«Новогодняя ночь!»

 
Конкурсные произведения:

Поэзия   (48)Проза   (21)Песня   (9)

Новогодняя ночь


Объединённые Арабские Эмираты — федеративное государство, состоящее из семи
эмиратов. Дубай — один из них. Его одноимённый административный центр —
крупнейший и наиболее быстро развивающийся город в стране. Сегодня — 31 января
2010 года. Вечер. Скоро наступит новый год.

Погода тёплая. Ласковый
ветерок задувает в окна машины, ласкает покрытые кашемировым шарфом голые
плечи, — это мусульманская страна, нужно соблюдать дресс-код. Такси (здесь все
они марки “Кэмри” и не старше двух лет) медленно ползёт в тягучей пробке по
гладкому асфальту из города Шарджи, где мы остановились, в центр Дубая. К
торговому центру Дубай Молл. Там, близ самого высокого в мире небоскрёба —
Бурдж Халиф (828 метров!) — ровно в двенадцать начнётся салют и необыкновенный
танец фонтанов.

Странно, но
празднично-таинственное настроение, сопутствующее зимним праздникам в наших
славянских странах, напрочь отсутствует.

Грустно-задумчивые лица
местных жителей, видимые через стёкла их дорогих автомобилей, непонятные пробки
на дорогах (куда их всех несёт в эту ночь?), странно деловая обстановка
огромного мегаполиса даже в праздник. И богато наряженные искусственные ёлки.
Не природные аравийскому ландшафту. Зато великолепно убранные. Что вполне
соответствует общему здешнему великолепию: огромные, странной планировки
небоскрёбы, все из цветного стекла; экзотические цветники и фонтаны, украшенные
огнями пальмы. Ну, прямо “Тысяча и одна ночь”.

Не дождавшись конца
маршрута, в нетерпении выходим из такси. Вот станция метро. Чётко и быстро
объясняю кассирше: нужны билеты в один конец до Дубай Молла. Девушка благодарно
улыбается:

— So match, ma’аm! — у неё выдался горячий денёк, перед её стеклянной
кабинкой огромная очередь пассажиров.

Но что такое настоящая
толкучка мы поняли, выйдя на нужной станции, — всё помещение метрополитена
забито людьми. Не то яблоку — ягоде негде упасть.

Кажется,
люди стоят на месте. Выход из метро тут только через турникеты. Ну почему бы в
такую ночь их ради исключения не отключить?! Нет, в Дубае правила святы. Всё
тихо, монотонно и безропотно. Мысленно благодарим строгие исламские законы,
запрещающие алкоголь — представить себе,
что было бы в Киеве например, в толпе добрезно принявших на грудь
отдыхающих...

Но в какой-то момент нами овладевает паника —
напирающие сзади люди сдавливают спину и грудь. Рядом весьма энергично толпу раздвигает локтями
какой-то накаченный филиппинец с толстыми губами и тупыми, непроницаемыми глазами-щёлками. Говорить с ним бесполезно.

Наконец выход. Полицейские
беспомощно пытаются регулировать людской поток. Куда там.

Потом, вынужденно не
соблюдая дорожек, иногда по крупным, рясным белым петуньям и нитям автополива —
к Дубай Моллу.

Сегодня там ещё более
людно, чем обычно. Шутка ли, более миллиона квадратных метров площади, более
тысячи магазинов и кафе, да ещё и гигантский океанариум в придачу! А вот и выход на огромную террасу,
правда, крытую. Отсюда будем наблюдать знаменитое на весь мир зрелище.

Толпа загудела — наступила
полночь. И одновременно — хлопки и вспышки салютов, водяные взрывы (высоченные,
на четверть Бурдж Халифа!) светящихся в такт музыки фонтанов. Мириады брызг
создают причудливые, разнообразные картины. Глаз не оторвать!

Фейерверк — это нечто! Из
каждого этажа почти километрового небоскрёба Халиф, то спирали, то полукруги,
то просто вспышки разных цветов!

Ах, если б ещё не мелкие,
как тараканы, азиатские дети, больно шмыгающие по ногам и между ног! Так и
норовят столкнуть тебя в декоративный водоём за спиной!

Музыка огня, света и воды
длится минут пятнадцать — двадцать...

И это всё? Отпраздновали?
А как же выпить-закусить?

С неизбежной, как сама
судьба толпой, буквально к ней прикипев, пытаемся выйти из Дубай Молла. Так
просто такси на улице не словить — за грачевание здесь штрафуют. Чапаем пешком,
непонятно в каком направлении. В городе повсюду строительство. Но оно не
диссонирует с окружающей роскошью — все новостройки обтянуты плотными сетками,
пыли нет, даже подъёмные краны празднично горят в ночном небе огнями.

Сразу за аккуратными
бордюрами шоссе — девственные пески. С сожалением смотрим на припаркованный в
них нарядный джип с вывернутым напрочь передним мостом. Песочек — не шутка.

По шоссе медленно, еле-еле
обгоняя пешеходов, движется в общей пробке себе подобных красавцев новенький
роскошный “Бентли”. В нём молодой араб в белоснежном одеянии — долгополой
рубахе и головном платке (куфии), на темени придерживаемом чёрным шнуром.
Сквозь открытое окно крупно горящими цифрами даёт прочесть номер своего
телефона стайке красивых девушек арабок. Они, смеясь, заглядывают к нему в
авто. Их лица кажутся нарисованными: выбелены до бледности, брови насурьмлены,
глаза и губы ярко подведены. Тяжёлые золотые серьги звенят, как лошадиная
сбруя.

Заблудившись, потеряв
ориентир на Шарджу, подходим к
микроавтобусу, из окна которого зорко следит за происходящим на улице
полицейский.

— Happy New Year! Шарджа в какой стороне?

Полицейский отвечает нам почему-то торопливо и
неприветливо. Зато из глубины салона выглядывает молодой мужчина в праздничной
белой рубашке. Он вежливо, с готовностью помочь начинает громко рассказывать,
где лучше взять такси.

Мы отходим на несколько
шагов. Вдруг слышим из микроавтобуса возню борьбы и крики мужчины в белой
рубашке: “Help! Help!” На самом деле помогать бы надо полицейскому: парень хотел сбежать из машины,
полицейский силой его удерживает, тот сопротивляется. Потом они оба падают на
пол, парень — на полицейского сверху. Их лица скрыты выдвижными дверями салона,
видны только ноги: полицейского в грубых ботинках и
парня в дорогих туфлях. Но явно угадываются их действия: парень
полицейского душит. Мы в ужасе застыли, не представляя: что делать? По двум парам ног исход сватки
определить невозможно: они напряглись и
застыли. Вокруг микроавтобуса начали собираться прохожие. Люди в замешательстве
останавливаются, переглядываясь. Не зная, что делать и кому помогать.

Подскочила машина. Из неё
высыпало человек шесть — восемь полицейских в беретах набекрень, с дубинками:

— Гоу! Гоу! — разогнали толпу зевак.

Мы от греха подальше тоже
убрались. С полицией здесь не шутят. Здесь главенствует презумпция виновности:
доказывать, что не виноват, приходится задержанному. А что угодно и когда
угодно предъявить имеют право любому, по малейшему подозрению. К тому же в эмиратах
всё ещё процветает линчевание — узаконенное рукоприкладство.

Наконец ловим такси.

— Да, в Шарджу. Сколько дирхамов?! А, всё равно, нет сил, поехали.

Уютная, провинциальная в
сравнении с Дубаем Шарджа, кажется родной после давешнего всемирного столпотворения.

На улицах одни мужчины:
индусы и пакистанцы. Одеты по рабочему, без лоска. Не отрывая глаз, смотрят на
наших женщин. В их взглядах первобытный
восторг и горестное вожделение: “Мне б такую...” В сухом пресном воздухе —
запах шаурмы. Есть хочется невыносимо.

Самый престижный район в
Шардже — аль Газба. Нарядная, освещённая разноцветными огнями набережная. Горит
неонами огромное, модерновое “чёртово колесо”. Поднявшись в его закрытой
кабинке (с кондиционерами и кнопками вызова служб) на высоту, можно видеть
почти всю Шарджу. В глядящих на воды Персидского залива домах живут только
богачи. Их пешеходами на улицах не
встретишь.

Мирную воду каналов бесшумно прорезают
прогулочные катера, стилизованные под старинные арабские лодки.

Устало падаем за столик на
улице близ тайского рыбного ресторанчика. Вежливая официантка с самой
доброжелательной улыбкой в мире, как будто только нас и ждала всю свою жизнь,
улыбаясь и без того раскосыми глазами, предлагает меню.

Тигровые креветки, салаты,
острые супчики и жареная на гриле, с запахом дымка морская рыба — великолепны!



Ну, с Новым Годом!





Эссе

© 18.12.2017   Елена Соколова


Новогодняя ночь!              Вернуться к списку конкурсов









Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1