Поэтическая версия "Исповедь Ивана Грозного"


 
Скачать файл



29.06.2013 г.
Александр Пахомов
Поэтическая версия
Исповедь Ивана Грозного

Ночь шатром была
С блюдом на небе.
Та Луна в серебре своем,
Как туманом края
Поразмытые.
И в оконцах слюдяных
Мутно виделась,
Но свой свет
Из свинцовых рам
Серым выдохом.
К изразцовой печи
Сквозняки ползли,
Так же, крадучись.

И вот в потолках
Сводчатых в росписи,
Всхлипами, с придохом,
Да в словах неразборчиво
Коридорами эхо пряталось.

Посохом, мерно
о полы каменные
На каждом шаге
Бил, бил, бил.
Руку тянул в немощи,
Будто незрячий, перся.
С палат, улицей,
По дождю со снегом,
Босой, в рубахе белой.

- В Благовещенский,-
Хрипло гласил
В полушепоте.
- Сильвестр!-
Заорал приведением,-
- Спиридона ко мне.
И двери открыв со крипом,
Ночь пронзая,
И бил и бил о полы
Своим
царским
посохом.

В храме одни лампады.
Темень. Пахнет ладаном.
Лики в тени мраком скрытые…
И лишь оклады местами блесками.
Рухнул подкошенным,
Крест нательный
В своде завис
Бряканьем.

Дьяк вбежал:
-Что ж ты, батюшка,
Царь ты наш,
Свят Васильевич?

- Прочь, пес смердячий,-
Хрипло и грозно в бороду.
Дьяк с коленок,
Трясясь руками:
- Как же свят, свят Васильевич?

- Прочь, сказал!
- Сильвестр!
Ором гулким, эхо металось храмом.
- Прочь, сказал, сгинь.

- Сильвестр!
И подымаясь,
посохом
дьяку в грудь опершись:
- У, Смерд…
И снова руку тянет,
На ощупь будто.

- Говорить буду,
Исповедоваться.
- Сильвестр!!!

И снова по всем приделам
Заметалось,
А в алтаре затихло.
Дьяк отполз,
За колонной,
Бороденка торчит,
трусится.
А Иван
Блажит:

- Ты ж с Макарием пришел,
Был при мне смолоду,
Исповедуй меня,
Буду каяться.
Пред тобой,
Как есть….
Можешь гвозди бить,
Иль сожги меня,
Как неверного.

Рвет рубаху, нагим
Наземь падает,
Посох в правый придел
к стенке катится.
- Спиридон!-
С хрипом в голосе,-
- Пожалей меня,
Ты же ведаешь.

И открылась дверь,
И в руке свеча,
А ночнушка горит,
Будто мантия.
По лицу от свечи пламя, всполохи
И глаза горят, брови хмурые.

- Ты почто нагой,
В храме все таки!?

- Аз есьмь Царь!-
Бородой своей камень ёрзая.

- Встань!
Прими, коли так,
Как юродивый…

- Нету сил моих,
Я истерзанный.
Я не ем, не сплю,
Видно, травленый.
Ты же знаешь все,
Правду ведаешь,
И папирусы читал,
Книги умные.
Бабка мне отдала
Византийские.
Поручил тебе.
- Ну, почто же так?
Что неправильно?
И Небесный град -
Третий Рим уже.
И престол, что просил
Все построил я.
Земства ввел,
Ссудник праведный.
Ты ж малому тогда
Говорил: Придет!?
Впрямь с небес?
К людям спустится!?
Видно врал ты мне!
Бог не ведает,
А престол его
Видел я во сне…
Чернь порушила…
- Что еще?
Что привиделось?
- Смута будет, Спиридон,
Ох, великая…
Порубают купола,
Позабудутся.
- Я не понял,
Ты о чем?
- Как Иваны будут все,
Как в беспамятстве.
Ни родни и ни племени.
Немчура на Москву
Из-за Яузы,
А потом и войной пойдут,
Словно тать
Неразумная.
А Сильвестр, наклоняясь,
Поднося свечу:
- Ну, а что тебе перепало- то?
Царь, рукой на приступок опершись,
Голову поднял, пряди скрыли лицо,
Блики глаз и слез щеки впалые.
- Пятьдесят пройдет, в лета кану я.
От помазанья.
- Кто сказал?
Не должно быть так!
- И еще сто пять.
-Что сто пять?
Мне деньков там отмеряно.
В слободе помру,
В Александровской…
Траванут меня эти ироды.
Не враги иноземные,
А свои - мои родные.

Спиридон присел
Краем клироса
Подле, медленно.
Пламя дрогнуло,
Ставит молча свечу,
Протянув ладонь.
- Поднимись, Иван,
Холод по полу,
Хоть прикрой свой стыд,
Не могу глядеть.
Пред тобой алтарь-
Помолись,
Пройдет.
-Что пройдет?
Будешь снова врать?
Не придет он к нам,
Не заступится.
А Сильвестр застыл,
Руку к полу обернув,
Спрятал за спину.
Щурит, прячет глаза,
Будто пуганый:
-Все ему видней,
Ты пред ним холоп.
- Я ж помазанник!
- Если царь, то встань
На коленях с ним.
Мы тут все по подобию.
Только воля твоя хуже подлости.
- Спиридонушка, скажи?
Где чего не так, опрометчиво.
Земли вдвое приросли,
Мы за камнем уже…
Русь великая!
-Я тебе говорил-
В душу им гляди,
А у них пятаки,
И не медные.
-Так ведь, злато-серебро
Не испить, не съесть?!
-Но на злате-серебре
Сладко есть и пить.
Вот и рядятся они
В овцы смирные,
За спиной твоей
В стаи сбилися.
Нынче воют на Луну,
Будто молятся.
- Помнишь, давеча просил,
Я тогда смолчал.
В несогласии.
Поженить две империи?
Я на карте искал,
взгляд мой щурился.
Ты реально погляди –
Шлюпка на море.
Ты на тверди стоишь,
Им она милей…
Был один незаметный шаг,
Божий промысел.
В диком поле казаков
Ты на службу взял,
Дал Отечество.
Впредь для них
Это Родина!
Вот они не отступятся,
Прорастут из земли,
Где покошено.
Я боюсь за одно:
Толмачи мои
Учинили перевод.
Свитки древние.
Грек писал, звать Платон.
Сгинем все из-за
Трех причин.
Как погонимся за наживою,
И не сможем управлять
В общем хаосе,
А на третье сказал
В бездуховности:
-Знал бы я, где упасть-

Подстелил бы соломку я.
Моисей, хоть не наш,
не славянский сын,
Говорил про тельца-
Не прокормитесь.
Заведут они всех нас
Прямо к пропасти.
Завтра прочь уйду,
Отпусти совсем,
Остригусь и впредь
Не тревожь меня.
- Если ты уйдешь,
говорить мне с кем?
И кому буду каяться?
Во грехах своих
Поминать мне как?

- Убивал ты сам,
Не жалел ты противников…
- Предавали Русь!
Говорили мне,
Будто прожил я
просто попусту.

- Ухожу, прощай!
- Спиридон, казню!
- Не пугай меня своей дыбою;
Ухожу в Соловки,
На покой пора.
Об одном прошу-
Книги мне оставь,
Их пожгут эти ироды.
- Ты припрячь и так,
Пусть копаются.
Еще малые они, неразумные,
А дозреют, впредь догадаются.
За другое душу рвет
В клочья в лоскуты:
Земли наши разорят,
Всех бояр пожгут,
И зажиточных.
Ох, беда идет-
Мне не справиться.
И тебя несет
Да не вовремя.
- Времена - эти сны твои
Без тебя, после сбудутся.
- А когда ж просвет?
Поделись со мной.
- Темень долгая,
На безверии они
Перессорятся.
Время будет - сам народ
О себе без Вас позаботится,
А князей и владык
В скоморохи вас, позабавиться.
Бог един для всех!
И в цари он не мазался!
Встал Сильвестр и ушел
Не в алтарь, а в дверь.
-Вон,-
крикнул вдогонку,
ладони в кулак.

Царь в ознобе,
Трясясь от гнева
- Посох где!?
И в рваньё свое
Нервно рядится.
Дьяк, шоркая,
Углами рыскает:
-Вот он!
Не серчай,
Свят Васильевич!?
А он как тень…
- Я стрельцов своих
Всех в опричнину!
А неверных -тех
Просто вырежу.
И твердо
На каждом шаге
Посох о камень бил.
Шел Грозный царь
в рубахе рваной
В свой,
Сто пятый день.



Рубрика произведения: Поэзия ~ Лирика философская
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 18
Опубликовано: 03.01.2017 в 17:17
© Copyright: Александр Пахомов
Просмотреть профиль автора










1