Профессионализм и мастерство

 
выбрать темы по:  


ПРОФЕССИОНАЛИЗМ И МАСТЕРСТВО
___________________________________________________________

…Отца и мать мою едва ль
Застанешь ты в живых...
Признаться, право, было б жаль
Мне опечалить их;
Но если кто из них и жив,
Скажи, что я писать ленив,
Что полк в поход послали
И чтоб меня не ждали.

Соседка есть у них одна...
Как вспомнишь, как давно
Расстались!.. Обо мне она
Не спросит... Всё равно,
Ты расскажи всю правду ей,
Пустого сердца не жалей, –

Пускай она поплачет...
Ей ничего не значит!
_______________________________________
/М.Ю.Лермонтов. Завещание, 1840/

Никогда доселе в русской поэзии трагедия не заявила о себе столь отчетливо.
Ведь именно она, «соседка одна», осталась в сердце умирающего солдата, все
остальное он и так должен был сказать перед смертью.
Искусство «невысказанного» это не только мастерство, без него сама литература
становится подобна перечню или инструкции.

Снилось мне, что на рассвете
мимо голых серых стен
жизнь провозят на лафете.
Так и есть! Играл Шопен…
___________________________________
/В. Матиевский

Примеров в русской поэзии немало. Помню, как меня поразили строки Михаила Дудина:

Я женщину без памяти любил,
она меня еще не позабыла!
__________________________________________
/»Да, я солдат – завидуй мне, дивись…»/

Мелкими и порой смешными покажутся тщетные попытки досужих графоманов
писать о любви, ни на минуту не забывая о гениталиях. Мастерство не покупается
и не продается, но мастерство и не достигается ни усидчивостью, ни чем…
Старательность способна только на один результат – имитацию. Но сильное чувство
имитировать невозможно.

Я не хочу забыть тебя. Я слушал,
Как время льется и гудит струной.
Я буду говорить как можно суше.
Почти молчать – но о тебе одной.
_____________________________________
/П.Антокольский/.

Преемственность характерна для русской поэзии, жизнь не прекращается со смертью
творца, ведь он сумел тронуть столько сердец человеческих, что резонанс неизбежен.
И снова скальд чужую песню сложит… В этом Мандельштам прав.

… не люблю, ненавижу тебя, не люблю, ненавижу
этой бронзовой осенью, оловянной зимой, канцелярской
резиной стереть твое имя и выжечь
со стволов и скамеек тобой оскверненного царства…
не тебя рисовать на полях и обложках, и запах
не твой ощущать на губах… на обложках, полях
зачеркнуть и не плакать,
и молчать – не моя! не моя! не моя! не моя!

Или так:

Еще в Аид не собрана котомка –
не сосчитать не стираных рубах, –
я буду говорить не слишком громко,
почти шептать, но с мелом на губах!
_____________________________________
/О.П./

Досужие попытки обвинить автора в плагиате – извечная забава графоманов.
Научитесь сначала видеть как я, чувствовать как я, научитесь, наконец, состраданию,
как я этому научился.

Не о мечте распахнутой как двери,
не о слезе размазанной тайком –
не о звезде, – о верности и вере:
– Прости, Ассоль, я вырос моряком.

Прости, любовь, мои смешные дрязги,
копилку, разнесенную в куски –
я не просил и кочергой не лязгал,
и талеры не складывал в чулки…
_________________________________________________
/ «Вступление в любовь»/

Кочерга особенно раздражала и раздражает «тонких ценителей». К сожалению, Интернет,
хоть и удобный инструмент для имитации знаний, но мало что дает для понимания.
Что же вы все-таки прочитали? Иные «знатоки» запоминают лишь заголовки.
Между тем маленький Грей ничтоже сумняшеся разбил свою копилку, чтобы помочь другу,
пусть только деньгами. Помнится, он воспользовался кочергой…

НЕМНОГО ИСТОРИИ

* * *

Приводим пример литературной оценки стихотворения поэта-шестидесятника
Виктора Александровича Сосноры.
Беседа имела место на одном из лит.сайтов Рунета в 2008 году.

* * *

НА ВОЛГЕ

Вот и рядом.
Чаяли – простимся.
Рассвело,
и рядом проще стало…
Правда,
ты печальной Ефросиньей
обо мне в Путивле причитала?
Я тогда
не поводил и усом,
посвист копий
да охоту чтил.
Думал –
не вернусь,
а вот вернулся
через восемь сотен лет почти.
Разве мы
в судьбе своей студеной
не прошли тревожные азы?
Дождик-дождь, старательный садовник!
Нет,
но нам не миновать грозы.
Разве нам впервой
река – отчизна,
а сухая плоскодонка – дом?
Разве нам впервой
иголки-брызги
собирать,
а завтракать дождем?
Ты припомни:
на реке Каяле,
той реке общеславянской боли,
мы стрелой из ялика
карали
княжичей, перебежавших в Поле
в непогодь Руси…
Теперь – не надо.
Нет и нет, как нет реки Каял.
Есть – туман.
В тумане – лодка наша,
как и ты плывущая, и я.
А повсюду,
сбрасывая перья,
птицы улетают цифрой «семь»…
Есть ладонь твоя – твое
доверье,
нами позабытое совсем.
___________________________________________________
/«На Волге». Виктор Соснора. 1961./

Текст:

Вот и рядом.
Чаяли – простимся.
Рассвело,
и рядом проще стало…
Правда,
ты печальной Ефросиньей
обо мне в Путивле причитала?

Разговорно-бытовой язык лирического героя становиться реально-бытовым изображением
Древней Руси. Каузальная зависимость между «чаяли», «рядом проще», «Ефросиньей»,
«в Путивле» – очевидна. Это происходит за счет последовательного усиления в лексеме
«рядом» идентификации второго лирического героя в его пока еще периферийном значении
– Русь...

Текст:

Я тогда
не поводил и усом,
посвист копий
да охоту чтил.
Думал –
не вернусь,
а вот вернулся
через восемь сотен лет почти.

Мотивированно связанные понятия «посвист копий да охоту чтил» заканчиваются
почти точным временным указанием автора о возвращении его лирического героя
к истоку своего повествования – «через восемь сотен лет почти».

______________________________________________

Профессионалы обыкновенно говорят языком литературным, иногда «научным», но мастер
никогда не злоупотребляет терминологией, его язык – это почти всегда язык разговорный.
Говорить простым языком – это «вежливость мастеров».

Как правило, мы встречаемся с рифмованным стихом. Здесь уместно сказать и о значении
рифм. Нет банальных рифм – есть банальное содержание и примитивное, обедненное
видение окружающего мира. Поэзия – это не потуги фантазера и не проект образованного демиурга.

...пока не сломаны подковы
в намет, и иноходь легка,
пока не в кровь истерт суровым
и острым краем тебенька,
пока упрямые подошвы
не прикипели к стременам
назло принцессам всех горошин
и автопарков племенам –
здесь начинается граница
меж «был» и «сбудется», пока
судьба как колея кружится
казенного грузовика,
пока российская деревня
не приказала долго жить
ты не настолько привередлив,
чтоб дружбою не дорожить
коней, что вскормлены под небом –
под псковским небом – не шути!
ты подари конягу хлебом
и он за все тебя простит,
за надоевшую подпругу
и за железную узду,
за эту иноходь по кругу
уже которую версту…
ты подари себе надежду,
поверь журчанию ручья –
делить на после и на прежде
нам эту Родину нельзя –
она как рана ножевая,
как строгий окрик и приказ –
увидишь, наскоро сшивая
Урал, Прибалтику, Кавказ…
увидишь степь как продразверстку,
церквей напевы, чад кадил
и сотен верст сухую простынь,
и столько сотен позади...

__________________________________________
/«Одно бездыханное лето»/



.



Комментарии:

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   11:26:18)

Сообщение удалено автором темы...

Олег Павловский   (15.05.2017   11:36:27)

Да уж... не гений.

Олег Павловский   (15.05.2017   11:54:49)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

ДВА ВЕКА РУССКОЙ ПОЭЗИИ
____________________________________________________________


Поэтов не бывает слишком много. До середины 17 века светской поэзии в России можно сказать и не было, как и станковой живописи в современном понимание. Исключением была лишь парсуна – портрет, часто исполненный самодеятельным художником и унаследовавший от иконописи надписи, а иногда и гербы на лицевой стороне. В иконописи такие надписи именовались «кузнью», но они имели несколько иное назначение. Было конечно и народное творчество, частью устное или песенное, ремесла процветали. А в основном литература и искусство имели ритуальный, а не светский характер. Эпоха Петра I многое изменила, царь и сам стремился видеть Россию просвещенной. Развитие армии и флота способствовали развитию техники и науки, и, следовательно, не только «культуры мануфактур и этикета», но и развитие искусств. В советской школе в обязательном порядке «проходили» Фонвизина и Ломоносова, Жуковского и Державина еще «до Пушкина», не забывали упомянуть и о реформах Тредиаковского, и о Петровских реформах, в частности введения русского гражданского шрифта и языковой реформе вообще. Но это уже отдельная тема.

В конце 90-х годов прошлого столетия можно было подвести и определенный итог за прошедшие 250 лет. Было издано немногим более 300 томов Большой (золотой) серии Библиотеки поэта. Кроме русских поэтов в нее входили и сочинения поэтов союзных республик бывшей российской империи, потому и получалось примерно по одному русскому поэту на каждый календарный год.
Я не стал бы считать «нерусским или не советским» казахского поэта О.Сулейменова – советский, разумеется, поэт, но и казахский тоже. У меня есть и синий томик И.Уткина, советского еврейского поэта, не самого выдающегося, но популярного в 20-е и 30-е годы – здесь имели место не только популярность, но и как бы «олицетворение того времени», а это, кстати, Иосифу удалось. Но конечно, уж, не Асеев…

Не все поэты советского периода вошли в большую серию, начавшаяся горбачевская перестройка сначала как бы приостановила процесс ее формирования, а потом и вовсе прекратила. Появилась «Новая библиотека поэта», на сей раз «зеленая», но это тоже другая тема.

А что происходит сейчас? Старики, понятно, умирают, им на смену приходит какая-то либерально-нонконформистская дрянь.

«Отказ от искусства» всегда свидетельствует о снижении планки духовности в обществе, в первую очередь это становится заметно в литературе и искусстве.
Наука, технологичное производство, простое строительство и даже ширпотреб не оставляют лазейки для бездарей и проходимцев, никто не купит кувшин или даже какой-нибудь черпак, если им невозможно ни зачерпнуть воды, ни воды в него налить. А вот в литературе и искусствах свободных от какой-либо обязательности оказывается все возможно. В предыдущем «эссе о литературной карте» мы уже имели удовольствие познакомиться с произведениями этих самых творцов с Олимпа ими же самими и придуманного. А что бы вы хотели? Новая литературная карта России, Вавилон, Классики XXI века… перечень не полный. Характерна и «закрытость» этих обществ «с ограниченной ответственностью» или вообще без таковой. В самом деле, окажись в любом из этих междусобойчиков даже средний поэт, к творчеству которого трудно присовокупить психиатрический диагноз, и… – конец прекрасной эпохи для шулеров от литературы.

http://stihiya.org/work_65047.html

В разделе «Становление мастера» я описал это явление в разных его ипостасях с наглядными примерами, так что не будем повторяться.

http://stihiya.org/shuvalov/

Вывод очевиден: если «литературная жизнь» поэта продолжается всего 20-40 лет, то доселе живых и работающих поэтов в России не может быть даже 100, да и то, пожалуй, 100 поэтов – это слишком много. Есть, конечно, еще прозаики и драматурги. Но и «дрянь пока что мало поредела». А сколько ее, этой дряни? А не так и много. Уже и в московскую городскую организацию принимают за деньги, чего уж там… Чем больше, – тем лучше.
М.Булгаков назвал эту тусовку «Массолит», Да уж, действительно «масса», но никак не «лит».


Олег Павловский   (15.05.2017   12:05:06)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

ИНТЕРНЕТ и ОКОЛОЛИТЕРТУРНЫЕ СООБЩЕСТВА
___________________________________________________________

На самом деле не все так плохо на первый взгляд. Неполноценное среднее и высшее образование, почитай, что у всех. Более половины россиян пользуются компьютерами и Интернетом. Это в свою очередь предоставляет широкое поле деятельности для литературных экзерсисов и разного рода имитаций, которое ранее было ограничено.

Простой пример. Тексты любого уровня стали доступны, они легко копируются, а дальше – дело за малым. Альбомный формат листа, две колонки. Слева поэтический текст, справа пародия на него, почему-то именуемая «стихами». Пиши, не хочу.
Но и таких с позволения сказать «мастеров» относительно не много. На литсайтах, а таковых никак не две-три тысячи, а и двух сотен не наберется, кругом знакомые все лица. Преимущественно это весьма средние провинциальные литераторы, что, впрочем, никак не умаляет их амбиций. Чаще наоборот. Появилась даже мода на «поиски ведьм», – недотепы с энтузиазмом «ищут плагиат» у таких же придурков, как они сами. Конкуренция, понимаешь…

На самом деле повизгивания типа «он обокрал всего Пушкина» или в этом роде – это полный бред. Писать «как Пушкин» или «почти как Пушкин» совсем не трудно, другое дело – зачем? И под Есенина можно, и под Маяковского. Но, во-первых, написать мастерски у имитатора никогда не хватит таланта, а, во-вторых, кому и зачем нужна еще одна бледная копия А.Блока? На современный нам поэтический язык ни Блока, ни Пушкина все равно не переложишь.
Но, безусловно, существовала и существует преемственность, ведь поэты не рождаются на пустом месте. И прав был О.Мандельштам:

И не одно сокровище, быть может,
Минуя внуков, к правнукам уйдет,
И снова скальд чужую песню сложит
И как свою ее произнесет.
______________________________________
/ Я не слыхал рассказов Оссиана /

Средней руки сочинителей в Интернете все-таки довольно много. Порой их трудно отличить от поэтов, от поэтов прошлого – во всяком случае.
Но уже никому не нужны средние «почти профессиональные» стихи и проза.
Творческие союзы в СССР существовали не только для поддержки «дарований», но и для управления этими самыми дарованиями, для контроля над ними. Иди, знай, чего от них ждать. Сейчас и митинги разрешены, тоже своего рода контроль и управление. Совершенно свободных трибун на самом деле не бывает.
И деструктивная деятельность осуществляется часто через блоги и сайты со свободной регистрацией в Интернете. С одной стороны, это «выпускание пара», с другой… иногда вообще черт знает, что это такое. Но нас интересует все-таки литература, а не подтирание чьих-то задниц.

Здесь нет, и не может быть никаких рецептов и тем более ограничений. Но и полицейские методы не так уж и плохи, – это как во времена абсолютизма во Франции в период правления Ришелье, – времена меньшей свободы, но большей независимости. Сорняки следует удалять с поля, а суровые условия зачастую способствуют рождению новых жизнеспособных видов, как в биосфере, так и во всем остальном. Поэт – не тепличное растение.

____________________________________________________

Поэты – не жасмин на лацкане,
поэзы не для слабонервных –
она придет, затвором клацая,
через барьеры и поверх них!
Она – поэзия для каверзных,
задиристых, торосноватых –
она шатер на дальнем траверзе,
но ледяной и небогатый.

И как шахтер за коногонкою,
за пазухою – тормозок,
ты коридорами вагонными
и на восток-восток-восток…

Великая Отечественная дала жизнь целому поколению поэтов и художников-фронтовиков, и это не худшее из поколений. Хрущевская оттепель и последовавший за ней период застоя породили андеграунд, и это совсем не отказ от идеологических установок в литературе, это уже другая идеология. Отказа от официального искусства, конечно, не было, но было некое противопоставление массовому искусству, постепенно набиравшему силу. Интеллектуалы оказались и сильнее, и привлекательнее, чем агитпроп и кафешантанные развлечения – всему свое время. Глобализированный мир, – это в первую очередь мир ширпотреба и общество тупых потребителей, но ширпотреб в литературе и искусстве очень скоро снижает их уровень и дезавуирует критерии, искусство утрачивает свои ценности и престает быть востребованным. Но и это лишь временное явление.


Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   12:15:06)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Сообщение удалено автором темы...

Олег Павловский   (15.05.2017   12:16:09)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.


ВЕРНЕМСЯ К НАШИМ БАРАНАМ…
______________________________________________________

Семейства жвачных парнокопытных на литературном (кто бы мог подумать!) портале не прибавляется, но и не становится меньше. Это вполне закономерное явление. Первый уровень сознания (биологическое выживание) сообщает его обладателям известную «плавучесть» и я бы сказал «непотопляемость», не случайно они постоянно заостряют свое внимание на проблеме типа: «почему говно не тонет»? Вопрос, конечно, интересный…

Подобное происходит на всех ресурсах со свободной регистрацией, но и на порталах с жесткой премодерацией тоже. Вот только на сайтах типа Поэзия.ру и ему подобных уроды всеми правдами и неправдами пролезают в редколлегии, что, конечно, позволяет им творить свои мерзости с несколько большим комфортом, прикрываясь одновременно ими самими же и придуманными для себя титулами и званиями. Но это ничего не меняет, по сути. Кто-то «работает» в провинциальном драмтеатре, перевел ах 154 сонета Шекспира и слывет авторитетом в своем междусобойчике. Что ж, пусть резвятся на отвоеванной ими площадке как бараны на лужайке – они никому особенно и не мешают, творчеству – в любом случае. Агрессивны? Да, не без этого, но ведь и г… лучше не трогать?
Имитируя свою «интеллигентность» это «малое стадо» все-таки придерживается каких-то границ в своей ненависти к тем… кто талантливее, чем они, честнее и человечнее. А вот ненависть олигофренов от литературы поистине границ не имеет.

А на «литературном портале» царит административный «беспредел». Совершенно очевидно, что точка бифуркации (невозврата) давно уже пройдена, и без конца такое положение дел сохраняться не может. Есть кучка агонизирующих организмов и как долго будет продолжаться агония пока сказать трудно. Ни о каком творчестве речи не идет, только сумасшедший может посчитать творчеством их беспомощные эманации на собственных страницах (если есть хотя бы какое-то подобие авторских страниц), как и их хамские выходки на форуме, которым они же и управляют, и это уже перестает казаться странным. Не кажется странным и то, что литпорталов становится все меньше, – само понятие литературный сайт за последние четыре-пять лет стало непривлекательным для читателей. Этот процесс – перманентный, в официальной и полуофициальной литературе происходит примерно тоже самое. Все ведь зависит, в конечном счете, от читательской аудитории, от ее невзыскательного вкуса и ее оглупления в целом. Можно подумать, что «кукловоды» добились своего? Ничуть не бывало.

Редкие, но все же авторы, имена, если угодно, только укрепили свои позиции за последние десять лет. Литература и искусство, этот мир не только мыслей, но и высоких чувств и устремлений поэтов и художников нередко переживали подъемы и спады. Почти погибло искусство Древней Греции в эпоху эллинизма, а следом и императорский Рим, ну и что? Сейчас повсеместно и все более явственно изобразительное искусство тяготеет к потребительским формам, да и все остальное тоже. В начале ХХ века эклектика, декаданс и стиль модерн сосуществовали с нонконформизмом и все это закончилось Первой мировой войной. Нечто подобное просматривается и в наши дни.

...без десяти…
Но замерли куранты
и шестерни, накапливая вес,
скрипят в ночи как голос обскуранта.
– Который час?
Он отвечает: – Без-с…
______________________________
(Поэма Времени)

Была весна, всю ночь коты орали,
черемухи усеяли почти
небесной манной грез и пасторалей
тех дней, и лепестками конфетти

минувших дней, как в отрывном блокноте,
перекидном как мир календаре,
что застывал на высочайшей ноте,
начавшись с обещающего «ре»,

почти... – тот мир, что пел клаксоном «бентли»,
рублевским сном остоженской поры,
и тешил взор (как присно алый ментик)
красавицы Николиной горы...

горели стразы фар и автобанов,
и нота «фа» осваивала роль
изгоя фешенебельных шалманов,
чтоб замолчать на каверзное «соль»,
маячил май обложкою упругой –
то Форбса, то Плейбоя корешком –

«…осточертело, я летел по кругу
в то время, как Вергилий шел пешком»…

в тот час ночной, когда все кошки серы,
все фонари до слез воспалены,
а мир висит на ниточке, во-первых,
а во-вторых, – в преддверии войны,
пока не все закончены вопросы
и бьются лбами как форель о лед –

«Ваш меч, Бретон, уже расцвел как посох
в стране, где Сам Себя не узнает?» –

доколе жизни теплится отрада
и Натал`и по–прежнему мила...

...черемуха пуржит в аллеях града
воспитанника Царского села…

_________________________________________
/ Путешествие /

Художник всегда находится в состоянии конфликта, как с самим собой, так и с видимым ему окружающим миром. Других проблем у художника нет.
Это у клоунов всегда серьезная проблема – доказать всем, что клоун – это не он, клоун – это кто-то другой...

У клоунов свои проблемы…


Олег Павловский   (15.05.2017   12:30:18)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.


ЧТО ТАКОЕ ХОРОШО?
_____________________________________________________


Рецензия на «Пролог. Поэма» (Олег Павловский)
______________________________________________________

Привет, Олег!
Много не скажу, ибо - история, ибо - глубоко, сильно, страстно...впрочем, у тебя всегда так.
Так легко и классически верно уже не пишут. Ты остался один.
________________________________
Галина Вороненко

ИСХОД - 1 – 2015 Литпричал https://www.litprichal.ru/work/200859/
_________________________________________________

Lusia 21.05.2015 13:57:23
Отзыв: положительный
____________________________________________

Спасибо за открытие Вас! Я из тех, кого Вы назвали бы "пылью". Наверно, так оно и есть.
Спасибо за Вашу энергетику, за силу и многообразие чувств – за классность настоящей поэзии.
Преклоняюсь!

Лео 20.05.2015 23:23:47
Отзыв: положительный
____________________________________________

Спасибо за большое удовольствие от погружения в поэзию, в чувственный и осязаемый мир
вечного любящего сердца.
С уважением, Лео

. . . . . . .

Это немногие из отзывов. Вечно любящее сердце, так ли это? Посмотрим…


ИСХОД – 1

3.
_________________________________________________________


Нам не время еще расставанья и стиснутых до
побелевших и твердых горячих как камень ладоней,
не растает как память в ночи, в толкотне поездов
день и ночь уносящих тебя и меня от погони,
от насмешек и тем о судьбе непослушных мышат
и радушных улыбок, и скушных концертов кошачьих,
от горячих признаний и клятв, и не дай оплошать
от посулов горячих и тем… и не очень горячих…

Не растают слова как пломбир на июльском окне,
на поющем пчелой на стекле и струне клавесина,
нарастая как звук нарастающим эхом, и свет
разлетится как зеркало колкими звездами льдинок,
и заплачет та девочка, тихую верность храня
подоконному мирику роз и вишневых гераней,
о потерянном слове в миноре по имени ля –
в ледяном как дворец и арена напрасных стараний...
Как его отыскать, это вечное слово «люблю»?
как тебе рассказать, моя бедная верная Герда
как печальному принцу, без четверти – и королю!
без пяти и без счета часов и минут… и наверно
нет на свете награды желаннее и горячей –
растопить огонек в посиневшей от холода печке
ледяному как сердце и след на блестящем столе,
на ристалище выбора между Сегодня и Вечно –
ледяному насквозь, на просвет как алмаз и стекло,
и хрустальные грани с шампанским бахвальством бокала…
…но растопит слеза всем смертям и посулам назло
на расторгнутом вдруг, навсегда… но и этого мало!
Лишь бы не было в мире остывших от скуки сердец,
замороженных душ за стеклом и за дверцами шкафа,
за экраном и скрином, за разумом и, наконец,
сочинившим финал… то ли Франц это был, то ли Кафка…
Торопите коней, наши женщины нас заждались!
и неловких улыбок, и плеч, как и прежде усталых –
тех натруженных рук, что держали небесную высь
столько лет и веков ни на миг, не сходя с пьедесталов –
со ступеней в кипении майского ливня и дня,
с мостовых и асфальтов, с гранатовых стен парапета,
с площадей голубей и… но ты торопила коня,
да и я поспешал – нам бы только успеть до рассвета,
нам бы ночь продержаться и день под огнем простоять
на последнем из всех рубежей на батальной картине –
где с поэзией жизни и смерти вдвоем – просто я
не успел рассказать… ни строкой и ни росчерком линий
не успеть до рассвета, до звона калёных подков,
до броска эскадрона поверх ковылей опаленных…

…до последних – постой! я вернусь и не вешать замков!
я вернусь, как всегда молодой… и немного влюбленный.


Да, как-то так… Поэтический текст не требует разъяснений. Искусство вообще не изделие и не вещь, произведение литературы и искусства – это социальный феномен, иначе это уже никакое не произведение. Художник отдает много сил, внутренней энергии и это воспринимается читателями на «тонком уровне», объяснения не требуются.

_____________________________________________________


«Эта книга написана ценой большого труда, с тем чтобы тронуть сердце человеческое»* Слова из предисловия к роману Генрика Сенкевича «Пан Володыевский». И тогда я подумал: «Как же это удачно и хорошо сказано!» Вот и все. Я ведь не подумал: «Может, когда-нибудь я тоже напишу книгу, и какая жалость, что не я первый придумал эти слова, а то я бы поставил их на титульном листе своей книжки». В то время я и не думал о сочинении книг. Я не заглядывал в столь отдаленное будущее. Было это в 1915 или 1916 году, я уже видел аэроплан, голова моя была полна имен – Болл, Иммельман, Бёльке, Гинеме, Бишоп, — и я ждал, терпеливо ждал, когда же наконец я стану взрослым, независимым или просто как-нибудь попаду во Францию и тоже буду изранен и знаменит.

Потом это прошло В 1923 году я написал книгу и понял, что моя судьба и предназначение состояли в непрерывном сочинении книг, не для какой-нибудь скрытой или явной цели, а ради самого сочинительства; конечно, раз издатели считали, что мои книги стоят финансового риска, кто-нибудь станет их читать. Но и это было не столь уж важно по сравнению с этой одержимостью, необходимостью писать, хотя, безусловно, каждый писатель надеется, что читатель сочтет его произведения правдивыми, честными, может быть, даже трогательными. Потому что писатель пишет и тогда, когда этот подталкивающий его демон считает, наверное, что писатель достоин и призван терпеть эти муки и все писательские существо: железы, кровь и плоть – сильны и активны, сердце и воображение остро воспринимают человеческие ошибки, победы и поражения; пишет и потом, когда кровь начинает остывать, активность падать, а сердце подсказывает: «Ты и сам не знаешь, зачем пишешь, и никогда не узнаешь»; пишет, потому что демон по-прежнему благосклонен к нему, хотя и стал строже и безжалостней; пишет до тех пор, пока наконец не понимает, что полузабытый польский прозаик давно ответил на его вопрос. Тронуть человеческое сердце. И это относится ко всем нам – к тем, кто хочет быть художником, к тем, кто пишет для того, чтобы всего лишь развлечь или шокировать, и тем, кто бежит от себя, от собственных тайных страданий.

Есть писатели, которые не знают, что пишут ради этого. Другие знают, но не признают, из страха, как бы их не стали порицать и осуждать за сентиментальность, ибо современнее люди по каким-то причинам стыдятся быть пойманными на сентиментальности; кое-кто, видимо, имеет довольно курьезное представление о том, где именно находится сердце, и путает его с более низменными органами, железами и функциями. Но все мы пишем ради одной этой цели.

Это не означает, однако, что мы стараемся изменить человека или сделать его лучше, хотя есть писатели, которые надеются на это или, может быть, даже прямо ставят перед собой подобную ель. Напротив, наша надежда и стремление тронуть сердце человеческое ради самого себя, ибо таким путем он говорит собственной смерти «нет». Он говорит смерти «нет», растрогав сердце читателя, взволновав все его существо настолько, что сама человеческая природа говорит смерти «нет», чувствуя, зная и веря: Человек отличен от растений хотя бы тем, что волнение души и всего существа недоступно растениям, а это значит, что человек может и должен выстоять.

И поэтому тот, кто холодным и безликим печатным словом может вызвать подобное волнение, приобщается к бессмертию, которое сам породил. Придет время, и писателя не будет в живых, но это уже не будет иметь никакого значения, потому что на бесстрастной печатной странице навеки запечатлено то, что будет всегда вызывать в сердце человека, во всем существе его неподвластное времени волнение, хотя те, кто испытает эти чувства, и будут уже на целые поколения отстоять от самого воздуха, каким когда-то дышал и в котором мучился художник; и писатель знает, что, если созданное им хоть бы раз оказало такое воздействие, оно будет жизнеспособно еще долго после того, как от него самого останется лишь мертвое и поблекшее имя.
_________________________________________________
* Предисловие к однотомнику избранных произведений “The Faulkner Reader” (Нью-Йорк, 1953), вышедшему вскоре после присуждения Фолкнеру Нобелевской премии. Предисловие логически продолжает Нобелевскую речь писателя.



УИЛЬЯМ ФОЛКНЕР. Речь при получении нобелевской премии
_________________________________________________
Взято из двухтомника "Писатели США о литературе", том 2, стр.191-192
Изд. Прогресс, Москва, 1982


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд – труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради денег, но во имя того, чтобы из элементов человеческого духа создать нечто такое, что раньше не существовало. Вот почему мне эта премия выдается только по доверенности.
Денежной ее части нетрудно будет найти применение, достойное ее истинного назначения и сущности. Но я хотел бы найти то же применение и чести, которой я удостоен, использовав для этого сегодняшнюю кафедру, с которой я могу быть услышан молодыми людьми, уже обрекшими себя на то же страдание и труд, что и я, среди которых уже есть тот, кто когда-нибудь поднимется на трибуну, с которой сегодня говорю я.

Наша нынешняя трагедия заключается в чувстве всеобщего и универсального страха, с таких давних пор поддерживаемого в нас, что мы даже научились выносить его. Проблем духа более не существует. Остался лишь один вопрос: когда тело мое разорвут на части? Поэтому молодые писатели наших дней – мужчины и женщины – отвернулись от проблем человеческого сердца, находящегося в конфликте с самим собой, – а только этот конфликт может породить хорошую литературу, ибо ничего иное не стоит описания, не стоит мук и пота.

Они должны снова это понять. Они должны убедить себя в том, что страх – самое гнусное, что только может существовать, и, убедив себя в этом, отринуть его навсегда и убрать из своей мастерской все, кроме старых идеалов человеческого сердца – любви и чести, жалости и гордости, сострадания и жертвенности, – отсутствие которых выхолащивает и убивает литературу. До тех пор пока они этого не сделают, они будут работать под знаком проклятия.
Они пишут не о любви, но о пороке, о поражениях, в которых проигравший ничего не теряет, о победах, не приносящих ни надежды, ни – что самое страшное – жалости и сострадания. Их раны не уязвляют плоти вечности, они не оставляют шрамов. Они пишут не о сердце, но о железах внутренней секреции.

До тех пор пока они вновь не поймут этой истины, они будут писать как равнодушные наблюдатели конца человеческого. Я отказываюсь принять конец человека. Легко сказать, что человек бессмертен просто потому, что он выстоит; что когда с последней ненужной твердыни, одиноко возвышающегося в лучах последнего багрового и умирающего вечера, прозвучит последний затихающий звук проклятия, что даже и тогда останется еще одно колебание – колебание его слабого неизбывного голоса. Я отказываюсь это принять. Я верю в то, что человек не только выстоит – он победит.
Он бессмертен не потому, что только он один среди живых существ обладает неизбывным голосом, но потому, что обладает душой, духом, способным к состраданию, жертвенности и терпению. Долг поэта, писателя и состоит в том, чтобы писать об этом. Его привилегия состоит в том, чтобы, возвышая человеческие сердца, возрождая в них мужество и честь, и надежду, и гордость, и сострадание, и жалость, и жертвенность – которые составляли славу человека в прошлом, – помочь ему выстоять. Поэт должен не просто создавать летопись человеческой жизни; его произведение может стать фундаментом, столпом, поддерживающим человека, помогающим ему выстоять и победить.


Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   12:49:23)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Это что за ерунда опять начинается?
Форум - не место для самопиара.
Угомонись, одержимый.

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   13:52:55)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Оставь его, Белла, пусть тешится, если его не трогать,
он не опасен...

Давид   [Парнас]    (20.05.2017   13:05:23)
(Ответ пользователю: Спасатель.)

не помню автора текста,
но слова запали в душу:
"тихо сам с собою я веду беседу"
о любви, о жизни,
взлётах и падениях.
чем короче к тризне,
суше сожаления.
мол не всё попробовал,
но с лихвой отведал,
мол под крышку гроба
мне не взять победы.
горечь поражений
тоже не иссушит
сладости падений,
где тела за душу.
вот сижу и греюсь
отблесками славы.
может разговеюсь
в райские дубравы.
)))

Олег Павловский   (15.05.2017   12:56:31)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.


ГОСПОЖА ПОБЕДА
__________________________________________________


Легко сказать, что человек бессмертен просто потому, что он выстоит;
что когда с последней ненужной твердыни, одиноко возвышающегося в лучах последнего багрового и умирающего вечера, прозвучит последний затихающий звук проклятия, что даже и тогда останется еще одно колебание – колебание его слабого неистребимого голоса.
Я отказываюсь это принять. Я верю в то, что человек не только выстоит – он победит.
Он бессмертен не потому, что только он один среди живых существ обладает неизбывным голосом, но потому, что обладает душой, духом, сердцем способным к состраданию, жертвенности и терпению.
Долг поэта, писателя и состоит в том, чтобы писать об этом. Его привилегия состоит в том, чтобы, возвышая человеческие сердца, возрождая в них мужество и честь, и надежду, и гордость, и сострадание, и жалость, и жертвенность – которые составляли славу человека в прошлом, – помочь ему выстоять. Поэт должен не просто создавать летопись человеческой жизни; его произведение может стать фундаментом, столпом, поддерживающим человека, помогающим ему выстоять и победить.
________________________________________________________
У.Фолкнер. Нобелевская речь.



Человек невысокого роста, страстный наездник, летчик, алкоголик и неутомимый труженик. Таков он, великий Фолкнер, один из столпов североамериканской литературы ХХ века. Все мы вышли из Гекльберрифинна М.Твена, скажет он и окажется прав. Неистребимый романтик Джек Лондон и неунывающий скептик Марк Твен, Курт Воннегут от «до» контроктавы и до верхнего «ля» – вероятно забыли предупредить своих читателей, что все мы живем во имя одной и единственной цели – биения человеческого сердца, душевных – что поделаешь! – страданий и всепоглощающей Любви, потому что ненависть не имеет ни звука музыки, ни цвета, ни даже запаха, – ничего...
Ненависть способна все разрушать дотла, до конца, до последнего дыхания – и это тоже неоценимое свойство. Но и при последнем дыхании может возникнуть такая Любовь, которая способна вернуть жизнь и все построить заново – лучше, честнее и прекраснее чем было. Поэтому литература не умирает даже когда упадают дворцы и храмы, когда рушатся системы – она с мужеством и терпением ждет своего часа, и он придет.


Олег Павловский   (15.05.2017   13:00:21)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Ромашев: - Ты мешал мне всю жизнь! Ты никогда больше не будешь летать!
Летчик Григорьев: - Можно подумать, что больше всего я мешал тебе именно находясь в воздухе.
______________________________________________
В.Каверин. "Два Капитана"

Олег Павловский   (15.05.2017   13:08:32)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ШКОЛЫ
_____________________________________________________


«В мире шахмат пешка может выйти
(ну… если тренируется) – в ферзи!»

В мире шахмат «оно конечно»…
Пианист тоже постоянно упражняется, великий А.Рубинштейн говорил примерно так: – Если я не играю один день, то этого никто не замечает. Если я не играю два дня, то это замечаю я сам, если я не играю три дня – это замечает публика.

Но если графомана заставить писать каждый день, то макулатуры станет больше. Поэты и композиторы пишут стихи и музыку только в минуты вдохновения. Скрипку можно ваять годами. Но мы говорим именно о поэтическом мастерстве. Живописец тоже не обходится без обязательного «интуитивного озарения», как и конструктор. А вот само исполнение может растянутся во времени – именно поэтому высокий уровень подготовки и опыт работы необходим. Со временем приходит и опыт, и появляются навыки.
Но если тебе не дано быть равным В.Маяковскому по силе поэтического таланта, то ты никогда и не станешь ему равным. В профессиональном спорте тоже чудес не бывает – нет природных данных, не будет и великого боксера или гимнаста.

Но есть игровые виды спорта, Фомула-1, например – здесь требуется талант уже иного рода. Едва ли «формула» абсолютна чиста от махинаций, но даже если и так, то как правило мы наблюдаем соревнование моторов, а не людей. Когда М.Шумахер пришел в команду Феррари, первое что он сказал было: сначала надо довести машину до должного уровня…

В 70-е годы мы, студенты, сетовали, что пособий по технике живописи слишком мало, а монографий искусствоведов слишком много. Потом я понял, что «самоучителя живописца» или «самоучителя дизайнера» быть просто не могло – Мастера не делятся своими секретами с толпой. А технические пособия конечно были. «Академический рисунок» проф. Ростовцева, рекомендованный для художественно-педагогических ВУЗов – прекрасный экскурс в историю, хорошее методическое пособие для будущих преподавателей, но это и все… Нигде и никогда вам не расскажут про три заветные карты – «тройка, семерка и туз», – они есть, можете не сомневаться, но не про вашу честь, господа! Упаси бог доверить тонкий инструмент или оружие серой бездарности – так можно разрушить не только какой-нибудь университет, но нанести урон всей мировой культуре.

Поэтому Мастера не молчат, но и не договаривают все до конца. Я тоже придерживаюсь этого правила. Просите и дано вам будет, ищите – и обрящете.
А вот «халявы» – не будет.


Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   13:26:16)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Да... на живопись век гляди - не всякий дорастёт до понимания.
Дедушко-то всех под себя подмял, и женщин, и детей...
Только юноши остались!
Какая нежность и нега в теле молодого мужчины от прикосновения пальчика старого соблазнителя!))
Вот запад-то и погряз... ну, в этом самом.)

Олег Павловский   (15.05.2017   14:31:01)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА И РЕКЛАМА
___________________________________________________


Рекламируют чаще всего печатные издания, это прерогатива книжных магазинов и интерент-магазинов. Дело, в общем, полезное. Считается, что имя писателю создают критики. Так было по крайней мере, на Западе и в США – безусловно, не знаю уж как там в Китае…

В СССР примерно также, толстых и менее толстых журналов и газет было достаточно, критика чаще ориентировалась на идеологию и политику государства, хотя это и не обязательно, но в любом случае коммерческой рекламы и критики «на заказ», по сути , не было. (Это для тех, кто и поныне сетует на отсутствие в Союзе гражданских свобод).
С середины шестидесятых прошло уже полвека, но сотни новых ярких имен в русской литературе так и не появилось, и тому были объективные причины. Поэты, конечно, рождались, но с середины 90-х на сцену вышел перформанс, как прощальный поклон и отрыжка постмодерна минувшего «железного века», что ж, всему свое время. Тиражи литературных журналов снизились раз в сто, то есть спрос как всегда определяет предложение и наоборот. Многое в нашей жизни постепенно переместилось в Интернет, литературный процесс (это такое название) тоже. Литературный процесс – нечто вроде общественного транспорта – хочешь, не хочешь, а ехать – приходится. Сам по себе этот «процесс» ничего не определяет.

Новые технологии тоже внесли свою лепту, для писателя компьютер неплохой помощник, но и версификаторов, и графоманов стало в разы больше.
«Если написано печатными буквами», как говорил один мой знакомый в 70-х, значит… да, и если на телеэкране «засветился» тоже значит… Когда-то и машинописная страница вызывала некоторое почтение – это не имеет отношения к собственно литературе, но вызывала…

Литературный сайт, – это нечто среднее между ЛИТО и стенгазетой, архивом, библиотекой и отчасти рекламой готовой продукции, причем продукции неважно какого качества. Отдельные порталы, претендующие на звание элитных, Вавилон и другие – мертвы или не очень жизнеспособны. Свобода имеет и свои отрицательные стороны – вседозволенность и как следствие снижения уровня мастерства, а «закрытые общества» никак не гарантируют наличия этого самого мастерства – здесь бессилен любой административный ресурс.

Россия снова входит в «золотой век», дай-то бог, как говорится… Поэзия (литература и искусство) не существуют сами по себе – каков мир, такова и литература, и все остальное. История повторяется и через поколение, то есть лет через двадцать мы уже едва ли увидим и услышим ужимки клоунов и визг психопатов на сцене, телеэкране и в Интернете.

В середине 60-х еще недавно «послевоенный мир» пришел в себя, базовые потребности людей в крове, хлебе насущном и даже в зрелищах были удовлетворены. Начался некий «игровой период» как нельзя более подходящий для глобального, экстенсивного (развивающегося в ширину) капитализма также игрового, как и его финансовая система ставшая по сути виртуальной. «Игры в литературу» не только не прекратились, но становились нормой – в 70-е для всего западного мира, с середины 80-х и для России, тогда еще советской.

Крутых американцев, Фолкнера, Хемингуэя, уже не стало, постепенно уходили или заканчивали свой век русские советские писатели и поэты-фронтовики, «шестидесятники», хотя и занимали весьма прочные позиции, уступали место русско-советскому постмодерну семидесятых. Бывшая советская литература действительно становилась «бывшей» и, казалось, умеренный футуризм Сосноры и Вознесенского, феерии братьев Стругацких, новый критический реализм Астафьева или Распутина, исторические экскурсы Валентина Пикуля как бы завершили советский период в литературе, а вместе с ним и классицистический в целом художественный метод соцреализма. Форма – это не обязательно текст и его стилистика, – содержание, направленность литературного произведения – тоже форма, независимо от лексики и стиля автора. Однако воздвигать памятник классицизму в литературе было бы несколько преждевременно.

Любое произведение искусство реалистично по своей сути –
Ван Гог и Моне, Заболоцкий или Рахманинов – все они и иже с ними суть Великие реалисты. Лучшие образцы живописи, музыки, поэзии и художественной прозы, пусть и не вписываясь в рамки школьной программы, становятся классикой в мире искусства, а возврата к собственно «классицизму» может и не быть – границы восприятия мира у современного человека достаточно расширены по сравнению с веком минувшим.

К сожалению изобилие СМИ и тем более свободный доступ в Сеть Интернет способствует формированию шаблонного мышления, «Vox Populi», коллективного сознания толпы. Но и в XIX веке печатная продукция и пресса, пропаганда, реклама и театральные подмостки выполняли точно такую же роль, будучи сориентированы в первую очередь на самые незатейливые эмоции зрителей и наиболее вульгарную их интерпретацию. Никто ведь не читал Бальзака «в метро», как, впрочем, не читают и сейчас…

Что можно назвать рекламой? Да все, что угодно – от объявления у двери на лестницу, до ценника в магазинчике нижнего белья. Реклама в равной степени необходима литературному ширпотребу, и произведениям мастеров. Но делается это по разному. Понятно, что монография известного литературоведа и навязчивое описание несуществующих достоинств какого-нибудь очередного «бренда», это не совсем одно и тоже.


Олег Павловский   (15.05.2017   14:34:52)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

О РЕЙТИНГЕ, ТРАФИКЕ И КОЭФФИЦИЕНТЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ
АВТОРСКОЙ СТРАНИЦЫ
_______________________________________________


Рейтинг понятие эфемерное. На сайте СтихиЯ рейтинг как бог на душу положит, или, точнее, как захотелось администратору, а ему может захотеться все что угодно. Ни положительные отзывы (весьма спорная штучка) ни количество прочтений – это главное, никак не учитывается. На иных сайтах рейтинг просто накручивается, поэтому на Избо-Причале отказались от «сортировки по рейтингу», да и сам автор может убрать эту строку из контекстного меню.

Трафик – это очень важно для автора, но у серьезного автора трафик не может быть слишком высоким – большинство читателей не обладают необходимой подготовкой и вообще способностями читать и понимать нетривиальные тексты.
Но посещаемость страницы все-таки очень важна для автора, и только круглый идиот будет накручивать себе трафик (не важно какими способами) – автору необходимо видеть объективную картину своей популярности. Поэтому уважающий себя автор воздерживается от написания не только рецензий, но и комментариев к рецензиям других авторов – этим ты искусственно привлекаешь к себе внимание и ни о какой объективной оценке твоей популярности речи уже быть не может. Почему на СтихиЯ не пишут отзывов? А потому, что это никак не влияет ни на тряпочный рейтинг, ни на количество читателей – зарегистрированные пользователи Стихии весьма инертны, да и большинство из них просто «мертвые души»…

Что касается общего количества прочтений на десятке и более страницах Рунета, то за семь лет у меня их примерно 2,5 миллиона (страницы закрывались, открывались снова, но учет все-таки мной ведется). Кроме того, если на некоторых сайтах твои отдельные произведения прочитаны более 2000 раз, то это тоже весьма показательно. Например эссе «Солдатик любви» прочитано на христианском сайте «Для Тебя» 4000 раз, хотя в нем нет даже упоминания о Боге, Христе или Церкви. Это уже более, чем показательно. Поэтические переводы сонетов Шекспира опять же на христианском сайте прочитаны сотни и тысячи раз (сонет 1-й – 2508 прочтений)… и ни слова о Боге (на других сайтах от 200 и выше). Это знаковые моменты.

Доволен ли, «взыскательный художник»? И да, и не очень…
Как я уже говорил, настоящих талантов, полных синестетиков один из 1 250 000 людей, в России их немногим более ста (независимо от этнической принадлежности и вероисповедания), есть читатели из ближнего и дальнего зарубежья (Для Тебя – украинский сайт). Ну, скажем таких около 200… но далеко не все они литераторы или работники культуры. Никаких гарантий, что мои креативы прочли и оценили хотя бы два гения от литературы просто нет, хотя все может быть, могли и четверо прочитать, и даже восемь – у гениев, знаете ли, тоже свои привычки…

А вот думающих людей 2% (еще 2% людей «думают, что они думают»). Значит из 2,5 млн. 50 тыс. «думающих», – разделим на 10 (прочтений в среднем) и получим 5000 нужных автору читателей. Если учесть, что бумажные тиражи доходят до серьезных читателей не более, чем в одном случае из десяти, а на самом деле из пятидесяти (библиотеки нынче не… очень, чтобы очень...), то в переводе «на бумагу» тираж получается солидный…

Но как убедиться в том, что тебя читают и читают неглупые, в общем, люди?
Все форумные сайты (избо-причал, стихия и пр.) плохой показатель, здесь возможны накрутки. Даже Планета ценна только общим трафиком, при условии что сам ты накруток не делал; поэтому сравнивать себя с «товарищами по работе» было бы некорректно – черт их знает, что это за «товарищи»…

Здесь показательными становятся Стихи.ру и Проза.ру – там не накрутишь!
Поэтому «коэффициент эффективности» я применяю только к авторам публикующимся на этих двух порталах.

Алгоритм достаточно прост:
_____________________________________

– Отношение количества. полученных отзывов к количеству
написанных автором (целое или дробное число) – х.
– Отношение количества прочтений к количеству
написанных автором отзывов – y.
К эфф. = x · y
Имеет значение не количество отзывов, а только соотношение написанных и полученных (это графоманы графоманам пишут тысячи рецок).
Количество читателей тоже не показатель – больше всего «читателей» именно у графоманов, графоманы и читают графоманские экзерсисы – им они «ближе».

А какой К.эфф у господина Агафонова, редактора и «самого честного рецензента»?
Ну, «самый честный» Геннадий Иваныч путем несложных махинаций накрутил
более 400, тогда как на странице, где он просто Агафонов Геннадий при прочих равных только 80…
У меня на той же Стихи. ру коэффициент 1740, а на более «живой и читаемой» Проза. ру около 10 000. У Виолетты максимум 148, редко, кто и до 100 дотягивает. В любом случае неплохо.
Штампуете отзывы, вода в жопе не держится? Тогда и помалкивайте о «своих читателях», вы их «за уши притянули» – не ответить как-то неудобно, на страницу приходится заглянуть и открыть на пробу три-четыре нетленки, и… читать уже не обязательно. Прочтения есть.
Написал хвалебный отзыв? Будет и ответ, и даже не один. А там в зависимости от твоей хитрожопости, можно ведь и «подогреть интерес», ага…

Меня спросят, а время пребывания на сайте, а количество произведений?
Произведений достаточно сотни – читают то, «что наверху». А если читают всю страницу (500 и более нетленок), то это уже «серьезно»…
Время с начала регистрации тоже показатель весьма относительный, если конечно твой «писательский стаж» не две с половиной недели. А наштамповать тысячи нетленок и рецек можно и за полгода.

Может быть я самый хитрый и комменты добавляю к чужим отзывам? Ну, что же, поищите.
Желаю успеха.


Олег Павловский   (15.05.2017   14:44:06)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Вячик все ж таки допер, в какое дерьмо он влезает "по собственной инициативе" - не дал бог ума, так и молчи! А вот до китообразных простые истины не доходят...

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   14:54:56)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Сообщение удалено автором темы...

Олег Павловский   (15.05.2017   15:27:53)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Ничего не поделаешь, за пошлость приходится удалять посты даже, как его... ах, да, ах!мин, вроде... или просто вячик...

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   15:37:54)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Сообщение удалено автором темы...

Олег Павловский   (15.05.2017   15:41:10)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Вот ведь бездарь... и даже не прячется!

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   16:18:08)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Честно признаюсь, надоел ты мне Олежек...

Мне правда жаль, что ты такой, ага...смешной.

Олег Павловский   (15.05.2017   16:19:22)
(Ответ пользователю: Спасатель.)

Этим можно утешиться.
Мы рады, что вы рады, что мы рады.

Спасатель.   [Химки]    (15.05.2017   16:20:02)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Удачи тебе!

Олег Павловский   (15.05.2017   16:21:03)
(Ответ пользователю: Спасатель.)

Увы, не жалуюсь!

Сикорски   (15.05.2017   16:23:48)

Вы знаете Олег, при всей радости видеть ваше сообщение, не могу не заметить что...
Боюсь, тупо мало осталось читателей, способных к самому примитивному анализу стихотворений. А уж намек на то, что все давно написано, это вообще кость в горле. Тем более что Ваши эссе, они не подразумевают обсуждения. И это признак мастерства - автор может написать так, что с ним невозможно спорить. О профессионализме в поэзии говорить, по-моему, просто бессмысленно, ибо что такое профессиональный поэт, кроме того что эти слова долго писать? Дар Божий требует к себе особого отношения и тот, кто противится этому, не прав.

Олег Павловский   (15.05.2017   16:32:29)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Радость моя, профессионализм тоже можно понимать очень по разному. Например, оплачиваемый труд м-м... принято считать профессиональным, ну, работа такая у человека! Как тут возразишь?

Я не случайно говорю о мастерстве, как об обязательном условии в любом творчестве (кроме самодеятельного, хотя и здесь несколько "наивный подход" может быть своего рода находкой). Мы продолжим эту тему на примере "пушкинской речи А.Блока, хотя даже такое, казалось бы, несложное изложение для многих может остаться непонятным. Однако, попробуем...

Сикорски   (15.05.2017   16:40:56)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Согласна, мастерство - обязательное условие. Но оно, как бы сказать, приложимо. Господь не фраер, и если Он к чему-то обязывает человека, он даст ему инструмент.

Олег Павловский   (15.05.2017   17:01:34)
(Ответ пользователю: Сикорски)

.
Боженька не фраер? Да, уж... конечно.
Я более склонен не прибегать к эсхатологии в этом вопросе. Есть такое понятие, и вполне обоснованное, как СИНЕСТЕЗИЯ. То есть особый род "видения" обогащенный всеми чувствами свойственными человеку - ощущением цвета, звука, запаха, вкуса и даже тактильными ощущениями.

Полных "синестетиков", как принято считать, немного - один на миллион -полтора из живущих на Земле. Известно, что синестетиками были поэт А. Блок, художник Чюрленис и, как ни странно, А.М.Горький.
Но мастерство приходит со временем, а талант дается сразу и навсегда.


Сикорски   (15.05.2017   17:20:04)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Не знаю, что такое боженька, а эсхатология это все-таки учение о конце света, стало быть, сорри, термин не к месту.
Что в Вашем понимании талант?

Олег Павловский   (15.05.2017   17:30:33)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Ну так и христианство, и все его постулаты неизбежно сводятся к учению о конце света - у христианских богословов просто нет иных инструментов, чтобы заставить не только слушать, но и внимать тем выдумкам, которыми они развлекают свою паству.

[...] Как мы видим, рассматривать какую-либо гипотезу без рассмотрения теории Ноосферы уже не представляется возможным. Наиболее полное воплощение теория Ле Руа нашла в разработке Тейяра де Шардена, который разделял не только идею абиогенеза (оживления материи), но и идею, что конечным пунктом развития Ноосферы будет слияние с Богом. Вернадский придерживался несколько иного мнения, полагая, что природа косного и живого вещества различна и НЕ РАССМАТРИВАЛ НООСФЕРУ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЭСХАТОЛОГИИ. [...]
__________________________________________________
Испытание Красотой (Сотворение мира) см.

Талант, это "видение", "энергетика", "информативность"... мастерство
__________________________________________________
Становление Мастера. Три кита литературы


Сикорски   (15.05.2017   17:39:08)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Олег, ну не нужно передергивать... Христианство стоит не только на учении о конце света. И не нужно видеть во мне врага, тем более, что я считаюсь за Вашего клона:)
Что в вашем понимании талант? Повторюсь.

Олег Павловский   (15.05.2017   23:02:27)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Ну уж и врага... скажете. То, что христианство (ладно, пусть будет христианство, коль скоро Шарден, Ле Руа и Вернадский мусульманами не были по определению) зиждется на "страхе божьем" и ни на чем другом сомневаться не приходится. О любви тут речи быть не может у этих, ну да, инквизиторов и мракобесов. Но оставим эту тему, возникшую, по сути, "на термине".

А вот НООСФЕРА здесь очень даже причем! Ноосфера - электромагнитное (иных не бывает) поле земли, она же и биополе (не путать с биосферой), и информационное поле Земли, как часть Информационного поля Вселенной.

Талант, это "видение", "энергетика", "информативность"... мастерство, где информацию творец, по видимому, получает непосредственно из информационного поля (ноосферы - сферы разума) Земли. Насколько талант связан со всей вселенной, это второй вопрос.И речь вероятно идет не только и не столько об искусствах.
Видение - интуиция, эдейтизм, синестезия тоже даются очень немногим и в очень разной степени. Многие люди способны как минимум "воспринимать" то, что осмыслить и понять не могут, но довольно и ощущений. А большинство становятся "спасателями" и годами сходят с ума от собственной неполноценности.

Поэт (например) и без того поэт, и в "дополнительных развлечениях" не нуждается. Но он имеет право говорить о том, что он знает. Пример тому А.Блок и У.Фолкнер (подобных примеров много), я не случайно цитирую их высказывания, причем высказывания не случайные - в одном случае это пушкинская речь Блока, в другом речь Фолкнера перед нобелевским комитетом, ни о какой "теории стихосложения" в них, разумеется, даже не упоминалось. Произведения литературы и искусства, открытия в науке (кроме шарлатанства), это не изделия, не вещь, не предмет, это - социальный феномен (если мы все-таки рассматриваем его как нечто принадлежащее обществу людей). "Видение, внутренняя энергетика и информативность" - три кита литературы, или, скажем, "сознания" - и это по крайней мере не слишком многословное определение.


__________________________________________

Олег Павловский   (15.05.2017   16:39:30)
(Ответ пользователю: Сикорски)

.
ИСКУССТВО НАМЕКА ИЛИ НАМЕК НА ИСКУССТВО?
_____________________________________________________

Что-то мы разговорились…
Ну, мало ли что сказал А.Блок о «невысказанном»? Блок отождествлял поэзию и с гармонией, и еще бог знает с чем. Намек, невысказанное, но как бы подразумеваемое, – это ведь основа большинства тропов, – сравнений и метафор (скрытых сравнений) в первую очередь. Это дело литературоведов, их хлеб – по крайне мере объяснять то, чего сами они делать не умеют.

Правильнее было бы отметить, что иносказание способно на большее, чем простая констатация факта. Да, иносказание и переносный смысл расширяют палитру художника, наполняет ее красками, звуками, осязанием и вкусом, запахами «лесов и полей», или… короче, много чем наполняет.

Но если «ничего за всем этим нет», сколько ты не «намекай», ничего и не будет. У А.Грина, вроде, был другой приоритет – Несбывшееся, или неиссякаемая возможность для мечты и фантазии. Есть более чем веские основание считать, что все в мире, еще не увиденное Мастером в порыве вдохновения, существует помимо и независимо от него самого, существовало всегда и будет повторяться в бесконечности. Мастер и не стремиться «намекать», ему некогда заниматься пустяками, когда столько видений и звуков, красот и душевных страданий нахлынут как… (волны, разумеется, вы правильно подумали, или ураган, а еще лучше – рулады, так красившее…), в общем, нахлынут, им видней… когда нахлынуть…

Это порочная практика сочинять намеки и метафоры, все ведь рождается само собой… научиться читать и понимать всю эту «заумь» можно, но иным и этого не дано, а иным и без надобности. Ну, на кой черт тебе слон, чтобы ездить на базар, если довольно будет и ишака?

Золотая роза К.Паустовского – да, неплохое подспорье для кухонных эрудитов, добавьте к ней Траву забвения и Алмазный мой венец В.Катаева, кое-что из Пикуля и Дрюона и… – джентльменский набор настоящего интеллигента готов к употреблению. Теперь нетрудно этак снисходительно заставить трепетать сердце – что же еще! – у юноши бледного с взором горящим... Ведь это так интересно узнать, когда у короля Людовика заболел зуб и почему? Историю надо знать! Ни больше, ни меньше… эрудиция, доложу я вам, это такая штука!(особенно в том, что не трудно, да и не обязательно…)


Сикорски   (15.05.2017   16:58:57)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Блок, конечно, существо загадочное. Помню, что когда пошла волна интереса к Серебренному веку, о нем вообще мало упоминалось, думаю, потому, что он умер во время. Но то, что он стал квинтэссенцией СВ и своей смертью обозначил гибель чистого искусства, для меня неоспоримо. И читать его сложно и понять его сложно. Язык его прост и труден, он обращается с ним слишком свободно, а степень свободы различима.
"Молчали желтые и синие;
В зеленых плакали и пели."

Олег Павловский   (15.05.2017   17:05:54)
(Ответ пользователю: Сикорски)

" Под насыпью, во рву некошенном,
Лежит и смотрит, как живая... "

Олег Павловский   (15.05.2017   16:42:05)
(Ответ пользователю: Сикорски)

.
АЛЕКСАНДР БЛОК О ПОЭЗИИ и о А.С.ПУШКИНЕ
_______________________________________________

Мы знаем Пушкина – человека, Пушкина – друга монархии, Пушкина – друга декабристов. Все это бледнеет перед одним: Пушкин – поэт.

ПОЭТ – ВЕЛИЧИНА НЕИЗМЕННАЯ. Могут устареть его язык, его приемы; но сущность его дела не устареет. Люди могут отворачиваться от поэта и от его дела. Сегодня они ставят ему памятники; завтра хотят «сбросить его с корабля современности». То и другое определяет только этих людей, но не поэта; сущность поэзии, как всякого искусства, неизменна; то или иное отношение людей к поэзии, в конце концов, безразлично.
Сегодня мы чтим память величайшего русского поэта. Мне кажется уместным, сказать по этому поводу о назначении поэта и подкрепить свои слова мыслями Пушкина. Что такое поэт? Человек, который пишет стихами? Нет, конечно. Он называется поэтом не потому, что он пишет стихами; но он пишет стихами, то есть приводит в гармонию слова и звуки, потому что он – сын гармонии,поэт.*

________________________________________________
«Пушкинская речь» была написана А.Блоком в феврале 1921 г. и произнесена 11 февраля 1921 г. на «торжественном собрании в Доме литераторов в 84-ю годовщину смерти Пушкина».

«Нельзя сопротивляться могуществу гармонии, внесенной в мир поэтом; борьба с нею превышает и личные и соединенные человеческие силы, «Когда бы все так чувствовали силу гармонии!» – томится одинокий Сальери. Но ее чувствуют все, только смертные – иначе, чем бог – Моцарт. От знака, которым поэзия отмечает на лету, от имени, которое она дает, когда это нужно, – никто не может уклониться, так же как от смерти. ЭТО ИМЯ ДАЕТСЯ БЕЗОШИБОЧНО…»
______________________________________________
*«Пушкинская речь»


На бездонных глубинах духа, где человек перестает быть человеком, на глубинах, недоступных для государства и общества, созданных цивилизацией, – катятся звуковые волны, подобные волнам эфира, объемлющим вселенную; там идут ритмические колебания, подобные, процессам, образующим горы, ветры, морские течения, растительный и животный мир.
Эта глубина духа заслонена явлениями внешнего мира. Пушкин говорит, что она заслонена от поэта может быть более, чем от других людей: «средь детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней он».
Первое дело, которого требует от поэта его служение, – бросить «заботы суетного света» для того, чтобы поднять внешние покровы, чтобы открыть глубину. Это требование выводит поэта из ряда «детей ничтожных мира».

Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных вола,
В широкошумные дубровы.

Дикий, суровый, полный смятенья, потому что вскрытие духовной глубины так же трудно, как акт рождения. К морю и в лес потому, что только там можно в одиночестве собрать все силы и приобщиться к «родимому хаосу», к безначальной стихии, катящей звуковые волны.
Таинственное дело совершилось: покров снят, глубина открыта, звук принят в душу. Второе требование Аполлона заключается в том, чтобы поднятый из глубины и чужеродный внешнему миру звук был заключен в прочную и осязательную форму слова; звуки и слова должны образовать единую гармонию. ЭТО ОБЛАСТЬ МАСТЕРСТВА…
_______________________________________________
* «Пушкинская речь»

Как мы видим, Александр Александрович уже и забыл о Гармонии, как начале всех начал, гармония это одно дело, вселенский хаос – уже совершенно другое. От вселенского хаоса к хаосу «родному», от гармонии Вселенной – к гармонии стиха. В этом плане все рассуждения о невысказанном, несбывшемся, подразумевающимся и как бы искусстве намека становятся бессмысленными, и только путают и вводят в заблуждение «отроков во вселенной», которые все еще думают, что поэзии можно научиться, что талант – это труд… и тому подобной галиматье.
Так в чем же дело, откуда берется эта недосказанность и намек, несбывшееся и невысказанное? А у мастера нет времени что-то там досказывать или дорабатывать. Его видение и ощущение огромного и, возможно, бесконечного мира не оставляет и сомнений, что писать надо так, как видит он, Мастер, как он слышит и чувствует – потому, что нет беспощадней судьи, чем сама Вселенная, нет точнее слов, чем звук и грохот ее волн, нет большего страдания и счастья, чем на какие-то мгновения оказаться Поэтом…


Олег Павловский   (15.05.2017   17:10:59)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.

ОТКУДА ПОЯВЛЯЮТСЯ ПОЭТЫ?
________________________________________________


Я уже говорил, что поэта «делают» два фактора – Талант и Время. Под временем следует понимать некую «питательную среду», в которой война – не последнее дело, поэт всю жизнь воюет, часто сам с собой. Хемингуэя спросили (Кандисский из «Зеленых холмов Африки): – Что необходимо будущему писателю? Эрнест ответил: – Несчастливое детство… (цитирую по памяти).
Это не совсем так, детство (от рождения и до семи лет) может, и лучше, если оно будет счастливым. Дальше – отрочество, вот здесь-то все и начинается…
В двенадцать лет человек вступает в отрицательную фазу «ментального цикла», но это не значит, что она так уж страшна для него, первые трудности, невзгоды и победы встречают его именно в этот период – уличные драки со шпаной, первая влюбленность, воинская служба, связанная напрямую с подавлением в человеке личности. В четырнадцать лет вновь положительная фаза уже семилетнего «витального цикла», а в семнадцать лет он уже «не муж, но воин», она не девчонка, а молодая женщина – такой и останется еще достаточно долго.

Как это связано с творчеством? А очень просто. В былые времена до достижения 17 – 18 лет молодым людям не разрешали (или ограничивали их) обучаться фигуративной живописи (академическому рисунку), и это правильно – печальный пример смерти Нади Рушевой от аневризмы головного мозга тому подтверждение. Пейзажи, натюрморты – это, пожалуйста! Даже портрет, но уж никак не обнаженную модель, осознание себя человеком в юности еще очень уязвимо.
Примерно тоже происходит и с литературным творчеством, и с любым другим.

В 17 лет ты можешь пойти на войну, можешь стать спортсменом и чемпионом, но среди «юниоров». В семнадцать лет человек исключительно вынослив, это продлится до 21 года, то есть до фактического совершеннолетия. А на 28 году жизни мужчин уже не призывают на действительную военную службу – они уже ствановятся «неуправляемы». И именно в этом возрасте «рождаются» художники и поэты, композиторы и ученые, которые «рушат стены», чтобы другим было где собирать осколки…
Меня спросят, а как же Пушкин, Лермонтов, Маяковский, Есенин? Всему свое время, а времена, они разные бывают. Пушкин окончил Царскосельский Лицей, к двадцати годам он был уже прекрасно образован, а знаний, подобных тем, что нам «вдалбливали» (а мы от них бегали) в советской средней школе, тогда как бы и не требовалось, народ русский был в большинстве своем малограмотен. И вот вам и пожалуйста – «Сказка о Царе Салтане»! Что это, частушки, «раешный стих»? Вы правильно подумали…

Когда я слышу «стенания» о Лермонтове, то сомневаюсь, что его «почитатели» внимательно читали его стихи и прозу, а все туда же! Тоже и с Маяковским (в пределах школьной программы), и с Есениным – «Москва кабацкая» и кое-что еще… не будем уточнять.
Пушкин и Лермонтов оказались на волне, как литературной (Фонвизин, Кантемир, Ломоносов, Жуковский, Державин… так и петровских реформ, создания Российской Академии наук, живописи Аргунова, Никитина, Боровиковского, церковной музыки Бортнянского, во многом «итализированной», но куда как более «светской», чем «знаменный» распев и «крюковое» письмо. Русский гражданский алфавит тоже оказался очень кстати – переводить сонеты Петрарки или Данте на церковнославянский – это занятие для круглых идиотов… Оды Ломоносова, поэмы Жуковского («Ундина» и др.) как бы еще опирались на античную классику, Пушкин этот столп разрушил. Лермонтов был высококлассным художником, ему было на кого опереться…было. И Российская Академия художеств как-то очень быстро «наверстывала упущенное» в результате поповского мракобесия и косности, отбросивших Россию лет на двести назад. Пушкин не рылся в энциклопедиях, он сам стал «энциклопедией русской жизни».

«Пушкинистов» уже больше чем его же произведений.Все знают: «какой подметки сапоги, чем запивал, что ел…», даже любовниц Пушкина пересчитали, не постеснялись – ведь это так интересно! И выводы сделали, как же!
Пушкин был очень близок с Карамзиным, Далем, Данзасом. Ключевский, Соловьев, Костомаров – это уже потом, о них особый разговор. В данном случае влияние на Пушкина оказанное Карамзиным было бесценно. Так же, впрочем, как и Жуковского. «Зеленая лампа» тоже не с неба свалилась, и вот – на тебе! 1823 год…

Влияние Пушкина на современников было огромно, как в последствие и на Гоголя, и сам «гоголевский кружок» без Пушкина не смог бы родится на свет.
Поразительно, сколько выдающихся людей – поэтов, писателей, композиторов, ученых дал России 19 век. Об этом не многие знают, но даже Император Александр II Романов был известным историком своего времени, «а нынешние как-то проскочили»…
Наш современник поэт В.Соснора сказал: «литературный процесс» сам по себе ничего не означает, все определяют гении…»

С этим трудно не согласиться, но формируется художник именно в своем окружении, каков «приход», таковым и «попу» быть… Историю не надо «учить», историю надобно понимать и даже «увидеть», а зубрежка ничего, кроме синяков на заднице, не дает…
Лермонтов был отчаянным бретером и дуэлянтом, его «Фаталист» как бы исповедь «героя своего времени». Его гибель на дуэли была уже предрешена… Пушкин стрелял без промаха и фехтовал так, что лучше с ним «и не пробовать»… Дантес это понимал и принял все меры предосторожности, и, как мы видим, довольно результативно. И заслужил проклятие потомками. А Пушкин, однажды на балу, снял сапог и дал им по голове одному дворянину, тут уже было никак не отвертеться, и Пушкин его, конечно, убил…

«Поэты ходят пятками по лезвию ножа…» Можно сказать и так. Однако…

«…Но и это было не столь уж важно по сравнению с этой одержимостью, необходимостью писать, хотя, безусловно, каждый писатель надеется, что читатель сочтет его произведения правдивыми, честными, может быть, даже трогательными. Потому что писатель пишет и тогда, когда этот подталкивающий его демон считает, наверное, что писатель достоин и призван терпеть эти муки и все писательские существо: железы, кровь и плоть – сильны и активны, сердце и воображение остро воспринимают человеческие ошибки, победы и поражения; пишет и потом, когда кровь начинает остывать, активность падать, а сердце подсказывает: «Ты и сам не знаешь, зачем пишешь, и никогда не узнаешь»; пишет, потому что демон по-прежнему благосклонен к нему, хотя и стал строже и безжалостней; пишет до тех пор, пока наконец не понимает, что полузабытый польский прозаик давно ответил на его вопрос. Тронуть человеческое сердце. И это относится ко всем нам – к тем, кто хочет быть художником, к тем, кто пишет для того, чтобы всего лишь развлечь или шокировать, и к тем, кто бежит от себя, от собственных тайных страданий».
____________________________________________
У.Фолкнер. Нобелевская речь

Фолкнер. Все мы вышли из Гекльберрифинна М.Твена, скажет он и окажется прав. Неистребимый романтик Джек Лондон и неунывающий скептик Марк Твен, Курт Воннегут от «до» контроктавы и до верхнего «ля» – вероятно забыли предупредить своих читателей, что все мы живем во имя одной и единственной цели – биения человеческого сердца, душевных – что поделаешь! – страданий и всепоглощающей Любви, потому что ненависть не имеет ни звука музыки, ни цвета, ни даже запаха, – ничего...
Ненависть способна все разрушать дотла, до конца, до последнего дыхания – и это тоже неоценимое свойство. Но и при последнем дыхании может возникнуть такая Любовь, которая способна вернуть жизнь и все построить заново – лучше, честнее и прекраснее чем было. Поэтому литература не умирает даже когда упадают дворцы и храмы, когда рушатся системы – она с мужеством и терпением ждет своего часа, и он придет.Не всегда и не любая война заканчивается победой. Но побеждает не тот, кто выживет и получит ожидаемый результат не важно какой ценой, – ценой лжи или предательства. В борьбе со злом всегда побеждает добро, и даже в том случае, когда Добро в этой борьбе погибает, – погибает, но не сдается.


Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   18:53:39)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Вообще-то читатель - это всё-таки потребитель, и он не обязан анализы продукта делать.)
Анализы пускай аналитики делают и прочие исследователи всяких "литературных выделений".
Ну не признают нашего Олежку гением, Бог не даёт!
Вот он и гневается, думает, что если мы признаем - так он сразу в классики скакнёт!
Нетушки!))
Бог не даст - и уйдут все его творения, как вода в песок, а даст - и мои искромётные афоризмы будут жить в народе в веках!))
Глупость, глупость и ещё раз глупость пыжиться и выпячивать себя перед всем честным народом!
Стыдно, бессмысленно и бесполезно.

Сикорски   (15.05.2017   19:20:08)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Белла, ну не нужно считать читателя тупым потребителем. Он же не считает писателя тупым графоманом. Есть элемент сотворчества, отсюда внимание писателя и читателя друг к другу. Иначе зачем?
Но противится засилью серости, напоминать о вершинах, это необходимо.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   19:37:07)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Где я сказала, что читатель - тупой потребитель?
Я сказала, что читатель не обязан делать анализы.
Он должен просто получать удовольствие!
О вершинах пусть помнит писaтель.

Сикорски   (15.05.2017   19:42:35)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

А не надо говорить очевидное. Потребитель туп. А читатель обязан прикладывать усилия. Было бы к чему.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   19:54:27)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Потребитель туп?))))
Мы все потребители и производители.))
Где же тут тупость?
Сейчас всё называется продуктом, в том числе кино, театр и прочие зрелища.
Таки что, кто является потребителем этого - все тупые?))
Вы неудачно мне попеняли, признайте это и не усугубляйте.
Я ответила на ВАШЕ вот это:

Боюсь, тупо мало осталось читателей, способных к самому примитивному анализу стихотворений.

Остаётся непонятным: так туп читатель (потребитель) или всё-таки "обязан прикладывать"?)
Не думаю, что читатель кому-то что-то обязан.

Сикорски   (15.05.2017   20:14:51)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Потребитель туп, а читатель обязан. Быть достойным Творца и научиться слышать его Слово.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:27:37)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Да уж, действительно туп...)))
О Tворце, вроде, тут речи не велось, тока о потребителях.
Да ладно, ну их, этих потребителей, что с них возьмёшь, кроме анализа!))

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   19:39:52)
(Ответ пользователю: Сикорски)

И вообще, о каких вершинах речь?))

Сикорски   (15.05.2017   20:09:32)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Ну там в теме стоит Валерик. И это одна из вершин русской поэзии.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:14:38)
(Ответ пользователю: Сикорски)

А на Валерика что, взбираться надо?))

Сикорски   (15.05.2017   20:16:44)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Вам -нет.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:22:23)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Да уж конечно...))
Вообще-то на вершину поэзии взбираются, а не на поэтов!)))

Сикорски   (15.05.2017   20:28:07)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Белла. Ваши эскапады не очень интересны, ибо они всегда одни и те же. Есть тема топика мы можем поговорить о ней.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:37:29)
(Ответ пользователю: Сикорски)

Эска... что?))
А ваша сбивающаяся логика и умозаключения просто убивают своей банальностью.
Я ведь не ропщу?
Просто пытаюсь вас на логическую линию вывести, по-хорошему посмеиваясь.))

Сикорски   (15.05.2017   20:45:12)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Да я по теме отвечала. Вполне логично.

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:59:39)
(Ответ пользователю: Сикорски)

--Боюсь, тупо мало осталось читателей, способных к самому примитивному анализу стихотворений.--

Вы что их, считали, читателей этих?
И почему читатели для вас должны делать какие-то анализы?
А себя вы, конечно, считаете совершенно наоборот - прекрасным аналитиком, каких единицы?)
Общее место, банальность, совершенно безосновательное утверждение.
Это всё равно, если бы сказать: да, мало осталось умных людей, все вокруг дураки, ничего не соображают!
Ну и кто так обычно говорит?
Только дураки!

И тут же после этого вы утверждаете, что эти дураки обязаны что-то там Творцу...)

Олег Павловский   (15.05.2017   23:23:29)
(Ответ пользователю: Сикорски)

.

ТРИ КИТА ЛИТЕРАТУРЫ
__________________________________________


Итак: "видение", "энергетика", "информативность"... мастерство

Триединство явление закономерное. С подобной
классификацией все мы познакомились еще в средней школе.
Но в данном случае нас интересуют не законы Ньютона и не источники и составные части марксизма.

Когда досужие ценители стенают о рифмах, что-то там говорят об
«образах»или пытаются расставить ударения в стихах не ими
написанных – мне становится смешно. Нет в поэзии и литературе вообще незыблемых законов. Пунктуация в необходимых случаях также подчиняется воле автора. Есть только один критерий – мастерство.

Мастерство приходит не сразу, а иным мастерство вообще не доступно в силу их ограниченности, нахальства, а иногда того и другого вместе.
Нет банальных рифм, – есть банальные мысли.
«Бедных рифм» тоже не бывает, бывает неумение ими пользоваться.
В равной степени это относится и к «образу поэтическому».
Как правило, «критики» злоупотребляющие этим термином, имеют весьма приблизительное представление о том, что это такое на самом деле. Поэтический словарь – не самый лучший помощник рифмоплету и бездарному писаке. Но для того, чтобы «заболтать» и запутать собеседника – это удобное подспорье для всезнаек.

Примеров поэтического мастерства более, чем достаточно.

А.С Пушкин:

«Шипенье пенистых бокалов
И пунша пламень голубой.»

Изысканная аллитерация, сочетание гласных и шипящих довольно редкое для XIX столетия. Но и этим достоинством пушкинские строки не ограничиваются. Очень немногими средствами поэт создает более, чем явственную картину застолья, праздника и как следствие – общности людей.

Здесь мы «обнаруживаем» и второго Кита поэзии – умение видеть. Видение художника дается далеко не каждому, большинство пишущих лишь имитируют поэтическое видение, только сочиняют картины, но не пишут их. Это пятый, «промежуточный» контур сознания, но один из двух высших на Земле.Обозначая его, мы чаще всего говорим: талант!

Синонимы, разумеется, есть. Это и «эвристическое мышление»
первооткрывателя, и т.н. «эдейтизм» (зрительная память),
и сильнейшая интуиция, которая в отличие от просто интеллекта, основанного преимущественно на способности что-то запоминать, позволяет автору «видеть» доселе ему неизвестное.
Нет необходимости упоминать, что «семантический контур» сознания для художника как бы пройденный этап, художник в достаточной мере владеет знаковой системой и в способности анализировать ему никто не откажет. Выдающимся семантиком может быть хороший инженер, деятельный ученый и в тоже время культурный человек.
Но Кулибины так запросто не рождаются, равно как и Шекспиры.

Но что же все-таки отличает произведение искусства от его имитации? Только ли умелое исполнение, красочность или занимательный сюжет? Нет, не только...

Можно кое-что объяснить и с позиций эзотерики.
Например «астральные маятники» и «рамки экстрасенсов» приходят в движение при приближении их даже к репродукциям картин выдающихся художников, к напечатанным текстам и книгам писателей «первого ряда». Как это объяснить?

Во-первых, кусок проволоки или грузик на нитке в руках неандертальца едва ли придет в движение – это свойство самого человека сообщать «некие импульсы» неодушевленному предмету.
Таких людей сравнительно не много. Но проводимые опыты всякий раз подтверждают наличие скрытой энергии в текстах и изображениях, природа которой пока недостаточно изучена.
Возможно, сохраненная неважно каким образом информация
и содержит в себе энергию информационного поля.

Но можно с достаточной достоверностью придти к выводу, что третьим Китом художественного творчества является именно «внутренняя энергия» заключенная в произведении литературы или искусства.

Именно выдающиеся произведения, лучшие картины, музыкальные шедевры и стихи лучших поэтов приводят читателей в умиление и восторг, способны воодушевить любовника, солдата и каменотеса.
Разумеется, сочетание ритмических действий, шума определенной тональности и прочих атрибутов поп культуры и деструктивных религиозных сект также способны не только привести человека в состояние экстаза, но и довести до умопомрачения.
Но в данном случае нас не очень интересуют насущные
проблемы дикарей.

«Мне снились сердце, вкус и разум, мне снилось мастерство…».

____________________________________________

.


Олег Павловский   (15.05.2017   23:36:10)
(Ответ пользователю: Сикорски)

.
ПРОДЛИСЬ, ОЧАРОВАНЬЕ...


* * *

спеши, строка моя, не прячась,
не воздыхая о былом –
пером поскрипывай подьячий,
сопя над липовым столом,
пером поблескивайте гуси,
блистая в блюдечке пруда, –
не жди, мой паровоз, не дуйся,
я не уеду никуда!
Ведь ты, строка моя, не лента,
удавка Мёбиуса и
не плеск волны аплодисментов,
но, что поделаешь? – твори!

все в мире начинается с первой строки, с первого прикосновения к чуду и неважно как оно называется – холст или тугая тяжелая глина, послушная древесина, таящая в себе свет и жар жуткого солнца, и тяжесть заснеженных крон – бог весть… но рождается тонкая скрипка и мир становиться немного лучше, чем был вчера, жизнь продолжается как одно предложение, одна фраза, которой начинается и никогда не закончится книга имя которой – Вечность.

не унывай, не спи читатель,
поэта стол – не аналой!
когда и где веселый шпатель
не спорил с ловкою иглой?
когда еще искусный мастер
не усмехнется невзначай,
смешав и гипс, и алебастр, и
гладь прохладного плеча?
в какой момент спадают струи
с плечей туникой золотой?
у чьих колен звучали струны,
и музы плакали – постой!
не уходи, не все беспечно
мы растеряли на пути
до миража, чье имя Вечность,
а больше некуда идти…

Принято считать, что труд облагораживает человека, возможно со временем нечто подобное и происходит, тогда как радость творения никогда не перестает нас восхищать.
Для одного слово – это податливый еще ни разу не зазвеневший фарфор и упругая лоза, которой может быть, и не суждено когда-нибудь стать корзиной полной сияющих ягод, для другого – слова как болты и гайки скрепляют конструкцию и в результате получается руководство по слесарному делу. Юные, мы говорим об искусстве восторженно и неосторожно, как будто не понимаем, не боимся обжечься, как мотылек в своем одиноком высокомерии сгорает в пламени свечи и нескончаемом танце отчаянной гордой души…

одинок и отважен
прощальный полет мотылька –
разве это не важно
огонь оглядеть свысока?

или это не горько
не изнутри и не во вне,
как лимонная долька
на медленном гибнуть окне…

. . . . . . .

я рассматривал смерть, я просил приподнять покрывало –
или нам нараспашку, навзрыд – и молчать не дано?
если больно смотреть в уходящие окна вокзалов,
если палец не колет волшебное веретено…

пролететь, простучать, прогреметь как колеса на стыках!
как бенгальские искры по узкой дамасской тропе
где кладбищенский сад молодыми стволами утыкан
и березовой поросли спичками как канапе,

и сердечная боль, и песчаная соль – это первая встреча,
это плен мастерских, это галочий крик над бумажной листвой –
и рублем подарит, и огнем поманит, и бранит, и калечит –
клавикорды стучат и обрыв на печать… тишина, мастерство...

__________________________________________

У искусства довольно определений, но всегда один ответ:
искусство – всего лишь чудо и мастерство...

.


Олег Павловский   (16.05.2017   00:24:50)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

.
О, времена! О, нравы! - сказала белка колесу.
(Что за люди, что за народ... что о себе воображают!)) ©

Олег Павловский   (16.05.2017   08:35:18)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Белка лезет на Валерик –
Что ж ты делаешь, холера!?

Белла Минцева   [Паневежис]    (15.05.2017   20:44:17)
(Ответ пользователю: Сикорски)

- Но противится засилью серости, напоминать о вершинах, это необходимо.
Ну там в теме стоит Валерик. И это одна из вершин русской поэзии.

-А на Валерика что, взбираться надо?))

-Вам -нет.
------------------------
Ну и как прикажете понимать ваши пассажи?))
А вам - "да"?
Может, это вы - серость, и вам надо ещё расти и расти до вершин этой самой поэзии?))
Что за люди, что за народ... что о себе воображают!))

Олег Павловский   (20.05.2017   12:45:31)
(Ответ пользователю: Белла Минцева)

Да уж...

Олег Павловский   (15.07.2017   02:54:33)
(Ответ пользователю: Олег Павловский)

Кто "главнее", белка или колесо?
Эх, было бы колесо, а "белок" сколько угодно...

Герман Грю   (23.07.2017   14:35:06)

Ни каждая белка способна получать удовольствие от колеса!

Олег Павловский   (03.08.2017   04:17:18)

Не всякая белка способна получить удовольствие? Забавно.








1