Приключения Одиссея - 2 часть


  Приключения Одиссея. Год спустя. Пролог 2 части

Алексей Иванов, старший механик ремонтно-подменной команды рыбопромыслового объединения *Артарктика*, недавно вернувшийся из командировки в Лас Пальмас, стоял в очереди к конторке библиотекарши херсонского мореходного училища рыбной промышленности. Спустя пять лет его снова направили сюда на курсы и он с радостью ухватился за это предложение. Херсон он любил, хотя и знал его мало. Но зеленые улицы этого города, старинные здания, сам размер этого, так и хочется сказать, городка ему очень нравился.

Не городок, конечно, город, но намного меньше родной Одессы. А Иванову как раз нравились города маленькие с уютным двухэтажным центром, где можно обходиться без транспорта. Он любил ходить пешком, и особенно в Херсоне, где на каждом шагу встречались красавицы. Вот и эта библиотекарша… Стоп, так это же Марина, жена Длинного! Нисколько не изменилась! Вот только грустная какая-то. Раньше она была другая!

- Девушка, поищите, пожалуйста, «Анализ характерных неисправностей судовых дизелей». Автор, автор… Тут помню, тут не помню. Он шутливо показал на два участка своей головы.
Марина посмотрела на него из-за конторки снизу вверх: - Вы знаете, и я как то забыла. Автора, имею в виду. Но книгу помню, её часто заказывают. Сейчас принесу. – Она прошла недалеко вдоль полок, и поднялась на две ступеньки небольшой лестницы.
- Ножки у нее нисколько не изменились, - подумал Алексей, - а талия… нет, так не бывает!
- Марина, ты что, своих не узнаешь? Со зрением плохо стало? Выглядишь замечательно! Как и не рожала.
- А я и не рожала, молодой человек. Хотя это не ваше дело, кстати. На ваше счастье, я сестра Марины, а то бы… Вот ваша книга. Возницкий. Запомните!
- Простите великодушно! Виноват, сегодня же искуплю свою вину. Вы свободны вечером? Не подумайте, я не из Маринкиных ухажеров. Я друг Иосифа, только давно его не видел, – он протянул свою руку через конторку ладонью вверх. – Ну, мир? Меня зовут Алексей, для Вас – просто Алик.
- Ладно уж. Только потому, что слышала о вас много хорошего. Меня зовут Мария. Можно и Маша.
- Так когда подойти?
- Я библиотеку закрываю в шесть.
- Понял. Буду.

И он, конечно, был, да еще и с небольшим букетом из мелких розовых роз. Одетый в белые брюки и в белую же рубашку, среднего роста, худощавый, распространяющий вокруг себя аромат Франции. Мария на каблуках была почти с него ростом. Зеленоглазая, с чуточку курносым носиком, как раз таким, как Алексей любил, со слегка пухлыми губками.

- А она красотка, - подумал одесский Дон Жуан, знаток девушек всего мира. И губки! Терпеть не могу тонкие и поджатые. А эти можно целовать! Так, размечтался! Она тебе почти родственница! Не греши, где живешь!
- Мария, а как вы домой добираетесь?
- В хорошую погоду – пешком. Я люблю ходить, даже туризмом занималась.
- А я не занимался. И очень жалею. Столько замечательных мест вокруг!
- И девушек рядом в походе!
- Это на меня наговорили! Машенька, я Иосифа совсем потерял. Расскажите, как он, как Маринка, как Максик. Вы же не знаете, наверное, но мы вместе работали на « Гарпунёре Прокопенко». Родители, надеюсь, живы ваши?
- Родители живы. Отец ушел на пенсию. Живут пока в городе. Но бабушка уже плоха, так что папа хочет перебраться к ней в Збурьевку.
- А вы?
- А что я?
- Вы тоже с ними живете?
- Конечно. Я не замужем, и своей квартиры у меня нет. Хотя хотелось бы.
- А почему вы не замужем?
- Наверное, потому, что живу в Херсоне. Конкуренция большая. А мне уже 25. Четверть века.
- Боже, какая старая! – Он оглянулся и посмотрел на тротуар.
- Что случилось?
- Нет, всё в порядке. Просто проверяю. Из нас еще песок не сыпется. Мне-то уже почти 33.
- Веселый вы, Алексей!
- Это плохо?
- Не знаю. Мне нравится.
- Взаимно. Вы мне тоже очень нравитесь. Всегда завидовал Иосифу, что ему такая жена досталась. И вдруг – «дубль два». Второй шанс.
- Прекратите, Алик. Эти шутки мне как раз не нравятся. Они неуместны.
- Виноват, Маша. Больше не повторится. Про Марину с Иосифом расскажете?
- Нет, не буду.
- Я вас прогневал? Я заглажу свою вину.
- Просто мы сейчас к ним зайдем. Сюрприз. И мне почему-то кажется, что у вас полный карман денег, если я права, зайдем в магазин. Иосиф сейчас на мели, они не шикуют.

Деньги у Алика и в самом деле были. Он не был женат, очень хорошо последний год заработал на ремонте в Испании и вообще, всегда был при деньгах. Он тратил их щедро, но они, казалось, любили его и возвращались. Алексей всегда был счастливчиком. Даже первый, неудавшийся брак со студенткой медицинского института, принес ему не разочарование, но опыт семейной жизни и знание психологии женщин.

И сейчас, услышав о затруднениях старого друга, он покупал продукты с таким расчетом, чтобы их невозможно было съесть за вечер даже большой компанией. Кроме того, для Максима была куплена большая пожарная машина, почти как настоящая. Правда, Маша сказала, что племянник у родителей.

Дверь открыла Марина, – Боже, кто к нам пришел! Откуда ты взялся, пропажа? И Маша здесь, как удачно, давно хотела вас познакомить. Иосиф! Одиссей! Сегодня гулять будем!

На восторженные Маринкины крики появился старый друг. Они обнялись, потом стали разглядывать друг друга. – КАка бЫла, кАка есть – заключил Алик. - Мы не меняемся.
- Тебе легче, ты в морях законсервирован.
- Тебе кто мешает? Была бы шея. Пароходов хватает. А специалистов мало. Третьих, четвертых механиков - море. Куда они потом деваются? Вторых уже не хватает. Стармехов – еще больше.

Мужчины – за стол! – Марина была, как и раньше, молниеносна. И, несмотря на очевидную нехватку денег, вся светилась от счастья.
- Ну, за встречу!
- Между первой и второй…
- За тех, кто в море!
- За прекрасных дам! За золотые ручки Маринки и… кстати, что с тобой случилось? Или ты опять в интересном положении? Ты становишься всё красивее – с каждым годом.
- Твой друг дал за меня десять коров, я вынуждена соответствовать.
- Каких коров? Ты о чем?
- Притча есть такая. Потом расскажу. Просто Иосиф меня любит, балует меня, жалеет. Вот и весь секрет.
- Теперь выпьем за тех, кого с нами нет, - Иосиф поднял рюмку.- Но пока мы их помним, они живы. За моих ребят! Вечная память!
- Иосиф, ты куришь?
- Ш-ш! Иногда.
- Девочки, мы в магазин. У меня курево кончилось!

Друзья спустились во двор и нашли удобную скамейку.
-- Хорошие девки, но с ними не поговоришь. Плавать не тянет? Ты же без копейки сидишь, заметно.
- Всяко бывает. Но люди-то вокруг живут. Значит, и мы не помрем.
- А где работаешь?
- С «Куйбышева» ушел в портофлот, на лоцманский катер, тесть помог устроиться. Сутки через трое. Интересно, только денег мало, и я еще в плавдок механиком пошел. Тоже сутки через трое.
- Голова садовая! А не лучше шесть месяцев через четыре работать?
- Алик, не сыпь мне соль на раны. У тебя-то как? Где ты есть?
- Купил кооператив однокомнатный на Львовской. Почти на Большом Фонтане. Предложили опять в РПК. Согласился.
- Ведь ты не хотел в подменку. Говорил, что не нравится.
- Теперь нравится. Стармехом – это не четвертым. И деньги другие, и возможности. Мы через Совиспан с Петей Ротаром с испанцами дружим. И даже с испанками.
- А ты всё не уймешься? Не надоело холостяковать? Смотри, шкурка сотрется!
- Сложный вопрос. Вот на такой, как Маринка, я бы и сам женился. Только в тот раз ты быстрее сориентировался.
- А как тебе сестричка? Но учти, если серьезных намерений нет, лучше с ней не заигрывай.
- А как же они могут появиться, если я её совсем не знаю?
- Я тебе о ней расскажу. Она посерьезней Мариши будет, так что и ухажеров у неё поменьше. У нее всё – очень серьезно. Я тебя предупредил! Имей в виду, это моя сестра теперь, не только Маринкина. Да и батя ещё в силе, хоть и пенсионер.
- Кончай пугать, Длинный! Я же безобидный, ты знаешь.
- Вот и выбирай девчонок своей весовой категории. Хотя я бы на твоем месте всё же к Машке присмотрелся.
- Присмотрюсь. Сегодня же. А как у тебя с учебой?
- Потихоньку. Времени не хватает. И денег. Они в училище считают, что если ты заочник, то на Тойоте ездишь. А у меня и «Жигулей» нет.
- Ну, пойдем в магазин. Сигарет возьму, и коньячку прихватим. Кофе у тебя хоть есть?
- Растворимого полбанки.
Ясно, сейчас возьму натураль, сам и сварю. Меня испанцы научили.

- Мужчины, ну вы пропали! Думали, уже искать идти. А у меня еще горячее!
- Нет, хватит объедаться. Только кофе с пирожными и коньяком. Грузинский, 5 звездочек. Гулять, так гулять!
- Кофе буду варить я. Марина, дай турку и стой возле меня.
- Учить будешь? Я тебя сама научу!

- Ш-ш! Я спросить хотел. У Маши есть кто-то? Ты серьезно нас познакомить хотела, или так просто ляпнула?
- Почему ляпнула? Ничего не ляпнула. И никого у нее нет. Да почти и не было. Она у меня девушка книжная, принца ждет на алых парусах.
- Тургеневская барышня?
- Э, нет. Она самостоятельная, умничка, туристка, весь Крым облазила. Вот только с мужиками как то чересчур строгая.
- Может, и хорошо? Кофе готово, давай чашки.
- Может, и хорошо.
- Ну, что, друзья? -Иосиф разлил коньяк по рюмкам, взял кусочек сыра в левую руку. – За нас! За то, что у нас живы родители, есть специальность, есть две руки, две ноги, голова. И это – у каждого! А чего нет, заработаем, купим! Лехаим!
- Будем жить!
- За нас!
- За дружбу!  

Часть 2. Гл. 1

Начало 1991 года для Иосифа выдалось тяжелым. Денег, с которыми постоянно была «напряженка» стало еще меньше. Марина, хоть и вернулась на работу в школу, зарабатывала немного. А сам он, будучи теперь старшим механиком бункеровщика Херсонского порта »Днепр», подрабатывать не мог, должность не позволяла. Дети, 10-летний Максим, и златокудрая Елена Прекрасная, семи лет отроду, не должны были быть хуже всех в школе, это даже не обсуждалось. Игорь Васильевич, давно уже на пенсии, подолгу пропадал из города, навещая престарелую мать в Збурьевке. Елена Сергеевна помогала, как могла, но никак не материально. Слава Богу, что старикам не приходилось помогать, справлялись сами. Сказывалось умение тещи считать деньги. У них же с Маринкой с этим было из рук вон плохо.

Мария с Алексеем уже пять лет, как официально оформили свои отношения. Еще одного рыбака, к тому же, тоже механика, Игорь Васильевич одобрил. Он, чувствуя, что со своим сердцем в любую минуту может стать обузой для семьи, понимал, что Алексей – хорошая партия. Тот большую часть времени проводил в море. Первый же год после свадьбы, работая ещё в подменной команде, удачно поменял свою роскошную однокомнатную квартиру на скромную «трешку», рассчитывая, очевидно на большую семью. Но пока что Бог им детей не давал. Впрочем, Маше исполнилось только тридцать в прошлом году, это не возраст. Будут ещё дети.

Последний раз друзья виделись совсем недавно. Алик, как всегда полушутливо, всё подкалывал Иосифа, пора мол, деньги зарабатывать. В стране начали открываться так называемые круинговые компании, помогающие морякам в трудоустройстве. Часть из них требовала за услуги порядка 500 долларов, деньги для Иосифа огромные, другая предлагала контракты с зарплатой чуть выше тысячи и обязательством отстегивать 10 процентов круингу. То есть, на круг получалось даже больше, потому что контракты предлагались 9-месячные. Марина же о них и слышать не хотела. «Другие живут, и мы проживем». Так она всегда говорила.

Маринка оказалась прекрасной женой и заботливой матерью. Ни разу Иосиф не пожалел, что тогда, в далеком уже 1978-м, решился на «абордаж» семьи Фалеевых. Совершенно неожиданно, лопнуло сильнейшее звено цепи, Игорь Васильевич. Никто этого не ожидал. Плюнув на все свои, так тщательно лелеемые долгие годы принципы, он поддался голосу сердца, и не пожалел об этом. С зятем у него был прочный контакт, они даже крепко подружились. И сейчас старик понимал, что Иосиф хочет не просто убежать в море от проблем, напротив, он мечтает снять груз с плеч жены, вернуть блеск ее глаз, позволить ей насладиться последними годами молодости. Надо просто тщательно проверить и круинг, и контракт, не подписывать его, не изучив.

То же самое говорил и Алик, который хотя и зарабатывал пока еще неплохо в «Антарктике», сам твердо решил увольняться уже в этом году и ловить удачу в самостоятельном плавании. Но тот в вопросах своей работы с женой советоваться не привык. Он четко разделял работу и личную жизнь. Мария, казалось, приняла свой удел легко. А может быть, так только казалось? По крайней мере выбора у нее не было. Маша жила то в Одессе с Аликом, то дома, с родителями, то никому ничего не говоря, совершенно на всякий случай, ездила по санаториям, которые специализировались по лечению бесплодия. Работать она бросила по настоянию Алексея, был у него такой комплекс, дескать, настоящий мужчина должен сам кормить свою семью. Маша не спорила. Втайне от всех она мечтала о большой семье с четырьмя детьми. А комплекс мужа как раз помогал ей проверить хотя бы своё пока здоровье со всех сторон и подлечиться, как бы заранее.

Алексей имел уже 9-летний опыт работы старшим механиком. Тем не менее, в круингах работу предлагать ему не спешили. Там почему-то не считали, что рыбак-дважды моряк. Было предложение пойти так называемым сингл-инженером, то есть, единственным механиком на борту. Это его не привлекало. Спать в комбинезоне, ходить целыми днями с отверткой в кармане и сумкой с гаечными ключами на шее – нет, это не вариант.

Три года старшим механиком подменной команды разбаловали Алексея. Он привык мягко и крепко спать, не думая о вращающихся механизмах. И в Кальяо, пригороде Лимы, где они с капитаном частенько ходили обедать в дешёвые рыбные ресторанчики, и в Лас Пальмасе, с удивительно постоянной на протяжении всего года погодой, чувствовал он себя прекрасно. Времени свободного хватало. Алик умел ладить с людьми, не был жмотом, никогда никого не предавал, не подставлял, не закладывал, и в работе старшим механиком большого коллектива РПК, это оказалось главным.

Технические вопросы решались сами собой на уровне второго механика, электромеханика и так далее. Коллектив он создал такой, что в нём можно было работать всю жизнь, и не замечать того, что ты работаешь.

Он выучил испанский язык, часто гулял в одиночку по городу, пользуясь привилегией своей должности, прекрасно ориентировался и в Буэнос-Айресе, и в Дакаре, и в Мапуто. Случались в его жизни и женщины. Были три незабываемых недели в Аргентине, была подружка на Канарах, были и просто яркие, случайные встречи.

Совесть его при этом совершенно не мучила. Марию он искренне любил и очень бы удивился, узнав, что Иосиф такое поведение считает немыслимым. Впрочем, он об этом догадывался и никогда не хвастался перед другом своими похождениями.

А теперь и похождений не было. РПК давно осталась позади. А рейсы после нее были тяжелыми. Алексей числился одним из самых знающих специалистов, поэтому он был командирован в Германию на приемку новейшего судна, с огромным цехом по производству консервов и прочих морепродуктов. С работой он с трудом, но справлялся, но запахи рыбзавода, мукомолки его просто убивали. Нет, только торговый флот. А еще лучше – пассажирский!

Алик понимал и то, что Иосифу нужно было тоже уходить на работу под чужой флаг, и еще быстрее, чем ему. Но нет, раньше его он не решится. Алику предстояло стать первопроходцем. Предлагали умерить свои амбиции и для знакомства с иностранным флотом пойти в первый контракт вторым механиком. Предлагали стармехом на буксир-спасатель. Алексей было заинтересовался, но когда узнал, что на спасателе, кроме него будет только один инженер, дал отбой. Предлагали однажды стармехом на старенькое судно без кондиционера и без электромеханика. Спасибо огромное! Это не для нас. Предложили аналогичное без четвертого механика, где Алику предстояло стоять вахту. Он с негодованием отказался. Наконец, вырисовался вариант стармехом на судно типа река-море с зарплатой в 1200. Не фонтан, конечно, но с чего-то надо начинать, подумал Алексей. Нравилось ему в этом варианте то, что заканчивалась весна, а с нею период штормов в Черном море. Рейсы на Европу, отлично. Судно не убитое, ежемесячно в Чёрном море, можно и Машу покатать, разрешается. В общем, он согласился, откладывая зарабатывание больших денег на потом.

После того, как контракт согласовали, Алексея познакомили с нюансами. Судно ходило и в Ростов-на-Дону, и в Таганрог, и в Азовское море, Бывали заходы в Одессу, Николаев, в общем, всё зависело от фрахта, груз и грузоотправитель менялись часто. В Европе тоже порты могли быть самые разные, в основном, в Средиземном море. Экипаж весь наш, капитан из Дунайского морского пароходства, оттуда же и второй механик. Они должны были уходить в отпуск через месяц – полтора. В круинге не возражали, если второго он подыщет себе сам. А пока им требовался третий, который неожиданно заболел. У него что-то случилось с глазами, в больнице обещали подлечить их дней за десять, и судно срочно требовало замену. На Чёрном море пароход ждали уже на днях, а пока что подбирали кандидатуры третьего механика и двух матросов.

- А что вы скажете, если я помогу вам найти временного третьего механика? На один рейс?
- Понимаете, мы только готовим кандидатуры. Можно попробовать, но я уверен, что судовладелец будет против. Контракт заключается минимум на семь месяцев.
- Другой вариант. Ваш третий механик после госпиталя отдохнет, и вернется на свой пост, а мой протеже передвинется на должность второго механика.
- А у него есть второй разряд? Владелец хочет иметь на этой должности опытного инженера.
- У него первый разряд дизелиста и высшее образование, только я должен очень потрудиться, чтобы уговорить его хоть на месяц стать третьим. Он парень с характером и с амбициями.
- Такие нам и нужны. Это нетрудно будет сделать, хозяин согласится. А вот согласится ли Ваш протеже на зарплату в 600 долларов?
- А вы договоритесь с владельцем сделать ее на месяц в 700 баксов. На 700 я его уговорю.
- Этого я гарантировать не могу. Но попробовать можно, тем более время поджимает. Минуту ждать, - инспектор круинга взялся за телефон.
- Владелец согласился взять вашего человека на 660 долларов в первый месяц и на передвижку его вторым с зарплатой в 840. Так пойдет?
- Я надеюсь. Дело даже не в зарплате. Он сейчас работает стармехом на танкере, вы понимаете, надеюсь, понижение в должности - это всегда удар по самолюбию. А тут сразу на две ступеньки.
- Ну, я сделал, что мог. Можно еще за 20-30 долларов побороться, но я вам не советую. Лучшее – враг хорошего. Лучше договориться с вашим знакомым. Желаю удачи. Звоните. У вас 3 дня на все, включая медкомиссию.
- Всего хорошего! Уфф! Ну, если Длинный на такой контракт не согласится, я его убью. Вместе с Маринкой.

Гл. 2 Алексей сел в свою новенькую «пятёрку» и помчался домой. Сегодня же предстояла поездка в Херсон. Телефонный разговор мог все испортить, тем более, с кем по телефону говорить? Нет, тут надо разыграть всё, как по нотам. И Алик стал сочинять партитуру.

Первым делом надо было определиться, кого посвящать в свой замысел, а кто должен быть зрителем до самого конца. С Машей он решил не церемониться. Ничего не случится с ней, побудет в неведении, больше только радоваться будет в конце.

Тесть был бы, конечно, идеальным союзником, но объяснять ему весь замысел было некогда. Алик надеялся, что старый капитан сыграет с листа.

- Машуля, мне срочно нужно в Херсон. Машину оставлю на морвокзале, завтра заберу. Ты поедешь со мной, не против? Или у тебя другие планы? – он нежно поцеловал жену в щеку.
- Я с удовольствием, ты же знаешь, я бы вообще лучше в Херсоне жила.
- А может, и будем. Купим себе там «однушку», чтобы у тебя собственное гнездышко было, куда друзей детства приводить. Что скажешь?
- У тебя лишние деньги завелись?
- Деньги лишние не бывают. Так же, как и квартиры. Однокомнатная в центре Херсона через десять лет будет в три раза дороже.
- Я никогда не пойму, когда ты шутишь.
- А я всегда шучу. В каждой шутке есть доля правды. И наоборот. Собирайся быстро.
- На одну-то ночь? К родителям? Да мне даже ночнушка не нужна! У меня там все есть.
- Так что, готова?
- Шесть секунд, я только посмотрю, чем родителей можно порадовать. Вот, икра есть. Коньяк. И баскетбольный мяч Максиму. Настоящий!
- А Елене Иосифовне?
- Детский набор. Косметический. Будет писать кипятком от счастья!
- Тогда вперед. Время не ждет.

В чем сестрички были похожи, так это в умении собираться по тревоге. Было ли это наследственным, Алик не знал, но любил и ценил это качество.
Алексей немного изменил свой сценарий. Кое-что Маше полагалось узнать до приезда в Херсон. Но сначала… Они заехали на переговорный телефонный пункт и сделали два звонка.

- Лена Сергеевна! Я Вас попрошу объявить большой сбор. Есть тема для разговора. Будем у вас через 3 часа. Что? Нет, нет. Наоборот. Всё чудесно. Что? Нет, к сожалению. Это о другом, но вам всем понравится. Марише мы сами позвоним, а вы отца подготовьте. Можно ему пару капель? Только коньяк? Будет. Уже есть. Ждите.

- Маринка, Осик есть? Ладно, не зови, знаю, что не любит. Мы едем к родителям, там заночуем, детям везем подарки. Приходите к шести, может, пельмени налепите? А нет, так нет, обойдемся. А срочно потому, что у меня есть хорошие новости. А вот помучьтесь, погадайте. Кто угадает, с меня первый заработанный доллар. Что, уже догадалась? Эх, надо было на тебе жениться.

Уютно расположившись в мягких креслах «Вихря», Ивановы переплели руки.
- Какой же ты …
- Какой?
- Неожиданный такой, ты сегодня какой-то не такой вообще.
- « Я кака-то не така? Два бидона молока! Чернобурка вот така! »-процитировал Алик старый анекдот.
- Нет, в самом деле. Что-то случилось? Поделись с женой!
- Просто времени не было, У меня от тебя вот такусенькой тайны нет, ты же знаешь. У меня что на уме, то и на языке.
- Угу. Мели, Емеля! Алик, ну почему ты такой балабол?
- А раньше тебе нравилось.
- Мне и сейчас нравится. Но всё же: главный механик, почти сорок лет, и одни шутки на уме.
- Знаешь, Машуля, это на всю жизнь. Люди не меняются. Вот такое у меня чувство юмора. Придётся донашивать.
- Так о чем ты хочешь рассказать и зачем мы едем в Херсон так внезапно?
- Я устроился на торговое судно, небольшое, но зато и ходит недалеко. Каждый месяц будешь ко мне приезжать, а если захочешь, то и в рейс пойдешь. Жене стармеха не откажут
- Так ты увольняешься из «Антарктики?
- Могу и не увольняться, взять полгода за свой счет, но… Да пошли они к черту. Мне эта рыба вот где сидит, - он показал на горло, – И отец твой будет счастлив. А моя жена?
- Прыгаю до потолка. Алька, это чудесно! Я даже и мечтать боялась о таком!
- Уже можешь начинать мечтать. Дня через три придет пароход, возможно, в Николаев. Я, конечно, поеду один, приму дела, а на следующий день будем уже спать в моей каюте. Ты ее, конечно, выдраишь, и будешь у меня частой гостьей.
- Как-то у нас все просто складывается. Маринка живет от зарплаты до зарплаты. А Иосифа все равно в море не пускает. Хотя, если на такое судно, как твоё, которое будет в Черное море ходить,.. Алька, а …
- Так, не забегай вперед. Сначала едем к родителям, я там объявляю о том, что моя карьера делает очередной вираж, а потом начнутся прения и дебаты. Согласна?
- Ты у меня такой умный!

Гл.3 Маша и Алексей на этот раз времени на прогулки не тратили, воспользовались такси.
- Заходите, заходите. Алик, ты хоть и сказал, что новости хорошие, мне всё равно тревожно. Что ты задумал? Я думала, что ты скоро тоже, как Иосиф, на берег спишешься, в службе работать будешь.
- Лена Сергеевна, все хорошо, не волнуйтесь. Наши дети еще будут в Кембридже учиться. Извините, что без цветов сегодня. Торопились.
- Машенька, иди сюда, хоть обнимемся. Что Алька задумал? Сказал тебе? Это правда насчет работы? Или другое что-то?
- Лена Сергеевна, я сам сейчас все объясню, руки только помою. Макс! Боже, ты уже меня скоро ростом перегонишь! Вот тебе мяч, персональный. Этот – специально для дома, будешь попадания отрабатывать, а потом всех сразишь. Неожиданно. Умеешь в прыжке бросать? Ленка! Ну ты вообще, как мама стала! Где мои 12 лет?
- Ты все никак не уймешься, Алик, племянницу хоть в покое оставь. Проходи. – друзья крепко обнялись. Отношения после года работы на «Прокопенко» у них перешли на другой уровень. А уж после того, как родственниками стали, водой не разольешь. – Как же с Алькой было спокойно работать! Вот уж настоящий начальник, его и не видно никогда, кажется, что только анекдоты рассказывает, а дело идет.- Иосиф старался брать с него пример, но получалось плохо. Копия всегда хуже оригинала.

Из спальни вышел Игорь Васильевич.- Давайте к столу! Меня Лена голодом морит с обеда.
Расселись, с удовольствием осмотрели друг друга: - Когда семья вместе, и душа на месте.
- Я тоже хорошую пословицу знаю. Меня Иосиф научил: Теща – лучший друг человека!
- Ах ты, пустомеля! – Елена Сергеевна замахнулась шумовкой. – Еще и на Иосифа тень наводишь. Да после его первых роз мне другие цветы не милы.
Алик наклонился к блюду с пельменями, понюхал. – Божественно! Это - не «тридцать седьмые»!
- Это еще что такое?
- А это, мама, он так называет пельмени, вылепленные пельменницей. Там 37 штук как раз выходит. И прекрасные пельмени, главное, чтобы фарш был вкусный, и тесто. А он все равно дразнится!
- Молодые люди! Вы хоть и приезжали недавно, но я не помню, чтобы вот так дружно все за столом сидели. Поэтому это дело, - Игорь Васильевич поднял бутылку с фирменной водкой, - надо отметить.
- За нас, за встречу, за продолжение рода, за моих дорогих внуков!
- Игорь Васильевич, спасибо. За вас с Леной Сергеевной! Я у вас всегда, как дома.Иосиф, а ты что молчишь?
- Закуси, балабол. Водку всё же пьешь!
- После первой не закусываю! Игорь Васильевич, разрешите, я буду разливать, у меня и тост есть.
- Коней на переправе не меняют. Так и здесь. У меня рука легкая, а вот после твоей в прошлом году голова у меня болела. А тост свой говори, ты всю семью заинтриговал, что опять удумал?

Алексей поднялся с рюмкой в руках. – Я хочу выпить за благополучие в этом доме. За моих вторых родителей. За вас, дорогие мои!
Все дружно выпили. Елена Сергеевна угощала своими фирменными маринованными херсонскими кавунами.

Игорь Васильевич наполнил рюмки снова. – Теперь я скажу. За то, что нас кормит, за море. За тех, кто в море. За вас, ребята! Завидую я вам, сейчас для моряков новые времена настали. Можно работать не там, где тебе приказывают, а там, куда душа зовет. И я вот, извините, Иосифа не понимаю. Сколько можно за жинкину юбку держаться? Моряк ты, или не моряк? В моей семье по другому было. С Алексея вон пример бери, он в семье хозяин!

- Папа не заводись! Чужая жизнь – потемки! Кто у нас хозяин, я только знаю. И Иосиф для меня самый главный человек. Просто он меня любит, и на руках носит. Это не значит, что я хозяйка. Я у него – королева! – Марина защищала мужа, как умела. – И потом, Иосиф сам давно плавать решил снова. Просто мы еще не налюбились. Жалко расставаться. И самолетов я боюсь после «Збруча». Ни разу с тех пор не летала.

- Папа, наливайте! – это уже Иосиф. Помянем моих ребят, а потом расколем Алика наконец. Неспроста он примчался, чувствую.
Блюдо с пельменями опустело, пить больше не тянуло. Курить тоже не выходили. Официально никто и не курил. Марина убрала пустые тарелки и включила чайник. Потихоньку внимание всех переключилось на Алексея.

- Ладно, не буду вас томить. Я увольняюсь из «Антарктики» и принимаю новый пароход. Типа река – море. Буду работать на коротком плече. Каждый месяц с Машулей будем видеться. Да и вас всех тоже буду чаще видеть. Ну, как вам мои новости?
- Я за тебя рад, - сказал тесть.- Всегда считал, что уж кому-кому, а моряку сам Господь велел попутешествовать. Ты-то, ладно, волосан подменковский. Кое что повидал, пожалуй, и не меньше моего. А Иосиф? Что это за моряк портовый? Да хоть бы и на река-море! В Европу ходят. Это поинтереснее Индий всяких, Индонезий-Полинезий. Завидую даже, Алексей. Порадовал ты меня. И по этому случаю рюмку я себе еще позволю. На этот раз – коньячку. Мариша, принеси!

Реакцию Игоря Васильевича нетрудно было предугадать. На неё-то и рассчитывал Алик. Елену Сергеевну он в счет не брал. Марина, вот кто должен сейчас взять слово.

А Марина как раз подала старому капитану бутылку, прошептав: - Папуля, чисто символически, ладно? – и обратилась к Алику. – Я правильно понимаю, что зарплата там побольше, чем в «Анарктике»?
- А как ты думаешь? Шило на мыло я менять бы не стал. Но не люблю я о деньгах. Через год я пообещал Маше купить маленькую квартиру в Херсоне. И я её куплю!
- Что, за год на квартиру заработаешь?
- А что я, не стармех?
- Нет, ты мне скажи,- разгоряченная выпитым Марина подсела поближе к Алику.- Если вы будете ходить по Средиземному, не придется и летать, правда?
- Я, Маринка, всегда знал, что с логикой у тебя все в порядке.
- А раз не придется летать, то и Иосиф может тоже там работать, какая разница, он все равно на пароходе с утра до вечера. Ты не смог бы помочь ему устроиться?
- Мариша, это тебе дорого обойдется. А с Осей я могу потом вообще отношения испортить. Но я согласен! 10 лет мечтал!
- Балабол несчастный!
- Что есть, то есть. Шучу я, Маринка. Ты для меня королева-старшая. А королева – это женщина неземная, ей можно только ручку иногда целовать.
- То-то же! Иосиф, а ты что молчишь? Я за тебя буду на работу устраиваться?
Марчук только глазами хлопал. – Похоже, без меня меня женили. А что, в самом деле, не тряхнуть ли стариной? Европа! Барселона. Венеция. Неаполь! Марсель!
- Длинный, очнись! – Я говорю, пойдем, покурим на улицу. С понтом, за тортом смотаемся.

Друзья выбрали свежие пирожные, которых давно ждали дети, взяли пачку сигарет, возле магазина Алексей выбрал букет. – Это для тещи. Как ты говорил: - Понравишься теще, жизнь удалась.
- Да у тебя и так удалась. Чего тебе еще?
- В каждой избушке свои погремушки. А в моей нету. Я о дочке мечтаю. Но это между нами, я Машке наоборот говорю, что рано еще.
- Ты меня зачем звал? Есть что-то еще?
- Длинный, я тебе уже пять лет говорю одно и то же. Хватит нищету плодить. У тебя в руках специальность. А ты ей пользуешься на десять процентов. Может, пора уже за ум взяться?
- Да я понимаю всё. Но где эти круинги? Я же на пароходе каждый божий день, некогда мне.
- Молодец. Нет времени, чтобы делать деньги. Смотри, мы друзья, еще и родственники. На взнос в круинг, сколько нужно, я тебе дам. 500 долларов они берут. Решайся. Сейчас!
- Возьмут меня?
- Стармехом даже не мечтай. Кстати, танкеристов в Одессе не хватает. Поэтому можешь вторым механиком на хорошее нефтеналивное судно устроиться, больше меня будешь иметь.
- Да мне не надо больше. Помнишь, как на «Прокопенко» работали? Классно было.
- Дурачок. Классно у нас – впереди. Пойдешь ко мне третьим? Есть вакансия. Зарплата – 600 долларов.
- Да за 600 долларов в месяц я готов палубу драить.
- А что, и придётся. В машине только. Мотористов у нас не будет.
- Алик, ты меня знаешь. Я работать умею. И доллары твои тоже тебе отдам. С первой зарплаты.
- Я тебя устрою. Твое дело – действовать быстро. Завтра же – увольняйся. Вот тебе сто баксов, отдашь тому, кто будет тормозить процесс. Послезавтра утром рано, чтобы я знал, могу ли я на тебя рассчитывать. А с Маринкой сегодня же ночью реши вопрос. Не разучился еще? Вспомни молодость и устрой ей небо в алмазах. И только потом всё ей расскажешь, только не раньше. Понял или повторить?
- Понял, не дурак. А ты точно договоришься насчет меня?
- Ты не дурак. Ты – дурачок. Я УЖЕ договорился. И зарплата у тебя будет не 600, а 660. Но 60 я у тебя каждый месяц буду забирать и водить тебя по… по музеям. Как раз хватит на входные билеты. А то, что третьим будешь…
- А это меня, Алик, не волнует. Никогда за лычками не гонялся.

Гл. 4 Через четыре дня Марчук лежал, вытянувшись во всю длину своего не маленького роста на нижней полке купейного вагона скорого поезда № 133 Одесса –Ростов, известного под названием Мама – Папа. Алик дремал на верхней полке. Вагон расшатывало, качало, но судовую качку это никак не напоминало. Последние дни прошли, как один, заполнены они были до отказа. Вечером того необычного дня, перевернувшего судьбу Иосифа, он долго разговаривал с тестем. Делился своим опасениями. Боялся подвести Алика. Могли заставить отрабатывать по закону две недели, и Иосиф вполне понимал возможные затруднения отдела кадров портофлота. Но вопрос решился неожиданно быстро. Перед обедом, как раз после бункеровки теплохода «Рось», на судне появился Игорь Васильевич и прошел в каюту капитана. Через полчаса в дверь Марчуку постучали. Вахтенный матрос сказал, что его вызывает капитан. Иосиф понял, что тесть уже провел работу. Переоделся и зашел к мастеру.

- Дедуля, как это понять? Мы работаем с тобой второй год уже, и ты ни разу не обмолвился, что женат на дочери Игоря Васильевича? Ну, ты тихарь! Садись, в ногах правды нет.- Старики уже успели принять по паре рюмок, на столе стоял откупоренный «Арарат» и блюдечко с нарезанным лимоном. – А ты знаешь, что Васильич мой учитель? Я ему в свое время чай заваривал и приносил на мостик. Ха-ха-ха! А теперь вот он мне принес! Дедуля! Я тебя уважаю, и тебя выручу. У меня пенсионер знакомый как раз с Новороссийска поселился по соседству. Просил меня насчет работы помочь, у нас ведь в портофлот кого попало не берут. Я ему пообещал что-нибудь придумать. Вот и придумал! Он еще магарыч мне выставит! А ты … Ты с нас пример не бери. У меня знаешь, сколько денег в сберкассе пропало? Не скажу. Потому, что дуростью своей не хвастаются. Иди, собирайся. Сегодня отработаешь, а вечером прямо ко мне домой приходи и расскажешь соседу всё про пароход. Днем – в отдел кадров. Расчет могут задержать, жена получит.

Но это уже было потом. В первый же вечер они вернулись домой поздно, Ленка уснула у него на руках. Мордашка ее была забавно раскрашена детской косметикой. Максим все просил покидать с ним мяч в кольцо в парке, научить его паре финтов. Он не на шутку увлекся наследственным видом спорта и подавал надежды. Мяч, настоящий, резиновый, с пупырышками, он взял с собой в постель и забылся мертвым сном. Дети теперь спали вместе в маленькой комнате, бывшей спальне. Но когда Ленка в три года выросла из своей детской кроватки, они с Маринкой решили объединить детей в «детской». Конечно, двуспальная кровать в проходной комнате выглядела нелепо, но выхода не было. Вернее, выход нашел сегодня Алик, спасибо ему. Следовало расширяться, дети росли и не могли бесконечно жить вместе.
Теперь-то он сумеет заработать достаточно для доплаты при обмене квартиры на трехкомнатную.

Иосиф положил руки за голову и вспомнил, что четыре дня назад лежал точно в такой же позе, ожидая Маринку. Последние годы, с появлением детей, постельные ласки перестали быть ежедневными. То Марина себя неважно чувствовала, то кто-то из детей прихварывал, то у самого Марчука что-то серьезное ломалось на судне, и вся кровь текла в голову, усиливая мозговую деятельность. В этот же вечер всё было по другому. Очевидная уже близкая разлука делала прикосновения жены необычайно сексуальными. Он и сам лег в постель без обычной в это время газеты в руках. Лёг, прислушиваясь к шуму воды из ванны и к своему телу, откликающемуся на этот возбуждающий шум. Наконец, Маринка щелкнула выключателем и прильнула к нему.
- Ждешь?
- Жду, королева.
- Знаешь, что?
- Что?
- Я по тебе… соскучилась. Истосковалась.
- Марина, я еще не уехал!
- Вот! А я уже тоскую. И мне жаль, что мы семь лет так бездарно провели.
- Что ты говоришь, Марина? У нас чудесная семья, прекрасные дети.
- Вот именно. Семья, Дети. А любовь ушла. Раньше ты мне быстро рот закрывал в постели.
- И сейчас закрою. – Иосиф поцеловал Марину в губы.
- Не надо. Послушай, что я придумала.
- Ты всегда все замечательно придумываешь. Я уверен, что и на этот раз тоже.
- У Максима в Збурьевке завелась девочка. Мне кажется, он влюбился.
- Да ну! В одиннадцать лет?
- Я первый раз в шесть влюбилась. Или даже в пять.
- И что?
- Он хотел с папой туда поехать на днях, но тот его не взял. А я скажу маме, что нам нужны три «медовых дня». Пусть они все поедут бабушку навестить. Бабушка и сама просила детей привезти. Я хорошо придумала? Ты помнишь Москву?
- До смерти помнить буду.
- Вот! И я хочу, чтобы эти три дня ты так же запомнил.
- А откуда ты знаешь, что я уезжаю? Я тебе ничего не говорил.
- А у тебе всегда всё на лице написано. И я умею эти знаки читать. Ты не знал?
- Я такой читаемый?
- Просто я тебя хорошо знаю. Каждую черточку твою. А сейчас давай спать. У тебя завтра очень трудный день, я знаю. Но у тебя всё получится. Спи. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи. – И Иосиф уснул почти мгновенно. Вот и сейчас он уснул на том же самом месте.

В это время Марина, уложив детей, тоже вспоминала события последних дней. Трёх »медовых дней» не получилось. Иосиф день потратил на сдачу дел на бункеровщике. Счастье еще, что второй механик у него был готовый стармех, только диплома у него нужного не было. Вечером дети собирались в деревню, Макс не хотел ехать без нового мяча, а Леночка укладывала в коробку бОльшую половину своих кукол. Потом дети принимали ванну, самой купаться желания у Марины уже не было. Устала Алла. Вот.

Рано утром Иосиф поднялся, тщательно собрал все свои многочисленные документы в портфель и умчался, опаздывал на «Вихрь». Ей же предстояло отправить детей, тоже не простое дело. Потом позвонил муж, сказал, что его утвердили, но пока дел только добавилось, требовались фотографии в большом количестве, медкомиссию надо было проходить заново, потом снова ехать в круинг, но обещал все закончить к вечеру. Если бы не Алексей, не потянули бы они таких хлопот, не говоря уже об оплате услуг круинга. 500 долларов – совершенно нелепая цифра. Марина и одного доллара никогда в руках не держала.Наконец, поздно вечером Иосиф приехал на автобусе, вымотанный и голодный, но есть не стал, спать не хотел, рухнул одетый на ковер и сказал, чтобы она его десять минут не трогала.

Марина сделала ванну, добавила в воду хвойного экстракта, раздела мужа и отвела в ванную. Сама накрыла стол с легкими закусками и красным вином. Ванна помогла. Иосиф в пижамных брюках выглядел получше. Он успел и побриться, Маринка любила терпкий запах его одеколон. Да всё она в нем любила, в этом длинном, таком родном человеке. Она выжала из него все последние новости. Оказалось, что послезавтра утром в помещении круинга на улице Чкалова состоится подписание контракта, оплата его и получение проездных билетов, контрактов, судовых ролей, писем к агенту и прочие нужные бумаги. Ехать предстояло в Ростов-на Дону.

- А как поедете? На пассажире?
- Ну, что ты. На поезде. Можно было бы и на самолете, но мы попросили билеты на поезд. Это из-за тебя только, чтоб ты знала.
- Знаю, любимый. А ты в Ростове бывал?
- Нет, никогда. Алик говорит, хороший город.
- А он что, много раз там был?
- Так он сам ростовчанин.
- Как? Я была уверена, что он чистокровный одессит. И родители его здесь, и сестра.
- Он там школу заканчивал, потом поступать в «Вышку» приехал, а родители позже в Одессу перебрались, когда отец на пенсию вышел.
- Он такой хороший парень, ты был прав насчет него. А мне он всегда казался легковесным таким, всё ему в жизни дается шутя. Баловень судьбы, одним словом.
- Это не совсем так. Я-то его лучше узнал уже на «Прокопенко». И специалист он классный, и администратор, машинная команда его любила. А то, что везет… Первый раз женился неудачно, вроде как назло кому-то. Детей нет, почему, не знает. Пока что не обследовался. Машку он, конечно, любит, но…
- Что? Она его тоже любит.
- Да нет, всё нормально. Просто мне кажется, что они … как сказать… Вот мы – пара, понимаешь? Я без тебя не смогу.
- И я без тебя не смогу. Ты для меня самый близкий. Ближе мамы, ближе Машки.
- Про них я так сказать не могу. Может, потому, что бездетные? Дети цементируют отношения.
- Пошли в постель, философ.

Гл.5 На ростовском вокзале, на перроне их ждали два человека, очевидно, незнакомые между собой. Одним из них оказался агент, держащий в руках внушительных размеров табличку, на которой были написаны фломастером их фамилии. Второй приблизился к Алексею и заключил его в объятия:

- Всё путешествуешь, бродяга! Рад тебя видеть. - Это Алик сумел вызвать своего друга детства. - Владимир, - парень протянул руку Иосифу. - Мы вместе выросли. В одном дворе. Редко теперь удается встречаться, но Алик молодец, звонит каждый год. И как только он дни рождения всех наших помнит?
- Рад познакомиться. Друг моего друга – мой друг. Меня зовут Иосиф.

- Агент отобрал у Алексея чемодан и пошел вперед,показывая путь вверх по лестнице в здание вокзала. Алик с Володей шли за ним, заключал процессию Марчук. Они прошли над путями, спустились в огромный зал ожиданий, затем вышли на привокзальную площадь, где отыскали легковушку агента.
- Мой друг поедет с нами, - сказал Алексей агенту.- Судно наше где находится?
- Не могу вам сказать. Мне поручено только вас встретить и устроить в гостиницу.

Все четверо разместились в машине, чемоданы у моряков были небольшие, в багажнике им хватило места. Машина выехала на центральную улицу.
- Смотри, Длинный! Вот сюда, направо смотри! Здесь была Темерницкая таможня, основанная по указу Елизаветы в ... в 1749 году, кажется. Отсюда начинался Ростов.
Они проехали несколько кварталов и свернули к реке, затем выехали на набережную.

- А вот и ваш отель! - Машина затормозила и припарковалась к гостинице. Агент достал чемоданы и провел моряков к стойке администратора. Тот выделил им большой двухместный номер на третьем этаже. – Ресторан на первом этаже, попросите счет записать на ваш номер. Относительно посадки на судно вам скоро позвонят. Будете уходить, звонок примет администратор. Располагайтесь и отдыхайте.

- Вовка, присаживайся. Рассказывай ростовские новости. Сто лет тут не был.
- Ребята все разъехались. Димка неизвестно где. Виктор в геологической экспедиции. Кокос в Киеве теперь живет. Девчонки все в Ростове, но во дворе уже никого не осталось. Мы выросли, и на нас история двора закончилась.
- Ну, такого быть не может. Кто-то другой там гулеванит, свято место пусто не бывает.
- Возможно. Но двор пуст, я-то там еще живу. Ни в футбол никто не играет, ни в теннис, ни в баскет, как мы. По вечерам даже скамейки наши пустые. А ты помнишь, что у нас на них творилось? Эх, молодость!
- Ну, хоть тебя я повидал. Мы, наверное, теперь чаще будем видеться. Наш лайнер, похоже, грузится в Ростове постоянно. Только очень быстро, элеватором закидывают за 7-10 часов. Пойдем, Вова, хоть по набережной пройдемся, раз далеко мне уходить нельзя. А там видно будет. Длинный, ты с нами?
- Нет, ребята, я вам только мешать буду. Я лучше душ приму, может быть домой позвоню. Идите сами! Узнайте там насчет ужина, я уже проголодался.

Через час позвонили из агентства и прояснили ситуацию. Судно пришло вчера вечером и сейчас находится на реке, на якорной стоянке. Завтра, около 9 утра, им следует быть готовыми и ждать машину. В ресторане, куда они пошли после возвращения Алика и Володи, долго не засиживались. Узнав последние новости, Алик засобирался к однокласснику, живущему в спальном районе Ростова, на Западном.

- Длинный, номер в твоем распоряжении. Я приеду в половине девятого, заночую у друзей, – с этими словами непоседливый друг Иосифа развернулся на каблуках и отправился в гости.

Спал Иосиф на временном своем ложе плохо. Гостиничные подушки, большие и неудобные, его раздражали. Предыдущую ночь, в поезде, просыпался раз десять. Началась его новая жизнь.

Марине тоже не спалось, хотя под головой у нее была замечательная пуховая подушка. Как говорится, « Не спится без папки». Дети еще не вернулись от бабушки. Марина посмотрела на часы. Час ночи. Ну, было бы хотя бы пять, можно было вставать. А впрочем, она теперь сама себе хозяйка. К тому же завтра воскресенье, можно и до обеда спать. Она прошла на кухню и поставила чайник, затем включила телевизор, но, глядя на экран, видела только Иосифа в последний его домашний, единственный «медовый день». Этот день, обычно деятельная пара, решила провести исключительно в постели. Проснувшись первой, Марина пошла в ванную, привела себя в порядок, сварила кофе, натуральный, тот, что Алик купил. Запах его разнесся по квартире и разбудил мужа.

- Каждый бы день так меня будили! – Иосиф обнял жену сзади. – В постель будешь подавать?
- Хотела в постель. А еще лучше, в постель я сейчас пойду, а ты мне кофе принесешь. Как в кино. Знаешь, где у нас поднос лежит?
- Ты иди, ложись, -разберемся с кофе, пробурчал себе под нос Иосиф, направляясь в ванную.- Кофе и разогреть можно, а вот жену в восемь утра в постели я сто лет не заставал!

- Кофе они пили немного позже, - вспоминала Марина. – Она выключила телевизор, легла в теплую постель, положила правую руку на грудь и стала вспоминать в подробностях весь безумный день, проведенный в постели. – Странно как устроено, чем больше секса, тем больше его хочется. Вот и сейчас ей отчаянно захотелось почувствовать внутри себя мужчину. – А то неделями вместе спим, попа к попе, еще и в любви клянёмся, а целуемся только в щечку, да в лобик. Ну, сама виновата. А может, оно и к лучшему. Частые встречи и расставания только будоражат любовь. И денег будет больше, а значит, можно будет иногда к Иосифу на судно съездить на денек. ПолюбИться! - Хотя на это Марина надежд имела мало. Знала она, что такое пароход, вахты, авралы, которые, казалось, специально собирались до кучи, чтобы случиться во время ее визитов на судно.

Иосиф проснулся в час ночи, спать сидя долго было невозможно, а по другому с этой подушкой было нельзя. – А Маринка сейчас десятый сон смотрит – вспомнил он свою жену. - Удивительное дело, надо было уехать за тридевять земель, чтобы понять, что Марина права. С точки зрения их отношений, семь лет были проведены бездарно. Они ни разу не выбирались никуда вдвоем, и та давняя поездка в Москву оставалась самым ярким воспоминанием для обоих. – Нет, теперь они будут жить по другому. – Жить надо страстями, - вдруг вспомнился ему диалог из фильма «Девять дней одного года». Лысый оппонент героя Баталова был совершенно прав. Жизнь – такая короткая, что нельзя ее еще укорачивать ссорами и обидами. Напротив, ее нужно украшать шутками, сюрпризами, маленькими подарками, неожиданностями. – Познакомится вот Маринка с таким, как Алик, вздыхал Иосиф. – Хотя, он ей не нравится. Как это может быть? Алька, по моему, неотразим. Интересно, к какому это он однокласснику с ночевкой поехал. Не удивлюсь, если этот одноклассник женского пола.

Гл.6 Новый пароход Алексея и Иосифа был уже ветераном. Созданный для малых глубин, осадку он имел максимальную всего 3 с половиной метра. Носил он гордое имя «Афина», хотя построен был в СССР, на верфи в Сормово. Третий механик, средних лет и среднего роста, уже лысеющий мужик, ранее работавший в Волго-Донском пароходстве, обрадовался, узнав, что Иосиф работал на рыбаках:

- Немецкой постройки рыбаки?
- В основном. СРТМ – нашей. Остальные – немецкие.
- Значит, дизеля фирмы СКЛ знаете?
- Знаю, конечно. Какие тут? 48-е? Два на винт через редуктор? У нас так было. И ВРШ.
- Ну, ВРШ для нас недопустимая роскошь. Я о них только слышал. У нас два 36-х, работают каждый на свой винт через реверс-редукторы. Все управление с мостика. А в нашем заведовании два вспомогача. Сейчас все покажу.
- С запчастями как? Распылители на форсунки есть?
- С этим как раз проблемы. Ну, я выйду, переодевайтесь, потом поговорим.

Спустились в машину. Один трап всего. Ну, Марчука размеры судна интересовали мало, и на каюту маленькую он был согласен тоже. Иосифу сейчас нужно было очень быстро проверить всю технику, которая числилась у него в хозяйстве, говоря по-морскому. Работал первый вспомогательный двигатель. Иосиф попросил подгрузить его, сколько можно. Запустили воздушный компрессор, насос забортной воды. Не номинал, конечно, но – терпимо, посмотрел Марчук на выхлоп из трубы. Дымит сильно. Запустили другой, перевели нагрузку на него. Похуже. Но – процентов 60 от номинала тянет. Да и выхода у Иосифа не было, дела принимать пришлось бы в любом случае. Не отечественный флот. Тут работа по контракту. Уйдет сейчас третий, и с концами.

- Компрессора наши?
- Воздушные – наши, фреоновые – второго.
- Давай оба запустим, проверим. Масло компрессорное есть? Когда менял?
- На первом – недели две назад. Второй мало работает, давно не менял.
- А почему мало работает? Проблемы?
- Нет, я так привык. Гоняю по месяцу, то один то другой. Сейчас второго будет очередь. Клапана я вскрывал, очистил, притер немного, по одному клапану на каждую ступень в запасе есть.
- Ладно, перешли на топливную систему.
- Насос топливоперекачивающий шестеренчатый, в хорошем состоянии. Сепаратор топлива сейчас в работе, как раз подкачивает топливо в расходную цистерну.
- Отлично. Давай посмотрим схему бункеровки и замеряем запасы топлива по танкам. Кстати, как коллеги наши? Второй, электрон?
- Второй скоро уйдет, контракт заканчивается. Работяга. Он с Измаила, ходил по Средиземному как раз. Нормальный мужик во всех отношениях. А насчет электрика –не скажу ничего. Сам разберешься. Он у нас новый. Чересчур шустрый, как по мне. Моторист-сварщик еще в штате есть. Сварщик средненький, а как моторист – никакой. Но хоть не ленивый. Натаскаете со временем.
- Ну, показывай танки, замерники, калибровочные таблицы, воздушники тоже покажи. Потом по всей топливной системе пролезем.
- Так, топлива у нас всего-ничего. Всего 27 тонн получается. Бункеровка где обычно происходит? Здесь, на рейде? Ну, ладно, коллега, я теперь сам еще по пароходу пробегусь, потом новые вопросы появятся. Будем считать, что я уже на 90 процентов дела принял. Иди к мастеру, расчет пусть даёт, документы, собирай вещи, а я через часок зайду и будем докладывать старшим механикам.
- Кто бы возражал. Так я пошел мыться?
- Иди. Думаю, что пачкаться тебе уже не придется.


- Хорошо, Иваныч, - подытожил Алексей, - значит, бункеровка ожидается завтра, а швартовка под погрузку – послезавтра. Второй у тебя в состоянии сам на манёврах стоять?
-- Он только машины готовит и запускает. Без проблем. А всё управление с мостика. Дистанционно. Пневматика работает. Но ты его гоняй, за ней присмотр нужен.
- Машинный журнал я просмотрел. Инструкции все на местах, отчеты тоже видел. Журнал нефтяных операций заполнен? Это я посмотрю внимательно, самый серьезный вопрос, сам понимаешь. А ты можешь пока приемо-сдаточный акт печатать. Количество масел и топлива пусть второй распишет по танкам и своей подписью заверит.
- Иваныч, а как вы с домом связываетесь? Радиста у вас нет, непонятно. Откуда звоните?
- Капитан, бывает, сам связывается как-то. Я не в курсах, честно. Но стармеха не обидит, что-то придумает. У него жена молодая, так он часто связывается, а как, не ведаю. Мы с ним не очень дружим.
- А что так?
- Да ничего особенного, но любит через мою голову перепрыгивать. Мне это не по нутру.
- А кому такая хрень понравится? Спасибо, что сказал. Предупрежден – вооружен.

В дверь постучали. Вошел высокий, грузный уже, не первой молодости человек
- Звали, Иваныч? Здравствуйте – это уже Алексею. – Иван Иваныч, второй механик.
- Звал, садись. Приготовь, пожалуйста, бумагу с замерами масла. Замеры топлива возьми у третьего, приколи сюда же. И рапорт о состоянии своего заведования. Коротенько, в десяти словах. Дескать, все в строю. Или подробней, если есть замечания. Ясно?
- Ясно, Иваныч.
- Давай третьих обоих сюда.
- Иваныч, можно? Вот, дела сдал, замеры у второго.
- А вы что скажете?
- Дела принял, все механизмы проверили в работе. Крупных замечаний нет.
- А мелких всегда полно, судно не новое. Ясно, спасибо, можете идти оба.
- Ну, что? Журнал нефтяных операций ведется грамотно. В принципе я готов подписать акт о пересдаче.
- Тогда берите все свои документы и пойдем к мастеру.

- Прошу сюда – капитан указал на кресло. – А ты, Иваныч, на стульчик. У тебя роба грязная. Газетку подстели. – Зовут меня Ефим Сергеевич. А Вас, простите?
- Иванов, Алексей Иванович, Ваш новый старший механик. Дела, практически, принял. Вот, зашли доложить.
- Где работали, что заканчивали?
- ОВИМУ заканчивал, попал по распределению в «Антарктику» и там и работал все время до сих пор. Хотел в пароходство перебраться, но у нас это невозможно. Вот теперь, спасибо Михал Сергеевичу, можно на торговом флоте поработать. С детства мечтал о дальних странах.
- Ну, мы далеко не ходим. Сейчас вот в Израиле были, а новый чартер – пшеница на Египет. Бывали?
- В Египте пару раз был, а в Александрии – нет, не приходилось. А к причалу послезавтра?
- Да, вот как раз агент только что подтвердил. А завтра бункеровка – 100 тонн дизельного. Я Вас попрошу проконтролировать процесс лично. Сами знаете, лучше перебдеть,..
- Чем недобздеть. Слышал такое. И полностью согласен.
- Ну, вот и отлично. Значит, сработаемся. Всего доброго. Устраивайтесь, вечером прошу ко мне на рюмку чая.

Гл.7 Три рейса в Египет пришлось сделать Иосифу третьим механиком. Хотя, что значит пришлось? Он заключил контракт на семь месяцев и был счастлив его выполнять. Он не знал, что Алексей заранее договорился о том, что именно он сменит Ивана Ивановича, собирающегося домой. Не знал об этом сначала и капитан. Алексей подобные вещи держал при себе и не торопил события.

Рейсы в Александрию проходили по одному и тому же сценарию. Сутки, редко двое ожидали в Александрии причала, швартовались. Трех дней иногда хватало, чтобы выгрузиться, если не вмешивалась погода. Лишь только первые капли дождя падали на палубу, трюма закрывались. Никаких крупных поломок в машине не было, если не считать утечки фреона в рефрижераторных камерах провизионной установки, но место утечки нашли и быстро сумели заварить.

Иосиф, как третий механик, взялся за свое заведование с редким рвением. Для начала перемыл все фильтры дизелей, топливный сепаратор. Изучил все системы машинного отделения, топливную, прежде всего, еще до бункеровки. Но взять на борт 100 тонн топлива проблемы не было, свободного места было намного больше. Потом Марчук взялся за подготовку форсунок. Новых распылителей не было, как не было и надежд их получить. Поэтому он принялся перебирать старьё, и за неделю сделал комплект форсунок на «двойку». Она отблагодарила его стабильной с тех пор работой и бездымным сгоранием. Пришла пора собирать комплект для «единицы».

Второй механик тоже не подозревал, что замена ему уже на борту, но к Иосифу присмотрелся, усилия его одобрил, а когда тот помог найти с помощью галоидной лампы место утечки фреона, Марчука зауважал. Понял, что с рефкой дело иметь ему приходилось. Алексей без необходимости в их взаимоотношения не лез, и Иосифу сказал, что свою дружбу не стоит афишировать. Алик любил во всем работать с запасом, так, чтобы и без топлива в непогоду не остаться, и масла, чтобы было неучтенного хотя бы на одну смену. Так же и с людьми. Единственный, зная о том, что Иосиф будет вторым, он не спешил его радовать. Пусть вылижет сначала заведование третьего. Это будет полезно для всех, и для парохода в первую очередь.

А то, что Иосифу не требовалось времени, чтобы изучить хозяйство второго, Алексей прекрасно знал. К тому же он держал второго на коротком поводке и неоднократно давал понять, что в случае чего спокойно обойдется без него. Это помогало, Иван Иванович готовился к своей замене с воодушевлением. Замывал и красил машины и механизмы, переборки и фундаменты. И всё напоминал капитану, чтобы тот заказывал ему замену. Алик только усмехался про себя. Когда-то давно, в детстве, читая про интриги Арамиса в продолжении «Трёх мушкетеров», он сам мечтал научиться манипулировать людьми и с тех пор кое-чему научился.

Иосиф признавал его превосходство в умении устраиваться в жизни и не собирался с ним конкурировать. Капитан тоже собирался вскоре меняться, а с новым будут совсем другие отношения, они к тому времени станут хозяевами на судне.

Мастер научил Алексея пользоваться радиотелефоном, и у него теперь связь получалась устойчивей, чем у капитана. Секрет заключался опять-таки в его предусмотрительности. Давно когда-то он с другом – радистом съездил на Одесский радиоцентр с копчеными брюшками скумбрии и соленым клыкачом. Они отлично посидели с ребятами из центра, познакомились и с девочками и с тех пор держали связь не через Киев или Севастополь, как другие рыбаки, а через Верочку, которой он в тот день наговорил на ушко множество комплиментов. Теперь же это знакомство пригодилось лично ему и Иосифу.

Сестрички, после того, как друзья ушли в совместный рейс, тоже сдружились еще больше. Маша, наконец, доверилась старшей сестре, рассказала о своих поездках и профилактике бесплодия.
- Дура ты, Машка, непроходимая. Тихушка. Начинать надо было не с этого. А пойти к врачу вместе с Аликом, и делать все анализы параллельно. А так чего ты добилась? Теперь ты знаешь, что в отсутствии детей виноват Алексей, ну, на 90 процентов. А сказать ему не можешь. Сколько лет коту под хвост. А он, наверное, в молодости намотал что-то на винт, вот и результат. И думай уже сейчас вот о чем. Если вылечить его не удастся, захотите ли вы усыновить ребенка. Нет, сейчас ничего не говори. Просто привыкни к такой возможности. А то, может, у Иосифа возьмем материал? Он и знать ничего не будет. И будут у нас с тобой братики!

Перед последним отходом из Александрии пришел, наконец, телекс из компании, в котором говорилось о будущем назначении Марчука вторым механиком. Третьим должен был приехать старый знакомый по «Антарктике». Как оказалось, Алик и это сумел провернуть. Достойный ученик Арамиса!

Но и этого мало. Он договорился, чтобы компания разрешила ему взять на борт жену. Стармеху не решились отказать. Спасательных средств хватало, международный паспорт у нее был, места в каюте достаточно, а за питание высчитают, предупредили заранее. В данном случае отсутствие детей становилось положительным моментом.

Иосиф не завидовал. Маринка обещала прислать с Машей большое письмо и фотографии детей, да и неожиданная перспектива стать вторым механиком занимала все его мысли.
- Алька, ты ведь знал, сознайся?
- Не знал точно, иначе бы сказал. Но я этот вопрос… поднимал.
- И давно ты его поднимал?
- Да сразу, еще до приезда в Херсон. Чего же тебе третьим работать с твоим опытом?
- И ты два месяца молчал? Вот это друг!
- А что бы я тебе сказал? Напрасно обижаешься. А если бы не получилось? Нет, Длинный, меня жизнь давно научила не торопиться с обещаниями. А получилось, я рад. И тебе помог, и себе, между прочим. О таком втором я мечтал, а за мечту надо бороться. Учись, студент!
- Ты меня не понял. Конечно, я рад. Разве плохо мы на »Прокопенко» работали? Хорошим я был вторым механиком?
- Ну, вспомнил! У тебя теперь опыта в десять раз больше. И Сашка еще «Малой» приедет! Заживем!

Маша тоже была рада. Да что там рада, счастлива. За полтора месяца съездить к мужу не получилось. Грузились они всегда быстро, на каких-то частных причалах. Откуда они только взялись, эти причалы? Посторонних туда не пускали. В гостинице она могла бы снять номер, а толку? Из-за часового свидания, как в доме терпимости? Она так не хотела.

- Интересно, куда следующий рейс будет. - Они сидели с Маринкой у нее дома, сестра собирала Ленкины рисунки и письма «Дорогому папочке». Ее собственное письмо тянуло на полкило.
- Там что, тоже фотографии?
- Нет, почему?
- Толстое слишком.
- Будет в рейсе, чем заниматься. Я его знаю, он мои письма наизусть учит и потом вспоминает и улыбается про себя. Он у меня романтик. Вот!
- Повезло тебе, сестренка!
- Повезло, - согласилась Марина, - совсем не думала, что из рядового похода в ресторан с Анькой может выйти замужество на всю жизнь.
- Ты с ней до сих пор дружишь?
- Нет, что ты! Да мы и тогда не дружили. Сама не знаю, как это всё получилось. Встретила её на улице, были просто по школе знакомы, она ведь меня старше на два года. Посидели в баре, выпили кофе. Она рассказывала про свои проблемы, развод ей предстоял. Вдруг, откуда ни возьмись, Алик твой. А уж как он умеет языком работать, ты знаешь. Анька и растаяла. Пригласил обеих в ресторан, пришлось идти.
- Навстречу своему счастью.
- Получается, так. Кто бы подумал!

Гл. 8 На этот раз в Ростове стояли долго. Маша приехала вместе с новым третьим механиком, уже зная, что это старый знакомый Алексея. Больше в этот раз никто не менялся, хотя желающие уйти в отпуск были. Был уже конец сентября, дожди моросили без конца, и «Афина» надолго застряла на рейде. Маша, конечно, была довольна. Даже на таком небольшом судне, места в каюте стармеха было достаточно для комфортной жизни. Наконец-то исполнилось ее давнее желание пойти в рейс с мужем. В «Антарктике» такого быть не могло, конечно.

Во время якорной стоянки Алексей не был загружен и уделял ей много внимания, необычно даже много. Они гуляли по судну, где палуба была совершенно свободна, часто сидели друг напротив друга в пустой штурманской рубке и просто разговаривали. Шутя, Алексей учил ее управлять рулем, показал и систему ДАУ – дистанционного управления двигателями парохода. Поднимались на пеленгаторный мостик, обедали то в кают-компании, то у себя в каюте. Иосиф, понимая ситуацию, старался им не мешать. Женщины, вернее, жёны капитанов, старших механиков, попадая на пароход, испытывают необычные чувства, глядя на то, сколько людей беспрекословно подчиняется их мужьям. Но прошло три дня, и Маша заскучала.

- Алик, как вы тут выдерживаете месяцами? Одно железо вокруг. Мне уже хочется хоть деревяшечку какую-нибудь струганную погладить! А зелень! Так вот почему у тебя зелёный – любимый цвет! – догадалась Маша. - Особенно плохо, когда, как сейчас, берег видно, а сойти нельзя.
- Ты права. Но, во-первых, люди заняты делом, и мысли у них работают не так, как у тебя. А во-вторых, я как раз хотел тебе сказать новость. Даже две.
- Я уверена, что для тебя это давно не новости. Уж настолько я тебя знаю.
- И ты опять права. Я знал, что мы грузиться будем на Турцию, но не знал точно порт. Теперь агент подтвердил - Измир.
- А вторая новость тоже хорошая? В Измир я – с удовольствием. Нам папа про него рассказывал.
- Тоже хорошая. Швартовка к элеватору – завтра вечером, поэтому сегодня я свободен, как ветер. И мы с тобой поедем на весь день в город. Обедать будем в ресторане.
- А в каком Ты хорошо Ростов знаешь?
- Я здесь вырос. Ты давай собирайся, через час катер подойдет за нами. Я тебе всё покажу, что успею. Можем в парк сходить, можем на базар. Или в центр, на Энгельса.
- А что мне на ноги одеть? Если босоножки одену, долго ходить не смогу.
- Одевайся понарядней. Я тебя с друзьями познакомлю. Устанешь, сядем, отдохнем. Погода сегодня солнечная, наконец.

Иосиф, конечно, на берег поехать не смог, не полагалось. Но несколько человек собрались на палубе, ожидая катер. Электромеханика Игоря и боцмана Сергея Маша уже успела узнать.

- Воскресенье, - объяснил боцман. Не всегда получается отдохнуть, но вот сегодня так совпало. Капитан разрешил. Но на судне должно быть достаточно людей, чтобы безопасно было. Например, сняться с якоря, если вдруг придется. Река, как и море, может преподнести любые сюрпризы. Расслабляться можно только в отпуске.
- А сегодня, на берегу?
- Нет, даже пиво пью и про пароход думаю, все ли тут в порядке. И ваш такой же – понизив голос, шепнул ей боцман. – Вот такой мужик! – он показал ей оттопыренный большой палец.
Маша зарделась. Приятно слышать такое в адрес мужа, что уж говорить.

Катер высадил всех их на оживленной набережной. Огражденная чугунным парапетом, она протянулась на километры. Они прошли мимо памятника Горькому, направляясь в сторону речного вокзала.
- Вообще-то эта набережная называется Береговой улицей. Вот здесь – мореходное училище Седова, а тут раньше был кинотеатр «Прибой». Мы недалеко жили, на Буденновском. Летом по мосту Буденновскому на левый берег купаться ходили. Там раньше только пляж был и спортивные станции «Динамо» и СКА, а теперь ресторанов, говорят, понастроили. А зимой мы на санках катались, с самого верха спускались на набережную. Однажды ехали на каких-то самодельных санях человек десять. Набрали скорость и вылетели прямо в Дон, сломали парапет. Он, наверное, раньше не такой крепкий был, не помню уже.
- А сани ко дну пошли?
- Нет, река-то замерзшая была. Но лёд мы пробили, домой бегом бежали сушиться. А однажды на пляж шли, я подъехать решил, уцепился сзади за борт грузовика. Думал спрыгнуть в конце моста, а он скорость добавил и понесся по дороге. Страху натерпелся!
- Как же ты спрыгнул?
- Я хотел плавно это сделать, но как только ногу на землю поставил, меня оторвало от грузовика и полетел плашмя на асфальт.
- А машин не было?
- Как раз-таки была, метрах в десяти, а то и меньше. Я спружинил всем, чем можно и перелетел в кювет. Кожи чуть не половину с живота содрал. Вот я тебя сегодня как раз познакомлю с тем, кто меня зелёнкой мазал.

Они поднялись на проспект Буденного по лестницам, прошли мимо «Экипажа» училища Седова,дошли до рынка.
- А вот и наш дом! – Алик показал на шестиэтажку сталинской постройки через дорогу.- Раньше тут всё по-другому было. А теперь и нет никого из ребят. Все разъехались, и я – самый первый.
- Давай на базар зайдем? Я хочу на знаменитых рыбцов посмотреть. Говорят, что под пива лучше не бывает.
- Шамайка тоже хороша. Да и лещ. Это всё на любителя. Кто любит попадью, а кто – свиной хрящик.
- А ты, конечно – попову дочку.
- Нет, я – лоцманову дочку полюбил, и не жалею.

Гл. 9 Пройдя по рыбным рядам, Ивановы вернулись на Буденновский проспект и пошли по направлению к центру города.
- Машенька, не устала?
- Нет пока.
- Справа от нас – центральный универмаг. А это улица Энгельса, во всех почти городах главная улица была или Ленина, или Советская, только в Одессе – Дерибасовская. А здесь почему то Энгельса, как будто он тут жил. Смешно?
- Раньше не смеялись, в порядке вещей считалось. А напротив что, кафе?
- Знаменитый «Золотой Колос». Считается, что там самые вкусные пирожные.
- Так давай зайдем, попробуем. И ноги мои отдохнут как раз.
- Здесь самообслуживание. Я сейчас принесу тебе что-нибудь. Кофе?
- Да, черный кофе и эклер.
- Как тебе тут? Нравится?
- Так много народа! А пирожное действительно вкусное, и кофе неплохой.

- Теперь пойдем в парк Горького. Он здесь двухъярусный, помню, что я очень удивился этому, когда в первый раз увидел. Я часто ходил в школу пешком через этот парк. Там, в начале его, собирались болельщики, мы с мальчишками тоже любили потолкаться, послушать. Футбол в то время процветал, за билетами занимали очередь с вечера, ночью костры жгли, картошку даже пекли, а предварительные кассы в десять утра открывались. Самые дорогие билеты по рублю были. Здесь вот панорамный кинотеатр, а левее спортивные площадки были, мы тут иногда играли, но чаще во дворе или на стадионе.

- А направо что?
- Аттракционы. Хочешь на качелях покататься?
- Нет, тут дети, в основном. Мы в ресторан во сколько пойдем?
- Я хотел пригласить друзей своих, надо им позвонить. Ближе к вечеру, наверное. Часов в шесть?
- Давай тогда уже это будет ужин. Часов в семь – восемь. А пообедаем вдвоем, куда тут можно пойти?
- Раньше был в парке ресторан «Зеленая горка». Столики на воздухе. Уже проголодалась?
- Нет, позже туда пойдем. А здесь выход на улицу, да?
- И на какую! Это бульвар. Пушкинская улица, самая красивая. По ней всегда наши ребята гуляли, девчонки. И школа моя недалеко. Хочешь посмотреть?
- Нет, давай на скамейке посидим, тут красиво. А ты бывал в Измире?
- Нет, только в Стамбуле был. Но знаю, что это второй по величине порт Турции, очень живописный. И еще можно съездить в Эфес, город, построенный амазонками. Между прочим, его сжег Герострат.
- Я думала, это миф.
- Нет, правда. А Измир был греческий и назывался Смирна. Съездим в Эфес, а если у меня не получится, поедете с Иосифом.

Отдохнув, Ивановы двинулись по Пушкинской. Возвращаться в парк они не стали. Бульвар посредине улицы был очень красив. Вся пешеходная часть была вымощена плиткой, раньше такого не было.

Это – Газетный переулок. Следующий – Ворошиловский проспект. Именно здесь жили все мои друзья, в этом квартале. На углу Энгельса был Дворец пионеров, а в другую сторону в одном квартале – школа. Но преподаватели наши все давно на пенсии, к сожалению.
- А там что, памятник?
- Памятник Александру Сергеевичу. По Пушкинской еще долго можно идти. А тебе куда бы хотелось?
- Так я же здесь ничего не знаю. Мне возле реки понравилось. Поедем на другой берег,погуляем? Ты ведь любишь пешком ходить. А я вообще туристка.
- Хорошо. Берем такси и едем. Там и пообедаем. Минуту подожди только.

Алексей вернулся, позвонив своему другу. - Борис к вечеру освободится, встретимся в ресторане гостиницы «Ростов» в восемь вечера. Так что у нас еще целый день свободный. Можем и по реке проехать на катере.
- Нет, хочу на… как вы говорите о той стороне?
- Левбердон.
- Вот. Поехали на Левбердон.

Ивановы провели чудесный день, нагулялись, усталые, но счастливые ровно в восемь вечера зашли в ресторан.
- Боже, что они играют? Это же «Ах, Одесса, красавица у моря»!
- Чувствуй себя, как дома. А вот и наши друзья. Боря, мы тут!
- Алька, ты совсем не меняешься! Познакомь с женой!
- Знакомьтесь: Мария, она же Маша. Это Борис, председатель дохлых крыс, ой, оговорился, председатель совета нашего пионерского отряда, и его жена Ла…
- Лариса? – засмеялась Маша.
- Нет, нет, я Лаура! Родители у меня экстравагантные были. Я очень рада познакомиться. Будем на «ты»?
- Конечно. Я тоже рада увидеть Алькиных друзей. Он любит Ростов, сегодня присесть мне не дал, таскал по всему городу. Хорошо, что я закалённая. Тоже люблю пешком ходить.

- Садись рядом со мной. Пускай ребята пообщаются. Они же давно не виделись, а в детстве дружили.
- Лаура, а ты давно Алика знаешь?
- Я его не очень хорошо знаю. Это Боря с ним учился. А я – его вторая жена. Но у нас уже двое детей, а в первом браке у него дочь, она совсем взрослая. А у вас кто?
- У нас нет детей пока. А уже боюсь, что и не будет. Мне уже тридцать!
- Не будем о грустном. Я уверена, что будут у вас дети. Ты его встречать приехала?
- Я в рейс с ним пойду! В Турцию, в Измир. Так что недели две мы будем вместе.
- Вот эти полмесяца используй с толком. И еще через девять месяцев будешь держать в руках очаровательную девочку. Такой красивой паре грех не иметь детей.
- Лаура, твои слова бы да до Бога. Если родится сын, назову его Богдан, а если дочь, пусть будет в твою честь Лаурой, только чтобы твои слова пророческими оказались.
- А ты верующая?
- Крещёная. Можно сказать, верующая. Но не религиозная.
- Вот это напрасно. Послушай, я буду за тебя молиться. Но этого мало. Тебе нужно самой прямо здесь, завтра, пойти в церковь и помолиться. Давай встретимся в городе и я всё устрою. И всё у вас получится, вспомнишь меня еще не раз. Надо верить. И просить у Бога ребенка. Всё получится!

Гл. 10 - Машенька, я так соскучилась! Думала, что ты вернешься еще в октябре! - Марина усадила сестру на «лучшее», Иосифово место в торце стола.
- Я и сама так думала. Но не успели выгрузиться в Измире, как утвердили новый чартер – из Констанцы в Италию. Ты бы на моем месте уехала?
- Я что, круглая дура?
- Вот и я осталась. Да и компания не была против. Работой судна довольны, простоев по техническим причинам не было ни разу.
- Не надоело тебе?
- Нет! Так интересно все! И Босфор, и Измир, да и Ростов тоже. Ну, про Ростов я тебе на закуску расскажу.
- Такая интересная закуска?
- Ты знаешь, похоже, что да.– Маша мечтательно улыбнулась. – Но в город я там всего два раза выходила. Судно долго на рейде стояло. Съездила на воскресенье с Аликом, и все. А потом уже одна поехала, когда судно грузили. Там не так далеко, я такси взяла.
- И где была?
- Я рыбы хотела купить вяленой, пива авоську набрала, ребят побаловать. А сначала в собор ходила. Со своей новой подругой.
- Ты – в собор? Да ты дома в церковь и не ходила ни разу!
- Почему, ходила. Но там – это другое ощущение было. Огромный собор. Лаура мне всё показала, я ведь почему в церковь редко захожу? Потому, что чувствую себя там полной дурой. Никак не запомню, куда свечки за здравие ставят, куда – за упокой. Не учили нас этому родители.
- За такую учебу папу из партии могли исключить. И работу он бы потерял, сто процентов. Да он-то сам из безбожников. Нет, я неверно сказала. Он не безбожник, просто атеист. Так их школа воспитала, пионерия, комсомол. Глупо обижаться.
- Я не обижаюсь. Просто – может быть мне этот грех перешел? Почему у меня детей нет?
- Маша, я ведь тебе говорила. Надо вместе с Алексеем вам к врачу пойти. И анализы вместе сдать нужно.
- Уже не нужно.
- А что случилось?
- Что случилось, то случилось, сестренка! Шампанское давай пить!Ставь в холодильник! Вымолила я ребенка у Господа! И Лауры молитвы помогли. Она сказала, что когда за других молишься, молитвы быстрее до Бога доходят.
- А Лаура – это кто?
- Лаура – это твоя будущая племянница! Маринка, я так счастлива!
- Ну, я тоже за тебя рада очень. А ты уверена?
- Уверена. У врача сегодня была с утра. Теперь только доносить бы!
- Доносишь. У нас в роду выкидышей не бывало. Маша, ты мне хоть про Иосифа расскажи немного. Как он там, не похудел? Много работает?
- Прости, Маринка, я с этими делами такая эгоистка стала. Он тебе письмо передал. Вот, в сумке лежит. Выглядит хорошо, скучает только. Он же отвык вдали от тебя и от детей находиться. И деньги он тебе передал, вот возьми.
- Письмо потом прочитаю. Когда одна буду. Ну, расскажи, как тебе всё понравилось.
- Стамбул проходили вечером. Такая красотища! В одном месте ресторан совсем рядом был с нами. Крепость такая мощная запомнилась, дворцы! А в Измире я сначала по улицам погуляла, как раз с Иосифом, он свободен был. Необычный город. Древности перемешаны с современностью. И очень радушные турки. Многие по-русски говорят, особенно на базаре.
- Купила что-нибудь интересное?
- Спрашиваешь! Да там невозможно ничего не купить. Вот, я принесла детям подарки, смотри. Чудесные детские вещи. Изобилие! Только деньги давай. Ну, я всё же жена стармеха!
- А Алексей что, занят был?
- Да по-разному. Там то портнадзор придет, то инспектор регистра, то пожарник. Хлопотное дело, сестренка. Зря деньги нашим мужикам не платят, в этом можешь быть уверена. А страшно как бывает! Один раз в мертвую зыбь попали. Смотришь на море, и волны не видно, а судно, как скорлупка с борта на борт переваливается. То туда 20 градусов, то сюда. Ужас! А им же работать приходится! Не позавидуешь. Но в настоящий шторм я не попала, слава Господу.
- А куда после Измира пошли?
- Я тебе еще не все про Турцию рассказала. Из Измира мы в античный город ездили, Эфес, кажется. Очень мне понравилось. Там многое сохранилось, мраморная дорога, здание библиотеки, даже театр. Турки очень трепетно к древностям относятся, хотя они ведь греческие. А когда вышли из раскопок этих, то обедали в интересном месте, прямо на земле почти. Там нам рассказали легенду, что на этом месте, в катакомбах, были замурованы молодые последователи Христа. Они сумели выбраться наружу только через 200 лет, когда христианство уже стало государственной религией. Потом опять через проливы пошли – в Румынию. Констанца мне понравилась, там мы тоже с Аликом погуляли хорошо. Чем- то Одессу напоминает. Только Констанца намного старше, там даже Овидий еще жил. Памятник его сохранился, Представляешь? У нас бы его 10 раз снесли.
- А что грузили в Констанце?
- Тоже зерно. Оно шло на Ливорно. И мы там с Алексеем ездили на экскурсию – знаешь, куда?
- Знаю. В Пизу, наверное. Это я по папиным рассказам помню, у них тогда помполиты экскурсии организовывали. Счастливая ты, Машка! Как бы я хотела так съездить. Но увы! Паспорт, правда, у меня есть, но …
- И ничего не но! Судно сейчас стало на линию на пару месяцев. Будут между Констанцей и разными итальянскими портами ходить. И через две недели ты должна быть уже в Констанце.
- Это что, Иосиф сказал? А фирма, судовладелец разрешит? Я бы с удовольствием. Но детей я не могу бросить на месяц.
- Алик уже договорился, иначе бы я тебя не будоражила. Он мне разрешил, все договорено. И каюта у Иосифа теперь своя, небольшая, правда. И еще, знаешь что? Самое главное?
- Нет. Скажи.
- Я загадала.
- Что?
- Что если в этом рейсе забеременею, то отпущу тебя хоть на два месяца. Буду жить с детьми.
- Так что, собирать вещи?
- Пока что выпьем по этому поводу шампанское,доставай!

Гл.11 Через две недели Марина уже сидела в салоне международного автобуса Одесса – Констанца. Накануне она попрощалась с детьми, наказала им во всем слушаться тетю Машу и бабушку. Собрала сумку, отдельно сложила деликатесы, которые приготовила для Иосифа. Все вопросы были согласованы, круинг оформил все необходимые бумаги. В этот раз на судне менялся капитан. Марина с ним познакомилась утром, когда зашла на Чкалова за проездными документами.

Леонид Борисович, так звали капитана, вошел в автобус через минуту после нее и попросил разрешения сесть рядом. Был он худ, поджар и высок, за пятьдесят.
- Конечно, садитесь, - улыбнулась Марина, - веселее будет ехать. Хотя я не очень хороший собеседник, меня укачивает в дороге и я засыпаю.
- А в море тоже подвержены качке? Не в первый раз?
- К мужу как раз первый раз. Так уж получилось, двое детей. Но я не укачиваюсь, нет. В детстве не раз была на судах, и всегда получала удовольствие. У меня папа был моряком. Капитаном даже.
- Коллега мой, значит, - Леонид Борисович погладил свои тонкие усики. – Вы, значит, старая морячка.
- Совсем не старая. Муж говорит, что очень молодая еще.
- И правильно говорит. Ехать нам, кстати, долго. Вы водой запаслись?
- Да, взяла бутылочку, мне хватит. А ехать нам часов 12?
- Нельзя сказать точно, как границы пройдем.
-- Леонид Борисович, Вы не против, если я Вас о Вашей жизни поспрашиваю? Буду хоть знать, кому жизнь любимого мужа доверяю.
- Ради Бога. Я Вам, Марина, и без вопросов расскажу. Я одессит, раньше на небольших пассажирах работал долгое время. «Аю-Даг», «Абрау-Дюрсо», знаете такие?
- Конечно. Еще «Сарыч» такой, кажется.
- Именно. Но уже второй год, как перебрался на грузовые суда. На Афину еду первый раз. Женат, дети взрослые, сами моряки. - А Вы, Марина, что можете рассказать?
- Я - мужняя жена. В первую очередь. Мой муж сейчас вторым механиком, а недавно еще был старшим - в Херсоне ,на танкере. Небольшом таком, они в основном, в порту работали. А сама я учитель. Раньше в младших классах преподавала, сейчас – русский языки литература.

Так, болтая обо всем понемногу, периодически засыпая, иногда выходя из автобуса размять ноги, Марина со своим спутником добрались до пункта назначения. Агент, встретивший их, усадил капитана с Мариной в светлую «Дачу» и отвез на судно. Пароход стоял на якоре и грузился зерном с баржи плавкраном.

Иосиф был первым у трапа, спустился вниз, отобрал у нее вещи,помог подняться, расцеловал и провел в свою каюту.
- Как доехала? Все хорошо? Садись сюда, Маринка, - усадил он ее на диван.
- Доехала хорошо, без приключений. Я с капитаном новым сидела. Юморной такой, анекдоты рассказывал.
- Надеюсь, приличные? Маришка, я так соскучился! Как я раньше по полгода плавал, не знаю.
- Плохо тебе тут? Потерпи еще немножко. Сколько тебе осталось?
- Начать и кончить. Полгода еще. Я же новый контракт подписал, когда вторым стал. Да не беда,теперь, когда ты приехала, у меня сил прибавится.
- А мы грузиться долго будем?
- День-два еще. Что-то с элеватором, поэтому грузят краном, это медленнее. Если хочешь, можем съездить вечером в город. Но только сегодня! Или ты устала?
- Устала, но отдохну, и поедем.

В каюту постучали и вошел Алексей. – Мариночка, с приездом. Добро пожаловать. Хватит вам тут места двоим? Или каюту уступить?
- Обойдемся. Алик, я тебе привезла письмо. С сюрпризом! И газет целую пачку привезла, знаю, что ты любишь. А еще вкуснятины всякой вам, синеньких, перцев, красной рыбки купила. Алик, когда мы уйдем?
- Завтра вечером, наверное. А что?
- Мы в город хотим поехать. Ты с нами не сможешь?
- Может быть. Думаю, что мастер отпустит. Спросить надо, пойду, и письмо прочитаю, потом зайду.

- Мариша, а что за сюрприз?
- Сейчас узнаешь.
- Маринка!! Длинный!! Меня отпустили до нуля. И я вас приглашаю в ресторан. Есть повод!! Осик! Я скоро папой буду! Представляешь? Дочку Маша обещает. А мне все равно, дочь, так дочь. Ты, конечно, знала, да, Маринка? В пять часов будь готова, придёт катер.
- А что, это такой секрет? Я за вас очень рада. До пяти я, как новенькая буду.

Алексей в Констанце ориентировался слабо, хотя и бывал, но все же знал, что лучше всего для Марины будет пройтись по набережной, где много старинных памятников и моделей древних кораблей.
Город был очень живописен. Здесь был и православный собор Петра и Павла, и католический храм, и мечеть, на площади стоял внушительный памятник поэту Римской империи Овидию, которого сослал сюда император Август. Попадалось много фонтанов, зеленых бульваров. Все это Марине чрезвычайно понравилось.

- Какое счастье, что вы оба сумели вместе вырваться. Обычно не пускают двоих, так ведь?
- Старому капитану уже все равно. А новый еще дела не принял, права голоса не имеет. Ну, что, нагулялись? Пора и отметить добрую весть. Пойдем в ресторацию. Куда идти, не знаю, поэтому пойдем, куда захотим. Маринка, выбирай!
- Да вот, вроде неплохой ресторан с виду. Можно и на воздухе посидеть летом, но сейчас, конечно, холодно, пойдем внутрь. Так, зал большой, оркестр инструменты настраивает. Потанцевать можно, Иосиф, слышишь?

В ресторане сидела одна, но очень большая компания, празднующая , наверное, крестины ребенка. По крайней мере, именно крохотный мальчик был героем торжества. Разодетые в костюмы и бальные платья люди сидели не за одним столом, как принято у нас, они занимали столиков десять. Курили здесь, несмотря на множество детей, по черному. Бедного ребенка передавали по кругу, как выигранный кубок, при этом мужчины пускали дым прямо ему в лицо.

- Дикость какая! – сказал Алексей. – Смотрю я на это безобразие и думаю: родит мне Маша наследника, или девочку, все равно, короче, становлюсь отцом, курить бросаю. Навсегда! Торжественно обещаю!

Гл.12 С четырех утра, как обычно, Иосиф заступил на ходовую вахту. Хоть и были все на судне соотечественники, а международный порядок переняли. Не может второй механик отдыхать в восемь утра, когда рабочий день начинается. Полгода уже Марчук был на судне, оно стало родным и удобным. С закрытыми глазами , но, конечно, держась за леера и поручни, он мог выскочить из каюты, сбежать в машину, найти любой механизм. Впрочем, ни один механик никуда не ходит без фонаря. Да и не обесточивались они за полгода ни разу, Бог миловал.

Приняв вахту, то есть, осмотрев и ощупав все работающие механизмы, он отпустил несущего "собачью" вахту третьего. Затем сделал себе кофе. На днях они вышли, наконец, из Туниса, где простояли две недели. Выгрузка шла ни шатко, ни валко. Были какие-то религиозные праздники, Иосиф был вначале очень этому рад.

Отсутствие аборигенов на борту позволяло сделать множество нужных работ по главному двигателю, не ставя в известность портовые власти. Риск, конечно, но по-другому не получалось. Даже за осмотр объекта, на вывод которого из эксплуатации подавали рапорт капитану порта, требовали заплатить тысячу долларов. Поэтому моточистку цилиндров Иосиф и не думал планировать, но мелочёвку сделал всю, как говорят, подобрал все хвосты

А последние дни даже заскучал, без работы и без Маринки. Сделав с ним два рейса из Констанцы на Венецию, она сошла с судна, когда оно очень удачно зашло в Николаев. Алексей даже позволил ему проводить жену домой, детей повидать, правда, задержаться там было нельзя. Ну, они и так нагляделись с Маринкой друг на друга, налюбились, намоськались. Грех жаловаться. Погуляли по Венеции, доехав туда на автобусе из Местре, континентальной части Венеции.

Сама же Венеция, туристическая ее часть, расположена в центре мелководной лагуны, отделенной от моря. Иосиф был крайне удивлен, когда узнал, что население Венеции составляет менее 90 тысяч человек. Он-то считал ее большим городом. Но достопримечательностей там, конечно, хватало. Один Гранд канал со знаменитым мостом Риальто стоил того, чтобы посмотреть на него. А им и прокатиться удалось, сначала на катере, а в другой раз и на гондоле, очень уж Маринке захотелось. А что, гулять, так гулять, в этот раз Иосиф денег не считал. Погуляли и пешком, сначала заплутали немного, но быстро приноровились читать указательные знаки возле каждого мостика и вскоре даже помогали советами другим туристам. Площадь святого Марка поражала и размерами и архитектурой. Поднялись на лифте на колокольню собора святого Марка, посетили дворец Дожей. Марина и билеты решила сохранить на память. Иосиф мелочей никогда в музеях не запоминал.

Ему больше нравилось шататься бесцельно по городу, глазея на местные здания. Кое кому может быть и неприятны облупившиеся фасады обветшалых домов, но Иосифу это не мешало наслаждаться стариной вокруг. Сфотографировались с видом на знаменитый Мост вздохов, по которому водили арестантов из камер тюрьмы в суд. Пообедали в таверне недалеко от площади святого Марка. На самой площади тоже присели, выпили кофе, покормили местных голубей.

В общей сложности пробыла Маринка у него больше месяца, почти полтора. И решили они в этот раз положиться на судьбу, ночуя вдвоем в тесной постели, по-другому не получалось. Вот и получилось - другое. Честно говоря, Иосиф был рад. Он скучал по тому времени, когда дети были маленькими, без конца просились на руки, были такими трогательно беззащитными. И Марина нисколько не жалела тоже. Будет ребенок такого же возраста, как Машкин. Если повезет, будут и похожи. Марине нравилось, что сестра была почти ее копией, только ростом чуть меньше.
А квартиру они поменяют. Или даже купят новую, а свою продадут. Алексей, кстати, предлагал сам купить ее в качестве своей херсонской резиденции. Об этом стоило подумать.

Сегодня должны были уже точно определиться со следующим рейсом. Пока же они в балласте шли курсом на Дарданеллы. Алик хотел уже списываться, но с новым мастером они сдружились и тот просил его поработать еще. Ну, а что дальше, неизвестно. Алексей планировал перейти на океанские суда с неограниченным районом плавания, его, как и в юности, манили дальние страны. Иосифу же больше подходили рейсы в Средиземное море. Зарплата, конечно, здесь меньше, и штормы в зимнее время – не дай Бог, но зато заходы на Черное море каждый месяц, иногда Украина случается, да и Ростов уже стал хорошо знакомым. Алик познакомил его со своими друзьями и теперь Иосиф и без него мог легко найти компанию посидеть за кружкой пива.

Нравился Марчуку и сам город, особенно парки, зеленью своей напоминавшие Херсон. Парк Горького был в самом центре Ростова, Иосиф в каждый свой выход в город бывал там и с наслаждением бродил по его аллеям. Один раз даже выбрался на футбол. Болеть в Ростове умели. Интересно было наблюдать за ростовскими футбольными маньяками, как называли себя местные фанаты.

Маринка по телефону не жаловалась, но Иосиф знал, что ей с двумя детьми, беременной третьим, приходится нелегко. Хотелось скорее домой хотя бы для того, чтобы разгрузить жену. Но контракт еще не кончился. И деньги были нужны, неизвестно, как в следующий раз получится. Алик не будет всю жизнь за ручку водить.

Ничего, уже немного осталось, - успокаивал себя Марчук. Может быть вот сегодня определится рейс из Херсона на… А, все равно куда, только бы домой зайти.

И рейс-таки определился. Пусть не из Херсона, а из Николаева, но это рядышком. Маринка детей привезет, а Маше ехать уже и нельзя, наверное. Надо будет Алексею домой мотнуться. А порт выгрузки – Кадис, Испания. Это уже в океане, но после Гибралтара совсем чуть-чуть, несколько часов. Переход относительно длинный, у них такие редко бывали. Зато в Испании побывает, интересно. До сих пор Иосиф был только в Лас Пальмасе, на Канарах. Не в подменке, как Алик, но все же. Лас Пальмас ему нравился. Вот где бы отдохнуть всей семьей!

Дарданеллы проскочили, не останавливаясь, только карантинные власти на минутку задержали, и В Босфор вошли в этот раз без проволочек. Лоцмана капитан не заказывал, знал пролив хорошо. В советское время за такую экономию платили, хоть и немного. Интересно, а как сейчас?

Еще сутки, и судно берет лоцмана на рейде Ильичевска. Оттуда уже обязательная лоцманская проводка. Алексей написал заявление на отпуск, после Кадиса будет меняться. - «Следующий на очереди – я!» - подумал Иосиф.

С Ильичевского рейда связались с берегом, поговорили с женами. Марина уже собирается, а Маша тоже решила приехать, чувствует себя хорошо. Значит, встретимся, как положено, всей семьей!

Пора навести порядок в каюте, принять душ, Он специально оставлял такие дела на последний день, чтобы заполнить часы ожидания, не светиться на палубе, как последний салага. Возбуждение, вызываемое приближением судна к родному причалу, испытывают все, от матроса до капитана. И если вдруг оказывается, что пароход ждёт неожиданная рейдовая стоянка в несколько суток… будем надеяться, что сегодня этого не случится.

Гл.13 Итак, 1991 год в итоге оказался все-таки удачным. Оба друга неплохо для того времени устроились на работу, к тому же вместе, вместе пережили переход на иностранный флот, пусть и с нашим экипажем. Известные события 1991 года никак не отразились на их жизни. Для них обоих год стал зарождением новой жизни, и в буквальном смысле тоже.

В апреле 1992 года Мария без особых затруднений родила здоровую девочку и сразу же дала телеграмму в Ростов : «Родилась Лаура. Огромное спасибо. Всё хорошо». Все буквально, и в Одессе, и в Херсоне, и в Ростове были рады за Алика и счастливы за Машу, а больше всех она сама.

А 5 августа того же года в Херсоне родилась другая девочка, двоюродная сестричка Лауры. Ее назвали Маргаритой. Трудно еще было сказать, будут ли они похожи, когда вырастут, но обе были светленькими и казались счастливым отцам самыми красивыми на свете.

Иосиф не торопился с трудоустройством. Тем и нравилась ему контрактная система, что позволяла работать столько сколько захочешь, тем более – отдыхать. А количество круинговых компаний все росло. Парадокс, но подготовленных людей не хватало. Нет, возле круингов много народа крутилось, но не больше. У большинства хромал английский язык, традиционно слабое место наших моряков. Многие не были готовы к понижению в должности хотя бы на один рейс. Особенно это относилось к капитанам. У других были проблемы с документами, особенно у бывших рыбаков, не хватало сертификатов по борьбе за живучесть судна. Пользуясь своим положением, работники круингов посылали на суда своих родственников, детей, друзей и знакомых, не брезговали и взятками. Результаты такой работы быстро дали о себе знать. Уже в 1992 году рядовому составу устроиться на работу стало неимоверно сложно. «Блатные» на долгие годы испортили отношение судовладельцев к русским и украинским морякам рядового состава. Сказалась и наша национальная слабость. Заработав большие деньги, матросы зачастую быстро их спускали, думая, что теперь так зарабатывать будут всегда. Но жестоко ошибались. Греки предпочитали дисциплинированных и управляемых филиппинцев.

К Алексею это не относилось. Старший механик, имеющий уже опыт работы на иностранном флоте с дипломом механика-дизелиста 1 разряда, к тому же достаточно свободно говорящий на английском, молодой, с высшим образованием, он был нарасхват. Однако сам он понимал все свои достоинства не хуже инспекторов круингов и выжидал, ждал предложения получше. Он интересовался и зарплатой, и годом постройки судна, и типом двигателя, и национальностью экипажа, в общем, очень многим. Информацию такого рода выдавали скупо. Алик вежливо отказывался. Покупать кота в мешке он не хотел. Попутно присматривал варианты и для Иосифа, хотя тот его об этом не просил.

Дома и так было, чем заняться. Маленькая дочка занимала все его время. Он понимал, что скоро придется работать, уехать надолго и баловал своих девочек, как мог. Часто ездили они в Херсон, обычно на машине, теперь приходилось везти и коляску, и целые торбы «приданого». А там им всегда были рады.

Иосиф нашел хороший обмен, с доплатой, конечно, но в разумных пределах. Какое-то время Марина пожила у родителей, пока Иосиф с нанятыми малярами освежил квартиру, потом проветрил ее и завез все свое семейство в новое жилище. Как и раньше, они жили в расстоянии пешей прогулки от Фалеевых. Неподалеку был и парк, они именно в этом районе квартиру и искали. Время было для многих непростое, даже для моряков. Пачками продавали суда, закрывались полностью некоторые предприятия. Пароходство и Антарктика еще функционировали, но чувствовалось, что недолго им осталось.

Иосиф проводил все время дома, занимался, в основном, старшими детьми и английским языком. Алик гонял его на судне, предлагал свою помощь, снабжал книгами, словарями, разговорниками, но времени и желания у Марчука на пароходе не было. А сейчас он, наконец, понял, что даже только для трудоустройства, знание английского очень важно. А ведь и коллеги на судне могут быть иностранцами. И, конечно, портнадзор, Регистр, представители судовладельца, всех не пересчитать.

Насчет работы он с Мариной пока не говорил. Сам он по-прежнему склонялся к
варианту продолжения работы на река-море судах. Но считал, что рано ему еще работать, надо Маринке помочь. Деньги, между тем таяли. Наконец, разговор между ними все же состоялся.

- Ну что, любимый, я уже в порядке. Привыкла к кормлениям, отоспалась, старшие дети помогают. Спасибо тебе, что ты не рвешься из дома. Но, наверное, пришла пора. Денег пока никто не отменял. Алешка, Маша говорит, постоянно на телефоне, ищет варианты. А ты что думаешь?
- Марина, на «Афину» я не вернусь. Место занято. Предлагали мне в той же компании недавно такой же пароход. Звонили неделю назад. Те же деньги, та же должность. Те же рейсы. Я пока отказался. Но, думаю, в течение месяца, я могу устроиться.

- Знаешь, Иосиф, последний раз, когда Маша приезжала, Алик со мной разговаривал.
- Да? О чем?
- О том, что глупо портить тебе жизнь. Что самолеты разбиваются каждый год, но очень редко, Что плавать вообще опасно. Что можно и на тротуаре наступить на шкурку от банана и убиться насмерть. И я подумала… Не такая я ведь и дура, правда?
- Почему это ты дура?
- Вела себя, как дура. Ты выбрал для себя море. Ты хочешь плавать, я же вижу, как ты английским каждый день занимаешься. В общем, я не буду тебе больше мешать. И Алька прав, если можно устроиться на 1800, зачем работать на 900? Только потому, что это в Средиземном? Это все равно, что летчику говорить: летай пониже. Знаешь, поговори с ним сам. Мне кажется, он тебе быстро поможет. Вы ведь друзья.
- Мы ещё и родственники, те не забыла?
- Позвони ему, а еще лучше собери все документы, поезжай к нему. В Одессе он, как рыба в воде. Там вариантов будет больше. Только прошу тебя, выбирай судно покрепче, не старое, хорошо? И если будет возможность устроиться без перелета, совсем хорошо.
- Хорошо, позвоню сейчас же.
- Алик, это я. Мы тут посоветовались, и я решил… вот именно. На что я могу рассчитывать? Да, английским каждый день занимаюсь, но сам, нет, не на курсах. Экзамен сдам, без проблем. Ладно. Часов в одиннадцать. Жди.
- Алик говорит, что такие механики, как я… ну, это он загнул… Ладно, если коротко, варианты есть. Зарплаты разные, зависит от компании. Все равно намного больше, чем на «Афине».
- Ну, и поезжай. Не буду у тебя камнем на шее. Меня и отец ругает, ты бы знал, как.
- Справишься тут без меня?
- Теперь уже справлюсь.

Гл. 14. Назавтра, в половине двенадцатого, друзья были уже на Молдаванке. Алексей повез Марчука в самый, с его точки зрения, перспективный на то время круинг – «Диамант». Сам он именно в «Диаманте», или как говорят по другому, от «Диаманта» собирался работать. Своих судов у них не было. Это была чисто посредническая организация, которая вовремя унюхала конъюнктуру рынка. Есть безработные квалифицированные моряки. Есть мировой флот, нуждающийся в подобной рабочей силе, в первую очередь, греческие судовладельцы. Выпускники греческих морских училищ немногочисленны. Там масса моряков с хорошими практическими знаниями, но их не хватает. Электромеханики вообще ушли с моря, потому, что заработная плата подобных специалистов в Греции не меньше, чем в море. Ясно, что на романтиках мировой флот не построишь. Романтики долго не плавают.

У нас же получилось все с точностью до наоборот. Высшие мореходки стали академиями, средние – тоже повысились в названии, преподавателям, наверное, стали больше платить. Наборы были сокращены, правда, но это временно. Училища продолжали выпускать специалистов, работу которым государство предоставить не могло. Даже и для практики курсантов судов не было. Плохо стало с морской формой. Но это не наша тема. Разорялись морские организации одна за другой. Кроме частных круингов, никто о моряках не думал. Самим же устроиться на работу практически было невозможно. Знал я людей, которые это сделали. Двоих или троих. Героические личности.

Так вот, «Диамант», наравне с несколькими другими организациями научились помогать морякам, зарабатывая при этом неплохие для себя деньги. Алик подвел Иосифа к небольшого роста худощавому человеку лет пятидесяти.

- Эрлен Михайлович, это мой друг, старший механик, познакомьтесь. Он со мной работал вторым. Рекомендую с самой лучшей стороны.
- Марчук. Иосиф.
- Здравствуйте, присаживайтесь. У меня как раз пять минут свободных. Документы у Вас в порядке, или чего-то не хватает?
- Паспорт моряка здесь, - Иосиф вытащил пачку документов, - диплом 1 разряда, сертификат НБЖ, танкерный, санитарная книжка, медкомиссию надо обновить, но ..
- С этим не спешите. Вы работали у иностранных судовладельцев?
- Да, последний год. Сначала был третьим механиком небольшого балкера, потом вторым. Алексей Иванович, кстати, мой старший механик.
- Да-да, я слышал. Но Вы и сами стармех, не так ли?
- На больших судах стармехом не работал пока. Был старшим механиком бункеровщика портофлота. Но первый разряд у меня есть, получил его еще, работая в Антарктике.
- Ну, а на большом балкере стармехом ? Справитесь?
- Если честно, сомневаюсь. Я на них не работал вообще. Надо бы вторым сходить , с этим справлюсь, не уверен.
- Мы планируем Алексея Ивановича на "Red Rose". Can you speak English, by the way?
- Yes, of course, I can.

- Английский сдадите девушке в соседнем кабинете. Без этого документы я у вас не приму. Если будут проблемы, она Вам порекомендует краткосрочные десятидневные курсы. Просто, чтобы развязать Вам язык. Не сомневаюсь, что в подкорке у Вас весь словарь Мюллера. Так вот, если сдадите английский, будем разговаривать. Пока же, извините, не могу тратить на Вас время. Всего доброго.

Друзья вышли из кабинета.
– Алик, так ты уже пароход себе нашел. А не говоришь!
- Длинный, ты меня первый день знаешь? Я не говорю о несостоявшемся. У меня и в других местах варианты есть. В ТИРСе, в Интерброкере. Я еще посмотрю. Но пароход 77-года, автоматика А-1, экипаж, в основном, филиппинский, Капитан и стармех – греки, компания–владелец большая, 26 судов. Это значит, что всегда будешь с зарплатой. И с работой в будущем, если справишься и хорошо себя зарекомендуешь. Ну, а не сложится, другую компанию найдем. Главное, первый рейс сделать на нормальном пароходе. Река-море тут не котируется. Стармехом он тебя не пошлет, не мечтай. Это он так просто, тебя прощупывал. Амбиции твои. Психолог. А вообще он хороший дядька, мне нравится. Без апломба, как в ТИРС и в том же Интерброкере. Антама еще открывается. Нет, здесь ребята попроще, мне это импонирует. Поэтому я и решил остановиться на «Диаманте». Пойдем к девушке. Английский сдавать.

Английский Иосиф сдал сразу. Правда, оценку ему поставили лишь удовлетворительную, но Алик сказал, что сойдет.

- Лучше сегодня же сдать документы, если можно. Чего тянуть? Тогда Эрлен тебе и перспективы нарисует. А пока ты для него – никто. Давай, заходи к нему опять.
- Так, документы я Ваши просмотрел. Подойдете к секретарше, она подскажет, сколько копий Вы должны сделать и ей сдать. Возьмите у нее бланк анкеты , заполните полностью и внимательно на английском языке. Не торопитесь. Можно дома это сделать. Приложите фотографии, секретарша скажет, какие. Потом – ко мне.
- Алик, он ничего не сказал. Только сфотографироваться и заполнить анкеты.
- Мы все это сделаем за час. Сначала поедем в фотографию. У них там галстуки на прокат дают. Пойдем в машину. Анкета – это вопрос двадцати минут. У меня уже есть опыт.
- Кто бы сомневался.
- Все. Поехали. Анкету позже заполним, после перерыва.
- Как доченька твоя, как Машка?
- Да все хорошо. Я такой умиротворенный. Сбылась мечта идиота.
- Зачем ты так? В самом деле ведь мечтал.
- Это я шучу. Не заметно разве? А твои как? Что Маринка говорит о твоих планах?
- Сам же с ней разговаривал полчаса, учил ее уму разуму. Думаешь, она не сказала?
- Так, срочная фотография – будет готова через десять минут.
- Отлично, подождем. У тебя как с деньгами?
- С деньгами у нас замечательно. Лучше не бывает. Вот только кончились они, а без них плохо.
- Квартиру поменял, мебель купил. Что же ты хочешь? Если надо одолжить, скажи.
- Сестрички сами разберутся, Машка всегда выручает. А мне лично не надо, разве что в «Диаманте» заплатить. Сколько они берут?
- Точно не знаю. Пятьсот, кажется. Все, поехали. Как раз перерыв кончается. Ручка у тебя хорошая есть? Ладно, сейчас купим.
- Эрлен Михайлович, разрешите?
- Все сделал? Молодец, хвалю. В один день! Просто молодец! Итак! Скажу откровенно, что старшим механиком тебя не утвердят. Объясняю: прошлый рейс – всего пять месяцев вторым , мощность главного 1200 сил. Это несерьезно. Третьим механиком – поставлю в очередь,будешь ждать.
- Сколько?
- Не скажу. Будет пароход, будем разговаривать. Но это – третьим. А вот вторым, если ты уверен, что потянешь…
- Эрлен Михайлович, я справлюсь.
- Объясняю: второй механик считается ремонтным. Токаря на греческих судах нет. Ты как со станком? Если не в ладах, тяжело тебе придется.
- Я без токаря работал на СРТМ , справлялся. И прошлый рейс тоже.
- Сварщик обычно бывает, исключения редкие. Но вот на этом конкретном судне его как раз и нет.
- А Вы уже имеете для меня конкретное предложение?
- Мне сейчас нужен крепкий второй. С английским, с ремонтными навыками. Убеди меня, что справишься, иначе нам обоим позже будет нехорошо.
- А что за судно?
- Балкер, греческий. Автомат. В автоматике силён?
- Разберемся. Когда ехать?
- Через месяц, примерно. Сейчас там стармех меняется, а хозяин не хочет двоих сразу менять.
- Грек?
- Был грек, сейчас наш поедет. Постой, так ты его знаешь. Это же тебя Иванов утром рекомендовал?
- Ну?
- Вот Иванов и поедет. На следующей неделе. Сработаетесь?
- Вы его спросите.
- А чего его спрашивать, мы с ним еще вчера обо всем договорились.

- Ну, Алексей, сукин сын! Опять ты меня разыграл!
- Я тебя не разыгрывал. И без Эрлена я тебя взять не могу. Он должен был видеть, кого он посылает, это его работа. Раз он согласился, значит, всё хорошо. Ты справился, хорошее впечатление оставил.
- А ты вроде и не при чем?
- Ну, я-то больше всех выиграл. Для себя старался. Теперь у меня есть второй механик на весь контракт.
- Подожди… Так ты, когда с Маринкой разговаривал, уже тогда всё рассчитал?
- А что тут рассчитывать? Тоже мне, козни кардинала.



Рубрика произведения: Проза -> Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 42
Опубликовано: 05.10.2016 в 21:07
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






1