Проза. Кирилл Мазилов


Проза. Кирилл Мазилов
«ПРЕДАТЕЛЬСТВО»
Отрывок из книги

Станислав подцепил вилкой сразу три дольки лимона — он чувствовал, что борьба с первой рюмкой будет непростой. Одним духом выпил и долго кривился от горечи коньяка и кислоты лимона. Константин же проглотил содержимое бокала, не моргнув глазом, как заправский алкоголик. Шеф сразу же вновь наполнил рюмки. Станислав пытался помахать рукой, показывая, что ему стоит наливать поменьше, но было непонятно, к чему относятся его жесты: то ли к манипуляциям, которые шеф производил с бутылкой, то ли молодой человек такими движениями пытался унять жжение во рту.
Вторая рюмка уже не вызвала у Станислава таких неприятных ощущений. Он пытался убедить себя в том, что пьёт невкусное, но очень полезное лекарство. Шеф стал ещё более разговорчивым и, что было по-настоящему удивительным, рассказывал о своей жизни очень личное, а такого он раньше никогда не делал. Та черта характера, о которой так лестно только что отозвался шеф — умение слушать — явно была ему самому не присуща. В те редкие моменты, когда Станислав пытался поддержать разговор и высказать своё скромное мнение, Константин, не дослушав, перебивал его и продолжал загибать свою линию. Станислава это, однако, не слишком беспокоило: так ему было даже проще — просто сидеть и слушать в пол-уха пьяные монологи шефа. Пожалуйста, с него не убудет. Может, ему даже удастся вынести из этих излияний нечто полезное для себя, как это нередко бывало, когда у Константина начинался словесный понос. Заодно и шеф проникнется к подчинённому тёплым и дружескими чувствами, если тот послушно сыграет роль внимательного священника. Стас вспомнил слова шефа о том, что в любой жалкой раковинке можно неожиданно для себя отыскать ценный камешек, и примерил эту гипотезу к самому шефу. Эта мысль от души его рассмешила. Хотя он подумал, что шеф скорее похож не на жемчужную раковину, а на обросшую водорослями мидию, и Станислав заулыбался ещё шире. Шеф же принял его улыбку как оценку какой-то из произнесённых им метких шуток. Только в этот момент Станислав подумал, что было бы неплохо всё-таки послушать, что же там вещает его собутыльник. Константин продолжал свою тираду.
— Так вот и получалось, что мне никогда не бывало подолгу интересно с одним и тем же человеком. Каким бы не было первое впечатление, вскоре выяснялось, что даже за глубокими суждениями (что было крайней редкостью) кроется такое же мутное застоявшееся неглубокое болото, как и во всех остальных людях. И я терял всякое расположение к человеку.
А мои мысли, если я силился их предельно ясно растолковать, неизбежно понимались лишь через призму этой недалёкой глупости, отчего смысл терялся безвозвратно. Тогда я понял, что пытаться объяснить то или иное, — это пустая трата времени, и лучше этого не делать. Впоследствии я также осознал, что бывают ситуации, когда тебя вынуждают на подобные объяснения. И чтобы не заходить снова в глухой угол, лучше оставить всё на прежней дистанции или ещё радикальнее — просто перестать общаться с человеком.
У большинства людей есть одна основная потребность: быть нужным кому-то. Ради этого они готовы на многое, если не на всё. А у меня всё по-другому. Моя потребность — это чтобы все меня оставили в покое. Такая вот жизненная трагедия.
Я был обычным парнем. Таким же, как все. И так же, как ото всех, от меня чего-то постоянно ждали. Сначала родители, потом учителя, затем моя девушка. Тебе тоже должно быть знакомо это чувство. От человека постоянно чего-то негласно требуют. Но я не могу жить и поступать так, как хотят окружающие. И, получалось, что я хронически не оправдывал чьих-то ожиданий. Видимо, из-за этого мне должно было быть нехорошо, но этого не было. Мне было безразлично.
Станислав был уже не рад, что стал вникать в разговор. Звучала, по его мнению, явно какая-то несуразица. И, удивив и повеселив самого себя, произнёс:
— А, может, выпьем? — Глупо улыбнувшись, Станислав поднял бокал перед собой. Они чокнулись и осушили фужеры. Затем Станислав снова открыл рот — ему показалось, что он знает, что сказать. Но он ошибся или потерял мысль, которая только что крутилась на языке. Шеф выжидающе посмотрел на него. И тогда Стас быстро нашёлся: — Я вот, например, предпочитаю собрать все существующие мнения… — он запнулся, — а потом принимать окончательное решение. — Смысл сказанного он подчеркнул уверенным кивком головы. И в этот момент только понял три вещи: во-первых, он только что сморозил что-то совершенно неуместное, во-вторых, бутылка коньяка, которую недавно принёс официант, пуста, и в-третьих, он уже прилично пьян. Константин же, поняв, что продолжать свою мысль Стас не намерен, нагнулся над столом и похлопал подчинённого по руке, с самым серьёзным видом заявив:
— Это ты молодец! Настоящий научный подход. — После чего расхохотался, окончательно обескуражив Станислава. Тот даже не сопротивлялся, когда шеф подозвал официанта и заказал ещё коньяку и лимонов в сахаре.
Все вокруг плясало и кружилось, и перед глазами Станислава то и дело появлялась красивая картина, на которой был изображён сюжет бала в старинном особняке из романа Толстого. Но эту роскошь всё же периодически прерывал голос шефа, который доносил до него информацию о том, что Константин, поняв, что нетерпим к людям, сперва пробовал искать причины в себе. Он считал, что это происходит из-за его эгоизма. Ведь он был единственным ребёнком в семье и привык к неограниченному личному пространству. Поэтому, когда он, покинув родительский дом, стал жить со своей девушкой, его часто многое не устраивало в совместном быте с другим человеком. Несмотря на то, что его девушка была совсем непритязательной и не слишком требовательной, он постоянно задыхался от недостатка собственной свободы. Ему казалось, что его избранницы слишком много вокруг него. И это состояние только усугублялось со временем. И тем хуже ему становилось оттого, что им постоянно не хватало денег. Он вынужден был самостоятельно находить выход из положения, так как не мог признаться в том, что они тратят слишком много. Это обстоятельство оказалось для него наиболее значимым. Он почему-то был не в состоянии просто сказать, что этого они делать не будут, а тут сэкономят, хотя раньше совсем не считал, что так зависит от мнения окружающих.
Тут Станислав снова усмехнулся вертящемуся в калейдоскопе окружающему миру. Как же! — подумал он, — не сильно зависит от мнения окружающих! Ха! Это Костик-то? Да я же всегда знал, что он самый напыщенный сукин сын на планете! — И тут же спохватился, не произнёс ли этого вслух. Похоже, он так и сказал это про себя, поскольку шеф и дальше продолжал говорить о своём.
— Я подрабатывал по ночам. Брал заказы на междугородние поездки. Если «бомбить» по городу, — много не наработаешь, тем более, когда это у тебя лишь приработок. Поэтому я заранее находил клиента на дальнюю поездку и отвозил за приличную плату. Тогда у нас ещё не было такого обилия служб такси и можно было хорошо вписаться в конъюнктуру. Но часть денег вперёд получить не всегда получалось, поэтому я частенько ехал туда голодным. Представляешь, дома говорил ей, что не успеваю и поем по дороге, а сам экономил на обеде. Так однажды от истощения и переутомления чуть не угробил себя и пассажиров. Возвращались в ночь, погода была совсем паршивая, и я гнал, как сумасшедший. Хотел быстрее вернуться, получить свои деньги, перекусить чего-нибудь на скорую руку и завалиться спать. Сил не было вообще. И тут вдруг два пятна дороги, освещаемые светом фар, задрожали и завертелись перед глазами. Я едва не потерял управление и начал резко тормозить. Остановилась машина на самой обочине, одним колесом нависнув над канавой кювета. Кажется, я закрыл глаза, когда это начало происходить, — и только это меня спасло. Инстинктивно я ещё чувствовал, где верх, а где низ, и поэтому остался на дороге. Иначе, если бы я верил тому, что мне показывали уставшие глаза, я бы на огромной скорости влетел в глубокий кювет, и история бы закончилось не столь удачно.
Он сказал «задрожало и завертелось перед глазами». Совсем как сейчас у Станислава.
— И что было дальше? — спросил Стас, сглотнув слюну.
— Когда мои пассажиры отошли от шока, испуганно начали спрашивать меня о том, что произошло. Это была семейная пара — мужчина лет 45 и женщина моложе его лет на 10. Она просто недоуменно спрашивала «что случилось? что произошло? почему мы так резко остановились?», а он был куда решительнее настроен: обмолвился, что меня можно и к ответственности за такое привлечь. Я думал сначала соврать им и сказать, что на дорогу выбежало животное, но потом почему-то плюнул на все и рассказал им правду. Объяснил, что давно не ел и не спал. Потому и перед глазами все поплыло. Мужчина смягчился, а женщина вообще, казалось, вот-вот расплачется. В этот момент я в первый и последний раз признался в чём-то другому человеку, да ещё и не одному человеку, а сразу двум. Место, в котором мы едва не вылетели с трассы, было в полукилометре от населённого пункта. Мой клиент вылез с заднего сидения машины, подошёл к водительской двери, помог мне подняться на ноги, отвёл и посадил на переднее пассажирское место рядом, а сам сел за руль. Водил он не слишком уверенно — видимо был длительный перерыв в практике — но добрались мы быстро. В ближайшем городке он остановил у освещённой забегаловки и, заглушив мотор, помог мне выбраться. Внутри было тепло и уютно. Я обессилено упал на стул. У меня не было выбора и, если честно, совсем не было физической возможности сопротивляться происходящему, и я решил довериться моим клиентам. Правда, теперь уже было не до конца понятно, кто кому оказывает услуги, но это меня больше не волновало. Казалось, мне должно было быть жутко стыдно оттого, что я им признался в своём положении, но этого чувства не было. Парочка заказала огромное количество еды для меня и что-то перекусить себе. Когда принесли заказ, я просто неприлично набросился на еду. Съев всё, что передо мной поставили, я так согрелся, что ужасно захотел спать. Я понимал, что мне нужно взбодриться, ведь ещё предстояло около половины пути домой. Но когда мы вышли из заведения и добрались до машины, я практически засыпал на ходу. Такое со мной было в первый раз в жизни. Мужчина видел моё состояние и не позволил мне сесть за баранку. Он посадил женщину вперёд, а меня уложил на заднее сидение. Проваливаясь в сон, я лишь подумал о том, что это совершенно неправильно и всё должно быть совсем иначе, но к тому моменту я уже не руководил ситуацией.
Проснулся я в городе возле своего дома. За плечо меня тряс мой пассажир. Они посмотрели мой адрес в документах, которые лежали в бардачке, успели вызвать такси, чтобы добраться до дому, а меня привезли на моей же машине к подъезду. Женщина дожидалась около уже подоспевшего такси, а мужчина протягивал мне вырванный из блокнота листок, на котором было что-то написано. Когда я пришёл в себя, он сказал, чтобы я закрыл машину и шёл домой. На листке же был номер его телефона. Он сказал, что, если мне что-нибудь понадобится, я могу ему звонить в любое время. Я лишь тупо кивнул в ответ. Он спросил, могу ли я идти, и я снова кивнул. Пара села в такси и унеслась прочь. А я снова сел в машину и рассеянно глянул на листок, словно не мог понять, что он делает в моей руке. Потом я огляделся и увидел на приборной панели деньги. Мужчина оставил почти вдвое больше, чем мы договаривались. Только тогда мне стало стыдно. Я изорвал листок с телефоном, спал до утра в машине, а когда моя девушка разбудила меня утром и с перепуганным видом спросила, почему я сплю в машине, я сказал ей, что наше решение жить вместе было ошибкой. Больше я этого не хотел. Она ничего не поняла, но я и не пытался объяснить. Я ведь говорил тебе, что объяснения бывают поняты правильно крайне редко. А с ней они не бывали поняты до конца, наверно, никогда. Поэтому я и не старался особо. Просто знал, что другого варианта не существует. После этого дня она несколько раз искала встречи со мной, хотела поговорить. Она считала, что я был бы прекрасным отцом, и проблема в том, что мы не завели ребёнка. Хотя это похоже на стандартную женскую причинно-следственную связь… Впрочем, не знаю. Она любила меня, и я её тоже, но я не смог бы так больше. А о том, что она говорила о ребёнке, я с тех пор думал часто. Меня убивала одна мысль о том, что мой ребёнок мог что-то просить у меня, а я не был бы в состоянии ему это дать. Мы бы шли с ним гулять, за два дня тратили всю мою зарплату, а потом бы голодали весь оставшийся месяц. Только я бы не стал дожидаться конца месяца — наверняка бы покончил с собой. Тогда я понял, что не готов к такой жизни. И, может, никогда не буду готов…
Константин, наконец, замолчал и крепко о чём-то задумался. Станислав же думал о том, как похоже то, что шеф рассказывал про свет фар, на то, что мелькало перед его глазами сейчас. А ещё у него возникла мысль о том, что завтра, наверно, будет жутко болеть голова. Он продолжал думать о коротком участке дороги, вырванном из темноты светом автомобильных фар, когда они выходили из ресторана, когда садились в такси, когда он добрался домой, долго возился с ключом у входной двери, когда, наконец, справился с замком. В последний раз он подумал об этом когда, не раздеваясь, рухнул на кровать и в очередной раз безуспешно попытался приструнить вращающийся вокруг него мир. Неровности асфальта сливались в сплошные линии, уносясь на огромной скорости под капот, отрезки дорожной разметки появлялись из темноты и, в мгновение ускоряясь, одолевали освещённый участок дороги и исчезали под колёсами. Свет фар дрожал, и казалось, что скорость неуклонно нарастает. Станислав хотел остановиться, он даже просил кого-то ехать помедленнее, но не мог повернуть голову, чтобы понять, кто сидит за рулём. Может, вёл машину он сам. И хотя в жизни он этого не делал, во сне ведь это возможно. Он смотрел на мчащийся асфальт и снова пожаловался в пустоту, что едут они очень быстро и вообще ему очень хочется спать. Похоже было, что никто его не услышал. Станислав уже было смирился с тем, что вместо сна ему придётся до самого утра наблюдать за ночной дорогой, как совершенно неожиданно фары выхватили из темноты ночи бетонную стену, перекрывающую дорогу. Через долю секунды автомобиль, на котором летел Станислав, разбился в лепёшку.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Другое
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 116
Опубликовано: 20.02.2017 в 21:56
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1