РАЗРУХА И МЫ


РАЗРУХА И МЫ

СТИХИ 2012 – 2013 г. НЕ ВОШЕДШИЕ В КНИГИ

* * *
Зима. Колючий снег летает.
Бригада (трое мужиков)
морской контейнер разгружает.
Начальник бдит из-под очков:

«А ну, Иваныч!.. Поднимайте!..
Перевернули на попа!..»
Как хороши бычки в томате!
Как сладки вольные хлеба!

Ещё чуток и поясницу
прихватит – грош тебе цена.
Не повезут лечить в больницу:
«Ну, раз-два взяли! Обана!»

Начальник галочку запишет,
Иваныч кровь утрёт со лба,
достанет «Кент», и тише, тише
снег будет падать, как судьба.

* * *
Зверь ключи крутанул на цепочке: – Жирно
вам, ублюдки, в казарму! А ну-ка, взвод,
сесть на корточки!.. Звёзды большие мирно
февраля украсили небосвод.
Так сидели мы посреди вселенной,
и, судьбу отчаянно матеря,
я подумал: «А мог бы, конечно, с Леной
двух детишек…» За плацем уже заря
чуть заметно во тьме занималась. Мы же
трое суток не спали – какой-то гад
навострил из шизоидной части лыжи,
может, в Киев, а может быть, в Ленинград.
И, дрожа от мороза и припадая,
то на правую, то на другую, «Чёрт! –
я подумал стихами, – Страна дурная,
а какое здесь небо!» – Кто, бля, встаёт! –
рявкнул прапор, – Отправить бы вас под пули,
чтобымамкам, бля, ёбаные сынки,
нахрен в цинковых ящиках всех вернули…
Звёзды гасли – нелепые огоньки…

* * *
Открыли тушёнку ненужным штыком,
подкинули доски в костёр,
уселись. – А колокол, знаешь, по ком?..
Гультяев ответил: – Допёр!..

Потом подкатил самосвал, и дерьмо
грузили лопатами мы –
мы, двое солдат, батальонные чмо.
А звёзды сияли из тьмы.

– Там киборги злые? – Ну ясно, зверьё!
И сердце металось во мне
под серой шинелью, где хлоркой «моё»
я вывел, и «****ь» – на ремне.

* * *
Мне бросали повестки в почтовый бокс
двадцать лет каждый месяц, как заводные.
Каждый раз я вздрагивал, словно в бок
впилось что-то, и мысли собрав больные,
пальцы вдавливал в кнопки с тоской. А там
харя злая мне виделась военкома:
«Инвалид я!.. ****ь, шуточки, капитан,
неудачные!» После я долго дома,
словно узник Дахау, смотрел в окно –
в небеса, у которых на справедливость
бесполезно рассчитывать… Но дано
больше, может быть, чем у иных водилось!..

* * *
В линялой шапочке из чёрного акрила,
в дырявой кожанке, в кроссовках «адидас»
я шёл по Невскому – о, жизнь меня любила,
морила голодом и п***ла. А вас?

А впрочем, что же мне завидовать
счастливцам?
Едва ли знали вы, как бедная душа
ликует бабочкой, пугается, как Вицин,
и строчку пробует: – Ух, сволочь, хороша!..

* * *
Как хорошо сидеть в пустом парадняке!
Кто стену расписал: «Nirvana»? Вот умора!
Обед. Открыв рюкзак, я взвесил на руке
погрызенный сухарь, два мятых помидора…

Сижу и осознать пытаюсь: «Не предел
бассейн, и особняк, и две японских тачки».
Я карбамазепин (три непочатых пачки)
достал, но к рукаву прилип непрочный мел.

Стряхнул и загрустил, что я не поп-звезда,
не жирный олигарх, а сочинитель бреда.
Но термос не остыл – хорош чаёк «Беседа»!
Как вьюга, воет лифт, скользя туда-сюда!

* * *
И жизни нет, и смерти нет,
и надо по утрам вставать –
в контору лишний документ,
нести, ворча: «****а мать!»

А там сто двадцать человек –
бойцы, готовые на всё.
Стоишь, утаптывая снег,
и трёшь ладонями лицо,

рисуешь номер на руке,
своё услышав имя, «здесь»
кричишь и думаешь: «Эге,
за мной ещё полсотни есть!»

Без ног воротишься домой,
лицом в подушку упадёшь:
«Живой! Хрена себе, живой!
А лучше б сдох, едрёна вошь!»

* * *
Размножаются не первый
страшный день в календаре
здесь чиновники, как черви
в трупаке на пустыре.

Сверху – каменное небо,
снизу – горькая земля.
Потом пахнущего хлеба
не хватает нищих для.

Здесь любой, как на канате,
над житейской мишурой, –
то ли жалкий обыватель,
то ли истинный герой.

Он – унылый сумасшедший
диких оргий племенных
оттого, что квохчет Леший
возле скважин нефтяных.

* * *
Упакованный в блистер
белой ночи прозрачной,
сумасшедшинкой Питер
выделяется мрачной.

Дождь ему не в новинку
и в суде волокита.
В голубую кабинку
здесь пускают пиита

за немалые деньги.
А не плакал он чтобы
здесь афиши Ваенги
и проверки на бомбы.

И не то чтобы психам
хорошо на Дворцовой,
а в Степанова тихом
уголочке Скворцова.

Что аквариум рыбкам,
в нём тоска человечкам,
сейф железный – ошибкам,
и могила – словечкам.

* * *
Полюбил бы я, друг мой, всё это:
синий лес да кирпичные здесь
двухэтажки в сыром Мюллепельто,
где в сельмаге мука на развес.

Пусть от ветра ссыхаются губы,
от летящего только вперёд, –
полюбил бы, но всё-таки грубый
страх и скука за горло берёт.

Как представишь в протухшем эфире
кровью залитый телеканал…
Слава Богу, что где-то в квартире
припасён у меня веронал.

Я настольную лампу включаю –
не включается… Страшно в ночи.
А в окошке напротив гуляют –
там Киркоров про зайку кричит.

Он кричит, и, под пьяные взвизги
вспоминая Серебряный век,
понимаю: последние книги
скоро выбросят мокнуть на снег.

* * *
Шу-Шу, апокалипсис близок уже –
в гламурном он явится блеске.
Прими аскорбинку – четыре драже,
и плотно задвинь занавески.

Не надо сегодня смотреть на бульвар.
Там суетны люди и дики,
и даже любовь превратили в товар,
окей у них всё, чики-чики.

Давай же друг другу рассказывать сны
о смелых гребцах Одиссея,
о том, как стихи у Катулла сильны,
как Аттикой станет Рассея.

Умрём, под подушку тома положив
Бодлера и, может быть, Блока.
А если останется кто-нибудь жив,
увидит, как небо высОко.

* * *
Он хитёр и, откупорив рислинг,
наблюдает за мной из трюмо.
Говорю ему: «Совесть и мысли –
не слюна человек, не дерьмо
и не сперма. А ты-то? Ну, кто ты?
Что же ты на пятак разменял
гульден жизни, как все идиоты?»
Он молчит, презирая меня.

Больше чёрта боюсь его, гада,
этой маски на месте лица.
«Отъебись, –
говорю, –
мне не надо
ничего от тебя, подлеца».

* * *
А. Пантелееву

Полдень. Чужой каприз.
Третий этаж. И вниз.
Тело мягче, чем воск,
и по бетону мозг.
Но хороший конец:
встал – такой молодец –
и снова пошёл пахать.
Поэт? А стране плевать,
что чуть живей мертвеца,
что здесь человек – грязца,
прочнее любых гвоздей.
Откроют потом музей,

будут ходить-вздыхать:
«Ах, ведь мог бы писать!»

* * *
Что ль на старые грабли
хорошо наступать?
С девой сесть на кораблик
и поехать в Кронштадт.

Примелькается камень
парапетов Невы.
Можно трогать руками
вертикаль синевы.

Можно гнуть это время,
как заржавленный гвоздь,
петь любовь от катрена
до катрена, как дрозд.

Дева будет смеяться,
вся в рублях и в духах.
Жизни красное мясо
брызнет в новых стихах.

Глиной ангельской речи
забросав свою смерть,
мышца вправе перечить,
а мотор тарахтеть.

* * *
Еду на работу. Утро. Понедельник.
Душный супермаркет и рекламный щит:
«Сколько вам для счастья требуется денег?»
Мне?.. Для счастья денег?.. Ну и ну, смешит
этот бред! А люди на сиденьях тесных
что-то мрачноваты – взгляды тяжелы
истеричных женщин в шубках интересных
и мужчин небритых, жалких, пожилых.
Только лишь ребёнок, шарфиком обмотан,
удивлённо как-то смотрит на меня.
Вот и человек вам! Вот он! Вот он! Вот он!
Маленький, с глазами полными огня.

* * *
Сколько слов бесполезных потрачено?
Сколько пролито слёз и чернил?
Только набело жизнь, а не начерно
сочиняется. Только начни
переделывать глупую, странную,
тут она и закончится – ел,
вроде, только что в садике манную
с маслом кашку, и вдруг за предел
бытия просквозил, и в глубокую
мать сырую землицу ушёл…
Так терпи эту трудную, горькую
и прекрасную жизнь, и ещё
справедливую, хищную, зоркую,
ту, что любит тебя горячо!

* * *
Ультрабуки, смартфоны, планшетники…
На далёкие звёзды небесные
мы глядим, как печальные смертники:
угрожают глухие, но честные!

видно, вовсе не век электроники,
не с ума посходившие роботы,
чудо – это зыряночки тоненький
голосок и поэзии хлопоты,

это в росных слезах гладиолусы
и, приневской волной набежавшие,
у любимой душистые волосы…
Виртуальные?.. Нет!.. Настоящие!..

* * *
В кухне устроимся – с луком салат,
кильки, лишённые глупых голов,
булки кусок. Вот такие дела.
Кто мы? Достаточно, кажется, слов.

Мы – неудачники. Лузеры – мы.
Мы угодили в глухую тайгу.
Смотрит фонарь одинокий из тьмы.
– Милая, водочки?.. – Ладно, угу!..

– Выпьем за то, чтобы всем хорошо!..
– Выпьем за то, чтобы каждому свет!..
Дождик над серой хрущёвкой пошёл.
Курит в окошке напротив сосед.

* * *
Дождливое выдалось лето –
картошка гнила на корню.
А в тихой Голландии где-то,
в уютном Гаагском краю
поэты не пашут, не сеют –
они сочиняют стихи
совсем не про Рашу-Рассею,
совсем не про наши грехи.

Ну что же, на ржавую тяпку
одна лишь надежда пока,
на лука роскошную грядку,
на то, что, устав, облака
последнюю выплеснут тонну,
что, дёргая с грядки чеснок,
я близко к Предвечному дому
насколько по слабости смог.

* * *
Мухоморы пятнистые,
в паутину одет,
прячет ельник неистово
у себя в бороде.

И бормочется: «Боже, ты
у меня на устах!»
Тихо топают ёжики
в непролазных кустах.

Стонет Леший в болотине,
деревами скрипит
и слезами дремотными
буреломы кропит,

где медведь продирается
меж валежин гнилых,
и звезда загорается
средь миров пожилых.

* * *
Планета свихнулась. И точка.
Но радуют наши сердца
полбанки солёных груздочков,
картошка и два огурца.

Смотри, на глубоком Забытом
я лещика взял на горох,
и мир с мудрецом Гераклитом,
поверь, не особенно плох.

Листаю расхристанный томик.
Шкворчание рыбных котлет
предельно стабильно. А кроме
течёт всё куда-то, мой свет.

* * *
Осень. Долгие дожди,
обнажился лес печальный, –
вскрылся хаос изначальный
камня, воздуха, воды.

В нём подробна тишина –
эпос долгий с продолженьем.
Грузди служат утешеньем –
шляпка скользкая черна.

Лист прилипший отряхну,
погляжу на паутину:
«Жизнь прошла наполовину.
Что за притча? Ну и ну!

Впрочем, что же я? Верняк,
что ещё денёк не прожит!»
Ветер весь туман створожит
и разгонит просто так.

Я пришёл за ним сюда,
а в душе ни кошки дохлой.
Остальное – сурик с охрой
да небесная вода.

* * *
Как зэка, здесь метели
кипишат на земле!
Стонут в сумерках ели!
Стынет чай на столе!

Воет спятивший ветер!
Гаснет звёздная рать!
Не фонтан в Интернете
вечерок коротать:

то ли Гугл неизбежный,
то ли вирус в сети,
а за окнами снежный
Океан шелестит.

Может, ангел, Шушара,
выбор этот – каприз?
Есть Пекин, и Варшава,
и цветистый Тебриз.

Там от вздоха до вздоха
ветра свежий замес.
Там, возможно, неплохо
только родина здесь.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Поэмы и циклы стихов
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 361
Опубликовано: 15.07.2013 в 22:51
© Copyright: Сергей Аствацатуров
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1