Рождественские огни


Рождественские огни
Рассказ основан на реальных событиях.
Источник - 
https://www.litprichal.ru/work/221127/

Автор будет рад любым отзывам и пожеланиям.

 В это утро Николай проснулся рано. За чернотой вышитого инеем окошка урчала машина. "Значит, около семи," – подумал он. Сосед всегда выезжал в одно время. Раньше Николай и не обратил бы внимания, просто перевернулся бы на другой бок, но вчера решил - хватит этой новогодней расслабухи. Праздники медленно, но верно подходили к концу, вот уже и Православное Рождество осталось во вчерашнем дне.
Он резко откинул одеяло. Прохладный воздух остывшего за ночь дома приятно взбодрил тело. Быстро одевшись, не включая света, прошёл через зал на кухню и прикрыл двери, давая жене и сыну возможность подремать ещё с полчасика.
Сегодня всё по плану. Первым делом Николай взялся за печку. Хлопотное дело, но в благоустроенную квартиру он бы ни за какие коврижки не перешёл. Как ушёл от мамы с папой из благоустройки к первой жене в частный дом, так и прикипел к землице-матушке.
Тридцать лет уже почитай тому. Двадцать - как купили свой, со второй жёнушкой Мариной. Тут и сынок родился – Илюха. Тут и Маришкиных подняли Димку да Надюшку. Те уже и выпорхнули из гнёздышка, поскрёбышек только и остался – надежда и опора. Вот закончит последний курс училища, да и будет радовать мать с отцом…
Пока жена и сын встали, Николай уже и с печкой управился и завтрак сварганил. Праздничные пошарошки закончились, но колбаска ещё была, а свои курочки худо-бедно несли каждодневно десяток-полтора яичек и радовали хозяев. Что может быть лучше шкворчащей яишенки с колбаской, да под маринованные огурчики со своего огорода…
С настенного календаря улыбалась взъерошенная обезьяна, жующая банан, к ней уже успели привыкнуть за неделю нового года.
После завтрака жена отправилась на работу, "караулить базар", как они шутили в последнее время. Торговала в бутике, на хозяина, мужской одеждой. Сын ушёл в училище.
Николай, оставшись в гордом одиночестве, проверил флягу для воды на четыре ведра, да и «аристон» - двадцатилитровую кастрюлю, постоянно стоявшую на печи. Пару вёдер можно было долить. Воду в дом они провели лет восемь назад: вывели трубу с улицы в ближнюю комнату, да так там кран и застрял, всё ждал лучших времён для передвижения дальше. Только времена лучшие пока никак не наступали, так и носили водичку через две комнаты в кухню. Жена ворчала, поэтому Николай старался, чтобы запас всегда был.
Набрав водички, и он отправился на работу, правда, ему не надо было ходить далеко. Мастерская - из двери в дверь, тут же во дворе. У прежних хозяев здесь была летняя кухня – низенькая халабудка, пять на три метра, со стенами в полкирпича, и высотой в два метра.
Здесь он и устроил себе маленький столярный цех. Два станочка – циркулярку и фрезерок - ему сработал сослуживец по работе ещё во время перестройки. Рукастый парнишка токарил в цеху, где Николай в бригаде собирал оконные и дверные блоки для стройплощадок родного Семипалатинска. Хорошие были времена!
Давно уже нет того цеха, распродали ушлые перекупщики народное добро. Да и парнишка мастеровитый – Володька-немец - укатил в Германию, а вот два станочка осталось от тех времён. Третий – долбёжный, Николай случайно на блошином рынке ухватил, у такого же деда-умельца, так и укомплектовался минимальным набором. Руки приложил и ковыряется уже лет пятнадцать, сам по себе. Манна с неба не падает, но как говорят – детишкам на молочишко перепадает, да ещё нет-нет и на пивко остаётся.
Халабудку свою Николай потихоньку расширил и поднял. С одной стороны пристроил маленький «офис» - стол, диван. Летом там и спал. С другой стороны - гараж, хотя гараж этот больше походил на склад, потому как стояли там только деревяшки. В стенке, смежной с гаражом, прорубил окошко, отгородил за ним в гараже уголочек и соорудил зимний насест на двадцать пять курочек. В мастерской смастерил печурку. Как сумел, из того что было – топка кирпичная, из неё труба горизонтальная вместо дымохода диаметром тридцать см. и длинной полтора метра. А к выходу этой железины прилепил кирпичный вертикальный дымоход-трубу. При морозе до двадцати градусов эта печурка довольно сносно обогревала мастерскую, да ещё и курочкам в окошко давала немного тепла, так что вода в поилке на полу подмерзала только в очень сильные морозы. При хорошем огне железо трубы на выходе из топки накалялось и опилки, попадая на поверхность, вспыхивали маленькими искорками. Но Николай следил за жаром и старался большого огня в печи не допускать. Думалось, что печурка эта делалась на пару-тройку лет – до лучших времён, но всё временное - вечно. Так она и пыхтела усердно вот уже второй десяток.
Крышу поднял на три метра, так что между первым перекрытием из досок и самой крышей, получился второй этаж. Здесь Николай стал складывать пиломатериал: доски, бруски, неходовые остатки и прочий деревянный хлам, который не быстро, но всё же перерабатывался. Сушилось дерево под шиферной крышей преотлично, естественным способом, и всё было аккуратно разложено по своим местам. Забирался он сюда по железной лестнице. Увидел как-то - пацаны тащили на металлолом, - да и выкупил, как раз к месту пришлась, будто тут и стояла.
В мастерской Николай не топил уже дней десять, как любят шутить – с прошлого года. Помещение охолодело, кирпичные стены промёрзли и покрылись инеем. Печку он приготовил ещё вчера: уложил лучинки, подсыпал крупной стружки, сверху чурочки и на них уже - куски угля размером с кулак. Осталось только чиркнуть спичкой. Уж сегодня он соберёт эти пресловутые три двери с предновогоднего заказа.
Всё приготовил до праздника, все детали, осталось собрать в одно целое. Тут же у печи стояли стояки и коробочный брусок, и несколько наличников. Над трубой на полке в штабельке лежали шиповые и филёнки. Николай оставил всё подсушиваться в последний раз, ну да сегодня уберёт… Огонёк слабо замигал… Николай закрыл дверь в мастерскую, после забежал до курочек, сыпанул утренний рацион пшенички, заметив, что водички маловато. Взял на заметку: " Чуть погодя налью". И пошёл в дом попить чайку и, пока мастерская отогреется, заняться любимым делом.

Любимым делом в последние несколько лет для Николая стало творение стихов и всё, что рядом с этим находилось. Стукнула блажь в голову на пятом десятке. Сломал как-то ногу в начале июня и засел в разгар рабочего сезона тыковкой в кресло. Чем только он не пытался занять осиротевший мозг: и кроссворды, и судоку неимоверной сложности. Но всё надоело в неделю. Книги в шкафу на сто рядов все перечитаны... И вдруг появилось это неимоверное желание - описать происходящие с ним события, да ещё и в рифму. Так и пошло, дальше – больше. Узнал, что в городе есть небольшая группка подобных любителей и вошёл в неё добровольцем.
Вот уже год как даже на сайте литературном прописался – ЛитПричале. Вот где развлекаловка самая что ни на есть! Особенно нравится ему стишки чужие подписывать - где в рифму, а где и просто что-нибудь умное ввернуть. Вот и вчера в Рождество нашёл он интересный стишок в тему дня у автора с красивым, певучим ником – Доминик Арфист. Даже запомнил.

РОЖДЕСТВЕНСКАЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ ДЛЯ МАЛЬЧИКОВ
1
сияющая ночь
Отец
волхвы с дарами
сарая драный верх
застыла высота
ребенок молча
наблюдал за небесами –
Звезда лучилась крыльями креста…

2
волхвы ушли – Звезда остановилась
растаяла как будто бы приснилась
как будто не сияла в небесах...
из мрачного шеола взвился страх
в кровавый отблеск марсов и венер
и захлебнулся хохотом химер…
а где-то вдумчивый малыш Иуда
разбуженный холодным светом чуда
узрел того, кто сокрушит напасть
и за кого продастся и предаст…
…спи мой сердешный – ночь еще всесильна
ещё тонка, хрупка твоя осина…

Хороший стих, заставил он задуматься Николая, а что же есть добро и зло, свет и тьма,
ангелы и демоны…
Мать покрестила его в юности, но он не носил крестик. Пробовал по молодости, но что-то мешало и было не совсем удобно. Да и очень уж много противоречий находил Николай в своём отношении как к религии в целом, так и к христианству в частности.
Что же есть добро и зло, так ли уж они противоречивы, и может ли быть одно без другого…Что-то так и подмывало его оставить здесь толику своего суждения. Так он и подписал в рецензиях.

Горит звезда над Вифлиемом,
И света истина видна...
А где-то, в огненной геенне
Из пепла вышел сатана.

Пока ещё не выше пятки,
Резвясь, играет с угольком...
Вспомянем братьев троекратно,
И осеним себя крестом.

Вот сейчас, пока есть время, решил он взглянуть, нет ли там чего интересного. Но на любимом сайте всё было тихо и спокойно. Никто ничего больше не дописал под его вставочкой, главная страничка пополнялась новыми стихами, и жизнь сайта шла своим ходом.
В интернете время летит незаметно: сядешь на пять минут, а уж полчаса как корова слизнула. «Пора,» - подумал Николай и собрался в мастерскую. Наполнил пластиковую полторашку водой, чтобы добавить в птичью поилку.
Солнышко уже поднялось над крышей, день обещал быть относительно тёплым и погожим. Николай зашёл в гараж и дёрнул за ручку двери в птичник…
Из курятника на него хлынула волна дыма. Дошло сразу – горит! Он распахнул дверь птичника настежь и бросился из гаража в мастерскую.
Снаружи ничего не говорило о беде, но в щелки двери просачивалась тонкая струйка дыма. Николай встал за дверь и рванул её на себя. Огненной волны, как показывают иногда в фильмах о пожарных, не вылетело, но над печкой и рядом всё был охвачено огнём.
«Потушу! Должен! Сумею!» - Молниеносно пронеслось в голове. Думать, что да как, времени не было. Он рванулся домой - сейчас всё решала быстрота.
У крана в комнате всегда стояло три ведра. Хорошо, что он сообразил их наполнить утром…Схватил, побежал обратно, плеснул веером на огонь из одного, из второго. Всё окутало паром вперемешку с дымом. Николай снова побежал за водой…
Вернулся – огня было меньше, но в толще дыма, по-над печкой вспыхивали язычки пламени. Он выплеснул, стараясь облить самый потолок. Видимого огня не было, но под потолком и выше потрескивало дерево. Николай выскочил на улицу и взлетел по лестнице на чердак.
Над тем местом, где была печь, лежал штабель пиломатериала, широкая деловая доска трёхметровой длины. Видно, огонь прошёл через деревянное перекрытие и перекинулся на основание штабеля. Потушить сверху его было невозможно. Треск снизу усиливался.
Николай снова метнулся за водой, набрал по одному ведру, затащил на чердак, в одной руке держа ведро, другой цепляясь за перекладины лестницы. Начал снимать ряд за рядом, откидывая доски в стороны. Через восемь рядов он увидел язычки огня. Залил горящее место, сделал ещё рейс, после ещё один, разворотив всю пачку до основания. Вылил ещё ведро в потолочную щель и осмотрелся. Развороченная куча досок дымилась, но огня видно не было.
В мастерской всё было черно от копоти, валил дым и пар. Николай начал вытаскивать тлевшие бруски, стоявшие у печки. Бросал поодаль в снег на огороде. От красивых жёлтых заготовок остались чёрные уголья. Он внимательно осмотрел мастерскую и потолок. Считать потери на ум не приходило, - есть ли огонь, – это всё, о чём он мог сейчас думать. С потолка капала вода, всё было черно, полопались стёкла в окнах…Вроде бы тихо и потрескивания не слыхать.
Николай затащил на чердак ещё два ведра. Всю запасённую воду он использовал, но сейчас уже можно было набрать из под крана. Все тлевшие доски на чердаке были ещё раз тщательно облиты. Теперь надо было осмотреть птичник.
Дым потихоньку рассеивался. Куры забились по углам, с верхнего яруса Николай снял три тушки, ещё одну подобрал внизу – задохнулись. Как это всегда бывает, погибли самые лучшие, которые неслись регулярно.
Вторую половину дня Николай ощипывал и потрошил убиенных дымом птиц, через каждые десять минут выбегая на улицу, проверяя, есть ли где признаки огня. На следующий день, когда он кормил утром испуганных пернатых погорельцев, прямо под ноги ему, сверху, свалилась ещё одна тушка.
Таков был печальный итог. Три последующих дня у Николая был отходняк. Тело ломило от чрезмерного перенапряжения. Хотя он зачастую в одиночку, в свой полтинничек, брал на плечо дверной блок в сборе, беготня с вёдрами на чердак дала неприятные последствия. Ночью он просыпался по нескольку раз и выходил на улицу осматривать мастерскую.
О работе в ближайшее время можно было не думать. Только через неделю он осмелился разгрести последствия пожара. К счастью, оборудование не пострадало, только было сильно загрязнено копотью. Поплавились и погорели некоторые ручные инструменты, но всё обошлось малой кровью.
Работать Николай начал только в марте, когда уже потеплело и можно было хоть как-то отмыть грязь и нагар.
Путём самостоятельного расследования, он установил причину возгорания. На припечке лежала партия чурочек для последующей растопки. Все дрова не вошли по осени в дровник, и Николай сложил часть на улице. Когда он затапливал печь в мастерской, закладывал на припечек партию для подсушки. Каким образом одна из чурочек упала на раскалившуюся железную трубу, осталось загадкой…
Вечером того памятного дня Николай удалил свою рецензию и составил другую.

Прости.

Шею режет петля тугая,
Потирает копыта бес...
Узел чёрный с души срываю,
Налагаю на рану крест.

Ты прости за грехи сомненья,
Трудно веру взять набело,
Дай надежду на воскресенье,
Распахни надо мной крыло.

Купол сердца водой святою
Окроплю, дабы сажу снять,
Пальцы щепотью ставлю - втрое,
Да пребудет здесь благодать!

Тяжкие сомнения продолжали беспокоить Николая, но он знал - шутить на такие темы больше не будет. Друзья, которым он поведал о случившемся, сказали, что это просто случайность и совпадение. При работе с пожароопасным материалом такое явление не редкость. Но Николаю в подобное совпадение не верилось, - всё случилось точно по его сценарию. Он теперь крепко усвоил – мысль материальна, и со словом надо обращаться очень осторожно, как и в столярном деле.
Семь раз отмерь – один раз отрежь!
А в первое же воскресенье Николай сходил в храм, взял там кипарисовый нательный крестик . Теперь не снимает, да и крестик прижился к телу, больше не мешает.






Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 12
Количество просмотров: 150
Опубликовано: 06.01.2017 в 21:56
© Copyright: Николай Кульгускин
Просмотреть профиль автора

Лидия Левина     (26.03.2017 в 11:28)
Да, надо править. Особенно вступительную часть. Если хотите, завтра могу помочь выправить весь текст. Сегодня не могу-))

Николай Кульгускин     (27.03.2017 в 21:48)
Ну если будет желание (у вас) можно просто пару советов. вообще у меня в голове много рассказов, но не могу себя заставить сесть и заняться, а когда в голове прокручиваю у меня всё время по-разному выходит.
я это год вынашивал, но самому вроде как нравится, если конечно можно так выразиться, лучше бы конечно если бы повода никогда не возникло))
Просто записал как факт из жизни, мне бабушка и мама много о себе рассказывали, интересно было, а это может потомки прочтут, тешу себя такой мыслью))

Лидия Левина     (28.03.2017 в 19:42)
1 апреля вышлю правку ( не считайте за шутку, просто я в этот день работаю, и времени будет достаточно, чтобы заняться любимым делом)))))

Николай Кульгускин     (30.03.2017 в 07:06)
Ждёмс))

Елена Соловьева-Бардосова     (17.01.2017 в 17:17)
Николя! Молодец, молодец! Описываешь хорошо, с толком. Чувствуется, что ясно видишь происходящее - это дорогого стоит. Удачи тебе!
С литприветом,

Николай Кульгускин     (18.01.2017 в 08:14)
Спасибо Елена. Это первая проза, поэтому очень хочется честных отзывов))

Галина Карташова     (07.01.2017 в 10:36)
Никогда не вступаю в полемику по части религиозных высказываний. Слишком скрытая для человеческого глаза субстанция. Как тут у нас по телеку священник по поводу святой крещенской воды высказался, что помогает она только тому, кто верит. На память приходит Кашпировский, кому-то действительно помогало только оттого, что таращились на него. Великое дело - самовнушение.

Читается легко.

С Рождеством!

Николай Кульгускин     (08.01.2017 в 06:45)
с Рождеством Галочка! Без полемики))

Владимир Дементьев     (07.01.2017 в 08:25)
С Рождеством, Николай!
Позволю немного критики. Поэтический дар у Вас явно доминирует. Прозаическая же составляющая несколько суетная, много мелких деталей не добавляющих красок повествованию. А о том, что делали во время пожара жена и сын ни полслова - это добавило бы драматизма; диалоги оживили бы текст.
Впрочем, критиковать гораздо легче, тем более графоману.
Успехов Вам!
С искренним уважением, В.Д.

Николай Кульгускин     (07.01.2017 в 09:41)
Приветствую Владимир! Немного критики позволяю, и даже прошу)) Давно было желание описать этот случай, почти силой заставил себя таки.
Проза для меня - дело новое, долго зрела, но я думаю что мелких деталей можно было бы и дать больше, ведь они расширяют понимание сюжета. Потому и не люблю прозу что надо всё тщательно прописывать))
Здесь все детали на мой взгляд связаны, старался плавно подвести к главному, а что до жены и сына, так ведь я написал - ушли они, в том беда.
Остался мой Николаша сам на сам с проблемой, тут тоже своя фишка сам накосячил - сам разгрёб и главное что дана ему была такая возможность и сил хватило в аккурат чтобы справиться. я потом много думал про это. Даже то что если бы вода была проведена на кухню и бежала только из крана - времени бы не хватило. И здесь суть не столько в художественном описании, а больше в самом факте мистического стечения обстоятельств.
Но хочется разумеется и привлечь интерес читателя.
Блинок этот первый - поэтому спасибо за советы))

Владимир Дементьев     (07.01.2017 в 10:38)
Автору, конечно, виднее. Я лишь высказал свое далеко непрофессиональное мнение.
( Я нечетко выразился относительно домочадцев. Мне кажется, что удалив их из дома, вы сильно усложнили себе задачу. Герой наедине с самим собой - это всегда сложно).
А блинок получился поджаристый!

Кстати, на Ridero сейчас проходит экспресс-курс «Мастерство рассказа». Стоит лишь зарегистрироваться.
Светлана Севрикова на Ridero издала свой сборник "Тысячелистник обыкновенный".
Может и Вы захотите что-то издать - это несложно и интересно.

Николай Кульгускин     (08.01.2017 в 06:47)
Спасибо Владимир! Надо посмотреть))








1