Капитан Вилли и другие-2



Затем мы встали на ремонт в Китае. Это было тяжёлое испытание. Во всех отношениях.

Жара стояла несусветная. Была бы такая в море, я бы её и не заметил, несмотря на проблемы с кондиционером. В майке, в шортах, да со щадящим распорядком дня, который я сам себе устанавливаю, со свежим морским ветерком, благодать.

Но здесь было по-другому. С половины восьмого утра и до шести-семи вечера приходилось ходить в синтетическом комбинезоне. Ещё до восьми в машине появлялись бригады китайцев, часть из них работала на двигателях, часть – ремонтировала трубопроводы, часть – готовила судно для постановки в док, разбирая линию гребного вала. Никто из них английский не знал, в лучшем случае, только бригадиры, а всем требовалась помощь: выдать специнструмент, запасные части, проинструктировать, перестроить системы трубопроводов. Час проходил в сплошной беготне и оживлённой беседе на языке глухонемых.

В девять утра начиналось совещание с китайскими инженерами часа на полтора, на котором присутствовали все ответственные за ремонт каких-либо механизмов. В отличии от рабочих , они неплохо лопотали на том языке, который сами называли английским. Мне же, при моей глухоте, плохо понимавшему британо-китайский диалект, разобрать, что они говорят, было сложно, а постоянно переспрашивать я не мог. Из-за недопонимания часто происходили недоразумения.

После обеда иногда удавалось даже полежать минут двадцать, а с часу дня всё начиналось снова, но уже с меньшей интенсивностью, бригады уже все трудились. В пять часов происходило ещё одно совещание, по итогам дня, уже в уменьшенном составе, на котором мне тоже надо было присутствовать.

Размеры судна были солидными, а подниматься с уровня первого этажа главной палубы на четвертый, в каюту, приходилось раз тридцать в день. Спускаться с главной палубы в машину – еще на пять этажей – примерно столько же. А при стоянке в сухом доке – спускаться гораздо ниже – на стапель-палубу дока. Обследовать балластные танки во время производства ремонта, в топливные танки – для проверки их чистоты после замывки – всё это была моя работа, которую поручить было некому. Разве что в балластные танки мы лазили вместе со старпомом, всё веселее.

Но и этого мало. Из Шотландии, где в Глазго, расположен был наш менеджмент, приехала женщина, которая была моим прямым начальником, суперинтендантом. Почему она меня невзлюбила с первого взгляда, большой вопрос. Но и я к ней проникся стойкой неприязнью очень быстро. Она постоянно отиралась у Вилли в каюте и принимала самое активное участие в выпивках, при этом очень часто оглушительно, по-лошадиному, ржала. Не помню, курила ли она, да и имя её стёрлось уже из памяти, слава Богу.

Какая ни была эта мадам, она была моей начальницей и пользовалась преимуществами своего положения постоянно. Напряжение было страшным, деться было некуда, уехать – нереально.

К счастью, около шести вечера почти все работы заканчивались и меня на судне ничего не держало. Я и ужинал на судне редко. Приняв душ, каждый вечер выходил на проходную завода. Буквально сразу же за ней находился десяток магазинчиков, с примыкающими кафешками в пять-шесть столиков на свежем воздухе. Внутри каждого из магазина была пара компьютеров с интернетом. Взяв бутылку холодного чая, я заходил в Сеть, читал новости, переписывался с друзьями, а позже присоединялся к кому-нибудь из экипажа.

Мои коллеги сидели неподалеку, как правило, с судна уходили почти все свободные от вахты, а за столиками кафе кучковались по национальностям, специальностям и интересам.

Через несколько дней, втянувшись в ритм работы, я почувствовал в себе силы и желание съездить в город. Рядом стояло судно, на котором работали два моих знакомых из Одессы. Лёша, молодой стармех, в город не ходил, всё время с утра до вечера проводил в машинном отделении, зато электромеханик был из породы любознательных путешественников, ни одного вечера не проходило, чтобы он не прошел мимо нас, устремляясь куда-то в центр.

Вот к нему я и присоединился. Мы прошли с полкилометра, прежде, чем увидели широкую улицу с оживлённым движением, перешли её по пешеходному переходу над ней, и прошли ещё метров сто до остановки автобуса. Чтобы зайти на остановку, нужно было бросить в автомат монету. Один из маршрутов устроил моего проводника, и мы поднялись в автобус.

Электромеханик показал мне всё, что успел узнать сам: достопримечательности города, продуктовый рынок, пару проверенных уже им самим ресторанов, большой массажный салон, куда очень рекомендовал сходить. А у меня к массажу такое же отношение, как у Вилли к татуировкам. Люблю я это дело, и где-где, а на Востоке, обязательно посещаю массажные кабинеты, хотя бы раз, для экзотики и сравнения.
Вот и китайский салон на меня произвёл впечатление. Работал он допоздна, а может быть и круглые сутки. На второй этаж, где размещалось множество кабинетов, вела широкая лестница. Там же находилась стойка администратора и большой зал для ожидающих процедуры.

Большими буквами на китайском и английском языках, были перечислены на плакате все процедуры, которые можно было заказать с указанием их цены. Массажистов было больше сотни, на груди у них были номера. Понравилось, как тебя обслужили, в следующий раз закажешь массаж у своей знакомой. А пока ждёшь, тебе подадут чай, прохладительные напитки и фрукты. Но долго никогда не ждали.

Можно заказать массаж ступней, массаж головы, воротниковой зоны, поясницы, всё, что хочешь. Чай подают и в кабинет, глоточек всегда можно сделать. Массаж тела делают только через футболку. Такой вот китайский стиль. И никакой эротики. Салон, скорее всего, государственный.

После массажа мы заходили на продовольственный рынок, продолжающий торговать и в девять вечера. Множество разнообразных знакомых нам фруктов: яблоки, груши, виноград, киви. Но гораздо интереснее, и дешевле, было знакомство с рамбутаном, фруктом, похожим по форме на неочищенный каштан, только красного цвета, и с «драконьим глазом», или «личи» - крупными ягодами, похожими по вкусу на виноград, заключенными в твёрдую оболочку. Дуриан, мангостин и джек-фрут мне понравились намного меньше. Ну, и, конечно, манго! Манго, которое иногда продают в наших магазинах и дорого, и невкусно. Лучше уж сок его купить. А вот настоящий, спелый плод! За этим стоит отправляться за моря!

И китайская кухня. Она считается самой дешёвой в мире, и это так и есть. Китайские ресторанчики распространились по всему свету. Но где же найдёшь столько хороших поваров? Довелось мне недавно в Турции побывать в одном из китайских ресторанов. «Повбивав би!», как говорят мои земляки. А в китайских ресторациях мне приходилось бывать неоднократно. В приличных ресторанах все блюда, перечисленные в меню, и уже приготовленные, выставлены для всеобщего обозрения под стеклом. Можно заранее хотя бы увидеть, что тебе принесут через несколько минут после заказа. Можно ткнуть пальцем в проплывающую в аквариуме рыбу, или в какой-то моллюск. Подождать придётся ненамного дольше.

После окончания ремонта китайские инженеры пригласили нас в один из крупных ресторанов отметить благополучное окончание ремонта. Всё было очень мило, и было бы ещё лучше, если бы не присутствие моего начальства. Но тут уж ничего не сделаешь. На следующий день пароход снялся на Сайгон для погрузки риса на Западную Африку, в три порта, три страны.



Рубрика произведения: Проза -> Мемуары
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 20
Опубликовано: 04.10.2016 в 14:29
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






1