СИМА



СИМА
Бабкин дом попал под статью «аварийное жильё». Кирдык дому. Кому-то понадобилась земля под ним. Мало в России земли. Ох, как мало!

Дом, который служил верой и правдой пятьдесят лет. Высокий, с потолками под три метра, с огромными – в пол стены – окнами. Чердак – там женщины когда-то сушили бельё. Помню: залез на чердак, а там посеревшие от пыли и времени бельевые верёвки натянуты, а на некоторых висят деревянные прищепки.

Восьмиквартирный, но не квартирами был славен, а жильцами. И двором нашего детства. У подъезда – три лавочки. Вечером, после работы, все жильцы собирались на этих лавочках. Женщины обсуждали своё, мужики курили «Беломор» или «Ту» - кто к чему привык, кто на что заработал.

С годами дом превратился в «бабкин дом». Дом одиноких старух: Сима, Шура, Зина, Марьям, Галя, Тоня, Анна и Ксения.

Сима была откуда-то с юга области. Из семьи верующих христиан-евангелистов.

«Отец перед самой войной повстречался с проповедником, поговорил с ним о Боге. Пришёл домой и приказал все иконы из дома вынести. Нельзя поклоняться доскам написанным людьми. Никто же Бога не видел, как можно верить тому, что люди пишут на досках? Бог в душах и сердцах наших».

Сима всю войну сплавляла лес по таёжным рекам. Вязала плоты и сплавляла их по Ангаре.

-- Одни молодые девчонки работали. Мужики все на фронте, а если кто и возвращался, то без рук или без ног. Какой с них толк? Никакого. После войны работала на шпалозаводе. Стояла на «раме», подавала брёвна на распил.

У Симы было пятеро детей. Последняя, Ленка, была моя ровесница. Пионерка, комсомолка – одним словом – красавица. Вечно молчаливая и скромная. Её «обрабатывали» в школе. Дескать, мать у тебя «ненормальная», т.е. верующая. Надо бы воздействовать на мать. Как так: наши в космос летают, никакого Бога в глаза не видели, строим коммунизм. А ты, Елена, живёшь с «отсталым элементом», который Библию читает, на богослужения ходит по воскресеньям.

Приходили к ним домой мужчины в костюмах. Беседы вели. Сима их чаем с пирогами угощала. Слушала их внимательно, но стояла на своём: «Бог есть!»

В девяностые годы, когда совсем было плохо, Сима зашла ко мне в гости.

-- Ты вот что: купи муки, сахару, маргарин, молока сухого, соли. Будешь по субботам мне приносить всего, чтобы я тебе булочек испекла. Мы на воскресные богослужения печём булочки. И тебе буду печь.

Рано утром в воскресенье Сима звонила мне в квартиру. На пороге стояло эмалированное ведро, накрытое чистым полотенцем. В нём до краёв были булочки, посыпанные сахаром.

Накануне Пасхи был мне сон. Высокий, весь в белом, с длинной седой бородой, Человек позвал меня за собой. Иду, а мне так легко и покойно, а Человек идёт и оглядывается. Оглянется и улыбается мне. Что-то говорит мне, а я не могу ничего разобрать. Взошли мы с ним на гору. Он мне показывает на долину, что внизу под горой. И тут проснулся.

-- Сима, а что за сон мне такой был?

Озарилась улыбкой, поправила платок свой белый в горошек синий на голове, помолчала немного, а потом ответила:

-- Благодать на тебя сошла. Это Господь к тебе приходил. Хорошо, что пошёл за ним. Ничего не расслышал, что он тебе говорил? Не беда. Ты Библию читай. Там всё сказано.

Вот брат мой младший, всю жизнь плевался на меня, что я в Бога верую, смеялся надо мной, в гости никогда не приглашал, а тут случилась с ним беда-бедовая: заболел раком. Слёг в больницу, потом выписали его домой умирать. Тут он и позвал меня к себе. Приехала я к нему, а он худой, страшный. Видно, что мучается.
Долго мы с ним разговаривали про жизнь нашу. И про его «веру» в коммунизм, про его страсть к деньгам, к стяжательству, про его счастье или несчастье от всего этого.

Напоследок попросил он меня привезти ему Библию. Привезла.

В один из моих приездов брат и говорит: «Знаешь, Сима, а мне во сне Бог приходил. Спросил я Его: зачем же Ты мучаешь меня этой невыносимой болью, что плохого сделал людям? У меня и жена и дочь, и на работе ничего плохого обо мне не говорили. Работал на совесть, всё по-честному. Жену не обижал, дочь вырастил. Всё, как у людей».

А Бог-то отвечает:

-- Эти муки тебе здесь для того, чтобы ты понял каково там – в Аду – бесконечно мучиться. Кайся и принимай Веру.

Сима замолчала. Вытащила гребень свой из седых волос. Стала расчёсывать волосы. Повисла тягостная тишина. Потом, надев платок на голову и подвязав его спереди под самый подбородок, тихо сказала:

-- Брат умер с улыбкой на устах. Отмучился. Верю, что Бог его взял в Рай.

Тихая, добрая, милосердная Сима умерла в тяжёлых муках. У неё началась гангрена, медицина не могла ей помочь. Обезболивающие не помогали. Поначалу она молилась и читала Библию, потом, когда уже не было сил, просто лежала и смотрела на портреты детей, что были развешаны по стене.

Такойи запомнилась: тишайшей, доброй и улыбчивой людям. Одна деталь: входную дверь держала незапертой. Только цепочка была накинута. А что такое дверная цепочка? Посильнее дверь толкни плечом и вынесешь вместе с дверным косяком.

Как-то зимой, в лютые морозы, Сима угощала меня гороховым супом. Ничего вкуснее не ел. Вроде и обычный суп, но в «обычности» было столько тепла и уюта.

-- Ты кастрюлю бери побольше. Чтобы в ней всё уместилось. У меня пяти литровая. Нам понадобится свиная рулька, свиные рёбрышки и копчёные свиные рёбра.

Хорошо промываем рульку, скоблим ножом кожу от грязи, вымачиваем всё мясо, за исключением копчёных рёбрышек. Их откладываем «на потом».

Когда свинина закипит, мясо нужно вытащить из кастрюли, промыть холодной водой. Кипящий бульон вылить, кастрюлю промыть от накипи, закладываем вновь свинину, кладём морковь и лук (лук лучше не чистить, чтобы шелуха дала цвет бульону). Ставим на огонь. Когда вода в кастрюле закипит, то бросаем туда горсть чёрного перца горошком.

Промываем горох лущёный. Ставим его варить в другую кастрюлю, снимаем пену, когда закипит, убираем огонь до среднего и периодически помешиваем, чтобы не пригорел ко дну кастрюли.

Чистим лук и морковь. Лук режем, морковь трём на тёрке. В чугунной сковороде нагреваем растительное масло, туда закладываем нарезанный лук и натёртую морковь. Когда лук и морковь будут готовы, то накрываем крышкой и делаем самый малый огонь, чтобы настоялось. Потом – выключаем.

Когда бульон будет почти готов, то копчёные ребра, с которых предварительно срежем мясо, опустим в слабо кипящий бульон. Копчёные рёбра отдадут ему свой аромат.

Бульон готов? Тогда вытаскиваем из него мясо, лук и морковь. Мясу даём остыть, морковь и лук выбрасываем.

Процеживаем бульон через сито и марлю, чтобы он был чистым от осколков костей и прочих примесей от мяса.

В кастрюлю с процеженным бульоном закладываем готовый горох. Пусть он теперь варится в бульоне.

Обычно в такой суп кладут картошку, но мне захотелось «весны», поэтому вместо опостылевшей за долгую зиму картошки, кладу в суп нарезанные свежие кабачки.

Глянь-ка: мясо остыло? Режем его на средние куски, кожу и свиной жир выбрасываем. Варёную свинину смешиваем с нарезанным мясом копчёного мяса, срезанного с копчёных рёбер. Обжариваем полученный свиной «микс» на сковороде без добавления масла. В свинине достаточно своего жира.

В бульон с разварившимся горохом добавляем зажарку из моркови и лука, туда же – в бульон – кладём «микс» из мяса свинины, даём закипеть.

В самом конце добавляю стакан сливок. Суп начинает белеть прямо на глазах. Убираем огонь до минимума. Даём закипеть супу, но не кипятим его.

Снимаем кастрюлю с огня. Теперь суп начинает набирать все ароматы, он отдыхает, приобретает крепость и насыщенность.

Да, совсем забыла! У меня всегда есть сушёный укроп. Им обсыпаем сверху суп, накрываем крышкой и даём настояться.

Такой суп хорош зимой, когда холодно, но для меня такой суп – это тот домашний уют и тепло. Когда из стужи входишь домой, а тебя ждут твои домашние, чтобы всем вместе пообедать за одним столом.

Сима ушла туда, откуда ещё никто не вернулся ни разу. Думаю, что Господь, выслушав её последнюю исповедь, отправил её в Рай. Мне хочется в это верить, ибо, тогда как жить на этой грешной земле?



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Миниатюра
Количество рецензий: 3
Количество просмотров: 134
Опубликовано: 15.03.2016 в 22:27
© Copyright: Алексей Фадин
Просмотреть профиль автора

Wassillevs     (16.03.2016 в 00:14)
Наверное очепятка вкралась в конец фразы: - "Напоследок попросил он меня привезти ему Библию. Привела."

Алексей Фадин     (16.03.2016 в 00:29)
Спасибо. Исправил.






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1