Как у меня на вахте паровоз водили



Подготовку к большому заводскому ремонту я опишу с точки зрения третьего механика, должность которого я и занимал в 1976 году на РТМ «Пролив». Составление ремонтных ведомостей меня абсолютно не волновало. Для этого были старший механик, групповой механик, возможно, и механик-наставник,я же в этом ни малейшего участия не принимал.

А вот что касается непосредственной подготовки моего заведования к ремонту, тут я могу припомнить все детали, многие из которых меня самого очень тогда удивили.
Так, старший механик, приказал мне установить на один из четырех вспомогательных двигателей неисправный регулятор числа оборотов. Кроме того, заменить исправные, в нормальном, по крайней мере, состоянии форсунки, опять же негодными, неисправными. Таковых набралось на два двигателя из четырех.

- Нам и двух рабочих движков хватит, - объяснил мне Валентин Васильевич, через два дня будем у ремонтного причала, двигатели вообще остановим. Электропитание дадут с берега. А всё, что на дизелях стоит, рабочие в цех унесут на ремонт. И получим через год все с иголочки. И в загашнике будет хороший регулятор и форсунки неплохие, ты их сам помаленьку и переберешь.

Я понял так, что в этих делах есть определенная логика, и мне, салаге, лучше не спорить. Дед лучше знает.
- А почему через год? Подменка вон за месяц ремонт делает.
- Ты хрен с пальцем-то не путай. Подменка делает чисто профилактику, моточистку, на большее у них ни времени, ни умения нет. А здесь нас починят капитально. Но придется годик минимум постоять.
- Да что тут годик делать-то, ну объясните, Васильевич, молодому толком. Ну три месяца, ну четыре, ну, полгода ведь, наверное, достаточно.
- Полгода, конечно, срок немалый, уложиться работяги могли бы. Но сил у них не хватает. Смотри, наши соседи, такое же судно, уже на выходе. Увидишь, что завтра буквально будет. А во-он там «Взморье стоит», тоже наш «систер-шип». У них после отхода «Буревестника» как-раз ремонт и начнется.

Я никак не мог врубиться в тему.
- А почему только сейчас? И что завтра-то будет?
- Сейчас – потому, что все их отремонтированные насосы, компрессора, сепараторы в цеху еще стоят. Их теперь начнут на место ставить. Двигателям ремонт ведётся, но темпы возрастут. За трубы возьмутся всерьёз. Да сам увидишь, сходи на днях туда.
- А завтра-то что будет?
- Так, Миша, ты на вахте, кажется? Так иди и вахтИ. А мы тут со вторым в город съездим, по старым адресам пройдем. Или просто в кабак закатимся. Посмотрим, что тут в этой сфере изменилось. МДМ-то точно работает, да не люблю я его. «Волна» закрылась. В «Поплавок» что-ли податься? Ну, это нам таксист все растолкует, где музыка хорошая, где девчонки. А ты, смотри, никому ничего не давай с судна без моего разрешения.
- А что я могу дать? У меня и нет ничего.
- Так, я сказал, ты услышал. Никому – ничего.

Начальство уехало, береговое питание обещали дать с утра. Проверив вахтенного моториста, я развалился на диване с журналом.
- Ты мне мозги заполоскал, - дверь открылась. Начальство, оказывается, еще было на судне. Умытый и побритый, Васильевич нагрузил меня по самые помидоры работой:
- А ведь нас в ремонт из-за тебя не примут! Ваша вахта должна была все танки на переходе почистить, а у тебя конь не валялся. Так что беритесь прямо сейчас. Ты на суточной, в каюте нечего валяться. Тосик твой через час на вахту заступает. И слесарь целый день байдыки бьет. Давай его в танк, от моего имени распорядись. А Тосик пусть ведра выливает.

С танками, действительно получилось нехорошо. Закончив промысел в Центральной Атлантике, ЦВА по нашему, мы снялись на Лас Пальмас. Два дня перехода Витя Варапутов, второй механик, использовал по максимуму и силами своей вахты и слесаря, масляные танки, а их и было-то всего три, и небольших, помыли и протерли насухо.

Нам ничего не оставалось делать, как отложить очистку топливных танков, а их ни много, ни мало, как 14 штук, на переходе от Канар до Ильичевска. Старший механик сказал, что в моё распоряжение поступят матросы палубной команды, у них на переходе рабочей силы переизбыток. Я и поверил по неопытности. А хоть бы и не поверил, как и когда мыть все эти танки? Человек я был на рыбном флоте новый, к тому же с высшим образованием, да еще и с пароходства. Ко всем этим категориям на рыбаках относились с предубеждением, а на мне они все три сошлись!

По выходу из Лас Пальмаса, на второе утро я связался на вахте со старпомом:
- Чиф! Мне людей обещали для чистки танков. Вчера уже отоспались, давай сегодня с утра, сколько сможешь.
- У тебя ВРШ сколько градусов показывает? ( речь о развороте Винта Регулируемого Шага).
- Ну, 21.
- А шкала на сколько?
- На 25. Так же, как и у вас на мосту. Что за вопросы?
- А ты вот дай 25, тогда и людьми тебя обеспечу. А нет, не взыщи.

Несведущим я поясню, что я не то, что 25, но даже и 21 с половиной дать не мог. Обороты двигателей мгновенно бы упали, судно могло вообще остановиться. Да и не положено вахтенному механику менять режим работы главной силовой установки. Для этого старший механик и капитан есть. Отговорки, короче. Шутки, и скорее всего, похмельные.

Утром, по настоянию стармеха, одел мой молодой моторист прорезиненный костюм. Второй моторист, хитрован Тосик, направился к врачу, и тот его освободил от тяжелой работы, разрешив только вахту стоять. Саша Изюров нырнул в танк, начал там ведра совком наполнять и подтаскивать их к горловине. Моей задачей было принимать полные ведра, выливать их в мазутный танк и возвращать Саше.

Производительность труда была у нас на крайне низком уровне. Воодушевлять Изюрова я не спешил, потому, что представлял себе весь объем работ и ничтожность наших усилий. Как-то что-то почистив, мы закруглились, и до Одессы почистили всего ничего. Матросов я не дождался, конечно, шум тоже не подымал. Народ был занят.

Продолжалось уничтожение бренди типа «Терри» и «Фундадор», разводили питьевой спирт, полировались банановым ликером, купленным жёнам в подарок. Отсыпались. Упаковывали испанские покупки в самодельные чемоданы, сделанные из картонной тары. Заготавливали из мороженой рыбы деликатесы. Не до танков было.

Но и вахты же стоЯлись, правда, не в полном составе. И работы велись: и на траловой палубе, и в рыбцеху, и в мехмастерской.

И вот теперь сказка про белого бычка получает новое продолжение. А я–то мечтал сразу на отгул выходных дней уйти. Не тут-то было. Вздохнув и переодевшись в робу, я пошел искать безропотного Толю-сварщика. Тосик-же (не путать с Толиком) заступил на вахту. Опустив слесаря в танк, я вышел из машины. Работу я организовал, чего же еще? Но совесть, эта маленькая, но вредная моя составляющая, не давала мне покоя. Спустившись опять в машину, я обнаружил возле горловины два полных ведра и выглядывающего из танка сварщика.

- А где Тосик?
- Не знаю я. Ты пока сам ведра вылей, а то мы так опять ничего не успеем.

Злой, как собака, я освободил вёдра от топливных осадков и ринулся искать вахтенного моториста. Его не было нигде. Мало он у меня крови попил в рейсе. Да был бы у меня другой моторист первого класса, я бы и на СРТМ не ушел через месяц, и вся жизнь по другому бы пошла. Точно-точно. Все в жизни решают случайности вроде этой.

Я вернулся в машинное отделение опять, вылил полные ведра в уже приготовленные бочки, топливо становилось все гуще. И тут по трапу спустился сияющий Тосик – Анатолий Омельчук, если правильно помню. Рот до ушей, хоть завязочки пришей.

- Ты где же это шляешься?
- Паровоз водил.
- ?! Какой, блин, паровоз?
- Самый настоящий. Портовый. Выпросил, сигаретами американскими машиниста угостил. Я же паровозник, Миша! Я знаешь, как их люблю, паровозы-то!

- Ну, блин! И спали у меня на вахте мотористы, и выпивали, бывало, но чтобы паровозы водить!!! Такое и придумать – то невозможно. Так что вы уж мне поверьте, что так оно и было! Ей Богу не вру!



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Мемуары
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 78
Опубликовано: 15.01.2017 в 19:08
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1