Рассказ неизвестного адепта.


Рассказ неизвестного адепта.
Я ехала в уютном купе новенького блестящего вагона и любовалась заоконными пейзажами, когда дверь плавно отворилась, и в купе вошёл худой человек в потёртой шляпе и поношенном пальто.
Невольно подумалось: "Неизвестный адепт".
Человек, не раздеваясь, неторопливо сел на соседнее сиденье и посмотрел на меня. Черты его напоминали древний лик Спасителя  на старинных иконах.
От его появления мне стало неловко:  удивило, что он вошёл на ходу и был совершенно без багажа!
Но мои подозрения сразу рассеялись, как только широкая белозубая улыбка озарила его лицо.
Васильковые глаза его весело смеялись, и, казалось, подпрыгивали и искрились, как синие угольки.
На фоне жёлтого лица они выглядели несколько неестественно и даже пугающе, но обезоруживающая улыбка сделала своё дело: я прониклась неожиданной симпатией к своему спутнику и улыбнулась ему в ответ.
Он сидел и не произносил ни слова. Улыбка медленно сходила c его  лица, и я вдруг почувствовала, что сознание покидает меня, и я погружаюсь в какое-то странное, сомнамбулистическое состояние, похожее на сон в душной комнате.
Очертания предметов исчезли, и вместо них возник южный пейзаж, с кипарисами и белым знойным небом, а я оказалась сидящей на камне, около большого Храма, рядом с моим попутчиком, только он был одет иначе: на нём был хитон из грубой ткани и сверху что-то наподобие римской тоги, небрежно наброшенной на плечи  и мягко спадающей до земли.
Тут я отчётливо осознала, что передо мной Он... Сам Иисус, во всей своей божественной красоте.
Иисус, как ни в чём не бывало, поднёс мне какой-то сосуд  и предложил выпить. Я не отказалась, а Он молча смотрел, как я с жадностью осушаю сосуд до дна, до капельки, как будто не пила сто лет и умираю от жажды.
Убедившись, что я достаточно осоловела и пообвыклась, Иисус наклонился ко мне и шёпотом спросил:
 - Bыполнишь ли ты Мою волю, расскажешь ли ТАМ, откуда пришла, всё, что Я поведаю тебе?
Я, пребывая в абсолютном благоговении, ответила:
- Расскажу! Ведай! - и, уставившись на Него оловянными глазами, приготовилась слушать Истину, которую, несомненно, Он готов был мне поведать, поскольку Истина в Боге, а Бог - в Истине.
И тут Он начал свой необычный рассказ, который потряс меня до глубин души моей, до дна сердца моего и перевернул моё сознание навсегда...

"Полдень дышал зноем: ни единого облачка на небе, ни малейшего ветерка. Только зной и мертвая тишина. Но это лишь на первый взгляд — город жил привычной жизнью. Укрывшись в тени огромного кипариса, о чем-то болтали две женщины; неизвестно откуда доносился цокот копыт и крик одуревшего от жары ишака.
Старец с проседью в бороде подтолкнул к дверям дома девочку. Та отличалась от соседских ребятишек светлыми волосами и голубизной глаз. Захария выторговал её у нищенки за десять серебрeников. В дальнем темном углу дома на скамье сидела Елисавета — бесплодная супруга — и штопала дыру на хламиде. Услышав шаги, она отложила работу, поднялась навстречу мужу. Захарий поставил ребенка перед собой и возложил на его плечи руки с вздувшимися венами и обкусанными ногтями.
— Слушай женщина и молчи! Бог не дал нам ребенка, но одарил меня мудростью великой! Отнесись к девочке как к дочери, а я возьму на себя её воспитание. Не хочу, чтобы наш род сгинул из-за твоей беспомощности. Для достижения этой цели надо использовать любой шанс!
Елисавета безропотно выслушала мужа. Она-то сразу поняла, для каких целей муж привел в дом чужого ребенка. Всякие слухи ходили о сомнительном благочестии Захарии.
Губы старухи дрогнули и скривились в вымученной улыбке...
Сытая и чисто одетая девочка быстро привыкла к своему новому положению. Через пару месяцев она называла Захария учителем, а Елисавету — теткой. Однажды старец, имевший сан священника, подозвал девочку к себе и усадил на колени.
— Сегодня, Мария, мы посетим Храм Господень! Веди себя хорошо и ничего не бойся.
Иерусалим задыхался от духоты. Дождей, которых так ждали жители города, не предвиделось. Абсолютно чистое, выжженное небо светилось неестественной голубизной и не предвещало ничего хорошего. Улицы вымерли. Редкие прохожие, выскочившие по неотложным делам, словно призраки, растворялись в знойном мареве. Захария поднялся на крыльцо и отворил массивные двери.
— Заходи, здесь мы спасемся от солнца, — сказал он и пропустил ребенка вперед.
В храме было прохладно. Огненное светило оказалось бессильно в борьбе с толстыми стенами из песчаника. Старец завел ребенка в абсолютно тёмную комнату, без окон, без освещения, без мебели. 
— Это Святая Святых, дитя мое, — тихо, но торжественно произнес учитель. — Ты еще слишком глупа, чтобы всецело осознать, где находишься. Но знай: тебе предстоит соприкоснуться с великой тайной и стать ее неотъемлемой частью. Подойди ко мне!
Из всего сказанного Мария поняла только то, что надо подойти.
Старец давно вынашивал планы рождения нового Бога. Бога, который навяжет пастве рабское мировоззрение, усмирит её нравы и взойдет на трон славы, прославляя род Захарии. Но это будет потом, а пока надо пользоваться моментом и под предлогом посвящения Богу, удовлетворить свои потребности.
Мужчина опустился на колени и провел рукой по мягким, вьющимся волосам ребенка. Затем стал осторожно гладить по плечам, бормоча что-то под нос и закатывая глаза. Малышкой овладел страх. Она заплакала. Старец прижал Марию к себе и задрал на ней рубаху.
— Не бойся, дитя мое! Так надо! — сказал он и повалил ребенка на каменный пол.
Мария плохо помнила, что произошло дальше. Внезапная боль разорвала ее изнутри. Что-то большое и горячее входило в нее, как тупой нож. Старец ладонью прикрыл ребенку рот и продолжил грязное дело. Ничто не могло его остановить в этот момент: ни плач жертвы, ни сострадание, ни сам Всевышний. Захария застонал, конвульсивно дернулся пару раз и затих, придавив своим телом Марию. Той показалось — он помер. Однажды она наблюдала, как умирал сбитый римским всадником мужчина. Как дергались его ноги, а из разбитой головы текла кровь. Прошло какое-то время, прежде, чем старец пришел в себя, поднялся и поставил на ноги истерзанного ребенка.
— Никому не говори, что здесь произошло, дитя мое! Отныне ты принадлежишь Богу! Бойся разгневать его, — предупредил он, вцепившись сухими пальцами в плечо малышки. Полой хитона мужчина вытер кровь с ног ребенка. — А теперь пойдем, я угощу тебя сладостями!
Каждый шаг приносил страдания Марии. Она снова заплакала. Захария поднял ее на руки и прижал к груди. Солнце палило сильнее прежнего. Горячий воздух обжигал легкие и затруднял дыхание. Очнулась Мария дома. Елисавета вымыла ее прохладой водой.
— И не жалко тебе ее? — обернулась она к Захарию.
Захарий достал священные свитки и вслух прочитал:
— Когда взрослый мужчина имеет половые сношения с маленькой девочкой, это ничего, поскольку, когда девочке меньше, чем три года, то это как будто кто-то вонзает палец в глаз, слезы подступают к глазам... но зрение возвращается, так и невинность возвращается к маленькой девочке, которой меньше трех лет. Так записано в Талмуде. Или ты хочешь сказать, что Талмуд ошибается?
Мария чувствовала себя немного лучше, но боль не отступала. Старуха коснулась губами ее горячего лба. Намочила тряпку в уксусе и обмотала ребенку голову.
— Садись, перекуси!
На столе стоял кувшин с вином, блюдо с фруктами и глиняная чашка с медом. Захария прищурился и внимательно посмотрел на ребенка, разбавил вино водой и заставил выпить.
— Это придаст тебе сил и снимет боль! — сказал он и стал куда-то собираться.
***
Захария, сын Варахиина, принадлежал к священническому роду и пользовался почетом в народе. Бесплодная Елисавета вынуждала его принимать меры к продлению рода иными путями, пусть и не совсем ей приветствуемыми. «Что такое порядочность, нравственность, мораль? Привитые обществом, в котором родился и вырос, эталоны поведения и мышления. Их можно и переступить ради высших целей!» — считал Захария и неукоснительно следовал своим убеждениям.
Прошло 12 лет с тех пор, как Мария поселилась в доме любвеобильного священника. В один прекрасный день она сообщила ему, что беременна. Старец заволновался, долго потирал сухие ладони и что-то прикидывал в уме. Наконец он хлопнул себя по лбу и широко улыбнулся.
— Дитя мое, — обратился он к Марии. — Когда родится ребенок, объявим всем, что родила Елисавета. Мне нужен наследник! Я мечтал о нем всю жизнь! Сегодня же скажу старухе, чтобы носила под одеждой маленькую подушечку и с каждым месяцем эту подушку меняла на более объемную. Создадим видимость ее беременности. А ты реже появляйся на людях. А лучше — сиди дома, читай Тору. Вдохновленный радостной новостью, он достал пергаментный свиток и стал что-то быстро писать.
Так и вышло, как хотел Захария! Иерусалим быстро облетела весть о чуде: благодаря Всевышнему, бесплодная Елисавета родила мальчика, которого счастливые родители нарекли Иоанном. Елисавета, как заботливая мать, не отходила от ребенка. Захария во всеуслышание благодарил Господа и пел ему оссану.
Марии разрешалось нянчить малыша и кормить его грудью. Она смотрела на своего мальчика и не хотела с ним расставаться.
— Ничего, — успокаивал её Захария. — Ты молода и красива! Выдам тебя замуж, и родишь еще.
После этих слов, он долго не находил себе места. Видимо, его посетила новая, более великая мысль!
Спустя три месяца, Мария опять забеременела. Захария потирал руки. По его возбужденному виду и приподнятому настроению легко было догадаться, что он задумал нечто! Старый лис обладал изощренным умом и даже предсказывал некоторые события. Впрочем, он их сам планировал и воплощал в жизнь, но осторожно, боясь скомпрометировать себя и выставить не в лучшем свете. На следующий день он отправился в Назарет.
Дорога измотала Захарию, но цель, преследуемая им, стоила того. Остановился он у старого вдовца Иосифа, из рода царя Давида, но пребывавшего в бедности и занимавшегося плотничеством.
— В нашем захолустье есть дома более подходящие для отдыха таких высоких гостей! — робко намекнул он Захарии, когда увидел священника на пороге своей хибары.
— Ты мне нужен, ибо послан к тебе Богом! — ответил гость, чем вверг хозяина в сильную растерянность.
Захария сел на топчан, скинул сандалии и попросил лохань воды. Иосиф беспрекословно исполнил указание. Гость опустил в воду утомленные дорогой ноги.
— Налей вина, — приказал он, прежде, чем посвятить Иосифа в тайну.
Дневная жара сошла на нет. С улицы доносились еле различимые разговоры, мычание волов и крики какой-то женщины. Захария отдохнул с дороги, открыл глаза и поманил к себе плотника.
— Тебе надо жениться!
— Бог с тобой, господин! Я уже стар для таких развлечений. Да и кто за меня пойдет?
— Есть у меня на примете дева, — начал Захария. — Женишься на ней, и она вскоре понесет, но не от тебя, а от Духа Святого!
«Уж не сошел ли с ума священник?!» — подумывал Иосиф, искоса поглядывая на гостя. Но тот словно не замечал его настороженного взгляда.
— Истину тебе говорю, истину! В час рождения вспыхнет на небе звезда, и придут волхвы с дарами к младенцу. Как сказал, так и будет! Верь мне! Имя твое увековечится, как и имя Богородицы девы Марии, жены твоей. Не перечь, а делай что говорю!
Не успело взойти солнце, а Захария уже двинулся в обратный путь. Стоило торопиться: мало ли на какой фокус способен плотник царского рода-племени! По прибытии домой, священник сбросил одежду, смыл дорожную пыль и завалился спать. На другой день он отыскал на городской площади трех шарлатанов, выдающих себя за предсказателей и звездочетов. Звали их: Каспар, Мельхиор и Бальтазар. Захария дал каждому по мешочку с деньгами.
— Это аванс. Вы должны на время исчезнуть из Иерусалима. Денег хватит, чтобы прожить, ни в чем не нуждаясь. Через восемь месяцев явитесь ко мне, я заплачу в два раза больше и скажу, что надо сделать.
На том они и расстались. Полдела было сделано. Осталось сыграть свадьбу и подготовить народ к рождению Божьего сына. Мария немного поупрямилась, но узнав, что старый плотник не будет домогаться ее и возьмет беременной усмирили девицу. Захария отправил ее в Назарет на воловьей упряжке, груженной всем необходимым.
***
Последующие восемь месяцев священник общался с народом чаще обычного и каждую речь заканчивал словами:
«Грядет новая эра! Вспыхнет звезда на небе и оповестит о рождении Сына Божьего!» Кто-то относился к предсказанию с
иронией, кто-то серьезно, но весть о скором рождении машиаха (царя иудейского) достигла ушей Ирода.
«Этого еще не хватало! — сокрушался он, чувствуя, как трон под ним начинает раскачиваться. — Надо что-то
предпринимать. Но что?»
Захария через своих людей поддерживал связь с Иосифом и был в курсе всех событий. Он присылал старику и его молодой жене деньги, фрукты, вино. Указ римского императора о переписи населения для улучшения контроля за налогоплательщиками застал Захария врасплох. Иосифу с Марией надлежало отправиться за сотню километров в Вифлеем. Мария еле тащилась, тяжело ступая по разбитой колесницами дороге. Иногда их с мужем подвозили на повозках. Всю дорогу за ними следила странная троица, в довольно дорогих хламидах, но плотник их не замечал, а Мария — и подавно. Ей было не до этого: предчувствие скорых родов заботили ее куда сильнее, чем окружающие люди.
Наконец-то путники добрались до Вифлеема, забитого под завязку пришлым народом. Иосифу с женой пришлось заночевать в хлеву, поскольку таково было указание Захарии: родить в хлеву и положить ребёнка в овечьи ясли. 
  Наскоро перекусив, легли спать. Среди ночи заблеяла овца. Мария почувствовала себя плохо и растолкала мужа. Иосиф еле успел найти старуху, которая помогла приняла роды. Только раздался плач младенца, как в хлев вошли два пастуха, слышавшие от Захарии, служившего в Храме, что родится Мессия в овечьих яслях. Увидев младенца, лежащего в яслях, они вспомнили пророчество Захарии и пали на колени перед Младенцем:
— Мы видели Агнца Божьего, лежащего в яслях, рождённого от Овцы! Знак свыше, оповестивший нас о рождении Сына Божьего!
«Силён Захария, так и вышло по слову его!» — побледнел Иосиф, не зная, как себя вести.
Пастухи поклонились яслям с новорожденным, сняли заплечные котомки и положили к ногам младенца пожертвования.
Трое незнакомцев в дорогих хламидах в виду всех присутствовавших тоже вошли, поклонились и принесли свои дары.
Весть о рождении Мессии мгновенно облетела Вифлеем и понеслась дальше по пыльным дорогам Иудеи..."

Мало-помалу я приходила в себя.
Открыв глаза, увидела сидящего рядом попутчика. Oн с участием смотрел на меня и щупал мне пульс:
- Уважаемая, как вы меня напугали! Ну, слава Богу... всё обошлось.
Он поспешно поднялся, поправил шляпу и сказал:
- Как я устал от странствий! Хочу отдохнуть... Вы ведь запомните всё, что я сказал?
Он снова печально улыбнулся и растворился у двери.




Мне нравится:
1

Рубрика произведения: Проза ~ Мистика
Количество рецензий: 30
Количество просмотров: 346
Опубликовано: 11.01.2017 в 21:20
© Copyright: Белла Минцева
Просмотреть профиль автора

Спасатель.     (23.02.2018 в 17:25)
Преступник ты, ему сказали,
Здесь правим мы, а ты здесь -гость,
К кресту ремнями привязали
И вбили в руку первый гвоздь.

О, люди добрые, зачем вы...
А впрочем, я вас не виню,
Мой путь к Отцу, а вас я первым
От тьмы собою заслоню.

Я вам желаю, люди, счастья,
-Сказал уже полуживой,
И в этот миг в его запястье
Кувалдой вбили гвоздь второй.

Потом искали гвоздь четвёртый,
Но не менялся Он лицом,
Он был один живой средь мёртвых,
Общаясь мысленно с Отцом...

О том, что было не напрасно,
Что чаша выпита не зря,
Хоть было это всё ужасно,
И крови пролито моря...

Что люди всё-таки умнеют,
Но жаль, что зло ещё сильно,
Оно прикинуться умеет
Невинной жертвой и вином.

Как жаль, что, может быть, придётся,
Без всякой жалости, причём,
Коль в них любовь не приживётся,
Учить не словом, но... мечом.

Белла Минцева     (24.02.2018 в 00:35)
Спасибо за отызыв, Спасатель!
Сердцем писал, но не умом.)

Спасатель.     (08.03.2018 в 14:59)
Умом -то и дурак напишет:))

Белла Минцева     (16.03.2018 в 11:52)
))))))))
Дурак пишет умом, а умный - сдуру!))
Класс!))

Владимир Дементьев     (22.12.2017 в 09:51)
Ну и тему Вы выбрали, Белла, однако! Впечатляет!
Старец завел ребенка в абсолютно тёмную комнату, без окон, без освещения, без мебели. Девочка вытерла рукавом пот с лица, огляделась и робко взглянула на благодетеля. Тот зажег прихваченный светильник. Тени запрыгали по потолку...
Мне думается, что сначала следовало бы зажечь светильник, а потом оглядываться.
С уважением, В.Д.

Белла Минцева     (22.12.2017 в 18:32)
Вы не представляете, как я вам благодарна.)
Это чудовищная ошибка, но тут не совсем я виновата.)
Хитро прищуриваюсь ;)

Владимир Дементьев     (22.12.2017 в 20:32)
От неточностей никто не застрахован.

Белла Минцева     (23.12.2017 в 11:48)
Спасибо.)
Кое-где избавилась от местоимений, может быть, подскажете, как избавиться от заезженности.
К примеру, от "белозубой улыбки" куда деваться?)

Владимир Дементьев     (23.12.2017 в 13:08)
Уважаемая Белла, извините, я отвечу немного позже. ( У меня юбилей, гости...)

Белла Минцева     (23.12.2017 в 14:11)
Поздравляю от всей души!


Владимир Дементьев     (24.12.2017 в 20:24)
Спасибо, Белла! Рад, искренне рад !

Белла Минцева     (22.12.2017 в 22:24)
Владимир, а вы не заметили ничего странного между двумя частями повествования, непосредственно словами рассказчицы и истории, рассказанной Иисусом?)

Белла Минцева     (22.12.2017 в 18:28)
Ой, проморгала...)
Никакого светильника в святая святых не зажигают.
Спасибо!

Зилант     (02.08.2017 в 15:32)
М-да уж... Со мной тоже иногда мистика происходила...

Белла Минцева     (02.08.2017 в 15:34)
Значит, вы меня понимаете!)

Лидия Левина     (19.02.2017 в 23:40)
Белла, впечатлило. Недавно прочла Акунина "Пелагия и красный петух". Рекомендую.

Белла Минцева     (19.02.2017 в 23:52)
Спасибо, полюбопытствую.)






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1