Голос разума


Аннотация
Талантливый дирижер, обладающий еще и мощным гипнотическим даром, убеждает молодого подающего большие надежды хирурга, восстановить голосовые связки певца, надорванные на бесчисленных гастролях.
В дальнейшем хирург достигает невиданного совершенства и мастерства при выполнении подобных операций.
Дирижер опекает талантливейшего молодого композитора. Но, тот, по нелепой случайности, остается, вдруг, без голоса. Пользуясь давним знакомством, дирижер приводит композитора к ставшему уже знаменитым – хирургу. Хирург, не только выполняет успешную операцию, но и соглашается сотрудничать с дирижером и талантливейшим композитором. Таким образом, формируется команда единомышленников, задумавшая возродить высочайшую музыкальную культуру в стране, в противовес ущербному, построенному на деньгах, шоу-бизнесу, не дающему развиваться настоящим талантам.




Голос разума
Социально-фантастическая повесть в серии: «Из настоящего в будущее»
Не зная прошлого — не поймешь настоящего, не понимая настоящего — не сделаешь будущего.

Ты хочешь – пой, не хочешь – тоже пой,
не жди хвалы, богатства и почета….
За право быть самим собой
Плати всю жизнь по счету и без счета.

(Николай Скрёбов)





Глава первая:
Хирург
.


Этого «сумасшедшего» дирижера, Петр Васильевич - ведущий хирург окружного госпиталя, заметил, еще только войдя в отделение. В конце длинного коридора на кушетке, горестно склонилась его пышная фигура, с не менее выдающейся копной седых волос.
Попытка проскользнуть – не удалась.
- Петр Васильевич! Мы вас дожидаемся.- Подскочил, как ужаленный дирижер, указывая на сидящего рядом молодого парня, почему-то уцепившегося, обеими руками, в короткий отрезок бревна.
- Проходите в кабинет, - убегать, сославшись на неотложные дела, было поздно.
Пыхтя и тяжко вздыхая, посетитель последовал вслед за хирургом.
- Петр Васильевич беда! – горестно вскрикнул дирижер, так же, как и тридцать лет назад.
Тогда, тридцать лет тому как, он привел к Петру, - певца. Так же вскричал: «Беда!», - воткнулся в молодого хирурга гипнотическим взглядом. Долго уверял, что мир теряет талантливейшего из всех талантливых. Достойного мирового признания и славы! Убедил, молодого хирурга сделать, совсем, казалось бы -, немыслимое: Восстановить голосовые связки певца, надорванные в концертах, на бесконечных гастролях.
Тогда, он Петр, очень талантливый, подающий большие надежды хирург, сделал такую операцию впервые. Да и операция, показалась ему не такой уж и сложной. У певца открылась, не глотка, а как бы «пещера». Работать в такой глотке, удаляя многочисленные «узелки певца» и даже попытаться срастить надорванные связки, удалось, и, все закончилось лучше самых благих ожиданий.
Певец, действительно получил с тех пор мировую известность. Позже, не один раз хирург наслаждался его чудесным голосом. Будучи, любезно приглашенным, благодарными певцом или дирижером.
Петр Васильевич, после удачно проведенной операции, специализировался с тех пор на голосовых связках, легко справлялся с «узелками певцов». А затем и «узелками крикунов» - военных армейских командиров. Благодаря чему и перевели его в окружной госпиталь. Пациентов привозили к нему едва ли не со всего света. Накопилось у него, теперь уже, немало специализированного инструмента, всяких приспособлений, новых материалов и методик.
Разработал он и сам много уникальных методик и материалов, - получив, тем самым мировую известность и признание.

- Что случилось? Опять теряем певца мировой величины?- устало поинтересовался хирург, зная заранее, что обречен, делать очередную, наверняка сложную, операцию. Потому, как невозможно отказать этому «сумасшедшему» и его гипнотизирующему взгляду.
- Более того, Петр Васильевич! Мир еще не видел такого музыканта, таких уникальных способностей! – вскричал проситель.
- Ну что же, давайте его посмотрим, - обреченно выдохнул хирург.
Дирижер пулей выскочил в коридор и, ввел парня с отрезком бревна.
Заглянув в глотку пациента, хирург беспомощно развел руками.
Связок у парня не было. Не было совсем! Только жалкие обрывки тканей, когда-то бывшие голосовыми связками.
Дирижер яростно вонзился взглядом в доктора:
- Надо, доктор! Надо рискнуть, сделать все возможное и невозможное, но вылечить гениального музыканта и композитора!!! Дирижер энергично двинул кустистыми бровями – верный признак того, что он подчинил себе волю человека, которого усиленно гипнотизировал.
-Почему он ходит с этой чуркой? Я же не могу его с бревном поместить в операционную, - понял, что дальнейшее сопротивление бесполезно, заслуженный хирург.
Кроме того, ему крайне любопытно было узнать; каким образом человек может, так безжалостно лишить себя голоса.
Отсрочить операцию удалось, всего лишь на месяц. Пока, мол, пациент не пройдет полное медицинское обследование и не избавится от бревнышка удерживаемого «мертвой хваткой».
На самом деле, хирург четко понимал; понадобится изготовление новых специальных инструментов, поиск или выращивание искусственных тканей, подбор материалов и, разработка уникальной методики.
В течение месяца, дирижер, старательно проталкивал, пользуясь гипнотическими способностями, быстрейшее изготовление уникальных хирургических инструментов по чертежам Петра Васильевича. Позволил он доктору узнать и то, что чрезвычайно интересовало хирурга:
Оказалось, что наступившие тяжелые времена вынудили талантливейшего композитора пойти работать на угольную шахту. От нищеты он так и не избавился, потому, как и на шахте платили из ряда вон плохо. Но, по малости опыта, однажды заблудился он в шахте. Не смог спуститься в штрек (технологический капитально укрепленный, тоннель) А попал в так называемый шахтерами «завал». Заполз, в подземной темноте, от лавы (рабочего места бригады) в сторону завала ( пройденной, отработанной выработки) по той простой причине, что у него «выгорел свет» ( погасла шахтерская лампа)
Искать пропавшего шахтера на завале, чрезвычайно трудно и опасно! По мере прохождения выработки и отдаления лавы.
На завале, «кровля» непременно «садится» на «почву». Ломает установленные крепления, как спички. Все осложнялось еще и тем, что пласты угля на шахте были крутопадающими. Залегали под углом более семидесяти градусов к горизонту.
Да поначалу никто и подумать не мог, что занесло шахтера на завал. Парень же, находясь в полной темноте, в одиночестве, на глубине более пятисот метров под землей, среди треска и шума, ломаемых чудовищным давлением креплений, ежеминутно обрушающейся рядом «кровли» – едва не сошел с ума.
Все же горноспасатели разыскали его на пятые сутки.
Уцепился он «мертвой хваткой» за стойку крепления. Выжил только потому, что была у него при себе, фляжка с водой. Отцепить парнишку от стойки распирающей «почву» и «кровлю», не смогли. Поэтому и приняли решение, стойки крепления установить дополнительные (пробить кусты), а эту, спасительную, распилить, оставив минимальный отрезок в руках шахтера. Так и вывезли его – «на гора».
Тому, что парень молчит, лишившись голоса в бесполезных попытках докричаться, позвать на помощь, никто не удивился.
Наконец, обеспокоенный дирижер разыскал его в психиатрической больнице. Туда, пострадавшего быстренько постарались определить владельцы шахты, в попытке скрыть бесчисленные нарушения техники безопасности при горноразработках.
Однако, перенесенные потрясения еще более обострили врожденный талант молодого композитора! Теперь, никто не мог сравниться с ним в мире! Не было ему , по сочинительству равных - ни в одной стране!!!

Подготовка к операции, при деятельной помощи энергичного дирижера, продвигалась вполне успешно:
Подобрали искусственный материал совместимый с тканями пациента, выполнили лазерные замеры и компьютерный расчет геометрических размеров будущих связок, разработали новую уникальную методику. Даже «продышали» комплекты подготовленных связок на макете гортани.
Главный инженер завода медицинской техники лично принес изготовленные специально для уникальной операции инструменты, но не преминул пожаловаться:
- « Кого ты к нам направил Петр Васильевич?! - Зайдет, уставится своими глазищами и молчит, только бровями дергает, так молча по цехам и ходит. А после его визитов специалисты бросают любую срочную работу и, занимаются только изготовлением твоих инструментов!»

Психологи не смогли убедить пациента разжать пальцы и выпустить спасительный отрезок стойки. Тогда хирург просто расщепил бревнышко на множество мелких лучин, острым хирургическим инструментом. Руки пациента освободили.
Наконец настал день операции. Хирургу ассистировали все десять его лучших учеников, не считая операционных сестер и анестезиологов.
Двенадцать часов беспрерывной операции закончились блестящей победой! Теперь, оставалось выждать еще месяц, не отторгнет ли организм пациента искусственные ткани, будет ли срастание связок.

Опасения были далеко не перестраховкой: Еще при подготовке к операции, один из подготовленных экземпляров будущих связок, решили стерилизовать, окунув в спирт. К удивлению ассистентов, связки почти сразу же растворились в спирте. Пришлось использовать запасной комплект и, обойтись только лучевой обработкой уникальных материалов. Это обстоятельство и вызывало опасения хирургов.
Через месяц после выписки пациента, окончательно убедились, что все прошло вполне благополучно. Голос у парня восстановился, только стал несколько необычным:
Он говорил и даже пытался петь, но все на одной ноте.

– «Мы по его голосу теперь оркестр настраиваем – выдает идеальное «Ля»»,- сообщил при очередном визите благодарный дирижер:
- «Его, музыканты даже в шутку прозвали – «Камертон»


Глава вторая
Бомжи

Бомжи расположились на ночлег в запущенном городском парке:
Сообщество это – странное порождение увядающей цивилизации проникнувшей на территорию страны. Бомжи, бывшие когда-то деятельными людьми, а теперь не имеющие имен и фамилий. Осколки общества, лицемерно выбросившего их за ненадобностью. Только клички, сходные с номерами - продукты страшного общественного эксперимента, затеянного в девяностые.
Нет у них ни имен, ни фамилий. Знают друг - друга только по кличкам.
Бурно обсуждают последнюю новость. Даже Филька перестал бренчать на потертой, потрепанной, старой как монастырь гитаре. Все же «отмучив», свой ежедневный репертуар из современных попсовых «творений» навязываемых шоу-бизнесом.
Бродяги по крупицам складывают все слухи, собранные в разных местах на улицах и площадях небольшого городка. Из случайно где-то подмеченного, увиденного и услышанного, пытаются составить цельную картину:
Гадают, с какой целью в город тайно прибыла бригада хирургов и военный медицинский автопоезд, с передвижной малогабаритной хирургией.
Скудный ужин закончен. Теперь все стремятся расположиться поближе к костерку, неторопливо съедающему хворост собранный, тут же в парке. Все внимательно слушают очередную «мечталку», неспешно рассказываемую «Крючком». Всполохи костерка загадочно освещают одичавший, как и его обитатели - парк. На этом фоне и рассказ Крючка - звучит завораживающе и убедительно.
Крючок – длинный и худой, как жердь – бомж. Был он представителем первой волны обнищания. Когда еще разрушения в душе и сознании, по инерции компенсировались природным инстинктом самосохранения, не позволившим окончательно разорваться с человеческим началом. Крючком прозвали его за выраженную сутулость, часто наблюдаемую у высоких людей. Теперь еще и сутулость усиленную, вынужденным образом жизни, без жилья, без семьи, без средств. Но, тем не менее, не растворился он в серой массе собратьев: По разным причинам не пожелавшим подстраиваться под жизненные обстоятельства. Хотя и примкнул к людям братства добровольно отказавшегося; хитрить, убивать, воровать, ловчить, изворачиваться. Или, наконец, отправиться на поиски другой родины.
Закономерно, что высокий, с длинными руками и тонкими, удивительно длинными пальцами Крючок пользовался в этом уникальном сообществе заслуженным авторитетом. Он всем видом своим являл дальнюю связь с некогда фанатично интеллигентными людьми, привычно возвышающимися над толпой обывателей. Его повествования, произносимые совсем негромко, слегка надтреснутым баритоном, казались на первый взгляд, невероятно – фантастическими. Завораживала слушателей удивительная логика и образность, на редкость правильной речи. Он легко доносил смысл сказанного до сознания любого слушателя. Странным образом порождая, где-то в глубинах исстрадавшегося сознания, чувство сопричастности к окружающему человечеству. Сердца слушателей замирали от восторга, а в душах селилась робкая надежда на скорое благополучие в жизни каждого.
Сегодня, под сводом ночного неба, заброшенного парка, Крючок повествовал о Дирижере-гипнотизере и Камертоне. Их почти мистическом, и внезапном явлении в городе и загадочном поведении, которое настораживало и пугало:
-…Подходят они к группе бомжей всегда вдвоем. Один, тот, который сумасшедший дирижер, обладает еще и мощным гипнотическим взглядом. Посмотрит так, пристально, в глаза очередной жертве и, человек начинает выполнять его мысленные указания… - Неспешно повествует сказитель.

В этот момент все услышали вдруг, что кто-то подошел к костру, хрустнула ветка под ногой подошедшего человека. Настороженные взгляды тут же устремились в сторону звука.
В слабо освещенном пространстве ночного парка стояли двое.
Один невысокий и полненький с огромными выразительными, черными глазами и пышной шевелюрой. Он пристальным и цепким взглядом осматривает лица людей сидящих у костра. Его густые кустистые брови выразительно отмечают разочарование, при переходе взгляда с одного лица на другое. Наконец он «впился» взглядом в Хромого.
Хромой беспокойно заерзал, засуетился и поднялся.
Кустистые брови незнакомца быстро метнулись в сторону второго гостя. Совсем еще молодого и стройного, с красивыми и правильными чертами лица, печальными, умными глазами, густые с проседью волосы, придавали его облику, особую гармонию и вызывали симпатию.
Он кивнул и, открыв рот, издал протяжный звук:- А-а-а-а. Негромко, но удивительно приятно и музыкально прозвучало это а-а-а.
- чистое Ля,- прокомментировал тут же Крючок.
Кустистые брови выразительно метнулись к Хромому.
- а-а-а-а,- завопил Хромой.
-Ля диез,- отреагировал Крючок.
Кустистые брови, тем временем усиленно сигнализировали Хромому - вниз, вниз.
- а-а-а-а,- повторил попытку Хромой.
- чистое Ля, - подтвердил Крючок.
Сумасшедший дирижер подал знак своему спутнику и тут же Хромому.
- А-а-а-а-а-а-а, - дуэтом разнеслось в ночной тиши.
- Унисон,- отметил Крючок.
А взгляд Дирижера уже устремился, на - Сизого.
Как прокомментировал Крючок, Сизый, с первой попытки, выдал Ля бемоль, но исправился довольно быстро, подчинившись кустистым бровям.
- Одобрили кустистые брови и Косого, поначалу выскочившего на «Си», но вовремя исправившегося.
Когда уже все были просмотрены глазастым дирижером, обиженно вскочил, вдруг, Филька. И без всякого принуждения отчаянно завопил -а-а-а-а.
- чистое Ля, второй октавы,- отметил Крючок.
Дирижер еще раз внимательно осмотрел всю братию, равнодушно скользнул взглядом по лицу Фильки, кивнул крупной, увенчанной седой шевелюрой головой Крючку и, резко повернувшись, молча направился в сторону города. За ним последовали Камертон с Крючком. А также, Хромой, Сизый и Косой - удачно и уверенно, только что голосившие, в унисон с загадочным Камертоном.
Филька тоже нерешительно потащился, было за этой группой, но быстро отстал и, следовал за ними, как-то неуверенно, на почтительном расстоянии.
Глава третья
Концерт
Прошло несколько месяцев. Наступил, отмечаемый с некоторых пор ежегодно, городской праздник – «День города».
По такому случаю, на центральной площади смонтировали сцену, под специально изготовленным легким укрытием, оборудовали ее, как и положено, кулисами, микрофонами, прожекторами и прочими атрибутами эстрадного назначения.
В объявленное время к сцене потянулись зрители, в основном молодежь. Ожидалось, что приедет на праздник очередная знаменитость – певец «Йёя» из столицы.
Как водится, перед началом концерта выступил Мэр города, подвел итоги работы администрации за прошедший год, наобещал новых достижений и поздравил зрителей с праздником.
Затем сцену заняли местные - «самодеятельные артисты». Завыли электрогитары, ритмично забухали барабаны. Выскочили размалеванные, под некий телевизионно-гламурный стандарт - девицы. На зрителей, оглушающе-громко ухнули песни,- всё подражание всяким забугорным знаменитостям, на «английском» языке, с дико нелепыми приплясами.
Зрители, а среди них теперь было уже немало взрослых, многие пришли целыми семьями, вяло аплодировали после каждой песни. Некоторое разнообразие внес местный ансамбль народного творчества - исполнили несколько казачьих песен. Но и они не вызвали большого оживления среди зрителей. Так, как исполнение было далеким от совершенства, да и песни эти давно уже набили оскомину, звучали слишком часто, и каждый из слушателей в душе был уверен, что он - де, спел бы куда лучше. В общем, все ждали, когда же появится знаменитость, ждал и Мэр, пришедший с маленьким внуком. Пообещал он продюсеру знаменитости – Хренову, кругленькую сумму из городского бюджета. С большим пообещал сожалением. Сетуя на скудость городских средств, он все же выделил запрошенную сумму, лишь немного ее, урезав, и поставив условие; - деньги выплатят в кассе на следующий день, после успешного концерта.
Пауза – затянулась.
И вдруг на сцену выскочил какой-то бомж. Был он еще молодой, но истрепанная и грязная одежда, давно не мытые длинные волосы, клочковатая растительность на лице, все это, надежно и безошибочно указывало: человек на сцене – бомж.
Бомж, как попал на сцену, сразу же завопил, нарочито противным голосом: «То-о-о-ль-ко, рюмка водки на столе»
Медленно прохаживаясь, по сцене из края в край, он орал старательно одно и тоже: «Рюмка водки на столе». Больше он слов, наверное, не знал, даже если они и были в сём творении. На минуту скрывался за кулисами. И зрители надеялись, что он, наконец-то, перестал терзать им уши, но бомж выходил обратно и, продолжал все также горланить о рюмке водки.
- Филька, хватит вопить!!!- раздалось вдруг уверенно из толпы зрителей. Оказывается, были и те, кто бомжа того знал. Филька растеряно замер, но замолчал.
- Эй- ухнем!- донеслось вдруг издалека.
Эй, ухнем!
Эй, ухнем!
Еще Ра-а-з-и-к, е-е-е-щ-е раз!
По широкому проспекту, в ночной тишине, гулко разносилась песня в исполнении идеально звучащего хора.
- «Бомжи! Волокут что-то!», - прокомментировал один из зорких зрителей, разглядев небольшую группу, шествующую по проспекту в сторону площади. Теперь уже все зрители отхлынули от сцены и высыпали на проспект.
Вскоре все рассмотрели, что действительно группа бомжей тащит тележку с непонятным грузом.
Без всякого напряжения, бомжи выкатили тележку на площадь и подтащили к сцене. Потом задергали какие-то рычаги и, тележка с прикрытым брезентом грузом, стала подниматься, пока не сравнялась с полом сцены. Дружно и слаженно работая, бомжи перетащили груз на сцену и сдернули брезент. Перед зрителями предстал старый, весь обшарпанный, в трещинах и царапинах - рояль.
Без всякой суеты, степенно и спокойно, к роялю подошел высокий, слегка сутулый бомж. Уселся на стул, немного размял длиннющие пальцы и ударил по клавишам. Мелодия, вырвавшаяся из долгого заточения в душе музыканта, зазвучала завораживающе! Исполнитель оказался виртуозом!
- «Музыка Рахманинова – исполняет идеально!», - прокомментировал, один из просвещенных зрителей.
- Крючок! Давай «Первый концерт Чайковского!», - выкрикнул кто-то из бомжей, вдохновленный тем, что зрители замерли в восторге и по достоинству оценили исполнителя.
К удивлению зрителей, на сцену вдруг взобрался еще один бомж. Этого, по кличке «Мудрый», знал весь город. Многим доводилось и, не один раз, внимательно выслушивать и осмысливать, его философские суждения.
«Мудрый», бухнулся на колени и пополз вокруг рояля, внимательно осматривая, - что-то выискивал. Наконец, он нашел то, что искал.
Повозившись несколько минут, «Мудрый» отодрал от корпуса рояля жестяную табличку, по-видимому, когда-то варварски прибитую владельцем старинного инструмента:
- «Дребезжит, мешает слушать!», - чрезвычайно собою довольный, и удовлетворенный находкой, объявил Мудрый.
Тем временем сцену заполнили музыканты оркестра.
Вскоре перед зрителями предстал и Дирижер. Но, прежде, чем зазвучала музыка, он объявил:
- « Сейчас вы впервые услышите премьерный музыкальный концерт, нашего современника гениальнейшего композитора. Прошу приветствовать его аплодисментами»
Несколько смущенно, явно стесняясь неожиданного внимания, вышел композитор. Никому из зрителей он не был известен, только бомжи сразу же признали в нем Камертона.
Концерт начался: Тихо полилась замечательнейшая мелодия. Зрителям музыка сразу же с первых тактов показалась до боли знакомой и любимой. Мало того, звуки завораживали и объединяли мысли и умы слушателей в единый, огромный, всеобъемлющий мозг. Каждый из слушателей этого огромного мозга, зримо представил могущество и единство народа необъятной страны именуемой прекрасными словами Родина и Отчизна. Видел широчайшие просторы своей земли. Душою ощущал свободу и вольность предков на родных просторах.
Но вот зазвучали тревожные нотки, явно чувствовалась угроза огромной стране, её народу. Теперь уже представлялись громкие стенания, и плачь обездоленных женщин, болезненные стоны угоняемых в рабство непокорных юношей и мужей.
Но вот призывно и торжественно прозвучал клич к борьбе. И единый мозг почувствовал, то единение и бесстрашие, какое в отважном, стремительном порыве позволило защитникам народа разгромить наглого и свирепого завоевателя.
И вновь завораживающее наслаждение волей и свободой, прекрасные картины величавой природы, наслаждение вольной жизнью.
И снова наползают грозные завоеватели…
Вновь зов к борьбе и, победные звуки маршем проносятся в душах зрителей. Вызывая гордость и радость за великие ратные подвиги предков.
Такое чередование впечатлений в душах зрителей происходит многократно!
- Сколько же попыток завоевать мою Родину предпринимали враги?!!!- ясно представилось каждому из зрителей.
- Какое же мужество надо было, чтобы отстоять страну!!!
- Насколько же великий народ мне посчастливилось познать и продолжить его историю!!!
Концерт продолжался.
И когда уже зрители готовы были разразиться шквалом аплодисментов. Пораженные мужеством величайшего народа, выплеснуть весь восторг захлестнувший их души! Всколыхнувший голос разума.
Вдруг, послышались звуки разухабистого легкомыслия и тяжелые, мрачные мелодии подлости и предательства. Этими тягуче-мрачными звуками и закончилось исполнение прекрасного концерта. Омрачив, напоследок, восторженные души, пораженных слушателей, познавших на мгновения голос разума.

Потомков прекрасного и, так нелепо, все же покоренного народа.

Аплодисменты все равно взорвали тишину ночного города! И долго не стихали, призывая на площадь все новых и новых зрителей.
С новой силой аплодисментами всколыхнулась площадь, когда на поклон вышел композитор.
И как раз в этот момент, прибыла припоздавшая столичная знаменитость.
Полагая, что такими бурными аплодисментами встречают его, Йёя неторопливо выбрался из автомобиля и, старательно изображая величавую осанку, гордо направился к сцене.
Но, к его удивлению, сцену уже заполнили какие-то бомжи.
Выстроились в подобие народного хора и, четко разбились по голосам.
Певец, хотел, было закатить скандал, но тут к нему подскочил продюсер Хренов и удержал знаменитость готовую в ярости разбросать наглых бомжей.
- Мы рождены,
Чтоб сказку сделать былью! – грянул хор.

- «Бомжи, отребье, а какие голоса?!!!», - пораженная знаменитость едва не рухнула от изумления.

А песни, величественные и завораживающие, звучали и звучали, сменяя одну удивительную мелодию другой, еще прекрасней! Были тут и песни древних славян-землепашцев, отнимающих в тяжком труде земли, у величавых лесов, и песни дружинников, отправляющихся на защиту родной земли от злобных ворогов. И еще Бог весть, какие древние мелодии, извлеченные из генетической памяти народной Дирижером-гипнотизером. А может быть - это была всего лишь стилизация под старину гениального Камертона. Но, слова! Каждое слово песни врывалось в души слушателей, вызывая восторг и восхищение! А еще услужливая память возвращала зрителей в те далекие времена, подчиняясь воздействию чарующих голосов исполнителей.
Когда же зазвучали песни добровольцев и воинов отправляющихся освобождать народы Балканского полуострова от турецких завоевателей. И не только: «Прощание Славянки». Сознание зрителей вновь устремилось к единому всеобъемлющему коллективному мозгу и разуму.
Потрясенная знаменитость даже попыталась подпевать. Но тут же Йёя сам убедился, что его «шмелиное жужжание», «комариный писк», никак не уместно, на фоне завораживающих голосов исполнителей составивших прекрасный хор. Оставалось ему только заплакать.
А хор все еще потрясал души зрителей замечательнейшими песнями, проводя коллективный разум по всей исторической памяти мужественного народа непокорной страны. Да и не только своей страны, всей Европы, не один раз освобождаемой Великими Воинами народа освободителя, народа творца, народа созидателя!
Песенный концерт подходил к завершению, уже прозвучали мощно и потрясающе навеки бессмертные: «Варяг», «Амурские волны», «День победы», «Священная война». И … вдруг, на контрасте, несколько современных «хитовых» песен.
Объединенное сознание зрителей, долгое время, находившееся в ощущении единения и братства, сразу же развалилось, разбежалось по зрительским головам. И там в этих головах сразу же зашуршали, тяжко заворочались мысли; о невыплаченном кредите, о просроченном платеже за коммуналку, о необходимости одеть детей к школе, купить учебники, наконец, как-то умудриться заполнить холодильник продуктами. Потребительским проблемам было недосуг, не до единения, не до голоса разума.
Постепенно зрители стали расходиться.
Продюсер разыскал и притащил за кулисы обревевшуюся знаменитость. Там уже поджидали его, гастролирующие вместе с ним музыканты и группа приплясывателей из подтанцовки.
Трескотно, оглушающее - громко и ритмично бухнули барабаны, истерично взвыли электрогитары, затерзали слух зрителей пустозвонные, ничего не значащие песенки. Знаменитость исполняла свой затасканный репертуар! Когда-то и кем-то слепленный не из песен выстраданных душами народа, а наспех сочиненных кое-как, ради наживы, для бизнеса.
Но, что это?! Зрители расходятся, не отозвавшись на старания певца ни единым, даже жидким хлопком! Попробовал исполнить очередной «хит», нарочито противным голосом с выразительными кривляньями. Ничего не помогало – аплодисментов нет.
Недоумевающий продюсер бросился к группе танцоров:
- Давайте срочно шоу, на всю катушку!!!- Подтанцовка, появившись на сцене, старательно задвигалась, запрыгала, заизвевалась. Но, эффект получился обратный – ряды зрителей стремительно таяли!
Продюсер не унимался, требовал все новых и новых потрясающих шоу-эффектов. И, давно уже наученные ловким пройдохой, танцоры, привычно исполнили его требования: Девицы на ходу заголились, парни изобразили отчаянных «полуголых мачо», но припляс при всем том не прервали. Знаменитость, схватила подсунутую ловким шоуменом гитару, и ухнула ее об пол. Затем, разбросав ногой, остатки гитары, Йёя разодрал на себе концертный костюм, украшенный множеством стекляшек и блёсток. Но, истеричного, и такого привычного, визга впечатленной толпы не последовало.
Певец заскочил за кулисы:
- Давай на всю катушку! – настойчиво и суетливо потребовал Хренов. Певец знал, что значит: «Шоу на всю катушку», не один раз пользовался этим приемом, хотя уже порядком и подзабыл его – не возникало в том необходимости. Но теперь надо было спасать проваливающийся концерт: И Йёя ринулся на сцену. Подлетел к ударной установке, отшвырнул барабанщика и заколотил головой в барабан дробно и ритмично, как того требовал музыкальный ритм песенки. В голове его загудело, но таких привычных, визгов и восторгов толпы зрителей не слышно. Оставалось остановиться и выйти на заключительный поклон.
И тут, привычно и низко склонив, на самом краю сцены голову, он вдруг услышал:
- Деда?! Этот дядя совсем дурак?!
Перед сценой стоял маленький мальчик, держа за руку Мэра города. Это единственные зрители, вынужденно дожидающиеся окончания эксцентричного шоу.

Глава четвертая
Мудрый
Прошедший концерт, надолго, всколыхнул голос разума и сознание слушателей. Не минуло, такое состояние и «Мудрого». Он окунулся в невеселые размышления:
- А в стране-то все идет своим чередом; экономисты с юристами «кошмарят» производство. Руководители всех рангов бесконечно «мониторят» неизвестно что, называя это неизвестное «непонятной ситуацией». И все дружно предлагают бороться с коррупцией. Школьники тоже «мониторят» бесполезные учебники, тщетно пытаясь добыть хотя бы какие-то знания.
- Процветают только владельцы сотовых телефонных компаний. Еще бы! Еще никому не удавалась такая грандиозная авантюра, быстро позволившая прочно присосаться к кошелькам. Не идут в сравнение с ними, даже прославившиеся чехи:
Именно те, чехи, которые ловко умудрились дважды продать Эйфелеву башню в Париже, якобы, на металлолом. – Так философствует Мудрый, пытаясь разобраться с происходящим в городе, да и во всей стране.
Столичная знаменитость задержалась в городе, в ожидании, когда продюсер получит обещанные мэром деньги.
К вечеру певец заметил, что горожане массово мигрируют на окраину города к заброшенному парку. Любопытство и желание узнать все тайны странных горожан, вынудило его последовать в том же направлении. Поплелся за ним и верный, «прочно приклеенный деньгами» продюсер Хренов.
Из глубины парка доносилась тихая музыка, и негромко пел хор.
Вскоре певец оказался у тлеющего костра. Вокруг, в окружении огромной толпы слушателей, сидели и тихо напевали участники вчерашнего хора. Песня чарующая и мелодия замечательная!
- Ужинать с нами будете? – угодливо подскочил к знаменитым гостям Филька, - я сейчас яичницу поджарю.
Певец брезгливо взглянул на Фильку, замызганного и лохматого, на огромную чугунную сковороду, дымно калящуюся на углях костра. И, неожиданно для себя согласился: - « Будем!» (вдруг в этом секрет небывалой голосистости)
- Я, сейчас, я мигом, - обрадовался Филька. И метнулся к маленькой кадке с надписью: «Солидол». Зачерпнув ложкой из кадки приличную порцию смазки, Филька старательно размазал ее по сковороде.
Затем добыл из сумки несколько десятков небольшого размера странных яиц. И принялся колдовать над сковородкой, ласково, загадочно и обещающе приговаривая: - «Сегодня у нас вороньи яйца, они вкуснее, сорочьих». Затем посолил, приправил зеленью аппетитно пахнущее блюдо. Стащил, каким-то диковинным ухватом сковороду с костра и поставил перед гостями:-«Прошу, приятного аппетита»,- бросил он им еще и непочатую упаковку одноразовой посуды.
- С такой закуской, не грех и выпить.- продюсер Хренов извлек из-за пазухи объемистую фляжку и вопросительно посмотрел на поющих бомжей.
- Нет, нет, нам нельзя! Хирург категорически запретил , - энергично запротестовали певцы.
- Какой хирург?! Где он? – встрепенулся продюсер.
- Там в автопоезде, - наивный Филька ткнул рукой в сторону фур темнеющих неподалеку.
- Не болтай Филька! – строго прикрикнул на него Мудрый.

Голос разума всколыхнул и сознание Мэра города:
- «Откуда появились в нашем городе, такие изумительные музыканты?!», - мучительно«мониторил он непонятную ситуацию». При этом, бесконечно сожалея о том, что никто ему не может разъяснить странное, но столь замечательно сложившееся положение во время концерта.

- Сергей Иванович! Тут к вам на прием ломится какой-то бомж, - доложил охранник с проходной.
- «Как его имя?», - вскинулся, в предчувствии скорой ясности мэр.
- «Говорит – Мудрый», - отчитался охранник.
- Пропустите его, - облегченно вздохнул мэр.
«Мудрого» он знал лично, еще с тех пор, когда был тот одним из самых талантливейших инженеров города. Знал и историю бед постигших этого человека, но в силу обстоятельств, ничем помочь, до поры, не мог. Несмотря на приятельские когда-то отношения.
И, ведомо ему было, что началось все тогда, когда завод, на котором трудился талантливый инженер, выкупил вдруг известный в стране ресторатор и владелец целой сети торговых комплексов – Хапугин. Противостоять сделке, затеянной Хапугиным, поддерживаемой на самом верху влиятельными чиновниками, Сергей Иванович, не смог. Позже. Стать на защиту инженеров, жестоко угнетаемых, ресторатором, он тоже был не в силах. Хотя и знал, что Хапугин ничего не смыслит ни в металлообработке, ни в материаловедении. Завод ресторатор вскоре успешно обанкротил и, продал вместе с домом, когда-то построенным заводчанами для своих работников. Теперь «Мудрый» бомжует, хотя интеллект не растерял. И вполне оправдывает свое прозвище полученное еще в заводскую бытность. Даже гордится им. Вроде, как псевдоним:
- «Сергей Иванович! Надо открыть зеленый музыкальный театр, пока зрители не вытоптали весь парк», - сходу заявил посетитель.
- Откуда появились эти замечательные музыканты? На вечерние концерты, которых ломятся все жители города? – с надеждой на осведомленность Мудрого, поинтересовался мэр.
- Это все затеял гениальный Дирижер-гипнотизер. Задумал он возродить музыкальную культуру в стране. Устал, говорит, от бестолкового шоу-бизнеса, не дающего ходу истинным талантам, настоящей музыкальной культуре. Говорил я с ним вчера вечером. Замечательнейший человечище!!!
- А композитор у них откуда? Ведь, как я понимаю, именно в музыке основа их успеха?
- С этого парня все и началось. Имея прекрасные музыкальные способности, потерял молодой талантливый композитор однажды голос, по нелепой случайности. Дирижер разыскал искуснейшего хирурга. Который не только восстановил голос молодого композитора, но и согласился помогать дирижеру. Теперь они все трое, - одна команда.
- Потому и прибыл в наш город медицинский автопоезд с мобильной хирургией? – начал догадываться, в чем дело - мэр.
- Да, дирижер разыскивает людей с идеальным музыкальным слухом, даже среди бомжей. А профессор со своей командой настраивают им голоса. Технология и методика отработаны у них до совершенства, под силу им создать любой тембр голоса, за одно, и излечивают певцов.
- Ну что же в таком деле, не грех поучаствовать. Вот только где взять средства? Хор ведь и приодеть нелишне? - решается Сергей Иванович.
- Сергей Иванович, там, у кассы продюсер Хренов - истерит. Требует деньги за вчерашний концерт, - сообщил охранник.
- Пусть зайдет ко мне, - ухмыльнулся мэр.
Продюсер примчался сразу.
… - Задача любого шоу – привлечение зрителей, - толковал продюсер, защищая провалившийся концерт.
- Ты, в какой стране живешь? – не выдержал Мудрый.
- Как в какой? В той же где и вы - нашей общей, - опешил продюсер, от наглости неожиданного кабинетного бомжа.
- Вот именно, что в нашей. Твой концерт, для нашего народа – невиданная дикость. Все равно, что попытка накормить медведя сеном, а для привлекательности поливать еще то сено кетчупом. Кетчуп и есть твое шоу с приплясами. Потому и разбежался народ с концерта, отказался медведь от сена.
Выпроводить продюсера и убедить, что никакой оплаты их деяние не заслужило, оказалось гораздо сложнее. Пришлось вызвать охранников.
- Вот вам и средства на костюмы для хора, - удовлетворился счастливым разрешением проблемы Сергей Иванович.
Но Мудрый не спешил покидать кабинет:
- А ведь начиналось разрушение нравственности, с кока-колы, жевачки, колбасы и забугорной попсы. Всю эту муть старательно вколачивали в мозги, вот такие продюсеры Хреновы, - потянуло философствовать Мудрого.
- Разрушили народную нравственность, основу многовековой культуры и появились сразу же Хапугины, - отозвался на голос разума мэр.
- Кстати, наш Хапугин затевает строительство, в том парке, торгово-развлекательного центра. Уже подключил высокопоставленных покровителей, звонят мне ежедневно, - печально продолжил мэр.
- надо пригласить губернатора на концерт. Надеюсь у него больше возможностей, чтобы справиться с Хапугой. - Быстро нашелся Мудрый.
На том они и расстались, весьма довольные встречей и принятым решением.
                                                                             Глава пятая.                                                                                
                                                                                        
Еще не все потеряно

Через две недели в некогда заброшенном парке смонтировали сцену, когда-то устанавливаемую только по большим праздникам на центральной площади. Были теперь в импромизированном музыкальном театре, и места для зрителей. Хотя, конечно же, они не могли вместить всех желающих послушать чудодейственные концерты. Поэтому множество зрителей свободно стоят вблизи сцены, среди зелени и природы, наслаждаясь дивными мелодиями.
А концерты не прерываются ни на один день. И каждый вечер сознание зрителей устремляется к единому всеобъемлющему мозгу, к коллективному сознанию и разуму.
Прибыл однажды на вечерний концерт и губернатор, настойчиво приглашаемый мэром города. И Хапугин, не отказавшийся от своих агрессивных планов, сумел вызвать в город своего высокопоставленного Покровителя.
Камертон, как раз к этому концерту, подготовил особенно впечатляющее и мощное по воздействию на слушателей произведение.
Сознание слушателей мгновенно устремилось к единению, к единому разуму. Устремилось туда же и сознание доброжелательно настроенного губернатора, и брыкающееся сознание Хапугина и даже его Покровителя. Мрачной тенью все еще бродил среди зрителей столичный певец с продюсером. Смертельно обиженные тем, что предназначавшиеся для них деньги потрачены на каких-то бомжей. Но и их брыкание медленно, но уверенно замирало.
Для хора не успели сшить концертные костюмы. Как и прежде певцы вышли кто в чем, в основном - в тряпье. От этого исполняемые хором песни еще больше, до глубины души, потрясли губернатора и Покровителя, умчали их сознание к коллективному разуму!
На следующий день губернатор настоятельно потребовал, чтобы не только построили музыкальный театр, но и жилые дома для прекрасных музыкантов. Организовал даже, для незапланированного строительства соответствующее финансирование.
Покровитель распек унылого Хапугина:
- Ты, в угоду забугорным фирмам, владельцам всяких супермаркетов, уже весь регион застроил «Пятерочками», «Перекрестками», «Магнитами», да «Каруселями», сколь еще можно вестись на мелкие подачки от торговых компаний, загребающих в нашей стране миллиарды!!!
Мудрый тоже не угомонился, по его предложению в городе открыли «Инженерный центр». Это позволило в кратчайшие сроки возродить заброшенные заводы и цеха в городе. Промышленность не только возродилась, но еще и мощно развивалась.
Теперь уже рабочие, и служащие различных предприятий, не пытались жаловаться в прокуратуре, на задержку заработной платы. А просто увольнялись, переходили на другое производство!
Оживились и фермерские хозяйства в округе. Небывалый наплыв желающих помогать им в развитии сельскохозяйственного производства, мощно поднял экономику фермерств. Горожане стремились теперь закупать продовольствие непосредственно на фермах – экологически чистое и полезное. Да, и сами фермеры организовали «Ярмарку фермерских вакансий», что очень быстро позволило доставлять продукты питания горожанам на дом. Избавив их от походов в супермаркеты, за фальшивыми, красивыми упаковками, ибо назвать то, что было в этих упаковках, продуктами было бы неразумно.
Голос разума, пробужденный в душах народа, не угас. А поднял на борьбу, на битву великую с небывалым врагом. Врагом, захватившим непокорную страну. Самым подлейшим и гнуснейшим способом, проникнув в головы и овладев душой каждого. Имя этому врагу - Потребительство! Горожане, долгое время смиренно подчинявшиеся участи покоренных ажиотажным слепым покупательством , перешли к созиданию!
Меж тем, людская молва разнесла славу о невиданных концертах замечательных музыкантов, широко по всей стране. Зрители приезжали теперь уже не только из ближайших городов, но и из самых отдаленных районов. Достигли, такие слухи и столицы. Особенно после того, как вернулся популярный певец Йёя.
Прибыв в столицу, но повел себя весьма странно - стал вдруг, злейшим врагом шоу-бизнеса.
Не один раз бывшего популярного певца видели на концертах и репетициях популярных «звезд». Там он непременно срывал выступления, громогласно выкрикивая:- «Это пошло, фальшиво, безобразно!!! Никому это не нужно!!!», или что-либо в том же духе.
Вскоре его стали сторониться, тем более, что он прекратил свою концертную деятельность, расторгнув все контракты. Причем без публичного заявления о прекращении выступлений, и прощальных гастролей. На концерты и репетиции его теперь не допускали, всюду предупрежденная охрана была настороже. Его продюсер - Хренов, на беспокойные вопросы, загадочно отвечал: - «Йёя, сразил бомжеград»
Прослышал о необычном событии и популярный режиссер – Свистюк. Вернее был он Свистюком, только в начале своей карьеры. А теперь, добившись популярности, требовал, чтобы на афишах непременно указывали: «Режиссер - Anatol Svist»
Наслушавшись россказней возмущенного продюсера Хренова. Решил режиссер, выехать в захолустный «Бомжеград». Прихватил он и всю команду помощников.
Попал на концерт невиданных музыкантов режиссер, в сопровождении продюсера Хренова и, не отстающего от них стилиста Коекакина к окончанию вечернего представления.
Анатолю, тут же захотелось внести изменения в репертуар замечательного хора. Он важно вскарабкался на сцену, юркнул за кулисы, желая поближе познакомиться с певцами, после окончания концерта.
Осмотрев артистов, теперь, уже одетых в новенькие строгого покроя костюмы, режиссер объявил, что всех их он принимает с сегодняшнего дня в свой коллектив, название которому: «Русичи».
Продюсер Хренов, торопливо подсунул каждому и потребовал подписать, заготовленные заранее контракты. Свистюк, приступил к бурной деятельности: Ткнул пальцем в Хромого и распорядился:
- «Из этого сделайте Элвиса», - далее тыкал режиссер в каждого из исполнителей и требовал непременного изменения сценического образа каждого из певцов.
Целую неделю в парке, теперь уже «Зеленом музыкальном театре», стояла тишина. Бомжи у костерка, обсуждали, как избавиться от внезапно свалившейся напасти, заставляющей их петь на тарабарском языке. Ладно бы еще на удивительно им всем приятном и невероятно мелодичном - итальянском или французском, а то, на торгашеском – английском. Дирижер и Камертон, еще накануне, вместе с медицинским автопоездом исчезли, также внезапно, как и появились. Выход нашел и предложил Мудрый: - «Против этих законников надо действовать так, чтобы они не могли воспользоваться услугами юристов, сделаем вид, что мы согласны с ними. А Хромому придется сыграть основную роль.»

По парку озабоченно метались, в окружении помощников стилист Коекакин, и продюсер Хренов.
Наконец, им удалось выловить Хромого. Тот нисколько не сопротивлялся, только недовольно хмыкнул, когда на него стилисты напялили, подобие костюма Элвиса Пресли. И больно ущипнул елейно воркующего вокруг него, пышнотелого стилиста Коекакина. Ущипнул, специально припасенными пассатижами. Уловил удачный момент, когда Коекакин, как раз, надирал певцу кокон, на буйной шевелюре бродяги и, повернулся к Хромому удобным для щипания местом. Сие хулиганское действо, конечно же, противоречило установке Мудрого. Но, до глубины души уязвленный диким нарядом певец, считал, что таким клоуном выходить на сцену ниже его достоинства. Еще он надеялся, что у стилиста достанет ума, и он не отважится демонстрировать в суде ущемленное пассатижами срамное место.
Наконец, город запестрел афишами:-
«Большой гала-концерт! Anatol Svist и его музыкальный коллектив «Русичи»… далее, дата, время, стоимость билета»
В назначенное на афишах время, зрители заполнили все места и все пространство в парке. Хренов ловко распродал все билеты – аншлаг!
Согласно заготовленному режиссером сценарию, на сцене появился, разбитной ведущий: «Сегодня, к нам в гости приехал Элвис Пресли»… и замолчал, услышав громкий хохот зрителей.
Из кулис показался Хромой, в невероятно нелепом наряде. Случись воронам, воробьям, или любым другим птицам увидеть такое огородное пугало, в дырявой соломенной шляпе на лысой голове, они бы бедные, навсегда покинули привычные места обитания.
Далее концерт пошел, не по сценарию режиссера, а как и всегда, и все следующие затем дни - взметнул мысли и сознание зрителей к единому разуму.
                                                                                       Эпилог

Впечатленный дивными концертами, Анатоль Свист возвратился в столицу и стал с тех пор, лучшим другом и единомышленником бывшего популярного певца Йёя.

В совершенно другом городе, на поляне у вечернего костра, расположились бомжи.
Тихо к группе подошли двое…



2016г. Константин Стэнк г.Волжский.











Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: Совершенная хирургия, бомжи, невероятная голосистость, гениальный композитор.,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 28
Опубликовано: 21.04.2017 в 14:31
© Copyright: Константин Стэнк
Просмотреть профиль автора










1