Анна Чудновская


Анна Чудновская
СКАЗКИ-МИНИАТЮРЫ


СПИЧКА


Влюбилась Спичка в Спичечный Коробок. «Ах, какой он прямолинейный, многогранный, красивый!» Вспыхнула Спичка и сгорела дотла. Ну, не умела она любить по-другому! А Коробок… а что — Коробок?! У него этих Спичек вон сколько…


МУРАВЕЙ

Басню о Стрекозе и Муравье все знают. Прогнал Муравей Стрекозу, а вот что дальше было, это мы вам сейчас и расскажем.

О Стрекозе знаем мало. Как перезимовала, что с ней случилось — не известно. Растаяла её судьба в потоке времени.

А Муравей остался в своём муравейнике. Трудился с утра, до самой ночи. Былинку найдёт — тащит, ножками упирается. Соломинка попадётся — и её волоком волочит, прогибается, кусочек мухи засохший — и той не побрезгует.

Так время и пробежало. Старым стал Муравей, не чёрный уже, а какой-то серый. Трудно ему стало работать. Поставили его муравейник охранять. Сидит он около муравейника, — тихо, пусто вокруг, и вся прожитая жизнь вспоминается. А вспомнить-то и нечего… Не замечал Муравей за работой ни красного солнышка, ни мягкой травы-муравы, песен птичьих не слышал.

Так и жизнь прошла. И с грустью понял Муравей, что всё, что он может вспомнить прекрасного, — это огромные зелёные глаза Стрекозы и её большие радужные крылья… Так-то.


ЛУЖА

Прошёл тёплый летний дождь. И осталась на тротуаре Лужа. Лужа, как лужа. Мы на такие и внимания не обращаем. Это-то Луже и обидно.

Вот остановились около неё Туфельки. Ах, какие Туфельки: лакированные, блестят, на тоненьких каблучках! Лужа радостно метнулась к ним, но Туфельки брезгливо отскочили и гневно застучали каблучками по тротуару всё дальше и дальше.

Приуныла Лужа. «Ну, почему никто не хочет иметь со мной дела?! Все меня обходят. А ведь я высокого, небесного происхождения, родственница Дождя и Снега. И я так же отражаю небо и облака, как какое-нибудь Озеро. Неужели всё только потому, что я такая маленькая?! Но ведь маленьким тоже хочется внимания. Раньше хоть мальчишки в лужах бумажные кораблики пускали — мне бабушка рассказывала. Теперь они их и делать не умеют, сидят за компьютерами… Неужели, неужели со мной так ничего и не случится?!»

И вдруг прямо на середину Лужи выбежал маленький мальчик в красной футболке и коротких шортиках. Он положил на воду щепку и стал подгонять её ладошкой. Лужа очень обрадовалась. Она ласкала ручонки мальчика и щепку его качала, как настоящий океанский корабль. Правда, вскоре подошла сердитая мама и увела мальчишку прочь, что-то строго ему выговаривая.
Но Лужа была очень довольна, что кому-то понадобилась. И, счастливая, она поспешила испариться, чтобы обо всём рассказать маме Туче.


ЖЕНСКИЕ ЛИЦА

О, тайна женского лица,
Нахмуренного, иль с улыбкой,
Как будто лунный отблеск зыбкий
И заклинание жреца.

Стекают губы, как вино,
В глазах насмешка и страданье.
И женщина — как мирозданье:
Ей жизнь творить разрешено.

В морщинки пристальней вглядись:
Они, как письмена на свитке,
Как след руки на древней плитке —
Автограф, что вписала жизнь.

Тайга подкрашенных ресниц,
И бровь — изогнутая строчка.
Жена, сестра, подруга, дочка…
Нет некрасивых женских лиц!


* * *

Что сокрыто в сплетеньи ветвей? —
Иероглиф японский качается. —
Никогда нам узнать не дано,
Эта тайна для нас не кончается.

Что сокрыто в смятенье ветвей? —
То ли крик, то ли радость спасения?
Ветви тянутся ввысь, ветви падают вниз…
Это жизни самой откровение.


ЗАКАТ НА МОРЕ

Сочится красное вино
В подставленную чашу моря.
И волны, торопясь и споря,
Прозрели истину давно.

Они в бинтах из пены белой
И в красных пятнах от зари —
Бредут, повстанцы-бунтари.
А берег замер, ждёт несмело.

И фанатично их упрямство:
О скалы бьются вновь и вновь,
Внутри себя несут, как кровь,
Своё взрывное постоянство.


* * *

Тишина от тишины устала,
В гости музыку она позвала.
И сегодня вместе две подружки
Разливают Моцарта по кружкам.


РАССВЕТ

Свет и тень. Ночь и день.
Лица домов спросонок хмуры.
И, как водой размытые, —
Редких прохожих фигуры.

Этот рассвет смешал
Прошлое и настоящее,
В утлой его тишине
Что-то тоскливо-щемящее.

Серого полотна
У рассвета одежда.
Но из-под пепла утрат
Тлеет ещё надежда:

Может быть, новый день
Будет не против, а с нами.
И улыбнётся рассвет
Солнечными губами.


* * *

Мне сегодня весело,
Просто так.
Ну, чего там хмуриться,
Жизнь моя — пятак,
Мелкая монета,
Не чета рублю.
Может быть, за это
Жизнь я и люблю,
Что сверкнёт, как лето,
Звякнет, как капель.
И порой осенней
Закатится в щель.


БРЫЗГИ


* * *

Я умираю от тоски,
Иду стирать твои носки.


* * *

Жена пришла с работы рано,
Придётся срочно встать с дивана.


* * *

Ах, как хочется кутить,
Когда нечем заплатить!


* * *

Сдаю в аренду новый дом
С женою, тёщей и котом.


* * *

В гости я с утра зашёл,
Пил с хозяином рассол.


* * *

Стакан вина, одна конфета. —
Какая строгая диета!


* * *

Весна. Трава. Любовь и грусть.
Траву курю, а от тебя тащусь.


* * *

Я в столовой съел обед.
Кто последний в туалет?


* * *

«Душа рвалась и трепетала…»,
А тело натянуло одеяло.


* * *

Я за мир во всём мире,
Плюс ещё — в коммунальной квартире.


* * *

Ударили по левой — и правую вам дам.
(Тогда не получу, быть может, по зубам.)


* * *

Выпьем с горя водки море
И от радости всякой гадости.


* * *

Он переводчик классный был:
На русский мат переводил.


* * *

Знает кошка, чьё мясо съела,
Да не знает, сколько оно стоит!


* * *

Плетью олуха не перешибёшь.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Разное ~ Анекдот
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 109
Опубликовано: 05.01.2017 в 23:49
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1