Гумберт шиворот-навыворот


Эти лодыжки я узнал бы в миллионной толпе. Причем - с бреющего полета. Четыре года – с седьмого по десятый класс – они вытанцовывали передо мной у классной доски под аккомпанемент педагогических объяснений: в кого еще влюбляться 15-летним парням, как не в своих учительниц? Вечно молодых, перманентно недосягаемых, таящих под строгой элегантностью сокровенную и непознанную еще тайну женственности…
… Подогнал машину поближе к бордюру и притормозил. Выскочил и догнал ее, взялся за ручку сумки:
-Нелли Викторовна, я помогу!
-Ох, - она без запинки назвала меня по фамилии. – Ты совсем как Райкин в «Великой силе искусства»! – но на этом сходство с сюжетом кинофильма и кончилось. Я посадил ее в автомобиль, сразу же стушевался, что-то сбивчиво рассказывал, то и дело косясь на нее; демонстрировал работу навигатора, хвастал кожаной обивкой салона.
-Саша, следите за дорогой! – улыбалась она. – Вы что же, теперь – крутой бизнесмен? – и мне вдруг становилось стыдно перед ней и за навороченную тачку, и за наигранную болтовню. Но и молчать не мог: мучительно выдумывая новые темы, говорил про кризис и о том, что «сейчас уже столько не заработаешь»; о том, что жизнь требует учиться, поступать заочно за вторым высшим; спрашивал её, какой ВУЗ лучше.
Нелли Викторовна все также чуть натянуто улыбалась, потом, без всякой связи с предыдущим разговором спросила:
- Ты хоть женился?
- Нет! – я вдруг задохнулся, словно в легкие мне хлестнул раскаленный самум. Неужели она знает, помнит, что я был влюблен в нее и восьмом, и в девятом, и в десятом классах, и теперь проверяет, вызнает, храню ли я еще хоть толику той любви?
- Как-то не сложилось, - забормотал, торопливо и словно оправдываясь. - Не срослось! А как там наши? Все уже переженились, замуж повыходили?
- Откуда же мне знать? Я в «Одноклассниках» не зависаю! - я тоже не был адептом соцсетей, но в «Одноклассники» пару раз заглядывал; начал вспоминать и пересказывать всякие сплетни. Нелли Викторовна заинтересовалась, улыбнулась чуть благосклоннее:
- А вот и мой дом! Зайдёшь выпить чаю?
- Да, да, конечно! – я изловчился по пути от стоянки до ее пятиэтажки заскочить в магазин, купил бутылку самого дорогого вина и огромный торт; бежал вслед за ней по лестнице, не отрывая глаз от ее лодыжек, и в ушах все еще звучал ее модулированный возглас:
-Ах, зачем же! – это по поводу вина и торта.
Она жила в крохотной квартирке в хрущевском доме; проводя меня в гостиную, по пути убирала раскиданные вещи:
-У меня ведь взрослая дочь! – прокомментировала, подхватывая с дивана небрежно брошенное шмотьё. – Студентка! – она чуть наигранно вздохнула, лукаво глянув на меня. – Что же ты не открываешь вино? Нет, подожди, я поставлю чайник! – господдя! А если она тоже была в меня влюблена? Тогда? В школе? Разве так не бывает? Ведь живая же женщина! И ещё какая! Распространяющая вокруг себя такое чувственное поле, что у меня ехала крыша, едва только я ее видел!
Я вспоминал, как Нелли останавливалась на уроках возле меня, какой тонкий и нежный запах духов исходил от нее, и как она, не отрывая каблуков от пола, едва уловимо, словно в нетерпении преодолеть тот сакраментальный барьер, который воздвигли общественное мнение и закон между мной – малолеткой, и ею - феминой, переминалась с ноги на ногу:
-Что у вас? Что вы пишите? – она наклонялась, и я почти ощущал плечом её грудь, но в последний момент она вдруг отстранялась, летела испуганными шагами к доске, начинала что-то объяснять, словно стараясь убедить и себя, и весь в класс, в том, что только что между нами ничего не было…
Наверное, я, в юношеском упоении первой любовью, занимался самообманом. И на самом деле она ничем не выделяла меня из толпы таких же прыщавых недорослей, каким был я. Но сейчас, когда сакраментального барьера уже нет! И мы – охотники в одном лесу! В чудесных угодьях бога по имени Адюльтер!
Я разливал вино, и Нелли Викторовна сидела напротив меня неестественно прямо с чуточку зардевшимся лицом.
- На брудершафт?
- Как скажете, Саша! - но выпитая рюмка совсем не сняла напряжения. На кухне загудел чайник.
– Ой, что же я торт не режу? Надо ж закусывать! – Нелли привстала, взяла нож, наклонилась, чтобы разрезать торт, и мне метнулась в глаза припухлость ее груди в разрезе расстёгнутой на две пуговицы блузки. Она тут же замерла, бросила на меня испуганный взгляд.
-Давайте танцевать, - предложил я, и повел ее от стола. Несколько минут мы кружились без музыки посреди комнаты, все плотнее прижимаясь друг к другу; потом она словно опомнилась: отстранилась, включила дивидюшнюк. Зазвучала «Бессамемучо». Я опять наполнил рюмки.
-Ох, ты меня совсем допьяна напоишь! – она пила, глядя мне в глаза поверх рюмки, всё сильнее запрокидывая голову. И я не выдержал: влажными и липкими от вина губами начал целовать ее горло, синие жилочки, бьющиеся под бархатной кожей, почему-то отдающей запахом прелых яблок… А она продолжала бесконечно долго запрокидывать голову, обвисая и тяжелея в моих руках и скользя вздымающимся коленом по моему бедру; и в этот момент пришла из института ее дочь. Нелли Викторовна успела оправиться, я – застегнуть воротник, но девчонка, конечно же, обо всем догадалась. Ни на секунду не смутившись, нагло поглядывая на мать, принялась с грацией пэтэушницы заигрывать со мной.
Сели пить чай с тортом; Нелли Викторовна окончательно стушевалась, а я под натиском ее дочки почувствовал себя женихом, которого усиленно женят. После того, как девчонка в третий раз жеманно спросила:
-А чей это «Ауди» цвета «коррида» стоит у подъезда? - не выдержал, выскочил из-за стола, спешно распрощался. Не отъехав и квартала, вдруг понял, что оставил, бросил любимую женщину, что надо было увести Нелли с собой, осыпать цветами, поселить где-нибудь, любить и боготворить. Хотел вернуться. Но инерция принятого в горячке решения несла меня прочь со скоростью 90 км/час.
А на следующий день было уже поздно. Телефонную трубку брала ее дочь, в ответ на просьбы позвать маму вновь начинала со мной беспардонно кокетничать. Вечером купил громадный букет роз и поехал к ней домой, но дверь опять открыла девчонка: «А мамы сейчас нет!» - я швырнул цветы и убежал. Сидел в машине у подъезда и ждал, когда появится Нелли Викторовна, но вместо нее на улицу вышла опять эта дрянь, наряженная настолько вульгарно, что даже вороны загалдели на ветках, и направилась к моему «Ауди». Я не стал дожидаться, когда она в матримониальном порыве начнет вываливать мне на лобовое стекло затасканные сиськи, и торопливо уехал.
Жаль, не узнал своевременно ни номер школы, в которой теперь работает Нелли Викторовна, ни ее телефон. Каждый день часами кружил на автомобиле по улицам вокруг ее дома, но, как на зло, на глаза мне попадалась только чертова девчонка. Она словно чуяла мое появление. И, завидев, едва не лезла под колёса. Я демонстративно прибавлял газ, уносился прочь, чтобы, обогнув микрорайон по дуге проспектов, заехать в это скопление старых пятиэтажек с другой стороны, крадучись, патрулировать переулки возле её дома, и вновь увидеть гротескный силуэт этой девчонки, вызывающие вихляющей вдоль тротуара узкими мальчишечьими бёдрами, затянутыми в дешевые джинсы-«облипки».
И все-таки она меня выследила. Я вышел на секунду из машины, чтобы купить сигарет. Когда возвращался к тачке, она была уже здесь:
- Здрастя! Не узнаете?
- Нет!
- А как с мамой моей сосались, и я пришла, помните? – она перекрывала подход к автомобилю – моей спасительной жестяной скорлупе.
- Слушай, красотуля, как объяснить тебе, что я люблю не просто женщин, а конкретно твою мать?
- Ха! А мы и не знали!
- Отвяжитесь, пожалуйста, от меня!
- «Прокати нас, Петруша, на тракторе! Хоть немножечко, но прокати!» Всего пару слов скажу, а потом отвяжусь! – она отстранилась, и я пробрался к автомобилю. Не спрашивая разрешения, девушка сунулась следом, плюхнулась на сиденье рядом со мной, похабно, едва не до лобового стекла, задрала коленки. Все также без спросу закурила мои сигареты, затягиваясь, прищурилась и буркнула: - Демография дрянная! Учеников всё меньше, учителей – всё больше! Учебных часов на всех педагогов не хватает. Живём на гроши. У отца была фирмёшка, но компаньоны так его опрокинули, что он третий год лежит бревном после инсульта. Пойми: мать его сейчас бросить не может. Но не с голоду же подыхать! Хочешь, она будет с тобой в первую ночь вместо меня?
Я оторопел. Потом выдавил, слово вырывая из себя собственные потроха:
- Пшла отсюда!
- Ну и дурак! А поначалу ты мне даже нравился! – она распахнула дверь и пулей выскочила из салона. Шустро перекидывая тощие ягодицы из стороны в сторону, поструячила по тротуару прочь.
Догнал, бросил через открытое окно ей под ноги окурок. Прибавил газа, и только въезжая в гараж, увидел на сиденье рядом с собой бумажку с телефонным номером.
Хотел сразу же позвонить. Потом вспомнил, что в ту минуту, на которую Нелли тогда, во время моего визита к ней, выходила переодеться, она с кем-то говорила. Может, с мужем, лежащим бревном после инсульта. Или по телефону с этой кикиморой, зазывая ее домой «обувать» богатого жениха.
Отчетливо услышал, как тарахтит движок, наполняя кубатуру угарным газом. Хотел выключить мотор, но потом с отчётливым интересом подумал: «А через сколько меня тут найдут: через неделю? Через год?»
Уже клонило в сон, когда булькнул телефон, принимая смску.
«Саша, прости! Дочь мне всё рассказала про разговор с тобой. Я не могу жить с таким позором. Прощай! Я любила тебя!»
Медведем выбрался из кабины, сквозь темноту в глазах шел к гаражным воротам. На улице тряс головой, растирал виски сухим жестяным снегом. Подумал о том, что если Нелли всего лишь наглоталась люминала, то могу успеть.
Гнал «Ауди» и на зеленый, и на красный. Бежал, задыхаясь, вверх по бесконечной лестнице в чреве пятиэтажной хрущебы. Звонил в колышущуюся перед глазами, словно пустынный мираж, дверь.
Открыла Нелли. Смотрела на меня округлившимися глазами:
- Саша, что с тобой? На вас лица нет!
- Я думал… Решил было, - запинаясь выговаривал я. – Вы мне записку отправляли?
- Какую? – я протянул ей мобилу с письмом на дисплее. Нелли начала читать, недоуменно шевеля губами. Из глубины квартиры опять появилась ее дочь.
- Мам, я этому челу смс с твоей трубы послала, - с набитым ртом промямлила девчонка. – А то он весь бензин пожжёт, колеся вокруг нашего дома. Ну, вы разбирайтесь пока, а мне еще лабу по социологии делать!
Л. М′ен
Другие рассказы автора читайте на сайте http://nevstol.ru/



Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра
Количество рецензий: 1
Количество просмотров: 13
Опубликовано: 28.11.2016 в 15:57
© Copyright: Леонард М′ен
Просмотреть профиль автора

Роман Белозерский     (28.11.2016 в 16:42)
Отлично! Сюжет пикантный и волнующий....)))






1