Стихи Александра Ревич

Ревич Александр
Александр Михайлович Ревич (настоящее имя — Рафаэль Михайлович Шендерович) (2 ноября 1921, Ростов-на-Дону - 24 октября 2012, Москва) - русский поэт, переводчик, профессор Литературного института имени А.М. Горького. Александр Ревич - автор переводов более трехсот книжных и журнальных поэтических изданий. Он переводил с итальянского, французского, английского, греческого, польского, немецкого и сербскохорватского языков произведения многих авторов. Он написал пять книг собственных стихотворений и более десяти литературоведческих работ. Всего вышло более двадцати отдельных книг и сборников Александра Ревича.

Любимые, ушедшие мои
Любимые, ушедшие мои,
видны вы сквозь листву, сквозь эти ветки,
сквозь дымчатые зыбкие слои
вечерней мглы, сквозь этот сумрак редкий,
Переделкино
Здесь в подмосковном сосновом поселке,
в кряжистых стенах бревенчатых дач
жили бараны и серые волки,
рыцари бед, джентльмены удач.
Реки
В России города стоят на реках,
хотя на реках города везде,
но речь ведь не о Риме, не о греках,......
речь о бескрайней в паводки воде.
Так разрушалась империя
Так разрушалась империя,
Господи Боже, прости!
Сгинули Сталин и Берия,
следом пошли травести,
Флоренция. Улица Данте Алигьери
Во Флоренции было не жарко,
с ветерком, а порою с дождем.
То карниз был укрытьем, то арка,
то собор, то случайный проем.
Арсению Ревичу
Два пацана сжимают столб в объятьях,
вцепились намертво, и никому
от этого столба не оторвать их,
изрядно накачались, по всему.
Давнее
Все мы бредили Блоком в далекие дни,
танцевали бостон и фокстрот,
рвались из дому прочь, рвались прочь от......
стали взводами маршевых рот.
Бах
Белый туман, белый город в тумане,
над полушарием северным мгла,
снег ретуширует контуры зданий,
и колоннада у входа бела.
27 января по старому стилю
Все мне чудится призрак дуэли...
Пуля в грудь. Под ребро. Наповал.
Я такое уже испытал,
две отметки остались на теле.
Последний снег
На последнем снегу, под последним
ранним светом далекого дня
оплетенный туманом, как бреднем,
он лежит и глядит на меня.
К тебе взбирался на колени
К тебе взбирался на колени,
как на уступ, как скалолаз,
глядел на красные поленья,
пока огонь в печи не гас,
Сон о потопе
Тропа вела через зеленый луг,
потом пошла отлого на пригорок,
зеленый цвет стал маревом вокруг,
переходя в голубоватый морок,
Кануны
Вьюга, вьюга, подернутый дымкой рысак,
а навстречу фонарики скачут,
а навстречу фасады на всех парусах.
Год пятнадцатый только что начат.
Прощание с веком
Вот и кончается эта пора,
строчка истории нашей,
сколько режимов сошло со двора,
сколько их выгнали взашей.
Соколиная охота
I

Вдруг возникли цыганки в кустах —
пальцы в кольцах, цвета, как с картины,
У детства были солнце и луна
У детства были солнце и луна,
и облако и крыша с голубятней,
и двор в прямоугольнике окна,
и ветви клена, неба необъятней,
Сны о Блоке
1
Не пройти вам по улицам нашим,
да и мне никогда не пройти
мимо окон, где свет был погашен,
В дни горечи, в дни озверенья
В дни горечи, в дни озверенья
шла оттепель, капало с крыш,
под осень варили варенье
и пели на свадьбах “Камыш”,
Немного о птицах
1

Как этот говор был понятен,
и не забылся до сих пор
На плечи снег ложится тающий
На плечи снег ложится тающий,
туман и сырость на дворе.
Как говорят, погода та еще
в разгаре святок, в январе.
Кто знает, в каком еще томе
Кто знает, в каком еще томе
затеряна правда войны.
Что книги, когда о бездомье
не строки, а дни прочтены?
Чаша
Мог бы совсем не родиться,
мог бы… Но слава Творцу!
Вспомнишь забытые лица —
слезы текут по лицу.
Зимний сонет
И вновь снега, и снова будут зимы,
а сколько было горок и саней,
коньков и лыж в мороз невыносимый,
и музыки, и елочных огней.
Явление
Дали, беленные мелом,
мы никогда не покинем,
черные птицы на белом
видятся в мареве синем,
Молитва Ноя
Земля деревьев, трав, лягушек и жуков,
коней и окуней, синиц и прочих тварей
дает своим жильцам питание и кров,
оберегает свой гербарий и виварий,
Озорная смуглянка Ксантиппа
Озорная смуглянка Ксантиппа,
ну зачем ты влюбилась тогда
в молодого кудрявого типа,
что разбил твою жизнь навсегда?
В незапамятном году
Это было еще до Второй мировой,
до великой войны, до поросших травой
и закутанных в дым очертаний.
Нам известно теперь, что случилось потом,
Магистрал
Во времена вселенской свистопляски
мы поселились в царстве избяном
и пили чай на старенькой терраске,
где ступишь шаг — и доски ходуном.
И ласточки мелькнувшая стрела
И ласточки мелькнувшая стрела
над самою водою пролетела,
не замочив свистящего крыла,
не окропив стремительного тела,
Вкус железной воды из колодца
Вкус железной воды из колодца,
солнце марта и тающий снег —
все, что было, при нас остается,
было-сплыло, пребудет вовек.






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1