Третий раз с Афанасием. Экипаж




И тогда вода нам как земля.
И тогда нам экипаж семья...
И тогда любой из нас не против
Хоть всю жизнь служить в... торговом флоте.
( из старой песни о ВМФ).

На самом деле, плохих пароходов не бывает. Пароход - это экипаж. Так, наверное, думал я, с удовольствием поглядывая на то, как второй механик руководил подготовкой силовой установки к отходу судна. С Лёней Берзиком перед отпуском я проработал около двух месяцев. И, надо сказать, беспроблемно.

Было ему около пятидесяти лет, всю жизнь Лёня проработал в Черноморском пароходстве на судах морского космического флота. Их у нас в ЧМП было всего несколько единиц, и моряки, которые там работали, редко своим судам изменяли. Лёня лет пятнадцать проработал в должности второго механика, стармехом не стал только потому, что был беспартийным. Для нас он был бесценным кадром.

Машинное отделение у нас было небольшое, а вертикальных насосов больше десятка, и все они очень тесно друг к другу расположены, крайне неудобно для ремонта. Как обычно, вверху только электродвигатели, сами насосы - ниже пайол, в льялах. Лёня, мужчина крупный, ширококостный, взялся перебирать насосы один за другим.

Начинал с того, что убирал плиты настила. Затем сваркой срезал обрешетник, чтобы можно было протиснуться к насосу. Потом, наконец, разбирал насос, поднимал вверх, тащил его в мастерскую и там уже капитально ремонтировал. Собирал насос, ставил на место, проверял его в работе, потом восстанавливал обрешетник. Два дня уходило у него на один насос, включая необходимые токарные работы. И всё это одновременно с вахтой.

Нового электромеханика я знал хорошо, сам его вызывал на судно. Но фишка была в том, что знал я его не как специалиста, а как сына Владимира Григорьевича, моего бывшего старшего механика. На десять лет старше меня, на иностранный флот он уже "опоздал". Поэтому я Толе и помог устроиться и в "Диамант", и на судно. Как оказалось, помог я больше всего себе, так как электромехаником он оказался первоклассным. Молчаливый, скромный, серьёзный парень пришелся у нас
"ко двору".

Саша Вакульчук, или Фиттер, за два года работы с Афанасием стал настоящим моряком. И если у себя на заводе работал электросварщиком, у нас стал универсалом и душой коллектива. Но контракт у него кончился, приехал другой сварной, Николай, из Тирасполя, знакомый Саши Остапчука.

Вместо филиппинца прислали нового третьего, одессита, и тоже Анатолия. Выпросили мы и украинского повара. Новый начальник рации, Паша Шевчук, страстный рыбак, влился в коллектив безболезненно.

Остальные члены экипажа были филиппинцами. Четвёртый механик, недавно поменявший Мельчора оказался дуб дубом, хоть и в возрасте. По уровню знаний он был не выше среднего моториста, к тому же ленив и неповоротлив. Почти сразу я понял это и стал думать, как от него избавиться. За глупость с парохода не списывают. Можно было списать за пьянство, за нарушение дисциплины, - это легко, а вот некомпетентность человека надо доказать. Профсоюз у филиппков сильный.

Зато радовал меня моторист по имени Вальтер. Тот работал на судне с приёмки, примерно четырнадцать месяцев, но домой не спешил. Молодой, аккуратный, очень ответственный и любознательный парень, с рабочим дипломом механика, он мне очень нравился.

Мальчик из хорошей семьи с безукоризненным английским. Редкость для филиппинцев. И задумал я отправить четвёртого домой, даже без замены, на худой конец. Невелика потеря. Но такие дела без капитана не делаются. А с ним я ещё не был близок.

Тем временем наш пароход шёл в Турцию на погрузку цемента. В Барселоне желание посетить город зашкаливало, поэтому работе мы уделяли ровно столько времени, сколько нужно было для безаварийной эксплуатации. А вот выйдя в море, я сразу же окунулся в изрядно запущенную документацию старшего механика. Сказать, что её было много, нельзя, но и запускать её категорически не следует. Бумагами нужно заниматься ежедневно, иначе большие проблемы возникнут. И прежде всего, в портах. Это каждый опытный стармех знает.

А в Турции, так же неожиданно, как и я, на судно вернулся Афанасий. Случилось это так. По окончанию погрузки цемента насыпью, наш капитан отказался выходить в море и требовал от грузоотправителя штивки цемента, чтобы предотвратить его смещение в рейсе. Порт отказывался делать это без оплаты. Кто был в этом случае прав, не скажу, не компетентен. Во всяком случае, судовладелец решил погасить скандал, вызвав на судно штатного капитана.

* Штивка груза - перемещение насыпных грузов в трюмах судна с целью его разравнивания или заполнения подпалубных пустот.

Афанасий прилетел, обошёл судно, заглянул во все трюма. Спросил, когда закончилась погрузка. Вызвал старпома и распорядился закрывать трюма и готовиться к отходу.

Позже уже, я поинтересовался мотивами его решения. Он ответил, что за сутки, прошедшие после погрузки, цемент остыл, и угроза смещения груза стала минимальной. К тому же прогноз погоды был благоприятный. Время поджимало, и судовладельцы, старые друзья Афанасия, просили его поторопиться с отходом.

С возвращением Афанасия судовая жизни оживилась. Весь экипаж был рад его видеть, даже те, которые его не знали. Капитаном он был очень толковым, грамотным, и требовательным. Просто человек, независимо от национальности, был для него на первом месте.

Моряки - народ не избалованный, им много не надо. Вовремя отосланный денежный перевод домой, сотня долларов наличными авансом, свежие продукты, контроль за работой шефповара, нормальный рабочий день, оплаченные сверхурочные, беспрепятственная возможность увольнения на берег после вахты - казалось бы, что в этом особенного? Да только то, что редко всё это бывает на судах.

А кроме того, начались обычные Афанасия хохмы, шутки, приколы. И уроки. Совершенно незаметно, своим примером он меня многому научил. И поэтому я его часто вспоминаю.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 105
Опубликовано: 30.12.2016 в 14:06
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1