12. Бесконечность


12. БЕСКОНЕЧНОСТЬ

1.
Всё вернётся: улыбка младенца — в слезу,
и бутылка вина — в молодую лозу,
птица — в землю и бабочка — в кокон,
станет облако горным потоком.

Вот и мы превращаемся в пепел и пыль,
возвращаемся в землю, в зелёный ковыль.
Как ветра нас, беспечных, качали!
Было так оно в самом начале.

Было так до того, как пришли мы сюда,
до того, как «водой» называлась вода,
камень — «камнем» и «другом» — собака.
Даже то, что нам светит из мрака,
мы ещё не назвали «звезда»!

2.
Посидеть на лугу возле чёрного дуба,
рядом с розовой пеной кипрея, пока
нежный лёд сновидений твоих — облака —
в бирюзовой реке. И привычное чудо:
видишь, ветер, играючи, крону листает,
видишь, бедный кузнечик о счастье поёт,
и корова задумчиво мятлик жуёт,
и мгновенная ласточка сверху летает.

Всё, чему предначертано быть, совершится:
отсвистит мухоловка, умрёт муравей,
крови выпьет комар у меня меж бровей,
дикий хмель отцветёт и трава-медуница.
Будет море шуметь, где до слёз наглупили
мы с тобой на мучительной этой земле,
ели хлеб на дощатом сосновом столе,
жгли свечу и друг друга ночами любили.

3.
Тонконогие, лёгкие, словно косули,
у болота берёзы стоят на ветру.
Скоро я человеком счастливым умру,
чтобы звонкой синицей проснуться в июле.

Превращусь в этот лес, в этот шелест муравный,
в духовитую мяту, в ползучий тимьян,
в клочковатый, густой над низиной туман.
Боже мой, я пишу Тебя с буквы заглавной

потому, что речная вода говорлива,
потому, что ночная звезда высока,
и светла серебристая прядь у виска,
и глаза мои смотрят на небо пытливо.

4.
Ночные тени девственных растений
о чём-то шепчут — дикий разговор.
Трухлявую валежину в костёр
кладу без угрызений и сомнений.

И муравьи бегут по ней от жара,
детей спасают, падают в огонь.
Ловлю тепло я, вытянув ладонь:
я — глиняный божок земного шара!

Я — чей-то рок! Испуганные сосны
волнуются о чём-то в темноте.
Что если там, на страшной высоте,
костёр зажёг Миросоздатель грозный?

Пылает небо — мучаемся, любим
и мечемся, сгорая, мы, когда
летит на нас огромная звезда
из космоса непредставимой глуби…

Разворошив костра Освенцим дымный,
я оттолкнул валежник муравьиный.

5.
Заскрипел коростель, и качается тихо куга,
пучеглазая жаба колышет коричневым зобом.
Человеческий род на Земле — голубая кругла —
как зверушка, из глины на краткое пиршество создан.

Для чего в этот мир я был женщиной в муках рождён?
Почему я не зверь, не цветок, не весёлая птица?
О, всесильная жизнь прошумела коротким дождём,
на поляне росу отряхнула с листа чемерица.

Муравей-пилигрим в серебристую каплю одну
окунул рыжеватые усики — в чистую влагу —
я возьму его нежно, до самых вершин подниму
и домой отнесу потерявшего путь бедолагу.

6.
Проплывают
сосны — чудо-корабли —
возле голубого глаза-озерца,
облаков обрывки в небе подмели.
Выкатился лунный ломтик из ларца.

Тихо-тихо — слышно, как растут грибы,
приподняв на шляпках палую листву.
Насыпаю сахар – сложностью судьбы
муравьиной тронут — накормить братву.

Вот о зимних вьюгах чтобы погадать,
чутко ёжик Ромка в травах прошуршал.
Господи, какая нежность — благодать!
Отчего же плачет и болит душа?

То ли всё былое обратилось в дым?..
То ли скоро стану дряхлым стариком?..
Полежу под ёлкой, подышу сырым
сумраком, туманом, хвойным холодком.

7.
Нестройный лес, колючий, дровяной,
цветными сыроежками усеян.
На ветках бородатая уснея
пропитана полночной тишиной.

Долга нодья из двух сосновых брёвен,
и огненный качается цветок.
Посмотришь в небо прямо на восток —
руно своё зажёг небесный Овен.

И кажется: звезде протянешь руку —
пожмёшь сухой, мозолистый плавник.
Заметишь: Бог к отверстию приник
и смотрит на любовь твою и муку,
на то, как ты согрет огнём и хлебом,
и прутиком рисуешь на воде
великое Ничто или Нигде
там — за гигантом тающим Денебом.

8.
Клубился туман в комарином густом
подлеске и прятался на ночь в болотину.
Приправив цейлонский брусничным листом,
я сел у костра на широкой колодине.

Темнело. Земля отдыхала в репьях.
А сосны горели, как хвойные факелы,
в закатного солнца прохладных лучах,
и тучи летели, как чёрные ангелы.

Я думал: «Во мне мириады миров,
а в них континенты, и горы с вулканами,
и люди, и, может быть, чья-то любовь,
но сам я — песчинка под звёздами ранними».

А лес потемневший шумел надо мной,
и пахло багульником, сыростью, плесенью,
и всей этой жизнью подспудной, грибной,
и дымом, и вновь наступающей осенью.

Я крикнул: — Когда-нибудь где-то в другом
углу мироздания заново всё это
начнётся!.. И лес мне «ого-го-го-го»
ответил, роняя печальное золото.

9.
Сквозь колонны ельника шагаю,
по дороге щёки на ходу
растираю, небо постигаю —
никакого смысла не найду.

Что же есть у нас? В ночи морозной,
всей моей тоски и жизни всей
больше, — Треугольник многозвёздный,
золотые Рыбы и Персей.

Что за дело космосу до мелких
горестей, затерянной среди
огненных миров, Земли, безделки,
жёлтой угасающей звезды?

Но и всё же елей пирамиды,
снеговой искрящийся подбой —
кто-то же придумал, дальновидный,
и прекрасен шарик голубой.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Поэмы и циклы стихов
Количество рецензий: 3
Количество просмотров: 429
Опубликовано: 24.02.2014 в 00:12
© Copyright: Сергей Аствацатуров
Просмотреть профиль автора

Геннадий Агафонов     (28.03.2015 в 15:26)
Золотые стрекозы снуют над водой,
тяжесть яблока в женской руке.
Человек умирает – приходит другой,
и светила плывут по реке.
----
Сестры тяжесть и нежность, одинаковы ваши приметы.
Медуницы и осы тяжелую розу сосут.
Человек умирает. Песок остывает согретый,
И вчерашнее солнце на черных носилках несут.

Сергей Аствацатуров     (28.03.2015 в 21:52)
У Мандельштама, конечно, лучше. Согласен.

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 06:53)
---
Посмотришь в небо прямо на восток –
руно своё зажёг небесный Овен.

И кажется: к нему протянешь руку –
звезду захватишь крепко за плавник.
---

Как вода в новгородских колодцах должна быть черна и сладима,
Чтобы в ней к Рождеству отразилась семью плавниками звезда.

======================
В оригинале плавники у звезды плавающей в воде, а у вас плавники явно не к местe.

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 08:37)
Спокойна, Геннадий, так надо. У звезды и хвост с чешуёй может быть.
И можно даже с ней поговорить о быте, например.

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 08:45)
Упрощая ситуацию скажу, образ содран у Мандельштама и тупо воткнут в свой текст.
Настораживает что случай не один.

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 09:34)
Пусть вас настораживает. Вот только хотелось бы прочитать
хотя бы одно ваше выдающееся стихотворение :)

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 09:46)
Хотелось бы обнаружить таковое и у вас.
Перевод стрелок понятен, однако, в отличии от, я себя поэтом, даже в шутку, не называю.

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 09:56)
Вот это правильно, что не называете. Похоже, что в стихах
вы совсем не рубите.

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 10:35)
Похоже, что в стихах вы совсем не рубите.

---Не рублю и к себе не тащу, я строку что срубил у кого-то,
Это все мишура, позолота...от чужого я благ не ищу.

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 10:46)
Геннадий, ну как же вы не понимаете, что хорошие стихи - это
новизна плюс традиция. Без традиции нет стихов. Мандельштам не
первый придумал про плавники у звезды - он это тоже утащил
и правильно сделал. А уж Пушкин умудрился утащить всю французскую
литературу на русскую почву.

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 11:14)
Мандельштам не первый придумал про плавники у звезды - он это тоже утащил
---У кого?

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 11:31)
Геннадий, человечество пишет стихи уже 4000 лет. Неужели вы думаете,
что за это время никто не заметил, что отражённая в воде звезда похожа
на морскую звезду с её плавниками? Если бы вы лучше знали литературу,
то вы могли бы заметить, что я тащу не только у Мандельштама, но и у
Данте, Гомера, Вергилия, Овидия, Пушкина, Бродского, Кушнера, Бориса Рыжего,
Пастернака и других. И между прочим, несмотря на вашу сознательную и, извините,
глупую установку ни у кого ничего не брать, напрасно вы думаете, что вы ничего
не тащите. Ещё как тащите! А иначе бы ваши стихи были похожи на песни первобытных
людей - т. е. вы бы должны были вернуться к самому началу, к долитературному творчеству.

Геннадий Агафонов     (29.03.2015 в 16:17)
что я тащу не только у Мандельштама, но и у
Данте, Гомера, Вергилия, Овидия, Пушкина, Бродского, Кушнера, Бориса Рыжего,
Пастернака и других.
---Нашли чем гордиться.
Правда в том, что как сказал один неупомянутый вами поэт, - поэзия, вся, езда в незнаемое.
"Заимствание" чужих находок невозможно оправдать ничем.

И между прочим, несмотря на вашу сознательную и, извините,
глупую установку ни у кого ничего не брать, напрасно вы думаете, что вы ничего
не тащите. Ещё как тащите!
---Только вор видит в окружающих воров. Одно дело использовать буквы придуманный Кириллом,
а совсем другое поэтические образы придуманные другими авторами.
Если вам это не понятно - мне вас очень жаль.

Сергей Аствацатуров     (29.03.2015 в 20:28)
Это мне вас жаль. А меня-то что жалеть? Я публикующийся автор,
вполне признанный. А ваши писания хоть один толстый журнал опубликовал?
Вот то-то и оно. Не тянут они на толстый журнал - одни банальности. А
иначе и не бывает с изобретателями велосипедов. Потому что, хотя вы и тащите
кое-то, как и все тащат, но тащите вы именно то, что уже стало поэтическими
штампами и потому никто не помнит, откуда эти образы взялись. Ну и тащите дальше.
Удачи!

Геннадий Агафонов     (31.03.2015 в 16:42)
Я публикующийся автор, вполне признанный.
---Такому и воровать не грех?
Насмешили.А вообще, пиписьками мерятся последнее дело, потому как 99.99999% читателей в России
не подозревает о существовании такого, с позволения сказать, поэта.
Выйдите к людям, спросите сто человек, кто о вас слышал?

Не тянут они на толстый журнал - одни банальности.
---Чья бы ворона квакала. Вы попробуйте, найдите у меня кровь-любовь, даль-печаль.)))

Сергей Аствацатуров     (31.03.2015 в 23:24)
Если вы выйдете на улицу в Рязани и спросите, кто такой Кушнер,
то никто вам не ответит на этот вопрос. Однако, Кушнеру это не
мешает быть большим поэтом. Вот и мне это не мешает работать.
Меня знают там, где надо это знать. А вы, если читаете толстые
журналы, тоже меня знаете - только там я под другой фамилией :)

Сергей Аствацатуров     (31.03.2015 в 23:19)
Геннадий, могу я вам чем-нибудь помочь? Может, у вас какие-то проблемы есть,
которые я могу решить?

Сергей Аствацатуров     (31.03.2015 в 21:15)
Бедный вы бедный!

Елена Солод     (28.03.2015 в 12:57)
Ну... Такие стихи должны украшать главную.
Иногда я искренне рада редакторской кнопке)
)) даже вопреки))

Сергей Галкин     (11.11.2014 в 07:50)
Я вот следовал за Вашей мыслью, следовал и вдруг наткнулся на некоторые словосочетания по-моему составленные не в контексте, а так, случайно. Не поясните, в чем я не прав?
Мне показались не к месту:
зелёный ковыль
синий свет падающих звёзд (почему синий?)
сырые грозди
Кто же ответит такому (какому такому?)

Сергей Аствацатуров     (11.11.2014 в 23:45)
Зелёный ковыль, синий свет - это работает на настроение, а не
на смысл, который эти эпитеты не затрагивают. Какому такому -
это становится ясно из контекста всей книги.

Сергей Галкин     (12.11.2014 в 18:49)
Спасибо за ответ, Сергей. Я постараюсь прочитать больше из Вашей книги, чтобы понять контекст.
Но про зеленый ковыль и особенно сырые грозди хотелось бы подробнее. Мне непонятно, на какое настроение они работают.
Наверняка у Вас были причины написать так, признаюсь, что я читатель поверхностный и торопливый. И вот представьте: пробегаю я по Вашему произведению (находящемуся на тот момент в верхней строчке авторских анонсов) и натыкаюсь на необычный для меня зеленый ковыль. Поймите, на зеленый клевер я бы не отреагировал. Потом падающая звезда. Если освещает землю, значит не просто чиркнула по краю стратосферы, а сгорела в более плотных слоях, и синий цвет пламени в таких случаях не характерен, насколько я это дело представляю себе... И сырые грозди красной рябины... Ну где Вы, Сергей, видели у красной рябины вареные грозди? Или жареные? В общем, я надеюсь, что Вы меня понимаете)) Я ни в коем случае не хотел Вас обидеть, но мне показалось, что в Ваших весьма грамотных стихах по недосмотру допущены некоторые шероховатости.

Сергей Аствацатуров     (12.11.2014 в 21:02)
Сергей, это стихи - все слова здесь означают не совсем то, что они означают в прозаической речи.
В стихах важна совсем другая точность - особенная, поэтическая. Уверен, что ковыль может быть и зелёным - во всяком случае, молодой. Звезды падающие не потому, что они падают, а в каком-то более
глубоком философском смысле. А грозди рябин сырые потому, что прошёл дождь или выпала роса. Но все эти объяснения почти несущественны. Важна фонетическая точность - зачастую она важнее фактической. Лично меня, в большинстве стихов самодеятельных поэтов смущает не то, что они вольно обращаются со словами, а то, что между словами нарушены связи нормальные для русского языка, а на фонетику вообще никто не обращает внимания. В результате стихи эти "не звучат" - это не музыка, а должна быть музыка...






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1