруг поинтересовалась:
  ”- А ты давно здесь живёшь, в этом вашем Комсомольске?”
  “- Н-ну, с тех пор, как в школу пошёл. Лет с семи.”
  “- То есть знакомых много?”
  “- Как видишь, знают даже те, кого я не знаю. А друзей, в общем-то, нет. Друзей нынче иметь вредно, -“ заметил Славка.
   В её небрежном любопытстве таилась некая подоплёка, но выпытывать что-либо бесполезно – всё равно спрячется за панцирем глухонемоты и лишнего не скажет.
   “Эллада” мерцала разноцветными неоновыми огоньками, у входа, как ни странно, было безлюдно, лишь местный качок по кличке Герасим, приятель хозяина кафе и по совместительству добровольный вышибала, в одиночестве дул пиво, опёршись широченной спиной о косяк. Славка кивнул ему и осведомился:
  ”- Как там с местами, пипла много сегодня?”
  “- Порядочно, -“ обронил Герасим, -“ но пара столиков должна быть.”
   Бар гудел, словно пробудившийся улей, Равиль суетился на своём капитанском мостике, проворная его помощница порхала по залу, справа от стойки на небольшой круглой площадке теснились, колыхаясь в танце, несколько обнявшихся пар. Свободным оказался лишь один столик, в самом дальнем углу. Здесь было темновато, но относительно тихо, так как акустика не давила на голову и можно разговаривать спокойно, а не орать друг другу в ухо.
   За столиком позади Славки грянул взрыв хохота. Делая вид, что высматривает официантку, он не спеша обернулся и бегло оценил соседскую компанию. Компания, признаться, ему не глянулась. Там развалились за столом трое уже прилично поддатых типов, одного из которых Славка смутно помнил, в прошлом году недолго ошивался у них в качестве грузчика. Четвёртой сидела дебелая тётка с крашеными в каштановый цвет волосами, возрастом около сорока. Объёмные буфера, словно футбольные мячи, пёрли наружу из-под вульгарного, чуть не до пупа, декольте. А один из этих сальных козлов нахально пялился на Лилию, что Славке не глянулось особенно.
   Лавируя меж столиками, приблизилась официантка.
  “- Вообще-то я уже наелась. И насчёт мартини, конечно, пошутила, -“ призналась Лилия, изучая меню, -“ на самом деле я его не очень…   Так что по коктейлю, и хватит. Ого, неужели! У вас тут и “брэмбл” имеется? Скажите, а какой джин вы используете в этом коктейле?“
  “-“Сердце льва”, как и полагается, -“ не растерялась подручная Равиля.
  “- А ежевичку сверху кладёте?“
   Официантка изобразила игривое сожаление.
  “- Н-ну, в мае с ежевикой напряжёнка. Малину или вишню, по-разному…“
  “- А с малиной в мае не напряжёнка, значит, -“ заметила Лилия чуть сварливо, -“ ладно, давайте ваш “брэмбл”, оценим на свой деревенский вкус.”
  “- Ну, мне вашу деревенскую вкусовщину понять сложно, - ” вставил Славка, - “ соточку “абсолюта”, пожалуйста.“
   Лилия внимательно посмотрела на публику у Славки за плечом.
  “- Давай ещё по десерту, на твоё усмотрение, и достаточно. Возможно, засиживаться не придётся”
  “- Поведайте нам, а вот “паризьен” – это что такое?”- поинтересовался Славка, глядя в меню.
  “- А это десерт такой, пирожное и мороженое в одном флаконе, можно сказать. Шоколадное суфле со сливками и марципанами, подаётся охлаждённым. По желанию можем слегка присыпать ванилином или корицей,”- протараторила любезная равилева помощница, -“ не пожалеете, вкус изумительный.”
   Ещё бы он был неизумительный, возмутился про себя Славка, двести пятьдесят за штуку, рехнуться можно.
  “- Несите и “паризьены”… И два капуччино.“
   Официантка кивнула, черкнула в блокнотик и развернулась, но Лилия её остановила.
  “- Когда принесёте, рассчитайте нас сразу.”
  “- Как скажете.”
   Устремилась в обратном направлении, увильнув мимоходом от чьей-то бесцеремонно протянутой грабки. Лилия смотрела в зал, освещаемый бликами цветомузыки, с оттенком лёгкой брезгливости и скуки и, как обратил внимание Славка, при каждом открытии-закрытии входных дверей неизменно бросала туда взгляд.
  “- И всё равно меня не оставляет мысль, что ты кого-то ищешь, -“ нарушил он молчание.
  “- Это хорошо. Хоть какие-то мысли тебя не оставляют, -“ немедленно съехидничала Лилия.
  “- О, мыслей у меня много. А вопросов ещё больше, -“ ответил Славка.
  “- И конечно, по поводу моей персоны.”
  “- А как же. Родилась в дальней глухомани, из школы вышла с блестящим аттестатом, но подалась не в столицу, как все умные девочки, а на подмосковные задворки. Зачем, с какой стати? Кочуешь по съёмным квартирам, с одним чемоданом. Странно это всё, неправильно как то.”
   Он сознательно её провоцировал, конечно-же рискуя нарваться на очередную словесную оплеуху.
  “- Всё сказал? Любопытной Варваре на базаре помнишь что оторвали?”
   Лилия смотрела, недобро сощурившись, Славка уставился в ответ с упрямым видом.
  “- Ну хорошо, раз тебе это так интересно. Всё равно достанешь со своим дурацким любопытством…”
   Подскочила официантка с небольшим круглым подносом, ловко выставила заказанное на столик, пробормотала что-то вроде “приятного аппетита”.
  “- Сколько с нас?”- поинтересовался Славка.
  “- Э-э, ровно тысяча сто, -“ не моргнув глазом, отозвалась она, автоматически приплюсовав чаевые к счёту. Славка, уже знакомый с местной методикой, отстегнул купюры, но сверху не дал ничего.
  “- Вот гляжу и думаю, к чему этому хмырю такая чудная козочка? Нет в жизни справедливости.”
   Сказано было вполголоса, но с явным расчётом на славкины уши. Вслед за этим второй персонаж выдал по их адресу такую пакость, что Славка непроизвольно сгрёб пальцами скатерть. Гнусь, быдло, червь помойный. Эту слюнявую пасть следовало немедленно прихлопнуть. Если станет шумно, Герасим подскочит, подсобит… Славка начал медленно поворачиваться, но Лилия тут-же шлёпнула его по руке.
  “- Сиди ты спокойно, не уподобляйся. Они же только этого и ждут.”
  “- Алексей-алёшенька-сынок! Как тебе не стыдно?”- взвизгнула каштановая шмара с пьяной весёлостью, - “ не приставай к людям. Тебе меня мало, что ли? Р-ревную! “
   Славка цапнул “абсолют”, воткнул в себя залпом. Лилия спокойно потягивала через соломинку коктейль, смотрела с насмешливым сожалением.
  “- Вижу, не стоило мне с тобой появляться на просторах вашей козолуповки. Похоже, начинаю притягивать неприятности.”
   Водка опалила внутренности. Немного успокоившись, Славка произнёс :
  ”- Нас не очень любезно прервали, ты ведь хотела что-то сказать?”
  “- По поводу моего непорочного детства я тебе мало что могу сообщить, - “ проговорила она, помешивая соломиной в бокале, -“ я уже говорила, что родителей у меня нет. Ничья я, найдёныш. Подобрали вот у порога деревенские дядя Вова с тётей Алёной, дали имя-отчество и вырастили, как могли.”
  “- Ну уж “как могли ”, - усомнился Славка, - “ хорошая дочка выросла, умница. Золотую медаль за учёбу не каждому дают.”
  “- Да что ты пристал к этой медали, - “ отмахнулась Лилия, - “ за круглыми пятёрками я никогда не гналась. Просто учёба давалась легко, вот и всё. А может, и с учителями повезло.”
  “- Во сколько же лет тебя… нашли?”
  “- Говорят, на вид года три было. Я ведь не помню.”
  “- И где сейчас твои дядя Вова с тётей Алёной?”
  “- Погибли они, -“ помолчав, хмуро ответила Лилия.
  “- Вот как… Давно?”
   На этот раз молчание оказалось более долгим.
  “- Какое это имеет значение? Где-то после моего выпускного, в начале июля. Корова у них пропала, пошли её искать, -“ Лилия смотрела куда-то в сторону, -“ непогода была в тот день. Корова вечером сама прибежала, а их только на следующий день на берегу речки нашли, под обрывом. Похоже на то, что сорвались в сумерках.”
  “- И что потом было?”
  “- А ничего. После похорон мне пришлось уехать оттуда.”
  “- А жильё кому осталось?”
  “- Откуда я знаю? Родственникам, наверное. Послушай, давай закончим, мне неприятно это вспоминать. Я начинаю врать, а это у меня всегда плохо получается.”
   Она зябко поёжилась, будто в помещение вдруг ворвался холод, и вновь устремила отрешённый взгляд в глубину зала.
  “- Угощайся “паризьеном”, Лиль, не хмурься. Ты целый день какая-то напряжённая, невесёлая, ”- проговорил Славка.
  “- Угу, вот сейчас “сердечного льва” добью, закривею и повеселюсь на славу, -“ сказала Лилия, вновь посмотрев ему через плечо, и грустно усмехнулась.
  “- Я ведь тоже сирота, -“ сказал Славка, принимаясь за десерт, -“ твои хоть похоронены, а у моих и могилы нет. Исчезли, пропали без вести в экспедиции.”
  “- Это как так “исчезли”?”- спросила она с вялым интересом.
  “- А вот так, загадочно и непонятно. В геологоразведке они работали, а экспедиция в прошлом году была. Кстати, на севере Урала пропали, не исключено, что в ваших краях…”
   Он помолчал, пробуя пирожное на вкус.
  “- Ты знаешь, этот “паризьен” и правда неплох.”
   Наткнувшись на её взгляд, вопросительно поднял брови. Лилия смотрела в упор и словно бы насторожённо, без прежнего безразличия.
  “- А ну-ка, поподробнее… Когда и, главное - где именно?”
   Славка открыл было рот, но слева внезапно накатила табачно-водочная волна. Над столиком нависла мосластая долговязая фигура. ”Алёшенька-сынок” или кто там из них не выдержал и пошёл-таки на абордаж.
  “- Дэвушка! Вы так-кая грустная, так-кая задумчивая, что я, глядя на вас, сам гатов заплакать,”- понесла комплиментарный понос фигура. С придыханием и почему-то с кавказским акцентом, видимо, предполагая, что от данного факта “дэвушка” мгновенно слетит с катушек и кинется на шею.
  “- И поскольку развлечь вас некому, то позвольте пригласить…”
   Долговязый произвёл картинный жест в сторону танцпола. Спутник “дэвушки” для этого членистоногого не существовал вовсе - так, приложение к стулу, одушевлённая деталь интерьера. Оглохнув от бешенства, Славка не успел ничего предпринять, потому что Лилия сделала ему предупредительный знак и тут же с ядовитой улыбкой обратилась к нежданному ухажёру.
  “- Мужчина, вы потрясающе вежливо прервали наш разговор… Ну да ладно, я не в обиде. По поводу танца разрешите хотя бы с мужем посоветоваться.”
   Мосластый милостиво соизволил разрешить. Сюрприз насчёт мужа не произвел на него ни малейшего впечатления. Лилия подалась через стол к Славке, и только теперь стало заметно, что она буквально белая от гнева, глаза по-кошачьи округлились, и вообще в выражении лица появилось что-то очень нехорошее, так что у Славки даже заныло под ложечкой.
  “- Не вздумай устраивать сцен, - “ прошипела она, - “ добивай свой десерт, иди к выходу и жди. Я недолго, спляшу с этим верблюдом и подойду…”
   Оставшись в одиночестве, Славка машинально запихнул в себя остатки ставшего вдруг пресным “паризьена”, заглотав попутно оба остывших капуччино, стараясь не вслушиваться в пьяное блекотание и хохотки за спиной. Стряхнув мутное оцепенение, поднялся и повернулся к выходу. Покосился на соседей : двое дружков лыбились в сторону танцплощадки, а каштановая дама никого уже не ревновала, молча лупала накрашенными глазами в пространство в отчаянных попытках на чём-либо сфокусироваться.
  “- Никогда и ни за что!”- выпалила она вдруг кому-то воображаемому и пристукнула кулачком по столу. Звякнула посуда. Добавила с горечью, с пьяной слезой : ” Мущщины, где ваша гордость? Вас же за дураков держат!.. Тоже мне, гигимоны, блин…”
   Славка двинулся мимо и, сам не зная зачем, громко и внятно выдал избитый фразеологизм:
  ”- Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.”
   Через несколько секунд вслед долетело запоздалое :
  ”- А это ты кому, мужик?”
   Перед дверями Славка остановился, и глаза, словно магнитом, потянуло в направлении танцующих. От увиденного его замутило. Лилия форменным образом висела на шее у новоявленного воздыхателя, и, видимо, рассказывала ему что-то чересчур забавное, потому как выражение морды лица у того было – не передать словами. Клиент скорбного дома, сбежавший по недосмотру персонала. Имбецил Блаженный, застигнутый врасплох Высшим Знанием.
   Виски у Славки горели, он заставил себя отвернуться и быстро осмотрел зал, страшась поймать любопытные либо сочувствующие взгляды знакомых, свидетелей его сегодняшнего позора. По счастью, таковых пока не наблюдалось.
  “- Девки, гляньте – во дебил!..”
   Он вновь скосил глаза к танцполу и сразу отметил абсолютную неправильность происходящего. Лилии не прежнем месте уже не было, с хмурым и напряжённым лицом, споро, но без особой спешки, она продвигалась по периметру зала в направлении выхода. Четверо девчушек, расположившихся за ближайшим столиком слева, дружно прыснули, а из-за столика справа грянуло молодецкое, в три глотки, ржание. На площадке посреди танцующих творилось дивное представление, не сказать комичное, а скорее омерзительное. Скоропостижный лилин кавалер производил действия, сходные с теми, что посетители зоопарков изредка наблюдают у клеток с обезьяньими самцами. Отцы семейств гыгыкают себе под нос, а благовоспитанные мамаши, брезгливо морщась, прикрывают своим чадам глаза и спешно тащат прочь.
   Динамики извергали вкрадчивую ретро-эротику из девяностых, а долговязый недоумок, счастливый и беспечный, увлечённо приплясывал со спущенными до колен штанами, болтая эрегированным хозяйством из стороны в сторону. Мало того, он ещё и приглашающие жесты делал куда-то в зал. Хихикая, парочки торопливо покидали танцпол, а Равиль, замерев за стойкой, криво усмехался в мобильник. Наверняка посылал sos Герасиму. Да уж, такой рвотный стриптиз “Эллада” за свою недолгую историю наблюдала впервые.
  “- Пошли отсюда, -“ не останавливаясь, Лилия дёрнула Славку за рукав и выскользнула за дверь.
   Выскочив вслед за ней на улицу, Славка замешкался, высматривая вышибалу, но Лилия цепко схватила его за руку.
  “- Уходим!”
   Поспешая следом, он обескураженно выдавил :
  ”- Я, конечно, умиления к нему не испытываю, но это было довольно жестоко. И ты ещё будешь мне утверждать…”
  “- Я просто предложила ему полюбить всех баб в этом заведении. И знаешь, он почему-то оказался не против, -“ перебила его Лилия без улыбки. Приступ злости, похоже, вновь овладел ей.
  “- Терпеть ненавижу, когда меня вот так, как последнюю дешёвку…”
   Они успели отойти от бара метров на тридцать, когда позади с шумом распахнулись двери.
  “- Эй, алё! А ну стоять!..”- синхронно проревели две глотки.
   Бросив и своего опарафинившегося кореша, и гетеру-собутыльницу предбальзаковского возраста, оба-двое, довольно рослые ребятки, целеустремлённо топтали асфальт, настигая удаляющуюся пару. Всё-таки не обошлось, мирно уйти не удастся.
  “- Лиль, беги куда-нибудь!”- крикнул Славка.
   Неизвестно, что будет лучше – разделятся нападающие или кинутся на него одного.
  “- Ещё чего, -“ буркнула она и шагнула чуть в сторону.
   В драках Славка был не великий мастак, да и давненько уже не приходилось попадать в переделки с рукопашной. Тот же Палыч за стаканом иной раз поучал : “Не могёшь руками – решай дело миром. А покалечишь какое-нито дерьмо – и посадят. А за что сидеть-то, спрашивается? Обидно. Я, Слав, по молодости знаешь какой мордобоец был? Уж пару-то раз точно на статье висел. А нынче вот тихий и беззубый.”
   Атакующие избрали первый вариант. Тот, что оказался поближе, бросился на Славку, второй метнулся к Лилии. По счастью, агрессор был слишком пьян и не скоординирован, да ещё запнулся за что-то ногой. Славка отшатнулся, но литой кулак всё-же зацепил его по подбородку, да так, что заныли зубы. По инерции противника развернуло чуть ли не на сто восемьдесят градусов, и Славка вложил всю злость в удар правой ему в челюсть. Боли он в горячке не почувствовал, но рука мгновенно онемела. Его визави крякнул, раскорячился, но на ногах устоял, вновь попёр кабаном, и Славка, не надеясь на свою левую, дальше действовал как заправский футбольный форвард, что головой замыкает прострел с фланга… Не удержался, сам плюхнулся рядом с поверженным на четыре точки и тут же вскочил, опасаясь, что тот попытается сграбастать длинными руками.
   Обернулся. Лилия, чуть покачиваясь, сидела на корточках, закрыв лицо руками. А вот второго рядом не видать, он был уже далековато, он убегал, двигаясь по странной зигзагообразной траектории, и похож был на оживший вентилятор, потому что безостановочно отмахивался руками, словно его атаковал рой разьярённых шершней. Что же он удирает-то? - мелькнула мысль, и тут же пронзила другая, жуткая, - наверное, ножом ткнул…
   Славка кинулся к Лилии. Только тут он расслышал, как с другой стороны улицы, невидимая в темноте, некая гражданка надрывно комментирует с безопасного расстояния.
  “- Это что ж такое, как вечер – ни пройти, ни проехать…хулиганьё…милицию надо вызвать!..”
   При последних словах Лилия встрепенулась и подняла голову. На её бледном лице Славка различил одни только тёмные глаза.
  “- Какая ещё милиция? Пойдём, уходить надо…”
   Она встала и, держась за Славку, неверными шагами двинулась куда-то, не разбирая дороги. Не раздумывая, он подхватил её на руки. Позади сопел, шурша по гравийной обочине, нокаутированный соперник.
  “- Что, что он тебе сделал? Ударил? Говори, не молчи.”
  “- Да не переживай ты, -“ отмахнулась Лилия, -“ даже не коснулся. Просто слабость напала.”
   Она вдруг принялась озабоченно вертеть головой.
  “- Уходи с улицы, нас люди видят. Давай дворами…”
   Славка пересёк проезжую часть и нырнул в проход между домами. В темноте зацепился ногой о бордюр, от неловкого движения руку пронизало болью, он зашипел и едва не уронил свою ношу. Лилия соскочила на землю.
  “- Ну а с тобой-то что?”
   Славка стоял, часто моргая, привыкая к темноте. Голова гудела, рука висела, саднил подбородок, и в глазах до сих пор плавали жёлтые круги.
  “- Не рассчитал сдуру, челюсть у этого урода чугунная. Рука теперь как не своя.”
   Лилия сокрушённо покачала головой.
  “- Тьфу ты, тоже мне драчун. Ещё неизвестно, кто из вас больше пострадал.”
   Она была ещё слаба, но уже пыталась подтрунивать. Всмотрелась в темноту двора.
  “- Вон там, в центре, качели стоят. Пойдём присядем, дух переведём.”
   Уму непостижимо, как она в такой тьме что-то вообще разглядела. Качели оказались широкие, удобные, на цепях, сработанные из старинной гнутой скамьи. Лилия молча помассировала опухшую славкину конечность, нажала на какие-то точки, затем приказала пошевелить пальцами по очереди. Наконец оставила её в покое.
  “- Ерунда, просто ушиб. Не мешало бы компресс на ночь.”
   Славка обнял её и произнёс с томным сожалением :
  “- А я думал, ты мне опять терапию устроишь.”
  “- Индюк думал…”- проворчала Лилия автоматически. Повернула голову к нему, их губы почти соприкасались.
  “- Мне самой сейчас терапия требуется.”
   Славка бережно поцеловал её.
  “- От тебя так вкусно пахнет джином.”
  “- А от тебя так вкусно водкой…”
   Он поперхнулся, но продолжил свою линию, понемногу давая волю рукам.
  “- Терапия, говоришь, требуется? Так пойдём быстрее домой. Пять минут ходьбы, и лечение – аж до утра.”
  “- Пошляк. Кто о чём, а голый о бане. Я совсем не это имела в виду.”
   Они помолчали, меряясь взглядами в темноте, и Славка решился перевести разговор на более серьёзные рельсы.
  “- Знаешь, Лиль, может, ты и считаешь меня лопушком да валенком, но вот дураком, надеюсь, не был никогда. Догадаться обо всём ведь несложно, тем более, когда это происходит на твоих глазах… С какой стати тот, второй храбрец, ударился вдруг в панический драп? Стометровка с препятствиями, любо-дорого было смотреть. А этот… танцор диско? Эксклюзивное зрелище, разговоров – на месяц! Это как так?”
   Странно, но она не ощетинилась привычно, не отпарировала ядовитыми репликами. Откинула голову ему на руку, смотрела на унизанную звёздами лиловую бездну и даже принялась тихонько напевать себе что-то под нос.
  “- Тут напрашивается вопрос в другой плоскости…”- осторожно продолжил Славка.
  “- Не умничай, тебе это не идёт, -“ устало сказала Лилия, -“ говори проще.”
  “- Надеюсь, мне такие фокусы не грозят? Ну, ты понимаешь, о чём я. Вот разозлю тебя чем-либо и буду потом плясать посреди улицы без штанов, как этот дурень в баре.”
   Она повернулась и сказала задумчиво :
  ”- Мне начинает казаться, что у вас здесь с наступлением темноты происходит массовая дебилизация населения. Такое впечатление, что за весь вечер я не видела ни одной вменяемой рожи. Вот и ты туда же…”
  “- Лиль, я тоже кое-что заметил - ты мастер уводить разговор в сторону. Но я говорю о серьёзных вещах, “- Славка начал горячиться.
  “- Ну-ка тихо!”- жёстко оборвала она его, - “ здесь, кроме нас, ещё уши имеются. Дом напротив, второй этаж…”
   Славка вгляделся и различил на чьём-то балконе красноватый огонёк сигареты.
  “- Ладно, пошли, -“ Лилия сделала глубокий вздох и спрыгнула с качелей, -“ холодно становится.”
   Они пересекли двор наискосок и выбрались на тускло освещённую Мелиоративную. Фонари здесь горели через один, и было практически безлюдно.
  “- Удалишься от Москвы на каких-то полсотни километров, и приземляешься на другую планету,”- заговорила Лилия, - “ марсиане вокруг. Люди, конечно, тоже есть, но как то всё больше гуманоиды попадаются.”
  “- Ну уж, не обобщай так, -“ вступился Славка, -“ нормальный тут народ, просто от скуки звереет, от безделья.”
  “- Ага, добавь ещё – отсутствие жизненных ориентиров, вседозволенность, мужицкое пьянство, бабская распущенность…-“ в тон ему продолжила Лилия, -“ для скотского поведения всегда найдётся миллион оправданий.”
  “- Не любишь ты людей. Злюка.“
  “- А с какой стати я их любить должна? Уважать – кое-кого – уважаю, но любить – увольте. Времена всеобщего плакатного братства давно закончились.“
   На могильную тьму славкиного подъезда Лилия, в отличие от своей предшественницы, никак не отреагировала, спокойно поднималась по ступенькам, ориентируясь, словно кошка.
  “- В той забегаловке было прилично народу, вспомни, видел ли нас кто из твоих знакомых. Только хорошо вспомни, не торопясь.”
  “- Были лишь малознакомые, это точно, -“ ответил Славка уверенно, -“ а что?”
  “- Мало хорошего. Можно не сомневаться, кто-нибудь на телефон успел заснять этот барный балет. Не знаю, Слава, будешь ли ты в восторге, - “ сказала она у двери, пока он копался с ключами, - “ но вряд я ли смогу жить в вашем посёлке. Опять чемодан собирать придётся.”
   Лилия вздохнула, но Славке почудилась лёгкая её неискренность в ожидании его реакции. Он пихнул дверь, протянул руку и включил свет.
  “- Лиль, у тебя что ни фраза, то какой-нибудь сюрприз. И чем тебе местная публика так не по душе?”
  “- Публика здесь не при чём, и дело не в ней.”
  “- Ну а что за капризы? Дубаков этих юродивых испугалась? Я и то их знать не знаю…”
  “- Не городи чепуху, - “ Лилия скинула туфли, ногой выудила из-под тумбочки тапки, - “ хорошо, вопрос остаётся открытым, о причинах поговорим позже. Но в любом случае совместные прогулки здесь закончены.”
   Славка решил эту тему не развивать, согласно пожал плечами.
  “- Это было первое. Второе касается твоей внезапно возникшей пугливости. Помнишь моё мнение по поводу неуверенных в себе мужиков?”
   Славка кивнул с ухмылкой. Она так же манерно-иронично наклонила голову, скинула джинсовую курточку и вельможным движением бросила ему на руки.
  “- Вот и не забывай. Я в душ.”
  Подмигнула и скрылась в ванной. Славка прошёл в залу, разложил диван. Переоделся в спортивные штаны с футболкой, сел и уставился в телевизор.
   Что за сумасшедшие дни настали! Что за женщина невероятная – то кипяток, то ледяная полынья. Девчонка ведь ещё - с паспортом, правда, дело тёмное - а рассуждения видавшей виды матроны с полувековым жизненным стажем за плечами. Возможно, многое в ней притворное, наносное, но это, скорее всего, один из вариантов самозащиты, сохранение дистанции. Но эта невероятная выходка в “Элладе”…
   “Дети индиго”, пришло вдруг в голову расхожее в последнее время выражение. Может, она из них? Концентрация кретинов в обществе явно выросла, но и вундеркинды стали всё чаще обьявляться. Или об этих умниках раньше замалчивалось?
Что бы означало это её подмигивание?
   Тьфу, вот ты уж точно не вундеркинд. Такой-же дуболом, как те, из бара. Славка вскочил и направился к ванной. Осторожно взялся за ручку. Из-за двери доносился шум воды, а сама дверь на этот раз оказалась не заперта…

   …Славка повернул голову и посмотрел на будильник : на дисплее светилось 2.45. Внизу, в гулкой темноте двора, вновь кто-то возился и бубнил, но подниматься и закрывать окно было совершенно неохота. Лилия уткнулась ему в плечо, изредка щекотала ресницами, и поэтому Славка догадался, что она тоже всё ещё не спит. Лихорадка чувств схлынула, они валялись на скомканной постели опустошённые, без сил, и лень было не только шевелиться, но даже думать о чём-либо. Только нега и лёгкая эйфория, как итог любовного марафона. И вместе со всем этим - странное, зыбкое, гнездящееся где-то на краешке памяти ощущение того, что эта женщина каким-то невероятным образом знакома ему. Но где, когда, и как это вообще можно вообразить?
   Да нет - чушь, бред, все они в той или иной мере похожи друг на друга... В другое время и в другой обстановке он, может, и увлёкся бы раскопками в не столь уж обширной хронологии своих отношений с противоположным полом, и возможно, даже нашёл бы искомый объект, но сейчас - лень и ещё раз лень. Глупости. И спать охота - под покровом других воспоминаний, свежих и сладких.

   …Проскользнув в дверь, он присел на край ванны, засмотревшись зрелищем, достойным объектива фотохудожника стиля “ню”. Лилия стояла спиной к Славке, чуть изогнувшись, подставив лицо под душ, и остатки шампуня пенными струйками стекали ей на плечи. Лёгкий матовый загар равномерно, без полосок, покрывал её тело, и даже не сама непринуждённая нагота, а именно тот факт, что Лилия, по всей видимости, принимает солнечные ванны в чём мать родила, привёл Славку в состояние острого возбуждения.
   Освободившись от одежды, он ждал, пока она обернётся, и в ванну не лез, боясь испугать своим неожиданным появлением, пока Лилия, по-прежнему не оборачиваясь, внезапно не прервала его эротично-эстетические грёзы.
  “- Ты долго ещё собираешься на меня пялиться?”
   Оказавшись лицом к лицу, они сразу же принялись ошалело и жадно целоваться, впившись друг в друга, как два вампира, и вода, поливающая сверху, нисколько им не мешала. Лилия едва доставала Славке до подбородка, и, недолго думая,она обхватила его за шею и приняла позу стриптизёрши на шесте. Всё закончилось за считанные секунды. Её возбуждение стремительно нарастало, но славкина катастрофа всё равно произошла чуть раньше, чем следовало. С рвущимся из груди сердцем, зажмурившись, он с ужасом ждал убийственного комментария.
   Всё ещё часто дыша, Лилия смотрела на него полузакрытыми глазами, наконец произнесла с усмешкой :
  ”- Ну ты наглец. Если считаешь, что это всё, то глубоко ошибаешься.”
   Гибким движением перегнулась назад и закрыла кран. Прижалась ещё крепче и добавила :
  ”- Не отпущу, не надейся. Марш в постель.”
   Они опрокинулись мокрыми телами на расстеленный диван, а уж там Лилия, не изощряясь в эротических изысках, а лишь весело шепча Славке в ухо умопомрачительно-сексуальные непристойности, вдохновила его на последовавший долгоиграющий подвиг.

   Почувствовав его шевеление, она села на кровати и сказала полусонно:
  ”- Слава, не знаю, как ты, а я в таких условиях спать не могу. Это не ложе любви, а свинарник. Принеси хотя бы свежую простыню.”
   Посапывая, перелезла через него, нашарила тапки и побрела в направлении ванной. Славка поисками тапок утруждаться не стал, прошлёпал к платяному шкафу босиком, плавая, словно космонавт в невесомости. Сбросил влажную после их тел простыню и застелил новую.
   Вновь посмотрел на часы. Нет, не только любовью упивались они всё это время. Разговор был – ленивый, вполголоса. О чём то она спрашивала, и он отвечал, причём охотно… Но о чём разговор? Почему-то никак не вспомнить, как ни старайся.
   Подошедшая Лилия нацелилась было упасть на своё место, но он перехватил её и вновь привлёк к себе.
  “- О-о, нет!” - простонала она, - “ на сегодня хватит. Пожалей себя и меня.”
   Взглянула на будильник и ужаснулась.
  “- Четвёртый час, утро уже! Ну-ка быстро спать.”
   Выскользнула из его рук, уткнулась носом в настенный ковёр и по привычке свернулась в клубок. Славка расправил одеяло и, накрывая её, прошептал ласково :
  ”- Ты змея, сладкая и ядовитая. Гремучая змеюка.”
   Она согласно покивала в ответ и пробормотала невнятно :
  ”- Спасибо на добром слове, вы настоящий джентльмен. Спокойной ночи… милый.”
   И уснула на полуслове. В ночной полутьме тускло поблескивал маленький изящный перстень.
   Нет, ни к чему напрягать память : в первую их встречу этот перстенёк всё-таки украшал её левую руку...


    ГЛАВА 4

   Вначале их окружал туман, серый, унылый и настолько плотный, что теснил дыхание. Но очень скоро мгла рассеялась, рассыпалась на хлопья, и оказалось, что плывут они посреди удивительной красоты местности. Водный поток неспешно струился меж берегов, поросших диковинными, окутанными паутиной деревьями, похожими на гигантские папоротники. Крупные перламутровые бабочки неслышно порхали среди листьев, а к воде выходили из чащи неведомые животные и провожали их плот удивлёнными, грустными, почти человечьими глазами.
   Славкина спутница на этот раз не пряталась за спиной, она была рядом, стоило лишь руку протянуть. Она сидела на краю плота и задумчиво смотрела в изумрудную воду. Славка наклонился ближе и увидел на её кофточке знакомую вышитую розу.
Незабудка! - позвал он и не услыхал своего голоса. А она не откликнулась и даже не взглянула в его сторону, наоборот - отвернулась и принялась смотреть на берег. Он заставил себя протянуть к ней руку, и рука поймала пустоту. Почему-то он не испугался, ведь она всё равно была рядом, она казалась реальной, и незримый лёгкий ветерок шевелил её рыжеватые волосы.
   Между тем на плывущем мимо берегу стали появляться люди. Вначале их было мало, они выходили то по одному, то парами, но очень скоро молчаливой толпой оказался заполнен весь берег. И на всех без исключения лицах застыла одна единственная эмоция. И эмоцией этой было удивление - единообразное, глухое и безмолвное.
   Стояли дети, стояли молодые, и зрелые были, и глубокие старики, а некоторые даже держали на руках младенцев. Славка глядел заворожённо, недоумевая, почему все они молчат, и вдруг увидел отца с матерью. Они спокойно стояли среди прочих, ничем особо не выделяясь, разве что длинные плащи с капюшонами делали их похожими на странствующих монахов или рыбаков. И несомненно, они видели его, но оставались по-прежнему безучастными – ни жеста, ни взмаха, ни даже кивка головой. Славка вскочил, немо закричав что-то, и плот опасно закачался. Тотчас откуда-то из глубины поднялась узкая стреловидная тень и принялась хищно рыскать вокруг, держась близко к поверхности. Только сейчас Лилия - или кто она была - обратила внимание на своего спутника.
   Сиди спокойно, - полуобернувшись, сказала она, и голос её прозвучал в плотной тишине ясно и чётко, не расплываясь в пространстве, как если бы они находились в шаре из ваты, - если упадём, останемся здесь навсегда.
   И ничего ему не оставалось, как покорно сидеть и молча провожать взглядом удаляющиеся родные лица, и они смотрели в его сторону отстранённо-равнодушно.
   Да они же слепы, - сказал он сам себе, а может, только подумал, - они слышат нас, но не видят.
   Мир, окружавший Славку, находился за невидимой прозрачной стеной, женщина, сидевшая рядом, была отстранённой и безразличной, а люди на берегу казались одушевлёнными марионетками, совершающими по чьей-то воле одинаковые движения. То была картинка, и художник, изобразивший её, не пожалел красок, но двухмерная эта красота не восхищала, а лишь вызывала тоску и ощущение невыносимого одиночества. Они проплывали по нарисованному раю, немому, глухому и чуждому. А может, тот рай сам плыл мимо них?
   Слава, Сла-авик, - послышался из ниоткуда знакомый голос, и он был несомненно живым, и Славка рванулся к нему, прочь из этого мёртвого сонного пузыря, и нарисованная женщина начала таять и отдаляться.

   Лилия стояла над ним в зелёном с птичками халатике, с кружкой в руке, и судя по выражению её лица, привычно насмешничала. Славка лежал, хлопал глазами, её слова доходили до него словно бы с опозданием.
  “- Ну ты и дрыхнуть! Весь день вчера ныл и клянчил, а как до дела дошло, с утра даже подняться не в состоянии.”
  “- Ещё как в состоянии, -“ пробормотал Славка и потянулся к ней, попытавшись ухватить за хлястик халата, но Лилия ловко увернулась.    Разлетевшиеся птицы на миг обнажили стройные загорелые ножки.
  “- Время поджимает, мне скоро уходить. Иди подкрепись, казанова, я там кое-что сообразила из твоих скудных припасов.”
   Славка прошмыгнул в ванную, наскоро принял душ и зашёл на кухню. На столе остывала яичница с ломтиками поджаренной останкинской колбасы, а Лилия, уже облачившаяся в джинсовый костюм, с отрешённым видом смотрела маленький угловой телевизор, который сам Славка включал довольно редко. Он мельком вгляделся : не в первый раз за эти дни повторяли ставший популярным сюжет об очередном “добровольном” ограблении.
   Стоя спиной к камере, жертва, гражданка в ярком брючном костюме, потерянно поясняла в протянутый микрофон, как, выпорхнув из своего “лексуса” у одного из супермаркетов в Черкизове с целью проведения разнообразных покупок, немедленно подпала под обаяние некой многословной молодой особы, симпатичной и вполне приличной на вид. Приятственная во всех отношениях процедура шоппинга осталась неосуществлённой, а взамен произошло нечто ошеломительно-гнусное.
   “Хотите верьте, хотите нет, но я как во сне была. Сама её домой привезла, сама сейф открыла… Ума не приложу, как такое могло произойти. Когда пришла в себя, у меня истерика случилась. А её уж и след простыл. Самая обычная девчонка, даже примет никаких в голове не осталось. Помню только, что брюнетка. Вроде. А может, в парике она была… Но не цыганка и не азиатка, это точно.”
   Озабоченный интервьюер сочувственно кивал, хмурился, сучил ножкой и топтался как застоявшийся жеребец, по большому счёту чихать ему было на горести и треволнения данной гражданки, умудрившейся приволочь в набитые добром хоромы совершенно незнакомую девку с улицы. Не она первая, не она последняя. Алчный его интерес был направлен на обнародование Суммы. А сумма экспроприированного, надо понимать, превышала на сей раз некую допустимую норму приличия. Более двух миллионов наличными в рублях, тысяч пятьдесят зелёными плюс кое-что ювелирное. Хотя похоже было, что броская дама и сама не знала, сколько же у неё в точности спёрли. Именно сумма и придавала сюжету популярность, второе место занимал сам метод ограбления из разряда “ультра-си”, ну а на третьем витало неозвученное восхищение хитроумной злодейкой.
  “- Три магнитофона, три куртки, кожаных. Всё, что нажито непосильным трудом…”- пробубнил Славка, уплетая яичницу, - “ уж сколько раз твердили миру – не хлопайте ушами на улице, не создавайте ветра.”
   Суровый голос за экраном меж тем вещал с назидательной ноткой: “Уважаемые москвичи и гости столицы! Будьте бдительны, игнорируйте подозрительные уличные лотереи и так называемые розыгрыши призов. Не заговаривайте на улице с незнакомыми лично вам людьми, особенно с лицами цыганской национальности. Да, жизненный уровень людей заметно вырос, но наряду с этим расплодились и мошенники всех мастей, успешно орудующие и группами, и, как видим, даже поодиночке…”
   Лилия выключила телевизор и повернулась к Славке.
  “- Ну всё, мне пора. Не скучай тут, у тебя законный выходной, ложись и отсыпайся. А вечером, - “ она улыбнулась чуть лукаво, - “ мы продолжим начатое. У меня только одна, но очень большая просьба – не вздумай ни с кем трепаться о том, что случилось вчера в баре. Ни по телефону, ни лично, никак. Это важно в первую очередь для тебя, а не для меня. Догадываешься, о чём я?”
   Славка послушно кивнул, не совсем, впрочем, понимая, почему это важно именно для него. Кроме как скрытую угрозу, иначе её слова расценить было нельзя.
  “- Лиль, а у меня тоже есть просьба, вернее, предложение. Я не могу и не хочу оставаться в четырёх стенах, я свихнусь здесь со скуки, ожидая тебя. И спать я тоже не могу, потому что мне третью ночь подряд снится какая-то заковыристая хрень.”
   Он смотрел на неё, нахмурившись.
  “- Я боюсь засыпать в одиночестве, вот что.”
   Лилия смотрела с озадаченным выражением лица, потом протянула руку и прикоснулась к его лбу.
  “- Температуры вроде нет, - “ она пожала плечами, - “ так какое-же у тебя предложение?”
  “- Давай вместе доедем до Москвы, там разойдёмся – ты по своим делам, ну а я буду болтаться просто так и ждать твоего звонка.    Прокачусь в центр, Красная площадь, Александровский сад ну и всё такое… По ходу дня созвонимся, договоримся, где состыковаться. Для меня так быстрее время пройдёт.”
  “- Идиотское предложение. Без смысла. Что значит “болтаться просто так”? Неужели тебе больше нечем заняться?”
  “- Представь себе, нечем. Бродить по друзьям-холостякам и навязываться в гости? Так ведь там только пьянка и… прочее. Ты уж вытащи бедолагу в свет, буду премного благодарен. А бросая меня одного на целый день, ты рискуешь в один прекрасный вечер полюбоваться на классический народный анекдот – муж, приползающий домой на бровях.”
   Лилия невозмутимо искала что-то в мобильнике.
  “- Слав, ты всю эту гадость несёшь для чего, чтобы меня из себя вывести?”
  “- Не надо выводиться, - “ торопливо сказал Славка, - “ я ведь это так, образно…”
  “- Ни фига себе - муж нашёлся мне, - “ фыркала она раздражённо, - “ связалась с детским садом себе на голову… Алло, Карим, ты свободен сейчас? Подьезжай по вчерашнему адресу. Лермонтова, четыре.”
   Славка терпеливо молчал, зная уже, что злость её недолгая и во многом показная. Они поднялись из-за стола одновременно, и он привлёк Лилию к себе.
  “- Так что мы решим, мой вариант не подходит?”
  “- Нет, не подходит, -“ отрезала она, -“ и болтаться по Москве ты не будешь. Это не деревня, где можно “состыковаться по ходу дня”. Сиди на телефоне, дитятко, и жди моего звонка.”
  “- Долго ждать?”
  “- Не могу знать. Как только, так сразу.”
   Славка вышел вслед за ней в дверь и прямо в тапках отправился провожать до подъезда.
  “- Заняться, говоришь, нечем? По магазинам пройдись, хозяин, у тебя в холодильнике шаром покати. Постирушку устрой, пыль протри… Занятие всегда можно найти. Что ты там по поводу сна мямлил?”
  “- Я не мямлил, а вполне серьёзно говорил, - “ сказал Славка с недовольством.
   Они вышли под козырёк подъезда, Лилия забралась на перила, Славка облокотился рядом. Утренний двор был пуст, лишь поджарый седовласый дедуля в трениках и бейсболке одиноко нарезал круги по асфальтовым дорожкам. За распахнутой форточкой ближайшего окна вкусно шипело и шкворчало.
  “- Почему-то нам никак не удаётся сесть и спокойно поговорить о том, что происходит, -“ сказал Славка.
  “- А что происходит?”
  “- Да ненормальное происходит, нехорошее что-то. А как только я пытаюсь затеять такой разговор, ты тут же замыкаешься и начинаешь общаться со мной, как с недоумком. Брось ты свои хихи и психи, ты ведь не такая, -“ он запнулся и сказал чуть тише, -“ я ночью видел, какая.”
  “- И какая же?”
  “- Тебе напоминать, какая ты была? Нежная, ласковая. Другая.”
  “- Так то ночью, а ночью все кошки серые. То есть нежные и ласковые. Только не обольщайся, пожалуйста, и не думай, что, разделив с тобой постель, я вдруг воспылала неземными чувствами.”
   Лилия покосилась назад, где потрескивала за окном сковородка, и добавила безжалостно:
  “- Ты мне вообще пока не очень интересен, так что постарайся в дальнейшем не усугублять.”
   Славка хмуро молчал, на душе нарастала не то злость, не то разочарование вперемешку с обидой.
  “- Да я и не обольщался, слишком разные мы с тобой оказались. С той Лилией я был знаком меньше часа, а, кажется, что общего у нас с ней нашлось больше, чем с тобой за целые сутки. Вот ведь какой парадокс получается.”
   Она смотрела на него, о чём-то раздумывая. Подбирала слова для очередной плюхи? Вновь обернулась назад, прислушалась, спрыгнула с перил и пересела на противоположную сторону.
  “- Сказать честно? Вообще-то я планировала сегодня утром смыться от тебя по-тихому. После того, как мы немного подебоширили в вашем дурацком салуне, а до этого ты, весь такой в проблемах, усердно пытался загрузить ими ещё и меня… Любая в этой ситуации так бы и сделала.”
 “- Ясно, ты решила, что у чудика просто сьехала крыша, и ну его к бесу…”- вставил Славка.
  “- Не перебивай. Нет, голова у тебя в порядке. Душевнобольные никогда не скажут, что у них поехала крыша, они вообще к самоанализу не склонны. Все твои увлекательные видения и явления меня не очень занимали, пока я не услышала в подробностях эту историю про исчезнувших людей. Там, на Урале...”
  “- А кто тебе рассказал?”
  “- Ты рассказал.”
  “- Когда?”- изумился Славка.
  “- Ночью. В порыве страсти, - “ сказала она издевательски.
  “- Не может быть, - “ он отклеился от перил, - “ Лиль, я же просил, не надо со мной никаких экспериментов…”
  “- Не вибрируйте, больной, дышите глубже, - “ беззаботно бросила она, но договорить не успела.
   К подъезду подкатил вишнёвый “опель”. С усачом, находившимся за рулём, впору было начинать здороваться. Лилия соскочила с перил и сделала тому знак подождать.
  “- Ты что-то знаешь об этом?”- заторопился Славка.
  “- Н-ну, это вопрос не только ко мне, - “ сказала она и задумчиво потеребила ему футболку на груди, - “я могу только попробовать связаться с человечком, который… в общем, интересный такой дядька. Если получится – съездим в гости, пообщаемся о всяком-разном. Хотя обнадёживать не буду, не всё от меня зависит. Так что сиди и жди звонка.”
  “- Звони иногда хотя бы просто так, мне скучно без тебя,-“ вздохнул он, -“ и насчёт снов – это правда не шутка. Сны неприятные, и мне кажется, что они не собираются прекращаться. Может, попробуем от них избавиться?”
   Лилия усмехнулась и пожала плечами.
  “- Я не очень понимаю, о чём речь, и ты только что брюзжал, что не надо экспериментов. Ладно, вечером поговорим.”
   Уже взявшись за ручку дверки, обернулась и посоветовала в своей манере:
  “- А ты, когда спать захочешь, упади на пол и отожмись, раз сто. Или вокруг двора побегай, как этот дед. Сон пропадёт.”
   Дверка хлопнула, ”опель” лихо развернулся и исчез за углом.

   Как и вчера, он бесцельно бродил какое-то время по квартире, охваченный вялостью и апатией. Присев у холодильника, долго обозревал его полупустое чрево, пытаясь составить в голове список необходимого сьестного на ближайшие дни. Чтобы и не жировать, и в грязь лицом не ударить. Вроде особо не шиковал вчера, а заначка испарялась катастрофически быстро, и как бы очень скоро не пришлось, к своему стыду, признаваться Лилии в банкротстве, хотя и временном. Приближался срок зарплаты, Палыч вернёт должок…    Вновь вспомнилась идея насчёт отпуска, по графику у него в июне, но почему бы не попросить сейчас, всего на пару недель раньше?
   При мысли о завтрашнем выходе на работу стало немного не по себе. Вот что, оказывается, исподволь грызло и точило в дополнение ко всему остальному. Пока что круг его общения был совсем узок – Лилия, Гордей и Палыч, да и тот как-то мельком. Чигирь-же после нескольких минут мимолётного общения удалился вроде как в подозрительном недоумении. А что-же будет утром, когда Славка встретит остальных? Выглядеть, как последний остолоп, не помнящий, какие заказы они работали с утра в пятницу? Тьфу, вот ведь ситуация – то ли трагикомедия, то ли триллер голливудский с раздвоением личности. Невесёлые эти думы невольно апатию разогнали и, поразмыслив, Славка пришёл к выводу, что без помощи Чигиря опять не обойтись. Всего то и нужно – правильно задать вопрос. Слегка безразлично и в меру обтекаемо.
   Напарник долго не брал трубку, а откликнувшись, бубнил сонно и малоразборчиво, периодически позёвывая. То ли не проснулся толком, то ли с будуняки был. А тут и недалёкий девичий смешок уловило славкино ухо, и он поспешил свернуть разговор. Самое важное он выведал, и это облегчило душу сразу пуда на три.
   Оказывается, в пятницу с утра цех сборки сооружал те самые дмитровские витрины, а после обеда вся ватага, за исключением разве что вахтёра, дружно паковала разобранные на детали московские купешки. Даже Бычок внёс свою лепту – лично шлёпал этикетки на тару. Прояснилось многое, но не всё, стоило лишь воскресить в памяти пустой фабричный двор, беготню электриков, Бычка, злого на весь белый свет, и скучающего на проходной Сысоя.
   Славка побродил ещё без всякой цели по телефонному справочнику, наткнулся на Гордея, но звонить не решился. Зачем, какой смысл? Приятель наверняка не торчит сейчас в такой-же бетонной клетке, терзаясь проблемами и сомнениями, а вкушает неведомо где нехитрые радости бытия. Захочет потрепаться – сам голос подаст.
   Зашёл в спальню и стоял какое-то время перед трюмо, разглядывая россыпь косметических флаконов и баночек. Затем присел и открыл дверцу, намереваясь хоть там обнаружить что-либо интересное. За дверцей оказалась лишь аккуратная стопка каких-то бумаг, а поверх стопки находились несколько документов в обложках разного цвета. Но протянуть руку и полюбопытничать у Славки не получилось, потому что к бумагам пришпилен был скрепкой тетрадный листок с печатными буквами фломастером:
  “Закрой дверку и не лазь, опасно для жизни.”
  Он ухмыльнулся, но требование выполнил. Не в силах более слоняться из угла в угол, Славка переоделся, прихватил с кухни пакет под провизию и отправился на улицу.
   По сравнению с прошедшими днями заметно похолодало, по асфальту металась позёмка из облетевшего с деревьев пуха. Слишком ранний пух, ещё и лето толком не успело наступить, подумалось ему. Солнце едва пробивалось сквозь закрывшие небо блёклые полупрозрачные облака. Чтобы хоть немного убить время, Славка двинулся неспешным шагом на другой конец посёлка, где располагался средних габаритов магазин под названием “Семь Я”, в котором к тому же и цены были поскромнее.
   Всё-таки хорошо, что сны, приятные или не очень, рано или поздно забываются. Тот космический полёт понемногу меркнул и уходил из головы, лесная чаща с надвигающейся навстречу электричкой не особо отпечаталась в памяти, а вот сегодняшнее представление по-прежнему стояло перед глазами. Откуда и куда плыл он со своей печальной спутницей, мимо молчаливых людей-кукол, по реке цвета бутылочного стекла, населённой хищными плотоядными тенями?
   Унылый этот негатив можно было изгнать из памяти лишь воспоминаниями о том, что ему предшествовало : бесконечные минуты неутолимой страсти, такой, что до сих пор подрагивают коленки, и не та пригрезившаяся женщина, чужая и отстранённая, а самая настоящая, живая и горячая, раскинувшаяся рядом и мурлыкающая в плечо разнеженные глупости.
   Телефон пропиликал простенькую морзянку из трёх букв. Эсэмэска от Гордея. Рядом с прикольной анимированной рожицей с вытаращенными гляделками стояли две строчки : “Если свободен, приползай на пиво”.
   Обратно Славка, чуть приободрившись, шагал веселее.
   “Гамбринус”. Пейзаж, обычный для воскресного утра. Разбросанную стеклотару ещё на рассвете подмело похмельное вороньё, а остальной срач, недовольно ворча, сгребает метлой нанятая за пару червонцев бабулька из соседнего дома. Ба, а вот и первое знакомое лицо за сегодняшнее утро. С банкой “клинского” из дверей пивнухи выплыла Маринка Петушкова собственной персоной, с фасадом хоть и помятым, но старательно припудренным. Славка двигал мимо, косясь на неё, но не особо сбавляя шаг. Заговорит или опять сделает вид, что незнакомы?
   Надо же - узнала, бровки вверх подкинула.
  “- Славянин, привет. Куда несёшься, притормози, развлеки бедную Марину. Скука и тоска, все как вымерли. И башка болит,”- пожаловалась она.
   Славик притормозил.
  “- Ну привет. А мне намедни показалось, что ты уже позабыла, кто я такой.”
   На её похмельной мордашке отразилась работа мысли, смешанная с недоумением.
  “- Это когда? А, ну вообще-то с тобой под ручку такая цыпа дефилировала – футы нуты, куда уж нам… Что же я, тебе на шею должна была при ней бросаться? Да и козлина тот, он ревнивый до безобразия… Между прочим, я его давно уже послала, - “ отбрехнулась она без особого разнообразия.
   Никогда и ничего ты не угадаешь в этой игре, подумал Славка. Даже Маринка, сбоку припёка, волей-неволей напоминает и заставляет поверить в невероятное. Третий день подряд он живёт, уподобившись слепому кутёнку. Два из них под снисходительной опёкой едва знакомой девчонки. Чёрт, завтра на работу хоть не ходи…
   Последние маринкины слова можно было расценить как приглашение к продолжению взаимоприятных встреч. Ещё пару дней назад Славка, возможно, и закрыл бы глаза на такое, в общем-то, пренебрежительное к себе отношение. Но всё течёт, девушки, всё изменяется. Он помялся, раздумывая, как бы потактичнее закруглиться да топать дальше, а она сунула нос к нему в пакет и осведомилась:
  “- Что, милая с утра за хавкой отправила?”
   Славка смешался, не зная, как реагировать на прозорливость ветреной одноклашки, а та, прихлёбывая пиво, продолжала как ни в чём не бывало.
  “- Ты где вчера такую шикарную ляльку оторвал, признавайся.”
   Если она видела вчерашний концерт в “Элладе” с его косвенным участием, это не есть хорошо, промелькнуло у Славки в голове.
  “- Да так, знакомая из Москвы, -“ сказал он, -“ а разве мы вчера с тобой пересекались?”
  “- Во даёт. Вечером мимо проплыл, даже не заметил от счастья, -“ кивнула Маринка на противоположную сторону улицы.
  “- А-а, то-то мне голос знакомым показался, - “ дошло до него, - “ так это ты в кустах орала, что, мол…”
  “- Ой, да ладно, - “ взмахнула она рукой, порозовев, - “ ну малёк бухая была, подумаешь…”
   Они поболтали ещё немного, причём Маринка ни словом не обмолвилась о вчерашнем происшествии в “Элладе”, не занесло её туда вечерними блудливыми ветрами. Наконец она сделала ему ручкой, с толикой разочарования во взгляде, и скрылась за дверями “Гамбринуса”. Промолчать-то она промолчала, думалось Славке, но шум-гам по посёлку, а может, и за его пределами уже стоит, и рано или поздно кто-то да протянет ниточки к виновникам фурора. К нему, Славке, а паче того к таинственной молодой особе, которая вряд ли кому здесь известна. Нет, надо срочно взять отпуск и сбежать куда-нибудь на месяц, окончательно укрепился он в своём решении. Куда – это не вопрос, они с Лилией вместе решат.
   И о Маринке подумалось ему с лёгкой грустью. Во-втором, а может, в третьем классе она сидела за партой впереди Славки, и его любимым занятием было издеваться над её длинной косичкой с заплетённым бантом, то подёргивая, то тайком привязывая к спинке стула. Однажды она, разозлившись, огрела его пеналом по лбу, а ещё был случай, когда он встал со стула с намертво приставшей к штанам жевательной резинкой эстонского производства, только появившейся в то время в продаже. Маринка ни в чём тогда не призналась, но Славка был стопроцентно уверен, что это её рук дело.
   А ещё, помнится - классе в седьмом, что ли - нахлынуло на него, тихого в общем-то, парня, минутное затмение в стремлении порисоваться перед той же Машкой Петушковой: небрежным тоном, обмирая от нахлынувшей борзости и глупости, поинтересовался он вдруг посреди урока у молоденькой биологички – “а скажите, Анастасия Сергевна, вот на кой чёрт понадобится кому из нас по жизни мочеполовая система плоских червей?” Партер и бельэтаж гыгыкнули, а скромная биологиня не упала в обморок, не зарыдала от обиды на собственную профненужность и даже не зарделась маковым цветом, а отпарировала неприлично быстро и вполне сдержанно : “а Шумилова, как самого образованного, назначаю завтра на первые пятнадцать минут своим заместителем, и доложит он нам в начале урока и мочевую, и половую, и плоских, и ленточных.”
   Далеко позади осталась наивная и беззаботная школьная пора, из бывших одноклассниц лишь пару-тройку можно было повстречать на улицах посёлка, раздобревших, обабившихся, обременённых мужьями, детьми и домашним хозяйством. Остальные разлетелись кто куда, одна лишь Маринка, обжёгшись на неудачном замужестве, порхала вольной птахой, выбирая кавалеров без особого разбора и чихая на чьи-то пересуды. Вот и их со Славкой насмешливая, чуточку ревнивая платоническая симпатия могла таковой и остаться, да нежданно-негаданно приключилось на днях бурное приземление обеих в одну койку. Вполне возможно, что Славка был единственный из её мужиков, кто видел Маринку поутру настолько смущённой. Они тогда проснулись почти одновременно, причём не на кровати, как все пристойные люди, а на полу, куда в пылу беспорядочной хмельной схватки сползли ночью вместе с матрацем и подушками.
“- Ну мы вчера и нажрались, - “ только и вымолвила она, держась за голову и, торопливо одевшись, выскочила за дверь...

   Дома, рассовав купленное в холодильник, Славка присел на кухне за кружкой кофе и вдруг поймал себя на мысли, что идти к Гордею ему не очень-то и хочется. Если у того сидит компания, неизбежно примутся наливать-уговаривать. А сегодня никак нельзя, только если пива слегка. Завтра на работу, да и Лилия может позвонить в любой момент. Что-то она там молвила насчёт загадочного чела, с которым имеется о чём поговорить…
   Славкины сомнения прервал звонок. Гордей словно читал его мысли.
  “- Славянин, ну ты где застрял, или от милашки никак не оторвёшься? Дуй сюда, у меня на столе три литра халявного пива киснет.”
  “- У тебя толпа?”
  “- Какая толпа, я посреди ночи один припёрся. Только недавно глазья продрал.”
  “- О кей, выхожу.”
   Дверь гордеевой хаты по обыкновению была не заперта, и зайдя внутрь, Славка застал хозяина на кухне. Привычно задрав босые ноги на подоконник, приятель весело орал в трубку.
   “…- А ты-то куда свалила, дорогуша? Извини, Катюха, но всё хорошее бывает до поры до времени. Я, когда на двух гомиков в бассейне напоролся, причём в разгаре процесса, то сделал здравый вывод, что пора делать ноги из этого приличного общества, пока самого не поимели. А у тебя с чего вдруг мобила оказалась выключена? Давай уж, признавайся, я же не дурак…”
   Из трубки понеслись возмущённые женские вопли, и Гордей, скривившись, нажал на кнопку.
  “- Пошла ты…”- он мотнул он головой в сторону двух полуторалитровок “багбира”, -” угощайся, мне одному столько не одолеть.”
  “- Трофей с боевого похода?”- поинтересовался Славка, - “где тебя носило, по каким дворцам и виллам?”
  “- Ага, - “ Гордей широко зевнул, - “ в гробу я видал такие походы. Снобы дешёвые, борзописцы-живописцы, сборище недооценённых педрил… Ну их, не моя публика. Прикинь ситуацию – свинтил я с этого имения, по каким-то тропам выбрался на платформу, пока разобрался, в какую сторону Москва, электричка из-под носа ушла. А цигель-то ай-люлю, поджимает. Если метро закроют – хана, на такси денег нет. Сел на следующую, белорусская линия оказалась. Ну, думаю, должен успеть, туда после МКАДа вроде недолго на тачке ехали. На Белорусский прибыл – первый час ночи, сразу в метро и на свой вокзал. Если бы на последнюю электричку не успел, сушил бы лапти. Либо на вокзале до утра кантоваться, а там меня с этим пивом за пазухой менты могли в обезьянник закрыть для выяснения личности, либо во Владыкино к своим на стоянку добираться. В кармане двести рублей, таксёры за такие слёзы даже мотор заводить не станут. Веришь, нет – чудом успел, только в вагон заскочил, и двери захлопнулись. Во какие гонки с препятствиями получились.”
  “- Удивляюсь я, братан. Парень ты вроде не рисковый, а вечно тебя в какую-то парашу заносит. Как вас угораздило набрести на эти сливки общества?”
   Гордей опять зевнул, открыл форточку и закурил.
  “- Да катькины знакомцы, по-родственному, какая-то седьмая вода на киселе… С ней самой только неудобняк вышел, пришлось там и бросить. Хотя сама виновата, наверняка с кем-то блудить уединилась, раз трубу вырубила.”
  “- Это ты с ней сейчас общался?”
  “- Ну да. Жива-здорова, уже назад едет. Ладно, хрен с ними, с этими приключениями. У тебя-то как с той мадам? Симпатичная коза, так на меня зыркнула многозначительно…”
  “- Симпатичная, -“ эхом согласился Славка.
  “- А что так, без радости?”
  “- Да как сказать… Найти-то я её нашёл, а загадок только прибавилось”.
    Славка отхлебнул пива без особого желания.
  “- Представь себе, она была в большом недоумении и утверждала, что видит меня впервые в жизни. Я и сам потом убедился, что это другая. Рост, голос, цвет волос и глаз – всё то же самое, кроме пары маленьких деталей. Но характер, манера разговора, само поведение у этой абсолютно другие. Такие вот дела – она, но… не она.”
   Гордей с досадой помотал головой.
  “- Слушай, у меня мозги с утра туго вращаются. Что значит она, но не она? Ты меня самого заморочил.”
   Он налил себе пива, потирая лоб, и вдруг просиял, даже пальцами щёлкнул.
  “- Это сёстры-близняшки, вот что я думаю. Я же говорил - какие-то бабы тебя разыгрывают.”
   Славка сделал нетерпеливый жест.
  “- Игорюня, ты считаешь, я об этом не думал? Хорошо, допустим, они близнецы. Одна, с утра пораньше, мокрая насквозь, как последняя дура караулит меня на улице, потом вдруг сбегает ни с того ни с сего, а вторая появляется на следующий день, знать меня не знает и вообще смотрит как на спятившего идиота. Попахивает мексиканским сериалом, причём без всякого смысла. Не вижу я в таком розыгрыше никакого смысла, понимаешь?”
  “- Знаешь, что я ещё подумал, - “ Гордей наморщил лоб, - “ шутки шутками, а не закинул ли кто глаз на твою хрущобу? Ты об этой мадам хотя бы общее представление имеешь – кто она, что она, где живёт, чем дышит, имя-фамилия там и прочее?”
  "- Общее имею, - “ сказал Славка, усмехнувшись, - “ и всё в пользу твоей версии. Перелётная птичка, родом с Урала, давно оттуда уехала, прописка сейчас подмосковная. Ну это липа, конечно, в деревне у какой-нибудь бабули за деньги оформилась на время, обычный вариант. Вещички у меня в спальне выгрузила, с утра в Москву помчалась по своим делам.”
  “- С утра? А, так вы с ней уже того…всё в ажуре, типа семья-любовь-морковь?”- Гордей схватился за голову, - “ ты что творишь, Славянин! Разведут тебя, как бобика, попомни моё слово. Коварней бабы зверя нет.”
   Славка сидел, посмеивался, хотя диалог с приятелем к благодушию не располагал.
  “- Гордеич, я в подробности вдаваться не буду, но она не охотница за жилплощадью одиноких холостяков, можешь просто поверить. Что за счастье для молодой хваткой обаяшки какая-то жалкая двушка на четвёртом этаже совдеповской “панели”? Не-ет, она птичка какого-то другого полёта.”
  “- Да не она охотница, - “ запальчиво сказал Гордей, - “ поохотиться другие приедут, калибр к башке приставят – и напишешь, что надо, и подпишешь, где надо.”
   Славка откровенно засмеялся.
  “- Ну не надо так драматизировать. Ты малость перегнул, сейчас не девяностые годы. Да и я не пропащий синюга, когда надо, ухо держу востро и хвост трубой.”
   Гордей обиженно надулся и махнул рукой.
  “- В самом деле, чего я распыляюсь тут перед тобой, как родная бабушка. Если человек по уши врюхался, его сам господь-бог не переубедит. Решай сам свои заморочки, не маленький.”
   Тут у него залился мобильник, и Гордей вновь погрузился в увлекательную болтовню с какой-то из своих подружек. Славка потягивал пиво, разговор с приятелем немного разбередил маленькую, но едкую червоточину собственных сомнений. Смех смехом, но сам он прекрасно осознавал свою беспомощность и уязвимость перед вспыльчивой и не всегда уравновешенной девчонкой. Знал бы Гордей, на что она может быть горазда, и видел бы то, что видел Славка вчера вечером. Он от такой, конечно, шарахнулся бы куда глаза глядят, а Славку посчитал бы или больным, или самоубийцей. При всём своём разгильдяйстве и безалаберности Гордей всегда жил осторожно, острые углы умело обходил и на рожон лишний раз не пёрся.
   Всё ещё похохатывая, Гордей бросил трубку на подоконник и спросил :
  “- Слав, ты в “Элладе” вечером был?”
  “- Нет, -“ без раздумий ответил Славка и слегка насторожился.
  “- Как нет? Люди говорят, на входе стоял, глазами хлопал, кого-то высматривал.”
  “- А, так я на секунду только заглянул, - “ быстро выкрутился Славка, - “ мимо шли, по бокальчику вина захотелось, да мест не было.”
  “- Зря не остались, много потеряли. Там какой-то ушлёпок нахлобучился до того, что стриптиз устроил – без штанов плясал при всём честном народе. Танька сейчас рассказала, а она вряд ли сочинять будет.”
   Славка натурально прыснул.
  “- И чем всё закончилось?”
  “- Да говорит, быстро закончилось. Вышибала нарисовался, за шиворот его да на улицу выкинул.”
  “- И ментов не вызывали?”
  “- Смеёшься, какие менты… Татарчонок хитрован, скользкий тип, ему лишний шум ни к чему.”
   Помолчав немного, Гордей продолжил риторически.
  “- М-да, что-то народ стал жрать вовсе без тормозов. Бедлам. Завязать, что ли? А чем тогда заняться? – спросил он то ли себя, то ли Славку.
  “- Создавать ячейку общества, - “ фыркнул тот полушутливо, - “ приводи путёвую бабу да женись.”
  “- Но не так глупо, как ты сделал, -“ покосился Гордей, - “ идея, как говорится, имеет право на существование, да Ирэн верно сказала – где её сейчас найдёшь, путёвую-то? Тем более с нашими зарплатами…”
  “- А ты к своим на нефтянку езжай, - “ неожиданно пришло в голову Славке, - “ подберёшь там какую-нибудь не шибко с запросами, она сюда, под Москву, с удовольствием прискачет. Всё лучше, чем сибирских комаров кормить.”
   Гордей разглядывал опустевшую полторашку с некоторым удивлением, изредка икал.
  “- Мысль, может, и неплохая, но я же туда не на смотрины попрусь, там пахать надо устраиваться, хоть на какое-то время. Как вспомнишь ту Сибирь : летом жарища под сорок, гнус висит, а зимой наоборот – колотун до печёнок, пар в глотке замерзает… Мне тех двух лет на срочке на всю жизнь хватило.”
  “- Поступай, как тебе лучше, - “ нейтрально сказал Славка и придвинул полупустую ёмкость к приятелю, - “ всё, мне хватит, пора обратно двигать. Лилька обещала позвонить, возможно, в Москву ехать придётся.”
  “- Беги, молодожён. Если что приключится – а приключится обязательно - я всегда на связи,-“ проговорил Гордей с подначкой, силясь подавить икоту и зевоту.
  “- Ты вот спросил, отчего я невесёлый, - “ сказал Славка из коридора, обуваясь, - “ а с чего радоваться? Дождя-то и вправду не было.”
  “- Какого дождя?”- не сразу понял Гордей.
  “- Того самого, под которым я её нашёл. Она не верит, ты не веришь. Да никто не поверит. И мне не до веселья, пока не пойму, где тут собака зарыта. Большое, знаешь ли, желание имею с этим разобраться.”

   Дома, устроившись перед телевизором, он почти сразу принялся бороться с накатывающей дремотой. Очень скоро, чувствуя, что потерпит поражение, встал и воткнул в дивидюшник неоднократно виденный боевик с Аль Пачино и Де Ниро в главных ролях, надеясь хоть этим разогнать сонливость, но и криминальные перипетии мало помогали. Плюнув, он сдался и решительно завалился на диван, и мобильник, словно ожидавший этого, весело запиликал.
  “- Не спишь, больной?”
  “- Почти уже вырубился, никаких сил нет.”
  “- Слабачок. Надо тебе сегодня любовь ограничить, а то завтра производственный план по тумбочкам не выполнишь.”
  “- Ограничивай, не ограничивай, всё равно скучаю, - “ сообщил Славка.
  “- В магазин ходил?”
  “- Конечно.”
  “- В трюмо записку видел?”
  “- Угу , -“ признался он.
  “- Так и знала. Мелкий любопытный шаромыга. В следующий раз капкан поставлю. В белье, надеюсь, не лазил?”
  “- Лиль, ну что ты говоришь такое!”- возмутился он.
  “- Ладно, прелюдия закончена. Где в Москве платформа Каланчевская, знаешь?”
  “- Смутно. То ли у Курского вокзала, то ли у Казанского…”
  “- Понятно. Тогда езжай на площадь трёх вокзалов, там напротив Ленинградского есть подземный переход на Казанский. Будь возле него, ну, скажем, в четыре часа. Времени ещё полно, приведи себя в божеский вид и дуй на электричку.”
  “- А как мы свяжемся? Ты опять не с мобильного звонишь.”
  “- Я сама перезвоню, твоё дело быть у перехода в четыре часа. Желательно не опаздывать, я люблю точность.”
  “- Мы куда-то поедем?”
  “- На месте всё расскажу.”
  “- Хорошо, уже собираюсь.”
   Звонила явно с автомата, номер мобильника упорно не даёт, ни старый, ни новый, если он есть. Складывается впечатление, что держать его в состоянии подвешенного неуюта доставляет негоднице удовольствие. Забава кошки с мышкой? Или удава с кроликом?
    Электричка шла полупустой, время возвращения дачников ещё не наступило, а утренний поток тех, кому приспичило сегодня в столицу, давно схлынул. Мерный гул колёс нарушали лишь трудяги-коробейники, без устали снующие по вагонам со своими баулами-тележками, набитыми разнообразной мелочёвкой, да хриплый динамик периодически бубнил названия остановок.
   Сразу от перрона людской поток подхватил Славку, словно ручей травинку, и понёс по тысячеголосым улицам с запахами разогретого асфальта, выхлопных газов, табака, пота, парфюмерии и бог знает чего ещё, по спрессованным горловинам подземных переходов и гранитному кишечнику метро, пронизанному реактивными стонами прибывающих поездов, пока эскалатор не выплюнул его из глубокой шахты Комсомольской к барахольной толчее Ярославского вокзала. До назначенного рандеву оставалось около получаса, Славка поболтался по привокзальному рынку, купил от нечего делать мороженое и не спеша отправился на площадь, к прямоугольной прорехе подземного перехода. Телефон молчал, в скопище транспорта глаза невольно выискивали вишнёвый “опель”, хотя дело это являлось сродни поиску иголки в пресловутом стогу. Остановившись у входного парапета, Славка принялся торопливо управляться с тающим мороженым и попутно засмотрелся на диковинную многодетную ораву каких-то среднеазиатов, в тюбетейках, стёганых халатах и пёстрых платках. Чернявая детвора, мал-мала меньше, числом семь или восемь, горохом посыпалась вниз по ступенькам, три тётки с чемоданами, галдя, как стая ворон, устремились за ними, а замыкал шествие пыхтящий вислоусый пузан с устрашающего размера мешком на горбу.
   Гарем, что ли? - сделал предположение Славка и как то сразу обнаружил себя в окружении двух цыганок, материализовавшихся словно из-под асфальта. По правую руку пристроилась пожилая, по левую молодая. Пожилая непрестанно бормотала что-то скороговоркой, Славка успевал разобрать только “не бойся, парень…молодой, красивый…ничего нам от тебя не надо…только добра желаем…”    Молодуха-же, игриво поводя глазками, протянула руку и ловко выдернула у него волос из головы.
   “- На счастье тебе волосок забираю, поверь, и ни на что больше,-“ запела, застрекотала она, -“а чтобы счастье было большим, подари бедной цыганке монетку. Всего одну, и иди с миром…”
   Пятирублёвая монета, машинально изьятая Славкой из кармана, мгновенно исчезла в цыганкиной ладошке, но с миром его, тем не менее, никто отпускать не собирался. Более того, незаметно и быстро все они переместились метров на пятнадцать от перехода и оказались между двух одиноко припаркованных грузовых “газелей”, где обнаружился ещё один ромалэ, вполне взрослый детина, скучающий в углу с индифферентным видом. На Славку наползло состояние тоскливой беспомощности, а пожилая перестала рассыпаться бисером, кажется, она смотрела куда-то в сторону, говорила только молодая, и тон её сменился на укоризненный.
  “- Ай, какой жадный, всего рубль дал. Добавить надо. Разве на рубль счастье бывает, а?..”
  “-… Та-ак, а ну-ка брысь отсюда!”
   Славку окатило холодом, и липкое наваждение наконец отпустило его. Цыганки злобно зашипели что-то по-своему, брызнули в сторону, а Лилия, цепко ухватив Славку за запястье, повлекла прочь.
  “- По Москве он болтаться собрался! Не хлопайте ушами на улице!”- восклицала она весело, но в глазах прыгали злые огоньки, - “ лопух и есть лопух, а ещё обижается. Да тебя любая шантрапа вроде этих, - “ она кивнула за спину, - “ без штанов посреди Москвы оставит. Посмотри по карманам, деньги хоть на месте?”
   Славка, угрюмо насупившийся, сунул руки в карманы джинсов, вытащил несколько купюр, пересчитал и молча кивнул. Лилия, видимо сочтя воспитательную речь законченной, затихла и продолжала вести его вдоль площади в направлении путепровода, за которым вздымалась в дрожащее марево ярусная громада гостиницы “Ленинградская”. Пройдя под мостом, они повернули направо и по Каланчевской улице вскоре добрались до одноимённой платформы. Мельком глянув на расписание, Лилия достала телефон и набрала чей-то номер. Набрала, как отметил Славка, по памяти, нажимая кнопки в определённой последовательности, а не листая справочник.
  “- Ян Павлович? Ещё раз добрый день, Лили беспокоит. Мы можем подьехать через час-полтора, это будет удобно?.. Спасибо, до встречи.”
  “- Интересное у тебя прозвище, - “ сказал Славка, - “как из кабаре.”
  “- Да он как попало меня называет, -“ откликнулась Лилия, -“ и, честно говоря, не всегда лицеприятно. Пусть тешится, не буду перечить.”
   Вдали показался медленно приближающийся состав.
  “- Стой здесь, я возьму билеты, - “ сказала она.
  “- Да я и сам могу взять, скажи куда, - “ с готовностью отозвался Славка.
   Лилия подняла глаза к небу и сокрушённо вздохнула.
  “- Стой. Здесь.”
   Они зашли в пустой вагон и сели друг напротив друга.
  “- Слав, давай-ка уясним кое-что раз и навсегда, хотя бы для того, чтобы не любоваться твоей вечно надутой физиономией. Да, я человек временами тяжёлый, и я понимаю, что тебе не нравится, когда женщина постоянно командует. Да я бы и рада никогда и никем не командовать, годы пока не те, чтобы кого-то учить жизни. Но почему люди порой не желают элементарно шевелить мозгами, отчего такая тупость и серость вокруг? И что это за манера у многих – стараться выглядеть глупее, чем они есть? А ты перестань обижаться по пустякам, просто слушай, что я говорю, и делай. И не считай, что я тобой понукаю. Вот сейчас, у кассы – простейший пример. Если я сказала, что куплю билеты – значит куплю их я, а не ты, не вася и не федя какой-нибудь…”
  “- Лиль, ты как то чересчур заостряешь. Это же просто знак внимания, что ли…”- вклинился Славка в её эскападу.
  “- Рыцарь благородный, ты хотел меня осчастливить, заплатив пятьдесят рублей за электричку? Придётся разочаровать, масштаб моих аппетитов обычно более широк. Я понимаю, если бы это стоило пятьдесят тысяч, тогда конечно, тогда может быть…”- саркастически заметила Лилия.
   Славка покачал головой и вздохнул.
  “- Ты не тяжёлый, ты невозможный человек. Шутки у тебя…”
  “- Нисколько не шутки. Ты что, пожалел бы для любимой женщины скромный презент на каких-то пятьдесят тысяч?”
  “- Для любимой – нет, ”- чуть подумав, ответил он, -“ правда, при условии, что чувства взаимные.”
   Она помолчала, глядя в запылённое окно, и сказала задумчиво :
  “- Нет, всё-таки ты валенок. Наивный смешной недоучка. Вот возьми и подай ему взаимность! Что это вообще такое - взаимность? Просто мужики всегда ищут новое, а бабы – лучшее, и траектории этих поисков крайне редко пересекаются. Ты думаешь, мне самой не хотелось бы залезть под чьё-то сильное крыло и жить, ни о чём не заботясь? Сказать, что такой опыт был единственным и крайне неудачным – значит не сказать ничего. Катастрофа, которая угробила все мои глупые девичьи надежды…”
   Поезд остановился на Курской, в вагон повалила оживлённая толпа. Стало шумно, и Славка пересел к Лилии.
  “- Продолжай, - “ сказал он, - “ насколько можно догадаться, в твоём багаже опыт знакомства с Личностью, и…”
  “- О да, сорок лет, образованный, морда, пузо, палаццо в стиле хай-тэк на Новорижском, банковские счета где-то там в европах и все прочие положенные прибамбасы. Настоящий коммерческий директор,-“ иронически сказала она, - “ и перекати-поле по имени Лилия умудрилась запорхнуть в его золотую клетку. Как и все другие до неё."
   Она помедлила с воспоминаниями и сказала с грустной усмешкой :
  "- Первый мой к нему визит - это было нечто. Розовые розы, жёлтые тюльпаны... Нагромождение купеческих понтов. Натрескавшись в ресторане шампанским, мы катили на Новую Ригу на его пьяном "порше-кайенн", а следом двигалось нанятое такси с четырьмя ящиками того же пенного напитка и здоровенной корзиной, набитой розами. По прибытии он приказал таксисту выгрузить привезённое добро в ванную комнату и тут же принялся откупоривать шампань и наполнять им купель, попутно бросая туда же головки роз. Правда, искололся весь, а я валялась в кресле и дико хохотала под аккомпанемент бесконечных хлопков."
  "- Ну и как ощущения от такой ванны? - " спросил Славка с кривой ухмылкой, - " аллергических последствий не наблюдалось?"
  "- Какая там аллергия, кислая холодная водица с пузырьками, ничего особого, - " Лилия небрежно махнула рукой, - " шампанское с розами быстро сошли на нет, и очень быстро выяснилось, что нашему брутальному дяденьке нужна была не просто симпатичная обезьянка для украшения клетки и, само собой, любовница, но и уборщица, и повариха, и благодарный слушатель его речей, а также лекарь по выведению из запоя. Ну и немножко коврик для вытирания ног.”
  “- Бог ты мой, - “ поморщился Славка, - “ мне даже страшно представить, чем всё закончилось.”
  “- Закончилось, как и следовало ожидать, - “ Лилия нервно хмыкнула, - “ каким-то чудом меня хватило на две недели, потом в один прекрасный вечер кинулась в драку, как крестьянская баба. Конечно, первым-же ударом он уложил меня в нокаут. Когда пришла в себя, в нокаут отправился он…”
  “- Давно это было?”- зачем-то спросил Славка.
  “- Не очень, прошлой осенью.”
  “- И что потом? Такие люди вряд ли прощают непочтительное обхождение.”
  “- Думаю, нежданный сюрприз его изрядно напугал. После недолгих наблюдений мы сделали вывод, что никаких розыскных мероприятий он, во всяком случае, не предпринимал. Но в тех краях мне теперь лучше не появляться.”
  “- Кто это - “мы“?”
  “- Не важно…“
  “- Свидетели были?”
  “- Только любимая собачка тойтерьер, которая от его воплей забилась под диван. Пока хозяин пёсика валялся в отключке, я успела собрать чемодан и вызвать такси. Подождала, пока он глазами начал хлопать, и удрала. Так что моя сытая и сладкая жизнь под сильным крылом завершилась чересчур стремительно.”
  “- А ведь любая дурища из наших палестин не только всё бы отдала за такую жизнь, не только ковриком для ног служила, она целовала бы эти ноги, -“ проговорил Славка, -“ а ты… Ты привыкла быть сама по себе, поэтому тяжело уживаешься с другими. Так, наверное? И никакого иного выхода тут нет, кроме как влюбиться. И не в фирмача или мафиози. В простачка. В меня, например.”
  “- Шикарная перспектива. Я подумаю, - “ Лилия продолжала грустно улыбаться, глядя в окно, за которым проплывали спальные небоскрёбы Царицына, - “ но если уж я до сих пор ни от кого не потеряла голову, то маловероятно, что это произойдёт в дальнейшем.”
  “- Так говорят только побитые жизнью тётки с полтинником за спиной. Вот кстати, забавно представить тебя в преклонных годах. Какая чудесная старушенция получится.”
  “- Не напоминай мне о старости, о ней даже думать страшно, - “ сморщила она носик, - “ сама знаю, что превращусь в скрюченную вреднющую кочерыжку. Бабу Ягу. А уж твои преклонные годы обрисовать куда проще… Что это за гриб вчера приходил, после которого ты на балкон звонить бегал?”
  “- Дядька, матери брат.”
  “- Вот таким ты и станешь. Будешь болтаться по родственникам и стрелять копейки в попытках дотянуть до пенсии. Как говорится, жизнь даётся один раз, а удаётся ещё реже.”
  “- Возможно, - “ сказал Славка, - “ все мы по одной колее бредём.”
   Лилия повернулась к нему.
  “- А ты что, другой колеёй идти не в состоянии? Шагни в сторону, чтобы никто по ногам не топтался, и иди своей.”
  “- Идти своей дорогой нас призывают все кому не лень, начиная со школьных лет – родители, учителя, писатели-классики и даже эстрадные певцы. Затёртое идеологическое клише. В этой жизни даже миллиардеры, нравится им это или нет, пляшут так, как предписано верховными гроссмейстерами. В противном случае разыгрывается недолгая шахматная партия : разозлённые ладьи, слоны и прочие пешки принимаются гонять своевольного коня по доске, пока ждущий своего часа ферзь не срубает его к чёртовой матери. Так что никаких особых путей и дорог не существует. Так себе, закоулочки с тупиками.”
   Лилия смотрела на него заинтересованно.
  “- С ума сойти, какие речи, философ ты мой поселковый! Вот только в высокие материи не надо лезть, сделай лицо попроще. К чему нам миллиардеры с их глобалистическими играми, я совсем другое имею в виду.”
  “- Попробую догадаться. Ты имеешь в виду то, как живёшь сама, - “ сказал Славка, -“ поплёвываешь на серый плебс с высокой колокольни, тихо его презираешь, да просто не обращаешь внимания. Но у меня-то так не получится, да и зачем? Кто-то начнёт презирать в ответ, а кто-то морду бить. Мне кажется, жить особняком ото всех могут только какие-то особые величины.”
  “- Особняком от всех живут отшельники в лесу, хворые на голову. Где-то ты философ, а где-то такой примитив. Нахватался верхушек. Обычные люди, не без грехов, только образованнее других, внутренне независимые и не пускающие кого попало в свой круг общения. Взять того, кого ты окрестил “личностью”. Да какая это личность? Днём он наводит страх на подчинённых, пыжится индюком на светских фуршетах, а вечером дома валяется на персидских коврах в собственной блевотине.”
  “- И как легко догадаться, ты одна из посвящённых в тот круг, - “ сказал Славка, подумав.
  “- Отчасти. Я не стремлюсь состоять в чьих-то компаниях и тем более кому-то навязываться,- “ ответила Лилия, - “ ты сам определил – я персона, гуляющая сама по себе. Вот Ян, к которому мы едем, это да… Я его, конечно, не боюсь и даже не побаиваюсь, но всегда немного нервничаю. Очень даже проницательный товарищ. Хотя на первый взгляд обычный дядька, смешной и даже иногда прикольный. Но то, что ему надо, он всегда у тебя выведает. Само собой, ко мне это не относится.”
  “- Ну ты меня загрузила, - “ сказал Славка, - “ я и так не в своей тарелке. Признавайся, что у него за методы? И чего такого можно у меня выведать?”
  “- Не переживай, сыворотку правды колоть не будет и дурь курить не заставит. Просто отвечай на вопросы, а когда не знаешь, что сказать, лучше промолчи с умным видом. Болтунов и дураков он не переносит.”
  “- И какова же будет конечная цель этих вопросов?”
   Славка ждал, что Лилия, как обычно, отмахнётся, но она ответила быстро и покладисто.
  “- Прояснить ситуацию. Все твои россказни я рискнула передать ему и предполагала, что Ян пошлёт подальше. А он, представь себе, очень заинтересовался и велел приезжать. Скорее даже приказал. Это подозрительно и не совсем на него похоже. Затворник он, я всегда одна к нему приезжаю, без посторонних.”
   Она вновь отвернулась к окну и погрузилась в свои мысли. Из дверей дальнего тамбура меж тем нарисовалась парочка занятных субьектов, один лысый как тыква, второй с гривой до плеч, в чёрной байкерской майке с костями и черепами, и посредством скрипки да гитары принялись скрашивать обитателям вагона дорожную скуку. Мимо полз длиннющий каменный забор не то депо, не то пакгауза, когда-то бывший белым, а ныне сплошь в паутине аляповатых граффити, среди которых изредка красовались испражнения души доморощенных псевдопатриотов, порой с лютым юдофобским окрасом.
   Мойша Горби…Беня Эльцин…Их время кануло в лету, Россия, вставай с колен! Жидов – в огонь!
  “- Я думаю, люди, о которых ты говорила, всегда были и есть, просто их процент слишком мал. Гораздо больше вот таких, - “ Славка показал Лилии на настенную дикарскую клинопись.
  “- Этих тоже немного. Жалкие потуги безымянной шпаны самоутвердиться в меру своей ограниченности. Нашёл на что обращать внимание, - “ откликнулась она безразлично.
  “- Лиль, а что тебя заставляет жить в режиме перекати-поля? Или это твоё самоутверждение такое?” – закинул он старую удочку и поспешно добавил, - “ только давай без сарказма. Вполне нормальный вопрос.”
   Она полуобернулась, но встречаться с ним взглядом не стала.
  “- А болезнь у меня такая, с детства. Охота к перемене мест называется. Вполне нормальный ответ. Устраивает?”
   Славка промолчал. Улитка вновь нырнула в свою раковину, лишь рожки ядовитые снаружи оставила.
  “- Встречный вопрос. А что тебя заставляет сидеть сиднем в четырёх стенах? Что ж по новой не женился до сих пор? Давно бы привёл какую-нибудь марусю, жили бы поживали, вячеславовичей плодили… А может, свою первую никак не забудешь? Как бы то ни было, я живу на всю катушку, а ты - прозябаешь. Влачишь, нравится тебе это или нет.”
   Славка открыл рот, чтобы вставить негодующую реплику, но Лилия продолжила негромко, но напористо.
  “- Утром встал, глаза продрал и поплёлся на трудовую повинность. На обратном пути в магазин, набрать общедоступный харч, в основном набитые консервантами полуфабрикаты. Из вечерних развлечений – тупо хлестать пиво и пялиться в телевизор. Ну а ночь всегда можно скрасить знакомой до тошноты гулёной из забегаловки. Не жизнь - малина. И так изо дня в день. Что в сухом остатке? Две чёткие тропки - либо тихо спиться, что совсем печально, либо привести марусю, ну а дальше зелёная тоска – типа семейная жизнь…”
   Славка смотрел на елозящие туда-сюда расхлябанные двери тамбура и медленно закипал, понемногу приходя к выводу, что пора бы и зубы показать злоязыкой колючке. Топчется по больным мозолям, как каблуками по танцплощадке.
  “- Скоро нам выходить?”
  “- На следующей остановке.”
  “- Вот и хорошо, на улице продолжим.”
   Они выбрались на узкую асфальтированную платформу – Славка даже названия не успел разглядеть – и Лилия тут же провела его к ближайшей лестнице. Спустившись вниз, они ступили на неширокую тропу и направились по ней в сторону недалёкого берёзового лесочка.
  “- Что пыхтишь, как самовар, -“ нарушила молчание Лилия, -“ давай уж, окати меня чувствами. Обрисуй, какая я чёрствая дрянь.”
   Славка набрал было воздуха в грудь, но вдруг передумал и извергать заготовленную тираду не стал.
  “- И надо бы окатить, да без толку. У нас с тобой разговоры второй день по одному кругу идут, об одном и том же. То есть ни о чём. Надоело, всё одно глухой немого не разумеет. Вы, люди, на своих колокольнях сидите да вниз плюёте, а мы, лягушки ничтожные, внизу по кочкам прыгаем да о участи нашей хреновой квакаем. Jedemdasseine, каждому - своё…”
   Чуть помедлил и всё-таки не удержался, хотя незримый ангел-хранитель уже начал постукивать по затылку : распетушился, дурачок, с огнём играешь.
  “- Вот потому и катаешься перекати-полем, ни с кем ужиться не в состоянии. Сильно подозреваю, что ты и из Лошкарёва своего сбежала по той же самой причине. И ещё, не мной замечено : те, которые на всю катушку – они долго не живут.”
   Он прямо таки физически ощутил, как опалила она его косым взглядом. Ну и ладно, пусть закричит, пускай назад к электричке прогонит или даже по морде съездит. Отношения наверняка на этом и закончатся, зато интересно будет наблюдать, как расплавится наконец эта ледяная принцесса. Может, на обычную девчонку похожа станет.
   Лилия шла рядом, чуть позади, посапывая так, словно километр пробежала. Но после недолгого грозового молчания откликнулась вполне миролюбиво, хотя и каменным голосом.
  “- Что ж, ты проглотил, я проглотила. На этом и завершим нашу приятную дискуссию. Впереди свидание с непростым человеком, нервы и негатив сейчас ни к чему.”
   Они углубились в редкий березняк, светлый и прозрачный, тропа рассекала его почти по прямой, а недалеко впереди виднелись разноцветные крыши одно- и двухэтажных домов, проглядывал и забор из красного кирпича. Пару раз Славка заметил боковым зрением, как Лилия, не останавливаясь, оглянулась назад.
  “- Настройся положительно, будь спокоен и, самое главное, не выдумай фыркать и взбрыкивать, как сейчас. И уж само собой, никакого амикошонства. У него шуточки бывают похлеще, чем мои. Ян, если что, никого не щадит, ни ты, ни я не исключение. Пропускай такие моменты мимо ушей и будь невозмутимым. Да, и ещё. У меня с ним могут возникнуть свои разговоры, тебе непонятные, опять же – сиди молча и не встревай.”
   Славка выслушал короткий инструктаж, не проронив ни слова, лишь понятливо кивал головой. Красный забор предстал перед глазами во всю длину, и они шли до самого его конца, затем повернули налево. Ни души не было вокруг, лишь побрехивала собака где-то в глубинах этой малоэтажной крепости, да стайка гусей, завидев незнакомцев, возмущённо затрубила и убралась с тропы в густую траву.
   Наконец Лилия остановилась перед глухой металлической дверью с золотистой цифрой “18” и золотистой-же кованой ручкой. Над дверью, чуть в стороне, укреплён на кронштейне самый настоящий пионерский горн. Раструб его бесцеремонно разглядывал прибывших.
   Видеокамера замаскированная? – подумалось Славке, но он ошибся. Лишь только Лилия убрала руку со звонка, горн ожил и родил два слова – “входите, открыто.”
   Вошли. За дверью открылся прямоугольный дворик, чистый и ухоженный, с подстриженной травой, с небольшим прудом в одном углу и сеточным вольером-клеткой в другом. Сопя и фыркая, там слонялась из угла в угол, словно тигр в заточении, жутковатого вида собачина неопределённой породы. Лай, правда, не поднимала – возможно, такие и лаять-то не умеют, а просто молча рвут жертву – только посверкивала на гостей янтарными глазами. Прямо по курсу находился аккуратный одноэтажный домик из мелкого красного кирпича, с мансардной надстройкой и открытой верандой. На веранде восседал лысоватый субьект лет пятидесяти с гаком, в шёлковом халате, с дымящейся кружкой в руке, погружённый в чтение. Раскрытый фолиант, лежащий перед ним, накрывал своими створками почти весь столик.
   Маг-чародей, алхимик, доктор неестественных наук в домашней обстановке. Ему бы вместо халата – мантию со звёздами, на лысину – колпак островерхий, а в руку – посох со здоровенным рубином. Готовый сказочный типаж, заставка компьютерной игры…
   Пока Славка рисовал в уме картинки, лысоватый мужичок оторвался от чтения, отхлебнул из кружки и оглядел наконец прибывших поверх очков.
  “- Приветствую, молодые люди. Прошу, -“ он повёл рукой вокруг себя, -“ проходите, присаживайтесь, где кому нравится. Судя по вашему смурному виду, рискну предположить, что уже успели повздорить. Вас, кажется, Вячеслав кличут?”
   Славка молча кивнул.
  “- Ох, не завидую я вам, Слава. И как вас угораздило ей подвернуться? Лили у нас такая… сплошная ежовая рукавица, её очень трудно переварить. Бесценная моя бриллиантовая, слышь, что говорю? Сильно поцапались или так, в пределах разумного?”
  “- Начинается…”- буркнула Лилия себе под нос, а вслух сказала: -“ да, могли и подраться, но пока обошлось.”
   Они взошли на веранду, Лилия, недолго думая, устроилась на угловом диване, а когда Славка нацелился было на уютный плетёный шезлонг, стоявший рядом, схватила его за руку и демонстративно усадила возле себя. Ян насмешливо наблюдал за ними.
  “- Вижу, равнодушие между вами отсутствует, и это уже хорошо. Нет ничего хуже безразличия. Лили, ты здесь не в первый раз, вон в том шкафчике заварка с мятой, кофе, чайник, угощай подопечного. А если голодны, пройдёмте в дом, там что-нибудь сообразим.”
   Лилия взглянула на Славку, тот отрицательно мотнул головой.
  “- Ну как знаете, у меня ведь тут без китайских церемоний. Итак…”
   Ян помедлил, глядя в свою циклопическую книжицу.
  “- Для начала поведайте мне, товарищ Вячеслав, что случилось с вашими родителями. Где конкретно, дата, сопутствующие обстоятельства и так далее. Кстати, официальные документы с собой имеются?”
   Славка вдруг подумал, что за эти дни так и не удосужился залезть в семейный архив. Помнится, была мысль показать бумаги Алле, да любовные игры отвлекли, а потом как то забылось, в голову не пришло.
   Лилия досадливо чертыхнулась.
  “- Извините, Ян Павлович, мой недосмотр. Не подумала об этом…”
   Ян посмотрел на них укоризненно.
  “- Ладно, это не принципиально, если там что и есть, то скорее всего официальная отписка. Что ж, валяйте своими словами.”
   Стараясь припомнить детали, из-за чего приходилось делать заминки, Славка пересказал Яну примерно то же, что и позавчера залётной московской гостье. Ян некоторое время молчал, как бы подрёмывая, потом проговорил.
  “- Ваше слово, Лилия Владимировна. Далеко от твоих краёв?”
  “- По тамошним меркам – не очень, но Косылганский район большой, целая область влезет. Слава, какие населённые пункты вертолётчик в письме называл?”
   Славка наморщил лоб.
  “- Да не помню, их там несколько…”
  “- Чаплиха была?” – подсказала Лилия.
  “- Да, точно, -“ протянул он, но возникшее любопытство было прервано её предупредительным жестом – “ молчи пока”.
  “- Почему-то я иного и не ожидал, -“ сказал Ян, задумчиво глядя в свой фолиант, а Славка сделал вывод, что книга есть не что иное, как подробный географический атлас. Чего иного? Что он знает? Язык зудел от повисших вопросов, но, памятуя инструкции, приходилось терпеливо помалкивать.
  “- А скажите-ка, Вячеслав, -“ проговорил Ян, -“ перед отъездом они не рассказывали, что это будет за экспедиция? Может, между собой что-либо обсуждали?”
  “- Нет, ничего такого…”- подумав, ответил Славка, -“ сказали только, что командировка ожидается недолгая, примерно на месяц. Что-то там с газовыми месторождениями связано… Собрались, сели в поезд и уехали в Питер, а оттуда в Пермь. Из Перми мать разок по мобильному позвонила, сообщила, что ждут транспорт на северное направление. На Вуктыл, кажется… Дальше – тишина, больше не звонил никто.”
   Ян побарабанил пальцами по столу.
  “- Газ, геологоразведка, север Коми… Всё сходится, придраться не к чему. Несуразность только одна, и она сразу бросается в глаза. Не скажете, какая?”
  “- Наверное, с рыбалкой этой какая-то неувязка. Они что, поближе не могли место найти? Не знаю, что там были за начальники, которые их отпустили, но в армии, например, это называется самоволка.”
  “- Не факт. Скорее всего, в пути они сами себе начальство. Это там, на изысканиях, они попадают к непосредственному руководству. С тем вертолётчиком не пытались в переписку вступать? Он кто, местный?”
  “- Скорее всего. На конверте обратный адрес был – город Печора, но точное место жительства он не сообщил. Человек перелётный. Как говорится, вечный шабашник в погоне за рублём. Всё, что знал, рассказал в письме и на дальнейшие переписки был не настроен. С воздушной работы его с треском уволили, и проходит он теперь как основной свидетель. Да, вот ещё вспомнил… Я тогда особого значения не придал, но показалось мне, что конверт кто-то вскрывал. Заметны были следы вторичной заклейки.”
   Вновь барабанная дробь по столу.
  “- Очень интересно… Что-то вещует мне, не в рыбалке тут дело. И даже не в охоте. Как бы то ни было, вопрос остаётся открытым. Точнее – не до конца прояснённым.”
   На веранде установилось безмолвие, лишь по-лошадиному всхрапывала страхолюдная зверюга в вольере да жужжал и бился в потолок заплутавший шмель. Тишину нарушил хозяин дома.
  “- Что ж, двинемся дальше. В прошлом году, а именно в июне месяце, стряслось в тех местах некое событие из разряда неординарных... Давайте-ка я запишу на всякий случай фамилии, имена и отчества пропавших. Год рождения, желательно, тоже. Может, по другим каналам что-то всплывёт.”
  “- Шумиловы, Аркадий Александрович, пятьдесят пятого года, и Мария Павловна, пятьдесят шестого,”- проинформировал Славка.
  “- А те двое?”
  “- Сейчас не вспомню, по-моему, их фамилии не упомянуты. Хотя не уверен, нужно ещё раз глянуть в бумаги.”
   Славка понял, что его визави приберегает информацию о “некоем событии”, а Лилия – та вообще в рот воды набрала, сидит себе тихая и скромная, и решил сам закинуть крючок, не очень, правда, надёжный.
  “- А вы знаете, попался мне на днях один человек… Москвичка, учится на журфаке и вроде как уже работает по своему профилю, ну и зашёл у нас разговор как раз на эту тему. Уверяла, что статья про пропавшую в том году экспедицию ей где-то попадалась, даже обещала прислать, если найдёт. Одного потерявшегося там вроде бы нашли. Обменялись мы с ней телефонами, теперь жду звонка, вдруг повезёт. Затея, конечно, зыбкая, на уровне обещаний, но всё же…”
   Никакой реакции Яна на славкино сообщение не последовало, вместо этого произошёл у него с Лилией короткий перегляд с заговорщицким подтекстом.
  “- Найти-то нашли, - “ проговорил Ян флегматично, - “ а что толку? И учреждение, куда его упрятали с глаз долой, отыскать не великая задача. Возможно, и увидеться с ним дадут. Но много ли вам поведает человек, от которого, возможно, осталась лишь оболочка?”
  “- Вы говорите загадками, -“ поёрзал Славка, - “ мы говорим об одном и том же человеке?”
  “- Какого числа, согласно документам, произошёл инцидент с исчезновением людей?” – отозвался Ян вопросом на вопрос.
  “- Десятого либо одиннадцатого июня.”
   “- А вот тринадцатого, когда поиски ещё только разворачивались, в паре километров от той самой Чаплихи группа охотников наткнулась на измождённого, обросшего человека, топавшего по лесной просеке в направлении означенного населённого пункта. Мужик находился в явном неадеквате и нёс околесицу. К примеру, утверждал, что вместе с женой и некими друзьями провалился в обрыв, на который они напоролись в темноте. При этом дядя почему-то затруднялся назвать даже своё имя, не говоря уже про имя жены и предполагаемых попутчиков. Ну а после того, как странный субьект принялся повествовать о неведомых серых людях, в компании которых ему посчастливилось оказаться в том провале, и о светящейся дороге, по которой он якобы вернулся обратно, охотники смекнули, что к чему, и один из них отвёз найдёныша в Чаплиху к фельдшеру. Лекарь вколол тому транквилизатор и быстренько звякнул в Косылган. К вечеру прикатили на дежурке двое милицейских и забрали бедолагу. Ну а поскольку в данном райцентре квалифицированного психиатра отродясь не водилось, за мужиком приехали спецы из области, после чего следы несчастного затерялись. Можно предположить, что ныне данный персонаж является постояльцем обычной клиники для душевнобольных и местонахождение его установить особого труда не составит, хотя и потребует времени. При желании это могла бы сделать даже ваша случайная зазноба – Алла или как её там – да только оно ей надо?”
   Вот как, значит… Мы и про залётную девушку Аллу, любительницу “кензо”, успели вызнать.
   Славка не спеша оборотился к Лилии, по прежнему безмолвствующей с самым невинным видом, и молча высказал всё, что думает по поводу её безграничного коварства. Несколько секунд они бодались взглядами, после чего рыжая стервоза соорудила ему рожицу.
Плешивому умнику и выведывать ничего не требуется, подумал Славка, моя заботливая опекунша предусмотрительно выложила ему всю подноготную своего клиента.
  “- Почему вы так уверены, что он до сих пор не в себе? Надо попробовать найти этого мужика,-“ воскликнул Славка.
   Ян захлопнул гулливеровскую книженцию, сунул очки в кармашек халата, смотрел на гостей пристально и чуть скорбно, словно врач-диагност.
   “- Что ж, попытаюсь найти, где находится наш таёжный страдалец. Пройдёмте-ка в дом, что-то здесь ветерок задувает, -“ предложил он, поднялся и направился к полуовальной двери, инкрустированной затейливыми витражными вставками, переваливающейся, слегка подпрыгивающей походкой. Похоже, с ногами у него непорядок, артрит или подагра. Со спины он смахивал то ли на гнома-переростка, то ли на замотанную хозяйственными заботами деревенскую тётушку.
   За дверью обнаружилась обширная, но уютная на вид комната, выдержанная в бордовых тонах, обложенная немалым количеством ковров и ковриков. Дальний угол венчала, будто икона, жидкокристаллическая панель диагональю поболее метра, а по обеим сторонам окна висели клетки с пернатыми обитателями. В одной посвистывали две непоседливые канарейки, из другой откликался ворчливыми репликами презрительный хохлатый какаду. Славка с Лилией погрузились в уютные глубокие кресла, а Ян проковылял к следующей двери и что-то негромко сказал в соседнюю комнату. Затем с кряхтением опрокинулся в такое-же кресло напротив и, вопреки ожиданиям, словно бы потерял интерес к Славке, затеявши какой-то малопонятный, вполголоса, диалог с Лилией. Славка поначалу прислушивался, что-то там мелькнуло про злополучную пятницу, да вскоре перестал. Двое посвящённых хитрецов перетирают текущие дела-проблемы посредством эзоповой грамоты. Вроде по-русски говорят, а будто в компании китайцев находишься…
   Из дверей соседней комнаты, а может, кухни, неслышно выплыла маленькая женщина в длинном, как у хозяина, халате, с подносом в руках, на котором находились три изящные расписные чашки. Скорее, пиалы, и довольно объёмные. У женщины было круглое фарфоровое личико и трудноопределимый возраст - как говорится, от двадцати до сорока.
   В славкиной голове мгновенно возникли меловоликие гейши, чайные церемонии, сакэ под сенью сакуры и прочая восточная экзотика, хотя безмолвная особа японкой явно не была, она на азиатку вообще не особо смахивала. Ян снял с подноса две чашки, а третью жестом указал отнести Славке. В пиале оказался совсем не чай, а, судя по ароматам, некий сложный отвар с целым набором составляющих. Славкин нос уловил здесь и мяту, и корицу, и миндаль, и лёгкий кофейный оттенок, и бог знает что ещё. Коньячок, пожалуй, также присутствует. А в общем-то, при некотором разгуле фантазии, сей напиток можно было вульгарно обозвать подогретой концентрированной кока-колой без газа.
  “- Угощайтесь, Вячеслав”, - сказал Ян, -“ настой не особо вкусен, но зело бодрит и неплохо прочищает мозги. Моё, кстати, изобретение.”
   Славка с некоторой опаской попробовал пахучую горьковатую жидкость, покосился на Лилию. По-прежнему тихая и задумчивая, она смотрела на сварливого попугая, растопырившего свой потешный жёлтый ирокез, и мыслями, казалось, находилась где-то далеко отсюда. Напряжения в ней, впрочем, не чувствовалось, а лишь грустная отстранённая расслабленность.
   Молчаливая женщина скрылась за дверью, а Ян вдруг сказал в пространство, ни к кому не обращаясь:
  ”- Причина и следствие, как говаривал персонаж одного блокбастера… В нашем случае в наличии имеется лишь следствие, а причину мы, к сожалению, не улавливаем.”
   Славка прихлёбывал необычный настой, вкус и правда был не ахти, но рука словно сама подносила пиалу ко рту. Когда-то в армии поварята-калмыки угостили его специфическим напитком, сработанным из грубого прессованного чая, топлёного молока и соли, и жидкость сия поначалу показалась ему чертовски несьедобной, зато по прошествии короткого времени он готов был поглощать её литрами.
  “- Я второй день подряд чувствую чьё-то внимание, вроде и неназойливое, но малоприятное. Сегодня как то не очень, потому что весь день в бегах, но вчера…”- нарушила вдруг молчание Лилия.
  “- Та-ак, -“ Ян откинулся в кресле, - “а поконкретнее?”
  “- Вы считаете, ему стоит это слышать?”- Лилия покосилась на Славку.
  “- Ах вот почему ты мнёшься… Дорогуша, говори спокойно, твои сомнения меня даже удивляют. Ведь друг Слава в случае чего может всё забыть.”
   Ян ухмыльнулся вслед своей инквизиторской шутке и глянул на Славку испытующе-весело.
  “- Так что за подозрения?”- вновь спросил он, - “ты заметила этого человека?”
  “- В том то и дело, что у меня никак не получается его зацепить. Что-то очень неуловимое. Поток всегда идёт из скопления людей и никогда от одиночек. Кто-то следит. Возможно, не столько за мной, сколько за нами обоими.”
  “- И что думаешь? Раньше сталкивалась с таким? Неужели паранорм?”
  “- Категорично нет. Слишком мощно, скорее похоже на какую-то аппаратуру. А с этими… Натыкалась пару раз, но то совсем другое, рядовые моменты. Они видели меня, я видела их, расходились спокойно, даже без любопытства. А здесь же… Ещё слишком мало информации, да и времени прошло чуть.”
  “- А вдруг некто официальный сел на хвост? Когда самый первый контакт произошёл, не припомнишь?”
   Лилия призадумалась.
  “- Видимо, я с самого начала прозевала, не придала значения. Но отчётливо – это, пожалуй, вчера утром, после того, как мы встретились возле парка и пили кофе возле уличной палатки.”
  “- Да-да, потом гроза началась, и мы забежали в подъезд, -“ слетело у Славки с языка.
   Они одновременно обернулись к нему и посмотрели с некоторым любопытством, словно Славка внезапно свалился к ним с потолка, мало того – тут же нахально впёрся в их загадочное толковище.
  “- К вам, Вячеслав, у меня ещё будет несколько вопросов, -“ сказал Ян дипломатично, что в переводе скорее всего означало “юноша, заткнитесь пожалуйста, ваш номер десятый.”
  “- Значит, после вчерашнего утра постоянно и в разных местах?”
  “- То периодично, то как попало. Я не могу это назвать контактом. Такое впечатление, что он просто следует за нами по пятам и наблюдает.”
   Лилия не то пожала плечами, не то поёжилась.
  “- Ну вот сейчас, по пути сюда? В электричке?”- допытывался Ян.
  “- Слава богу, пока нет,”- она слабо улыбнулась, -“ здесь у вас такая тишь, любую слежку грех было не заметить.”
  “- Ладно, перейдём к нашей замечательной пятнице. Ничего необычного? С утра, например?“
  “- Абсолютно ничего, -“ быстро ответила она, -“ если не брать в расчёт, что на следующее утро перегавкалась ни с того ни с сего с гариковыми предками. Хотя обычно расходились бортами вполне мирно. Ну это мелочь, рутина, издержки моего скверного характера. Но то было в субботу, а в пятницу… Нет, ничего.”
  “- Ни с того ни с сего ничто не бывает. Незримый вершитель неустанно руководит поступками нашими… Кажется, Монтень сказал – надо уметь переносить то, чего нельзя избежать, -” пробормотал Ян туманно.
  “- Аннушка…”- позвал он после недолгого молчания.
   Безмолвная прислуга тенью скользнула в комнату, собрала опустевшие чашки и дематериализовалась, оставив за собой лишь лёгкий парфюмерный шлейф. Привидение, да и только.
   А в напиток, такое подозрение, какая-то лёгкая дурь добавлена.
   Ян неспешно выбрался из кресла, подошёл к клеткам и занялся кормлением своих пернатых питомцев. Попугай при этом неистово скоморошничал, то скрипя несмазанной телегой, то выдавая почти человечьи фразы, то даже курлыкая по-журавлиному. Славку пробрал беззвучный смех, и даже Лилия улыбнулась.
  “- А ну уймись, дурында, уймись, -“ пробормотал Ян с нежностью и неожиданно спросил, не оборачиваясь.
  “- Ну а вы чем меня удивите, Вячеслав? Сразу поясню, что меня интересует именно пятница, поскольку с субботой всё более-менее ясно – весь день вы посвятили нашей всеми любимой проказнице, у вас происходила притирка с лёгким недопониманием и обменом колкостями, а также вечерние приключения и прочая любовь-морковь… Пятница-же в общую мозаику пока никак не вписывается. У Лили своя картина, у вас, как я понял, своя…”
   За внешне безразличной интонацией Славке почудилась скользнувшая тень ревности, и ещё вполне могло быть так, что Ян ту мозаику давно у себя в голове выстроил, но лишь желает проверить прочность построения на основе свидетельств непосредственного участника – виновника? – событий. Острое дуновение, мрачный отголосок чего-то, похожего на истину, на миг проскочил в пустой и звонкой голове подобно сквозняку.
   Впрочем, для озвучивания истин имеется мудрый посредник, третейский судия, кощей-ведун по имени Ян Павлович, соизволяющий вести разговор к птичкам передом, к гостю задом. А серый плебей с подмосковных окраин, набравшийся наглости переспать с его любимицей, нужен здесь лишь для того, чтобы хлебать напитки с хитрыми ингредиентами и молоть языком, когда прикажут.
  “- У-у, пятница стряслась замечательная. Фантастический был день, я бы, наверное, разделил его на две части. До и после обморока. Или, если хотите, до появления Лилии и после её исчезновения, - “ начал Славка, сразу решив не сваливаться в мелкие подробности. Понадобятся - сам спросит.
   Ян поднял палец, как бы притормаживая Славку, и так, с поднятым пальцем, шагнул к креслу и вновь погрузился в него.
  “- Стоп, давайте я сформулирую по-другому. Лучше подумайте хорошенько, вспомните и ответьте, что в тот день показалось самым необычным. Что поразило более всего?”
   Думать Славке долго не пришлось. Мысли скакали и лезли наружу, а воспоминания накладывались одно на другое без всякой хронологии.
  “- Самое-самое – это всё-таки время. В течении первой половины дня я то и дело замечал нечто такое, чего не в силах обьяснить. Утром, во время грозы – открываю глаза, на часах около шести, а за окном ещё темно. Да и самочувствие такое, знаете – когда вас поднимают среди ночи, раньше положенного… М-м, вот ещё какая мелочь имела место быть, не знаю, правда, имеет ли это отношение… Когда выходил из квартиры, буквально на лестнице, получил на мобильный голосовое сообщение. Уже потом, на улице, собрался было перезвонить, глядь – а сообщения-то и нету. Исчезло. А я его не удалял, это совершенно точно. Ну а самое сногсшибательное произошло уже после встречи с…”
   Славка запнулся. Шёлковый беличий хвостик, оглаживавший его где-то за ушами, сменился на знакомую беготню мурашек по затылку. Повинуясь мгновенной догадке, он резко перевёл взгляд, но реакция Лилии оказалась на высоте. С неподдельным интересом она уставилась на обширный гобелен, висевший за спиной у хозяина, и лишь на губах её играла едва сдерживаемая усмешка. Ян выглядел непроницаемо, он сидел, прикрыв веки, и походил на дремлющего китайского болванчика.
   Многозначительно кашлянув, Славка продолжил.
   “-…В общем, то ли поздним утром, то ли ранним днём, тут началась путаница. Гадостный момент, вспоминать мало приятного. Прямо посреди улицы дурно стало, еле успел на лавку брякнуться. Хорошо ещё, в милицию не забрали, наверняка решили бы - какая-то пьянь на скамейке загорает. Честно скажу, что даже приблизительно не знаю, сколько-же я на той лавке проторчал в отключке. Провал, омут.”
   Славка покосился на Яна, а тот и не думал дремать, и смотрел совсем не на него, а на Лилию, и у этих двоих по-прежнему протекала своя, неведомая ему переглядка.
  “- А Лили, значит, в тот гадостный момент находилась как бы у вас на квартире и как бы дожидалась вашего возвращения?”
   Всё ты знаешь прекрасно, зануда учёная, какого же чёрта спрашиваешь, подумал Славка в раздражении.
  “- Как бы или не как бы, но она действительно осталась именно там , под присмотром моего дяди -“, пробурчал Славка и подкинул для полноты картины, -“ на ней был старый материнский халат, а мокрая одежда сохла на дверях.”
  “- И что пояснил дядюшка?”- последовал логичный вопрос.
  “- Дядюшка тоже пропал, а заглянувши ко мне на следующий день, он на Лилию… на эту Лилию смотрел как на совершенно незнакомого человека.”
   Несмотря на лёгкую эйфорию от янова нектара, Славке уже порядочно надоело вываливать свои злоключения очередному слушателю по энному кругу, и он рискнул поднажать.
  “- Ян Павлович, не думаю, что Лилия, пересказывая вам те события, интерпретировала мои слова как то по-другому. В хронологию этих чудес я вряд ли добавлю что-либо новое…”
   Ян приподнял брови, и Лилия, видимо, опасаясь хозяйского недовольства, вступила в разговор.
  “- Да, Ян Павлович, всё так и есть. Можете мне поверить, я неоднократно пыталась поймать его на противоречиях, на своём, специфическом методе. Он ничего не сочиняет.”
  “- Да верю я тебе, но, как ни крути, ты же не профессиональный психиатр, -“ буркнул Ян, -“ да и мои познания тут на уровне дилетанта.”
  “- Мне кажется, психиатрия тут не при чём, и для таких вещей не обязательно иметь медицинский диплом, -“ смиренно возразила она.
  “- Ребятки, у меня от вас скоро голова лопнет. Видишь ли, Лилёк, мне очень не хотелось бы, чтобы такая умница влипла на ровном месте в нехорошие неприятности. Прежде чем озвучивать фантастические версии, что сидят у меня в воображении – даже не версии, а пока только предположения – я вынужден полагаться лишь на тебя. Я ведь не экстрасенс, не медиум и даже не астролог, я обыкновенный частный теоретик-любитель. И ежели тот простой человечек, что сидит с тобой по соседству, окажется не совсем простым – ты понимаешь, о чём речь – ты сядешь в такую лужу… Да и я, старый дурак, за компанию.”
  “- Ничего, я присмотрю за ним, -“ сказала Лилия с прежней кротостью.
  “- А ты не пыталась задать себе вопрос – зачем? Зачем присматривать и сторожить? Мало тебе авантюр, ещё на одну потянуло? Любовь, что ли, чувства скоропалительные? Никогда не поверю. Ты ведь такой-же пессимист по натуре, как и я. Прокол может случиться в любой момент, тебе надо быть начеку и без этого парнишки.”
   Она не фыркала, не протестовала, а лишь упрямо насупилась.
  “- Все хотят истины, Ян Павлович, и я не исключение. Считайте, что меня так же, как и Вячеслава, разбирает обыкновенное любопытство.”
   Ян тяжело вздохнул.
  “- Истина состоит в том, что человек, существо грешное и противоречивое, не может знать всё. Ему только и остаётся, что любопытничать, догадываться и предполагать.”
  “- Или бессмысленно осмысливать смысл неосмысленными мыслями…”- сказала она иронично, - “ абракадабра, не лишённая доли истины.”
  “- Это ты про меня? Дерзишь, негодная, -” погрозил Ян пальцем.
   Массивные бронзовые часы на стене издали минорный аккорд. Все невольно подняли глаза – восемь вечера.
  “- Вячеслав, сейчас Лили проводит вас во дворик, погуляйте там минут несколько, а я с ней перекинусь парой слов. Потом переговорим с вами, и можете быть свободны.”
   Едва они вышли на веранду, Лилия ткнула Славку в бок.
  “- Прекрати дуться, что у тебя за бабские манеры! ”
  “- А мне не нравится служить препарированной мышью. Общается, как с мизераблем. Надо же – “не простой человечек”… Он что, за агента спецслужб меня принимает?”
  “- Слава, тебе ли обижаться!”– воскликнула она, -“слышал бы ты, как он иной раз со мной разговаривает… Зубы крошатся от злости, но ведь терплю же.”
  “- Но почему? Он кто, мессия? Гуру? Иисус Христос?”
  “- Слушай, сейчас нет времени разбирать, кто есть кто. Скоро он нас отпустит, поговорим по дороге.”
   Оставив Славку возле пруда, Лилия быстрым шагом удалилась в дом. Он присел на лавочку, засмотрелся на полупрозрачную зеленоватую воду. Видимо, откуда-то изнутри подавался воздух, то тут, то там всплывали мелкие пузырьки, и среди колышащейся травы водили ленивые хороводы какие-то небольшие рыбки. Вечерняя тишина, наполненная стрёкотом кузнечиков, царила вокруг, где-то за забором поскрипывали гуси, играла далёкая музыка, и милая желтоглазая собачка с плотоядным интересом изучала гостя сквозь сетку.
В какой-то миг Славку охватило ощущение непереносимого одиночества, он встал со скамейки и принялся бесцельно бродить по двору. Обрывки чужих фраз вертелись в голове и не давали покоя. Шумиха по телевизору…не простой человечек…тебе надо быть начеку… Слежка какая-то, потоки с контактами… От таких мыслей засвербило от затылка до пяток, и он невольно посмотрел в сторону входной двери. О чём там толкует с Лилией мудрый теоретик-любитель, какие ценные указания отдаёт? Славка поднялся на веранду, опустился в плетёный шезлонг, и тут открылась наконец витражная дверь, и появилась Лилия. На её лице не было никаких особых эмоций, но показалось Славке, что она взглянула на него с каким-то незнакомым интересом.
   В комнате ощущался специфический запах лекарства. Ян, задрав штанину, брезгливо морщился и натирал ногу какой-то мазью. Озабоченная Аннушка хлопотала возле него, глянула на вошедшего Славку тёмными глазами, и при более детальном рассмотрении он скорректировал свою оценку её возрасту. Довольно молодая особа, вполне симпатичная, явно южных кровей, может, чуть постарше Лилии. Вот только кто она ему?
  “- Не обращайте внимания, Вячеслав. Обычная вечерняя процедура, нога в последнее время покоя не даёт, -“ простецки пожаловался хозяин, - “ дорогая, ты иди пока, мы тут тет-а-тет побалакаем.”
   Пожалуй, всё-таки жена. В кругу обеспеченных дедушек и бабушек нынче модно держать молодых жён и мужей.
   Ян отложил тюбик и вытянул ногу. Попугай в клетке ощетинился как дикобраз и каркнул что-то протестующее, лекарственные миазмы ему явно не нравились.
  “- Ну что вам сказать, молодой человек Слава, -“ заговорил Ян, -“ вообще-то беседовать с вами я мог бы до утра, но такую роскошь мы позволим себе как-нибудь в другой раз. И не обижайтесь на мои шутки-прибаутки. Нам и впрямь есть о чём поговорить, но время позднее, не хочу задерживать, да и с мыслями что-то не могу собраться. Концы с концами тут свести всё равно не удастся, мы не боги, но один факт мне никак покоя не даёт. Почему именно вы и Лили? Вас словно кто-то вывел на неё… Не первого попавшегося проходного сердобольца, не доблестную нашу милицию и не эскулапов из “ноль три”. Именно вы, Вячеслав, подошли к ней.”
   Ян барабанил пальцами по столу, что, как понял Славка, означало у него некоторое волнение.
  “- Случайность?”- обронил Славка нерешительно.
  “- Думаете? Нет, не похоже, нутром чую. Мне ещё одно интересно : вы с ней вчера практически целый день общались, она много о себе рассказала? Особенно о факте своего рождения и детских годах?”
  “- Она же сирота. Вернее, найдёныш…”- начал Славка.
  “- Эту легенду и я слышал, не трудитесь продолжать, -“ махнул рукой Ян, -“ может, оно и так, но, зная её любопытство, даже вьедливость, сомневаюсь, что Лилия не пыталась выяснить, откуда она и кто её истинные родители. Но молчит ведь, как рыба об лёд. Я не великий душевед, но пытался по-разному её расшевелить – безнадёжно. Существует незримая грань, за которую она никого не пускает. Однажды пробовал даже гневаться, прикрикнул, а она, чувствую, щипать да колоть меня взялась. Ну, понял, что дело плохо, наша барышня обозлилась всерьёз, надо закругляться…”
   Ян опустил штанину, поднялся, сделал полукруг по комнате, разминая ногу, и вновь опустился в кресло.
  “- Не знаю, будет ли вам, Вячеслав, интересна такая информация, но в населённом пункте Лошкарёво людей с фамилией Трегубовы нет и никогда не было.”
  “- Вот как?“
   “- Да, именно так. Лили, конечно, догадывается, что я осведомлён об этом факте, да и сама в состоянии узнать своим, тем самым методом, но не рискует баловаться со мной такими вещами – знает, что разобижусь страшно. Так что по данному поводу у нас с ней негласный обет молчания. Сообщить-то я вам сообщил, но в разговорах с ней убедительно попрошу не будировать эту тему. Подозреваю, что на вопросы о фамилии, паспорте и тому подобном она реагирует крайне нервно. Налицо и другая неувязочка, я упоминал о ней вскользь. После того, как Лилия в первый раз позвонила мне и рассказала о встрече с вами, таким, извините, смахивающем на полоумного, я оказался крайне удивлён даже не самим фактом вашего существования, а тем, что она и не подумала удрать очертя голову. Мало того – переселилась с вещами к вам на квартиру! Опять же, зная её осторожность и подозрительность… Немыслимо, не похоже! Я задал ей вопрос по этому поводу, и её беззаботный тон удивил ещё больше. Нет, думаю, ты совсем не беззаботна, ты именно растеряна. Хитра, скрытна, изворотлива, но и у меня немало годов за плечами, не проведёшь. Что-то она в вас нашла, Вячеслав, замысел какой-то выстраивает. Увидела нечто, ведомое только ей, и это что-то, возможно, и есть ключевое зерно. Кто знает, вдруг с вами она окажется более откровенной.”
   Он покосился на птичек, суетящихся в клетках, и добавил с ленцой :
  “- Хотя, конечно же, не исключён её обычный тактический ход – использовать вас и ваше жилище как очередное временное пристанище. При любом раскладе она останется с вами недолго. От меня – риторическое предупреждение : будьте постоянно начеку.“
  “- Ян Павлович, вы, конечно, извините, но ей вы советовали примерно то же самое. То есть и днём и ночью нам следует быть друг от друга начеку. Может, сразу разбежаться, чтоб не мучиться?“
   Ян недовольно кашлянул, но ответил без раздражения.
  “- Представьте себе, для вас это был бы идеальный вариант. Жаль, что уже поздно.“
  “- Почему?”
  “- Да потому что теперь она уйдёт только тогда, когда захочет. Или когда потребует ситуация. То есть ваше “начеку” большого значения, в общем-то, не имеет.”
  “- Что же это у неё за жизнь такая? Мы ведь сегодня в электричке поцапались как раз на эту тему. Перекати-полем её назвал. Не понравилось, знаете ли…“
   Ян грустно улыбнулся.
  “- Что тут непонятного? Лилия совершенно не способна сколь-либо долго состоять с мужчиной в прокрустовом ложе семейно-бытовых отношений. Ничего, кроме скуки, она там не находит. И в этом она по-своему несчастный человек, если мерить обывательскими, общепринятыми мерками. Её императив – безусловная свобода, абсолютная независимость. Мне неловко говорить об этой чудо-девушке в таком… фривольном аспекте, но попробую пояснить одной фразой – и мужик ей требуется, потому что особа она вполне живая и радостей жизни отнюдь не чурается, и быт её мгновенно заедает.”
  “- А может, ей нужен такой-же, как она? Я не вольного бродягу имею в виду, а… ну, способности эти. Возможно, я и неправ, но есть в ней этакое высокомерие к окружающим. Захочу, мол, и сделаю с вами всё, что душе угодно.”
  “- Высокомерие к окружающим? Мимо цели, ничего подобного. Она очень даже самокритична, слышали ведь - “мой скверный характер”. Лили прекрасно осознаёт, что таких уникумов, как она – единицы. Но если вдруг встретит такого же…”- Ян покачал головой, -“ нет, лучше бы не надо, на мой взгляд, это может закончиться плачевно.”
   Он покосился на Славку с улыбкой.
  “- А ведь вы её боитесь? Правильно делаете, говорю без иронии. Я сам побаиваюсь.“
   Часы пробили девять, Ян пристукнул ладонями по подлокотникам, обозначая финал беседы, и выбрался из кресла. Поднялся и Славка, и они вышли на веранду. Поначалу он не обнаружил Лилии, но затем содрогнулся, увидев её находящейся в вольере. Она сидела на корточках и почёсывала пёсику за ушами, а тот, динозаврище эдакое, валялся на спине и чуть ли не дрыгал лапами от удовольствия.
  “- Не беспокойтесь, они с Фоксом друзья, -“ сказал Ян добродушно и окликнул Лилию.
  “- Мне показалось, что этой свободой она не слишком счастлива. А если её заедает быт, значит обойдёмся без быта. Бродяжничать будем, если ей так нравится, - “ сказал Славка упрямо.
  “- Даже так?”- с усмешкой покосился Ян, -“ подумайте хорошенько, Вячеслав, ну что за глупое мальчишество, вы уже давно не ребёнок. Нельзя, противопоказано надолго привязываться к таким, как Лили. Диктата она не терпит, подкаблучников презирает, а пресловутое равноправие… Я человек старозаветных взглядов и не очень понимаю, что значит сожительство в условиях равноправия таких разных созданий, как мужчина и женщина. Выстроить фасад благополучия, путём бесконечных уступок друг другу – да, это самое простое решение, но тут применимо какое-то иное определение. Бытует предположение, что в будущем человек станет единополым, размножение заменится клонированием, и лишь только тогда вечные вопросы отпадут сами собой. Но это будет уже не человечество, а нечто другое. Не ломайте голову и не стройте долгих планов, Вячеслав, не стоит этого делать - в вашем-то положении. Пусть всё разрешится само собой.”
   Лилия, выскользнув из вольера, приближалась к ним неспешной походкой, и Ян добавил чуть тише :
  ”- Чуть не забыл : надеюсь, у вас хватит ума держать язык за зубами при посторонних касательно факта знакомства с такой необычной особой. В случае возникновения по вашей вине чьего-либо нездорового к ней интереса Лили не пощадит. Вы же понимаете, что она вполне способна превратить вас на некоторое время в амнезийную куклу с глазами. А также напоминаю и советую - добивайтесь у неё информации, хотя бы по крупицам.”
  “- Если мы по-прежнему будем цапаться по десять раз на дню, то не очень уверен…”- сказал Славка мрачно и подумал о Гордее. Нет, кажется, ничего такого он приятелю сообщить не успел.
  “- Ну что, наша тайная вечеря завершена, мы можем идти?”
   Лилия на веранду не поднималась, стояла внизу, сунув руки в карманы джинсовой курточки, и до Славки только сейчас дошло, что утром она была одета совсем по-другому.
  “- Ступайте, ребятки, шагайте, мои уникальные, -“ Ян взглянул на небо и вздохнул полной грудью,- “вечер-то какой, а? Весна на дворе, радуйтесь жизни, пока есть время, а то не успеете оглянуться – старость настигнет, нервы и болячки, и будете, как я, суставами скрипеть и жалеть о годах, потраченных на всякую ерунду.”
   Этот чудаковатый резонёр всё-же расщедрился напоследок на некоторое проявление чувств. Лилия кивнула и сделала ручкой.
  “- Всего хорошего, Ян Павлович.”
  “- Лили, будь на связи, не исчезай и не забывай, о чём вели речь…”

   Едва они оказались за калиткой, Славка подступил с вопросом.
  “- Лиль, а где и когда ты переодеться успела?”
  “- Глазастый… Когда надо, тогда и успела.“
   Она оценила выражение его лица и нахмурилась.
  “- Слава, я не привязана к какому-то одному жилью. У меня вообще-то прописка имеется. Может, ты намерен ещё и тупо меня ревновать? Если простой факт смены одежды вызывает у тебя подозрение, то дело у нас так не пойдёт.”
  “- Да ничего я такого не думаю…”
  “- Думаешь, думаешь. Твои мысли незамысловаты, как и ты сам. Пока запомни одно – я ничего никогда не делаю просто так. Придёт время – пооткровенничаем, а сейчас рано…”
  “- Так всё-таки – какова была цель и польза от нашего визита к этому мудрецу?“
  “- Ты же слышал – одного человека там и вправду нашли. Уже что-то. Надеюсь, скоро Ян его обнаружит. Мне тоже кое-что было нужно, но это тебе не интересно.“
   Заходящее солнце расцветило березняк пурпурными красками. Они не дошли и до его середины, как Лилия вдруг свернула по неприметной тропинке в сторону.
  “- Мы куда?”- поинтересовался Славка.
  “- Тут недалеко пруд имеется, искупаться хочу, - “ заявила она безмятежно. Озадаченный Славка заметил на её губах блуждающую улыбку и догадался, что Лилия задумала некий экспромт с оттенком экстрима.
  “- Так ведь вода ещё холодная, -“ пробормотал он неуверенно.
  “- Ничего страшного, для меня сойдёт, а ты как знаешь.”
   Деревья закончились перед невысоким обрывом, и по травянистому склону они спустились к небольшому, метров тридцать в диаметре, водоёму. Если это и был пруд, то никаких признаков застоялости – ряски и прочей гадости – не наблюдалось, лишь кое-где вдоль берега стлались по тёмной воде длинные перья рогоза. Высокая, по колено, трава доходила почти до кромки воды.
   Быстрыми и ловкими движениями Лилия разделась и нагой русалкой скользнула в воду без присущего женщинам писка, и лишь там, на середине, позволила себе восторженно ухнуть. Трясущимися от нетерпения руками Славка стянул одежду и, не задумываясь, последовал её примеру. Правда, вскоре выскочил обратно. Вода и вправду оказалась холодной, хотя и не сказать, чтобы ледяной. Лилия, отфыркиваясь, держалась на воде в центре пруда, качала головой и таращила глаза.
  “- Ух ты! Солдатик-то у нас какой шустрый, уже готов к бою…”- не промедлила она со скабрезной насмешкой.
   Её беспардонность привела Славку в состояние весёлого негодования, и он принялся гоняться за ней брассом по всему водоёму. Наконец они выскочили на берег, и упали в росистую траву, и долго катались по ней, покрывая поцелуями тела друг друга. Потом она оказалась сверху, и любила размеренно и неторопливо, следя за его реакцией. Он пытался шептать ей что-то невнятно-ликующее, и каждый раз она накрывала его губы своими.
   Постепенно ускоряя темп, Лилия и сама потеряла контроль, а вскоре они испытали такой взрыв эмоций, что Славке почудилось, на мгновения он и в самом деле опрокинулся в какие-то другие измерения.
   По сумеречному небу ползли бронзовые облака, стрёкот кузнечиков усилился, и солнце, пробиваясь сквозь кроны деревьев, посылало на землю последние сочные лучи. Лилия со вздохом усталого блаженства оторвалась от Славки, села рядом и принялась лениво щекотать ему нос травинкой. Лицо её, с раскрасневшимися щеками и прилипшими ко лбу прядками волос, казалось ему незнакомым. К их распалённым телам, нарушая покой и благолепие, начали слетаться назойливые кровопийцы.
  “- Я, кажется, разгадал твой замысел. Ты ведь хотела кое-что скопировать из моего прошлого?”- нарушил молчание Славка, и видя, что она недоумевает, напомнил,- “ та фотография, на Клязьме…”
   Лилия подумала и улыбнулась.
  “- Ах вон ты о чём. Честное слово, даже в голову не приходило. Просто на меня иногда накатывает, ты уж не обижайся. Надеюсь, твоё мужское эго не пострадало?”
  “- Ни в коей мере. Ты замечательная, ты ненормальная. Ты чудо.”
  “- Уже лучше. На этот раз хоть змеёй не обозвал“.
   Славка повертел головой.
  “- У тебя нет ощущения, что за нами подглядывают?”
   Она и не подумала озираться.
  “- А если и так? Пусть завидуют.”
   На них обрушился целый сонм комаров, и они, не сговариваясь, кинулись в воду. Но и после, на берегу, Славке с Лилией пришлось заняться чем-то вроде физзарядки, потому что проклятые насекомые продолжали упорно атаковать. Напялив одежду прямо на мокрые тела, они спешно ретировались наверх, под деревья, и быстрым шагом двинулись к электричке.
  “- У меня из головы никак не уходит твоя фрейдистская оговорка, -“ вдруг сказала она.
  “- Какая-какая?”
  “- Такая. Ты ведь до сих пор любишь её.”
   Славка переварил услышанное и изумился.
  “- Лиль, о чём ты? Как можно испытывать чувства к женщине, с которой расстался много лет назад!”
  “- А почему же, случайно встретив, так разволновался? Не ври хотя бы сам себе, -“ сказала она убеждённо.
  “- Лиль, сейчас у меня есть ты…”- терпеливо начал Славка.
  “- А что я? Сегодня я есть, а завтра может не быть, -“ перебила она, - “ могу поспорить, что Ян тебе мозги уже вправил. В том смысле, что зря связался с такой плохо приручаемой дамой.”
  “- Умом догадываюсь, что зря, а всем остальным… Мы, мужики, такие – влипаем, как мухи в мёд, -“ попытался он отшутиться.
  “- Не лучшее сравнение, -“ фыркнула Лилия, -“ вообще-то мухи влипают во что попало.”
   Славка остановился, притянул её к себе и полез с нежностями.
  “- Перестань бурчать. Ты, только ты, и знаешь – я опять тебя хочу…”
   Она выскользнула из его рук.
  “- Не доводи до греха, неугомонный, мы так до дома сегодня не доберёмся.”
   Они вышли к платформе, и тут Лилия встала в раздумье.
  “- Не хочу на электричке, надоел мне этот общественный транспорт. Пойдём в посёлок, такси возьмём.”
  “- Ты представляешь, во что это выльется?”
  “- Не твоя забота, кавалер. Сегодня я угощаю.”
   Одинокая “лада-десятка” притулилась возле автобусной остановки. Через полуоткрытое окно сочился трепетный Иглесиас-папа, под лобовым стеклом стыдливо притаился листик с нарисованными шашечками. Местный извозчик подрёмывал, откинув голову на спинку сиденья.
  “- С добрым утром, страна,” - бесцеремонно разбудила его Лилия, -“ к вам явился замечательный калым. Нам приспичило на ночь глядя попасть в город Комсомольск.”
   Водила хлопал глазами, оглядывая подозрительную растрёпанную парочку.
  “- Это где такой?”
   Славка назвал район, таксёр выудил откуда-то помятую карту области, пошарил по ней пальцем и присвистнул.
  “- Ё-моё, ребята… До МКАДа километров пятьдесят, а там чуть не пол-Москвы обогнуть надо, и потом ещё около восьмидесяти… Если на пробки и гаишников не нарвёмся, всё равно в один конец часа три уйдёт.”
  “- Превалирующая доминанта ваших умопостроений не подлежит сомнению, но всё-таки давайте поближе к нашим барашкам. Три тысячи устроит?”- осведомилась Лилия.
   Арифмометр в башке простоватого труженика руля щёлкал вполне оперативно.
  “- Какие три? Пять. Ребята, поймите правильно – обратная ходка у меня верняк впустую будет. ”
   Лилия торговаться не стала, молча порылась в сумочке, сунула в окошко несколько купюр, открыла заднюю дверь и подтолкнула Славку. Они расположились рядышком в правом углу, машина взяла с места, и Славка прошептал Лилии укоризненно :
  ”- Ты с ума сошла, что за барство?”
   Она повернулась к нему и так же тихо ответила :
  ”- Если не заткнёшься, я тебя задушу. Для начала поцелуями.”
  “- Идея похвальная, я согласен,-“ прошептал Славка, и они впились друг в друга, и дышали друг другом, пока у обоих не закружилась голова. Пару раз Славка ловил в зеркальце взгляд водителя, недоверчиво посматривавшего на чумовых клиентов. Любопытство, смешанное с подозрительностью, явно разбирало его. И когда Славка с Лилией отвалились в стороны, переводя дух, он сделал попытку ненавязчиво прощупать пассажиров.
  “- А чего на электричке не поехали? Если не секрет. Тут платформа совсем рядом.”
  “- Гражданин водитель, а звать вас как? Если не секрет,-“ спросила Лилия ему в тон.
  “- Михаил.”
  “- Оч-приятно, ну а мы… Рома и Юлия. Видите ли, Михаил, у нас сегодня событие – корпоративный бонус на службе обломился, и мы решили профукать его на такси да кабаки. Что поделать, на большее ума не хватает. Вот и весь вопрос.”
   Корпоративный бонус... Славка едва сдержался, чтобы не заржать, а таксист ещё раз внимательно глянул через зеркало, хмыкнул и на время примолк. У сладкой парочки, несомненно, верховодила дама, и её острый язычок давал понять, что все поползновения завязать доверительный диалог будут пока что вежливо, но непреклонно отклоняться.
   Меж тем, выскочив на трассу и оставив в стороне россыпь огней Подольска, машина углубилась в многоэтажное скопище московских пригородов. Движение стало более плотным, а впереди, от горизонта до горизонта, сияла, моргала и переливалась всеми цветами радуги необьятная столичная иллюминация. То ускоряясь, то натыкаясь на возникающие временами заторы - “дачники прутся, в неудобное время попали”, чертыхался водила – “лада” вынырнула наконец на шумную четырёхрядную окружную и, с ходу проскочив во вторую полосу, погнала в восточном направлении, оставляя мегаполис по левому борту.
   Лилия задремала, посапывая в славкино плечо, голова то и дело сползала вниз, и вскоре ей это надоело. Стянув с себя куртку, она постелила её Славке на колени и улеглась калачиком вдоль сиденья. Его и самого клонило в сон. Присмотревшись к дорожным указателям, Славка в уме прикинул, что они не проделали ещё и половины пути, и решил, что сомкнуть на полчасика глаза не помешает.    Но не прошло и пяти минут, как машина стала притормаживать, а сквозь закрытые веки Славка уловил какое-то мерцание.
   Он открыл глаза и приник к стеклу. На правой по ходу обочине открылась во всём своём безобразии картина дорожной аварии.    Тревожная пульсация маячков на крышах “Скорой” и двух дэпээсников, смятый, скрученный в дугу отбойник, из кювета торчит задняя половина авто с фордовской эмблемой, а куда улетела передняя, не понять вовсе. Крошево стекла, и нечто на носилках, накрытое светлой материей в тёмных подтёках…
  “- Кажись, очередной отъездился, -“ подал голос таксист.
  “- Или отлетался, -“ вяло поддакнул Славка.
   Долгое безмолвие утомило извозчика, и он обрадовался малейшему поводу почесать языком.
   “- Брательник у меня старшой, дальнобоем работает. Виделись на днях, рассказывал… Иду, говорит, из Белоруссии с грузом. Минское шоссе, правый ряд, всё чин-чином, не нарушаю и не превышаю. Москва почти уже видна, пост ГАИ впереди, метров сто остаётся… Тут справа, откуда-то из леса, не разбери дороги вылетает кабриолет и не тормозя лупит ему прямо в правое колесо. Ну тягачу-то ничо, даже не шелохнулся, а у кабриолета морда и левый бок в гармошку, а та, что рулила – поскольку крыши у тачки нет – через отбойник в кювет выпорхнула. Будь это где в глухомани, я бы, говорит, из-за такой дуры и тормозить не стал. А так, как честный дядя, притёр к обочине, сижу, жду. Гаишники это дело увидали, даже не стали мотор заводить, пешком подошли. Дальше пошло самое интересное. Выбирается эта каскадёрша из канавы – сопля в мини-юбке, лет семнадцати – на блюстителей ноль внимания, подлетает к тягачу и давай в дверь колотить. Вылазь, мол, козёл недоеный, хана тебе приснилась, теперь всей твоей фуры долбаной не хватит рассчитаться. Гаишники там, на Минке, мужики тёртые-перетёртые, и те малость охре…”
   Водила осёкся, оглянулся и пробормотал.
  ”- Ой, извиняюсь, что-то я разорался. Девушка, наверное, спит?”
  “- Ничего, продолжайте, очень интересно, -“ сказала Лилия, не открывая глаз.
  “- И смех, и грех. Картина Репина “блондинка в шоке”, одним словом. Менты было к ней : гражданочка, у вас хоть права имеются? Какие, на хрен, права – блажит – я тачку у мамки взяла, по лесу покататься, что тут такого? А мама кто? Директор “ооо-купи-продай” она, не слыхали про такое? И вообще я несовершеннолетняя, ко мне приставать не положено, отвалите по-хорошему и идите тащите службу, тут без вас есть кому разобраться. Мой папаня, мол, мужик суровый, генерал-лейтенант каких-то очень страшных войск, он сейчас приедет, всех раком нагнёт и маршировать заставит… Гаишники посмеялись, конечно, но братана отпустили, тем более что он претензий к этой кукле не имел. Недавно в новостях такую-же отмороженную показывали, тоже, скорее всего, чья-то дочурка. Человека насмерть переехала и спокойно дальше понеслась. Менты её догнали, окружили, требуют выйти из машины, а она, сука, сидит себе и хихикает по мобильнику : “ милый, представляешь, я щас какого-то дурика на дороге долбанула, кажись наповал. Теперь пра-аблем, наверное, будет…”
   Михаил покрутил головой и сказал с чувством.
  “- Я это всё к чему? Наш батя, старый коммуняка, тридцать первого года рождения, он при виде такого всегда говорит одно : Сталина на них нету. Плохо жилось, о свободах мечтали? Гамбургеров, тампаксов и мальборо хотелось отведать? Двадцать лет как ту свободу на прилавок выбросили – жрите на здоровье, только не подавитесь ненароком, а то несварение желудка приключится, конфуз будет на весь мир. Конфуз и вышел, а по-другому и быть не могло. Это батины слова, не подумайте, что я от себя разглагольствую. У отцов и детей, как говорится, своя правда. Чёрт его разберёт, послушаешь наших ворчунов престарелых, историю полистаешь – неужели и в самом деле эту страну лишь кнут, тюрьма да эшафот в чувство приводят?”
  “- О боже, ещё один философ…”- чуть слышно пробормотала Лилия. Потянулась, поёрзала на сиденье, устраиваясь поудобнее, и спросила :
  “- Михаил, простите за любопытство – а лет вам сколько?”
  “- Тридцать семь.”
  “- Ну-у, вам ещё рановато впадать в старческое брюзжание. Только я не совсем уяснила – ваша пролетарская ненависть направлена конкретно на глупых девиц за рулём или на поведение богатого хамла вообще?”
  “- Конечно, вообще… Да не пролетарская у меня ненависть, девушка…”- с досадой проговорил водила.
  “- Юлия, -“ вежливо напомнила она.
  “- Юлия, у меня в трудовой книжке стажа – два года. Всего. В девяносто первом, в ноябре, с армии пришёл – мы тогда в городе Алексин жили – на работу устраиваться смысла никакого, с зарплатой везде кидалово. Кто страной рулит – непонятно, то ли Горбачёв, то ли Ельцин. Знакомые все как один на барахолках, топчутся в валенках, греются палёной водярой и торгуют чем ни попадя, и в головах одна задача – настрогать рублёвой древесины, половину обменять на баксы, половину прожрать. Поглядел я на эту тоску, взял в напарники другана – тоже, как я, без дела мыкался – и погнали мы в столицу искать чего получше. А что Москва - там тогда тоже бардак был, как и везде. Выйдешь на площадь – митинг, свернёшь за угол – демонстрация. Как статью за тунеядство отменили – такое впечатление, все бездельники страны сразу митинговать ринулись. А что, языком чесать – не камушки ворочать, и денежка от кукловодов капает. Подрядились мы на стройку, частникам коттеджи под Химками лепить. Равшанам с джамшудами в ту пору было не до нас, они на другой стройке трудились – независимость свою возводили, да что-то там у них быстро всё обвалилось… Год с лишним уродовались мы как проклятые, жили по бытовкам и питались чем придётся. Скопил я худо-бедно на своего первого “жигуля”-трёхлетку и отвалил восвояси. С той поры зарёкся я, табу себе установил : никогда, ни за какие коврижки не мантулить на дядю, да и на государство тоже. Не интересен ты в этой новой стране ни властям, ни тем более барыге-частнику, и заработаешь ты у него не обеспеченную спокойную старость, а грыжу и радикулит.
  Ну и, как водится, худа без добра не бывает : на обратном пути посадила меня, видать, судьба в нужную электричку. Девчонка в ней из Москвы возвращалась, своя, тульская, на педагогический поступала. Слово за слово, дело пошло, и вот уже пятнадцать лет живём-поживаем, двое школьников-пацанов растут. Пока цены божеские были, поближе к Москве успели перебраться, домик построили. Она учительствует, а я всё так же – закону своему не изменяю, кручусь-верчусь единолично, никому не должен, и пенсии мне ни от кого не надо, дай бог здоровья – я её сам себе обеспечу.”
   Машина по плавной дуге соскользнула с МКАДа, беспрепятственно миновала очередной пост борцов за безопасность движения и устремилась по прямой, удаляясь от столицы.
  “- Вы оба помоложе, может, сложновато мою политику раскумекать. Сейчас ведь не жизнь стала, а гонка, спешка, суета – лет пять разницы в возрасте, а люди уже друг друга не слышат и понимать не хотят. Но у меня лично вот такая философия по жизни вышла.”
   Лилия молчала, и Славке показалось,что она беззастенчиво дрыхнет. Но минуту спустя она пошевелилась и сказала с ленцой в голосе:
  “- Что же здесь сложного, очень понятная философия. В какой-то мере мещанская, правда. Позволю одну оговорку : она хороша для претворения в жизнь в столице или её ближних окрестностях. Сдай, к примеру, квартиру в Москве студенту из небедствующих, а сам круглый год дыши воздухом на экологически чистой даче – или, как в вашем случае, на расстоянии вытянутой руки от центра. Разве не так? Подольский район, место вполне престижное, цены на метраж скоро Калифорнию догонят… А обитай вы километрах в пятистах отсюда?”
   Михаил махнул рукой.
  “- Не-е, Юлия, не переубедите. Согласен, в глубинке манёвра поменьше, но работать на себя можно везде, и не близость к Москве тут главное.”
  “- Хорошо, а с тем, что ваш батя, правоверный коммунист, не совсем прав, спорить не будете? Да, свободы и впрямь поначалу обожрались, импортная “вдова клико” в голову бахнула, но сейчас хоть какие-то правила игры обозначились. Я советскую власть в юном возрасте застала, не мне рассуждать о тех временах, но вы тут Сталина упомянули, кнут, плаху… А ну как возьмут и вернут наши правители всё назад, что делать будем? Построят всех в колонну и погонят на общественно-полезный труд, статью за тунеядство вновь в кодекс пропишут. Хочешь-не хочешь, а заставят план давать, дневной да пятилетний. Металл варить, варежки вязать, кирпичи на морозе класть… Лучше бы прелести тех времён не возвращать, как считаете? Или вы, как истый кухонный государственник, душой за всю страну радеете?”
   Михаил покачал головой, но не возмутился, а спросил осторожно:
  “- Юлия, настала моя пора извиняться. А вам самой сколько лет?”
  “- Двадцать пять, помнится. А что, выгляжу старше?”- притворно озаботилась она.
  “- Нет, говорите старше. Вы вообще какие-то странные клиенты. Спутник ваш что-то всю дорогу в рот воды набрал, молчит себе скромно… Вы супруги?”
  “- Да что вы, неужели похоже? Не, супруги не имеют права ездить на такси, тем более в такое время. Завтра рабочая неделя, все мужья-жёны сейчас дома сидят, мелодраму по телевизору смотрят, отпрысков бай-бай укладывают. Нам с утра тоже вообще-то на работу, ну да мы люди ночные, безалаберные. Дженерейшен некст. На вечеринах жгём, по клубам шастаем. А на службе отсыпаемся.”
  “- Хорошая у вас служба,-“ сказал простодушный Михаил,- “ и где такая?”
  “- О, мы трудимся в одном очень секретном НИИ - каком, сказать не могу. Мы там – специалисты. По связям с общественностью. Это такая популярная ныне профессия, для самых отьявленных бездельников. А парень у меня на самом деле не молчун, он ещё как говорить могёт, но только тогда, когда я отмашку дам.”
   Славка, чтобы сохранить невозмутимый вид, принялся потирать лицо ладонями. Михаил поднял глаза на зеркальце и, вероятно, лишь сейчас допетрил, что странная девушка Юлия попросту забавляется и метёт пургу.
   Лилии меж тем наскучило валяться и крутиться на сидении, она села и вытянула ноги.
  “- Устала? Потерпи ещё с полчасика, -“ сказал Славка.
  “- Конечно, устала. Сегодня весь день суматошный выдался, -“ откликнулась она ворчливо. Наклонилась к нему и шепнула :
  “- До самого подъезда ехать не надо. Останови его метров за двести, прогуляемся.”
   Славка, давно уяснивший, что вопросы задавать бесполезно, молча кивнул.
   Электронные часики на приборном щитке показывали половину двенадцатого, когда впереди в свете фар выплыл наконец указатель со стрелочкой направо, гласивший, что до Комсомольска остаётся десять километров. Машина свернула, и Михаил, всю дорогу если и превышавший, то ненамного, позволил себе расслабиться. Стрелка спидометра завалила за сотню, а поскольку на окольных дорогах частенько царствует закон подлости, беспечность, даже временная, неминуемо вознаграждается. Скучающая на въезде в посёлок бело-синяя “газель” замечена была слишком поздно, блюститель дорожного порядка бодро выскочил наружу, сверкая в лучах фар, как иллюминированный Дед Мороз, и затряс полосатой выручалочкой. Тёмной ночью тёмный лес, за кустами дэпээс… Михаил в сердцах харкнул в окно, притёрся к обочине и поспешил навстречу гаишнику, по шофёрскому ритуалу намереваясь пообщаться без лишних свидетелей. Оба, ведя душевный диалог, прошли к “газели” и скрылись внутри. Лилия с хмурым вниманием наблюдала за процессом.
  “- Может, пойдёшь уговоришь? Трудовой копейки человек лишается, - “ предложил Славка неуверенно.
  “- Ты идиот?! Мне - гаишника уговаривать? Придумай чего поумнее, -“ буркнула она, -“ отстегнёт сколько надо и вернётся, велика проблема. Ты же видел – тот и права у него не смотрел.”
   И действительно, не прошло и полминуты, как Михаил выпрыгнул из “газели” и заторопился обратно.
  “- Много взяли?”- полюбопытствовала Лилия.
  “- Двести, -“ процедил таксист, - “ родные кошки-мышки : где-то приобретаем, где-то теряем. Диалектика, м-мать твою…”
   На Мелиоративной Славка попросил притормозить. Разминая затёкшие суставы, он выбрался из машины, а Лилия, наклонившись вперёд, ловко сунула что-то Михаилу в нагрудный кармашек.
  “- Да перестаньте, Юлия, сам виноват, при чём здесь пассажиры…”- деланно возмутился тот.
  “- Протесты не принимаются, - “ сказала она, захлопывая дверцу, - “ вам эти сотни достаются тяжелее, чем нам. А философия ваша хотя и наивная, но лично мне она очень даже близка. Я серьёзно. Счастливой дороги.”

   В молчании они дошли до славкиного двора, и едва оказались в темноте, как Лилия остановилась.
  “- Давай постоим минут пять.Только помалкивай и без вопросов.”
   Славка мало что различал, лишь от доминошного столика доносились приглушённая возня и хихиканье. На пятом этаже распахнулось окно, и бдительная мамаша сказала грозно :
  ”- Оксана, марш домой, сколько можно повторять!”
  “- Да иду, иду. Блин, достала…”
   Судя по голосу, девчушка позднего школьного возраста. Извлёкши себя из шаловливых лап вожделеющего ухажёра, она прошмыгнула в подъезд, хлопнула дверь, и всё стихло. Кавалер щёлкнул зажигалкой, прикурил и побрёл в темноте в противоположный конец двора.
   Лилия замерла, вглядываясь в направлении славкиного подъезда, в тревожном безмолвии текли томительные минуты.
  “- Пойдём, -“ наконец глухо сказала она.
  “- Ты чего-то боишься?”- не выдержал Славка.
  “- Иногда бояться не помешает, -“ уклончиво ответила Лилия.
   Они поднялись на четвёртый этаж, вошли в прихожую, и только тут странное напряжение покинуло её.
  “- Ф-фу, как я устала, -“ выдохнула Лилия, сбрасывая куртку, -“ есть хочу, спать хочу…”
  “- Любви хочу…-“ закончил за неё Славка.
  “- А вот и фигушки. Мы просто ляжем спать, -“ заявила она, -“ я действительно валюсь с ног, и партнёрша из меня никакая. Тёплый душ, стакан чая и в люлю.”
   Она приказала ему включить чайник и проскользнула в ванную. За дверью зашумела вода, Славка взялся за ручку, оказалось заперто.
  “- Так нечестно, Джульетта!”- крикнул он в щель двери и отправился на кухню.
   И всё-же Лилия после визита к Яну заметно оттаяла, исчез снисходительный холодок во взгляде и разговоре, и даже с трудягой-извозчиком Михаилом – простофилей двухмерным – она временами общалась почти на равных. Славка ткнул чайник, сел за стол, и тут все посторонние мысли, даже эротические, вмиг вылетели у него из головы. Он вспомнил про архив.
   Все семейные бумаги хранились в правом нижнем отделе стенного шкафа, единым пластом в кубической коробке от старого, давно выброшенного пылесоса “вихрь”. От волнения руки мелко подрагивали, Славка раскрывал корочки документов и папки, заполненные старыми квитанциями, перебирал письма и открытки, но нигде не находил знакомого конверта из плотной бумаги. И фамилию того вертолётчика вновь запамятовал. Мясная какая-то фамилия, Буженинов, что ли… Да что там безвестный пилот, сам факт прошлогоднего происшествия в уральских лесах вердиктом самоуверенного гипотизёра Яна поставлен под сомнение. Ляпсус мемориэ у вас приключился, товарищ Вячеслав, обшибочка вышла, ищите другую истину. И в других местах.
   Славка добрался до дна коробки, на ковре громоздился приличный штабелёк бумаг, но конверт так и не обнаружился. А лежал он, помнится, где-то в верхних слоях. Повода для тихой паники, конечно, ещё нет, начал он себя успокаивать. Живём в режиме “угадай-ка”, откуда знать, кто мог здесь порыться и с какой целью. Скорее всего, текущий раунд игры угадал Ян, и конверта никакого нет. И тогда возникают совсем другие вопросы…
   Если украдены, то кем?
   Славка принялся складывать бумаги в обратном порядке, не особо сортируя. Не собираюсь я ломать голову, она и так плохо соображает на ночь глядя, думал он. Если конверт всё-таки был и кому-то вдруг понадобился, то эти игры и их смысл пока в любом случае ему неведомы. Ну и ладно, забавляйтесь на здоровье, лично мне всё это начинает понемногу надоедать. В некотором раздражении Славка задвинул коробку на своё место и закрыл дверку шкафа. Подойдя к столику, он нажал кнопку пульта – мелькали кадры какого-то боевика, взметались клубы пламени, разнообразный автотранспорт низвергался в пропасть и брызгали в экран кровавые сопли – и тут взгляд его упал на глебову книжицу. Обложка самиздатовского творения, уже двое суток позабытого на столе, претерпела некоторые метаморфозы. Приглядевшись, Славка заметил, кроме пространного и немного туманного “Принципы образования и жизнедеятельности независимых общественных форм” ещё несколько слов, приписанных ниже шариковой ручкой.    Нестройными печатными буквами кто-то вывел:
  ЧУПРУНОВ АЛЕКСЕЙ БОЛЬНИЦА ГОРЕЛКИ.



Рубрика произведения: Проза ~ Роман
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 120
Опубликовано: 07.08.2017 в 18:31
© Copyright: Александр Кулаков
Просмотреть профиль автора










1