Горбун. IV


Горбун. IV
Зайдя внутрь, сразу увидел самого мельника, Горбуна. Так его все называют. Я никогда не слышал его настоящей фамилии. Это прозвище - дань человеческой способности всё подмечать. А у Горбуна даже два горба: один на груди, а другой на спине. Но он из-за этого прозвища не сердится. Хотя так, конечно, может рассердиться.
Если кто хочет к нему подольститься, называют его Олесем, или даже паном Олесем. А ему всё равно.
 Горбун меня не замечает. Работает. Встав на скамеечку, ремонтирует лопнувшую ленту, соединяющую два колеса. Его длинные, ладные ноги дрожат от мельничной тряски. Всё тело дрожит. Кажется, что он сросся с мельницей, сам стал её частью. С ней в одном ритме живёт.
Сухопарый, тонкими пальцами тщательно зашивает разорванное место. Лицо худое, белое, от муки кажется ещё белее. Тонкий, прямой нос только подчёркивает эту белизну. Проворные, живые, как угли, глаза бегают за шилом.
 Вижу, Горбун всё такой же, как был в прошлом году. Он всегда одинаковый, сколько его помню. Не меняется, не стареет. Сколько ему лет, никто не знает. Может, пятьдесят, может, больше, но старым он не выглядит. Он всегда такой же подвижный, только его настроение очень часто меняется. Он может необыкновенно легко разозлиться, но быстро, по доброй прихоти, и улыбнуться.
Жду, не хочу Горбуну мешать.     
 Смотрю, как огромная, мукой выбеленная паутина ритмично качается в углу. Пауки, пританцовывая, в ней живут и, в ритме вальса, мукой присыпанные, мух ловят.
Ворвавшиеся в маленькие окна и щели солнечные лучи дрожат в паутине, радужными полосами сверкают. Даже в тёмных углах темнотa кажется белой, мучнистой.
Горбун всё ещё работает, меня не видит.
- Добрый день, пан Олесь!   
 Неспеша поднял голову. Смотрит на меня, будто и не узнаёт.
 Ничего не ответил.
Почему? Может, я недостаточно быстро пришёл?
Закончив работу, слез со скамеечки. Подходит и подаёт прохладную, малоприветливую руку. Пожимаю её, стараюсь быть любезным. Вежливо спрашиваю:
- Пан Олесь, уважаемый, может, наше мелешь?
- Так, - прорнил натянуто, жёстко. Потом тем же тоном:
- Отец так и не придёт?
- Наверно нет. Я за него, - об"ясняю, услужливо отстраняясь.
- Почему? - блеснул глазами Горбун.
- На ярмарку поехал, дело очень важное.
- А не мог в следующий четверг?
- Так дело неотложное.
- И как теперь быть? - голос уже смягчился.
- Я постараюсь отца заменить.
- Как знать, как знать, сумеешь ли? - испытывающе смотрит на меня , оглядывая мою одежду.
Его лицо несколько просветлело, разгладилось.
- Ну, если так, значит так. Бери тот мешок, - даёт мне указания чётко, подробно, шилом показывая в другую сторону, мимо медленно крутящейся мачты. - Там, видишь, очищенные зёрна сыпятся. Отцепи мешок от рукава, почти полный уже. На его место другой, пустой прицепи. Унеси наверх и высыпь в ларь. Не в первый, а во второй. Первые жернова сломались. На них больше не мелю. Плохо. Когда хороший ветер, можно двое пускать. Да что пану об"яснять? Небось не забыл, как прежде приходил и помогал мне молоть? Только потом, как начал дальше учиться - или зазнался, или охладел.
Довольный, что заслужил похвалу, я поспешаю куда было велено.
Отцепив и надев другой мешок, привязываю его к подъёмной верёвке. Слышу, Горбун смеётся.
- Что уже, здоровья нет, не можешь мешок занести? В твои годы я его только так оттарабанивал. С верёвкой много времени уйдёт.
Я покраснел как свёкла. Закинул мешок на плечи и тащу по ступеням вверх. Нельзя сказать, чтоб было быстрее.
Горбун улыбается и подбадривает:
- О, о! Мешки полезно таскать, спинные кости укрепляются!
Наконец занёс и высыпал. Не знаю, где сильно запылился. Поискал щётку, не нашёл. Отряхнулся так, руками.
Слышу, Горбун пуще прежнего смеётся, залезая вслед за мной на второй этаж.
- Не отряхивайся, пан, ещё не таким будешь. Чёрная работа человека не пачкает. А здесь ещё мука.
Казалось, не было от чего, но мне от его иронического смеха стало стыдно. Он это заметил. Не смеётся.
Говорит, рассказывает серьёзно. То одну, то другую вещь показывает, об"ясняет.
- Отдохни сколько, да опять сходи туда, вниз, осмотрись. Сменишь мешок, принеси сюда и высыпь. Следи как следует. Смотри, чтоб не забыл. Большая суматоха может выйти, там закупорится и отрубей набежит.
     Взглянул в ларь. Послушал скрежет жерновов и на третий этаж укатился.
     Я только головой успел мотнуть, показал, что услежу.

Продолжение следует.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Другое
Количество рецензий: 2
Количество просмотров: 309
Опубликовано: 27.12.2014 в 00:40
© Copyright: Белла Минцева
Просмотреть профиль автора

Григорий Варшавский     (27.12.2014 в 16:04)
По отрывку, как я полагаю, трудно составит цельное мнение. но язык, которым написан рассказ-хорош.

Белла Минцева     (27.12.2014 в 16:15)
Спасибо.)
Это не рассказ, это роман.
Там ещё три главы уже есть. Публикую по одной на странице.






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1