Подари мне любовь


Светлана Соловьёва

Трилогия «Не вини судьбу»
Из трёх романов:
Подари мне веру
Подари мне надежду
Подари мне любовь

Роман третий

Подари мне любовь

С пламенем свечи помолюсь,
За любовь твою помолюсь,
С болью в сердце Богу поклонюсь
За всё счастье, что ты дал мне помолюсь!
От автора


Оглавление
1…………………………………………………………………………………..4
2…………………………………………………………………………………..5
3…………………………………………………………………………………..8
4…………………………………………………………………………………10
5…………………………………………………………………………………12
6…………………………………………………………………………………14
7…………………………………………………………………………………16
8…………………………………………………………………………………18
9…………………………………………………………………………………20
10……………………………………………………………………………......23
11………………………………………………………………………………..26
12………………………………………………………………………………..27
13………………………………………………………………………………..31
14………………………………………………………………………………..32
15………………………………………………………………………………..36
16………………………………………………………………………………..37
17………………………………………………………………………………..41
18………………………………………………………………………………..44
19………………………………………………………………………………..47
20………………………………………………………………………………..50
21………………………………………………………………………………..52
22………………………………………………………………………………..53
23………………………………………………………………………………..54
24………………………………………………………………………………..57
25………………………………………………………………………………..61
26………………………………………………………………………………..63
27………………………………………………………………………………..66
28………………………………………………………………………………..67
29………………………………………………………………………………..70
30………………………………………………………………………………..72
31………………………………………………………………………………..75
32………………………………………………………………………………..77
33………………………………………………………………………………..78
34………………………………………………………………………………..81
35………………………………………………………………………………..82
36………………………………………………………………………………..85
37………………………………………………………………………………..87
38………………………………………………………………………………..90
39………………………………………………………………………………..92
40………………………………………………………………………………..95
41………………………………………………………………………………..97
42………………………………………………………………………………100
43……………………………………………………………………………….102
44……………………………………………………………………………….104
45……………………………………………………………………………….107
46……………………………………………………………………………….109
47……………………………………………………………………………….111
48……………………………………………………………………………….114
49……………………………………………………………………………….116
50……………………………………………………………………………….118
51……………………………………………………………………………….120
52……………………………………………………………………………….123
53………………………………………………………………………………..126
54………………………………………………………………………………..128
55………………………………………………………………………………..131
56………………………………………………………………………………..132
57………………………………………………………………………………..133
58………………………………………………………………………………..139
59………………………………………………………………………………..142
60………………………………………………………………………………..144
61………………………………………………………………………………..147
62………………………………………………………………………………..149
63………………………………………………………………………………..151
64………………………………………………………………………………..154
65………………………………………………………………………………..156
66………………………………………………………………………………..159
67………………………………………………………………………………..162
68………………………………………………………………………………..164
69………………………………………………………………………………..166
70………………………………………………………………………………..168
71………………………………………………………………………………..170
72………………………………………………………………………………..173
73………………………………………………………………………………..175
74………………………………………………………………………………..176
75………………………………………………………………………………..179
76………………………………………………………………………………..181
77………………………………………………………………………………..183
78………………………………………………………………………………..185
79………………………………………………………………………………..187
80………………………………………………………………………………..190
81………………………………………………………………………………..192
82………………………………………………………………………………..194
83………………………………………………………………………………..196
84………………………………………………………………………………..198
85………………………………………………………………………………..200
86………………………………………………………………………………..203
87………………………………………………………………………………..204



1
Девушка не спеша бродила по улицам не большого, красивого провинциального городка. Она ходила, с интересом рассматривая архитектуру и живописное расположение ровных улиц с многочисленным количеством переулочков. Малоэтажные, в основном, индивидуальной застройки старинные, кирпичные дома, были аккуратными и очень ухоженными. Остановившись у старинных торговых рядов, она подумала о правильности форм больших, во всю стену окон и удобстве здания. Разглядывая длинное, немного похожее на трамвай строение, она подумала о том, что никогда не встречала ничего подобного, что всего сорок минут езды от города, и она оказалась в старинном городке, настоящем музее!
Задумавшись, девушка опустилась на лавочку в тени большого раскидистого дерева и, залюбовавшись этой красотой, мечтала о том, как тихо и приятно здесь жить. Другой ритм, другое измерение времени! Совсем забыв о времени, она наслаждалась теплотой летнего вечера.
Вспомнив о том, что запланированная встреча с подружкой не состоялась и нужно возвращаться домой, она вздохнула и, встав с лавочки, тихо пошла по полупустынной улице к остановке.
Выйдя из-за угла дома, девушка увидела на остановке рейсовый автобус. Пассажиры уже вошли в него и, заспешив чтобы не опоздать, она побежала через дорогу. Но встречные машины задержали её и автобус, захлопнув дверь, уехал. Девушка перебежала дорогу, но было уже поздно! Как ни старалась она махать руками, водитель уходящего автобуса её не заметил.
В отчаянии девушка смотрела по сторонам, не зная, что делать. Увидев, что от остановки отходит супружеская пара, заботливо поддерживая друг друга под руки, девушка догнала их и на ходу окликнула:
- Извините! Подождите, пожалуйста! Вы не подскажите, когда следующий автобус?
Пожилая женщина обернулась и, удивлённо посмотрев на девушку, ответила:
- А следующего автобуса не будет, это был последний!
- Как последний?
Девушка стояла растерянной, не зная, что делать. Женщина посмотрела на неё с сочувствием и посоветовала, сказав:
- А ты милая иди на маршрутку, они ещё ходят. Остановка на той стороне парка. Вон по той дорожке и иди не сворачивая, выйдешь прямо на остановку. У нас здесь тихо, спокойно, иди не бойся!
Женщина сказала и, взяв мужа под руку, они пошли дальше. Девушка постояла немного, проводив их взглядом, подумала, и направилась в указанном направлении.
Перед ней стояла стена темного парка. Девушка постояла немного, с опаской оглядываясь по сторонам. Но делать нечего, нужно идти! Она шагнула на тропинку и пошла, не переставая прислушиваться к тишине, с испугом оглядываясь по сторонам.
Она шла и, ругая себя, тихо шептала:
- Зачем я сюда приехала? Завтра Таньку убью! Позвала в гости, а сама куда-то делась!? Надо было лучше остаться у неё на лавочке, ведь пришёл бы кто-нибудь из домашних. А сейчас иду не знаю где, не знаю куда, парк больше похож на лес, страшно-то как! Что-то не похоже, что здесь тихо и спокойно! Какой черт меня сюда понёс?
Она остановилась. Замерла, прислушиваясь, со страхом озираясь по сторонам. В голове как молоточек застучал вопрос:
- «Что это?»
Но ничего не услышав, она подумала:
- «Нет, показалось!»
Девушка, пытаясь успокоиться, шла дальше. Вслушиваясь в тишину, немного ускоряя шаг.
2
Но ей не послышалось! За её спиной были слышны тихие шаги, и шаги приближались быстрее, чем шла она. Девушка уже не останавливалась, чтобы прислушаться и осмотреться. Было совершенно понятно и отчётливо слышно, что за ней кто-то идёт! Она вся сжалась в комок и, стараясь идти как можно быстрее, всё ускоряла и ускоряла шаг. Шаги за её спиной тоже ускорялись. Ей казалось, что за её спиной уже не один человек, а несколько! Но повернуться, и посмотреть не было сил, страх сковал её.
Вдалеке между деревьями девушка увидела свет. Он падал от горящего фонаря рядом с большой поляной. Прислушиваясь к шагам за своей спиной, она слышала впереди там, где горел фонарь, лай собаки. Девушка быстро шла вперёд, совсем не думая о том, что она одна, а там впереди может быть опасное животное.
Она затаив дыхание шла, слыша стук собственного сердца как набат. Она не могла ни о чём думать, кроме того, чтобы быстрее уйти. Скорее туда, где свет! Там, наверное, есть люди, и они обязательно ей помогут!
Приближаясь к освещённой поляне, она вдруг услышала сильный лай несущейся на неё огромной собаки. Не зная чего бояться больше, идущих за ней бандитов или разъярённую большую собаку, девушка остановилась и закрыла глаза. Замерев от страха, стояла на месте, прижав к груди сумочку. Её всю трясло, ей казалось, что сейчас случится, что-то страшное, что сейчас с ней случится беда! Собака с лаем пронеслась мимо девушки. Девушка продолжала стоять с закрытыми глазами, прислушиваясь. Лай собаки удалялся и сквозь него стали доноситься шаги убегающих людей.
Девушка осторожно открыла глаза и сначала услышала взволнованный крик, а потом увидела бежавшего за собакой большого, как ей показалось, просто огромного, парня. Он громко кричал:
- Амба, Амба!
Девушка стояла не шевелясь. Быстро бежавший парень, поравнявшись с ней, остановился. Встревоженно посмотрел на неё и спросил:
- Испугались?
Девушка смогла только покивать головой, но да или нет, он так и не понял. Видя, как она напугана, не стал переспрашивать. Он стоял и смотрел вдаль, туда - куда унеслась его собака. С другого конца парка доносились шаги убегающих людей, и послышался звук отъезжающей машины.
Напряжённо вглядываясь вдаль и пытаясь что-то разглядеть, парень спросил:
- За вами, что кто-то бежал?
Девушка в ответ только покивала головой, говорить не дали высохшие, слипшиеся от страха губы. Ей в жизни ещё ни разу не было так страшно! Она не могла прийти в себя, стояла, дрожа всем телом.
Вернулась собака, ласково подвизгивая начала крутиться вокруг них. Парень стоял и смотрел на девушку. Её длинные, почти до талии волосы, запутались, закрывая лицо. Большие выразительные глаза, выглядывали между прядями волос и со страхом смотрели на него. Пухлые губы, были так сильно сжаты, что стали морщинистыми, как у старушки.
Видя, как она напугана, парень с жалостью и сочувствием спросил:
- Вы куда идёте? Давайте я вас провожу, так будет спокойней и вам, и мне.
Теребя собаку за ухо, высокий парень, ждал, пока она ответит. Девушка пропищала тоненьким голосочком:
- На мар-ш-ру-т-ку.
Она больше не могла проговорить ни слова, замолчала, не узнав собственного голоса. Парень удивлённо, с неподдельной жалостью и сочувствием, произнёс:
- На какую? Только что отошла последняя!
У девушки в глазах заблестели слёзы, ещё секунду и они выльются через край и потекут по щекам. Она была так напугана и растеряна, что с трудом сдерживая рыдание, тихо проговорила:
- И что же мне теперь делать? На чём можно добраться до города?
Парень глядя на неё, вздохнул и с сочувствием ответил:
- До утра ни на чём! Если только повезёт и попадётся такси, но это бывает не часто, ждать специально бесполезно.
Они стояли молча. Парень с пониманием и жалостью смотрел на испуганную, растерянную девушку. Поняв, что ей некуда идти и видя всю безвыходность ситуации, он проговорил:
- Что с вами теперь делать? Пойдемте со мной!
Испуганно отшатнувшись от него, почти прохрипев, девушка ещё сильнее прижимая к груди сумку, коротко произнесла:
- Нет!
Увидев, что она напугалась его предложения, парень спокойно сказал:
- Да не бойтесь Вы так!
Но девушка, отступив от него, только качала головой. Он улыбнулся и тихо сказал:
- В любом случае, у вас нет другого выхода! Если вам негде переночевать, и вы здесь никого не знаете, то вам лучше пойти со мной. Не оставаться же вам в парке на лавочке! Да, не бойтесь, Вы так! Вас никто не обидит, мы с бабушкой дома вдвоем. Да и Амба теперь никому не даст вас обидеть, хорошая собака, спасительница.
Парень ласково потрепал собаку за уши, а она, в ответ обрадованная запрыгала вокруг него ещё сильнее. Парень понимая, что девушка, из-за сильного испуга, не может принять решения, уверенно произнёс:
- Пойдемте, решено!
И пытаясь как-то расположить к себе девушку, мягко, даже немного ласково, добавил:
- Вы уж извините меня, девушка, но так получилось, что теперь я отвечаю за вас. Я не могу, сейчас сказав до свидания, уйти и оставить вас одну в парке, перед наступлением ночи.
Но девушка продолжала стоять глядя на него широко открытыми глазами. Парню не оставалось ничего, как сказать:
- Извините, но я не могу оставить вас здесь на растерзание «Маньяков»!
Напуганная девушка, услышав слово «Маньяки», ещё больше съёжилась и послушно пошла за ним. Они шли рядом, собака бегала вокруг них, радостно прыгая на хозяина. Парень шёл и на ходу рассказывал:
- Мы здесь недалеко живём, дома только бабушка и я. Мы с Амбой выходили погулять. Знаете, ведь это она меня повела сегодня вечером в парк! У нас рядом с домом есть место для её прогулок и вечером мы всегда гуляем так. А сегодня она, как только мы вышли из ворот, понеслась в парк. Удивительно, но она как будто почувствовала, что её помощь там нужна кому-то!?
Он замолчал, искоса поглядывая на девушку и видя, что она немного расслабила руки на груди, сказал:
- Меня зовут Кирилл, а Вас?
От страха, не в силах остановить волнение, она, продолжая дрожать, ответила писклявым, скрипучим голосом.
- Соня.
Кирилл, взглянул на неё с сочувствием, понимая, что она только что пережила, может быть, самый большой ужас в своей жизни!
3
Выйдя из парка и перейдя дорогу, они немного прошли вдоль улицы и повернули в извилистый, узкий переулок. Подошли к аккуратному, кирпичному дому. Дом был из кирпича красного цвета, а углы, белённые - белые, с фигурными ромбами разного размера. У дома, очень ярко горел фонарь и, войдя во двор, Соня замерла, увидев огромное поле цветов.
Она стояла на тропинке, идущей через цветочный сад, и не решалась шагнуть дальше. Кирилл шёл впереди неё, по дорожке из такого же красного кирпича, как и дом, к ярко освещенной веранде. Войдя на крыльцо, он повернулся и увидел, что девушка остановилась на дорожке и застыла, наслаждаясь красотой и запахом цветов. Он, улыбаясь, наблюдал за ней и не торопил, дав ей время полюбоваться этой красотой и благоуханием. Она потихоньку начинала приходить в себя!
Соня действительно немного успокоилась, наконец-то оторвала руки от груди и стояла в свете фонаря, такая хрупкая, стройная как выточенная из мрамора статуэтка. Она смотрела вокруг себя уже живыми глазами. Кирилл усмехнулся и подумал:
- «Ну, наконец-то! Да, красота великая сила!»
Соня, обводя взглядом эту красоту, увидела стоявшего на крыльце Кирилла и, очнувшись, пошла к нему. Он ждал её и, улыбаясь, смотрел, как она медленно идёт между рядами цветущих цветов и с нежностью сказал:
- Это всё мама, она очень любит цветы!
Кирилл широко открыл дверь, пропуская девушку вовнутрь, сказал:
- Заходите в дом.
Соня вошла на ярко освещённую веранду, разулась. Кирилл вытащил с обувной полки под окном, тапочки и, наклонившись, поставил их перед Соней. Она одела их и ждала приглашения пройти в дом. Но Кирилл стоял перед ней на одном колене, забыв обо всём, любовался красивой девушкой.
Из дома послышался женский голос:
- Кто там?
Кирилл услышав, встал и открыл дверь. Пропуская Соню вперёд, громко ответил:
- Ба, это я! Я не один.
- С кем, ты Кирюша?
- Я подобрал в парке девушку и привел её к нам.
Из комнаты доносился приятный мягкий голос, явно улыбающейся женщины. Она спрашивала:
- Девушка красивая?
Кирилл глядя на Соню, также громко ответил:
- Да очень, тебе понравится!
И немного тише, обратившись к Соне, добавил:
- Проходите, не бойтесь.
Соня осторожно вошла в комнату. На диване в большой квадратной комнате лежала пожилая женщина, совсем не походившая на бабушку этого здорового парня. Она ласково посмотрела на Соню, внимательно, но очень по-доброму разглядывая её. Её тёмно-карие, почти чёрные глаза, под дугой круто изогнутых аккуратных бровей, излучали добротой. Она чуть-чуть улыбалась, не тронутыми возрастом, ещё алыми, как будто нарисованными губами. Располневшая с возрастом, но не потерявшая своей привлекательности женщина, излучала какую-то притягательную теплоту.
Бабушка поднявшись, удобно села и поправляя подушку, под явно больной спиной, сказала:
- Проходите, девушка, не стесняйтесь. Садитесь и расскажите, что с вами случилось. Кирилл редко кого приводит домой, поэтому думаю, что произошло что-то серьезное!?
Соня, выдвинула из-под стола, стоявшего между двумя окнами, стул и присела на него. Окинув взглядом просторную, полупустую комнату, она посмотрела на доброе лицо женщины и улыбнулась ей.
4
Соня смотрела на неё, но говорить не было сил. Из прихожей заглянул Кирилл, посмотрел на Соню и, поняв, что она ещё ни в состоянии что-то объяснять, сделал страшное лицо и деланно грубым, устрашающим голосом, ответил бабушке вместо неё:
- На неё в парке напал маньяк!
Бабушка, виновато улыбнувшись напуганной девушке, сказала:
- Кирюша, не пугай девушку, она и так вся дрожит!
Кирилл, встав в проёме двери, серьёзно сказал:
- Ба, а я не пугаю, это правда. За ней правда гнались, а Амба спугнула их, она спасла её!
Бабушка перестала улыбаться, поняв, что внук не шутит. Настороженно посмотрела сначала на внука, потом на девушку и став очень серьёзной, обратилась к ней, спросив:
- Для начала, скажи, как тебя зовут?
Девушка тихо произнесла:
- Соня!
Произнеся своё имя, она почувствовала, что говорит уже нормальным, своим голосом. Бабушка замерла ненадолго и, с непонятным изумлением, взглянула на внука. Внимательно посмотрела на девушку и переспросила:
- Как ты сказала? Тебя зовут Соня, Сонечка?
Соня молча покивала головой с удивлением глядя на взволнованную бабушку. Кирилл смотрел на неё и, не понимая, чему бабушка так удивилась, услышав имя девушки, спросил:
- Ба, что с тобой?
Бабушка встрепенулась, улыбнулась внуку и, обратившись к Соне, уже спокойно сказала:
- Нет ничего, всё нормально! Значит Соня, а меня зовут Евгения Григорьевна, я бабушка Кирилла.
Немного помолчав думая о чём-то, она не на шутку обеспокоенно, спросила:
- Теперь подробно расскажи, что случилось? Хулиганов у нас здесь никогда не водилось, всегда был спокойный поселок, поэтому очень странно то, что с тобой произошло.
Соня понимая, что нужно всё рассказать, несмело начала говорить:
- Я приехала в гости к подруге, мы учимся вместе, в одной группе. Здесь у вас, в вашем городке, никогда не была и никого кроме неё не знаю. Мы договорились о времени, она предупредила меня, что если её не будет дома, чтобы я подождала. Я просидела два часа и не дождалась, дольше оставаться побоялась, потому что уже темнело. Но у вас такой красивый городок, что я, залюбовавшись, слишком долго шла на остановку. Вот и опоздала на автобус. Мне посоветовали пройти через парк на маршрутку. У меня не было выбора, и я пошла. Там меня кто-то начал догонять и ваша Амба кинулась на моё спасение.
Кирилл, заглянул в комнату и к её рассказу добавил, сказав:
- Бабуль, ты не представляешь! Амба кинулась вдогонку, он рванул от неё, я правда только шаги слышал. Но…
Кирилл звонко щелкнул языком и, улыбаясь, произнёс:
- Преступник скрылся на авто!
Евгения Григорьевна, качая головой, строго сказала:
- Кирилл, что ты всё шутишь? Дело ведь серьезное, надо в милицию написать заявление.
Кирилл, понимая беспокойство бабушки, посерьёзнев, ответил:
- Ба, какое заявление!? Что она напишет: «Кто-то за ней шёл? Но она не видела кто! Кого-то догоняла собака? Но, увы, она не скажет – кого!», и кто у неё примет такое заявление? Нужно, чтобы, что-нибудь случилось или хотя бы были свидетели, а я, похоже, единственный свидетель, но я тоже ничего не видел, а только слышал шаги. Так, что всё это пустое дело!
Соня смотрела то на бабушку, то на Кирилла и, слушая их разговор, сейчас полностью поняла всю степень опасности, в которой она оказалась. Придя в себя от пережитого страха, она осознала, что Кирилл с Амбой и в самом деле спасли её!
Бабушка повернулась к Соне и спросила:
- А подругу, ты хорошо знаешь, какой адрес она тебе дала?
Соня достала из кармана листок с адресом и падала его Евгении Григорьевне. Прочитав, она удивленно посмотрела на внука и сказала:
- Посмотри-ка, Кирюша. Это же адрес Филипповны!
И посмотрев на Соню, удивлённо произнесла:
- Но у неё нет ни детей, ни внуков, она одна живет!
Кирилл вошёл в комнату, прочел и сказал:
- Ба, она кому-то сдает комнату, я в магазине слышал, как она жаловалась на жиличку.
Отдав листок Соне, он вернулся на кухню. Евгения Григорьевна подумав, сказала:
- Вот, оно, что! Что-то здесь ни так, всё совсем не просто!? Позвала в гости, а самой дома не было. Получается, что забыла и уехала. Не серьёзно, очень не серьёзно! Так, что, милая, ты к подружке-то присмотрись. Во-первых, Филипповна зря жаловаться не будет, она женщина порядочная, учительница на пенсии. Во-вторых, если твоя подруга так неответственно относится к своим обещаниям, то она безответственная и не серьёзная девушка. Это конечно сугубо моё мнение и я, не зная человека, могу и ошибаться, но тебе, Сонечка, могу посоветовать, чтобы ты внимательно присмотрелась к своей подружке!
Евгения Григорьевна смотрела на взволнованную девушку и ласково улыбалась, чем приводила Соню в сильное смятение.
5
На кухне что-то загремело и Евгения Григорьевна громко, чтобы было слышно внуку, спросила:
- А чаем нас сегодня будет кто-нибудь поить или нет?
Из соседней комнаты донёсся весёлый голос Кирилла:
- Всё готово, прошу к столу!
Евгения Григорьевна встала, приглашая Соню на кухню. Кирилл ждал их у накрытого стола, и когда они вошли, снимая с плеча и накидывая на руку, как официант белоснежное полотенце, радостно сказал:
- Прошу к столу, милые дамы!
Пили чай с домашним вареньем из клубники и печеньем. Соня уже успокоилась и чувствовала себя в их доме легко и надёжно. Страх сковывавший всё её тело немного прошёл. Она уже могла разговаривать, но поглядывая в окно и видя небо в тёмных, чёрных облаках продолжала ёжиться.
Бабушка улыбаясь, поглядывала на девушку. И чтобы отвлечь её мысли от произошедшего сегодня, задавала ей обычные, жизненные вопросы. А Соня, совершенно не стесняясь, спокойно отвечала на них. Она чувствовала себя очень уютно в этом совершенно чужом для неё доме!
Соня, чувствуя на себе взгляд Кирилла, почему-то виновато поглядывала на Евгению Григорьевну и говорила:
- Я живу с мамой и сестренкой в городе. Мы живём втроём, папы у нас давно нет, мне кажется, что всю жизнь! Мама работает на почте, оператором. Я учусь в медицинском техникуме на втором курсе, сестренка Даша учится в школе, в седьмом классе.
Евгения Григорьевна, внимательно слушая её, с интересом спросила:
- А почему в техникуме, что в институте не захотела учиться?
Соня поняла, что имела в виду бабушка и, не обидевшись, улыбнувшись, ответила ей:
- В институт сейчас не могу, позже поступать буду. Сейчас надо маме помочь. У неё заработок маленький, часто болеет – гипертония, а сестренку нужно поднимать.
Евгения Григорьевна сочувственно кивая головой, сказала:
- Ну, профессию ты себе выбрала совсем не денежную, чтобы помогать маме.
- А выбора не было, у мамы часто приступы бывают, чтобы не ждать скорую помощь, буду сама ставить уколы. А учусь я очень хорошо, так что институт ещё впереди!
Бабушка улыбнулась, посмотрела на Кирилла и сказала:
- Вот бы мне, такую внучку!
Кирилл не понял её намека и обиженно спросил:
- Ба, а я что плохой внук!?
Погладив его по голове и засмеявшись, бабушка сказала:
- Хороший, ты у меня хороший Кирюша!
Внимательно посмотрела на, застенчиво поглядывающую на них Соню и про себя подумала:
- «Только, глупенький. Присмотрись, какая девушка!»
Соню уложили спать на раскладушке в бабушкиной комнате. Но спала она очень плохо! Ей снился сон, что её догоняет огромная чёрная рука и хватает за плечо. Она, обливаясь слезами, кричит и рвется убежать, но не может вырваться. Ей больно, страшно! Она то вырывается из страшных лап, то опять попадает в них. Так и провела она всю ночь, воюя с пытающейся поймать её рукой.
6
Утром Соня с бабушкой от лая Амбы, проснулись одновременно. Собака лаяла под соседним окном, вызывая хозяина на прогулку. Было слышно, как Кирилл, пытаясь не шуметь, встал и вышел на улицу. Амба весело завизжала, и они ушли гулять.
Вчера вечером Соня была настолько напугана, что не видела ничего вокруг себя. К утру успокоилась, несмотря на тревожный сон, проснулась свежей и отдохнувшей. Немного полежала, оглядываясь по сторонам и уже без страха, вспоминала случившееся с ней накануне. Лежала тихо, боясь нарушить тишину в комнате, вслушиваясь в удаляющийся лай своей спасительницы и рассматривая многочисленные фотографии на стене.
Евгения Григорьевна заметив, что она не спит, спросила:
- Проснулась, Сонечка?
- Да, уже проснулась!
- Ты очень беспокойно спала, что-то бормотала во сне, я тебе сейчас чаю с ромашкой заварю, успокоительного.
- Сон снился страшный.
- Не грех, ты так вчера перепугалась! Но я всё понять не могу, что это было, кто мог за тобой по парку идти? У всех здесь дети одни бегают допоздна, никого не боялись никогда. Скажу сегодня соседкам, пусть за детьми присмотрят. Вставай, пока Кирилла нет, сходи, умойся. Там, в саду умывальник стоит, а я на кухню, завтрак готовить.
Заправив постель, Евгения Григорьевна вышла, чтобы не смущать девушку. Соня оделась, свернула свою постель, сложила всё в стопочку на стул и собрала раскладушку. Вышла на улицу и на несколько секунд остановилась на крыльце. Она стояла, завороженно, с восторгом оглядывая цветущий сад в лучах утреннего солнца.
Оглядевшись, Соня увидела под большой яблоней умывальник. Подошла и заметила, что он залит водой до самого края. После первых прикосновений холодной воды к лицу, у Сони сон как рукой сняло. Она умылась, почистила зубы, прополоскав их зубной пастой, вытерлась полотенцем, с вышитыми петушками по каймам и как вчера вечером замерла, любуясь благоуханием в саду. Он горел разнообразием красок.
Соня стояла как заворожённая, восхищаясь этой рукотворной красотой. Вдоль дорожек, рядочками росли бордовые и жёлтые бархатцы. За ними ровными рядами, как солдаты стояли высокие шафраны, с красивыми соцветиями необычного бежево-лилового цвета, перемешанных с зеленью давно отцветших пионов. А сколько красавцев георгинов! Они как главные обитатели этого дивного сада, были везде. Стояли и рядами, и группами, а какая цветовая гамма! Соня никогда столько не видела, даже не знала, что такие бывают и по цвету, и по форме. Она стояла и не могла налюбоваться.
Заскрипела калитка и к Соне с повизгиванием подбежала Амба. Рыжеватая овчарка с удлиненной мордочкой как у лисенка. Было видно, что Амба уже взрослая собака, но её добрые глаза и улыбающаяся пасть, делали её похожей на шкодливого щенка. Соня присела перед ней и, ласково теребя за уши, говорила:
- Хорошая, хорошая собака! Моя спасительница!
Соня совершенно без страха трепала Амбу за шерсть, хотя очень боялась собак. Перед ними у Сони был панический страх! Она могла обойти улицу стороной, сделать большой крюк, если видела на пути собаку и ничего, не могла с этим страхом поделать. А Амбу она совсем не боялась, вела себя с ней, как с хорошим другом и собака платила ей тем же.
Подошёл Кирилл. Остановился, любуясь и умиляясь этой картиной. Улыбаясь, глядя на Соню, он сказал:
- Доброе утро! Странно, Амба редко кого так близко к себе подпускает. А тебя она признала!
Соня, поднимаясь, сказала:
- Я же говорю, хорошая собака!
Кирилл, не переставая улыбаться, посмотрел на неё влажные волосы и спросил:
- Вы умылись? Как водичка колодезная?
Соня, заметила, что он, специально сбиваясь с «Вы» старается сказать ей «Ты». Чувствуя неловкость она, сделала вид, что не замечает этого и, улыбнувшись, ответила:
- Очень освежает! Такая холодная!
Кирилл подошёл к умывальнику, одним движением сдёрнул футболку, оголив красивое, крепкое тело. Быстро умылся, отфыркиваясь, плескаясь как ребёнок, радуясь тёплому утру, холодной воде и красивой девушке наблюдающей за ним. Умылся и, выпрямившись, брызнул водой на Соню. Она стеснительно улыбнулась ему в ответ. Он стоял перед ней, мокрый, взъерошенный. Капли воды стекали с лица, падали на грудь и с крутой груди сбегали быстрыми ручейками вниз. Он стоял и смотрел на Соню.
Сегодня она была совсем другой, распущенные тёмно-русые волосы заплетены в косу, лицо сияющие, а глаза, какие у неё были глаза - голубые, голубые! Кирилл смотрел в них и думал:
- «Какие у неё глаза! Я таких красивых глаз никогда не видел! Они как маленькие кусочки голубого неба, смотришь в них и края вселенной не видишь!»
Соня сняла полотенце со своего плеча и протянула его Кириллу. Он взял полотенце и начал вытираться, не моргая глядя на неё. Она застеснялась и опустила глаза.
В окно выглянула Евгения Григорьевна и позвала:
- Молодежь, завтракать!
Кирилл не поворачиваясь, громко ответил:
- Идём, Ба!
И тихо добавил:
- Пойдём в дом, нас бабушка ждёт, уже приготовила, что-нибудь вкусненькое.
Кирилл пропустил Соню вперёд, сам пошёл следом.
7
Завтракали они блинчиками с вареньем и сметаной. Соня ела и чувствовала, как Кирилл постоянно поглядывает на неё, особенно в тот момент, когда не видит бабушка.
Съев два блина, Соня посмотрела с благодарностью на хозяйку и, улыбаясь, произнесла:
- Спасибо вам, за приют и за спасение. И конечно за очень вкусные блины!
Евгения Григорьевна удивлённо посмотрела на Соню и спросила:
- Ты ж совсем ничего не съела!?
- Я наелась, спасибо большое!
- Как воробей, чуть клюнула и наелась!
Кирилл, с улыбкой глядя на Соню, ласково сказал:
- Нет баб, не воробей, а как дюймовок с половины зёрнышка сыта!
Все вместе засмеялись. Соня начала собираться домой и, прощаясь, сказала:
- Я поеду домой, мама будет волноваться. Спасибо вам за всё!
Евгения Григорьевна поглядывая на внука, произнесла:
- Ты Кирюш, проводи Сонечку до остановки и посади в автобус, чтобы я спокойна была!
Кирилл быстро встал из-за стола, с готовностью идти с Соней и, как будто оправдываясь, сказал:
- Да, баб, ты права! И мне будет спокойнее, если я посажу её в автобус.
Соня попрощалась с хозяйкой, и они пошли. Дорогой шли молча, только подходя к остановке, Кирилл, взволновано, сбивчиво спросил:
- Соня телефон дай мне. Вернее номер скажи.
Он пытался скрыть своё волнение, но у него это плохо получалось. Зачем-то оправдываясь, поторопился объяснить ей:
- Мне же нужно знать, как ты добралась до дому, мало ли что!? Да и бабушка будет волноваться!
Соня обрадовавшись, что Кирилл попросил у неё номер телефона, быстро продиктовала его. Она, наблюдая, как он набирает её номер, поймала себя на мысли, что Кирилл ей понравился. В глубине души очень обрадовалась, что они обменялись телефонами, понимая, что она, по крайней мере, хотя бы один раз, но ещё услышит его. Соня боялась, что уедет так ни о чем и, не договорившись с ним, а ей этого совсем не хотелось! Она понимала, что первой просить телефон неудобно, а как себя вести не знала. И просто ждала. Ждала, в надежде, что Кирилл сам сделает первый шаг. Она была очень рада, что её надежда оправдалась!
Соня вошла в автобус, обернулась и помахала Кириллу рукой. Он, улыбался, провожая её взглядом, пока не захлопнулась дверь автобуса. Соня села на свободное место у окна и глядя через стекло, улыбнулась Кириллу. Автобус тронулся.
Кирилл уже скрылся за поворотом, а Соня сидела и всё продолжала улыбаться, думая про себя:
- «Всё-таки не зря я сюда приехала! Если бы не вчерашний кошмарный вечер, я бы не познакомилась с Кириллом! А вдруг это судьба! Ой, как бы я этого хотела! Как он мне понравился!»
Она уехала и всю дорогу, не переставая думала о Кирилле.
Сонино сердце переполняли эмоции, Кирилл ей очень понравился, красивый, высокий, черноволосый парень, с совершенно правильными чертами лица и точно такими же, как у бабушки - глазами. Он показался ей таким большим, высоким и крепким, как терминатор. Но при этом очень добрый, весёлый и с юмором парень. Правда, разглядела она его только сегодня утром. Вчера в парке она ничего не видела и не слышала вокруг себя, кроме грохота собственного сердца. А сегодня в саду, когда он умывался холодной водой она, наблюдая за ним, чувствовала влечение к этому красивому, крепкому парню. Первый раз в жизни ей захотелось прижаться к этой широкой груди и потеряться там раз и навсегда!
8
Вернувшись домой, Соня сразу же прошла на кухню. Села за стол и молча сидела, не переставая думать о Кирилле. Зазвонил телефон. Она, посмотрев на экран и увидев незнакомый номер, поняла, что это звонил он!
Из трубки раздался приятный мужской голос:
- Соня, привет! Это я, Кирилл, ты уже дома, как доехала?
Он говорил сбивчиво, взволнованно. Соня это хорошо чувствовала, улыбнулась и спокойно ответила:
- Да, я уже дома! Всё нормально, спасибо!
- За, что спасибо?
- За беспокойство!
- А! Соня, а можно я тебе ещё позвоню?
Соня обрадовалась, но сдерживая себя, спокойно продолжала отвечать:
- Да, конечно, звони! Я буду рада!
- Хорошо, договорились! Пока! Я как вернусь из командировки, позвоню! До свидания!
Они разговаривали несколько минут, но Соня была рада и счастлива, что он всё-таки позвонил ей!
Посидев немного, мечтая о Кирилле, она огляделась и принялась за домашние дела. Домой она вернулась к обеду, сегодня свободный день - на учебу не нужно. Мамы с сестренкой не было дома, и она принялась готовить ужин. Так и провозилась на кухне два часа, не переставая думать о своём необычном путешествии.
Сначала пришла сестра из школы, почему-то зареванная, позже мама с работы. Мама, войдя в квартиру, поставила сумку на пол и прошла на кухню. Устало опустилась на стул у почти накрытого стола. Она обессилено опустила руки, не в силах что-то сказать. Соня, накрывая на стол, взглянула на маму и ужаснулась, заметив разницу между ней и бабушкой Кирилла. Евгения Григорьевна была в два раза старше по возрасту, чем мама, но мамин болезненный и усталый вид, ставили их на одну возрастную ступеньку.
У Сониной мамы, Полины Викторовны, всегда потухшие, почти не живые глаза. Когда-то они были голубыми с зелёным ободком, а сейчас потухли, потускнели и стали серо-зелёного цвета. Серая, даже немного желтоватая кожа и полные губы всегда так поджаты, что кажутся немного синеватыми. Она уже давно не подкрашивалась и не делала причёску, просто закалывала волосы заколкой на затылке и от этого выглядела ещё старше.
За ужином, мама с беспокойством, пытаясь узнать у младшей дочери причину её слез, спросила:
- Дашенька, что случилось, почему ты пришла из школы в слезах, расскажи нам с Соней?
Не поднимая глаз, Даша резко ответила:
- Ничего!
Мама, озабоченно посмотрела на дочь, улыбнулась и, нисколько не рассердившись на дерзкий ответ, ещё мягче спросила:
- Дашенька, доченька, у тебя всё нормально? Ты ничего не натворила, меня в школу не вызовут?
Даша, посмотрела на неё и с обидой ответила:
- Нет, школа здесь ни при чём, просто я подралась с Димкой! Он меня назвал воблой плоской.
Взглянув на стоявшую у раковины сестру, Даша потерянно с непонятной для мамы обидой, сердито спросила:
- Мама а, правда, что у нашей Соньки красивая фигура, а я страшная и худая как вобла?
Оторопев, мама ответила:
- Нет, что ты солнышко моё, Дашенька!? Ты у нас выросла очень симпатичной девочкой. С чего ты вдруг так решила!?
Улыбаясь доброй, нежной улыбкой и подкладывая Даше салат, мама смотрела на неё и думала о том, что вот и вторая дочь у неё уже выросла, стала совсем взрослой, хотя и ведёт себя ещё как ребёнок.
Отодвинув от себя тарелку, Даша в сердцах спросила:
- А почему тогда ему нравится Ирка Беляева из соседнего класса?
Мама понимая, страхи и беспокойства дочери, попыталась объяснить ей, ответив:
- Как бы тебе проще, ответить, Дашенька? Понимаешь, доченька, у всех людей разные сердца и совершенно разные взгляды на окружающих их людей и предметы. Все люди воспринимают красоту по-разному и не всегда, увы, сразу! Димка, тебя ещё просто не сумел разглядеть. Вот увидишь, придёт время и он поймет, что ошибся!
Но ответ не удовлетворил девочку, она резко сказала:
- Пока он разглядит, я стану старухой!
Даша фыркнула, резко встала и убежала к себе в комнату. Соня с мамой с грустью посмотрели ей в след и начали убирать со стола.
Полина Викторовна, с интересом поглядывая на стоявшую у раковины дочь, спросила:
- Соня, а как ты съездила в гости к подружке?
Она повернулась и, глядя на маму, улыбаясь, ответила:
- Хорошо, мамочка, очень! У неё такая замечательная бабушка, добрая, ласковая! А сколько у них в саду цветов!? Я столько никогда не видела, так красиво, такой аромат!
Соня быстро выпалила всё на одном дыхании, даже показав, как она вдыхает этот аромат. Стаяла перед мамой возбуждённая, радостная, с трудом сдерживая рвущиеся из груди чувства. Она не стала рассказывать маме про вчерашнее происшествие, не надо ей знать, будет волноваться, опять начнётся приступ, всё же прошло и прошло хорошо, даже очень хорошо! Соня вспомнила вчерашний день, сегодняшнее утро в саду, когда они с Кириллом умывались, и улыбнулась, пряча свою улыбку от мамы.
9
Утро началось в обычном, повседневном ритме: завтрак, работа, учеба. Соня ехала в техникум и всю дорогу думала о подруге:
- «Сейчас я всё узнаю у Таньки! Спрошу, почему она позвала меня в гости, а сама уехала куда-то?»
Но Таньки не было на занятиях ни сегодня, ни завтра. Она появилась только через неделю. Вошла, поздоровалась и села рядом с Соней, устало выдавив из себя:
- Привет, подруга!
Соня взволнованно посмотрела на неё и спросила:
- Ты где была всю неделю, тебя же отчислят!?
Подруга безразлично, с раздражением, не глядя на Соню, ответила:
- А… справку принесу!
Соня ещё больше взволновалась, оглядывая подругу пристальным взглядом, пытаясь понять, что с ней произошло, и озабоченно спросила:
- Ты, что болела?
Таня, косясь на подругу, с ухмылкой ответила ей:
- Ещё как болела!
И засмеялась, как-то не весело, устало. Начались занятия. Соня с нетерпением ждала перемены, ей хотелось поскорее узнать, почему подруги не оказалось дома, когда она приехала к ней и, что с ней случилось такое, что она целую неделю не была на занятиях?
Зазвенел звонок, вставая из-за парты и лениво потягиваясь, Таня, позвала Соню:
- Пойдем, что ли покурим!?
Таня, конечно, знала, что Соня терпеть не может этот запах и никогда не пробовала курить, она просто дразнила подружку. С раздражением глядя на неё, Соня ответила:
- Потом покуришь, пойдем, мне с тобой поговорить надо!
Подруги вышли в коридор, и подошли к окну. Соня опять пристально осмотрела подругу и спросила внимательно глядя на неё:
- Тань, а я к тебе приезжала в гости, как и договаривались!
Таня безразлично посмотрела на неё, ухмыльнулась и ответила вопросом:
- Да, а, чё не дождалась?
Соня, не захотела говорить ей про страшное ночное происшествие, просто с укором ответила:
- Я прождала два часа и, не дождавшись тебя, ушла.
Таня, не желая слушать Соню, безразлично сказала:
- Ну, ладно, не начинай, сама виновата, сидела бы и ждала, я же мимо дома не прошла бы.
И не дожидаясь ответа, Таня отмахнулась от неё и пошла на перекур. Соня смотрела ей вслед и удивлялась тому, что она даже не придала значения её словам. Была совершенно безразлична и совсем безучастна!
Зазвенел звонок, студенты вошли в аудиторию, и расселись по своим местам. Соня с беспокойством и тревогой поглядывала на дверь, в ожидании опаздывающей подруги. Она вошла почти бегом, запыхавшаяся опустилась на стул рядом с ней. Соня почувствовала от неё сильный запах табака, отвернулась и потёрла нос. На занятиях Таня почему-то искоса поглядывала на Соню и всё время ухмылялась.
Закончились уроки, и Таня предложила подруге:
- Слушай, Сонь, пойдём, посидим в кафешке.
Соня, категорически отказавшись, ответила:
- Нет, мне сегодня в клинику!
- Куда!?
- Таня, я же говорила тебе, что подала заявление на работу в клинику!? Вот сегодня нужно зайти.
Девушки спускались по ступенькам не спеша, устав от сидения на твёрдых стульях, подряд три пары. Таня остановилась, с непониманием посмотрела на подругу и спросила:
- Ты, что серьёзно!? Я думала, ты прикалываешься!
Соня, поморщившись от услышанных слов и тона, каким Таня это сказала, ответила:
- Нет, я вполне серьёзно!
- Ну и на кой тебе это нужно? Я срубила немного бабок, давай оторвемся.
Соня не сдержавшись, сказала:
- Ну и лексикон у тебя стал, Танька!
Не обращая на неё внимания, продолжая спускаться по лестнице, Таня сказала:
- Нормальный лексикон!
Соня шла и незаметно, искоса поглядывала на подругу, удивляясь сильным переменам в её поведении и с досадой сказала:
- Таня, ты сильно изменилась!
Таня не замечая, косых взглядов недовольно, со злом ответила:
- Да, ладно, тебе, не нуди! Ты мне лучше скажи. Ты, чё, спятила работать? Учиться и работать, а когда жить? Я тебя не понимаю!
- Таня, я же объясняла тебе, что мама болеет, ей нужно помочь. У меня же сестрёнка ещё школьница.
- Хочешь вкалывать, вкалывай! Делай, как хочешь. Здесь нам с тобой точно ни по пути. Я считаю, что это ты зря делаешь, всё напрасно.
- Почему?
- Ты думаешь, сестрёнка вырастет и тебе спасибо скажет? Поверь мне, она твоей жертвы даже не заметит.
- Таня, это не жертва! Я очень жалею и люблю свою маму, ей трудно одной нас тянуть. Я хочу помочь, в первую очередь, ей!
- Ладно, твоё дело, а я пошла. Пока!
Таня, не дожидаясь ответа, пошла от подруги быстрым шагом. Соня проводила её взглядом и подумала:
- «Правильно сказала Евгения Григорьевна, нужно к ней приглядеться, не буду приглашать её к себе домой знакомить с мамой. Какая-то она стала другая, в прошлом году была девчонка, как девчонка, весёлая, общительная, а в этом году, её как подменили, стала замкнутой, злой. Что произошло? И ведь не допытаешься, молчит! Хочется помочь ей, но ведь она ж не подпускает к себе, как будто залезла в скорлупу и сидит там одна, только поглядывает на всех и молчит. Нужно что-то придумать, чтобы узнать, что с ней происходит и по возможности помочь. Вдруг у неё беда, какая случилась, а она всё в себе держит, всё молчком!? Жалко мне её!»
Соня медленно шла на остановку и думала о своей поездке к ней в гости и, вспомнив Кирилла, печально подумала:
- «Прошло уже десять дней, а Кирилл не позвонил. Наверное, и не помнит меня совсем, а я-то размечталась, дурочка!?»
10
Соню приняли на работу в клинику. Теперь она будет работать санитаркой в вечернюю смену. После занятий в техникуме, перед работой, у неё будет немного свободного времени и она планирует тратить его на подготовку к лекциям. Будет заниматься в читальном зале, а потом уходить на работу в клинику. Домой днём, ездить нет смысла, потому что клиника находится рядом с техникумом, а дом на другом конце города. Работать она будет по три часа каждый день, кроме выходных. Но её это совсем не пугает! Она будет зарабатывать хоть небольшие, но деньги и помогать маме. Хотя бы на свои обеды и на проезд, она заработает сама, а это уже большое подспорье к домашнему бюджету!
Соня совершенно не боялась работы, даже такой неквалифицированной! Её совсем не пугала грязная и тяжёлая работа санитарки-уборщицы. Она понимала, что каждый день будет заниматься одним и тем же! Регулярная влажная уборка: помещений, палат, коридоров, мест общего пользования и помощь медицинским сестрам в уходе за больными. Так у неё теперь будет проходить каждый день! Домой она будет возвращаться только в девять часов вечера. Но она была рада и этой работе, главное в больнице, это к тому же и практика для будущего медика. Она понимала, что чтобы добиться чистоты и стерильности в медицине, нужно приложить немало усилий. Начнёт свою медицинскую деятельность с самого низа и кто его знает, может быть придёт то время, когда она станет настоящим врачом!? Соня постоянно думала об этом, мечтая поступить в медицинский институт и стать не просто врачом, а самым настоящем хирургом!
Первый рабочий день, был для Сони трудным. Не потому что она была белоручкой и не умела мыть пол и убираться. Нет! Это она умела делать очень хорошо.
С раннего детства Соня помогала маме и убиралась в квартире. Очень часто старалась это делать, пока мама была на работе, чтобы дать ей возможность уставшей, вернувшись домой, не трудиться, а отдохнуть.
Соня никогда, ни разу в жизни, не видела маму бодрой и весёлой. Она всегда была уставшая, тяжело дышала и часто опускалась на стул, чтобы отдохнуть. Соня пока была маленькой, не понимала, почему мама так себя ведёт. А когда выросла, пошла в школу, начала ходить к подружкам в гости и заметила, что их мамы были весёлыми, бодрыми. Они были совсем другими!
Долго не понимала причину такого поведения, пока случайно не услышала разговор двух старушек-соседок на лавочке. Она сидела на краю песочницы, рядом с играющей Дашей и когда поняла, что старушки говорят о её маме, притихла. Чтобы они её не заметили, продолжала строить из песка куличики и, улыбаясь сестрёнке, тихо слушала.
- «Что, ты Кирилловна, ты бы видела её раньше! Когда Полина, с мужем Максимом, переехали сюда в эту квартиру после свадьбы, какой она была! Всегда с улыбкой на лице, красивая, пешком не ходила, казалось, что летала по воздуху. А как они любили друг друга! Такой любви можно только позавидовать.
Знаешь, бывало, идёт он с работы, никого и ничего не замечая вокруг, подойдёт к подъезду, остановится, стоит и смотрит на окна, а на лице улыбка и такое счастье! А Полина выглядывает из окна и машет ему рукой. Он рванёт в подъезд и бегом, в три прыжка на третий этаж. В звонок никогда не звонил, потому что Полина с открытой дверью уже ждала его.
А как он любил своих дочек! Бывало, гуляет Полина с ними и его поджидает во дворе. Он придёт с работы, возьмёт Сонечку на руки, обнимет Полину и стоят они, как два голубка улыбаясь, смотрят в коляску на Дашеньку.
Сколько мы их счастья и радости видели, сидя на этой лавочке. А какие они были красивые, такое впечатление, что их кто-то нарисовал, так хороши собой были! Соня у них растёт копия мама и такие же глаза, и волосы, она ещё девчонка совсем, но и походка, и все движения – спокойные, неспешные, как Полина в молодости. Улавливается полное сходство с мамой. Вот у Даши только глаза мамины, а волосы тёмные и тонкие губы, это в Максима.
Когда они сюда переехали, были охотницы до чужого счастья. Знаешь сколько баб одиноких!? И наш дом не исключение! Ходили здесь за ним две. Не поверишь, даже ругались между собой, деля шкуру неубитого медведя. Но он кроме своей Полины никого не видел, и знать не хотел. Как они не старались, ничего не вышло, так и отстали от него. Не смогли они отнять любимого у Полины!
Я прожила долгую жизнь, но такую счастливую семью ни разу не видела, от их любви у нас в доме люди даже добрее стали. Такое впечатление, что отогрелись на чужом счастье!
Казалось, что нет на свете такой силы, которая могла бы всё это разрушить! Но смерть проклятущая не пощадила, отняла у них всё! Вот когда Максим погиб на машине, Полина и потерялась в этой жизни. Попала она тогда в больничку, долго её не было. Мы грешным делом думали, что не выкарабкается. Да нет! Слава Богу, дети удержали на этом свете! Тётка тогда у неё жила, имя ещё такое чудное – Клара. Так вот, она за детьми и смотрела, вот она нам и сказывала, что Полина, чуть живая, сердце на волоске держится, а этим волоском дети были!
Так что, от этого и печаль её, и болезнь её. Сейчас смотрю ей вслед, и сердце кровью обливается! Куда, что делось? Идёт - никого не видит, всегда молчаливая, глаз от земли не поднимает. А иногда идёт, с трудом передвигая ноги, а глазами по сторонам смотрит, как будто кого-то ищет.
Так, что ты Кирилловна ни серчай, если она пройдёт мимо и не поздоровается. Ты лучше лишний раз её пожалей, если сможешь, помоги, но не суди!»
Только, когда услышав рассказ соседок, Соня поняла, что после всего пережитого, её мама, просто не может быть другой!
Соне тогда, было десять лет и, услышав этот разговор, она начала вспомнить отрывки их жизни с папой. Вспомнила ту маму, из той, прошлой жизни. Она и в самом деле была весёлой и красивой!
Тогда Соня и поняла, что её мама серьёзно болеет, болеет не только душой, но и телом. Девочка в один миг повзрослела и изменилась, начала делать все домашние дела сама, без просьб и уговоров. Она просто начала понимать, что нужно делать и делала! Мыла пол, убиралась в квартире, выносила мусор, ходила в магазин. А немного позже подсмотрев, как мама стирает, начала стирать на стиральной машине и гладить бельё. Так, постепенно, Соня влилась в домашние дела и теперь делала всё сама, не дожидаясь чьей-то помощи.
Она не раз пыталась приобщить и сестру к домашним делам, но не смогла! Даша росла совсем другим ребёнком, она даже мусор выносила со скандалом. Мама, конечно, не ругалась с ней, у неё попросту на это не было сил. Она молча брала ведро и выносила его, если, конечно Сони не было дома.
Поэтому придя в первый день на работу, получив белый халат и ведро с тряпкой, Соня с лёгкостью приступила к уборке палат. Труднее было выдержать обстановку в клинике. Столько тяжелобольных, они стонут, плачут, просят помощи, а ты машешь шваброй и ничем не можешь им помочь. Вот от этого, она очень уставала! Ей сказали, что это с непривычки, что постепенно привыкаешь и перестаёшь обращать внимание на чужие страдания, но Соня-та понимала, что с её характером, она к этому никогда не привыкнет и, чужая боль, будет ранить её всегда, как своя!
11
Вечером, как только Соня пришла после первого рабочего дня домой и уставшая опустилась на стул у кухонного стола, не в силах разогреть ужин, позвонил Кирилл. Она, не переставала думать о нём все эти дни, боялась, что вдруг он забыл о ней, и они больше никогда не увидятся. Но её страхи были напрасными! Кирилл наконец-то позвонил, и она была счастлива!
Кирилл радостный, запыхавшись, возбуждённо говорил:
- Соня здравствуй, это я Кирилл, как дела?
Немного взволновано Соня ответила:
- Здравствуй Кирилл, всё хорошо!
Ответила ему и, прикрыв глаза от радости, про себя подумала:
- «Где же ты был, Кирилл, почему не звонил? Целых десять дней я тебя не слышала!»
Но вслух, конечно, этого не сказала! Кирилл на другом конце города, а ей казалась, что вот он рядом, сейчас возьмёт её за руку, посмотрит в глаза, нежно улыбнётся и поведёт её. Куда поведёт, не имеет значения, лишь бы с ним, лишь бы рядом!
Кирилл, пытаясь отдышаться и сдержать сильное волнение, спросил:
- Соня, я хотел спросить? Может быть, встретимся, в кино сходим, или просто погуляем?
Соня, сдерживая себя от волнения, не могла усидеть на месте. Встала и подошла к окну с телефоном. Глядя на улицу за окном, но ничего там не видя, радостная, счастливая, отвечала Кириллу:
- Ой, Кирилл я бы с удовольствием, но у меня вся неделя занята. Я на работу устроилась, освобождаюсь теперь только в девять вечера. Вся неделя, полностью занята!
Соня расстроилась, что не сможет сейчас же встретиться с Кириллом, что так нужная ей работа, стала помехой их встрече в первый же день! Но он ни секунды не думая, спросил:
- А выходные у тебя свободны?
Соня обрадованная, что он подождёт и готов перенести их встречу, ответила:
- Выходные, да!
Кирилл уже смог отдышаться и спокойно предложил:
- Тогда в субботу, давай сходим в кино!?
- Давай!
- Вот и договорились! Я куплю билеты и позвоню тебе, во сколько и куда подойти. Хорошо?
- Да, хорошо!
- Тогда пока! Жди звонка.
- Пока!
Телефон отключился. Соня, отойдя от окна, опустилась на стул и, улыбаясь глядя на потухший экран телефона, радостно проговорила:
- Сегодня четверг, до субботы только пятница. Всего через один день мы увидимся с Кириллом! Как хорошо, как я рада!
Соня встала и бодро подошла к плите, забыв об усталости. У неё вдруг, после трудного рабочего дня, откуда-то появились силы, и она жизнерадостно порхала по кухне. Мама уже приготовила ужин, поэтому быстро покушав, она села и начала готовиться к зачёту. Не переставая думать о Кирилле, читая конспект. Но как не старалась мысли уходили совсем в другую сторону! Несколько раз она заставляла себя сосредоточиться, понимая, что не занимается, а мечтает об их встрече.
12
В субботу, они с Кириллом встретились у кинотеатра «Марс» в 15 часов, и пошли смотреть кино. Фильм был очень интересным, поэтому время пролетело быстро. После кино выйдя на улицу, Кирилл предложил:
- Соня, давай сходим в кафе, выпьем кофе, съедим мороженного.
Соня обрадовалась и конечно, согласилась! Она не хотела так быстро расставаться с ним. Столько дней она ждала этой встречи, что каждый миг, каждая минутка, проведённая с Кириллом, были для неё как праздник, как подарок!
Расположившись за столиком в кафе, они пили кофе, ели мороженое, и разговаривали. Больше конечно говорил Кирилл, а Соня слушала и наслаждалась его бархатным голосом. Дождавшись, когда официант, принеся заказ и уйдёт, виновато поглядывая на неё, Кирилл сказал:
- Соня, ты меня извини, что я не позвонил, как обещал через пять дней. Командировку задержали, а звонить оттуда, где я был, не было возможности.
Соня наблюдала за ним, радуясь в душе, думала, что как хорошо, что он вспомнил её и позвонил! Пусть и не через пять дней, а только через десять, но он всё-таки позвонил! Конечно не сказав ничего и не показав вида, что безумно счастлива, она с интересом спросила:
- Кирилл, расскажи про свою работу. Я у вас дома видела много твоих фотографий в форме. Ты, что военный?
- Нет, я работаю в МЧС, на пожарном вертолете, вторым пилотом. Мы тушим пожары с неба.
Соня замерла, внимательно слушая его и с опаской спросила:
- Я видела по телевизору, но это же опасно!
- Пожар внизу, а мы где? В небе. Нет, нормальная мужская работа, ничего опасного.
Соня поняла, что он повторяет эту фразу уже не в первый раз и всё-таки с беспокойством подумала:
- «Как можно не беспокоиться, такая опасная профессия! Наверное, маме с бабушкой тоже говорит так, чтобы не волновались?»
Глядя в её бездонные глаза, Кирилл улыбнулся и произнёс:
- Я как вернулся, сразу же позвонил тебе, ещё с аэродрома. Я думал о тебе все эти дни. Соня ты мне очень понравилась! Не подумай, пожалуйста, что я легкомысленный человек. Просто смысла не вижу молчать и скрывать свои чувства.
Соня разволновалась и покраснела, он заметил это, заулыбался и весело, шутя, произнёс:
- Я как увидел тебя в парке с огромными глазами, как два прожектора, так сразу и подумал, что с этой девушкой будет светло идти рядом по жизни.
И в миг, сделавшись серьёзным, добавил:
- А если серьёзно! То ты мне сразу же понравилась, ещё в парке. Стояла в свете фонаря такая напуганная, такая беззащитная, что хотелось закрыть тебя собой и не дать даже ветерку прикоснуться к тебе.
Соня заулыбалась, поняв, что он почти признаётся ей в любви! Ей так хотелось ответить ему взаимностью, но она сдерживала себя. Уж слишком быстро всё происходит между ними, они так мало знакомы, ведь они видятся сегодня, только второй раз в жизни!
Кирилл заметил Сонино волнение и, пытаясь её развеселить, весело сказал:
- Знаешь, Соня, бабушка мне покоя не даёт, постоянно про тебя говорит. «Позвони и позвони Соне!» Завтра она тебя в гости пригласила, узнала, что ты работаешь, что у тебя только два дня выходных, поэтому сказала, что отказов не принимает. Она уже тесто поставила, настряпает завтра кучу пирогов. Ты поедешь?
Соня улыбнулась, вспомнив добрые, заботливые глаза Евгении Григорьевны и ответила:
- Хорошая у тебя бабушка, я с удовольствием поеду, а во сколько!?
Было заметно, что Кирилл, вздохнул с облегчением. Глупый он, ещё не понял, что с ним Соня поедет хоть куда, хоть на край света! Сдерживая свою радость, он произнёс:
- В двенадцать я заеду за тобой. Мне завтра в десять забирать машину из ремонта, потом, заскочу на работу и к тебе.
- Ты опять уезжаешь в командировку?
- Да, это моя работа. В понедельник в одиннадцать у нас вылет.
- Надолго?
- Планируем на пять дней так, что к выходным как раз вернусь.
- А если опять задержат?
- Нет, сейчас не будет ничего не предвиденного. Так, что вернусь вовремя!
Соня посмотрела на него с волнением, стараясь не показывать его, но всё-таки с тревогой, подумала:
- «Какая же у него опасная работа!»
Время пролетело так быстро, что Соня, посмотрев на часы, спохватившись, сказала:
- Кирилл, давай пойдем, а то у меня в понедельник зачет, нужно готовиться. Боюсь не успеть, а мне нужно пятёрку получить, предмет заканчивается в этом году, и оценка пойдёт в диплом.
- Как скажешь! Я тебя провожу, заодно и узнаю, куда завтра подъезжать за тобой. А как ты успеешь подготовиться, если завтра едем к нам?
- Я успею! У меня сегодня вечер и завтра утро до двенадцати. Ты не волнуйся, мне главное всё хотя бы один раз прочитать. У меня хорошая память и всё само собой запомнится!
Он рассчитался, и они пошли к Сониному дому пешком. Не спеша шли и разговаривали. Перебегая улицу, Кирилл подхватил её под руку и больше уже не отпускал до самого дома. Держал за локоть, немного прижимая к себе. Соня чувствовала, как он взволнован и сама волновалась не меньше его, понимая, что хочет быть рядом с ним всегда!
Подходя ближе к своему дому, Соня потихоньку высвободила свою руку, стесняясь, вдруг на скамейке сидят бабушки соседки. Кирилл понял это и с пониманием отпустил её.
Прощались они у подъезда. Соня, показав на окна своей квартиры сказала:
- В этом подъезде на третьем этаже вон тот балкон, я и живу!
- Всё понял, завтра в двенадцать часов я буду у твоего подъезда, позвоню, ты выйдешь!
Соня улыбаясь, немного с досадой произнесла:
- До свидания!
Кирилл, бодро ответил:
- До завтра!
Пожав ей руку, нежно сжал пальцы. Она повернулась и быстро пошла. На крыльце остановилась, помахала ему рукой, улыбающийся Кирилл в ответ покивал ей головой.
Соня вернулась домой радостная, счастливая порхала по квартире не переставая думать о Кирилле:
- «Как он мне нравится и как хорошо, что завтра мы с ним увидимся вновь!»
Мама, вечером зайдя на кухню, внимательно посмотрев, спросила у сидящей за конспектами дочери:
- Сонюшка, ты сегодня, какая-то ни такая?
Оторвав взгляд от тетради, улыбающаяся Соня, спросила:
- Какая?
- Ни такая как всегда, какая-то лёгкая, порхаешь, как бабочка!
Соня пожала плечами и, уткнувшись в тетрадь, подумала:
- «Мамочка, кажется, я проста влюбилась!»
13
Утром, в назначенное время, за Соней приехал Кирилл. Мамы дома не было, поэтому о том, что она уезжает в гости, Соня предупредила её по телефону. Она не захотела говорить маме заранее о предстоящем свидании, чтобы не отвечать на вопросы, на которые ещё сама не знала ответов.
Ещё задолго до приезда Кирилла, Соня собралась и ждала, с нетерпением выглядывая в окно. Увидев, что подъехав, он вышел из машины и стоял глядя на окна, быстро, почти бегом, побежала ему на встречу. Он ждал у машины. Открыв перед ней дверь, усадил её на переднее сидение и они поехали. Всю дорогу бес умолку они разговаривали и смеялись. Только от того, что они рядом, им было хорошо, радостно и это чувство было обоюдным. Они наслаждались общением друг с другом!
Эти выходные Соня планировала провести в приятной, доброй обстановке! Приехав, в гости к Кириллу она, войдя в калитку, увидела несущуюся к ним Амбу. Она совершенно не напугалась собаки, напротив, с радостью встретилась со своей спасительницей. Собака подошла к ней и тыкаясь носам в её ногу, доверчиво помахивала хвостом. Соня с радостью потрепала её за шею.
У Сони было прекрасное настроение. От того, что она снова здесь, в этом доме и снова с Кириллом, она всё делала с радостью!
Евгения Григорьевна, услышав подъехавшую машину, вышла на крыльцо, встречать их. Она, наблюдая за молодыми, стояла и улыбалась. Когда Кирилл с Соней уже подошли поближе, сказала:
- Сонечка, здравствуй! Как хорошо, что ты приехала, я так рада!
Она обняла и поцеловала Соню так, как будто видела её не второй раз в жизни, а знала уже тысячу лет.
- Пойдёмте в дом, я приготовила чай, и пироги уже поспели.
Они пили чай, ели пироги и разговаривали. После чая Соня с Кириллом гуляли по саду. Он водил её по своим любимым уголкам сада и постоянно что-то рассказывал. Амба не отставая, ходила за ними. Потом они сидели на качели, в дальнем углу сада, под большой черемухой и Кирилл говорил, а Соня с интересом слушала. В этот день он так много рассказал ей о себе, о своей работе, столько интересных историй, от которых Соне иногда было даже страшновато. Он, видя её тревогу и беспокойство смеялся, нежно обнимая её за плечи, приговаривал:
- Сонечка, что ты так волнуешься? Это вполне нормальная работа и в ней нет ничего опасного. Потом когда-нибудь возьму тебя с собой на аэродром, и всё посмотришь сама.
- А туда можно?
- Посмотреть, посидеть в вертолёте можно. Вот на вылет со мной, конечно нельзя. У меня друг есть, Сашка, он правда на другой машине летает. Ты не поверишь, но он даже маму свою привозил на площадку, чтобы она успокоилась и не волновалась.
Соня, качая головой и недоверчиво глядя на него, сказала:
- Что-то я сомневаюсь, чтобы увидев летающею махину, можно почему-то успокоиться!
Кирилл понимая, о чём она говорит, серьёзно отвечал:
- Понимаешь, Сонечка, у нас хороший дружный коллектив, очень опытные лётчики. Мы конечно птенцы против них, но мы постоянно учимся. Наша работа подразумевает постоянную учебу, постоянное совершенствование в профессии. Поэтому я думаю, что Сашину маму, больше успокоило то, что мы в надёжных руках, под начальством опытных лётчиков, чем от того как выглядит вертолёт.
Но Соню почему-то совсем не убедил его ответ, и она с тревогой продолжала слушать, как казалось Кириллу, совершенно будничные, происходящие с ним ежедневно истории, из своей хоть ещё и недолгой, но биографии.
14
Во второй половине дня, в шестнадцать часов, как заведено в их семье, был обед. После такого количества съеденных пирогов и выпитого чая, есть, конечно, не хотелось, но чтобы не обидеть хозяйку дома и не нарушать чужие правила, пришлось ещё и пообедать.
Евгения Григорьевна наготовила и накрыла праздничный стол. На белоснежную скатерть она выставила дары из сада и огорода, в виде салатов, икры и просто солонины, в таком изобилии, что Соня была просто приятно удивлена.
Все баночки, которые она принесла из кладовки, были закрыты красно-бежевыми салфетками в клетку и перевязаны красными ленточками с красивым бантиком. В банках для украшения и аромата лежали веточки с ягодами, листики и вишнёвые, и дубовые, и смородиновые. Соня помогала вскрывать это чудо и раскладывать всё по вазочкам, не переставая удивляться и восхищаться многообразием заготовок, сделанных руками бабушки и мамы Кирилла. Стол ломился от всевозможных яств, но гвоздём программы была жареная курочка! Зажаристая шкурка блестела медью и соблазняла приятным ароматом, заполнившим всю кухню.
Кирилл пододвинул к себе курицу, взял нож с вилкой и начал аккуратно её разделывать. Улыбаясь, поглядывал на наблюдавших за его руками женщин, спросил:
- Сонечка, тебе какой кусочек?
Соня, со страхом глядя на курицу и понимая, что есть больше не может, ответила:
- Поменьше, я больше не могу, в меня просто не войдёт!
Кирилл посмотрел с улыбкой на Соню, весело подмигнул бабушке и уверенно сказал:
- Это тебе только кажется, что больше не можешь! Как только попробуешь бабушкин шедевр, будешь просить добавки. Уверяю тебя!
Кирилл отрезал увесистый кусочек ароматно пахнущей курочки и положил Соне на тарелку. Она, со страхом глядя на огромный кусок, сказала:
- Хватит, хватит, куда так много!?
Евгения Григорьевна смотрела на Соню и, улыбаясь, приговаривала:
- Кушай, милая, кушай!
Она сидела, поглядывая на молодых и хитро улыбалась, любуясь ими. Соня откусила кусочек и с восторгом произнесла:
- Как вкусно, какой-то особенный вкус, аромат, она просто на языке тает. Кирилл прав она просто прелесть, я такой ни разу не пробовала!
Кирилл засмеялся, сказав:
- Я же говорил тебе, что понравится!
Соня, проглотив очередной кусочек, не переставая восхищаться, посмотрела на улыбающуюся бабушку и спросила:
- Да, очень нравится! Евгения Григорьевна вы мне рецепт дадите, хочу маму удивить таким чудом.
Бабушка довольная тем, что Соне понравилось, улыбаясь, ответила:
- Сонечка, а рецепта практически нет! Всё очень просто, мытую курицу кладёшь на противень, на соль и всё.
- Как всё, а приправы какие?
- В том-то и прелесть, что готовится курица в собственном соку, в парах соли.
- Как это?
- Только два, три стакана соли, зависит от размера курицы, насыпаешь на лист, равняешь ножом и на эту соль кладёшь курицу. Предварительно только моешь её и хорошенько отжимаешь от воды, но ни солить, ни приправ, ничего не надо! Через сорок пять минут она полностью прожарится. Можно для красоты за десять минут до готовности, намазать спинку майонезом или яичным желтком. Но я не мазала, итак видишь, какая красивая и зажаристая получилась!
- Как просто!
Кирилл, улыбаясь, глядя на Соню, сказал:
- В очередной раз можно убедиться в том, что всё гениальное, просто!
Разговаривали без остановки, вроде бы ни о чем и обо всём. После обеда, Евгения Григорьевна попросила внука сыграть на гитаре и спеть. Она хотела, чтобы Соня послушала, как хорошо Кирилл играет и поёт. Бабушка хотела удивить и очаровать девушку окончательно! Соня ей очень понравилась и она уже мечтала видеть её рядом с внуком всегда.
Кирилл взял гитару, сделал проигрыш по струнам и предложил бабушке:
- Бабуль, давай твою.., любимую.
- Давай!
Евгения Григорьевна села удобно на стуле, расправила спину, приготовилась. Они запели «Не уходи, побудь со мною…». Это был один из любимых романсов Сони, она знала его наизусть. Про себя, не издавая ни звука, она пела вместе с ними, боясь помешать их слаженности и отрепетированности. Соня была, удивлена, даже очень и слушала их пение, переводя восхищённый взгляд с бабушки на Кирилла. Кирилл пел, не сводя с неё глаз, как будто разговаривал с ней.
Когда они допели, Соня как маленький ребенок захлопала в ладоши и, запрыгав на стуле громко, с восторгом воскликнула:
- Браво, браво! Как красиво!!!
День прошёл, просто замечательно! Вечером, попрощавшись с хозяйкой, Соня с Кириллом поехали в город. Он вез её домой и всю дорогу думал:
- «Надо с ней поговорить после командировки. Поговорить, серьезно о своих намерениях, а намерения у меня очень серьезные. Да, ты брат, кажется, влюбился!»
Кирилл улыбнулся сам себе, а у Сони спросил:
- Ну, как Соня не пожалела, что поехала?
Она, с не проходящим восторгом, ответила:
- Нет, что ты, Кирилл, мне так понравилось! Мне ещё в первый раз у вас очень понравилась, а сегодняшняя поездка просто бесподобная! Твоя бабушка, просто прелесть! У меня такое ощущение, что я куда-то уезжала надолго, надолго, а сейчас вернулась домой, что это и моя бабушка тоже. Мне так хорошо у вас, так уютно!
- Я очень рад! В следующий выходной приезжает мама из санатория. Готовься ехать знакомиться, она уже наслышана от бабули о тебе, так что не дождется своего возвращения, чтобы увидеть тебя.
Вдруг посерьёзнев, Соня спросила:
- А ты вернешься к выходным?
- Да у нас эта командировка грузовая, завозим груз, продукты на геологическую станцию, начинается подготовка к зиме.
- Получается, что вы не только пожары тушите?
- Нет, конечно, не всегда же что-то горит! В остальное время, мы как транспортный борт работаем.
Остановившись у подъезда Сониного дома и поглядывая на свет в окнах её квартиры, Кирилл с досадой сказал:
- Вот и приехали!
Посмотрев на Соню, он уверенно произнёс:
- Я поднимусь с тобой! Хочу представиться твоей маме, чтобы она не волновалась, с кем ты уезжаешь и приезжаешь на машине.
Соня удивилась, совсем не подумав о том, что мама и в самом деле может волноваться и ответила Кириллу:
- Пошли!
Соня была счастлива от того, что Кирилл хочет познакомиться с её семьёй, и её знакомит со своими родными. Она понимала, что делает он это не ради простого любопытства. Она чувствовала, что их отношения не простое, совсем не случайное знакомство! Быстро, всё очень быстро произошло, но обманывать и скрывать свои чувства, не было сил ни у одного, ни у другого.
15
Соня с Кириллом поднялись на третий этаж. Она не стала открывать дверь своим ключом, отлично зная, что когда мама пойдет открывать, обязательно заглянет в зеркало и приведет себя в порядок.
Мама открыла дверь и замерла глядя на них. Соня вошла в квартиру и, приглашая Кирилла за собой, сказала:
- Мама познакомься, это Кирилл! Кирилл, это моя мама Полина Викторовна!
Было заметно, что девушка немного смущалась и радовалась одновременно. Кирилл шагнул вперёд, встал перед Сониной мамой и, глядя на неё, чётко произнёс:
- Здравствуйте, я Кирилл Назаров!
Он представился так, что казалось, сейчас стукнет каблучками. Соня улыбалась, наблюдая за ним. Полина Викторовна поняла, что вот та причина, по которой её дочь летала последние дни по квартире, как бабочка.
Она внимательно посмотрела на сияющую Соню, на Кирилла и, освобождая проход, произнесла:
- Здравствуйте! Проходите, пожалуйста!
Кирилл улыбнулся ей и с досадой произнёс:
- Спасибо, но сегодня уже поздно и мне нужно ехать.
Повернувшись к Соне, взял её за руку и сказал:
- Вернусь из командировки приду в гости по-человечески, не набегом.
Он обернулся к Полине Викторовне и произнёс:
- А сейчас извините, я должен попрощаться. До свидания!
Кирилл ушёл, а Соня с мамой ещё какое-то время постояли в коридоре глядя на закрытую за Кириллом дверь и прошли на кухню. Полина Викторовна опустилась на стул и, не сводя с дочери глаз, настороженно спросила:
- Теперь давай дочь, рассказывай, что это было? Почему молодой человек не прошёл? И вообще, кто он такой? Всё так быстро произошло, что я ничего не успела понять?
Мама, видя глаза дочери, отлично понимала, кто это и что между ними происходит, но чтобы не смущать её, сделала вид, что ничего не заметила и не о чём не догадывается. Она решила, дать возможность дочери, самой всё ей объяснить.
Соня, с волнением поглядывая на маму, произнесла:
- Мам, у Кирилла завтра утром вылет, ему ещё нужно успеть собраться и хорошо выспаться.
Полина Викторовна, почувствовав беспокойство в голосе дочери, спросила:
- А вот теперь с этого места, пожалуйста, поподробнее. Что за вылет? Куда собрать вещи?
Соня налила себе воды и опустилась на стул у стола. Она понимала, что необходимо всё рассказать маме и начала спокойно говорить:
- Мама, я познакомилась с Кириллом, когда ездила к Тане в гости. Они соседи с ней, я приехала рано и долго сидела на лавочке ждала её. Бабушка Кирилла, Евгения Григорьевна, пригласила меня к себе, чтобы я у них подождала подругу. Мы пили с ней чай, потом с прогулки пришёл Кирилл. У них собака Амба, он с ней гулял. Потом пришла Таня, я ушла к ней. Утром мы вместе с Кириллом ехали на автобусе в город, всю дорогу разговорились, потом обменялись телефонами. Вот и всё!
Соня чувствовала, что вся пылает от собственного вранья, но рассказывать подробности той ночи в парке, больной маме, она не могла! Мама, продолжая смотреть на Соню ждала, но она, задумавшись, замолчала глядя куда-то мимо неё.
Немного подождав, мама спросила:
- Соня, ты не ответила, куда ему лететь? И вообще, кто он?
Соня очнулась и, улыбнувшись маме, ответила:
- Мама, он лётчик, работает на вертолёте. Завтра у него очередной вылет.
Мама поверила в её рассказ и успокоилась, поняв, что рядом с дочерью серьёзный, надёжный человек.
16
Кирилл вернулся в пятницу и сразу же позвонил Соне, а в субботу с цветами и тортом пришёл к ним в гости.
Соня взволновано открыла ему дверь. Кирилл стоял и улыбался радуясь их встрече. Она запустила его в квартиру и они, взявшись за руки и пряча их за спины, чтобы не заметила Полина Викторовна, пошли на кухню. Мама посмотрела на них, незаметно улыбнулась, сделав вид, что не замечает, как они идут, прижавшись, друг к другу плечами и сдержанно сказала:
- Прошу к столу!
Пили чай и разговаривали. Полине Викторовне Кирилл понравился. Понравилось, что он рассказывал о своей работе с таким вдохновением. Очень увлечённый человек и работа у него интересная, серьёзная, не по возрасту ответственная. Только уж очень взволованной была Соня, слушая его рассказ. Поглядывая на неё, Полина Викторовна понимала, что дочь с её характером, долго не сможет привыкнуть к такой работе любимого человека и будет постоянно переживать и волноваться за него.
Слушая Кирилла, Полина Викторовна радовалась, что такой серьёзный, мужественный, очень деликатный молодой человек и на лицо очень симпатичный, полюбил её дочь. Улыбаясь, она мечтала о том, что Соня рядом с ним будет по-настоящему счастлива!
У Сони не было ни разу настоящих отношений, она ещё никого не любила. Были, конечно, друзья в школе, во дворе, но это так - посидеть на лавочке, в кино сходить. Но чтобы по настоящему - в первый раз! Полина Викторовна это хорошо знала и чувствовала, что дочь влюблена. Радовалась и одновременно волновалась за неё, уж очень быстро у них всё сладилось. Но видя их влюблённые взгляды, надеялась, что у них крепкие, искрение чувства. В глубине души мечтая, что у Сони всё в жизни будет по-другому, ни так как было у неё с мужем. И если это настоящая любовь, то она желала своей дочери долгой и счастливой жизни с Кириллом.
После обеда Соня предложила Кириллу прогуляться. Он попрощался с Полиной Викторовной, и они ушли. Гуляли весь вечер. Уже давно стемнело. Кириллу пора ехать домой, но расставаться им не хотелось и они искали причины, чтобы оттянуть прощание.
А утром, в воскресенье, Кирилл приехал за Соней, и они поехали к ним, знакомиться с его мамой.
Мама Кирилла, Любовь Анатольевна, оказалась красивой, ещё совсем молодой женщиной. Ей было только сорок пять лет! Она была ещё очень моложавой и энергичной, с открытой душой и всегда с улыбкой на лице, женщиной. Она говорила, делала всё по дому, а сама как будто порхала. Светло зелёные, открытые глаза, высокие чёрные брови и необыкновенного золотистого цвета волосы, придавали её внешности необычайную миловидность и нежность. Она была худенькой и небольшого роста женщиной, рядом с сыном смотрелась маленькой, как девчонка. Кирилл совсем не походил на неё, в нём больше улавливались сходства с бабушкой.
Они обедали, гуляли по саду. Бабушка пригласила Соню на экскурсию в огород и с гордостью всё показывала и рассказывала ей:
- Вот посмотри Сонечка! В большом парнике, кстати, его построил Кирилл сам, своими руками. Посмотри, какие огромные, красные помидоры, это моя гордость! Некоторые экземпляры весят до двух килограммов.
Соня удивлённо опустилась у одного из кустов, глядя на изобилие красных великанов, с восхищением произнесла:
- Я таких размеров не видела даже на рынке! Одной помидорины хватит на салат на всю семью!
Кирилл сидел на крылечке, в ожидании окончания их с бабушкой экскурсии и скучал. Накрыв на стол, чай с тортом мама вышла к нему и села рядом. Заметив печально сидящего сына, спросила:
- Сынок, о чём грустишь?
Кирилл только пожал плечами, но ничего не ответил ей. Мама улыбнулась, обняла сына и ласково сказала:
- А и не надо ничего говорить! Я и так всё понимаю!
Кирилл посмотрел на неё удивлённо и спросил:
- Что ты понимаешь, мамочка!?
- А то, что мой сын влюблён и влюблён по-настоящему, на всю жизнь!
Кирилл внимательно глядя, в её сегодня немного бирюзовые из-за яркого солнечного света глаза, печально произнёс:
- Да, мама, ты права! Я очень люблю Соню! Так люблю, что каждую секунду своей жизни, боюсь её потерять!
- А почему ты думаешь, что сможешь её потерять?
- Не знаю, мама! Но у меня этот страх не проходит, особенно последнее время.
- А ты признайся ей в своих чувствах и тогда всё поймёшь и успокоишься.
- Я боюсь, а вдруг она скажет мне, что я дурак и чтобы шёл к чёрту!
- Глупый! Соня любит тебя!
Кирилл повернулся к маме и пристально глядя на неё, спросил:
- А ты откуда знаешь?
Любовь Анатольевна улыбнулась, пытаясь прижать к себе огромного сына и очень нежно произнесла:
- Сынок, я мама и мне всё видно без слов! Поэтому не бойся, она ответит тебе взаимностью. Соня очень хорошая девушка, нам с бабушкой очень нравится, и мы будем счастливы, если вы поженитесь. И будет у меня двое детей Кирилл и Сонечка!
Она вздохнула, прижавшись к плечу сына и серьёзно напутствуя его, сказала:
- Только всё в кучу не собирай! В чувствах признайся, а выйти замуж предложение сделай позже. Подгадай к какому-нибудь празднику, организуй всё красиво, торжественно. Так, чтобы Соня запомнила это на всю жизнь! Это такое радостное событие для женщины! Это будет один из незабываемых дней в вашей жизни и нужно, чтобы воспоминания о нём были красивыми. Ты не представляешь, как она его ждёт и волнуется!
- Кто, Соня!
- Все женщины сынок, в том числе и Соня!
Кирилл пристально посмотрел на маму и, обняв её, улыбнулся.
Из-за угла дома вышли Евгения Григорьевна с Соней, в руках она несла большую корзинку. Ей бабушка собрала целую корзину помидор, огурцов, перцев и всякой зелени. Кирилл поднялся им навстречу, улыбаясь, взял из рук Сони тяжёлую корзину. Поставив её на крыльцо, он внимательно посмотрел на девушку, как будто хотел увидеть в её глазах подтверждение маминых слов. Она в ответ только улыбнулась.
Евгения Григорьевна посмотрела на девушку и сказала:
- Я собрала эту посылочку Сониной маме с наилучшими пожеланиями!
Любовь Анатольевна поднимаясь с крыльца сказала:
- Вот и хорошо, а я потом позже, чтобы не завяли, нарежу цветов. А сейчас пошлите пить чай, всё готово!
Так прошёл весь день. Вечером, увозя Соню, домой с корзиной овощей и огромным букетом цветов, Кирилл с сожалением произнес:
- Вот и закончились выходные! Теперь до следующей встречи ждать целую неделю. Мамины выходные, как не печально, но прошли!
Соня повернулась к нему и удивлённо спросила:
- Почему мамины?
- Потому что они были посвящены двум мамам, а вдвоем мы с тобой общались только в машине при переездах, да вчера погуляли немного по городу. Но у нас ведь будет с тобой еще много времени, правда?
Соня коротко ответила ему:
- Да, правда!
Отвернувшись к окну, она улыбнулась и подумала:
- «Много, очень много у нас тобой будет времени, Кирюша! Потому, что я не хочу с тобой расставаться, никогда! Я хочу, чтобы всю жизнь ты был рядом со мной, чтобы любил меня и заботился обо мне!»
Они долго ехали молча. Соня глядя в окно продолжала думать:
- «Как быстро и приятно изменилась моя жизнь. Я чувствую, я знаю, что люблю Кирилла! Я знаю, что он мне нужен! Нужен так, что если он всё исчезнет из моей жизни, то всё померкнет! День для меня станет ночью и уже не понятно для чего и ради чего тогда жить!? Но я уверена, что этого не случится, потому что я чувствую, что нравлюсь Кириллу. Я знаю, что мы могли бы быть вместе. Но когда!?»
17
Кирилл уехал в командировку. В его отсутствие Соня жила, казалось, привычной, обычной жизнью, но это было ни так. Её жизнь изменилась полностью! Она, просыпалась с улыбкой, потом целый день ходила и не переставала, счастливо улыбаясь новому дню и всему окружающему. На гул пролетающего самолёта, останавливалась и стояла глядя в небо с тревогой думая:
- «Кирюша, милый, родной мой, я жду тебя! Ты представить себе не можешь, как я тебя жду!»
За всё время учёбы в техникуме это была первая не лёгкая для Сони сессия. Она готовилась к ней с большим трудом! Как не старалась, а мысли уходили от изучаемого текста к Кириллу. Она, в очередной раз, всё заставляла и заставляла себя читать заново, пытаясь вдумываться в текст, но мысли уходили далеко от изучаемого материала. Несмотря ни на что, она сдала экзамены на отлично и оказалась в пятерке лучших студентов в их группе!
Её подруга Таня завалила экзамен, не ответив ни на один вопрос, хотя было заметно, что её пытались вытянуть, задавая наводящие вопросы. Иногда прямо подсказывая! Но она ничего не знала, поэтому подсказки ей совсем не помогли.
Соня, сдав очередной экзамен, ждала подругу у окна в коридоре. Таня вышла из аудитории совершено спокойная, невозмутимая и безразличная ко всему происходящему. Увидев подругу, она подошла к ней. Соня, качая головой с досадой спросила:
- Таня, ну что ты наделала?
Таня, нарочно делая удивлённый вид, как будто ничего не понимает, спросила:
- А, что я такого наделала?
Соня с досадой ответила:
- Что, что! Догулялась?
Таня безразлично отмахнулась от подруги. Но Соня была искренне расстроена за неё. Отчаянно пытаясь увразумить Таню, возбуждённо, не скрывая, что очень переживает, говорила:
- Тань, я же тебя предупреждала!
Таня повернулась и, глядя на неё с неподдельным удивлением, с ухмылкой спросила:
- Я не поняла, ты, что расстроилась из-за меня!?
- Конечно, расстроилась! Ты моя подруга и мне не безразлично, что с тобой происходит!
Зло, даже с какой-то агрессией, Таня ответила:
- Ну и дура, ты Сонька!
Соня смотрела на неё и, не понимая её поведения, спросила:
- Тань, что с тобой происходит? Расскажи, поделись, может быть, я смогу помочь чем-то?
Таня ехидно смотрела на подругу и улыбалась. Не меняя тона, зло, с какой-то незнакомой Соне свирепой гримасой на лице, она сказала:
- Чем ты можешь мне помочь!?
Соня пыталась не обращать внимания на её поведение, на её неприятные косые взгляды и искренне волнуясь за неё, продолжала с беспокойством, говорить:
- Тебя же отчислят, что с тобой!? Таня, ты же не была такой!
Соня не унималась, она, пыталась достучаться до подруги, но Таня стояла совершенно равнодушная к происходящему. Зло, с презрением она посмотрела на Соню и ответила:
- Всё в этом мире меняется и я тоже!
- Но, почему, Таня!? Что случилось, что произошло с тобой!? Я понимаю, что тебе нужно помочь, но не знаю как!?
- Я знаю! Одолжи миллион!
- Таня, я серьёзно!
- А если серьёзно, то скучно. Скука, просто жуть! Мне надоело учиться, сидеть за партой, как школьница, писать эти грёбанные конспекты. А что впереди!? Бесконечные задницы больных, уколы и капельницы. Я не хочу такой жизни, это скучно и противно!
- Ну, если тебе не нравится профессия медика, пошла бы в другой техникум, получила другую профессию. Нашла бы то, что тебе по душе!
- Да причём здесь тут другой техникум, я в принципе не хочу учиться! Понимаешь, ты! Если бы не родительские деньги, давно бы бросила всё, а им, блин, каждый семестр зачетку показывай, как надзиратели ходят, контролирую. И ты ещё пилишь, не надоело?
- Таня, но я же хочу как лучше!
Таня резко повернулась к ней, наклонила голову вперёд, глаза горели не знакомым блеском. Соня не понимая поведения подруги, даже отступила назад. Таня, сжав зубы, зло произнесла:
- А ты знаешь, как лучше!
Соня растерянно, совсем не узнавая подругу, молча смотрела на неё. Таня, раскачиваясь на пятках, держа руки в карманах брюк, сказала:
- Чё смотришь, не знаешь!? Ладно, хватит проработки, я пошла, отмечать. Меня друзья ждут.
Не дожидаясь ответа, Таня хотела уйти, но Соня взяла её за руку и испуганно спросила:
- Какие друзья, Тань, ты с кем связалась?
Таня резко повернулась к ней, грубо отдёрнув руку и ещё злее, сквозь зубы произнесла:
- Ты завязывай, подруга, так говорить! Связалась! Это я с тобой - дурой, связалась! Поржать над тобой хотели и то не получилось.
Соня смотрела на подругу, не понимая, о чём она говорит. Видя как Таня, грубо ухмыльнувшись, засмеялась, со страхом переспросила:
- Ты о чём, Таня, я не поняла?
Соня стояла, со страхом глядя на подругу, боясь услышать от неё что-то страшное. Таня засмеялась и зло, оглядывая её с головы до ног произнесла:
- Я давно тебя спросить хотела, но как-то случая не было. Что за лох с собакой тебя в парке спасал?
Соня удивленно смотрела на Таню, не понимая её. Медленно, почти на распев спросила:
- А ты откуда знаешь?
Таня засмеялась, глядя на Соню с такой ехидной улыбкой, что Соне стало не по себе и мурашки побежали по телу. Отступив от подруги, она, поняв всё, с ужасом произнесла:
- Так это ты всё устроила, специально!?
Таня продолжала смеяться, уже держась за живот. Соня глядя на корчившуюся подругу, с обидой и ужасом произнесла:
- Ты с самого поступления, вот уже полтора года, была мне лучшей подругой. Разве друзья так поступают? Это подло и низко! Я больше не хочу тебя видеть, я не хочу тебя знать!
Соня резко повернулась и пошла по коридору от Тани, с трудом сдерживая от обиды слезы. Вслед ей кричала уже бывшая подруга:
- Ну и вали, больно надо!
Выплакалась Соня только дома, благо никого не было! Забежав в квартиру, не раздеваясь, упала на кровать и ревела. Ревела, пока не устала от собственного плача. Немного успокоившись, встала и пошла умываться.
В ванной, глядя на себя в зеркало, она подумала:
- «Что я реву так, дурочка! Это, в конце концов, не конец света и бес такой подругу я прекрасно проживу! Конечно, очень обидно, что человек, которого я считала другом, предал меня. Но в жизни, к сожалению, так происходит часто! Человек, которого ты считаешь другом, оказывается совсем ни тем человеком, что тебе казалось. По большому счёту нас ничего не связывало! Вместе учились, иногда ходили в кино, но за всё время обучения так и не сблизились по-настоящему. А если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны, то если бы Танька не подстроила этой поездки к ней в гости, то я бы не встретила Кирилла. А это самое счастливое событие в моей жизни! Так, что Бог с ней, пусть живёт, как хочет! Я больше не буду лезть к ней со своими вопросами и желанием помочь. Не хочу её больше знать!»
Соня успокоилась и начала думать о Кирилле, вычеркнув из своей жизни Таню.
18
Как и посоветовала Кириллу мама, вернувшись из очередной командировки, он запланировал и пришёл к Соне с большим букетом белых роз. Дома она была одна и, открыв дверь, увидев его с цветами, отступила назад, рукой придерживая рвущиеся из груди сердце.
Кирилл шагнул через порог, закрыв за собой дверь. Подошёл к Соне и, отдав ей цветы, взволнованно сказал:
- Сонечка, я хочу сказать тебе, что очень люблю тебя! И скучаю по тебе, каждую минуту!
Соня прижала к лицу розу, вздыхая их аромат, не в силах сказать хоть слово, счастливо, восторженно смотрела на Кирилла. Он взял её за руку и спросил:
- Соня, милая! Я хочу знать, как ты относишься ко мне? Любишь ли ты меня?
Соня отодвинула цветы, подняла сверкающие счастьем глаза и на одном дыхании ответила:
- Да, Кирюша, милый! Я очень люблю тебя! С той первой минуты как увидела тебя утором в саду!
Кирилл обнял её и крепко поцеловал. Потом, немного отодвинул от себя и, не отпуская из объятий, улыбаясь, спросил:
- Не понял? А почему утром, если с первой минуты, как увидела?
- Я до утра ничего не видела и не соображала!
- Хорошо, что ты опоздала на маршрутку, уехала бы, и мы с тобой никогда не встретились! Как подумаю об этом, так страшно становится.
Он прижал её к своей груди, и они долго стояли, не проронив ни звука. Зазвенел звонок в дверь, но она была не заперта и, толкнув её, вошла Даша, пришедшая из школы. Посмотрела на них, ухмыльнулась и, проходя мимо, спросила:
- Что стоите-то в коридоре, всё открыто!? А цветы, по какому поводу? Какой сегодня праздник?
Кирилл улыбаясь, повернулся к Даше и, держа в объятиях Соню, торжественно, без стеснения сказал:
- Дашенька, сегодня у нас с Соней большой праздник! Самый большой и радостный праздник в жизни. Праздник любви! Мы любим друг друга и нам от этого очень хорошо!
Даша с пониманием покивала головой и посмотрела на него, такими же глазами как у Сони. Но его поразило, что совершенно одинаковые, в тоже время совершенно разные у них были глаза! Взгляд у Даши был какой-то совсем другой и из-за него глаза теряли ту красоту, которая поразила Кирилла, когда он первый раз увидел Соню.
Даша постояла немного, с интересом глядя на них и пошла в свою комнату, немного раскачивающейся походкой, делающей её похожей на уточку. Закрыв дверь, громко включила музыку и занялась своими делами.
Соня с Кириллом ушли в её комнату и долго сидели на диване, обнявшись. Им не нужны были слова, их сердца переплелись воедино и в полном счастье они сидели улыбаясь. Улыбались, понимая, что теперь их дорожки слились вместе и дальше по жизни они пойдут рядом, любя и заботясь, друг о друге!
До Нового года Соня с Кириллом встречались все свободные от работы и учёбы дни. Всего два раза, на выходные попадали его командировки, но влюблённые всё равно находили время, чтобы увидеться.
На Новый год у Кирилла был отпуск, на целых десять дней! Он купил им с Соней путевки в пансионат на празднование Нового года. В его планах было, под бой курантов сделать Соне предложение руки и сердца. Он давно понял, что жить без этой доброй, красивой девушки не сможет, что он её очень любит и для него огромное счастье знать, что она рядом с ним! Кирилл уже давно знал, что сделает ей предложение, только ждал наступления праздника, чтобы придать особую торжественность этому серьезному событию в их жизни.
Ни раз, вспоминая мамины слова, Кирилл очень готовился к этому важному для них с Соней дню. Она чувствовала, что должно что-то произойти в их отношениях в эти дни, и в ожидании поездки очень волновалась.
Они ехали в пансионат по заснеженной дороге на машине Кирилла. Ехали, любуясь красотой зимнего леса, пытаясь разговаривать о тёплой зиме, заснеженном лесе, делиться впечатлениями о красоте за окном, но не могли отвлечься от своих мыслей. С волнением думали о том, что ждёт их там впереди, в пансионате. Кирилл улыбался и поглядывал на свою любимую девушку, мечтая, что скоро она станет его женой, и они уже никогда не расстанутся, всегда будут вместе, проживут длинную и счастливую жизнь. Соня ехала, понимая, что в эти дни в пансионате, должно что-то произойти, что определит их дальнейшие отношения. Она очень любила Кирилла и была готова на всё, что преподнесёт ей эта поездка.
Всё что произошло, по приезду в пансионат, не было для них сюрпризом, но то, что это было самым лучшим праздником в их жизни, они понимали оба. Под бой курантов Кирилл опустился перед Соней на одно колено, взял её за руки и взволнованно, но стараясь, как можно торжественнее, произнёс давно подготовленные слова:
- Соня милая, я очень люблю тебя и прошу быть моей женой!
Соня смотрела на него затаив дыхание, боясь пошевелиться. Кирилл, подождал немного и спросил:
- Ты выйдешь за меня?
Она покраснела от волнения, от счастья и радостно ответила:
- Да, Кирюша, милый, конечно, да!
Соня произнесла эти слова, проглотив комок, подкативший к горлу. Слёз не было, просто от счастья так перехватило грудь, что не было воздуха, чтобы вздохнуть. Кирилл, не вставая, вытащил из кармана красную коробочку, достал из неё кольцо и надел Соне на палец. Подскочил на ноги, на ходу выдыхая воздух, собравшийся от волнения в его груди и начал целовать теперь уже свою невесту. Три дня праздника они провели в полном наслаждении друг другом, они любили друг друга, и их счастью не было границ!
Возвращаясь из пансионата, всю дорогу они разговаривали, строя планы на будущее. В их разговорах уже не было ни робости, ни стеснения. Они открыто, с полным доверием, говорили друг другу о своей любви, о том, что теперь будут всегда вместе, мечтая, какая у них будет большая и счастливая семья!
На правах будущего мужа, конечно, больше говорил Кирилл, строя планы на их будущую совместную жизнь, а Соня, улыбаясь, слушала его и только совсем соглашалась.
- С работы уволишься! Я мужчина, поэтому должен… Даже не должен, а просто обязан сделать всё, чтобы моя жена была счастлива и ни в чём не нуждалась! Будешь учиться, нужно обязательно окончить техникум и поступить в институт. Ты мечтала стать настоящим врачом, и мы с тобой сделаем для этого всё! Обещаю тебе, родная!
Соня, внимательно выслушав его, растерянно спросила:
- Как же Кирилл!? Я обещала маме, что буду ей помогать, ей одной трудно, она так болеет?
Ласково улыбнувшись, Кирилл ответил:
- Милая, сейчас ни ты, а мы будем помогать нашим родителям!
Соня удивлённо смотрела на него, понимая, что такую большую семью одному человеку просто не вытянуть и сказала:
- Но тебя одного не хватит на всех!
Кирилл совершенно спокойно, с полной уверенностью, в свои силы и возможности, ответил:
- Хватит, милая, не волнуйся! Я очень сильный и у меня столько энергии, ты даже представить себе не можешь! Поэтому не сомневайся, я сделаю всё, чтобы вы были счастливы и ни в чём не нуждались. Сейчас я буду жить только для вас, для моих самых родных и самых близких людей!
Он притормозил машину, подтянул к себе Соню и крепко поцеловал её. Посидев немного молча, Кирилл, взглянув в её голубые, светящиеся необычайным нежным цветом глаза, по-деловому сказал:
- Сейчас заедем к тебе. Сначала твоей маме объявим о нашей свадьбе, потом поедем ко мне и сообщим радостную новость моим. Ты не представляешь, как они будут рады!? А завтра с утра в Загс!
19
Приехав домой к Соне, молодые просто влетели в квартиру. Не скрывая своей радости, Соня с порога сказала:
- Мама у нас для тебя новость!
Кирилл, вытянувшись, очень серьёзно произнёс:
- Полина Викторовна, я прошу у вас руки вашей дочери!
Соня растерялась сначала, потому что они не обговаривали то, как будут сообщать о предстоящей свадьбе маме, но ей очень понравилось, что Кирилл решил это сделать именно так!
Полина Викторовна, услышав об этом немного взгрустнула. Села на стул и, казалось, печально улыбаясь, смотрела на дочь. Соня растерялась, не понимая её реакции и спросила:
- Мама ты, что не рада за нас!
Спохватившись и сменив выражение лица, Полина Викторовна, виновато улыбаясь, ответила:
- Нет, нет, что вы!? Я очень счастлива и рада за вас! Просто немножко грустно. Наверное, от того, что ты Сонечка быстро выросла. Так незаметно пролетело время! Я очень хорошо понимаю, что когда дети вылетают из гнезда, у них начинается своя самостоятельная жизнь. Так и должно быть в жизни, это и правильно, но грустно доченька от того, что я не смогу тебя видеть каждый день. Но вы, Соня, Кирилл, нисколечко не сомневайтесь в том, что очень рада за вас! Да и как мне не радоваться, ведь моя дочка выходит замуж за прекрасного, во всех смыслах, человека. Как же мне не быть счастливой, зная, что рядом с моей дочерью добрый, отзывчивый, образованный и воспитанный человек, что дочка моя в надёжных и крепких руках. Этому нельзя не радовалась! Я очень рада и счастлива дети мои!
Пить чай и оставаться, молодые не стали. Им нужно было ехать к маме и бабушке Кирилла. Полина Викторовна расцеловала новобрачных, перекрестила их, и они уехали.
Проводив Соню с Кириллом, Полина Викторовна долго сидела в тишине, не включая свет. Сидела на кухне глядя на качающийся фонарь на улице и вспоминала свою молодость и то, как они поженились с мужем.
Родом она из деревни. Рано осиротев, Полина жила с тётей Кларой, родной сестрой отца, там она и окончила школу. После окончания школы, она переехала в город и жила у второй своей тёти, уже родной систры матери - Леры. Тётя Лера после смерти родителей осталась одна в трёхкомнатной квартире. Замужем никогда не была, детей у неё не было. Она всегда помогала Кларе, и они вдвоём растили сироту.
После окончания школы тётя Лера забрала племянницу к себе. Полина училась в техникуме, на вечернем отделении при заводе. И вместе с тётей там и работала. Полина была табельщицей в сборочном цеху, а тётя работала на проходной.
Уже больше года Полина встречалась с однокурсником, была знакома с его родителями и они планировали пожениться. Её тётям, жених Полины, очень нравился и они с радостью готовились к предстоящей свадьбе, хотя и понимали, что она слишком молода ещё для семейной жизни. Полине было тогда только двадцать! Но тётушки очень любили единственную племянницу, поэтому всегда с пониманием принимали все её решения.
Однажды к тёте Лере, с посылкой из их деревни от тёти Клары, зашёл молодой человек. Полина не успевала сбегать на обед и, заскочив к тёте, попросила у неё что-нибудь перекусить. Зашла к ней, а там он! Полина его сразу узнала, это был её одноклассник Акимов Максим. Он вернулся из армии и за это время так изменился, так возмужал, стал таким красивым, что Полина даже растерялась! Коротко поздоровавшись с ним, убежала.
В ближайшие выходные Полина со своим женихом и его родителями поехали в деревню, как бы сватать её, но если конкретней, то просто договариваться о свадьбе, потому что у молодых и родителей всё уже заочно было решено.
После длинного обеда с разговорами о свадьбе, Полина решила прогуляться по деревне. Пошла одна, жених не захотел «кормить комаров». У школы она встретила несколько человек из своего класса. Они сидели на куче старых брёвен и громко, весело что-то обсуждали. Полина подсела к ним и рассказала, что выходит замуж и навсегда остаётся в городе. Одноклассники её поздравляли и желали счастливой жизни, уже планируя, как будут веселиться на её свадьбе.
К их компании на мотоцикле подъехал Максим Акимов. Он предложил Полине прокатиться. Она никогда раньше не общалась с ним и всегда избегала его, стараясь избавить себя от его излишнего внимания к ней не только в школе, но и вовремя прогулок и прочих развлечений. Попросту, она его не замечала! На удивление одноклассников, Полина согласилась. И они уехали!
Уехали и вернулись только через месяц, со свидетельством о браке! Что тогда было в деревне, просто не высказать! Сначала их искали, думали, что что-то случилось, подняли на ноги всех и друзей, и соседей, и милицию. Но потом, когда друг Максима принёс записку Полиной тёте, всё стало понятно. Они написали, что любят друг друга и не вернутся назад!
Свадьба, конечно, расстроилась. Жених и его родители в гневе уехали, а Полинины родственники погоревали и постепенно успокоились, приняв выбор девочки как неизбежность.
Вернувшись через месяц уже, будучи мужем и женой домой, Полина с Максимом выслушали всё, что думали о них и друзья, и родственники, отпраздновали свадебку и уехали жить к Полининой тёте Лере в город.
Так они зажили своей не долгой, но очень счастливой жизнью! В скорости тётя умерла, оставив им всё своё наследство, и они остались жить в квартире бабушки и дедушки Полины. Потом родилась Сонечка, потом Дашенька и всё… Всё закончилось!
Полина Викторовна никогда не рассказывала дочерям, о том, как они с Максимом поженились. Ей было неловко говорить дочерям, что она бросила жениха перед самой свадьбой и сломя голову убежала за Максимом. Девочки знали только то, что их родители учились в одном классе и, вернувшись из армии, папа сделал маме предложение.
Полина и Максим очень любили друг друга и, поняв это буквально с первого взгляда, в одночасье смогли изменить всё в своих судьбах!
20
Кирилл с Соней приехали к нему домой. Войдя в дом и держась за руки, улыбаясь, Кирилл громко сказал:
- Ну, вот мои дорогие, мы хотим вам сообщить, что мы с Соней решили пожениться!
Любовь Анатольевна с бабушкой обнимали их, целовали и бесконечно поздравляли друг друга. Они очень обрадовались этой новости! Было ясно, что это желание не одного человека, этого хотели все члены семьи.
Уже позже, сидя за столом, за чашечкой чая, они спокойно разговаривали, расспрашивая молодых об их планах и, мечтая, как они все вместе будут жить долго и счастливо.
Кирилл поехал провожать Соню домой. Оставшись одни, Евгения Григорьевна сказала:
- Знаешь Любочка, говорят, что для мамы женившей своего ребёнка и, оставшейся одной, наступает совсем другой, новый период жизни. Наступает вторая молодость! Время чтобы изменить свою личную жизнь, возможность как-то улучшить её, чтобы не грустить в одиночестве.
Любовь Анатольевна, удивлённо посмотрев на Евгению Григорьевну, ответила:
- Мама ты о чём? Моя личная жизнь это ты, Кирилл и теперь Сонечка. У меня был только сын, а теперь будет и дочка. Я безмерно рада и у меня нет ни намёка на грусть! Кирилл, встретил и полюбил прекрасную девушку, глядя на неё, я не нарадуюсь, прекрасный, светлый человечек. Что ещё нужно мне в жизни, лишь бы мои дети были счастливы!? Разве ни это самое главное для матери!? Исполнилась мечта Павлика, у нас теперь есть дочка Сонечка! И что-то менять в этой, своей личной жизни, я не собираюсь и не хочу! О чём сейчас мне вспомнилось, так это о том, как мы с Пашей познакомились.
Сдержав себя, чтобы не расплакаться, она рассказала:
- «Мы когда с Пашей познакомились, мне было всего восемнадцать, а он уже отучился в лётном училище. Встретились мы совершенно случайно! Он в свой первый отпуск по дороге домой, заехал к другу, с которым вместе служил. А я в выходной с подругами гуляла в парке.
У нас в Снежинске центральный парк так красиво сделан. Стоит как бы на возвышенности, а вокруг кольцом город. Издалека видно, карусели смешанные с лесом. Там нет специальных насаждений, просто на большом массиве леса сделали парк, проложив извилистые дорожки между деревьями. С большого колеса обозрения видно весь город. Так красиво, просто прелесть! И очень много широких, украшенных лепными вазами и скульптурами лестниц.
Вот, в тот воскресный день, бежала я по ступенькам, торопилась догнать девчонок, а Павлик меня окликнул. Я обронила зонтик. Догнал он меня, протянул мне зонтик и замер. Он стоял, смотрел на меня и молчал, и я молчала. Потом прямо в лоб, говорит мне:
- «Здравствуйте, меня зовут Павел. Можно пригласить вас на свидание?»
Я чуть с лестницы не упала! В жизни со мной такого никогда не бывало. У меня, конечно, были знакомые парни, но обычно знакомилась я с ними через кого-то, или у кого-нибудь в гостях, а чтобы так на улице, как-то неожиданно было. Это, наверное, и есть судьба, потому что, пожав плечами я, без малейшего колебания ему ответила:
- А я Люба!
Потом, после всего одного единственного свидания, он уехал домой, сюда к вам. А возвращаясь в гарнизон, заехал ко мне в Снежинск. Я всю жизнь удивляюсь тому, как родителя меня отпустили! Наверное, если бы тогда у нас в гостях не было бабы Кати всё вышло бы по-другому. Мы бы с Пашей были вместе, но только ни так быстро. А бабуля стукнула тогда своим батожком и строго, престрого сказала:
- Чего заблажили! Не уж-то не видите, как они любят друг друга, и парень сурьёзный, надёжный и чего ж тогда боитесь!? Скоро у них всё сладилось – да! Но он же военный и у него служба серьёзная, некогда хороводы водить. А выучиться и с мужем можно, лишь бы мир и понимание промеж них было.
Это была любовь с первого взгляда! Ни мне, ни ему уже не нужен был никто! Мы попросту никого не видели и не замечали вокруг. Весь мир у нас сосредоточился только друг в друге. Мы друг для друга и были всем миром, всей вселенной! Я уверенна, что если бы он остался в живых, то мы прожили счастливую жизнь. Я была бы ему верной женой, вот таковой и хочу остаться!»
Евгения Григорьевна с любовью и благодарностью, глядя на сноху, растроганно сказала:
- Ты прости меня Любочка и спасибо тебе! Спасибо что сумела дать моему сыну хоть не долгое, но счастье, что любишь его всю жизнь.
Они не смогли больше ничего говорить, обнявшись, опять расплакались, с грустью и радостью думая о будущем.
21
В первый же рабочий день Загса, после новогодних праздников, молодые подали заявление. И началась волнующая подготовка к свадьбе.
Возвращаясь из Загса, сидя в машине, молодые рассуждали о своей совместной жизни. Кирилл предложил:
- Жить я предлагаю на съёмной квартире, хотя бы первое время.
Соня удивлённо повернулась к нему и сказала:
- Мама предложила жить у нас, она переедет в мою комнату, а мы в её.
Улыбнувшись, Кирилл ответил:
- А моя мама предложила у нас, в моей комнате.
Соня растерянно спросила:
- И как же мы решим это, чтобы никого не обидеть?
- Я поэтому и предлагаю съемную квартиру! Так мы с тобой никого не обидим, а когда родится ребенок…
Соня, улыбаясь, посмотрела на него. Кирилл очень серьёзно взглянул на неё и сказал:
- Что, ты улыбаешься? У нас обязательно будут дети, мальчик и девочка, для начала!
Соня, засмеявшись, сказала:
- У тебя Кирюша, далеко идущие планы! И почему для начала?
- Ни смейся, милая, но на меньшее, я не согласен! У меня не было ни сестёр, ни братьев, поэтому я хочу большую семью.
Посмотрев внимательно на Соню и видя, что она не возражает, продолжил говорить:
- Так вот! Когда ребёнок родится, тогда и переедем к твоей маме. В городе удобнее, работа рядом, учеба твоя. На выходные будем уезжать к моим за город. Ребёнку ведь нужен свежий воздух, а там дальше посмотрим. Будем решать вопросы по мере их поступления.
Соня повернулась к нему и спросила:
- Хорошо, с житьём – бытьём понятно! А со свадьбой, как решим? Я хочу белое платье, строгое, прямое и цветы в волосах.
- Это тебе решать, хочешь шумную, большую свадьбу, кортеж наряженных машин, всё тебе будет, только скажи!
- Нет, нет, я не хочу никакого шума! Зарегистрируемся и отметим своей семьёй. Это наш праздник и я не хочу много незнакомых людей. Только своих, родных и близких. Я не хочу этот праздник делить ни с кем!
Кирилл обнял её и, не останавливая машины, поцеловал в щёку. Соня отстранилась и с волнением произнесла:
- Что ты Кирюша, осторожно! Мы же на дороге.
Он вздохнул, но с радостью. Приятно чувствовать, что твой любимый, беспокоится и волнуется о тебе. В очередной раз Кирилл улыбнулся и, пытаясь быть серьёзным, сказал:
- Хорошо, больше не буду! Значит, со свадьбой решим и всё сделаем, так как ты хочешь, милая. Только к свадебному платью обязательно перчатки белые, длинные, до локтя.
Оба засмеялись.
22
Подготовка к свадьбе оказалась очень хлопотной работой и занимала уйму времени. В ателье заказали платье для невесты, купили костюм для Кирилла. Все вместе составляли списки самых близких, тех, кого пригласят на свадьбу. Составили меню и начали закупать продукты.
В хлопотах и заботах месяц пролетел очень быстро. Подошло время свадьбы! Молодые расписались в Загсе и поехали на собственную свадьбу за город. Народу было немного, но родители совместно наготовили столько, что гулять решили два дня.
После первого свадебного дня, многие гости остались ночевать. Любовь Анатольевна разместила их в Кирилловой комнате, а молодые уехали на новую, съёмную квартиру.
Утомлённая за день Соня, села в машину и закрыв дверь, обрадовалась, что наконец-то они одни. Посмотрела на бодрого, счастливого Кирилла и устало спросила:
- Куда мы едем?
- Я для тебя приготовил сюрприз!
Кирилл поцеловал жену в щеку и прижал к себе покрепче. Соня отстранилась от него, укоризненно покачав головой и показывая на дорогу. Они поехали.
Она смотрела в окно, улыбаясь своему счастью и тихо, спокойно произнесла:
- Последние месяцы моей жизни, это сплошной сюрприз!
Кирилл улыбался, поглядывая на жену. Радуясь тому, что он самый счастливый человек на земле, что рядом с ним самая красивая и самая нежная девушка на свете!
Они уже ехали по городу и уставшая Соня, вдруг встрепенулась, глядя в окно, сказала:
- Ой, мы едем мимо моего техникума!
Кирилл, улыбнулся, наблюдая за женой и ласково сказал:
- Да, мы будем жить рядом с твоим техникумом. Я не хочу, чтобы моя жена ездила на транспорте и мёрзла на остановках. Я хочу, чтобы ей жилось удобно и комфортно.
Заехав в небольшой дворик и найдя место для парковки, Кирилл радостно произнёс:
- Всё приехали!
Он вел жену за руку в снятую им квартиру и, поднимаясь по ступенькам, говорил:
- Соня, мы идем с тобой в новую жизнь! Хочу, чтобы она у нас с тобой, была долгой и счастливой!
23
Кирилл с Соней прожили в съемной квартире почти два года, Соня окончила техникум и уже работала в клинике медицинской сестрой. С институтом они совместно решили подождать, потому что через пять месяцев у них должен родиться сын.
Молодые, в квартире Сониной мамы Полины Викторовны, начали делать ремонт. Она, уже давно жила в гостиной, освободив свою спальню для Сони, потому что не могла там находиться! С переездом дочери с мужем к ней, решила отдать им самую большую комнату в их трёхкомнатной квартире, в которой жила всё время после смерти мужа.
Жили они втроём, каждый в своей комнате, встречали редких гостей и праздновали праздники на кухне.
Кирилл пригласил профессиональных строителей. Они по очереди сделали ремонт во всех комнатах. Даже в ванной и туалете, поменяли давно устаревший тёмно-сиреневый под мрамор кафель. И от светло-бежевого кафеля, с красивым косичкой бордюром, ванная просто засветилась.
Закончив ремонт, они купили новую мебель и шторы в свою комнату. На кухню купили большой стального цвета холодильник.
Через два месяца всё было готово, и молодые переехали. Устроились быстро и начали готовиться к рождению сына.
Даша к этому времени уже закончила девять классов, но внешне выглядела лет на двадцать. Ростом и по фигуре она была крупнее Сони. У сестёр были одинаковыми только глаза! В остальном они были совершенно разные и не похожи друг на друга ни внешне, ни характером. Даша красила глаза и одевалась, вызывающи, маме дерзила, по дому ничего не хотела делать. После переезда, Соня пыталась пристыдить сестру, приобщить её к домашней работе, но это было бесполезно и они с Кириллом решили не связываться с непослушной девчонкой, чтобы не расстраивать маму. Полина Викторовна очень переживала из-за Даши и часто незаметно плакала.
Только переехав, Соня поняла, почему мама так сдала за последние два года! Она похудела, постарела, постоянно мерила давление и хваталась за сердце. Соня поняла, что мама сильно больна и настояла на её обследовании. Старалась сама всё делать по дому и решать все возникающие вопросы с сестрой, оберегая маму.
Ребенок родился, когда Кирилл был в командировке. Как нарочно его не было дома целых пятнадцать дней! Соня с сыном уже выписались из больницы и были дома. Их выписали в срок. Ни у мамы, ни у ребенка не было никаких осложнений.
Встречали её из больницы Евгения Григорьевна и Любовь Анатольевна. Все вместе они приехали на квартиру к молодым. Посидели вечерок на кухне, тихо разговаривая и радуясь рождению ребёнка. Периодически, поочереди заглядывая в комнату, чтобы ещё раз посмотреть на ребёнка. Уже поздно вечером, чтобы не опоздать на последний автобус, свекровь с бабушкой уехали к себе.
Каждый свободный день, если не работала, то Любовь Анатольевна приезжала к ним в гости. Войдя в квартиру, с порога радостно говорила:
- Не могу насмотреться на внука! Такая радость, такая радость! У меня внук! Надо же!
Она научила Соню всему: купать малыша, пеленать его и обрабатывать. У Полины Викторовны были две девочки и как ухаживать за мальчиком, она не знала. А когда увидела в первый раз, то со страхом сказала Соне:
- Ты, доченька сама учись, это твой сын. А я не полезу, мне страшно. Вот перепеленать, покачать, пожалуйста, а всё остальное без меня девочки.
Любовь Анатольевна смеялась над ней, но не настаивала. Она была рада тому, что лишний раз позанимается с ребёнком.
Кирилл вернулся из командировки. Влетел по ступенькам как вихрь. Ворвался в квартиру, подхватил жену на руки и начал кружиться с ней в коридоре, радостно целуя и чуть ли не подкидывая её. Мама стояла в кухонном проёме, наблюдая за молодыми, украдкой вытирала слезы радости за дочку.
Кирилл поставил Соню на пол и с нетерпением произнёс:
- Где он? Веди скорее!
Соня остановила его рукой, строго сказав:
- Стой, к ребенку сразу не пущу. Давай сначала в ванную, мойся с дороги и переодевайся.
Кирилл с сожалением посмотрел на закрытую дверь комнаты, но спорить с женой не стал. Покорно вошёл в ванную и закрыл за собой дверь. Вымылся уж очень быстро! Открыв дверь, вышел с мокрыми волосами и рвался бежать к сыну. Соня удивлённо посмотрела на него и спросила:
- Что уже всё? Так быстро?
- Всё я готов, веди!
Соня улыбнулась глядя на него и шутя, спросила:
- Может сначала, покушаешь, с дороги?
Кирилл удивлённо вытаращил на неё глаза и, возмущаясь, ответил:
- Какое кушать? Мне покажут сегодня сына или нет?
Соня засмеялась и сказала:
- Ладно, пошли, только тихо!
Кирилл осторожно шёл за Соней, ещё в коридоре встав на цыпочки. Войдя в комнату, не дыша, он подошёл к детской кроватке. Его сын лежал в кроватке и крепко спал, посапывая. Кирилл, не отводя от него глаз, восторженно полушёпотом произнёс:
- Какой маленький!
Радостно поглядывая на Соню, Кирилл стоял и, разглядывая сына, не переставал удивляться. Соня подошла к нему, прижалась и, смотря на спящего ребёнка, тихо сказала:
- Что, ты Кирюша, он у нас с тобой совсем не маленький, такой крепыш. Почти четыре с половиной килограмма родился и пятьдесят пять сантиметров. В палате, мы были самыми большими! За две недели набрал почти килограмм, я его уже с трудом поднимаю.
Кирилл подставил стул к кроватке и просидел так больше часа, наблюдая за ребенком. Он был очень хорошим отцом, всё свободное от работы время он посвящал сыну и жене. Помогал во всём! Сам гулял с коляской, в находящемся неподалёку сквере, сам купал сына, приговаривая:
- Мужика растим! Будет крепким и сильным!
А Соня всегда добавляла:
- Такой же, как папа!
Сына назвали Павликом. Это было решено у будущих родителей ещё до рождения ребёнка. Соня, когда услышала печальную историю гибели отца Кирилла, сама предложила ему это.
24
В один из выходных после свадьбы, когда Кирилл был в командировке, а Любовь Анатольевна в рейсе, Евгения Григорьевна рассказала Соне историю их семьи. Оказывается что Любовь Анатольевна не её дочь, как думала Соня, а её сноха!
Павел, отец Кирилла, был её единственным сыном. После окончания лётного училища он был направлен на службу далеко от дома и всего один раз приезжал к ним в отпуск. Родители, прощаясь с ним, не знали тогда, что видят сына в последний раз!
По прибытии на место службы, устроившись, Павел написал им письмо. Сообщал, что ему всё очень нравится и местность, и природа, и люди хорошие, добрые. Евгения Григорьевна с мужем успокоились и жили ожиданием писем от сына.
Прошёл год и Павел приехал в свой единственный отпуск в жизни! Пробыл у родителей две недели и вернулся на место службы. Сразу по возвращению из отпуска, сын написал родителям письмо, что женился. Женился на красивой девушке, с не менее красивым именем Любовь! Прислал свадебную фотографию и обещал, что в следующий отпуск они уже с женой приедут к ним в гости.
Родители очень удивились, ведь он не обмолвился и словом, когда отдыхал у них, и они даже не подозревали, что у него есть девушка! Увидев на фотографии счастливого сына рядом с очень милой девушкой, они очень порадовались за него. Евгения Григорьевна купила красивую рамку и повесила их фотографию на стену. Ждали теперь писем не только от сына, но и от снохи.
Они по письмам познакомились со снохой и переписывались с ней больше, чем с Павлом. Любаша, как ласково её называла Евгения Григорьевна, описывала их жизнь, постоянное отсутствие мужа дома, очень частые вылеты и командировки.
Однажды Любаша прислала письмо, которое привело Евгению Григорьевну с мужем в ужас! Павла перевели на военный вертолёт и отправили в длительную командировку. Любаша писала, что он не сказал ей, куда именно летит, но от женщин их гарнизона узнала, что его отправили за границу. В письме она не могла написать куда именно, но из слов, что его отправили туда, где сейчас совсем неспокойно, мать с отцом поняли, что их сын в Афганистане! Муж как мог, успокаивал Евгению Григорьевну, а сам, украдкой, часто стал держаться за сердце, стараясь делать это незаметно, чтобы не видела жена.
Прошло всего два месяца, и Любаша прислала телеграмму: «Встречайте, еду, везу Павла. Груз 200».
В этот момент для них с мужем остановилась жизнь. Всё закончилось! Был любимый, родной ребёнок, красивый, добрый, ласковый, а по чьему-то страшному велению возвращается домой грузом 200. Из военкомата приходили люди, что-то говорили, организовывали сначала встречу самолёта, потом похороны.
Они с мужем все эти дни были как в тумане, ничего не видя и не понимая вокруг себя. Их на машине повезли в аэропорт. Из грузового отсека большого самолёта на тележках начали выкатывать большие деревянные ящики. За одним из них вышла девушка. Под глазами большие чёрные круги, с ног до головы в чёрном. Её большие глаза слились с лицом и стали непонятного цвета, настолько она почернела.
Евгения Григорьевна смотрела на неё и не узнавала ту весёлую девушку со свадебной фотографии. Обнялись и расплакались, как самые близкие и родные люди. Любаша говорить совсем не могла, тихо плача молчала и испуганно смотрела на всех. Мужчина, сопровождающий её, сообщил им, что она уже вторые сутки молчит, только плачет, а на все вопросы в ответ только мычит. И посоветовал, что после похорон её нужно показать врачу.
Похороны были очень тяжёлыми, такого страшного и горького события в их жизни, ещё не было!
Евгения Григорьевна ухаживала и за Любашей, и за мужем! На следующий день, после похорон сына, мужа увезли в больницу с инфарктом. Её первые дни не пускали к нему, так как он был в тяжёлом состоянии, потом, когда ему стало легче, и его перевели из реанимации в обычную палату, она сидела около него по несколько часов. Дома оставалась Любаша со своей мамой и сестрой. Они, её мама и старшая сестра Вера, как только их семья узнали о смерти зятя, приехали помочь и поддержать Любашу.
Они общими усилиями пыталась расшевелить, как-то растормошить Любашу, но та никак не приходила в себя, совершенно ни на что не реагировала и сидела как замороженная, безучастная, равнодушная ко всему. Евгения Григорьевна думала, что она потеряла рассудок, настолько непонятно иногда было её поведение. Но, не переставая надеется, что она выздоровеет, занималась с ней как с ребёнком. Думать о себе и о своих чувствах, не было времени, позже она думала, что именно это и спасло её!
Ещё не было сорока дней после смерти сына, как умер муж. Евгения Григорьевна думала, что всё позади, болезнь отступила, он начал есть, разговаривать, но в один момент всё остановилось. Сердце не пережило такого удара. Она осталась совсем одна! Была семья и разом ничего! На всём белом свете, ни одного - родного, близкого человека!
Евгения Григорьевна, может быть, и не перенесла всего этого ужаса, если бы около неё всё это время не было Анны, Любиной мамы. Приехав на похороны Павла, Анна Семёновна, видя состояние дочери, осталась у них пожить какое-то время, а получилась так, что после отъезда Веры, ей пришлось организовывать и вторые похороны, уже отца Павла.
Перед возвращением к себе домой в Снежинск, понимая, что дочь с ней не поедет, Анна Семёновна настояла на лечении Любаши в больнице. Как не странно, но ей пришлось убеждать Евгению Григорьевну, что Любашу необходимо лечить и в домашних условиях её не вывести из этого состояния. Они определили её в клинику, поняв, что тянуть с этим нельзя, чем раньше начать лечение, тем будет лучше. Целых два месяц Анна Семёновна прожила у Евгении Григорьевны и уехала только тогда, когда увидела, что она и дочь немного успокоились.
Любашу поместили в клинику и начали обследование. Лечащий доктор сообщил Евгении Григорьевне, что Люба беременная. Срок большой и аборт уже поздно делать, но из-за состояния мамы, за ребёнка он не ручается! Люба в таком состоянии, что без сильных препаратов и успокоительных ей не выкарабкаться, а они очень повредят ребёнку. Тогда Евгения Григорьевна, созвонившись с родителями Любы, приняла решение, и забрала сноху домой. Уволилась с работы и выхаживала её, как родную дочь.
Ещё целых три месяца Любаша была, как во сне, ни на что, не реагируя, ничего не видя вокруг себя. Её приходилось даже кормить с ложечки, потому что она не понимала, что от неё хотят, вставляя в руку ложку. Евгения Григорьевна постоянно с ней разговаривала, уговаривая, убеждая, что нужно жить, жить потому что будет сын. Сын Павла, его ребёнок и ради этого нужно сделать всё, чтобы он был здоровым. Любаша потерянно смотрела на неё и молчала. Срок беременности был уже семь месяцев, врачи только качали головой, ребёнок уже давно должен шевелиться, а он как будто уснул вместе с мамой. Сердцебиение прослушивается, а он не шевелится. Прогнозы врачей были неутешительные, Евгения Григорьевна со страхом ждала рождения внука!
Однажды ночью она в ужасе проснулась от сильного крика незнакомой женщины. Евгения Григорьевна подскочила на кровати и кинулась на крик. Вбежала в комнату, где спала Любаша и, включив свет, увидела её сидящей на кровати и державшей двумя руками живот. Евгения Григорьевна испугалась, решив, что начались преждевременные роды, и кинулась к телефону, но услышала:
- Мама, он шевелится! Он проснулся!
Евгения Григорьевна остановилась посредине комнаты, как вкопанная, глядя на Любу широко открытыми глазами. Любаша говорила совершенно спокойным, нормальным голосом, которого она ещё ни разу не слышала. Не в силах что-то ответить, Евгения Григорьевна стояла и смотрела на сноху. Любаша улыбнулась ей, улыбкой девушки со свадебной фотографии и совершенно спокойно сказала:
- Мама, я вернулась! Вернулась совсем! Вы правильно говорили, нужно жить ради сына, ради ребёнка Павла! Нужно жить и растить его, чтобы он стал настоящим мужчиной, достойным своего отца!
Евгения Григорьевна опомнившись, подошла к кровати и села рядом, обняв Любашу. Она посмотрела на свекровь с улыбкой, спокойно, хотя в глазах и стояли слёзы, но всё же она была уже собой.
Шмыгнув носом Любаша, прижалась к Евгении Григорьевне и, поглаживая живот, тихо сказала:
- Мама, я всё помню, что вы мне говорили, вы правы. Правы во всём, мы с вами будем жить, жить и растить Кирюшу!
Евгения Григорьевна, с трудом сдерживая слёзы, чтобы не дай Бог не расплакаться и не напугать сноху, прижила к себе единственного дорогого человека и тихо, спросила:
- Да, доченька, будем жить, жить и растить нашего мальчика. Только почему Кирюшу?
Любаша спокойно, вытирая глаза, сказала:
- Павлик мечтал, что когда у него родится сын, мы назовём его Кириллом, а когда родится дочка, её назовём Сонечкой.
Евгения Григорьевна прижала к себе Любашу. И они заплакали, так тихо, так печально, что казалось, вместе с ними плачет всё вокруг, шелестя за окном дождём.
25
Когда Евгения Григорьевна закончила свой рассказ, Соня тихо вытирала слёзы. Бабушка посмотрела на неё и печально сказала:
- Вот такая грустная история у нас с рождением Кирилла была. А ведь Любочке тогда не было ещё и девятнадцати! Она ж уехала за ним, совсем девчонкой, а через полтора года вернулась, уже вдовой!
- Как страшно-то всё! Как же вы всё это смогли пережить? Я бы, наверное, вместе с ним умерла!
- Смогла, милая, смогла! Ведь мне нужно было Любашу вытаскивать. Она одна у меня осталась на всём белом свете! Если бы её забрали родители к себе после похорон, тогда бы я точно не выжила, просто не смогла бы одна всё это перенести. Заботясь о ней, я и пережила весь этот ужас, а уж когда я узнала, что она под сердцем носит сына Павлика, у меня как будто второе дыхание открылось. Нужно было сделать всё, чтобы родился ребёнок и главное здоровый ребёнок. Вот этим я и жила!
- А как же Любовь Анатольевна?
- А, что Люба? После той ночи она стала совершенно нормальной женщиной. Как будто очнулась! Начала мне рассказывать про то, как они жили с Павликом, какой он был хороший, добрый, заботливый, как погиб. Мне же никто ничего не говорил «Геройски погиб при исполнении задания» и всё! Ведь его когда забрали туда, он не знал, что Любаша беременная. Она позже сообщила ему письмом, но вместо ответа получила похоронку. Мы так и не знаем, узнал Павлик перед смертью, что будет отцом или нет!?
Евгения Григорьевна тяжело вздохнула, Соня, пожалев её сказала:
- Может, не нужно было этого разговора заводить, вам так тяжело?
- Нет, что, ты Сонечка! Нужно, обязательно нужно! Чтобы ты потом смогла рассказать об этом своим детям и внукам!
Листая семейный альбом и рассматривая фотографии, Соня сказала:
- Жалко, что он погиб!
- Да, сейчас бы он порадовался, что у него будет внук. Рассказать, как он погиб?
- Мне, конечно, хотелось бы знать, но сами смотрите, если сможете, то рассказывайте.
Евгения Григорьевна вздохнув, произнесла:
- Как это произошло, я узнала на много позже похорон, от Любочки. Погиб наш Павлик при первом же вылете. Они летели в разведку. В горах в окружение попала рота солдат, они отбивались уже несколько дней и просили о помощи. Вот вертолёт Павлика и отправили разведать и по возможности забрать ребят. Но они только и смогли долететь до того места, где шёл бой. С гор в них выстрелили, самолёт загорелся и упал. Так, что мы хоронили нашего Павлика в цинковом гробу. Даже окошечко, на крышке было заклеено. В изголовье на красной бархатной подушечке блестел новенький орден «Красной звезды».
Евгения Григорьевна, вздохнув, вытерла слёзы и продолжила рассказывать:
- «А Любаша у меня умница! Я её люблю, она мне родная дочь, роднее которой не было тогда у меня, и сейчас нет! Трудно ей было, ведь такая молоденькая, ничего в жизни ещё не видела, а горя уже нахлебалась по самые края.
Подошло время, в срок, как и положено, родила она Кирилла. Тяжело рожала, трудно. Он большим родился, а она после болезни ослабевшая, худая была, в чём только душа держалась!? Но, слава Богу, всё обошлось! Потом вместе с ней мы ухаживали и растили Кирилла. Она очень хорошая мама, а хозяйка какая! Такой поискать не найдёшь!
Их три сестры у Анны Семёновны. И зовут их Вера, Надежда и Любовь. Родители дочерей очень любили и растили не сказать, что в строгости, но с пониманием. Дочери выросли, все как на подбор красавицы, умницы, а уж какие аккуратистки и хозяйки не высказать! Я их всех хорошо знаю, они особенно первое время к нам часто приезжали. Беспокоились о Любаше и всё домой звали. Я первое время даже переживала, когда они приезжали! Думала, что вдруг уговорят они Любу, и она уедет!? Что мне тогда делать, как жить!? Потом Люба, поняв моё беспокойство, сказала своей маме:
- Мамочка не обижайся, но я не поеду назад. У меня здесь всё! Здесь жил мой Паша, дышал этим воздухом, ходил по этим дорожкам, спал на этой кровати. Он как будто со мной, рядом! Его могилка здесь! Поэтому отныне всё, что было его, теперь моё и я без этого не смогу жить. Не обижайтесь и не зовите меня больше назад. Передай бабуле, папе и сестрёнкам, что вас всех я очень люблю, но мой дом здесь!
После этого разговора я успокоилась. Вот так и жили мы. Когда Кирюша подрос, Любаша начала искать работу. Сначала нашла работу в депо, у неё же образования не было никакого, она после школы сразу вышла замуж за Павлика и уехала с ним в гарнизон, поэтому и пришлось ей мыть вагоны. Сначала мыла вагоны внутри, а уже позже, когда Кирилл учился в школе, перешла в проводницы. Вот с тех пор и работает на одном месте. А я уже не выходила на работу, сидела с внуком. Водила сначала в садик, потом в школу.
Так и жили, пока он не окончил школу и не объявил нам, что идёт поступать в лётное училище. Вот тогда мы с ней испытали такой шок, что словами не высказать! Плакали, умоляли его не поступать туда, но всё бесполезно. Он спокойно, с улыбкой ответил, что принял решение и не изменит его. Мы-то знали, что он как сказал, так и сделает! Характером весь в отца!»
Вернувшись, домой, Соня под сильным впечатлением от услышанного рассказа, всю ночь не спала, а утром когда проснулся Кирилл, она посмотрела на него и сказала:
- Кирилл, я сегодня всю ночь не спала и вот что решила. Прости, что с тобой не посоветовалась, но я приняла решение назвать ребенка, если будет мальчик Павлом, если девочка – Паулой.
Кирилл, поняв смысл сказанных Соней слов, резко сел на кровати, пристально посмотрел на неё и сказал:
- Спасибо! Спасибо, тебе Сонечка, родная моя!
Соня, видя, как растроган Кирилл, обняла его и сказала:
- Мне Евгения Григорьевна рассказала про твоих родителей, я сегодня всю ночь не спала, думала о том, как они всё это пережили.
- Да, уж! Не радостная история.
Они ещё долго сидели молча в кровати. Вставать ещё было рано, но спать уже совсем не хотелось.
26
Навалившись на подушку и глядя на мужа, Соня сказала:
- Знаешь, Кирилл, бабушка была так расстроена, что я не насмелилась спросить у неё про её жизнь. Расскажи, как она познакомилась с твоим дедушкой.
Кирилл навалился, обнял Соню и, вспоминая бабушкины рассказы, задумался. Взглянув на Соню, сказал:
- У меня деда звали очень интересно – Назаров Кузьма Казимирович. Они с бабой Женей довоенные дети. Дедушка Кузьма со своей семьёй жил в двухкомнатной квартире, с изолированными комнатами, за Уралом. Он, как и большинство мальчишек, того времени, исправил дату своего рождения и его взяли на фронт. Вот когда он ушёл на фронт, в их квартиру, во вторую комнату вселили эвакуированную семью. Это была семья бабы Жени!
Баба Женя, про те годы жизни, очень много рассказывала и про голод, и про холод, и про трудную жизнь в эвакуации, но эта совсем другая история. Я же расскажу тебе о том, как они с дедом нашли друг друга, это очень интересная история!
Слушай, что она рассказывала! Когда её отец - Григорий, сбежал на фронт, их завод начали эвакуировать. У него бронь была, а он сбежал! Домой, к семье уже не вернулся, в сорок четвёртом погиб. Их семью, маму - её звали Настей, и трёх дочерей, эвакуировали из Киева. У бабы Жени две сестры, они старше её, сейчас живут в том же городе, давно уже на пенсии. Всю жизнь они проработали на том же заводе, где когда-то работала и баба Настя. Они все вместе, с матерью Кузьмы, жили в их двухкомнатной квартире. Их подселили к ним в квартиру. Чтобы обогреться и сэкономить дрова, семья бабы Жени и она, в холодное время года, жили все вместе в одной комнате. Все лишения и невзгоды делили поровну!
Дед Кузьма в сорок третьем, после ранения, пролежал в госпитале несколько месяцев и приехал в отпуск к матери. Вот тогда они с бабой Женей и познакомились. Ей было шестнадцать лет, а ему девятнадцать! Кузьма, видя как им трудно, решил помочь. Целую неделю, пока они жили в одной квартире, вместе заготавливали дрова.
Баба Женя рассказывала, что они с ним столько запасли дров, что кухня и коридор в квартире, превратились в сарай с дровами. Ездили они с санями сначала к какой-то школе, там разбирали забор, а потом в лес. За день делали по несколько ходок, говорит, что уставали страшно!
Потом дед Кузьма опять уехал на фронт и оттуда писал письма уже не только своей матери, но и бабе Жене.
Бабушка Настя, мама бабы Жени, с детьми в Киев не вернулась. Она умерла, когда получила похоронку и узнала, что мужа убили. Люди говорили, что если бы он вернулся живым, то и она бы жила ещё очень долго. Сёстры так и остались жить в маленькой комнате, по соседству с матерью Кузьмы.
Война закончилась, соседские мужчины начали возвращаться домой, а Кузьмы всё не было и не было. Баба Женя ждала, но ни его, ни писем не дождалась! Не верила она в его смерть, долго не хотела воспринимать, что он погиб. Всё ждала и постоянно смотрела на дверь. Думала, что вот сейчас она откроется, и он войдёт. Первое время постоянно думала о нём, плакала, разговаривала с ним, каждый вечер засыпала с его фотографией. Постепенно поутихла её боль и тоска, но всё равно, она постоянно вспоминала его с грустью и очень удивлялась, что его мать не хочет сходить в военкомат и всё узнать о его гибели!?
После войны, сначала старшая сестра, потом средняя, вышли замуж и переехали жить к своим мужьям. Баба Женя осталась жить в этой квартире, ждать Кузьму и помогать его матери. Она, живя с ней, называла её мамой и всегда говорила, что она вдовая невеста, а старуха охала и отвечала ей, что она не вдовая невеста, а соломенная вдова!»
Соня, внимательно слушая рассказ, перебила Кирилла, спросив:
- Не поняла, а в чём разница!? Я всегда считала, что это одно и то же!?
- «Разница в том, что в первом случае невеста, потерявшая жениха, а во втором - жена, но оставшаяся одна, при живом муже. А баба Женя считала себя, практически его женой!
Есть два значения у этого слова-сочетания, по-умному – афоризма. Я, по крайней мере, нашёл только два значения! В первом случае это связанно с постелью, потому что матрасы набивали соломой, а женщина спала одна при живом муже на соломенном матрасе. Вот тебе и соломенная вдова! Во втором случае у немцев, на девушку родившую ребёнка без брака, надевали соломенный венок, как знак позора. Но мать Кузьмы о втором значении слова не знала, а вот первое значение увязывала с действительностью!?
Десять лет они прожили с его матерью бок о бок, как родные люди. Баба Женя уже привыкла и мысленно похоронила Кузьму, думая, что просто похоронка затерялась. Когда спрашивала про него его мать, она всегда плакала и качала головой, ничего не хотела говорить. Только после того как она умерла, баба Женя разбирая её вещи, нашла письма Кузьмы. Оказывается, он жив! После войны он вернулся без ноги. Ему по колено отрезали ногу, и он не захотел молодой девушке портить жизнь, вот и указал в анкете, что у него нет ни дома, ни родственников. Его поместили в дом инвалидов для фронтовиков и там он жил все эти годы, а с матерью тайно переписывался.
Когда баба Женя это узнала, собралась и поехала к нему. Но он отказался, не вернулся с ней. Так длилось почти два года, всё это время, баба Женя брала отпуска и приезжала к нему. Каждый раз она уговаривала его, но он ни в какую не соглашался с ней уезжать.
Но Кузьма плохо знал характер бабы Жени! Чтобы она, да отступилась от задуманного!? Да никогда! Она уволилась с завода, выписалась из города и приехала в его дом инвалидов работать санитаркой. Сонечка ты не поверишь, что только после того как она проработала там три года, он уступил и они поженились. Прошло уже пятнадцать лет после войны!
Так мы оказались в этом городе. Этот пансионат сейчас перестроили, сделали из него санаторий. Он там за озером находится, ты ещё про него спрашивала, когда мы на рыбалку ходили.
После того как они поженились, одна из нянечек пустила их к себе на квартиру. С ней они долго прожили, она даже отца моего понянчить успела. Потом заболела, слегла, баба Женя за ней ухаживала. Так и остался бабе Жене и деду Кузьме её дом. Дом очень старый, ещё до революционной постройки, впрочем, как и весь городок, но очень крепкий.
Поэтому мы оказались здесь, в этом городе и живём всю жизнь в этом доме!»
27
Когда Кирилл с Соней сообщили маме и бабушке о своем решении, назвать внука Павлов, то они очень растрогались и разволновались. Молодые предполагали, что произойдёт что-то подобное, но не думали, что это вызовет такую реакцию у будущих бабушек. Кирилл вообще думал, что придётся вызывать врача для бабы Жени и уже пожалел, что сказал им об этом в присутствии Сони. Они, обнявшись долго плакали, ничего не слыша вокруг себя. Их успокоило только то, что Кирилл, выпроводив Соню в сад, громко сказал им:
- Хватит! Хватит плакать! Вы, что не понимаете, что своими слезами можете принести вред Соне и ребёнку. Она и так расстраивается сейчас из-за каждого пустяка, впечатлительная очень, а вы со своими слезами, хотите довести её до выкидыша!
Женщины остановились в один момент, посмотрели друг на друга, вытерли слезы, и Любовь Анатольевна сказала:
- Прости сынок, так на душе тяжело!
- Мама я всё понимаю, но Соню нужно пощадить и избавить от лишних стрессов. Так, что вытирайте глаза, одевайте улыбку на лицо и накрывайте на стол. Мы, что зря торт привезли, а я к Соне. Волнуюсь, как она там одна!
После этого, бабушки уже спокойно реагировали на разговоры о рождении Павлика. С улыбкой хлопотали вместе с Соней в подготовке к рождению внука. Они попросили разрешения у молодых приготовить всё необходимое для внука и, получив одобрение, с особым энтузиазмом взялись за работу. Купили только чепчики и распашонки по десять штук тонких и тёплых, пелёнки шили сами.
Имея горький опыт с рождением Кирилла, когда купленные пелёнки подошли ему только на подгузники, а чтобы завернуть его, срочно пришлось, разрывали пополам простыни, гардеробщик для внука шили сами по собственным размерам. Думая, что внук будет такой же большой, как папа!
Кирилл родился очень крупным! На фоне всех, одновременно рождённых с ним детей, он был просто великаном! Он родился четыре килограмма восемьсот грамм и пятьдесят семь сантиметров ростом. Распашонки ему не одевались на ручки и их по швам просто расстригли. В месяц он уже носил ползунки и кофточки, и выглядел, как трёхмесячный ребёнок! На радость мамы и бабушки он был совершенно здоровым ребёнком и болезнь Любовь Анатольевны на нём никак не отразилась.
Женщины очень часто вспоминали, свои ожидания и подготовку к рождению Кирилла, и тот страх, с которым они жили после того, что произошло с Любашей. Они обе, тогда очень боялись за ребёнка! Врачи пугали их всевозможными недугами, пугали, что ребёнок будет неполноценным, что будет отставать в развитии, а Кирилл, вопреки всем неблагоприятным прогнозам, родился крепким и здоровым малышом. Кирилл, как награда женщинам за муки и страдания, рос очень быстро и совсем ничем не болел.
Глядя на внука Евгения Григорьевна радуясь, не раз говорила:
- Наш мальчик растёт как в настоящей сказке «не по дням, а по часам».
Кирилл рос именно так! В четыре месяца он сел, в девять пошёл, а в год так разговаривал, что врачи диву давались какой умненький мальчик. Он со своими сверстниками в семь лет пошёл в школу и за всё время обучения, за все десять классов не получил ни одной тройки! Занимался спортом и шахматами. Не раз защищал честь школы на соревнованиях и олимпиадах.
Кирилл рос просто идеальным ребёнком! Помимо успехов в школе, он был очень отзывчивым и добрым мальчиком. Всегда с заботой и вниманием относился к бабушке и маме. Он очень любил их и всегда во всём помогал. Кирилл не считал для себя зазорным помыть посуду или пол в доме, а с приходом весны безотказно, без устали помогал им в саду и огороде.
Много прошло времени, Кирилл вырос, сам уже стал папой, а они всё время вспоминают с болью и слезами Павла, его отца. С его смертью они обе потеряли, смыл в жизни, и очень долго жили как будто в каком-то страшном сне и долго не могли очнуться от этого кошмара. Для обеих женщин Павел был всем и вот он ушёл, оставив их! Они долго не могли оправиться от этой раны, не понимая, зачем жить дальше!? Эта рана оказалась незаживающей! Прошло столько лет, но они часто, очень часто, не говоря ни слова, садились рядом и, обнявшись, тихо плакали.
Рождение внука, принесло в их дом радость и счастье! Они радовались тому, что будут помогать растить и воспитывать малыша, что в их доме опять будет раздаваться детский смех. Жизнь продолжается и от Павла она идёт дальше! Родился сначала сын, теперь родился внук, потом у внука будут дети. Павел не умер, его маленькая частичка живёт в каждом рождённом потомке и будет жить ещё долго, долго!
28
Сониной маме, Полине Викторовне, после длительного обследования дали инвалидность. Она теперь всё время была дома. Но помогать Соне она не могла, всегда лежала или сидела на диване. Весь дом, ребенок и Даша со своими капризами, легли на хрупкие Сонины плечи.
Соня уложила Павлика спать и подошла к маме мерить давление. Она взяла дочь за руку и тихо сказала:
- Сонечка, дочка, я хочу с тобой поговорить. Сейчас дома нет никого, и я могу с тобой поговорить открыто, не прячась от ненужных ушей.
Соня насторожившись, глядя на маму, спросила:
- Мама, ты о чём?
- Сонечка, я вот, что тебе хочу сказать. Нужно тебе нашу квартиру переоформить на себя.
- Мама, ты что? Зачем? Что ты ещё выдумала?
- Ты доченька, не противься, но это надо сделать, пока я жива.
- Мама, что ты такое говоришь!?
- О жизни говорю, девочка, о жизни. У меня только на тебя и на Кирилла вся надежда. Даша выросла, почему-то совсем ни такая как ты. Не понимаю, почему? Что я сделала ни так!? Всё делала для вас одинаково, почему она такая? Учиться совсем не хочет, боюсь, что школу не закончит. С Димкой связалась, а люди говорят он картёжник, в карты играет на деньги. Я за неё очень волнуюсь. И не дай Бог, что случится, она молодая, глупая, её обманут с квартирой. А так я буду, спокойна, ты не допустишь, чтобы вы остались ни с чем и ей рядом с тобой будет лучше, хоть какой-то контроль. Правда, она не очень-то слушается, ни меня, ни тебя, но всё-таки так нужно сделать! Мне будет спокойнее, ведь на Дашу нет никакой надежды! Сонечка, пожалуйста, сделай так, как я прошу!
Соня печально смотрела на маму, понимая, что она стала чувствовать себя хуже, поэтому завела такой разговор. Наклонилась к ней, поцеловала в щёку и, гладя по голове, сказала, чтобы её успокоить:
- Мама не волнуйся, Даша у нас совсем не глупая девочка и понимает, что без образования никуда.
- Ты так думаешь?
- Да мама!
- Дай та Бог! Но квартиру всё-таки переоформим, пока я при силах. Так будет надёжней.
Соня попыталась возразить, но мама не дала ей сказать, строго непоколебимо, произнесла:
- Нет, Соня ничего не говори! Слушать не хочу! Это моя последняя воля, ты же мне не откажешь в ней!?
Громко, почти взмолившись, Соня воскликнула:
- Мама!
Она заплакала, упала на колени возле дивана, на котором лежала мамы и прижалась к её руке.
Полина Викторовна гладила Соню по голове, как маленькую и приговаривала:
- Не плачь милая, не надо! Жизнь так устроена, что одни приходят в этот мир, а другие уходят. Ты медик, больше других понимаешь грань между жизнью и смертью. Мне совсем не страшно за себя, я давно уже ко всему готова. Даже удивительно, что после смерти Максима я так долго прожила! Мне страшно за вас, за тебя, а особенно за Дашу. Как у вас сложится жизнь дальше, какими вырастут мои внуки? Павлик и те, кого я не успею увидеть. Кирилл у тебя хороший, я очень рада за тебя, за твоё счастье. Живите вместе долго, долго и всегда любите друг друга. Эта любовь поможет вам преодолеть трудности, которые будут встречаться на вашем жизненном пути. А вот какая судьба ждёт Дашу, я даже боюсь думать!?
Надрывно вздохнув, она продолжила говорить:
- Знаешь Сонечка, раньше, я думала совсем по-другому и часто говорила об этом многим женщинам. Женщинам, которые помогали одному из своих детей, как правило, не очень удачному, не очень положительному, больше чем другим детям. Осуждала их, что как так можно, ведь дети одинаковые и одинаково нужно к ним относиться. Всегда говорила, что нельзя делить детей! Нельзя одному давать больше, чем другому! Только сейчас понимаю, почему так в жизни получается. Ребенок, у которого, что-то в жизни не складывается он как больной. Больной требующий помощи и заботы. Ты ему не поможешь, он не сможет выкарабкаться, а не выкарабкается, пропадёт. Вот и у нас с Дашей так, я люблю вас совершенно одинаково, но у тебя всё хорошо и я спокойна. А у неё плохо и хочется ей помочь, чтобы всё наладилось, ведь это же мой ребёнок, моя кровиночка и как не беспокоиться и не помогать ей!? Но это никак не преуменьшает мою любовь к тебе, Сонечка нет, ни в коем случае! Я люблю тебя, горжусь тобой, а самое главное, я спокойна за тебя. Я понимаю, что ты сможешь справиться сама, без моей помощи, а Даша нет! И, ни потому что слаба, а потому, что не понимает, как она слаба и беззащитна!
После этого разговора Соня решила с сестрой очень серьезно поговорить. Долго готовилась, настраивалась, что и как скажет, но на удивление Даша её слушала не перебивая.
Внимательно выслушав старшую сестру, улыбнулась и ответила:
- Не переживай сестренка, всё у меня будет нормально! Закончу я школу и в институт поступлю.
- С Димкой перестань общаться!
- Об этом можешь больше не волноваться, нет Димки!
Соня, испуганно спросила:
- Как нет?
- В тюрьме он, на четыре года посадили.
- За что?
- Соня, а тебе какая разница, скажи, пожалуйста?
- Да, ты права!
Даша, улыбнувшись, посмотрела на сестру и пошла в свою комнату. Соня провожала её взглядом и, первый раз за последние годы, подумала:
- «Господи, как хорошо, когда дома покой и взаимопонимание!»
29
С этого момента в семье всё наладилось. Стало спокойно, тихо, даже мама стала себя чувствовать лучше. Чаще стала вставать, иногда даже читала книжку внуку. Но на улицу она не выходила, прогулки для неё были на балконе. Кирилл купил ей удобное, кожаное кресло с высокой спинкой и установил его на балконе, чтобы она могла сидеть и наслаждаться свежим воздухом. И Полина Викторовна каждый день, в любую погоду, выходила на прогулку.
По выходным Кирилл с Соней, теперь могли спокойно ездить за город, дома с мамой оставалась Даша. Бабушка с Любовью Анатольевне были очень рады и ждали их с внуком с нетерпением.
В эти выходные они уехали в пятницу, чтобы помочь Любови Анатольевне с ремонтом в кухне. Им провели газ, но разворотили всю стену, кухня стала походить больше на котельную. Но ничего не поделаешь, газовики указали именно это место для монтажа котла и пульта управления. Пока на улице не наступила осень, решили расширить кухню за счет части веранды.
Ждали строителей, чтобы всё распланировать по объёмам, срокам и подобрать стройматериалы. Смету обсчитали, всё распланировали, осталось подготовить веранду. Нужно убрать накопившиеся за долгие годы вещи, мебель, а без помощи молодых, двум пожилым женщинам, с этим не справиться!
Но выходные прервались Дашиным звонком. Даша плача громко кричала в трубку:
- Соня, мама, мама!
Соня как можно спокойнее, уговаривая сестру, произнесла:
- Даша успокойся, говори, что случилось?
- Мама, мама!
- Что мама? Говори!
- Я пришла из школы, а она лежит на диване.
- И что, что? Говори!
Соня уже почти кричала. В коридор вышла вся семья и с замиранием сердца все молча ждали. Даша закричала в трубку так, что услышали все:
- Она умерла!
Даша сильно плакала и сквозь слезы причитала:
- Соня, сестричка, как же мы теперь без мамы!
Соня, проглотив слезы, сжалась, стараясь не расплакаться, медленно проговорила:
- Даша, успокойся, мы сейчас приедем. Позвони в поликлинику, пока не ушёл дежурный врач.
Соня ещё не договорила по телефону, а Кирилл уже стоял одетый, держа Сонино пальто в руках, готовый нестись по первому зову.
Евгения Григорьевна с Любовью Анатольевной стаяли молча, в испуге глядя на Соню. Она подняла на них глаза, они от наполненных слёз казались в несколько раз больше и стали серыми, почти чёрными от горя. Не нужно было ничего спрашивать, было и так понятно, что случилась беда. Беда с близким, родным человеком!
Маму похоронили. Похороны были очень тяжелыми. Соня никогда не думала, что так больно потерять маму. Она просто, об этом никогда не думала! Ей и в голову не приходили мысли о том, что мамы не будет. Она всегда была рядом, всегда ласковая, добрая, заботливая и всё разом оборвалось. Она с ней больше не сможет поговорить, посидеть рядом, обнявшись, как они любили сидеть втроём на диване, когда ещё были маленькими. Не будет рядом родного человечка, с которым можно было обо всём поговорить, всё обсудить, получить помощь и поддержку. Не будет рядом мамы, которая тебя жалела, всё прощала, потому что любила!
Соня чувствовала нескончаемую боль. Как будто от сердца оторвали маленький кусочек, а тебе нужно жить. Жить дальше без этого кусочка, жить и выжить и совсем справиться самой.
Соня столько слез не выплакала за всю свою жизнь, как за эти три дня. После того как разъехались люди, она на автопилоте убрала посуду, Даша всё перетерла и разобрала. Кирилл поехал за Павликом к бабушке. Его на эти дни оставляли с Евгенией Григорьевной, ребёнку ни к чему видеть горе и слёзы близких людей. Любовь Анатольевна помогала Соне и когда все разъехались уставшая, поехала с Кириллом домой. Она все эти три дня не отходила от Сони и во всём помогала и поддерживала её. Как могла, успокаивала, но разве можно успокоить разорванное сердце. Оно пока само не переболеет, не заживет, не успокоится!
Оставшись одна, Соня села за кухонный стол. Сидела молча и ждала мужа с сыном. Сидела, чиркая на листке бумаги. Слова сложились сами собой, и она написала:
Как поздно иногда мы понимаем,
Что нет роднее слова «Мать»!
И лишь, когда землёю засыпаем,
Тогда мы начинаем понимать!

Что в мире нет руки её нежнее,
Что взгляд её согреет и в мороз!
И сердце разрывается на части,
И мир весь горек от пролитых слёз!

И вспомним мы, как маму обижали,
Такая боль в сердца придёт! …
Что сердце, словно в клетку сжали -
Оно одну её зовёт, зовёт, зовёт!

Я не хочу, чтоб было так,
Но поздно рассказать ей это!
Сказать, что без неё мне жить нельзя никак,
Сказать, что имени нежнее нет на свете!»

Написав, она надрывно вздохнула и произнесла:

- Мама, Мама, Мамочка!!!
Соня уже давно закончила писать. Сидела, вытирая бегущие из глаз слёзы, и всё перечитывала, и перечитывала написанное. С грустью думая о маме, о её жизни.
30
У Полины Викторовны была не легкая жизнь, наверное, поэтому сердце и не выдержало. Она рано осталась одна без родителей. Осиротев, её взяла к себе и воспитывала тётя, родная сестра отца. Свою родную маму она совсем не помнила! Ей было всего три года, когда она умерла. Знала о ней только по рассказам тёти.
Мама Полины Викторовны - Евдокия, работала на заводе в горячем цеху. В её смену, произошла страшная авария, из-за которой взорвался котёл и, все кто там находились, получили сильные ожоги.
Евдокия болела не долго, но очень страшно. Полина была маленькой и совсем этого не помнила. Только когда она выросла, тётя, которую она называла мама Клара, конечно, всё рассказывала ей. С грустью и печалью она рассказывала о своём родном брате, о папе маленькой Полины. О том, как после смерти Евдокии он сильно запил, да так сильно, что никто не мог что-то сделать с ним, как-то хотя бы просто поговорить, увразумить его, потому что он постоянно был в беспамятстве.
Пока Евдокия лежала в больнице, папа ухаживал за ней, был около неё все дни. Ни ел, ни пил, похудел, почернел, но не отходил ни на минутку. Как ни старались врачи, но ничего не помогло, и она умерла. Вот он и не выдержал этого ужаса, запил, и эта выпивка его сгубила. Тётя говорила, что был он не плохим человеком, заботливым, внимательным и очень добрым, но духом оказался слаб, раз даже из-за маленькой дочери не смог удержать себя в руках. Тётю, свою сестру вырастил, а дочку не смог!
Они с сестрой были сиротами, война оставила их без родителей. После детского дома он поступил на завод, начал работать и забрал систру, тогда ещё совсем маленькую девчонку, к себе. Сам её растил и воспитывал. Женился только тогда, когда сестру выдал замуж. Но счастье у него было совсем недолгим, всего через шесть лет не стало его жены Евдокии, а ещё через пять лет и он умер. От счастливой семьи осталась только маленькая Поля, которую к себе забрала тётя и воспитывала, как своего родного ребёнка.
У тёти Клары не было своих детей, последствия войны и тяжёлого детства сказались на её здоровье. Они с мужем позже усыновили осиротевшего мальчика Федю, из их деревни. Он был намного младше Полины, но даже на свой маленький возраст, был хулиганом и очень непослушным мальчиком.
Когда Полина приезжала к тёте в гости, как ни старалась спрятать деньги, он всё равно переворачивал все её вещи и находил их. Вырастили его тётя с дядей как родного, с любовью и заботой, но ничего путного из него не вышло. Только вырос, впору начинать взрослую жизнь, как он попал в тюрьму. Первый раз за кражу. Не успел выйти, как в драке убил кого-то и опять сел, но уже надолго.
Полина выросла, окончила школу, техникум и вышла замуж за одноклассника. Её ровесник Акимов Максим, был самым лучшим парнем на свете! Так считала Полина, потому что очень любила его. Но её семья, как и семья родителей, была полной и счастливой совсем недолго!
Полина с двумя маленькими детьми на руках, осталась одна. Муж погиб в автомобильной катастрофе, когда Соне было, всего пять лет. Она его помнит только по фотографиям и по коротким отрывкам из детской памяти. Помнит, что он поднимал её высоко, высоко над головой, и она летала как на самолёте. Даша тогда только родилась. Они поэтому и не поехали на той машине, и остались живы. Даша была совсем маленькой и начала кашлять, мама побоялась везти её и она решила не ехать с мужем в пригород, к Полиной тёте Кларе на похороны её мужа, побоялась за ребёнка.
Их в машине, кроме отца, было ещё трое. На встречную, прямо на них, вылетел КамАЗ, груженный гравием. И вот вся эта махина на полной скорости налетела на них. Погибли все – сразу. Машина всмятку. Полина тогда попала в больницу, на целых три месяца. За девочками приглядывала тётя Клара. Она тогда, немного пожив у них и поняв, что лечение Полины надолго, забрала девочек и увезла к себе в деревню. Соня смутно, но кое-что помнила из их с Дашей жизни в деревне.
Когда Полину выписали из больницы, она приехала, и забрала детей домой. Тётя часто к ним приезжала в гости. Привозила гостинцы с огорода и сада, жила несколько дней, потом опять уезжала. Соня, как не просилась у мамы, но больше, они ни разу не ездила к тётке в деревню, мама ни её, ни тем более Дашу, не отпускала к ней. Соня обижалась, плакала, а когда выросла, то поняла почему!?
У тёти Клары, из тюрьмы вышел сын, поэтому мама боялась отпускать туда детей, тем более девочек. Он свою приёмную мать мучил: пил, дрался, воровал всё из дома, поэтому отпустить туда девочек Полине было просто нельзя!
Фёдор так и сгубил, и себя, и свою приёмную маму - тётю Клару. Зимой напился и закрыл ещё топившуюся печь. Если бы тётя не спала, она бы почувствовала угар и не погибла! А так они оба угорели.
Мама тогда даже на похороны не ездила, как узнала, так и слегла в постель, отбила телеграмму в сельсовет, что больна и на похороны не приедет. Нельзя ей было волноваться, опасно для сердца. Это была единственная мамина родственница, по дороге к которой папа и погиб.
После всего случившегося, её здоровье совсем подорвалось и ей пришлось уйти с фабрики. Она устроилась на почту оператором. Дальше Полине надеяться и опереться было не на кого! Нужно было жить самой, чтобы детей не забрали в детский дом. И она старалась жить! Несмотря на то, что часто болела, для девочек старалась сделать всё, что могла. Себе во всём отказывала, приговаривая:
- Не хочу, чтобы мои дети чувствовали себя безотцовщиной. Хочу, чтобы у них было всё!
И у них было всё необходимое для жизни и для учёбы! Квартира осталась Полине после смерти тёти. За время жизни с Максимом они уже успели поменять всю обстановку и наполнить квартиру всем необходимым. Родители прожили немного, но очень хорошо зарабатывали и приобрели всё, что было нужно и детям, и молодым родителям. У них были сбережения, и после рождения Даши Максим предлагал купить машину, но не успел. Поэтому первые годы жизни, после того как остались без отца, они не нуждались в деньгах. Потихоньку тратили накопленные на машину деньги.
Позже, когда Полина Викторовна ушла работать на почту, её зарплаты и пособия по потере кормильца хватало с трудом. Но она умудрялась и в этих условиях экономить и устраивать им настоящие праздники на дни рождения и на Новый год.
Соня, вспоминая эти праздники, подумала, что не помнит ни одного Нового года, чтобы у них на столе не было мандарин и зефира. Они вообще, когда росли с сестрой, не ощущали нехватку денег. Позже, когда Соня стала старше и начала принимать участие в планирование покупок, поняла, что если с одной получки покупают ей туфли, а с другой сестре, то значит всё ни так легко как кажется. Но мама никогда не показывала им свои трудности, она оберегала своих девочек от них.
Соня тяжело вздохнула и произнесла вслух:
- Мамочка, милая моя мамочка, как рано ты ушла от нас, как рано ты нас оставила!
Она вытерла глаза, отвалилась на спинку стула, глубоко вздохнула и твёрдо сказала себе:
- Нужно продолжать жить, жить ради сына, ради Кирилла и Даши, я сделаю всё, чтобы они были счастливы. Мамочка я обещаю тебе, что и отлюблю, и счастливой буду за нас двоих!
31
Павлику уже исполнилось три года, и он пошёл в садик. Соня вернулась на работу в клинику. Они с Кириллом начали строить планы на её поступление в медицинский институт. Всё шло размеренно и спокойно. Они жили дружной семьёй, с пониманием и заботой относясь, друг к другу. Не было ни сор, ни обид, ни разочарований. Всё было просто прекрасно!
Даша закончила первый год обучения в институте. Она решила стать экономистом и на радость сестры поступила на бюджетное отделение. Соня была рада и спокойна за сестру, наконец-то и в её жизни всё стало налаживаться. Она была весёлой и довольной жизнью девушкой. Всегда во всём помогала и поддерживала сестру!
У Кирилла этой зимой было мало вылетов, он был на переобучении. Поэтому как студент, отучившись, каждый вечер возвращался домой и был с семьёй. Соня за эти полгода так привыкла, что он всегда дома, что со страхом думала о его будущих вылетах.
После обучения, Кирилл прошёл аттестацию и был назначен первым пилотом, с правом вылетов за границу. Это было одновременно и радостное и грустное событие. Но ни Соня, ни мама с бабушкой не показывали своих переживаний и вместе с ним радовались его повышению по службе.
В ближайшие выходные они все вместе праздновали это событие за городом у бабушек с шашлыками и пением под гитару. Отметить новое назначение к ним приехал друг Кирилла - Саша. Они вместе учились на курсах и, оба удачно сдав экзамены, были назначены в один экипаж. Кирилл командиром экипажа, а Саша его помощником.
Даша с удовольствием ездила с ними в гости за город. Помогала сестре готовить, накрывать на стол. Саша приехал как раз вовремя! Даша начала нанизывать мясо на шампуры, а Кирилл разжигал мангал. Даша без лишних церемоний заставила Сашу вымыть руки и присоединиться к ней. Он, не сопротивляясь, встал рядом и начал помогать.
Стоял, молча поглядывая на неё и не узнавая ту девчонку - школьницу, которую видел на свадьбе Кирилла. Прошло пять лет, и Даша из школьницы превратилась в красивую девушку. Она совсем не была похожа на Соню. Казалось волевой, сильной, может быть даже мужественной девушкой! На фоне скромной и застенчивой Сони это очень бросалось в глаза. Саша, наблюдая за ней, не осмелился даже заговорить. Одевая мясо, молча смотрел на неё, любуясь и восторгаясь переменами, произошедшими с ней.
Когда всё было готово они сидели у мангала. Мужчины жарили мясо и разговаривали, а девушки наблюдали за ними.
Весь вечер смеялись, слушая рассказы Кирилла. Он рассказывал истории из их с Сашей работы, но приукрашал их юмором и шутками. Он понимал, что Соня очень расстроена предстоящими разлуками и пытался в первую очередь отвлечь и развеселить её.
Потом Кирилл с Сашей поочереди играли на гитаре и пели. Девушки подпевали им, радуясь теплоте и взаимопониманию в их небольшой компании. Бабушки сидели, наблюдая за молодыми, наслаждаясь счастьем большой семьи.
Весь день Саша, сидя рядом с Дашей, не спускал с неё глаз. Он смотрел на неё, но по-прежнему продолжал молчать. Ведя общие разговоры, он ни разу не обратился к ней лично. А Даша спокойно сидела, не замечая его волнения и повышенного интереса к ней.
Поздно вечером все вместе проводили его на автобус. Прощаясь, Саша дольше других задержал Дашину руку, но она выдернула её и отошла в сторону. Проводив его, вернулись, когда бабушки уже всё убрали со стола. Ещё немного посидев у костра, разошлись спать. Назначение Кирилла отпраздновали очень весело!
32
Первый вылет Кирилла был запланирован на два месяца в Африку на базу в Заир. Там стояла жара, и бушевали сильные пожары. Местные власти, не справляясь со стихией, запросили помощи. Было откомандировано три экипажа по линии МЧС. В том числе и экипаж Кирилла.
Он не сказал жене всей правды о своей командировке, чтобы она не волновалась. Зная её беспокойный характер, он решил скрыть истинное задание.
Жалея жену, бодро и весело сообщил ей, сказав:
- Сонечка, у меня первое задание, лечу в Африку!
Соня озабоченно посмотрела на него и спросила:
- Надолго, на сколько дней?
Кирилл, понимая, что она сейчас расстроится, но от этого никуда не уйти, говорить нужно, подошёл, обнял её и ласково сказал:
- Надолго, милая, на два месяца!
Соня не хотела показать сильное беспокойство, но не смогла сдержаться и со слезами на глазах произнесла:
- Так долго? Это опасно?
Кирилл поцеловал её мокрые глаза и ласково, пытаясь успокоить её, ответил:
- Нет, это совсем не опасно! Мы повезем продукты, воду, гуманитарную помощь, на базу в Заир, а оттуда будем развозить её по маленьким деревням. Сонечка это моя работа и мы с тобой уже говорили об этом, и не раз. Малыш ты же была готова к этому! Почему слёзы?
Он повернул её к себе, аккуратно вытирая слезинки на её щеках, ласково уговаривал жену:
- Не волнуйся, всё будет хорошо! Просто первый раз так надолго, но после возвращения я буду дома целый месяц! У меня будет большой отпуск, может быть, съездим куда-нибудь отдохнуть, Павлик уже подрос.
Соня покивала ему головой, постояла, уткнувшись в его широкую грудь, но не успокоилась. Она всё-таки насторожилась, может быть, что-то почувствовала!? Пыталась себя успокоить, уговаривая, что это обычный вылет, что всё будет нормально, всё будет хорошо. Но ничего не получалось!
За эти годы она так и не смогла привыкнуть к работе мужа. Делала вид, что не волнуется, чтобы Кирилл улетал с лёгким сердцем, но каждый его вылет почти не спала, не могла заниматься домашними делами. Заставляла себя не волноваться, но ничего не получалось. Каждый вылет для неё был как первый!
Как и обычно, перед вылетом из аэропорта, Кирилл позвонил Соне. Он хотел убедиться, что она хоть немного успокоилась. Попрощавшись, он улетел.
Соня пыталась отвлечься днём на работе, вечером с сыном. Старалась загрузить себя работой, но всё валилось из рук! Только хлопоты по сыну помогали хоть ненадолго, но забыться.
Чаще обычного она разговаривала с Любовью Анатольевной и бабушкой по телефону. Часто ездила к ним в гости, понимая, что они тоже волнуются за Кирилла. На календаре отмечала каждый прожитый день без Кирилла и с радостью ждала окончания срока командировки. Прошли уже два месяца, она начала ждать возвращения мужа!
В выходные Соня запланировала с Павликом поехать за город. Бабушки соскучились по внуку и по хозяйству нужно помочь. Весна подходит, работы много и в саду, и в доме. Одних только окон в доме семь штук, чтобы их перемыть, нужен целый день, а пожилым женщинам это уже не по силам. Накануне вечером, позвонив бабушкам, она пообещала, что приедет в выходные и, повесив трубку, ушла на кухню. В квартире было тихо, Павлик уже давно спал в своей кроватке, и Даша почему-то раньше обычного закрылась в комнате и потушила свет. Тихо, но на душе почему-то не спокойно!
33
Утром, когда Соня одевала Павлика, позвонили в дверь. Обрадованная, она кинулась открывать, думая, что вернулся Кирилл. Не глядя в глазок, широко распахнула дверь. На лестничной клетке стояли двое мужчин в летной форме. Соня отступила назад, они вошли. Она смотрела на них и не дышала. Остановилось не только дыхание, но и сердце.
Мужчины вошли, прикрыли за собой дверь, сняли фуражки и осмотрелись по сторонам. Мужчина постарше произнес:
- Вы Назарова Софья Максимовна?
Соня сжалась в комок, испуганно, дрожащим голосом выдавила из себя:
- Что с Кириллом?
Поняв, что это именно она, пожилой мужчина ответил:
- Ваш муж, Назаров Кирилл Павлович, погиб при исполнении задания. Мне очень жаль!
Мужчина говорил, перебирая фуражку в руках. Соня медленно опустилась на банкету. Павлик подошёл, встал рядом удивлённо глядя на незнакомых мужчин. Испугавшись, взял маму за руку. Из своей комнаты вышла Даша, наспех накинув халат. Соня окаменевшим, хриплым голосом произнесла:
- Как это случилось?
- Они тушили пожар, бушевавший несколько недель. В полете, что-то произошло с двигателем вертолета. Они начали падать, попали в зону огня, вертолет загорелся и взорвался. Погиб весь экипаж, сейчас ведутся поиски обломков вертолета, и остан…..
Мужчина прервался, боясь произнести до конца это страшное слово - останки. Соня со страхом, но надеждой в глазах с трудом произнесла:
- Значит, Кирилла мертвым никто не видел?
Соня смотрела на него, не моргая, и ждала ответа. Мужчина, виновато посмотрел на Дашу, потом на неё и ответил:
- Вертолет взорвался, никто не уцелел!
Соня сидела молча, глядя в одну точку? Глубоко вздохнув, с большим трудом проговорила:
- И, что теперь делать?
Она не плакала, она просто окаменела. Мужчина продолжал говорить:
- После окончания поисков, расшифровки черных ящиков, вы получите официальные документы. Вам положена пенси…..
Соня подняла на них глаза. Она так посмотрела, что мужчина замолчал, не договорив фразы до конца.
- Вот, мы вам оставляем телефон, звоните, узнавайте о результатах поисков. Мы, пожалуй, пойдем. Простите, до свидания.
Соня проводила их взглядом, ничего не сказав. Подошла Даша, закрыла за ними дверь, повернулась и увидела Соню, лежащую на полу. Подбежала к ней, начала трясти за плечи, но сестра не реагировала. Она судорожными руками схватила телефон и вызвала скорую помощь.
Когда Соня очнулась, она увидела перед собой женщину в белом халате. Она, по-матерински, ласково улыбалась и гладила её по голове. Увидев, что Соня смотрит на неё вполне осмысленно, сказала:
- Пришли в себя Софья Максимовна, вот и хорошо. Софья Максимовна, вы больше так не делайте, не пугайте свою сестру.
Измерив, пульс, женщина продолжала говорить:
- Нужно держаться, милая! Я понимаю, насколько это тяжело, но у вас ребенок. Теперь вы одна несёте за него ответственность. Нужно продолжать жить, жить ради сына, ради памяти о муже!
Подошёл Павлик и спросил:
- Мама, когда мы поедем к бабушке?
Соня посмотрела на него и со страхом подумала, что надо как-то сообщить маме Кирилла и бабушке о случившемся. Слезы навернулись на глаза, она чувствовала, что сейчас разрыдается. Доктор взяла её за руку и сказала:
- Ну, ну, держитесь, не надо, ребенка испугаете.
Даша вошла в комнату, взяла Павлика за руку и увела его. Соня проводила их взглядом и из её глаз хлынули слезы. Она плакала без звука, только вздрагивая всем телом.
Доктор взяла шприц и, вздохнув, сказала:
- Давайте-ка, я вам поставлю ещё один укол, успокоитесь, поспите.
Соня, всхлипывая, проговорила:
- Мне нельзя спать, надо ехать к его маме.
- Это не обязательно делать сегодня, вам нужно сначала самой успокоиться.
Врач посидела еще немного, померила Соне давление, попрощалась и уехала. На выходе шёпотом сказала Даше:
- Вот вам мой телефон, если, что звоните напрямую мне, у меня сутки дежурство, если что, я подъеду.
Даша поблагодарив, проводила её, закрыла дверь и вернулась в комнату. Соня лежала, продолжая плакать. Даша, немного постояв рядом, ушла кормить Павлика, оставив сестру одну. Она уже взрослая и вполне понимала, что говорить и успокаивать Соню сейчас бесполезно. Просто не подобрать слов, которые смогли бы её успокоить!
Соня, проплакав почти весь день, к вечеру начала потихоньку вставать. Ходила, сидела, всё делала как в тумане, не переставая плакать. Ей казалось, что жизнь остановилась, она была до сегодняшнего дня, а завтра уже ничего не будет! Не будет Кирилла, а без него для неё нет жизни. Нет больше ни воздуха, ни света, наступила нескончаемая тьма! Она не знала, как жить дальше, как ходить на работу, как жить без Кирилла!? Его не будет рядом ни сегодня, ни завтра, никогда! Всю ночь она не сомкнула глаз, так и не уснув ни на минуту. Утром разбитая, со страшной головной болью, она поехала к маме и бабушке Кирилла, Павлика оставила дома с Дашей.
34
Соня надела темное платье, взяла черный платок. Одевшись, долго сидела на диване молча, пытаясь настроить себя на разговор с мамой и бабушкой Кирилла. Но как не пыталась, не могла подобрать слова. Слова, которые должны сообщить о смерти самого родного, самого любимого человека, сына и внука. Как ни подбирай слова, они всё равно убьют женщин!
Ничего не придумав, она поехала. Так и не зная, как она сможет сказать им, что Кирилл погиб! Соня не могла сдерживать себя, её всю трясло, голова разламывалась от боли, а сердце казалось, просто остановилось. Она решила ехать на автобусе, боялась в таком состоянии вести машину.
В автобусе ехала, ничего не видя и не слыша вокруг себя. Ей кто-то уступил место, она села, но рассчиталась за проезд или нет, она даже не думала об этом. Просто сидела и смотрела в окно не моргающими глазами. На конечной остановке к ней подошла кондуктор и с пониманием, что у человека большое горе, тихонько взяв её за плечо, сказала:
- Мы приехали, девушка, конечная остановка.
Соня подняла на неё красные, заплаканные глаза, молча встала и тихо пошла. Кондуктор, провожая её взглядом, тяжело вздохнув, стояла, качая головой. Она и все окружающие понимали, что у этой, ещё совсем молодой женщины, горе, большое горе!
Как Соня шла по улице, она не помнила, подняла глаза и увидела дом родителей. Подошла и замерла у калитки, боясь, шагнуть в сад. К калитке подбежала Амба, она радостно бежала к ней, а остановившись у калитки, заскулила, тихо, протяжно, как-то по волчьи. Соня долго стояла, пытаясь собраться с силами и войти, но ноги не хотели слушаться.
На крыльцо вышла Любовь Анатольевна, у неё в руках был таз с бельем. Увидев Соню, она заулыбалась, да так и замерла. Улыбка начала кривиться, таз выпал из рук, она не плакала, она просто, хватала ртом воздух, как рыба без воды. Выронив таз, Любовь Анатольевна медленно опустилась на крыльцо и, не моргая, смотрела на Соню. Губы тряслись, из глаз по щекам текли слёзы. Соня кинулась к ней, села рядом обняв за плечи.
Плакали молча, не в силах произнести хоть слово. Посмотрев на Соню, Любовь Анатольевна не спросила, она простонала:
- Сыночек, сыночек мой! Как же так? Почему? Сонечка, почему? Почему у меня забрали двух моих любимых мужчин? Паша, милый! Зачем, зачем ты забрал нашего сына? Почему я не настояла, чтобы он не пошёл в лётное училище, почему я не потребовала этого? Как я теперь буду жить? Зачем? Я не хочу!
- Мама, не надо! Не надо так говорить! У вас есть я, Павлик!
Соня больше ничего не могла говорить, она просто плакала вместе с ней. Так и сидели они, качаясь из стороны в сторону и плакали, пока на веранду не вышла бабушка. Она шла по веранде и громко звала дочь:
- Любаша, а мы…
Увидев сидящих на крыльце, плачущих женщин и поняв, что произошло страшное, она остановилась. Глядя широко открытыми глазами на заплаканных сноху и внучку бабушка замерла, закачала головой, медленно отступая назад. Не пройдя и двух шагов, упала со всего маха на пол. Соня с Любовью Анатольевной кинулись к ней. Но бабушка лежала без движения, только из широко открытых глаз по щекам крупными горошинами катились слёзы. На окаменевшем лице, огромные, широко открытые глаза смотрели на Соню, с немым вопросом: «Почему!?». Соня пыталась её привести в чувства, но ничего не помогало, тогда вложив ей в рот таблетку валидола, она вызвала скорую помощь.
Когда приехали врачи, женщины с большим трудом, уже перенесли бабушку в дом и уложили на диван. О себе думать и плакать, не было времени, они хлопотали около неё. Евгения Григорьевна лежала с отрытыми глазами молча, тихо, из её, не моргающих глаз, вытекали слезы. Они текли нескончаемым ручейком, Соня вытирала их, но говорить что-то не было сил. Она не могла успокаивать ни маму, ни бабушку, потому что сама чуть не падала в обморок от горя. Скорая помощь приехала быстро, осмотрев бабушку, врач объявил, что её необходимо забрать в больницу - инсульт. Её переложили на носилки и унесли в машину.
Когда бабушку увезли Соня с Любовью Анатольевной сели на диван и заплакали. Нет, они не плакали, они выли, как две волчицы! Да так сильно, что проходящие мимо люди останавливались, глядя на их дом.
Такое страшное горе пришло в их дом. Пришло, разорвав их жизни на кусочки, которые нельзя соединить вместе. Голубое небо стало чёрным, солнце стало кровавым, воздух давил, жёг и не давал дышать. Всё пошло кругом! Вся жизнь пролетела в один миг и остановилась на сегодняшнем страшном дне. Это как рог, преследующий их из поколения в поколение, не давая жить в семье рядом с родными и любимыми! Соня, вспомнив судьбу бабушки и мамы Кирилла, поняв это, испугалась ещё больше, думая только об одном:
- «Как можно это пережить, как можно с такой болью в сердце жить дальше!? Как мы без Кирилла будем жить дальше!?»
35
Жизнь медленно с тоской и не проходящей болью, но продолжалась. Соня каждый день, просыпаясь, ждала чуда. Ждала, что вот сейчас позвонят в дверь и, открыв её, она увидит Кирилла. Он жив, она так чувствует! Её сердце не хочет воспринимать то, что его не будет с ней никогда!
Как не страшно и не ужасно осознавать, но Кирилла не нашли! За несколько месяцев поисков нашли только обломки вертолета. Всё сгорело, огонь не оставил никаких следов. Поиски прекратили, официально признав весь экипаж погибшим. Соне вручили похоронку и награду.
Почти четыре года семейной жизни остались в памяти, как самые счастливые дни её жизни. Кирилл был очень заботливым и внимательным мужем, он её очень любил. И не только её одну, он любил и заботился обо всех, ко всем членам семьи относился очень внимательно. Даже к Даше, когда она вредничила! Часто играя с ней в шахматы, они о чем-то разговаривали, Соня замечала, что они замолкали, когда она входила. Она понимала, что так Кирилл пытался наставить сестру на путь истинный, и была благодарна ему за это.
Как Соне не хватает его! Она за это время уже научилась дышать без него, но жизнь без него, давалась с трудом. Кирилл был самым близким, самым родным человек, любимым мужчиной, другом, он был всем для неё! И вот его не стало! Соня была с ним очень счастлива и знала, что он тоже счастлив. Он ушёл, а она до сих пор не верит, что рядом с ней не будет самого дорогого человека. Они очень о многом мечтали, строили планы и сейчас, всё это исчезло, рухнуло куда-то в тёмную, претёмную пропасть. Нет ни планов, ни тем более желаний! Она всегда думала, что они пронесут свою любовь через всю жизнь, а теперь впереди была только тишина и полная пустота.
Соня перестала краситься, совсем не покупала себе обновок. Ела, пила но, не понимала вкуса пищи, просто нужно было есть, чтобы жить и растить сына. Она продолжала работать медицинской сестрой. Поступать в институт, как они планировали с Кириллом, не стала, у неё не было ни сил, ни желания. Работа её спасала, она отвлекала её от постигшего горя. Соня работала, водила сына в детский садик, занималась домашними делами. Делала всё, что необходимо для жизни, делала всё ради сына и бабушек. Но делала всё по инерции, как робот.
Не раз, Соня вспоминала маму, которая, так же как и она угасла в один момент, когда потеряла любимого человека и ужасалась тому, как повторяются судьбы в их с Кириллом семьях. Сейчас Соня очень хорошо понимала маму и, знала наверняка, что свою жизнь она проживёт также как и она.
Жила Соня только потому, что нужно было жить, но не ради себя! Она нужна своим родным, она должна быть сильной, чтобы помочь им пережить это горе. Бабушка прикована к кровати, Любовь Анатольевна работает и перед пенсией не может увольняться. Поэтому без Сони, без её помощи им не справиться.
Не зря говорят в народе, что «пришла беда, отворяй ворота»! Потому что прошло совсем немного времени, после гибели Кирилла, как начались проблемы с Дашей. Она начала пропускать институт, заниматься и готовиться к экзаменам, совсем не хотела. Завалила сессию и чтобы её не выгнали из института, пришлось перейти на платное отделение. Но это не помогло, на очередную сессию она просто не пошла. Даша часто не ночевала дома, пропадала где-то целыми днями. Когда Соня задавала ей вопросы, она грубила, материлась. Соня ничего не могла понять, сестру, как подменили, но сил, спорить и ругаться с ней, у неё совсем не было. Она просто, махнула на неё рукой. Соня в глубине души надеялась, что Даша опомнится и начнет жить нормальной жизнью. И что из не послушной, взбалмошной девчонки станет прежней, доброй и заботливой сестрой.
Так и жили каждая по себе. Соня посвятила свою жизнь сыну и Кириловой маме с бабушкой, а Даша развлечениям. Соня давно считала Любовь Анатольевну с Евгенией Григорьевной самыми родными и близкими людьми, ведь кроме них и Павлика, у неё никого не было, а общее горе сблизило их ещё больше. Каждые выходные, праздники и дни, когда работала свекровь Соня жила у них. Любови Анатольевне пришлось перейти на другую работу, чтобы не отсутствовать дома подолгу. За бабушкой нужен постоянный уход, она после инсульта лежала без движения. У Сони в клинике скользящий график, поэтому они с Любовью Анатольевной менялись, чтобы всегда кто-нибудь был дома, возле больной. Бабушка начала немного двигать руками, но речь не восстанавливалась. Так её подкосила смерть внука! Соня была рада помочь бабушке и свекрови, лишь бы ни у кого больше ничего не случилось!
За год жизни без Кирилла у них было всего два праздника, которые они должны были отпраздновать ради Павлика. Это его четвертый день рождения и Новый год. Праздновали за городом в тесном кругу, водили хороводы, рядом с лежащей на диване бабушкой, пели детские песенки и украдкой смахивали слезы. В декабре, Любовь Анатольевна пошла на пенсию, и теперь стало легче ухаживать за бабушкой. Соня приезжала к ним только по выходным и перед ночными дежурствами, привозила Павлика к бабушке. Садик в ночное время не работал, а на Дашу, уже давно нельзя было рассчитывать. Соня, в свободное от основной работы время, подрабатывала. Она брала дополнительные дежурства или кого-нибудь подменяла, хваталась за любую работу не щадя себя. Зарплаты медсестры и пенсии, назначенной после смерти мужа, не хватало.
Когда был Кирилл, она совсем не думала о деньгах, а сейчас ей нужно как-то справляться самой. Как Соня не старалась, но оплата за институт съедала весь бюджет. И ладно бы на пользу пошли деньги, а так, всё напрасно, потому что всё равно Даша не хотела учиться. Она совсем перестала замечать Соню и жила сама по себе, не реагируя на мольбы и уговоры сестры.
Сын и мама с бабушкой были для Сони единственным утешением, им она отдавалась полностью. Только ночью, когда уже все спали, она, лёжа в тёмной комнате, разговаривала с Кириллом. Она ему рассказывала всё, чем занималась днём. И сквозь слёзы говорила о том, с каким трудом она всё это делала, потому что его нет рядом!
36
Соня пришла мерить давление к больному из отдельной палаты. Он лежал на подушке бледный, слабый, такой беззащитный! Врачи дали ему всего лишь маленькую надежду на выздоровление. Она жалела его, относилась к нему с состраданием и заботой, понимая, что он безнадёжно болен и, жить ему осталось всего один, от силы два года. Врачи от него это скрывали, пытаясь вселить в него оптимизм и желание бороться с недугом.
Соня, заходя к нему в палату, думала о том, что, как тяжело жить и знать дату своей смерти! Больной, лёжа в кровати, наблюдал за ней. Когда она померила ему давление, встала, поправила на нём одеяло, он улыбнулся и сказал:
- Любуюсь вами Сонечка. Руки у вас легкие, такие нежные!
Соня, ему в ответ, печально улыбнулась. Она уже давно привыкла к благодарностям больных и принимала их спокойно.
Больной приподнялся немного на подушке и серьёзно сказал:
- Я хочу с вами поговорить, Сонечка!
- Да слушаю, вас Сергей Петрович.
- Вы присядьте, Сонечка, у меня разговор будет длинный. Я давно хочу поговорить с вами, но никак не решаюсь.
Соня опустилась на стул рядом с кроватью и взволновано спросила:
- Сергей Петрович, вы меня пугаете! Что случилось?
Он посмотрел на Соню очень внимательно и обстоятельно произнёс:
- Я давно здесь лежу, можно сказать, долгожитель. Всё про всех знаю. Извините, ради Бога! Я знаю, что у вас погиб муж и вы уже почти год вдова.
Соня сделалась очень серьезной, даже сердитой, но продолжала сидеть, пристально глядя на него. Он продолжал говорить:
- Вы одна растите сына, у вас сестра ещё учится, ей нужно помогать, зарплата у вас маленькая.
Сергей Петрович остановился, вглядываясь в Сонино лицо, она молчала. Он, всматриваясь в её уже давно поблекшие глаза, опасливо продолжил говорить:
- Я хочу вам предложить…
Он сделал небольшую паузу, не переставая пристально смотреть на неё, и немного виновато, сказал:
- Только вы сразу не рубите с плеча, подумайте! И ещё раз, заранее, прошу простить меня!
Он ещё приподнялся на подушке, облокотившись на локоть и произнёс:
- Софья Максимовна, выходите за меня замуж!
Услышав это, Соня чуть не задохнулась от возмущения и ужаса. Откачнувшись от него, как от удара, она сердито ответила:
- Сергей Петрович вы, что такое говорите?
- Дело говорю, Сонечка, дело!
Соня смотрела на него с ужасом и, не веря своим ушам, вставая со стула, качая головой, сказала:
- Вы хотя бы, понимаете, что вы такое предлагаете?
- Софья Максимовна, подождите, сразу не отказывайтесь! Подумайте, посоветуйтесь, я ведь не жилец мне осталось от силы два года!
- Во-первых, с чего вы это взяли, Сергей Петрович? А во-вторых причём здесь это?
Опустившись на подушку и с отчаянием глядя на неё, он ответил:
- Сонечка, знаю я всё про себя! И диагноз свой знаю и сколько мне осталось, знаю! Врачи, конечно, обнадёживают, успокаивают, я с ними не спорю, пусть надеются. А говорю я всё это потому, что я скоро умру! Конечно не сегодня, но то, что осталось совсем чуть-чуть это уже не оспоримый факт!
Она посмотрела на него уже спокойнее и ответила:
- Вы, Сергей Петрович шутите как-то уж очень неприятно!
- Софья Максимовна, я не шучу! Это вполне серьёзно! Я обещаю помочь вам поднять сестру, растить сына насколько, конечно, у меня хватит времени. Но я не предлагаю вам фиктивный брак, я хочу по-настоящему на вас жениться! Конечно, вы меня не любите и никогда не сможете полюбить, но я этого и не прошу, и претензий к вашему сердцу у меня не будет. Я слишком хорошо понимаю, что ваше сердце принадлежит только одному человеку и это останется навсегда с вами. Одно, мне надо от вас, чтобы вы родили мне ребенка!
Соня в очередной раз попыталась встать со стула и уйти, возмущённо качая головой. Он успел схватить её за руку, и взволновано произнести:
- Подождите, пожалуйста, не уходите! Выслушайте! Прошу вас, Сонечка! Не откажите умирающему человеку.
Она посмотрела на него с жалостью и опустилась на стул. Он, вздохнув с облегчение, сказал:
- Я два раза был женат, вырастил троих чужих детей. Своих детей Господь не дал! Пока был молодым, не думал об этом, а полежав здесь в больнице, передумал всю свою жизнь. И понял одну горькую вещь, что после меня ничего не остаётся, я совсем один! Вот я и подумал, что нужен наследник. Я вам и предлагаю быть его матерью!
Соня спокойно, с жалостью и одновременно с сочувствием, спросила:
- Сергей Петрович, вы, спятили?
Он, не отпуская её руки, скороговоркой, чтобы она не ушла, продолжал говорить:
- Вы добрая, будете любить его, а я оставлю вам всё, всё, что у меня есть! Я конечно не олигарх, но у меня хороший дом, бизнес. Сонечка, это моё последнее желание в этом мире, не откажите, прошу вас!
С грустью глядя на него, Соня твёрдо ответила:
- Сергей Петрович, прекратите! Подумайте, что вы такое говорите, что вы мне предлагаете!?
Соня встала со стула, он пытался удержать её за руку, присев на кровати, сильно волнуясь, быстро, тяжело дыша, сказал:
- Сделку, Сонечка, сделку и больше ничего. Вы мне ребенка, я вам всё!
Соня вырвала руку и быстро вышла из палаты. Шла по коридору на свой пост и судорожно пыталась положить руку в карман, но всё время попадала мимо. Так разволновалась, что не в силах была успокоиться. Сердито, с обидой и неприятным ощущением чего-то непристойного, думала:
- «Дурак, он ещё и на голову больной!»
Весь день она не заходила больше к нему в палату, отправляла напарницу по смене. Без конца вспоминая его слова, чувствовала себя очень не уютно, со страхом думая, почему он ей предложил это? Разве она давала ему повод? Только к концу дня Соня смогла немного успокоиться, пытаясь забыть этот неприятный разговор.
37
Вечером, в яслях, прошло родительское собрание. Соня не успела на него. И мамочка из родительского комитета объявила ей о принятом на нём решении, за которое все родители проголосовали единогласно.
Стараясь не смотреть на Соню, не скрывая непонятного пренебрежения, она сказала:
- На Новый год мы решили собрать с каждого ребенка по 1000 рублей.
Соня удивлённо взглянула на неё, и устало спросила:
- Почему так много?
Мамаша посмотрела на Соню сверху вниз, с откровенной ехидной улыбкой, дёрнув плечом, ответила:
- Мы и так по минимуму всё рассчитали: подарки детям, дед мороз со Снегурочкой, съёмка на камеру, общая фотография и подарки двум воспитателям и нянечке!
Соня, сидя на лавочке, одевая сына, спокойно спросила:
- И сколько же им на подарки?
Разозлившаяся женщина, ответила:
- Воспитателям по три тысячи, нянечке две!
Соня вздохнув, спокойно спросила:
- А по коробке конфет разве не достаточно?
- Вы, что? Это же Новый год! Один раз в год мы собираем деньги, а вы возмущаетесь. Как вы можете экономить на собственном ребенке?!
Женщина резко повернулась, дернула плечами и ушла. Соня со вздохом встала с лавочки и, глядя на Павлика, сказала:
- Пойдем, сынок, домой.
Выходя из садика, она шла к машине и думала:
- «Как же мне выкрутиться в этот праздник, где взять денег? Хорошо, если на работе опять не задержат зарплату. У кого-то Новый год, а у кого-то голодный! Всем нужно сделать хоть маленькие, но подарки, а у меня совсем нет денег. Дашин институт съедает весь мой заработок. Наверное, я плохая хозяйка, раз у меня всегда не хватает денег! Даже мама, с зарплатой работника почты, на Новый год всегда покупала зефир и мандарины, и нам с Дашей делала подарки. Когда был Кирилл, я совсем об этом не думала, даже не задумывалась ни разу, потому что деньги были всегда! Оё-ёй, что же мне делать!?»
Весь вечер Соня с сыном провели вместе, рисовали, играли, читали «Гуси лебеди». Павлик уснул, не дослушав сказку до конца, а Соня, отложив книжку, продолжала сидеть рядом с кроваткой. Смотрела на сына и тихо шептала:
- Спи мой хороший, спи крепко! Завтра будет новый день, и мы что-нибудь придумаем. Я обязательно что-нибудь придумаю, и ты не останешься без подарка и мандарин.
Соня продолжала сидеть рядом со спящим сыном. У неё совсем не было ни сил, ни желания вставать и что-то делать, она молча гладила ребенка по голове и думала:
- «Волосы такие же, как у Кирюши, мягкие, пушистые, черный, как смоляной бычок. Павлик растет копия папа, жалко, что он будет расти без него. Кирилл, милый, мне очень плохо без тебя, мне очень тебя не хватает! Почему, почему так всё получилось? Почему моё счастье так быстро закончилось? Почему я должна жить без своего самого родного, самого любимого человечка! Почему судьба так жестока к людям!? Кирюша милый ты подарил мне любовь, счастье, ты так любил меня! Как без всего этого жить дальше?»
Она задумалась и со страхом произнесла:
- Какая страшная судьба! Почему повторилась судьба отца в судьбе сына, судьба моей мамы, во мне!? Огонь забрал сначала отца, потом сына, мой папа погиб трагически и мой муж то же!? Так не должно быть!
Соня с ужасом посмотрела на сына и сказала:
- Тебя мой мальчик я не пущу этой дорогой, умру, но не допущу, чтобы ты повторил их судьбу!
Соня вздохнула, вытерла набежавшие слёзы и встала, приглушив свет в детской. Ушла на кухню, выглянув в окно и оглядывая пустой двор, печально подумала:
- «Даша опять где-то шляется! Как она окончит институт, совсем не занимается!? Опять с ней, что-то происходит, что-то случилось? А что, она не хочет говорить, только отнекивается. Боюсь за неё, а что сделать не знаю!? Ах, мама, мамочка, почему ты ушла так рано! Мне сейчас, очень нужна твоя помощь. Да, жестокая штука жизнь! Два самых родных, самых близких человека и оставили меня. Совсем нет сил, ни жить, ни что-то делать. И самое страшное, что никто мне не подарит ни веру, ни надежду в то, что всё у меня будет хорошо!»
Она тяжело вздохнула и, уговаривая себя, сказала:
- Всё хватит, хватит травить себе душу! Хочешь, не хочешь, но нужно дальше жить! У тебя Павлик! И не только Павлик, а что будет с мамой и бабушкой? Ты одна у них осталась и кроме тебя им помочь и поддержать некому! Поэтому держись, сожми зубы и держись!
Соня постояла у окна ещё немного, смахнула слезы и пошла, гладить бельё.
38
Даши не было дома три дня. Соня уже обзвонила всех подружек, собралась ехать в институт, тут зазвонили в дверь, длинным, надрывистым звонком. Соня подлетела к двери, открыла замок и увидела бледную с большими чёрными кругами под глазами Дашу. Сильно качаясь, она ели стояла на ногах.
Соня, испугавшись, отошла в сторону. В недоумении глядя на сестру, спросила:
- Ты, что, пьяна? Дашка как ты могла? Ты же девушка! Как ты, в таком виде, шла по улице?
Несвязно, с трудом выговорила слова, Даша ответила:
- Я не шла, меня привезли!
Соня, со страхом глядя на сестру, спросила:
- Кто привез, ты, где была три дня?
Пытаясь снять кроссовки и не упасть, Даша ответила:
- Где надо там и была! Мне вообще осталось гулять не долго…
Соня, не на шутку испугавшись, затрясла сестру за плечи, с волнением спрашивая:
- Ты о чем говоришь, что ты натворила!? Дашка говори!
Даша оттолкнула её и зло ответила:
- Отвянь, дура! Нудная ты Сонька, нуднее, чем мама.
Соня гневно взглянула на нее и почти закричала:
- Не смей, замолчи!
- Молчу, молчу. Я спать.
Она ушла в свою комнату, держась за стенку. Не умываясь, в одежде рухнула на кровать. Соня проводила её печальным взглядом, закрыла входную дверь и ушла на кухню. Села за стол и заплакала, подумав:
- «Мама, мамочка, что мне делать!? Даша меня не признаёт, не слушает, совсем от рук отбилась!»
Утром Соня с Павликом ушли. Даша ещё спала. Соня шла на работу и думала:
- «Что за напасть такая, всё разом свалилось! Дома Дашка, со своими капризами, на работе этот Сергей Петрович. Когда закончится эта черная полоса? Похоже, что я иду по ней вдоль, а не поперёк!»
День прошёл спокойно. Отработав, Соня забрала сына из садика и пошла домой. Войдя в квартиру, увидела в коридоре большой мамин чемодан, она ездила с ним последний раз в санаторий. Даша обувала кроссовки. Соня посмотрела на неё и, не понимая, что происходит, спросила:
- Даш, ты куда?
Даша, не глядя на неё, обувалась. Соня опять спросила:
- Даша, я спросила тетя! Куда ты собираешься с чемоданом!?
Удивлённой, со страхом смотревшей на неё сестре, Даша вызывающе ответила:
- Далеко, отсюда не видать!
Соня в отчаянии смотрела на сестру, с обидой спрашивая:
- Даша ты, почему дерзишь мне? Я задала тебе нормальный, человеческий вопрос!? Ты же мне сестра и я хочу знать! Я, в конце концов, Даша, волнуюсь за тебя!
Даша бросила на неё ехидный, неприятный взгляд, выпрямилась и ответила улыбаясь:
- Уезжаю я, далеко и надолго!
- Куда?
Даша посмотрела на Соню, ухмыльнувшись так, как когда-то ухмылялась Танька и ответила:
- Туда где тепло и где тебя не будет!
Соня была в отчаянии, в страхе за сестру, спросила:
- На какие деньги?
- На большие!
Соня схватила Дашу за рукав, пытаясь хоть что-нибудь понять, в надежде, что она объяснит ей что-нибудь вразумительное, спрашивала:
- Даша объясни, что всё это значит?
Даша сердито вырвала руку и резко бросила сестре:
- Ничего я тебе объяснять не буду! Сама скоро всё узнаешь!
- Я ничего не понимаю? Объясни!
Сестра, язвительно улыбаясь, молчала. Соня взволнованно смотрела, чуть не плача, спрашивая у неё:
- Даша, говори! Говори правду!
Даша, медленно наступая на сестру, зло говорила ей прямо в лицо:
- Правду хочешь? Ну, слушай! Ты доставала меня, с самого детства! Праведная наша. Я только и слышала всю жизнь: «Посмотри, как Сонечка учится, посмотри, какая Сонечка у нас серьезная. Бери пример с Сонечки». Надоело! Я не хочу больше плясать под твою дудку - зануда!
Даша отвернулась, взяла чемодан и, не попрощавшись, пошла из квартиры, в дверях повернулась и зло, смеясь, бросила:
- Советую собирать вещички, а то не успеешь!
Громко засмеялась и хлопнула дверью.
- Какие вещи, зачем?
Соня закричала, выскакивая за ней на площадку. Даша, не поворачиваясь, помахала ей рукой и вышла из подъезда. Соня вернулась в квартиру, раздела сына, не понимая, что сейчас произошло. Ей было очень обидно, она не плакала, просто печально думала:
- «Почему Даша так со мной!? Я ничего плохого ей не сделала, одевала, кормила, оплачивала институт. Тянулась из последних сил, хватаясь за любую работу. Куда она? Зачем? Что делать, дальше?»
Соня прошла на кухню, готовить сыну ужин и без остановки думала про сестру:
- «Даша, Даша, что же ты делаешь! Куда ты, зачем!? Она сказала, что у неё большие деньги. Откуда! Вдруг она влипла в какую-нибудь историю, а сейчас убегает. Господи, что же мне делать, куда бежать, у кого просить помощи!? Бедная Даша! Бедная девочка! Одна, совсем одна и помочь ей некому!»
39
Прошли выходные, началась новая рабочая неделя. Соня пришла в клинику. Не успела переодеться, как её вызвали к главному врачу. Она шла ни о чем, не подозревая. Простая рабочая обстановка, мало ли что может произойти по работе!?
Соня только вошла в кабинет, как Иван Ефимович встал со своего кресла. Она его таким сердитым ни разу не видела! Он не кричал, но то, как он говорил было страшнее крика:
- Софья Максимовна, от вас я такого не ожидал, кто, кто, но только не Вы!
Соня смотрела на него, не понимая, что она натворила такого, чтобы её в первый раз за все годы работы, так ругали и в испуге спросила:
- Иван Ефимович, вы о чём, я не понимаю, я ничего не сделала!?
Он протянул ей конверт. Соня взяла письмо на официальном бланке и начала читать. На имя главного врача клиники пришло из банка письмо, о задолженности по погашению кредита и процентов по нему Акимовой Дарьей Максимовной, обязанности по договору переходят на Назарову Софью Максимовну, как поручителя. Соня ничего, не понимая, подняла глаза на Ивана Ефимовича и в полной растерянности, произнесла:
- Я не виновата! Я не знала, что Даша взяла кредит на полмиллиона, а меня ввела поручителем!
Соня ещё больше испугалась, когда произнеся вслух, услышала собственные слова о том, что было написано в письме. Поняв смысл и услышав произнесённую цифру кредита, чуть не потеряла сознание. Сбивчиво пытаясь объяснить, говорила вдруг ослабевшим голосом:
- Я ничего не подписывала и никаким поручителем, ни у кого не была! Это чистой воды неправда!
Но от её объяснений вышло еще хуже. Иван Ефимович на повышенном тоне, почти прокричал:
- Разбирайтесь сами с этим письмом, не виновны, доказывайте! Но не мне! Вас ждут в банке, будьте добры, сходить туда и закрыть этот вопрос!
Он резко сел в кресло, посмотрел на нее и, немного успокоившись, вздохнув, добавил:
- Вы Софья Максимовна, прямо сейчас идите в банк. Как там освободитесь, вернётесь на смену, я распоряжусь. И голубушка, Софья Максимовна, прошу вас сделать всё, чтобы я таких писем больше не получал!
Соня вышла из кабинета, не понимая, что случилось. Какой кредит, какой долг? Почему она должна кому-то деньги, если не брала? Она спешно вернулась в гардероб, переоделась и почти бегом понеслась в банк.
Работник банка на входе, прочитав письмо, провёл её в кабинет начальника кредитного отдела. Приятная молодая девушка, спокойно выслушала Соню, и ответила на все заданные вопросы. Но ответ прозвучал, как приговор:
- Я, вас выслушала, очень внимательно! Теперь вы послушайте меня. Вот вам кредитный договор, прочтите его и ознакомитесь с подписями.
Соня лихорадочно начала читать. Из-за волнения, по несколько раз, перечитывая одни и те же строчки. Девушка спокойно ждала. Когда наконец-то Соня всё прочитала, она сидела молча, в недоумении глядя на свою подпись. Девушка её спросила:
- Как я поняла, вы ознакомились с текстом договора, и узнали свою подпись!?
Соня в растерянности подняла на неё глаза и ответила:
- Но я не подписывала этот договор, я его вижу впервые!
Девушка, невозмутимо продолжала говорить:
- Подпись ваша?
- Да, но я не подписывала это!
- Ошибки здесь быть не может, потому что вы, в присутствии работника банка, при предъявлении паспорта, собственноручно подписали договор. Это обязательная процедура и строго установленный регламент.
Соня со слезами на глазах произнесла:
- Но я не подписывала договор и я не была у вас в банке!?
Девушка, не обращая внимания на её слова, продолжала совершенно спокойно говорить:
- По договору, поручитель обязуется перед банком отвечать за исполнение заемщиком его обязательств полностью или частично. Поручитель несёт ответственность солидарно с заемщиками, согласно Гражданского Кодекса Российской Федерации. При неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязательств по кредитному договору, поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, что и заемщик. Включая возврат основного долга, уплату процентов, неустойки, штрафа и пени. Если вы не погасите кредит мы будем вынуждены обратиться в суд, тогда на вас лягут затраты по возмещению судебных издержек, по взысканию долга и других убытков банка, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств заемщиком. Вам всё понятно, из того что я сказала или ещё есть какие-нибудь вопросы?
Соня сидела молча, из глаз текли слёзы, она даже не замечала их. Девушка одобрительно кивнула головой и уже не официально добавила:
- Я вам даю пять рабочих дней для принятия решения по данному вопросу. Если у вас остались какие-то сомнения, то советую с копией договора сходить к юристам и проконсультироваться.
Девушка вложила в мульти фору копию договора и передала её Соне, сказав:
- Всего доброго, до свидания! Жду вас через пять дней.
Соня медленно шла из банка на работу. Она в ужасе думала, повторяя про себя:
- «Что теперь делать, где брать такие огромные деньги? Вот на какие деньги уехала Даша. Теперь понятно, откуда большие деньги!»
Соня не знала, что делать в этой ситуации, как поступить. Мысли путались, она никак не могла сосредоточиться, чтобы принять какое-то решение.
40
Соня пришла на работу, сил с кем-то разговаривать не было совсем. Она переоделась и начала заниматься повседневными делами. Очень не хотела заходить к больному из отдельной палаты. В последний раз он вёл себя, на её взгляд не адекватно, потому что не может человек в здравом уме предлагать такие вещи! Но работа есть работа, она поправила халат, взяла тонометр и вошла в палату.
Сергей Петрович увидев её, очень обрадовался, сел на кровати, можно даже отметить, что сделал он это намного легче, чем при их последней встрече. Глядя на её заплаканные глаза, тихо, настороженно произнёс:
- Сонечка, здравствуйте!
Соня молча кивнула ему в ответ. Сергей Петрович смотрел на неё с виноватым видом, как нашкодивший ребёнок. Не понимая причины её молчания, сказал:
- Вы простите меня, Сонечка, я не хотел вас обидеть! Я это от чистого сердца, поверьте мне, пожалуйста!
Соня печально посмотрела на него и, вздохнув спокойно ответила:
- Не надо Сергей Петрович, вы же сами понимаете, что сказали глупость. Ложитесь, я измерю вам давление.
Ложась на кровать и поднимая рукав пижамы он, не сводя с неё глаз, продолжал говорить:
- Может быть, это и выглядит как глупость, но я был с вами искренним, и предложил это от чистого сердца!
Соня молча мерила давления, совсем не реагируя на его слова. Ей не хотелось говорить, тем более что-то ему отвечать. Сергей Петрович пристально следил за ней и, заметив Сонино настроение, заботливо спросил:
- У вас что-то случилось, на вас лица нет!?
Соня, сворачивая тонометр, не глядя на него сухо ответила:
- Извините, но это мое дело и вас никак не касается!
Он присел на кровати и спросил:
- В любом случаи, я вам хочу помочь!
- Я справлюсь сама!
Соня встала, показав своим видом, что разговор окончен и вышла из палаты. На душе скребли кошки, Сергей Петрович задел за живое. У неё и так голова идет кругом, что делать не знает, Даша натворила дел, а расплачиваться за всё ей, а тут ещё он со своим странным предложением. Стыдно перед главным врачом и перед сотрудниками. Узнав о письме из банка, кто-то с пониманием отнесся к этой ситуации, а в основном не разобравшись, осудили. Стыдно, очень стыдно!
После работы, забрав Павлика из садика, Соня поехала к Любови Анатольевне. Она была в растерянности и хотела посоветоваться, чтобы решить, что делать!?
Они, со свекровью сидя на кухне, пили чай, и Соня печально рассказывала о случившемся. Любовь Анатольевна в ужасе смотрела на Соню, качая головой, а услышав сумму кредита, даже вскрикнула в ужасе. Соня печально посмотрела на неё и проговорила:
- Мне, наверное, придется продать квартиру, машины не хватит, чтобы погасить кредит и проценты.
- И как же теперь жить? Что у вас останется после продажи?
- Только однокомнатная квартира, на всех. Больше ни на что не хватит. Но другого выхода я не вижу, деньги взять негде!
- Сонечка, ты смотри, если что, всегда можешь переехать к нам. Из Кириловой комнаты всю мебель уберем, тем более вы хотели её поменять.
Любовь Анатольевна замолчала, закрыв лицо полотенцем, чтобы бабушка из соседней комнаты не услышала и тихо как ребенок заплакала. Соня, успокаивая её, подсела ближе, обняла и, сама еле сдерживая слезы, уговаривала свекровь:
- Не надо, мама, успокойтесь, не плачьте! Бабушка услышит.
Любовь Анатольевна стараясь не шмыгать носом, вытерла мокрые глаза, тяжело вздохнула и, печально улыбнувшись Соне, ответила:
- Да, да доченька, я больше не буду. Ты вещи собирай, что не войдет в однокомнатную квартиру, вези к нам, разместим.
- Вы считаете, что я правильно решила?
- А как по-другому? Конечно, ты права, другого выхода у тебя нет! Где ты сможешь взять такие деньжищи! А гасить каждый месяц по тридцать шесть тысяч, при зарплате в пятнадцать, ты не сможешь. Только не тяни, проценты растут!
- Да, мне нужно завтра сходить к юристу, уточнить кое-что, потом в банк.
Свекровь, с досадой качая головой, произнесла:
- Не думала я, что Даша на такое способна! Что ж она натворила? На что ей понадобились такие деньжищи?
- Если бы знать? Она ж ничего не объяснила, куда уехала, зачем?
Соня сходила к юристу, он объяснил ей, что она может выиграть это дело, только в том случае если напишет заявление в милицию. На сестру заведут уголовное дело, если подтвердится, что подпись поддельная. Через суд можно приостановить взыскание с неё долга, но это длительный и не дешёвый процесс. Юрист подтвердил ей, что в других случаях ситуация безвыходная. Ей нужно гасить долг! Юрист практически подтвердил всё, что сказала девушка в банке. Поняв это окончательно, Соня, в установленные сроки, сходила в банк. Объяснила, что взять ей деньги негде, и она вынуждена, чтобы погасить весь кредит, продать квартиру, но на это нужно время. Ей разрешили написать заявление на отсрочку даты погашения долга, в связи с продажей квартиры. Написав заявление и, уже собственноручно расписавшись в нём, она пошла в риэлтерскую фирму.
Соня подала заявку на продажу квартиры родителей и одновременно на покупку однокомнатной квартиры для себя. Как не было печально, но нужно заниматься сбором вещей, сортируя их, какие повезёт с собой в однокомнатную квартиру, какие за город. Спальный гарнитур, который они покупали с Кириллом, она запланировала, отправит за город и установить, что войдёт, в его комнате. Все Дашины вещи, она решила упаковать и тоже отправить за город. В надежде, что сестра вернётся и ей ещё всё понадобится. Целую неделю она была занята сбором вещей. Уходя на работу, немного отвлекалась от денежной проблемы, и уже спокойнее обдумывала свои дальнейшие действия.
41
В один из вечеров, придя с работы, Соня обнаружила в двери записку: «Не застал Вас дома, позвоните мне. Я хотел бы знать, когда вы освобождаете мою квартиру? Договор был на двадцать дней!» Соня несколько раз прочла записку, ничего не понимая, позвонила по указанному телефону.
- Извините, вы, наверное, ошибочно воткнули записку в нашу дверь?
В ответ раздался строгий мужской голос:
- Квартира пятнадцать?
- Да.
- Тогда никакой ошибки!
Соня в растерянности ему ответила:
- Но я не продала еще квартиру, только подала заявление, вы что-то перепутали!
Мужчина, зло, почти прорычал в трубку:
- Ты о чём, детка, какая ошибка!? С головкой-то дружи! Я купил эту квартиру двадцать дней назад. Тебе итак дали столько времени на переезд. Так, что освобождай жилплощадь!
Соня дрожащим голосом, почти плача проговорила:
- Но я ничего не продавала!
Мужчина гневно кричал в трубку:
- Совсем с головой не дружишь! Твоя сестра подписала договор, получила деньги, я бы сказал не малые за вашу хату. Так, что выметайся! Через три часа я приеду за ключами.
Соня в шоке прокричала ему, чтобы он не успел отключиться:
- Подождите, подождите! Я хочу видеть договор!
- Ну, точно, сестра говорила, что ты зануда! Хорошо, сейчас пришлю своего адвоката с документами.
Через час в дверь позвонили, вошёл мужчина с папкой, не говоря ни слова, сунул Соне в руки копию договора. Она начала судорожно читать. Прочитав, в страхе и в ужасе произнесла:
- Я ничего не понимаю? Как Даша могла продать квартиру, она на меня оформлена!? Я единственный владелец, свидетельство есть!
Мужчина молча достал копию доверенности на право продажи собственности и право получения денег. Соня, прочитав её, растерянно подняла на него глаза и в ужасе проговорила:
- Но я не подписывала её! Это липа!
- Это ваш паспорт?
Он вытащил из папки копию её паспорта и ткнул в подпись пальцем. Соня, ничего не понимая, но страшно испугавшись, спросила:
- Откуда он у вас?
- С оригиналом доверенности передала ваша сестра. Если вас что-то не устраивает, мы можем пересмотреть сделку. Только вы должны вернуть полученные деньги и оплатить неустойку, в размере 20% от стоимости квартиры. В договоре это предусмотрено!
Соня стояла ошарашенная, её как будто ударили по голове. Такого от сестры она не ожидала! Мужчина совершенно спокойно, без единой эмоции в лице произнёс:
- Вы готовы, сейчас вернуть мне деньги?
Соня смогла только покачать головой. Он сурово произнёс:
- В таком случае, вам даются ещё три дня. Советую освободить квартиру, в противном случаи вас просто выставят из неё ни с чем.
Мужчина повернулся и ушёл, положив перед Соней копию доверенности и копию договора купли продажи квартиры. Она сидела, какое-то время в отчаянии от постигшего её очередного горя.
Сын стоял у стола и, дергая её за рукав, просил, жалобно говоря:
- Мама, мама я хочу кушать!
Она вздрогнула, вспомнив, что не кормила ребенка. Быстро развела дежурную, растворимую молочную кашу и посадила его за стол кушать. Чтобы ребёнок не слышал, вышла в коридор, позвонила свекрови и плача всё ей рассказала. Любовь Анатольевна поплакала вместе с ней и, пытаясь успокоить Соню, проговорила:
- Не плачь, дочка, сейчас ничего, не сделаешь, нужно собирать вещи и освобождать квартиру. Чего доброго эти дельцы и в самом деле выкинут вас, из квартиры ни с чем. А завтра пойдешь в милицию и напишешь заявление.
Соня плача, сдерживая себя, как только могла, произнесла:
- На кого я напишу, на Дашу?
Свекровь, чувствуя в каком состоянии Соня, пытаясь самой не расплакаться, успокаивала её, жалостно говоря:
- Не думай сейчас об этом, дочка. Комнату Кирилла я освободила, переезжай. Собирай все вещи и переезжай, здесь на месте разберёмся, что куда! Потом успокоимся и будем думать, что делать дальше!?
- Спасибо, мама!
Соня долго сидела в оцепенения, не понимая, почему всё это происходит с ней!? Почему если рушится что-то одно, то летя, как по откосу, тянет за собой всё остальное? Тяжело вздохнув, она встала и, с трудом передвигаясь по комнате, умылась холодной водой. Нашла в рекламе телефон фирмы, чтобы заказать машину и грузчиков. У неё всего три дня на переезд из собственной квартиры, из квартиры, где они с мамой, все вместе прожили долгую жизнь!
42
Соня на работе написала заявления на административный отпуск. Но на три дня без предупреждения её, конечно, не отпустили. Поэтому сегодняшний день ей необходимо отработать полностью. Она приняла отказ с пониманием и безропотно приступила к выполнению своих обязанностей.
Соня вошла в палату к Сергею Петровичу. Он внимательно посмотрел на неё и, увидев опять красные глаза, озабоченно спросил:
- Соня вы напрасно отгораживаетесь от меня, расскажите, что случилось? Я отлично вижу, что в вашей жизни происходят события, которые совсем не радуют вас, а напротив приносят боль и страдания. Не стесняйтесь меня, расскажите, может быть, я помогу вам, хотя бы дельным советом. Соня, я много что могу! Пожалуйста, довертись мне!
Соня, почувствовав с его стороны сочувствие к себе, не смогла сдержать слез и расплакалась. Она сама не ожидала, что так расплачется перед посторонним человеком! Но настолько было обидно и неприятно всё, что с ней произошло, а самое страшное, что совсем не понятно, что произойдёт с ней дальше и вообще, что ей делать в этой ситуации, поэтому не в силах всё это держать в себе она заплакала, закрыв лицо руками!?
Сергей Петрович смотрел на неё с сочувствием, понимая, что у этой красивой молодой женщины беда, большая беда и помочь ей некому. Он не стал торопить Соню, дав ей возможность немного унять своё волнение.
Подождав, чтобы она успокоилась, он спокойно сказал:
- Сонечка, успокойтесь и расскажите всё как есть, без утайки. Расскажите, как лучшему другу, всё подробно. Поверьте, я смогу вам помочь!
Перестав плакать, Соня, вытерла слёзы и всё рассказала! Сначала про кредит, потом про квартиру, про то, что из-за сестры осталась без крыши над головой и с постоянно растущим долгом, про всё, что натворила Даша.
Сергей Петрович сидел молча, глядя в пол. Соня ждала, что он скажет. Он посмотрел на неё и со вздохом произнёс:
- Ситуация, на самом деле тяжелая. Чтобы вам доказать свою невиновность нужно написать заявление на сестру. Заведут дело, объявят её в розыск. Вам проведут почерковедческую экспертизу, если экспертиза докажет, что это не ваша подпись…
Соня дрожащим голосом произнесла:
- Это не моя подпись! Вы мне тоже не верите?
Сергей Петрович взял Соню за руку и как можно ласковее произнёс:
- Верю, я вам верю Сонечка, только такой порядок. Да-к, вот! Если докажут, что вы не расписывались ни в кредитном договоре, ни в доверенности, начнётся следствие. Заведут дело о мошенничестве на вашу сестру. С вас снимут все обязательства по кредиту, через суд можно будет признать сделку по продаже квартиры недействительной и вернуть вам квартиру.
Соня подняла на него испуганные глаза и молча слушала. Когда он закончил говорить, качая головой, она спросила:
- Её, что посадят?
Он похлопывал Соню по руке и как можно спокойнее продолжал, говорить:
- Если найдут и она не сможет погасить долги, то да.
- Я не могу!
Соня в отчаянии, не зная, что делать, заплакала. Сергей Петрович, приобнял её и пытаясь успокоить, сказал:
- Ну, ну, не плачьте, не надо! Что вы не можете?
- Я не могу посадить сестру в тюрьму!
Он строго посмотрел на Соню и жёстко спросил:
- А она смогла с вами так поступить? Смогла оставить вас с ребенком на улице, и с огромным долгом!? А вы не можете!?
- Нет, я не могу! Она моя сестра! Что же мне делать? Значит, выхода нет!?
Они оба замолчали, Соня вытерла глаза и, собираясь уходить, со вздохом произнесла:
- Всё равно, спасибо, вам Сергей Петрович!
Соня встала, но он, не отпуская её руку, произнёс:
- Не за что меня благодарить, я ничего ещё, не сделал! Соня помните, что моё предложение остается в силе, только скажите «Да» и я всё решу!
Соня печально посмотрела на него и тихо ответила:
- Вы хотите меня купить?
Сергей Петрович, глядя ей в глаза, очень спокойно и серьёзно сказал:
- Нет, конечно! Во-первых, я предложение сделал вам ещё до ваших проблем, во-вторых, я как муж буду обязан сделать всё, чтобы моя жена была счастлива, и больше никогда не плакала. Подумайте! Я не обижу вас!
Соня с досадой и какой-то отрешенностью, посмотрела на него и вышла, ничего не ответив.
43
До срока освобождения квартиры оставалось два дня, нужно собирать вещи, а Соне так этого не хочется. После работы она решила съездить за город, чтобы оставить у бабушки Павлика на эти дни.
Любовь Анатольевна расцеловала внука, Соню. Они как уже повелось, всплакнули, увидев друг друга, быстро высушили глаза и прошли к бабушке. Соня наклонилась, поцеловала Евгению Григорьевну в щёку, вытерла выбежавшую у неё из глаза слезу и села измерить давление. Немного посидев молча, ушла на кухню.
Любовь Анатольевна накрыла на стол и, печально поглядывая на сноху, сказала:
- Садись, Сонечка, покушай, а то я думаю, что ты ближайшие дни будешь на сухомятке, если вообще поешь!?
Соня, не возражая опустилась на стул, хотя есть, совсем не хотелось. Ковыряясь вилкой в картошке, сидела задумчиво. Любовь Анатольевна посмотрела на неё и спросила:
- Соня, что ты решила с кредитом, как гасить-то?
Соня вздохнула, ничего не сказав, она ещё не знала где взять деньги. Свекровь, предложила:
- Я тут думала, раз так получилось, может быть, договоришься с банком, отдавать всю зарплату, а мы как-нибудь проживем на мою и бабушкину пенсию.
Соня подняла на неё глаза, полные любви и благодарности, и тихо ответила:
- Что вы, мама? Вы и так ели концы с концами сводите, на лекарства не хватает денег. Нет, это не выход!
Соня замолчала, задумавшись, положила вилку и резко произнесла:
- Все равно не могу писать заявление на Дашу! Хоть убейте меня, не могу и всё!
Любовь Анатольевна с пониманием смотрела на Соню и, качая головой, спросила:
- А если не заплатишь, тогда что?
- Не знаю, наверное, посадят в тюрьму.
Испугавшись, свекровь чуть не вскликнула:
- Что, ты дочка, за что же?
- За сестру, мама, за Дашу.
- Но должен же быть какой-то выход? Господи!
Любовь Анатольевна заплакала, не зная как помочь любимой снохе. Соня вздохнула, перемешивая вилкой картошку, так и не попробовав её, грустно произнесла:
- Мне предложили один выход, но я не могу на это пойти!
Любовь Анатольевна заинтересованно посмотрела на Соню, вытирая глаза, с трудом проговорила:
- На, что не можешь пойти? Рассказывай, будем вместе думать!
Соня посмотрела на неё и рассказала о предложении Сергея Петровича, упуская подробности о ребенке. Любовь Анатольевна внимательно слушала сноху и вытирала бегущие из глаз слезы. Когда Соня замолчала, она в сердцах произнесла:
- Господи, за что же это всё нам! Бедная девочка, из-за сестры должна так страдать!
- Сергей Петрович решит все мои проблемы и на Дашу заявление не придётся писать.
- И что ты решишь?
Любовь Анатольевна смотрела на сноху и ждала ответа, но Соня молчала. Пытаясь казаться спокойной, она сказала:
- Сонечка, тебе нужно сделать выбор!
Соня со страхом и скорбью, глядя на свекровь, произнесла:
- Я боюсь и не хочу этого! Я его совсем не знаю, он старше меня на двадцать лет! Он мне чужой, я люблю Кирилла!
Глядя в одну точку, свекровь с грустью, ответила:
- Бойся не бойся, доченька, но у тебя похоже совсем нет выбора!
- А как же Кирилл?
- Кирилла нет и тебе самой нужно…
Любовь Анатольевна не смогла договорить до конца, заплакала, вспомнив о сыне. Соню ей было очень жалко, но она тоже не видела другого выхода, не идти же ей, в самом деле, в тюрьму из-за сестры. Немного успокоившись, она произнесла:
- Соня, я приму любое твоё решение. Осуждения и обиды с моей стороны не будет. Ты в любом случаи остаёшься мне дочерью, а Павлик внуком. Только вы у нас и остались!
Соня подсела к свекрови, обняла её за плечи, прижала к себе, и с трудом сдерживая слезы, подумала:
- «Милый ты мой человечек, как же тебе тяжело!»
А вслух с благодарностью произнесла:
- Спасибо вам, мама!
44
В первый день после переезда к маме Кирилла, Соня пошла на работу с сильным волнением. Она решилась пойти на этот, как ей казалось отвратительный шаг, понимая, что пользуется человеком, но выбора у неё не было! Они с Любовью Анатольевной уже всё обдумали, и она приняла решение. Шла на работу с твердым намерением, хотя очень волновалась и боялась подумать о том, что будет с ней впереди!?
Соня вошла в палату, в руках не было тонометра. Она просто вошла и встала молча в центре палаты, глядя на Сергея Петровича. Он сидел у окна, ничего не подозревая. Увидев её, радостно встал навстречу и сказал:
- Сонечка, здравствуйте! Меня через три дня выписывают! Я чувствую себя очень хорошо! Можно даже сказать прекрасно!
Соня молча смотрела на него, боясь, сама начать этот разговор. Сергей Петрович взволнованно тёр спинку кровати и как мальчишка, пряча глаза несмело спросил:
- Вы меня простите Сонечка! Но я ещё раз, в последний раз, уверяю вас, что больше ни разу не произнесу, ни слова и забуду обо всём, что предлагал ранее. Но я ещё раз хочу просить вас выйти за меня замуж!
Соня стояла молча, боясь и не желая сказать «Да», хотя пришла именно за этим. Сергей Петрович, пытаясь ещё раз убедить её в необходимости и правильности принятия решения, продолжал говорить:
- Соня, подумайте хорошенько! Может быть, это и есть выход в вашей ситуации. Я совсем не хочу пользоваться этим моментам, и мне очень жаль, что с вами всё это произошло, но подумайте здраво, без чувств и эмоций. Я буду хорошим мужем! Я вас не обижу, а родится ребенок, я буду самым счастливым человеком на свете! Но вы не думайте, если Господь не даст нам ребенка, я всё равно вам оставлю всё, как моей жене. У нас будет хорошая семья, я буду любить вашего сына как своего! Наш с вами ребенок будет похож на вас, такой же красивый и добрый.
Сергей Петрович замолчал, ожидая от Сони очередного отказа, но на его удивление, она молчала. Стояла молча, глядя на него. Он, волнуясь, терпеливо ждал. Они стояли напротив друг друга и оба молчали. Соня подняла на него глаза и тихо произнесла:
- Сергей Петрович, так не бывает! Ребёнок не может быть похожим только на маму!
Он обрадовано, с нескрываемым волнением, взял Соню за руки и, затаив дыхание, произнёс:
- Это, значит, да!? Сонечка, это значит да!?
Соня почувствовала на душе облегчение, и ей уже не трудно было ответить:
- Да!
Сергей Петрович был так ошеломлен, что от волнения не выдержал и сел на кровать. Он сидел и смотрел на Соню счастливыми, помолодевшими глазами. Сколько нежности и любви было в этом взгляде! Он, пытаясь остановить своё взволнованное дыхание, смотрел на Соню и говорил ей:
- Я самый счастливый человек на свете! С тех пор как я узнал вас, я начал требовать от своей жизни большего, чем она мне даёт. Я в первую очередь просил и требовал здоровья, чтобы успеть сделать вас, хоть немного счастливее. Никогда раньше прошлая жизнь не представлялась мне такой пустой и никчёмной. Знайте, Сонечка, что это судьба послала вас мне! Я счастлив от того, что у меня ещё будет светлая минута в жизни, которой вы одарили меня!
На следующий день Сергей Петрович в очень официальной форме, в черном костюме, в галстуке, с красивым букетом цветов, ждал Соню в своей палате. Он послал за ней своего друга, организовавшего весь этот праздник. Она вошла в палату. Увидев Сергея Петровича в парадном костюме, подошла к нему и улыбнулась. Он взволнованно, как мальчишка, переминаясь с ноги на ногу произнёс:
- Сонечка я вижу улыбку на вашем лице! Я только от этого уже счастлив!
Она в ответ кивнула ему головой. Он подошёл к ней, вручил букет из маленьких бело-розовых роз, взял за руку и произнёс:
- Сонечка, я прошу вас стать моей женой!
Она спокойно смотрела на взволнованного жениха и улыбалась ему, почувствовав, первый раз за все последние дни, облегчение. Друг Сергея Петровича Андрей, широко улыбаясь, следил за всем происходящим и был не скрываемо рад за друга.
Сделав Соне предложение, жених надел ей на палец небольшое помолвочное кольцо с бриллиантом. Держа её руку и глядя в глаза, он спросил:
- Сонечка, но вы мне не ответили?
- Что вы, Сергей Петрович, я ответила «ДА»!
К ним подошёл Андрей, с шампанским налитым в красивые высокие фужеры и произнёс:
- Сергей, Соня, я поздравляю вас! Буду рад и счастлив, быть свидетелем на вашей свадьбе. Помните, что в любви нет слова «Вы»! С сегодняшнего дня вы должны говорить друг другу только «Ты»!
Они чокнулись и выпили шампанское. Сергей Петрович посмотрел на Соню и уже по-деловому добавил:
- Соня, сейчас тебе нужно пойти к главному врачу и написать заявление на отпуск по семейным обстоятельствам. А завтра, в двенадцать к моей выписке, подходи в больницу. Отсюда домой поедем вместе, я повезу тебя знакомиться с новой жизнью!
Соня посмотрела на него, улыбнулась Андрею и тихо спросила:
- Цветы можно я оставлю здесь, потом заберу?
- Да, Сонечка, конечно, но кольцо не снимай! Пожалуйста!
- Да, хорошо! Всего доброго!
Она попрощалась с Андреем и вышла из палаты. Он проводил её взглядом и, обратившись к другу, спросил:
- Сергей, ты не совершаешь очередной ошибки? Опять молодая жена и опять с ребёнком? Уж не наступаешь ли ты на одни и те же грабли в третий раз?
Счастливо улыбаясь, Сергей ответил:
- Нет, Андрей, в этот раз у меня нет времени для ошибки. Соня это подарок мне на закате жизни. Судьба благосклонна ко мне и дала возможность ощутить полноту счастливой семейной жизни. Если бы, ты знал, как я её люблю! Заодно это я должен быть благодарен судьбе!
- Ну, смотри, тебе виднее! В любом случаи, ты ничего не теряешь! Глядишь и правда, что получится?
45
Соня вернулась домой. Любовь Анатольевна молча встретила её. Остановилась, вопросительно глядя в посеревшие глаза снохи и ничего не спрашивая, стояла в ожидании. Соня только кивнула ей головой, говорить не было сил. Она всё поняла, устало опустилась на стул, посидела молча и подняв заплаканные глаза на сноху, с горечью произнесла:
- Сонечка, милая! За что это всё тебе? Как, ты будешь жить?
Соня очень печально посмотрела на неё и ответила:
- Что ж теперь сделаешь? Видно судьба у меня такая!
- Эту судьбу тебе устроила сестра. Не пожалела, не пощадила!
- Мама, я не виню её, она сама жертва.
- Жертва чего? Уж очень ты добрая Сонечка!
- Мама, не надо! Мне и так тяжело!
- Да, конечно! Прости, меня, милая, прости! Я всё понимаю, но не сдержалась, уж очень тяжело и жалко тебя!
- Я уже приняла решение, и теперь будим жить по-другому. Я пойду, прилягу, что-то голова разболелась.
- Да, конечно иди, я побуду с Павликом.
Соня ушла в свою комнату, легла на кровать. Лежала глядя в потолок и тихо шептала, разговаривая с мужем:
- Кирилл, Кирилл! Милый, любимый, единственный, зачем мне жить, без тебя? Господи, дышать нечем, воздуха не хватает! Если бы ты только знал, как мне тяжело! Если бы ни Павлик, если бы ни Павлик… Как же мне жить без тебя, зачем!?
Соня перевернулась, уткнулась в подушку и заплакала. Она за это время уже научилась плакать тихо, беззвучно, чтобы никто не слышал. Так и уснула в слезах.
Проснулась, когда на улице уже стемнело. Полежала немного, вспомнила, что завтра нужно жить по-другому и резко села на кровати. Тяжело вздохнула и произнесла вслух:
- Кирилл, вот видишь, как получается, не думала, не гадала, а через месяц стану чужой женой. Боже, какая невыносимая боль, какая мука. Внутри всё как будто обожжено огнём. Я должна стать женой совершенно чужого мне человека! Как я не хочу этого!
Она встала, прошлась по комнате, остановилась у туалетного столика. На нём лежал не законченный рисунок Павлика. Солнце, зелёная трава с бабочками и большое облако, на котором сидит человечек. Соня посмотрела на человечка и подумала:
- «Как ангел! Нет! Это не ангел, это Кирилл!»
Она перевернула рисунок, взяла карандаш и написала:
«Любовь моя, она как птица,
На крыльях счастья поднялась!
Но сильным пламенем объятым,
Сожжены перья все дотла!

И с высоты огромной птицы,
Упала в бездну на века!
Разбито сердце на осколки,
Их не собрать уж никогда!

Души сожжённой пепел черный,
Мне не даёт совсем дышать!
Зачем судьбе так было нужно,
Любовь мою так испытать!

Хочу поднять я к небу руки,
И громко, громко закричать!
Любовь мою к тебе на веки,
Никто не сможет отобрать!

Мне нужно сделать трудный выбор,
Опустошённа вся душа!
Любовь и память сердце гложут,
Мне трудно милый без тебя!

С пламенем свечи помолюсь,
За любовь мою помолюсь,
С болью в сердце Богу поклонюсь,
За всё счастье, что ты дал мне, поклонюсь!»
Она написала, несколько раз прочла и со слезами ушла на кровать. Долго лежала, то разговаривала с Кириллом, то плакала, то читала стихи. Так и уснула, держа в руках белый листок.
Любовь Анатольевна постучалась в комнату к Соне. Но, не услышав ответа, осторожно заглянула, приоткрыв дверь. Соня спала поверх покрывала. Она тихо вошла, накрыла Соню пледом, приглушила свет. Увидела рисунок Павлика, лежавший на полу у кровати, подняла его и взяла с собой. Дома уже все спали, было тихо. Она осторожно прошла на кухню, рисунок положила на стол и увидела что, на обороте что-то написано. Одела очки, села к столу и начала читать. Читала и плакала, так провела почти всю ночь, перечитывая и перечитывая Сонины стихи. К утру она уже знала их наизусть. Прижав дорогой листок к груди, она подошла к полочке, на которой стояла икона Богородицы, опустилась на колени и взмолилась:
- Матерь Божия, Богородится! Молю тебя помоги моей девочке! Дай ей сил и терпения преодолеть всё, что выпало на её бедную душу. Не дай душе её ни огрубеть, ни очерстветь, остаться такой же доброй и чистой. Излей благость свою на рабу Божью Софью, дай ей веру, надежду, любовь!
Она вытерла мокрое лицо ладошкой и добавила:
- Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, благослови, оставь, сохрани чадо мое силою Животворящаго Креста Твоего!
Поплакав стоя на коленях, она встала, свернула листок и спрятала его за икону.
46
Как они и условились с Сергеем Петровичем, Соня пришла в больницу на следующий день к двенадцати часам. Он был полностью готов, одетый сидел на кровати ждал только выписку. Андрей уже давно приехал и ждал его у машины, забрав и сложив все вещи в багажник.
Увидев Соню, он шагнул ей навстречу и сказал:
- Софья Максимовна, здравствуйте! Сейчас Сергей выйдет, он ждёт только документы.
- Здравствуйте, Андрей! Вот и хорошо, я поднимусь наверх, мы вместе с ним выйдем. Вдруг нужна какая-то, помощь.
Андрей кивнул головой, провожая её взглядом, улыбнулся, почувствовав беспокойство и заботу о друге. Соня накинула халат и пошла по коридору в палату. На посту остановилась, поздороваться с девочками и сказала:
- Девчата, здравствуйте!
Но в ответ услышала очень неожиданные для себя слова от одной из девушек:
- Привет, олигархичка! Что, решила пристроиться к миллионам умирающего человека!
Вторая девушка, проходя мимо и не глядя на неё, недоброжелательно сказала:
- Да, Соня, на кого, на кого, но на тебя мы никогда бы не подумали! Такой тихоней прикидывалась, по мужу страдала!
Соня вспыхнула моментально, как спичка и громко, почти криком, ответила ей:
- Ни смей! Ни смей ничего говорить о моём муже!
Она резко повернулась и почти бегом ушла в палату к Сергею Петровичу. Он, увидев её в таком виде, напугался, поднимаясь ей на встречу, озабоченно спросил:
- Соня, что случилось? Кто вас обидел?
- Они меня осудили, грубо, грязно!
Поняв причину её переживаний, он спокойно сказал:
- Ах, вот оно, что! Не думайте об этом, это уже ваше прошлое! Вам не нужно будет приходить больше сюда. Вы их никогда больше не увидите!
- Я же здесь работаю!
- Сонечка, вам не нужно будет больше работать. Ну, об этом мы с вами позже поговорим, нам с вами ещё о многом нужно будет поговорить. Вам не придётся даже приходить увольняться, за вас всё сделает мой, теперь наш с вами семейный адвокат.
Соня уже немного успокоилась, но на душе было противно. Значит, так все восприняли её согласие на брак. Её, к которой, все эти годы так хорошо относились, так понимали, помогали, вдруг в одночасье все озлобились и возненавидели. Она тяжело вздохнула и, пытаясь улыбнуться, посмотрела на Сергея Петровича. Он стоял рядом, держа её за руку, ласково смотрел ей в глаза. Соня посмотрела на него, в первый раз не как медицинский работник, а как женщина и удивилась тому, что не замечала, что он хотя и довольно не молод, седоват, но очень красив. У него была какая-то аристократическая красота. Соня даже представила его во фраке, так он подходил к его внешности. Совершенно правильные черты лица, небольшой дугой ещё чёрные брови, обрамляли карие глаза. Прямой аккуратный нос, был ровен, как будто выточен из камня. Когда-то русые волосы, тронуты сединой, но она не делала его старым, она делала его зрелым. Вероятно, в молодости он был намного шире в плечах, это чувствовалось по его осанке и по свободно сидящему на нём пиджаку. Но и сейчас похудевший, измученный болезнью, он был прям как струна. В его внешнем виде не ощущалось старости, он оказывается, ещё вполне интересный и привлекательный мужчина!
Сергей Петрович смотрел на Соню и, улыбнувшись ей, сказал:
- Сонечка, вы смотрите на меня, так как будто видите в первый раз!
Соня покраснела и опустила глаза, интуитивно почувствовав, что он понял её взгляд. Он засмеялся, понимая её удивление и стеснение, сказал:
- Не смущайтесь, Сонечка, так и должно быть. Раньше я был кто? Ваш пациент, а теперь я кто? Ваш жених!
Он замолчал, почесал подбородок и, засмеявшись, произнёс:
- Как-то это ко мне не подходит. Жених. А знаете Сонечка, мне нравится! Я был дважды женат и ни разу не ощущал себя женихом. А сейчас с вами я это чувствую! Я чувствую, что я жених!
Они оба рассмеялись. Постучались в палату. Вошла старшая медсестра и с порога сказала:
- Сергей Петрович, вот ваши документы. Всё можете идти! До свидания!
Она окинула Соню взглядом с ног до головы и вышла из палаты. Сергей Петрович заметил это. Когда за медсестрой закрылась дверь он, нежно сжимая Сонины пальцы, твёрдо, чтобы подбодрить её, сказал:
- Соня, всё хорошо! Это уже прошлое!
- Да, да, конечно! Пойдёмте скорее отсюда на воздух!
Они прошли мимо косящихся на них девушек, и вышли на крыльцо. Остановившись, Соня посмотрела по сторонам. Сергей Петрович уверенно взял ей за локоть и повёл к машине. Андрей открыл дверь машины и они, усадив Соню на заднее сидение, поехали. Она вздохнула с облегчением, глядя в окно на удаляющиеся корпуса больницы. Они вместе уехали из клиники в новый не только дом для Сони, но и в новую, совсем другую, незнакомую ей жизнь.
47
Дом Сергея Петровича оказался в пригороде, в большом коттеджном посёлке. Находился он в стороне от дороги, в тихом живописном месте. От трассы посёлок отделяла полоса высаженных деревьев. Деревья как кольцом, своими раскидистыми кронами, скрывали дома от внешнего мира. Посёлок был небольшой, но очень аккуратный, везде стриженые газоны и море цветов. Вдоль дорожек металлические лавочки с гнутыми спинками и фонари, как из старой сказки.
Сергей Петрович с пульта открыл ворота на въезде в посёлок, и они проехали. Дом, к которому повернула их машина, стоял в конце улицы. Это был скромный, в тоже время очень красивый, двух этажный коттедж. Вокруг выложены дорожки из светлого кирпича, а между дорожками цветущие кустарники, клумбы с цветами. В центре сада на круглой клумбе стояла большая белая ваза со свисающими из неё цветами, как лианами. Соня остановилась, глядя на неё и восхищённо произнесла:
- Красиво! Я такие вазы, только в кино видела, в советских фильмах.
- Да, Сонечка, я горжусь этой роскошью, советских времён. Вот приобрёл при случае. Пансионат продавали, была распродажа имущества. Я совершенно случайно заехал туда, увидел эту вазу, она мне сразу понравилась. Не представляешь, сколько было трудов, чтобы её перевезти сюда. Пришлось кран гнать сначала в пансионат, потом сюда. Когда её устанавливали, здесь клумбы не было. Позже, когда я нанял ландшафтного дизайнера, мы и сделали клумбу. Видишь, она выглядит, как кольцо вокруг вазы, это потому что, вазу не поднять, а для клумбы нужна была возвышенность, поэтому решили так сделать. Не гнать же ещё раз кран! Мне нравится, она как будто специально так установлена, немного в углублении. Я хотел сначала сделать из неё фонтан, но специалисты сказали, что от постоянного воздействия с водой она испортится, вот и решили использовать её по первоначальному назначению, как цветочную вазу.
Соня, оглядываясь по сторонам, сказала:
- У вас красиво!
- Сонечка, пожалуйста, попытайся говорить мне – ты, и называй меня Сергеем, мы же будем мужем и женой! Мы будем семьёй!
Соня, пытаясь приветливо улыбнуться, ответила:
- Да, хорошо, Сергей я постараюсь!
- Спасибо, дорогая! И ещё! Ни у вас, а у нас, у нас с тобой Сонечка! Это теперь наш с тобой дом и всё, что в нём есть - это всё твоё! Привыкай!
- Хорошо, я постараюсь!
- Вот и ладненько! А сейчас, пошли я покажу тебе дом.
Они прошли через сад по красивой мозаичной дорожке к дому. Перед входом Сергей остановился и, подняв руку вверх показывая куда-то, улыбаясь, сказал:
- Сонечка, посмотри, вон там, на крыше на шпиле сидит петух - это флюгер!
Соня, увидев крутящегося от ветра петуха, улыбнулась и спросила:
- Флюгер?
- Да! Это специальное приспособление для определения направления и скорости ветра. Ты не представляешь, как он вертится при сильном ветре!?
Поднявшись на крыльцо, Сергей открыл тяжёлую, красивую дверь, пропуская Соню вперёд, рассказывал:
- Вот значит, смотри! Здесь у нас с тобой веранда с летней кухней. Пользоваться ей можно только летом, отопления здесь нет, поэтому это летнее помещение. Но как только на улице становится немного потеплее, где-то в апреле, мы уже перебираемся сюда. Здесь очень уютно и удобно!
Он открыл вторую большую деревянную дверь. Соня вошла, осторожно оглядываясь по сторонам. Сергей шёл впереди и, показывая комнаты, продолжал рассказывать:
- Здесь у нас, на первом этаже большая гостиная, совмещённая с кухней, две спальни для гостей и санузел для гостей. Ещё гардероб для верхней одежды и обуви с сушилкой, ещё небольшая прачечная. За порядком в доме следит Вера Ивановна, она же и готовит. Они с мужем здесь живут постоянно, у них за садом небольшой домик, они им распоряжаются полностью. Её муж, мастер на все руки, работает в саду, в огороде и так на подхвате, его зовут Николай Алексеевич. Сейчас он основной мой помощник, мужские руки в доме всегда нужны, а с меня какой работник. Им помогает Тонечка, она живёт с семьёй в городе, к нам приезжает на рабочий день. На ней лежат все покупки, раз она из города едет, и вообще, всё, что скажет Вера Ивановна. Она в полном её подчинении, я туда не касаюсь. Главное в доме всегда чисто, вкусно приготовлено. Никогда не было такого, чтобы чего-то не хватало по хозяйству или из продуктов, она всегда всё предусмотрит и подготовит. Мне иногда кажется, что у нас в доме где-то спрятан магазин, потому что чего бы ни попросил, всегда есть в наличии!
Сергей вёл Соню по дому, открывая ей комнату за комнатой, продолжал рассказывать:
- Мы с тобой и детьми, будем располагаться на втором этаже. Там пять комнат, по спальни для нас с тобой, комната для Павлика. Когда родится ещё ребёнок, если Господь даст, оборудуем для него вторую детскую. Есть кабинет, но я мало в нём сейчас нахожусь. Сама понимаешь, здоровье работать уже не позволяет. Если, что-то ни так, скажи, всё переделаем по твоему вкусу.
- Нет, Серёжа, переделывать ничего не нужно. Пусть всё будет, так, как ты привык.
- Спасибо, Сонечка!
- За что?
Он подошёл ближе, взял Соню за руку и, прижав к своему сердцу, сказал:
- Ты назвала меня так ласково, как мама когда-то! Спасибо!
Он смотрел на Соню очень добрыми и нежными глазами. Она понимала, что он любит её, но ей было страшно от того, что она, кроме благодарности ничего никогда не сможет, почувствовать к нему!
48
Войдя на кухню, Соня увидела красиво накрытый стол на две персоны. В центре стола стояло серебряное блюдо с крышкой, прикрытое толстым полотенцем. Сергей пропустил Соню вперёд и сказал:
- Сонечка, прошу к столу. Вера Ивановна накрыла и ушла. Сегодня нас с тобой никто не побеспокоит, в доме мы одни. Садись, отметим нашу с тобой помолвку. Так кажется, называется праздник предшествующий свадьбе!?
Соня взволнованно опустилась на стул, ей было страшно думать о том, что сегодня произойдёт!? Сергей достал шампанское из холодильника, вскрыл бутылку и разлил его по высоким, красивым фужерам с широкой золотой каёмкой. Подняв бокал, ласково улыбаясь, сказал:
- Сонечка, я хочу поднять этот бокал за тебя! За то, что ты такая добрая и красивая. Хочу, чтобы к этим качествам добавилось ещё и счастливая!
- Спасибо, Серёжа!
Они чокнулись, выпили, и Сергей наклонился, поцеловал Соне руку. Он почувствовал мелкую дрожь в её теле, поняв причину этого волнения, решил успокоить её. Сел напротив неё на свой стул и начал сдержанно говорить:
- Сонечка, нам нужно сразу обговорить, как и что мы будем делать, то есть, как будем жить. Я хочу, чтобы между нами не было недомолвок, чтобы для тебя всё было предельно ясно. Нам нужно наметить план действий!
Соня молча ждала. Сергей, навалившись на спинку стула и немного отдохнув от долгой ходьбы, сказал:
- Через неделю, зарегистрируемся и справим свадьбу. Я думаю, нам хватит этого времени, чтобы подготовиться!?
Соня от неожиданности удивлённо вскинула на него глаза. Он, поняв это, улыбнулся ей и очень нежно ответил на вопросительный взгляд:
- Не удивляйся, милая, это теперь твоя жизнь. Мы могли бы зарегистрироваться и завтра, но я думаю, что тебе нужно немного времени? Я не ошибся?
- Да, спасибо!
Сергей встал, разложил по тарелкам салат, положил по кусочку копченой рыбы и добавил шампанского в полупустые фужеры. Соня молча ковырялась в тарелке, изредка отправляя, что-нибудь в рот. Сергей, съел немного салата и сказал:
- О! Сегодня Вера Ивановна очень постаралась!
Соня вскинула на него глаза и он, улыбнувшись, пояснил:

- Мой любимый салат сегодня особенно хорош. Давай, Сонечка выпьем за наше с тобой будущее! Не будем загадывать, просто за то чтобы всё было хорошо!
Они чокнулись. Соня сделала маленький глоток и поставила фужер. Сергей открыл серебряное блюдо и разложил на тарелки по большому куску красивого отбивного мяса, зажаренного с насыпанными на него зёрнами граната. Сев на своё место спокойно продолжил говорить:
- Значит, со сроками свадьбы мы с тобой определились. Дальше! Регистрация будет дома, здесь же сделаем свадьбу. Ты не возражаешь?
Соня уже немного спокойнее смотрела на него и могла отвечать без волнения:
- Нет, конечно!
- Приглашай своих гостей, сколько захочешь. От численности и стол будем накрывать. Об этом не беспокойся у Веры Ивановны большой опыт накрывать банкеты.
Соня молчала. Сергей подождал немного и добавил:
- До регистрации будешь жить у себя дома, не будем торопиться и нарушать традиции.
Сергей замолчал, заметив, как у Сони с облегчением опустились плечи. Он улыбнулся, понимая её волнение и продолжал, говорить:
- А после регистрации, Сонечка, уже останешься здесь в этом доме, хозяйкой. Для тебя за это время подготовят комнату. Жить мы с тобой будем в разных комнатах. Знай, что я не собираюсь требовать от тебя выполнения своих супружеских обязанностей сразу же. Мне не нужно объяснять как это трудно для тебя! Мы поживём вместе, под одной крышей, пообщаемся, попросту ты привыкнешь ко мне. Я постараюсь, нет, я обещаю тебе, сделать всё, чтобы ты смогла привыкнуть ко мне.
Соня, покрасневшая от услышанных слов, с благодарностью смотрела на Сергея и, восхищаясь его благородством, с чувством сказала:
- Спасибо, Серёжа!
Сергей с пониманием кивнул головой и с улыбкой продолжил:
- Так и порешим, и закроем эту тему! Пока!
Он смотрел на Соню, понимая её чувства, спросил:
- Что со свадьбой решим! Гостей у тебя будет много?
- Нет, у меня никого нет. Только сын и свекровь с бабушкой. Но бабушка лежит парализована. Так, что некого мне приглашать. Я совсем одна!
- Но ничего, это ни так страшно. Не переживай! Если твои близкие не смогут приехать к нам, то после свадьбы мы сами съездим к ним. С моей стороны будет Андрей, ты его уже знаешь, он будет с женой. И всё, больше тоже никого не будет! Получается уж очень скромная свадьба, мы и свидетели. Я думаю, что Ирину, жену Андрея возьмём в свидетельницы, раз у тебя никого нет. Ты, как Сонечка, не возражаешь?
- Нет, конечно!
- Тогда и думать больше нечего, всё остальное подготовят и организуют мои люди. Видишь, как быстро мы с тобой находим общие решения по возникшим вопросам. Это значит, что мы уже чуть-чуть ближе друг к другу.
49
Утром, в день регистрации, за Соней приехала машина. Она сидела рядом с бабушкой и разговаривала с ней. Говорила, конечно, только она, но бабушка всё слышала и реагировала на её слова. Из глаз Евгении Григорьевны по щекам бежали слёзы. Но глаза, глаза поддерживали и жалели Соню!
- Бабуля, милая! Только не расстраивайся, пожалуйста! Понимаешь, так получается, что мне придётся выйти замуж. Но это не значит, что я забыла Кирилла. Нет, я не смогу его забыть никогда! Я буду любить только его одного, и эта любовь будет со мной всю мою жизнь! Я дышу и живу только благодаря этой любви! Человек, за которого я выхожу замуж намного старше меня, я отношусь к нему с уважением, как к старшему товарищу, как к другу. Так случилось, что сейчас только он может помочь мне решить все проблемы, которые свалились на мою голову. Поверь, милая, что я совсем не хочу этого! Но по-другому, сейчас просто нельзя!
Соня держала бабушку за руку и смотрела в глаза, было понятно, что она её понимает и поддерживает. В комнату вошла Любовь Анатольевна и, пытаясь хоть немного улыбнуться, сказала:
- Соня, за тобой приехали!
Она посмотрела на Соню и, покачав головой, с сожалением сказала:
- Зачем же ты сегодня плакала, Сонечка! Не хорошо, если у невесты будут красными глаза. Ты должна выглядеть хорошо. Твой муж не должен заметить слёз. Так! Иди на кухню и умойся холодной водой.
Соня наклонилась, поцеловала Евгению Григорьевну и пошла на кухню. Умылась несколько раз холодной, колодезной водой и остановилась посредине кухни, как будто уснула. Любовь Анатольевна наблюдая за ней, вздохнула и твёрдо сказала:
- Соня, всё, хватит! Возьми себя в руки. Тебе пора. Девочка, моя, всё будет хорошо!
Соня очнулась, печально улыбнулась ей и ответила:
- Да, конечно! Вы правы, мне пора. Господи как я не хочу!
Чуть не закричав закончила Соня. Любовь Анатольевна подошла к ней и, пытаясь хоть немного успокоить сноху, произнесла:
- Соня, ты сильная! Я верю в тебя. Иди.
Соня не говоря ни слова, наклонилась, поцеловала Павлика, Любовь Анатольевну и пошла к ждущей её у калитки машине. Водитель открыл перед ней дверь, она села на заднее сидение и машина тронулась.
Приехала Соня задолго до регистрации. Сергей встретил её на крыльце дома. Он был ещё в домашнем костюме и выглядел очень по-домашнему. Он подождал, когда Соня поднимется по крыльцу, с улыбкой взял её за руки и ласково сказал:
- Сонечка я, честно говоря, сегодня всё утро был не в себе. Почему-то мне казалось, что ты не приедешь. Вдруг передумаешь?
- Нет, Серёжа! Я же дала слово!
- Спасибо, Сонечка! Я так волнуюсь, как мальчишка, как будто в первый раз женюсь. Получается, что те браки, не были так важны для меня, как брак с тобой. Пойдём в дом! За эту неделю мы хорошо потрудились. Я сам для тебя выбирал свадебный наряд, надеюсь, тебе понравится!
Соня, делая заинтересованный вид, безразлично ответила:
- Да, конечно!
- Ну, вот и хорошо! Пошли я провожу тебя в твою комнату, её тоже полностью подготовили.
Держа Соню за руку, они поднялись на второй этаж. Сергей остановился немного отдышаться, открыл перед ней дверь и сказал:
- Вот Соня, это твоя комната. Я здесь всё видоизменил, не знаю, понравится тебе или нет!? Если не понравится, мы всё переделаем!
Соня шагнула через порог и остановилась. Комната и в самом деле изменилась до не узнаваемости. Из обычной спальни, она превратилась в комнату для принцессы. Соня даже замерла, оглядываясь по сторонам. Комната стала совершенно белой, воздушной. Вся мебель и шторы были белого цвета, с серебряной отделкой. Стены оклеены обоями в два тона. Соня стояла и, рассматривая рисунок на обоях, спросила:
- Это похоже на Лондон!
Обрадованно, Сергей ответил:
- Да, ты права, Сонечка! Это старый Лондон.
- Очень красиво! Мне нравится! Только зачем нужно было тратиться, и так было хорошо.
- Нет, Сонечка, эта комната была сделана для гостей, а ты в доме хозяйка! Поэтому всё должно соответствовать. Или тебе не понравилось?
- Нет, что ты, Серёжа! Мне очень понравилась! Красиво, только я не привыкла к такой роскоши.
- Привыкай милая, ты будешь теперь иметь всё, что только пожелаешь!
50
Соня молча смотрела на лежавшее, на кровати красивое белое платье. Оно было очень похоже на то, в котором Соня выходила замуж за Кирилла. Она, увидев его даже сморщилась, чтобы не расплакаться. Сергей, заметив это, с испугом спросил:
- Сонечка, тебе не понравилось? Я решил, что именно такое платье тебе подойдёт!
Соня проглотила подкатившиеся к горлу слёзы и, пытаясь улыбнуться, ответила ему:
- Нет, Серёжа, мне очень понравилось! Красивое, только может быть, не надо было белое свадебное? Может быть что-нибудь попроще?
- Нет, моя невеста не должна выглядеть просто! Ты Сонечка, должна выглядеть как настоящая невеста, почти как королева! Ты Сонечка, должна выглядеть лучше всех!
Соня не стала спорить, понимая, что всё, что Сергей делает для неё это от души. Ему так хочется угодить и хоть немного понравиться ей, что он просто не знает, что ещё сделать для этого. Поэтому Соня решила принимать всё, что будет происходить, как неизбежное, спокойно и хладнокровно.
Сергей, суетясь, продолжал говорить:
- В соседней комнате тебя ждут парикмахер и маникюрша с косметологом. Они сказали, что ты нужна им на три часа. Поэтому наберись терпения, дорогая! Когда будешь готова, жди в своей комнате Ирину, Андрееву жену. Она поможет тебе одеться. Регистрация через пять часов, времени ещё предостаточно. В комнате тебе накроют стол, чтобы ты перекусила и попила кофе, перед регистрацией. В общем, я думаю, ты большая девочка и сама со всем разберёшься.
Сергей вопросительно посмотрел на Соню, решив, что слишком много наставлений с его стороны. Соня с пониманием кивнула головой и, пытаясь его успокоить, ответила:
- Не беспокойся, Серёжа, всё будет нормально!
- Вот и я, думаю, что уж слишком много инструкций с моей стороны, это, наверное, от волнения. Я в жизни не такой занудный, не пугайся, пожалуйста! Просто очень волнуюсь!
Соня заулыбалась, наблюдая за ним. Он, потоптавшись на месте, сказал:
- Ну, всё, Сонечка я пошёл! До регистрации мы не увидимся, говорят нельзя невесту видеть в свадебном наряде до свадьбы. Тьфу ты, сморозил ерунду! Всё ухожу, а то совсем снесёт крышу!
Сергей ушёл, а Соня, постояв немного в одиночестве, оглядывая комнату, подошла к кровати. Стояла, не моргая глядя на свадебное платье и думала:
- «Зачем мне всё это? Я так не хочу быть чужой женой! Меня загнали в клетку, в золотую клетку, но это всё не для меня!»
Она, вздохнув, отвернулась и пошла в комнату, в которой после свадьбы они будут делать детскую для Павлика. Там её ждали девушки, не подозревающие, что всё это совершенно не нужно Соне.
В центре комнаты было установлено специальное косметическое кресло, его привезли из салона. Соню усадили в него, накрыли разовой простынёй и начали соло в четыре рук. Косметолог, немного наклонив кресло, так чтобы Соня полулежала в нём, приступила к чистке и массажу лица и области декольте. В это время вторая девушка начала делать педикюр. Через час, полусонная Соня почувствовала, что ей на лицо нанесли холодящую маску. Она немного взбодрилась, но всё равно дремота полностью не прошла. Вторая девушка закончила с педикюром и приступила к маникюру. Дальше с неё что-то смывали, опять что-то наносили и так несколько раз. Руки и ноги поочерёдно опускали в ванночку с парафином, потом оборачивали, снимали всё и опять делали массаж. К концу второго часа Соня уже выспалась, а девушки всё колдовали над ней. Закончив процедуры, Соню посадили прямо, и третья девушка приступила к причёске. Она менее чем за тридцать минут сделала красивую причёску на её голове и начала наносить макияж. Соне было очень непривычно, когда её глаза красит кто-то посторонний. Она никак не могла настроиться, чтобы не моргать. В конце концов, всё было готово, осталось только украсить причёску цветами! Цветы были живые, на специальной подкладке из щёлка белого цвета. Получилось очень красиво, и к тому же Соня стала пахнуть розой, она стала как живой цветок! Девушки все втроём встали перед ней и, улыбаясь, любовались своей работой. Визажист-парикмахер, довольная результатом своего труда, произнесла:
- Софья Максимовна, вы так хороши, просто прелесть! Посмотрите в зеркало, какая прелесть!
Соня встала, подошла к зеркалу и, внимательно рассматривая себя, размышляла:
- «И что здесь особенного, прелестного я, например, ничего не вижу? Кукла Барби, причём слишком размалёванная! Я после баньки с веничком и колодезной водой ещё свежее и румянее бываю. И не крашусь я так, мне не идёт. Господи, какая мне разница! Я всё равно себя видеть не буду, а им, если хочется, пожалуйста!»
Она, улыбаясь, повернулась к довольно наблюдающим за ней девушкам и восторженно произнесла:
- Спасибо, девочки, мне очень понравилось! Вы не зря потрудились, мне кажется, я даже помолодела! Спасибо, спасибо вам большое за ваш труд.
Попрощавшись, Соня пошла в свою комнату, дорогой думая:
- «Вот я уже и врать начала, лицемерить!»
Проходя по коридору, она задержалась у лестницы, прислушиваясь к голосам на первом этаже. Никого, не увидев, повернулась и вошла теперь уже в свою комнату.
51
В комнате на столике стоял горячий кофе, несколько курасанов и небольшая ваза с фруктами. Соня порядком проголодалась за это время, поэтому с удовольствием съела всё. Немного посидела в мягком, очень удобном кресле, задрапированном такой же тканью, как обои, под старый Лондон. Она отдыхала, удивляясь, тому, что ничего не делала, а так устала.
Посмотрев на платье, произнесла вслух:
- Нужно одеться самой, ещё не хватало, чтобы меня видела раздетой какая-то Ирина.
Сказав, Соня бодро встала и начла одеваться. Бельё и платье были подобраны точно по размеру, она всё быстро одела на себя. Долго возилась с молнией, изловчившись, с трудом, но все-таки застегнула её. Когда всё было готово, Соня с облегчением вздохнула и посмотрела на себя в зеркало.
Стояла перед зеркалом и, печально рассматривая своё отражение, уговаривала себя:
- «Плакать не буду, сегодня у Сергея радостный, счастливый день, не буду ему его портить! Потом ночью выплачусь».
В дверь тихо постучались. Соня отошла от зеркала и только тогда произнесла:
- Войдите!
В комнату вошла приятная, улыбающаяся женщина. Ей было немногим больше сорока, не высокая, худенькая шатенка с карими глазами. Она была такой маленькой, что напоминала подростка. Женщина была такая радостная, такая счастливая, что невольно Соня улыбнулась ей. Это было Ирина.
Проходя по комнате и оглядывая её, она с восторгом сказала:
- Здравствуйте, Софья Максимовна! Я Ирина жена Андрея, вы с ним уже знакомы. Как у вас здесь стало красиво! Сергей молодец, ведь всё сам придумал! Андрей говорил, что он сам постоянно следил за каждым шагом строителей, чтобы всё было сделано в срок и очень качественно. Честно говоря, такого бодрого и счастливого мы с Андреем его давно не видели.
Она обошла Соню и с удивлением сказала:
- Я смотрю, что вы полностью готовы и моей помощи совсем не требуется!?
- Здравствуйте, Ирина! Да, я уже оделась.
- Ой, простите Софья Максимовна, я трещу и не даю вам слово вставить! Простите, уж такая я не угомоная!
Соня улыбнувшись, сказала:
- Вы можете называть меня просто Соней.
- Хорошо, Сонечка, спасибо! Как вы себя чувствуете в качестве будущей жены Сергея?
Соня чуть не зарычала на неё! Но сдержалась, понимая, что откуда же Ирине знать, что у них брак по договорённости, а не по любви. Соня стерпела, ничего не ответив. А Ирина, не замечая ничего, поставила на стол красивую коробку обтянутую красным бархатом и сказала:
- Это, Сонечка, Сергей передал для вас, чтобы вы одели. Посмотрите, какая красота. Это жемчуг! Посмотрите, какие бусы и серьги! Соня, а у вас проткнуты уши?
- Да, сейчас я сниму свои серёжки.
Она начала снимать дорогие сердцу серёжки, которые ей подарил Кирилл на первое её день рождение после свадьбы. Вот в этот момент она действительно чуть не разрыдалась. Ирина заметила, как Соня сморщилась и озабочено спросила:
- Сонечка, что случилось?
Соня, сдерживая себя, с трудом выговорила:
- Еле сняла, наверное, вросли.
- Давайте я вам помогу!
- Нет, спасибо я уже справилась!
Соня сняла серёжки, сцепила их между собой и, найдя глазами свою сумочку, положила их во внутренний кармашек. Надела жемчужные серёжки, три раза обмотала длинные жемчужные бусы вокруг шеи, и с готовностью посмотрела на Ирину.
- Сонечка, это просто прелесть! Вы так хороши! Сергея можно понять, в вас просто нельзя не влюбиться!
Соня молча ждала, что ей скажут делать дальше. Уже хотелось, чтобы всё это поскорее закончилось, закрыться в комнате и наконец-то наплакаться вдоволь.
Ирина посмотрела на часы и сказала:
- У нас с вами, Сонечка остаётся двадцать минут. Вместо Сергея к нам поднимется Андрей. От волнения и хлопот, Сергей немного устал, и подниматься самому, только терять силы на лестнице.
Ирина села на небольшой стульчик у туалетного столика и со вздохом произнесла:
- Жалко, что он встретил вас так поздно! Сколько лет жизни потеряно! Я его таким счастливым ни разу не видела. Ведь он был, в молодости, очень хорош собой! Женщины на него просто вешались, но как печально, что он прожил жизнь и познал счастье только когда остаётся совсем немного. Сергей сказал нам, что вы знаете о его смертельной болезни.
Соня только покивала ей головой, обсуждать свои отношения с Сергеем она совсем не хотела. Ирина и не просила отвечать, ей самой нравилось рассказывать:
- Он ведь был дважды женат, но не сложилось, ни в первый раз, ни во второй. Пока дети были маленькими, он в них находил какое-то утешение, а выросли, начали дерзить, требовать, а не просить и отношения с ними испортились. Он очень переживал из-за этого! Его первая жена честно призналась ему, что влюбилась и они развелись. А вот вторая, её звали по паспорту Дусей, а она всем представлялась Элеонорой. Но по поведению и интеллекту, как была Дусей, так Дусей и осталась! У неё было двое детей, вот это ни детки, а вампиры! Сергей даже после развода долго не мог от них избавиться. После того как разошёлся со второй женой, последние семь лет жил один, не подпускал к себе ни одну женщину и вот подарок судьбы напоследок!
В дверь постучали, Ирина быстро встала и подошла. Открыв дверь, сказала:
- Андрюша, заходи, Сонечка уже давно готова!
Андрей вошёл, остановился, оглядел с ног до головы Соню и дал своё заключение:
- Очень, даже недурно! Очень, даже хорошо! Ну, что всё готово пошлите!
Он подставил Соне локоть, она взяла его под руку и они все вместе пошли спускаться на первый этаж. Подойдя к лестнице, Соня замерла. Прошло, меньше двух часов, с того момента, как она вошла к себе в комнату, после длительной процедуры приготовления с девушками. Проходя мимо лестницы, она не заметила тогда ничего особенного, а сейчас всё было изменено, до неузнаваемости! Перила лестницы задрапированы белым шелком, свисающим на ступеньки красивыми волнами, в этих волнах расположились белые вазы с розовыми розами. На ступеньках появилась бежево-серая шерстяная дорожка. Наступая на неё, ноги тонули в ней, ощущая её мягкость и нежность.
Андрей с Ириной заметили, как Соня остановилась, разглядывая всю эту красоту, и Ирина тихо произнесла:
- Это, Сонечка, всё для вас! Сергей так старался, чтобы вам понравилось!
Соня не скрывая восхищения произнесла:
- Очень красиво! Как в сказке!
Они продолжили путь, медленно спускаясь. Сергей ждал их внизу лестницы. Он стоял, и на его лице было нескрываемое восхищение, он любовался Соней и счастливо улыбался ей.
Сергей был в тёмно-синем костюме, бледно голубой рубашке и атласном, в цвет костюма, галстуке. Соня, спускаясь, смотрела на него и, вспоминая слова Ирины, думала:
- «Да, Сергей Петрович, было здесь, зачем гоняться женщинам! Вы и в самом деле очень красивый мужчина. Думаю, что и сейчас немало желающих, тем более учитывая последние обстоятельства, окольцевать вас. Ах, Соня, Соня! Как бы ты была далеко от этих обстоятельств, если бы ни твоя ситуация!»
52
Андрей подвёл Соню к Сергею и передал её руку ему. Она, взяв Сергея под руку пошла по полу, усыпанному лепестками роз. Гостиная тоже была украшена тканью и цветами, так - что визуально делилась на две зоны. В одной зоне накрыт и украшен праздничный стол, в другой, стоял стол под белой тканью и свисающими с него живыми цветами, сплетёнными между собой, предназначенный для провидения ритуала бракосочетания.
За столом стояла высокая, торжественно одетая в тёмно-синий костюм, женщина и молоденькая девушка, помогающая ей. Сергей взволновано подвёл Соню к столу, за которым их ждала с улыбкой на лице женщина, проводившая всю церемонию.
Торжественная часть заняла не больше двадцати минут. Сказав своё «да» молодожёны одели друг другу на пальцы обручальные кольца. Сергей поцеловал Соню в щёку, чем она была ему очень благодарна. В заключении, женщина под марш Мендельсона, торжественно объявила их мужем и женой. Андрей с Ирой поцеловали молодожёнов поочереди, от души поздравили, вручив Соне большой букет из белых с кремовой каёмкой роз. Женщина, с такой счастливой улыбкой на лице как будто это она выходила замуж, закрыла журнал и вручила жениху свидетельство о браке. Сергей как дорогое сокровище положил его во внутренний карман пиджака. Всё, Соня стала женой, доброго, хорошего, но не любимого человека!
Андрей с Сергеем пошли проводить работников Загса до машины, а Ирина начала убирать всё со стола. Только тогда, когда всё закончилось и все разошлись, Соня повернулась и заметила в стороне у барной стойки, разделяющей кухню от гостиной, пожилую женщину. Она тихо стояла в стороне, вытирая глаза белоснежной салфеткой.
Соня прошла к ней и попросила:
- Здравствуйте! Извините, вы не дадите мне стакан воды.
Соня чувствовала, что если не сделает, хоть глоток, её пересохшее горло просто не сможет произнести ни звука. Женщина засуетилась, налила из графина в высокий хрустальный стакан воды и падала его Соне. Она выпила на одном дыхании всю воду и, вздохнув с облегчением, поставила его на стол.
Женщина, наблюдая за ней, улыбалась. Когда Соня поставила стакан, тихо спросила:
- Тоже волнуетесь Софья Максимовна? День сегодня такой, волнительный! Ничего, скоро всё устроится и будет хорошо, покойно. Я Вера Ивановна, работаю здесь уже много лет.
Соня посмотрела на добрую, приятную женщину и, чувствуя заботу с её стороны, с благодарностью ей ответила:
- Спасибо, Вера Ивановна!
Проводив работников Загса мужчины, вернулись в гостиную. Сергей пригласил всех к столу. Усадил Соню на высоком стуле, похожем на кресло, сам сел на таком же рядом. Гостей не было, молодые и два свидетеля. Только друзья Сергея - Андрей Иванович и его жена Ирина.
Соня была рада, что всё прошло скромно, без гостей и лишней суеты. Вера Ивановна накрыла очень праздничный, красивый, лучше, чем в изысканном ресторане стол. Соня почти ничего не ела, но с интересом рассматривала мясные и рыбные ассорти, всевозможные салаты, украшенные вырезанными из овощей цветами всякой разной, иногда даже очень причудливой формы.
Свадьбу отпраздновали тихо, без громких тостов и криков горько. Разговаривали на отвлечённые темы, не задевая отношений и будущей жизни молодых. В восемь часов пришло такси. Андрей выглянул в окно и громко произнёс:
- Всё поднимаем последний бокал за молодых и нам пора восвояси! Сергей наливай. Я всё-таки скажу тост, и не смотри на меня так, дружище! Меня просто распирает, честно скажу, я героически держался весь вечер, но уезжать так ничего и, не сказав не могу! Прости!
Сергей, наливая женщинам вина, себе с Андреем коньяк, искоса поглядывал на друга. Андрей, как будто не замечая его взглядов, поднял бокал и произнёс:
- Мои дорогие, Сергей и Соня! В нашей с Ириной жизни нет ближе и роднее человека чем Сергей, а так как вы, Соня, его вторая половинка, то теперь и Вас! Друг – это самый близкий человек, хотя он и не является родственником. Но бывают ситуации в жизни, когда осознаёшь, что ближе и роднее чем он, никого нет! Друг не только познается в беде, благодаря сочувствию и поддержке. Друг это человек, который способен от всего сердца порадоваться за своих друзей, искренне разделить с ними их счастье. У нас нет слов, чтобы выразить свою радость и сопереживание торжественному для вас моменту, потому что мы, ваши самые преданные и верные друзья! Много пройдено дней у вас друг без друга, но судьба благоволила вам. Судьба дала вам счастье, счастье любить и быть вместе! Не нужно думать ни о чём плохом, что посылает нам жизнь. Думайте только о том, что вы рядом, что вы вместе и всё то время, которое отведено вам вы проживёте в любви и счастье. Я хочу поднять этот бокал и пожелать вам, чтобы у вас было много, очень много счастья, и оно принесло вам взаимную радость! За молодых, горько!
Сергей строго взглянул на Андрея, и Соня почувствовала, что он сейчас рассердится. Ей так не хотелось нарушать тихую, домашнюю обстановку вечера, что она не сдержалась и молча положив свою руку на руку Сергея, посмотрела на него. Он повернулся к ней, вопросительно взглянул в глаза. Соня с улыбкой, тихо сказала:
- Серёжа, это же свадьба!
Андрей, быстро сообразив, радостно повторил:
- Горько! Горько!
Сергей удивлённо смотрел на Соню. Она, продолжая держать его за руку начала вставать. Сергей встал рядом, наклонился и поцеловал её. Когда Соня с Сергеем сели на свои места, Андрей с женой смотрели на них, держась за руки. Они, от души, радостно улыбались. В глазах у Ирины блестели слёзы. Андрей, успокоив своё волнение, сказал:
- Ну, всё, нам пора! Через неделю на выходные приедем, привезём мясо, будем жарить шашлыки.
Сергей хотел встать, чтобы проводить друзей, но Андрей остановил его, сказав:
- Провожать нас не нужно, мы дорогу хорошо знаем. До свидания!
Андрей взял жену под руку и, помахав молодым, повёл её к выходу. Вера Ивановна убрала со стола лишние приборы, налила кофе и, поставив пирожные и конфеты с фруктами на стол, сказала:
- Сергей Петрович я всё, ухожу, остальное уберу позже. До свидания.
Сергей покивал головой, провожая её взглядом.
53
Они остались одни. Посидели немного молча, прислушиваясь к тишине в доме. Сергей взял Соню за руку, поднёс её к губам и поцеловал. Не отпуская руки, он посмотрел ей в глаза и ласково, с заботой произнёс:
- Спасибо тебе милая!
Соня, искренне не понимая его, спросила:
- За что?
- За всё, что ты сделала для меня! А этот поцелуй был настоящим свадебным подарком, наградой для меня!
Соня смущённо улыбнулась, опустив глаза. Сергей встал и, сходив к большому шкафу в дальнем углу комнаты, вытащил из выдвижного ящика две папки и вернулся с ними к столу. Отодвинул свою тарелку и, положив их на стол, произнёс:
- Соня, это для тебя свадебный подарок!
- Серёжа, какой подарок? Зачем?
- Как, зачем? Это же свадьба, на свадьбе должны дарить подарки!
- В таком случае это не честно, я же не приготовила тебе подарок!
- Что, ты милая, ты это и есть подарок! Самый лучший подарок мне в жизни!
Он открыл одну из папок и, пододвинув её к Соне, загадочно улыбаясь, сказал:
- Вот смотри, это документы по погашению кредита. Здесь все платёжные и расчетные документы. Кредит закрыт полностью!
Соня посмотрела на платёжку, на ней стояла дата с трёхдневной давностью, она подняла на мужа глаза и удивлённо спросила:
- Серёжа, ты погасил кредит ещё три дня назад!
- Да, правильно!
- Но, мы тогда ещё не были женаты?
- И что? Что от того, что не были женаты? Сонечка я очень сильно люблю тебя, чтобы не верить и не доверять тебе. Даже если бы ты не приехала сегодня, я всё равно бы сделал это для тебя. Соня, я люблю тебя! И это не просто слова, это чувства которые от счастья заставляют петь мою душу!
Соня с благодарностью смотрела на него. Он пододвинул к ней вторую папку и, открыв её, сказал:
- Это тебе в подарок новая машина. Здесь все документы на неё и ключи, пользуйся!
Соня смотрела на него, не понимая до конца, спросила:
- Серёжа, зачем? У меня же есть машина!
- Сонечка, милая, ты моя жена и тебе нужна хорошая, новая машина. Не обижайся, милая!
- Я не обижаюсь, только куда теперь девать мою машину?
- Продашь, а деньги положишь на вклад сыну. Пусть эти деньги останутся для него. За годы пока он вырастет, деньги тоже вырастут.
У Сони навернулись слёзы на глаза, и она с волнением и благодарностью, произнесла:
- Серёжа! Спасибо тебе, какой же ты хороший!
Сергей обнял Соню и поцеловал в щёку. Они так и сидели, обнявшись, боясь, пошевелиться. Прошло немного времени и Сергей со вздохом, немного грустно, произнёс:
- Всё, праздник пора заканчивать, через полчаса приедет медсестра ставить мне уколы, капельницу. Мне нужно переодеться и приготовиться.
Соня повернулась к нему и сказала:
- Серёжа, тебе не нужна медсестра! Я всё буду делать сама!
Вставая со стула он, сдерживая себя и не показывая сильную усталость, ответил:
- В будущем посмотрим, а сейчас я уже на месяц договорился. Отдыхай пока, обживайся. Тебе нужно переоборудовать детскую и перевезти Павлика. В любом случае, спасибо!
- За что Серёжа?
Он поцеловал ей руку и сказал:
- За то, что ты есть, за то, что ты здесь со мной, за то, что позволила мне любить тебя! За то, что подарила мне веру и надежду на маленький кусочек счастья. Я в свою очередь подарю тебе любовь и безграничную заботу. Всё мне пора. Спокойной ночи, милая!
- Я попозже, после уколов зайду к тебе, померю давление.
- К тому времени, как в меня вольётся последняя капельница, я буду уже крепко спать.
- Хорошо! Спокойной ночи!
Сергей наклонился, поцеловал Соню в щёку и ушёл. Соня проводила его взглядом, отметив, что он сильно устал, идёт, с трудом передвигая ноги. Когда Сергей ушёл, она осмотрелась по сторонам и подумала:
- «Это мой новый дом! Совсем другая, незнакомая мне жизнь. Нужно привыкать, нужно обживаться, а мне сейчас так хочется домой к Павлику, к моим родным маме и бабушке. Как я буду жить без них, как я совсем этим справлюсь!? Ой, Даша, Даша, как ты всё разрушила в наших с тобой жизнях! Зачем!?»
54
Соня встала, намереваясь убрать со стола, но в свадебном платье это было очень неудобно. Она решила пойти в свою комнату и переодеться в одежду, в которой приехала, пока не перевезла свои вещи.
Быстро, осторожно ступая по мягкой дорожке, она поднялась к себе. У зеркала разобрала причёску, сняла украшения и платье. Открыла шкаф и увидела в нём одежду, подготовленную для неё, и очень удивилась, что там было всё необходимое и в огромном количестве. Она нашла удобный, лёгкий домашний костюмчик, переоделась, нашла мягкие шлёпанцы, переобулась и вернулась в гостиную убрать со стола.
На её удивление Вера Ивановна стояла у раковины, как будто никуда и не уходила. Соня, увидев её даже вскрикнула:
- Ой! Вера Ивановна, вы же ушли уже?
Вера Ивановна улыбаясь, ответила:
- А мне из моего дома хорошо видно гостиную. Вот когда все уходят, я возвращаюсь и убираю. Не люблю, чтобы утром стоял запах продуктов, и была не убрана грязная посуда.
- А я ходила переодеться, хотела убрать всё!
- Нет, что вы Софья Максимовна, это моя работа. Да и ни к чему хозяйке дома с грязной посудой возиться. Каждый должен выполнять свою работу. Давайте я вам лучше кофейку налью, я только что сварила. Я варю очень вкусный кофе!
- Нет, спасибо! Раз помощь моя не нужна, пойду к Сергею, посмотрю как там, я обещала ему измерить давление. Спокойной ночи!
Вера Ивановна провожая Соню взглядом, улыбнулась ей в след и тихо сказала:
- Спокойной ночи, Софья Максимовна!
И вздохнув, подумала:
- «Ая-яй! А как хочется пожелать совсем другой ночи после свадьбы-то!»
Соня поднялась наверх, и не заходя к себе, прошла в комнату к Сергею. Он дремал на кровати. Медсестра, молоденькая рыжеволосая девушка, сидела рядом и поглядывала на капельницу. Сергей, заметив жену, устало улыбнулся ей и произнёс:
- Сонечка, ты почему не отдыхаешь?
- Не хочется, пока, рано ещё. Как у вас тут дела?
Она подошла к столу внимательно прочла листок назначений и спросила у девушки:
- А уколы вы, уже поставили?
- Нет, после капельницы поставлю. Снотворное сильное, действует быстро, а сонному человеку ставить капельницу неудобно. Мы так решили с Сергеем Петровичем.
Соня, повернув листок с назначениями к девушке, сказала:
- Вот и хорошо, что не ставили! Вот этот укол сегодня не ставьте, я сама поставлю его завтра утром.
Девушка удивлённо спросила:
- Почему?
Сергей, наблюдая за ними, лежал, довольно улыбаясь, понимая, что о нём заботятся. Соня объяснила молоденькой мед сестричке, сказав:
- Сергей Петрович сегодня принимал алкоголь, хоть и совсем немного, но рисковать не будем!
Девушка испуганно ответила:
- Ой, извините, я же не знала!
Соня посмотрела на неё ласково и успокаивающе сказала:
- Что вы, вас никто ни в чём и не винит!
Девушка повернулась к Сергею, капельница уже закончилась. Она сняла иглу, забинтовала руку и приготовилась ставить уколы. Соня, чтобы не мешать ей отошла к окну. Посмотрела на освещённый двор, увидела мужчину подметающего дорожки.
Девушка сделала уколы и громко объявила:
- Я всё закончила! На завтра ампула вот на салфетке рядом со шприцом, я всё приготовила.
Она замолчала, увидев, что Соня берёт тонометр и подсаживается к больному мерить давление, осторожно спросила:
- Тогда, я пошла?
Соня посмотрела на неё, на Сергея и спросила:
- Мне проводить вас?
За девушку ответил Сергей:
- Нет, Сонечка, она уже освоилась в доме. Вы Женечка зайдите в столовую, вас там напоют чаем с тортом.
- Спасибо!
Тихо ответила Женечка и скрылась за дверью. Соня измерим давление, встревоженно сказала:
- Серёжа у тебя повысилось давление и прилично!
Сергей, превозмогая усталость, засмеявшись, сказал:
- Ну, что ты хочешь, дорогая! Я перевозбудился сегодня!
Соня улыбнулась ему в ответ, понимая, что он очень устал, но старается держаться. Глаза у него начали слипаться и Соня, поправив ему одеяло, потихоньку вышла.
55
На следующий день с утра, Сергей был бодр и весел. Спустился в гостиную завтракать и увидел сидящую на диване Соню. Она разговаривала по телефону. Подходя ближе, он услышал последние фразы её разговора:
- Я тебя тоже очень люблю и очень скучаю. Целую, сынок!
Войдя в гостиную и видя, что она закончила разговаривать, на ходу, громко сказал:
- Доброе утро! Соня ты уже позавтракала?
Соня, встав с дивана, подошла к столу. Он взял её за руку и нежно поцеловал, не обращая внимания на Веру Ивановну. Соня, застеснявшись, ответила:
- Да! Я просто посижу с тобой, выпью кофе.
Вера Ивановна поставила перед Сергеем тарелку с овсяной кашей и несколько бутербродов. Налила кофе, всё поставила на стол и незаметно удалилась. Соня проводила её взглядом и тихо, чтобы она не услышала, сказала:
- Вера Ивановна так незаметно исчезает и появляется!
- Да, ты уже это заметила!? Знаешь, Сонечка я её никогда об этом не просил. Она сама как будто знает, в какой момент уйти, чтобы не мешать. Мне, эта черта в ней, очень нравится! Самое интересное, что потом она так же незаметно придёт и так же тихо, незаметно всё уберёт. Это очень удобно, должен тебе сказать! Ты тоже к этому привыкнешь.
Соня кивала головой, помешивая кофе ложечкой. Сергей не торопясь ел и наблюдал за ней. Когда каша была съедена, он предложил:
- Соня давай сегодня съездим к твоим. Мне уже пара познакомиться с Павликом, может быть, заберём его сразу же?
Соня вскинула на него глаза и, затаив дыхание, спросила:
- Ты же говорил, что через месяц!?
Сергей удивлённо посмотрел на неё и сказал:
- Почему, через месяц, ты что? Хоть сегодня!
Соня от его слов была так рада, что просто засияла. Сергей понял, что ввёл её в заблуждение и пояснил:
- Это у тебя времени месяц, чтобы всё приготовить для него. Потому что через месяц договор с мед сестричкой, с Женей закончится и тебе придётся тратить много времени на меня. Если, конечно ты не передумала?
- Нет, я не передумала! Я сама буду ставить уколы и капельницы. А Павлика, правда, сможем сегодня забрать?
- Конечно! Об этом и речи быть не может! Ребёнок должен быть рядом с мамой! Теперь рядом с нами - с тобой и со мной. Он должен жить в семье, дома, а к бабушкам ездить в гости.
- Правда, Серёжа, сегодня сможем забрать!?
- Ну, конечно, Сонечка, я буду только рад! После завтрака сейчас позвоню Тоне, чтобы купила продукты и всякой всячины для твоих родственников, не хочу ехать с пустыми руками к ним. Не поверишь, но я так хочу им понравиться! Как только Тоня приедет с водителем, так сразу же и поедем. А когда освоишь новую машину, будем ездить с тобой.
- Спасибо! Серёжа!
Соня радостно смотрела на него. Сергей, заметив улучшение её настроения, спокойно продолжал говорить:
- Павлик пока может жить или в гостевой комнате или, в конце концов, с тобой в твоей комнате. Как хочешь, ты мама, ты хозяйка этого дома, тебе и решать!
- Спасибо Серёжа! Лучше пока со мной, я так соскучилась!
- Вот и решили, так и сделаем!
- Спасибо! Серёжа, позавтракаешь и нам ещё укол нужно поставить.
- Сейчас позвоню Тоне и, когда всё будет готово, пойдём. Я забыл спросить у тебя, как спалось на новом месте?
- Хорошо, очень хорошо! Спасибо, я очень хорошо выспалась!
Соня была так рада, что сын будет около неё, что просто сияла и не скрывала своей радости. Медленно попивая кофе, улыбаясь, Сергей наблюдал за ней и думал, как мало нужно матери для счастья! Лишь бы ребёнок был рядом, чтобы она могла любить и заботится о нём.
56
Когда всё было сделано и подготовлено они, на машине с водителем, поехали к свекрови за Павликом.
Соня очень волновалась, ведь в дом к Кириллу она ведёт своего нового мужа. Она понимала, что этот момент её жизни, труден не только для неё одной. Маме и бабушке Кирилла может быть даже тяжелее, потому что она изменила памяти, любви и верности их сыну, а они должны это принять и по возможности понять её.
В саду не было никого. Было тихо, но Соня знала, она чувствовала, что Любовь Анатольевна видит их в окно. На крыльце лежала Амба, увидев Соню, она медленно встала и пошла им навстречу. Соня открыла калитку и вошла первой, Амба пропустила её, вяло посмотрела на Сергея и ушла на своё место. Он остановился глядя на собаку и спросил:
- Соня, она что болеет?
Соня посмотрела на их любимую собаку и печально ответила:
- Врачи сказали, что она здорова, просто тоскует и гаснет без хозяина.
- Да, собака, эта самый верный друг. Жаль, очень жаль, хорошая, умная собака!
Соня посмотрела на окно и заметила чуть колыхнувшеюся занавеску, это была Любовь Анатольевна. Она стояла за занавеской и, наблюдая за ними, до боли в суставах, вся сжалась в комок. Она старалась побороть рвущееся из груди рыдание, чтобы гости не заметили её боли, её горя и это получалось, но с большим трудом. Нужно сдержаться, чтобы не показаться не приветливой, чтобы муж Сони ни дай Бог не запретил им видеться с Павликом!
Соня с Сергеем вошли в дом. Было тихо. Павлик спал. Любовь Анатольевна вышла к ним навстречу, и Соня ужаснулась, как свекровь за эту ночь изменилась, как будто заболела.
Сергей прошёл к ней и приветливо сказал:
- Здравствуйте, меня зовут Сергей Петрович, я муж Сонечки!
Он тоже заметил, что Любовь Анатольевна стояла, как окаменевшая, не в силах поздороваться. Он, понимая боль матери тихо произнёс:
- Простите меня!
Любовь Анатольевна, после этих слов смогла взять себя в руки и ответила:
- За что мне вас прощать?
- За то, что я вторгся в вашу жизнь, причинив этим, вам боль и страдания!
- Эти боль и страдания мне до конца дней и вы здесь совершенно ни при чём. Проходите, пожалуйста!
Она проводила гостей на кухню. Стол был празднично накрыт, Соня заметила, что в центре стола, наполненный салфетками стоял любимый бокал Кирилла. Любовь Анатольевна пригласила их к столу, но Сергей не садясь, спросил:
- А где Павлик, бабушка. Я хочу познакомиться с ними.
Любовь Анатольевна, внимательно рассматривая его, ответила:
- Павлик спит, а бабушка в соседней комнате.
- А можно мне к ней пройти?
- Да, конечно! Я её предупредила, она ждёт.
Соня шла впереди его, вошла в комнату, наклонилась над бабушкой и, поцеловав ее, отошла в сторону. Любовь Анатольевна хотела представить Сергея, но он опередил её и, опускаясь на стул рядом с диваном, сказал:
- Здравствуйте Евгения Григорьевна!
Любовь Анатольевна стояла у изголовья бабушки. Сергей говорил и периодически поглядывал на неё:
- Я Сонин муж, Сергей Петрович. Так сложились обстоятельства, что Соне пришлось выйти за меня замуж. Не вините её в этом, поверьте, что ей тоже нелегко. Я понимаю, как трудно всё это пережить, но обещаю вам, что буду любить и заботиться о Соне и Павлике. Я сделаю всё, чтобы они были счастливы! С сегодняшнего дня заботу о них и о вас, я полностью беру на себя. Я не хочу даже пытаться заменить вам сына и внука, это то, что останется с каждым из вас. Но я хочу стать для вас хоть немного ближе, надеюсь, мы с вами будем одной большой семьёй! Если вам, что-то понадобиться, я сделаю для вас всё, не сомневайтесь. Простите меня, что я занял место вашего сына в жизни Сони, но не сомневайтесь, что в её сердце остаётся только он. И для Павлика только он и никто другой никогда не будет настоящим отцом!
Любовь Анатольевна уже перестала сдерживаться и тихонько вытирала слёзы. Сергей виновато улыбнулся, посмотрев на не моргающую бабушку, взял лежавший рядом с её подушкой платок и сам вытер ей слёзы. Немного помолчав, Любовь Анатольевна опять пригласила к столу. Вставая Сергей наклонился, и поцеловал бабушку в щёку, тихо шепнув ей:
- Простите!
Сергей попросил чуть подождать и вышел из дома. Вошёл он в дом с водителем, державшим в руках кучу пакетов с продуктами и всякой мелочью. Они поставили пакеты в коридоре и водитель ушёл. Сергею очень хотелось понравиться Сониной свекрови и бабушке. Но на эти пакеты Любовь Анатольевна, даже не обратила внимания, прошла мимо, пригласив всех к столу.
Сидя за столом, Сергей с Любовь Анатольевной мирно разговаривали, а Соня, не мешая их общению, разбирала покупки. Она изредка поглядывала со стороны на свекровь, очень хорошо зная её, понимала насколько ей тяжело. Любовь Анатольевна очень стойко держалась, не показывая вида, что расстроена.
Проснулся Павлик и заспанный вышел на кухню. Увидев Соню, радостно закричал:
- Мама, мамочка приехала!
Павлик кинулся к Соне, она обняла его, поцеловала и посадила к себе на колени. Он сидел и искоса поглядывал на незнакомого дяденьку. Соня, прижимая Павлика к себе, смотрела на Сергея и со страхом говорила:
- Познакомься, Павлик, это Сергей Петрович. Мы с ним вместе будем жить в его большом доме. Сейчас поедем, и ты всё посмотришь сам!
Она терялась, не зная, что ещё сказать сыну. Сергей пододвинулся поближе и, протянув Павлику руку, сказал:
- Давай знакомиться, по-мужски, по-настоящему! Меня зовут Сергей Петрович!
Сергей держал протянутую руку и все ждали. Ждали в напряжении, как прореагирует на эту новость Павлик, как он его примет. Ребёнок посмотрел на молчавших бабушку с мамой и осторожно протянув руку, сказал:
- Я Павлик! А ты, что теперь будешь моим папой!?
От его вопроса бабушка с мамой широко открыли глаза, растерявшись. Сергей посмотрел на них и, серьёзно обращаясь только к Павлику, сказал:
- Нет, Павлик! У тебя один папа, он для тебя папой и останется навсегда. Ты же помнишь его?
Павлик спрыгнул с маминых коленок и убежал. Вернулся он с портретом Кирилла и, поставив его перед Сергеем на стол, коротко сказал:
- Вот!
Сергей внимательно посмотрел на красивого, крепкого парня в военной форме, на которого как две капли воды похож Павлик и в душе очень пожалел, что он погиб.
Забираясь маме на колени, ребёнок торжественно произнёс:
- Вот мой папа! Он лётчик, он погиб. Мой папа герой!
Любовь Анатольевна прижала рукой задрожавший подбородок и отошла к окну. А Сергей, продолжая разговаривать с мальчиком, сказал:
- Он и останется для тебя папой! Одним и единственным на свете! Ты этот портрет возьмёшь с собой, и в нашем новом доме повесишь его в своей комнате на стену. Твой папа всегда будет смотреть на тебя. Он всегда будет видеть как ты растёшь, каким ты становишься. Он всегда будет с тобой! А я просто буду жить рядом с тобой и с мамой. Я буду вам помогать, заботится о вас, играть с тобой, читать книжки. Ты умеешь играть в шахматы?
- Нет, я забыл!
- Ну, вот с этого и начнём, наше с тобой знакомство. Я научу тебя играть в шахматы.
Женщины молча слушали, не мешая их общению. Сергей взглянул на них и спросил мальчика:
- Ну как, Павлик поедем сегодня в наш новый дом?
- А как бабушка с бабулей?
Сергей посмотрел на женщин и, обращаясь к хозяйке, спросил:
- Любовь Анатольевна, я боюсь показаться навязчивым, но если бы вы согласились переехать к нам с Соней, я был бы просто рад!
Она замотала головой, быстро отвечая:
- Нет, нет, что вы!? Мы останемся здесь, а к вам будем приезжать в гости. И Павлика нам давайте на какое-то время погостить. Если, конечно ему можно будет к нам ездить?
Сергей, понимая страхи бабушки, улыбнувшись, ответил:
- Это вы с Соней решите сами, без меня. В любом случаи с сегодняшнего дня мы с вами одна семья, помните об этом. Я буду рад видеть вас в нашем с Соней доме в любое время, и если вы не возражаете, буду с удовольствием приезжать к вам сюда.
Прощаясь, Сергей поцеловал руку Любови Анатольевне и сказал:
- Теперь я хотел бы, чтобы вы приехали к нам и посмотрели, как устроились Соня с Павликом. В выходные у нас будут гости, если вы не возражаете, я пришлю за вами машину?
57
Соня уволилась из клиники. Когда Сергей, в первый раз, предложил ей уволиться, она ещё сомневалась. Но после того как с ней разговаривали, как ей казалось понимающие её, ни подруги конечно, но девушки с которыми она проработала бок о бок не один год, она сделала это без малейшего сожаления. Людское осуждение было безжалостным, и она просто не могла этого вынести! Написала заявление и адвокат Сергея - Игорь Зиновьевич, всё сделал сам. Через три дня закончив все формальности, он привёз Сонину трудовую и передал её Сергею.
Обедая, Сергей положил её перед Соней, приговаривая:
- Вот Сонечка, всё и сделано! Всё ушло в прошлое, как я тебе и говорил! Теперь ты свободна и никогда никого из своих знакомых больше не увидишь. Никто больше не осудит тебя и не посмотрит коса. Всё в прошлом!
Соня, взглянув на трудовую книжку, спросила у Сергея:
- А что я теперь буду делать, чем заниматься? Я ведь не могу сидеть без дела, мне же нужно где-то работать!?
Сергей, положил свою руку на её и, нежно сжав пальчики, сказал:
- Нет, милая! Моя жена не должна работать, она должна заниматься собой, детьми и немного мужем. Так, что работать, ты не будешь! А вот трудовую книжку я передам в отдел кадров в нашу фирму. Оформим тебя заместителем директора, то есть моим заместителем. Во-первых, будет идти стаж, во-вторых будет начисляться заработная плата. Нужно заранее позаботиться о будущей пенсии.
- Серёжа, а разве так можно, если я не буду ходить на работу?
Сергей, улыбнувшись, ответил:
- Можно, Сонечка, можно! Это же моя фирма и тебе не только будет начисляться зарплата, но и все какие положено налоги, будут перечисляться государству. Так что это вполне законно! Ты сама скоро во всём этом разберёшься и всё поймёшь. Я, немного позже, тебе всё расскажу про нашу фирму, полностью ввиду тебя в курс всех дел.
- Серёжа, но я ничего не понимаю в бизнесе. Я не справлюсь!
- Посмотрим, если не захочешь заниматься бизнесом, продадим всё и деньги вложим во что-нибудь. Будете жить на дивиденды. Я уже думал об этом, но это всё решим позже. Ты скажи, как с Павликом дальше будет?
Соня в испуге взглянула на мужа и спросила:
- А, что с Павликом?
Сергей, не заметив её испуга, спокойно ответил:
- Сына в детский садик, будешь возить или он дома будет? Ты мама, тебе решать! Если будет дома, наймем гувернантку, пусть занимается, обучает его, готовит к школе.
Вздохнув с облегчением, Соня ответила:
- Нет, Серёжа я думаю, что в садике с детьми ему будет лучше. Рано его закрывать в четырёх стенах, пусть учится общаться. Насидится ещё дома, когда пойдёт в школу. Я его сама буду возить в садик.
- Смотри сама, как тебе удобно, так и делай! В любом случае если, что - это может всегда сделать наш водитель.
Он посмотрел на замолчавшую Соню и спросил:
- Сонечка, что, ты всё молчишь и молчишь!? Может быть, у тебя была какая-нибудь мечта? Может быть, ты что-нибудь хочешь?
Соня взглянула на него, улыбнулась и пожала плечами. Сергей не переставал её спрашивать:
- Подумай хорошенько. У тебя сейчас будет достаточно времени, а возможности я тебе предоставлю. У тебя наверняка была какая-то мечта, которая по ряду причин не сбылась, подумай!
Посмотрев на Сергея она, пожав плечами, ответила:
- Я хотела учиться в медицинском институте.
- Прекрасно! Хотела, учиться, учись, я буду только рад! А экзамены сдашь?
- Я хорошо училась, а подготовиться ещё есть время.
- Вот и хорошо! Учись, учись Сонечка! Я только рад! У меня жена будет врачом, это же здорово!
Сергей Петрович был очень тактичным и внимательным мужем, и всего через несколько месяцев Соня привыкла к нему. Общение с ним было очень легким. Он никогда ничем её не попрекал, ничего не требовал, баловал как ребёнка. В отношениях они сблизились и жили спокойной, ровной, семейной жизнью, совместно решая все жизненные вопросы. Соня полностью успокоилась и жила совершенно новой, незнакомой ей жизнью. Жизнью богатой женщины, что постоянно приводило её в смущение.
Соня всегда считала, что степень успешности человека зависит не от степени состоятельности. Главное это сам человек! То, что смогли вложить в него родители, то какие у него устремления, амбиции, а главное отношение к людям. Деньги могут дать только удачный старт, но не более. Просто нужно иметь чёткое понимание того, чего ты хочешь от жизни и не витать в облаках!
Что касается богатства Сергея и её нынешнее положение, то тут все настолько сложно, что как не старайся, по полочкам разложить не удастся. Просто она очень хорошо знала, что в той своей прошлой жизни без богатства и определённого статуса в обществе, она была намного счастливее! Нынешнее же её положение не приносило ей большой радости, а больше доставляло волнение и не раз приводило в смятение.
Воспитатели в детском садике начали перед ней вести себя слишком ласково, заискивающи. Постоянно не естественно, натянуто улыбались и навязчиво проявляли свою заботу и внимание. Соне это очень не нравилось, и она решила перевести сына в другой садик.
Они вместе с Сергеем подобрали для него частный детский сад и Павлик, на удивление мамы, с большим желанием пошёл туда. Соня каждый день утром отвозила его и возвращалась домой. Целые дни проводила сидя за учебниками. Она начала готовиться к поступлению в институт.
Муж, как и обещал, решил вопрос с кредитом, но вот квартиру без Сониного заявления вернуть не удалось. Он предложил её выкупить, но Соня отказалась, сказав:
- Зачем тратить деньги. У меня уже есть дом, а Даша, наверное, уже никогда не вернётся?
- Смотри сама, в любом случаи, если захочешь, мы её выкупим.
Любовь Анатольевна была частым гостем в их доме, иногда забирала Павлика к себе. Для Евгении Григорьевны, Сергей купил инвалидное кресло, оборудовал крыльцо в их доме и она теперь часто гуляла. Её усиленно лечили, по всем новейшим методикам. Сергей лично следил за этим и перевозил Евгению Григорьевну из одной клиники в другую. В результате она начала сидеть и уже хорошо двигала руками, но речь у неё так и не восстановилась. Иногда, на праздники, Соня с Сергеем привозили её к себе в гости, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Она сидела в кресле, наблюдая за всеми и тихо, украдкой плакала.
Пытаясь хоть как-то успокоить душевную боль, она постоянно молилась, полностью переосмысливая их жизнь. Но мысли всегда уходили сначала к внуку, потом к сыну и она ничего не могла сделать с этим грузом, который всё время тянул её на дно.
58
Сергеевы родственники к ним в гости не приезжали. Он решил этот вопрос в самом начале, их совместной с Соней жизни. После одного единственного незваного визита!
В первые дни после того, как Соня с Сергеем расписались, нагрянули его дети от первых браков. Дети были одеты с иголочки, ухоженные, гладкие, улыбчивые ни в меру. Только его приёмная дочь, поглядывая на молодую жену отца, смотрела зло и с неприятной, но очень хорошо знакомой Соне, ухмылкой. Сначала всё шло спокойно, но чувствовалась натянутая, напряжённая обстановка. Проходя мимо Сони ее, пытались задеть, толкнуть, при этом, слащаво улыбаясь, просили прощения.
Вера Ивановна накрыла стол, выставив праздничные закуски и несколько салатов. Соня посмотрела на накрытый стол и удивилась, когда она всё это успела, ведь гостей сегодня никто не ждал. Сергей всех пригласил к столу.
За столом, во время обеда, один из сыновей, как бы невзначай обронил:
- Отец, как твое здоровье, а то жена не по возрасту молода для тебя!?
Сергей пристального посмотрел на него, но ничего не ответил, сдержался. Соня сидела тихо, не глядя ни на кого, она отлично понимала, о чём пойдёт речь и считала себя виновницей этой неприятной ситуации. Вера Ивановна стояла за спиной у Сергея, скрестив руки на животе, молча наблюдая за присутствующими, и не намеревалась никуда уходить. Как страж, из-под бровей поглядывая на гостей.
Второй сын, навалившись на спинку стула, закинув за неё одну руку, произнёс:
- Да, отец, отчудил ты! Смех, да и только! Твоя третья жена, слишком молода для тебя и вообще, жениться в твоём-то положении уже глупо!
Соня поразилась, тому, как дети разговаривали с Сергеем!? Какой тон, какое поведение? Она даже не предполагала, что с отцом так можно разговаривать!? Даже если он не родной, но он их вырастил, выучил и заботился о них. В её понятие воспитания - это никак не вмещалось, если ни из уважения к отцу, то хотя бы из-за разницы в возрасте!
Сергея она видела таким разгневанным первый раз. Он положил приборы, сделал глоток воды и, глядя на детей, медленно проговорил:
- Вот, что мои дорогие! Я не собираюсь у вас просить совета и тем более благословления. Вы напрасно всполошились, потому что вас не касается ни моя жизнь, ни тем более моя жена. Если вы волнуетесь по поводу завещания, то хочу вам сказать, что я ещё не собираюсь умирать. И вообще, нечего мне предъявлять претензии!
Гости за столом заволновались, дочь, улыбаясь, решила загладить ситуацию и пискляво произнесла:
- Папочка, ну что ты, мальчики сморозили очередную глупость! Ты же знаешь, как они необдуманно могут ляпнуть что-нибудь. Мы и не думали предъявлять никаких претензий, просто приехали познакомиться.
- Ах, вы приехали познакомиться!? Что-то я не заметил в вашем поведении радости за меня, цветов, подарков! Знаю, зачем вы приехали!
Он внимательно посмотрел на них и строго сказал:
- Что делаете удивленный вид, я всё отлично слышал, и как вы шептались между собой на террасе, и как меня называли. Как бы вам не хотелось, но этот «старый хрыч» ещё немного поживёт.
Вера Ивановна прошла к окну и демонстративно отдёрнула шторку, показав, что Сергей Петрович на самом деле слышал всё через открытое окно, так же как и она. Он с благодарность кивнул ей головой. Она вернулась на своё место и опять встала за его спиной, пристально оглядывая гостей.
Сергей, сделав ещё глоток воды, продолжил говорить:
- Да-к вот что, мои дорогие! Вы напрасно волнуетесь, моё завещание вас совершенно не касается. Я не собираюсь вас в него включать! При разводах с вашими матерями, я обеспечил их полностью. Вас выучил, вырастил и, если вы забыли, то я вам напомню, что каждому из вас я купил квартиру и машину. А если вам не хватает денег на сладкую жизнь, то обращайтесь к своим мамашам и своим родным папашам. А мой дом и мои деньги, к вам не имеют никакого отношения! Мне очень не понравилось, как вы вели себя с моей женой, не думайте, что я ничего не заметил!
Сергей очень строго посмотрел на них и добавил:
- В дальнейшем, я запрещаю вам приезжать без приглашения, в наш с Софьей Максимовной дом!
Сергей встал, выпрямив спину, бросил салфетку на тарелку и сказал:
- А сейчас, я прошу вас покинуть наш дом!
Он стоял, глядя на гостей в ожидании. Они встали и, гневно косясь на Соню, неохотно ушли. Вера Ивановна быстро собрала их приборы со стола, задвинула стулья на место и удалилась. Когда стих звук выезжающих машин, Соня подняла на Сергея глаза и виновато произнесла:
- Серёжа, ты слишком строг с ними!
Сергей, устало улыбнувшись, опустился на свой стул. Соня, поддержав его за руку, очень взволновано сказала:
- Это всё из-за меня, я считаю себя виновницей конфликта!
Сергей совсем без сил, сел на своё место и ответил ей:
- Глупости Сонечка! И ни какой это не конфликт, это их перманентное состояние. Они всегда так себя ведут, это постоянное, не меняющиеся их состояние. Всегда всем недовольные и злые. С ужасом вспоминаю нашу с ними жизнь! Ведь они всегда вели себя так и со мной, а самое страшное и со своими мамочками. Всегда были в том состоянии, в котором находились сейчас. Сонечка не переживай и не думай о них совсем, это уже моё прошлое!
- И всё-таки, нужно было как-то помягче с ними.
- Нет нормально, с ними по-другому нельзя. Они должны знать, что ты для меня главнее их, и вообще главнее всех и всего на свете! Иначе, когда меня не станет, они тебя сожрут.
- Серёжа!
- Всё, всё больше не буду, дорогая! Я знаю, что ты не любишь, когда я говорю об этом.
Тяжело вздохнув, он произнёс:
- Что-то я слишком устал. Этот разговор совсем выбил меня из колеи, пойду к себе, прилягу. Не думал, что меня их приезд так расстроит!
Больше в их жизни подобных ситуаций не было. Приёмные дети Сергея, их больше не беспокоили, и жизнь шла ровно и спокойно.
59
Прошло полтора года их совместной жизни. Соня родила сына! Ребёнок, как и хотел Сергей, очень походил на маму. У него были такие же голубые глаза и светлые золотистые волосы. Ребёнок был очень спокойным и здоровеньким.
Сергей был самым счастливым человеком на свете! Он даже плакал, когда привезли ребенка домой и уложили в детскую кроватку. Он опустился у кроватки на колени, прижался лбом к палочкам и, шмыгая носом как ребёнок, причитал, глядя на сына:
- У меня есть ребенок, у меня есть сын! Мой сын, наследник! Сонечка, родная моя, спасибо тебе, ты сделала меня самым счастливым человеком на свете! Как оказывается приятно и гордо ощущать себя отцом. Теперь я спокоен, спокоен за будущее своего рода. Этот маленький человечек вырастет, будет топать ножками по земле, читать книги, учиться и в нём будет моя частичка. Значит, я не умру, я буду жить дальше!
Сына назвали Кириллом! Это, ни минуты не колеблясь, предложил сам Сергей. Он обнял жену и твёрдо сказал ей:
- Сонечка, в благодарность тебе за то счастье, что ты мне дала, я хочу, чтобы мой сын носил имя Кирилл, Кирюша!
Соня растерялась, не зная, что ответить. Сергей взял её за руку и спокойно, ласково улыбаясь ей, сказал:
- Меня скоро не будет и я хотел бы, чтобы ты осталась с Павликом и Кириллом. Я верю, что у нас с тобой вырастут хорошие сыновья. Они и тебе, и бабушкам будут поддержкой и помощниками.
Соня, с трудом сдерживая слёзы, с благодарность смотрела на Сергея. Что-то ответить у неё не было сил, и она только молча покивала головой, уткнувшись ему в грудь.
Жизнь текла своим чередом. Кирюша рос крепким, добрым мальчиком, очень похожим на маму. Павлик вырос и уже готовился к школе. Он очень хорошо относился к Сергею и называл его папой Серёжей. Братика, Павлик, просто обожал! Всё свободное время старался быть с ним, не уставая ему что-то рассказывать, перебирая перед ним многочисленные погремушки. В такие минуты Кирюша, как будто что-то понимая, лежал тихо, внимательно глядя на брата, только от восторга иногда лёжа, быстро бежал ножками.
Всё было хорошо! Они жили одной большой, дружной семьёй. Все праздники проводили вместе с детьми и бабушками. Кирюша, так же как и его старший брат, называл Любовь Анатольевну бабушкой и очень любил её. Она обнимала малыша, как собственного внука, любя и лаская его. Сергей, украдкой наблюдая за ними и видя, что она одинаково относится к мальчикам, улыбался, радуясь, что у них такая добрая и любящая бабушка.
Сергей сдержал своё обещание и сделал всё для того, чтобы Соня была счастлива! Он старался помочь и поддержать её во всём. Соня не прерывая учебы на рождение ребенка, успешно сдавала сессию, за сессией в медицинском институте, мечтая стать врачом. Вместе с Сергеем они мечтали открыть свою клинику, в которой Соня будет и хозяйкой, и практикующим хирургом. Поддержка Сергея вселяла в Соню надежду и, она верила, что это не просто мечты. Всё будет именно так, как он говорит! Она была очень благодарна Сергею за то, что он сумел ей подарить и веру, и надежду, и любовь, при этом ничего не требуя взамен!
Посовещавшись о том, как Соня с детьми будут жить дальше, где она будет трудиться, что ей ближе и интереснее в жизни, они решили продать бизнес Сергея. Соне совсем не нравилось заниматься продажей леса, да и не понимала она в этом совершенно ничего! От этого очень боялась, зная, что не справится. А взваливать всё на одного Андрея и пользоваться результатом его труда, просто не реально!
Нашёлся покупатель, предложивший очень хорошие деньги, и Сергей согласился. Его адвокат занимался продажей бизнеса и всех имеющихся в собственности у Сергея активов. Сергей предложил на вырученные от фирмы деньги построить клинику для Сони.
Сергей понимая, что Соня слишком молода и её могут обмануть, решил ещё при жизни помочь жене с организацией клиники. А чтобы не нашлось желающих на лакомый кусочек, он и помещение, и фирму оформил на неё. Хорошо разбираясь в процедуре наследования, он знал, что эту собственность не придётся переводить на жену через полгода после его смерти, потому что она уже будет её.
В свободное время, когда она возвращалась из института и не готовилась к очередной лекции или зачёту, Сергей учил её руководить и следить за всем на своём предприятии. Обучал основам экономики и видения учёта, поведению с подчинёнными, чертя ей многочисленные схемы, структуры планируемой клиники. Соня очень внимательно слушала Сергея, понимая, как он старается успеть передать ей как можно больше знаний и опыта. Она с благодарностью слушала его, видя, как он торопится. Торопится успеть, пока жив!
Как не страшно было об этом думать, но его жизнь подходила к концу, и это был необратимый процесс! Он уже большую часть времени проводил в инвалидном кресле, уставая и от движения, и от общения. Целыми днями мог пробыть в своей комнате, не вставая с кровати. Уже перестал смотреть телевизор и интересоваться всем происходящем в мире. Он постепенно отделялся от бурлившей вокруг него жизни, уходя туда, где не будет всего этого!
60
На адрес Любви Анатольевны, пришло заказное письмо, она сразу же позвонила Соне, взволнованно сказав:
- Сонечка, на твоё имя пришло письмо!
- От кого?
- Не знаю, я не вскрывала, оно же для тебя.
- Мама, о чем вы говорите, открывайте скорее!
Любовь Анатольевна отрезала кромку конверта и вытащила из него два письма, пробежала по ним глазами и произнесла:
- Сонечка, это от Даши! Приезжай, скорей!
- Я сейчас приеду!
Сергей сидел рядом, внимательно слушая её разговор со свекровью. Соня, посмотрев на него, взволнованно сказала:
- Серёжа, пришло письмо от Даши, мне нужно ехать!
- Да, конечно, поезжай! Соня, ты главное не волнуйся, раньше времени. И, пожалуйста, не торопись, веди машину тихо, аккуратно.
- Я мальчишек не положила спать!
- Не волнуйся, я справлюсь, Вера Ивановна поможет.
Соня приехала быстрее, чем обычно, хотя постоянно говорила себе, чтобы не торопиться, сбавить скорость и ехать не больше восьмидесяти.
Приехав, не раздеваясь, она прошла в комнату и взволновано присела на край кресла. Трясущимися от тревоги руками, открыла письмо и начала читать. Письмо было от какой-то совершенно неизвестной девушки, она писала:
«Здравствуйте, Соня! Пишет вам незнакомая вам девушка - Арина. Месяц назад я была по путевке в Турции, мы с подругой ходили по их рынку. Испуганная девушка сунула мне в карман записку, она это так быстро сделала, что я не успела её разглядеть, только услышала «Здесь не читайте». Вкладываю в конверт две записки, одну для меня, другую для вас».
Соня не поднимая глаз, открыла маленький обрывок бумаги, пахнущий рыбой. Узнав подчерк Даши она, закусив нижнюю губу, чтобы не заплакать, начала читать:
«Прошу Вас, умоляю, по указанному адресу отправьте в России это письмо, помогите мне, я погибну здесь!»
Соня, переведя дух, продолжала читать дальше:
«Соня, милая сестрёнка, прости меня! Прости, меня за все несчастья, которые я принесла тебе, за всё, что я натворила! Я сама не понимала, что делала!?
Димка вышел из тюрьмы и я, дура, от безумной любви к нему, делала всё, что он говорил мне. Это он с дружками из тюрьмы, организовал аферу сначала с кредитом, потом с квартирой. У них и нотариус был свой, и человек в банке. Твою подпись ловко подделал какой-то парень. Сонечка, прости, я ведь всё это видела, но не понимала до конца всего что творю!
Я думала, что он меня любит, а ему просто нужны были деньги! Он проигрался в карты и деньги ушли на погашение части карточного долга. В Турцию, мы с ним сбежали, потому что денег не хватало погасить все долги. Думали, что там скроемся и тихо проживём. Деньги-то с квартиры оставались ещё!
Сначала всё было хорошо. Мы сняли квартирку, небольшую, но у моря. Купались, ели фрукты, но всё длилось недолго. Димка не мог удержаться и опять начал играть в каком-то подпольном клубе. Проиграл все оставшиеся деньги! Платить за жильё было нечем, и мы остались без квартиры, на улице. Я пыталась найти работу, даже какое-то время работала продавцом. Но Димка не переставал играть, он хотел отыграться, но всё больше вяз в долгах.
Закончилось всё тем, что ему начали угрожать, грозились убить, если он не вернёт долг. Ходили ко мне на работу каждый день, просили передать ему, чтобы поторопился с расчётом. Моему хозяину это очень не понравилось, и я осталась без работы, он меня выгнал. Мы какое-то время прятались по причалам, по трущобам, жили как бомжи. Есть было нечего, мы питались фруктами, в основном гранатами. Благо они здесь растут вдоль дорог и опадают, как у нас яблоки. Несколько раз пытались уплыть на каком-нибудь судне, но без денег нас никто не брал.
Я знала, что бесконечно так продолжаться не может и оказалась права! Нас поймали, посадили в каком-то заброшенном доме на цепь, два дня не поили, не кормили. Мы просто висели одни и к нам целые сутки, даже никто не приходил. Я тогда в первый раз попрощалась с жизнью. Думала, что такая страшная смерть нас ждёт, без пищи и особенно без воды. Я даже не представляла, что так плохо человеку без воды!
Когда, через сутки, эти люди пришли, я висела уже почти без сознания. Говорить сама не могла, только слышала весь их разговор. Они предложили Димке за погашение долга какое-то дело, что именно он должен сделать я не слышала, и что он отвечал, не знаю. Только помню, что ему сказали, что когда он сделает всё, они меня отпустят и долг простят, вернут паспорта и дадут возможность нам уехать. Его отвязали и отпустили. Он почти выползал на улицу не глядя на меня. Прошли сутки, Димка не вернулся. Приехали мои мучители и объявили мне, что Димка решил мою судьбу, что теперь я буду за него отрабатывать долг, а его найдут и прикончат.
Меня отвязали, облили холодной водой и, закинув на плечо, как мешок картошки, унесли. Кинули в кузов машины и увезли. Через несколько дней я встала на ноги, оклемалась.
У меня нет паспорта, меня караулят. Я стала самой настоящей рабыней! Как ни странно звучит это в наше время! Я не хочу писать всё, что со мной делают, это очень страшно и противно. Противостоять и бороться с этим я пыталась, несколько раз пробовала убежать, но меня находили и возвращали. От них бесполезно убежать! Если я отказываюсь выполнять их требования, меня бьют. Хорошо, если хлыстом, страшнее, когда пинают ногами!
Я не хочу об этом писать, я сама виновата в том, что случилось со мной. Я сама, по собственному желанию устроила себе такую жизнь. Прости меня, Сонечка, я была полной дурой, за что и расплачиваюсь теперь! Страшнее для меня думать о том, что я сделала с вами!
Пишу тебе, потому что мы больше не увидимся, а повиниться и покается, я должна. Я долго такой жизни не выдержу!
Хочу, чтобы ты знала, что я очень казню себя за то, что сделала! Прости, меня милая моя сестрёнка, прости за всё, что я натворила! Как вспомню, что я сделала с тобой и Павликом, так страшно становится!? Как ты смогла выбраться из этой трудной ситуации, не представляю? Мне, наверное, нет прощения! У тебя такое горе было, а я со своей любовью и мечтами о лучшей жизни, так тебя подставила! Я сволочью, самая последняя, сволочь! И моё место там, где я сейчас нахожусь, это именно то, что я заслужила!
Соня, сестрёнка, сходи на могилку к маме, к моей заботливой и доброй мамочке, и попроси у неё прощения за меня. Самой мне этого уже никогда не сделать! Если бы ни я, со своим отвратительным поведением, то и она бы была жива! Сколько горя я принесла всем вам! Прости и прощай, я очень люблю вас, Даша!»
Дальше была приписка от Арины:
«Соня, я прочла записку, мне же её через границу везти, поэтому, я должна знать, что везу. Больше в Турцию не поеду никогда! Может быть, что-то можно сделать? Это письмо нужно показать кому-нибудь, кто сможет помочь. Может быть через посольство, вытащить её оттуда? В любом случаи прошу вас, мне ответить. Я теперь невольно стала участником в Дашиной судьбе и не смогу спокойно жить дальше, не зная, как всё закончится для неё. Я о ней сейчас каждый день думаю, и очень переживаю! До свидания, Арина»
Соня прочитала письмо. Любовь Анатольевна смотрела на неё, не проронив ни слова. Она смотрела, как Соня плакала, читая письмо, не успевая вытирать слёзы и, только тихо вздыхая, думала:
- «Бедные вы мои девочки, когда же всё это закончится!? Когда же, наконец, начнётся спокойная жизнь!? Насколько скоротечно счастье, любовь и как часто приходиться жить вот с такими переживаниями и стрессами. Как я хочу, чтобы у вас поскорее всё наладилось!
Говорят, что Господь не даёт нам больше, чем мы можем унести! Но иногда, кажется, что то, что сваливается на нас просто невозможно вынести. А ведь и в самом деле, проходит время и с болью, со страданием, всё потихоньку проходит.
Нет, не проходит! И неправда, что время лечит! Оно ничего не лечит! Всё живёт в нас, в наших сердцах, просто мы учимся жить с этим, держа всё в себе в своём сердце! Мы учимся нести этот крест!»
Прочитав письмо, Соня протянула его свекрови и стала ходить по комнате, лихорадочно думая о том, что делать. Любовь Анатольевна прочла. Слёз у неё уже не было, лицо стало жёстким, строгим. Она, подняв на Соню глаза и с болью в голосе, произнесла:
- Бедная девочка! Чего она там только не натерпелась. Что же делать, Соня, как ей помочь?
Соня на удивление сдержанно, совсем не плача, сказала:
- Я поехала домой, покажу письмо Сергею. Он может подсказать, что делать! Он наверняка что-нибудь придумает!
- Правильно, Соня, только Сергей Петрович, сможет что-то подсказать! Поезжай, скорее и держи меня в курсе.
61
Меньше чем через час, Соня была дома. Муж ждал её в инвалидном кресле на первом этаже. Увидев, как быстро она влетела в дом, с волнением и нетерпением спросил:
- Ну, что, что Сонечка? Что там произошло, рассказывай скорее!?
Соня молча прошла, опустилась перед ним на диван и протянула конверт. Сергей молча читал, сводя брови и хмурясь. Прочитав письмо до конца, он поднял глаза и посмотрел на Соню. Она сидела, не моргая глядя на него в ожидании его слов, как приговора. Сергей, пытаясь, как можно спокойнее, чтобы заранее не напугать жену, сказал:
- Значит, так! Ты только раньше времени не паникуй. Я думаю, что можно попробовать её оттуда вытащить.
Вот после этих слёз, занавесь рухнул и Соня заплакала. Она плакала и сквозь слёзы, захлебываясь спрашивала:
- Но как? Это же совсем другая страна и где её там искать?
- Я сейчас позвоню Игорю, дам задание связаться со сведущими людьми. Он хоть и молодой адвокат, но у него очень хорошие связи. У тебя есть какие-нибудь Дашины документы, нужно параллельно восстановить её паспорт. У неё ведь там нет документов и я уверен, что мы их не найдём. Да и смысла не вижу их искать, главное её найти и просто выкрасть оттуда, а дальше уже вопрос времени, чтобы привезти сюда. Я тебе обещаю…
Он подкатился поближе к Соне и, взяв жену за руку, ласково произнёс:
- Ну не плачь, Сонечка, дорогая моя девочка, не надо! Я обещаю сделать всё, чтобы вытащить её оттуда.
- Сережа, спасибо, ты не представляешь, как я хочу ей помочь!
Соня вытирала слёзы и смотрела на мужа с благодарностью и надеждой, что он сможет вытащить оттуда Дашу. Она понимала, что он обязательно сможет помочь им, по-другому просто не может быть!
Соня терпеливо ждала, ничего не спрашивая. Она видела, что чаще, чем обычно к ним приезжал Игорь. Он забрал все Дашины письма, фотографию, разыскал девушку Арину, которая встречалась с Дашей в Турции. В письмах не было ни названия населённого пункта, ни намёка на место её нахождения, поэтому Арина им в этом очень помогла. Соня видя, что идёт работа по освобождению Даши, терпеливо ждала. Ждала с надеждой, что её найдут и вернут домой, а уж здесь Соня позаботится о ней, поможет во всём. Только бы успеть, только бы она ничего с собой не сделала!
Прошёл целый месяц, но новостей не было никаких. Видя, как жена волнуется, Сергей вечером, после ужина, когда они в гостиной остались одни, подъехал к ней. Соня тихо сидела на диване, задумчиво глядя куда-то вдаль. Остановившись, он молча смотрел на неё. Почувствовав его взгляд, она подняла глаза. Сергей улыбнулся и сказал:
- Соня, не волнуйся. Всё идёт по плану. Подготовка заняла много времени, но наконец-то все формальности соблюдены, и хочу сообщить тебе, что Игорь с Ариной, той девушкой, которая привезла письмо, в сопровождении трёх ребят, уехали в Турцию. Сегодня они будут на месте, осмотрятся и начнут поиски. Нам остаётся только ждать!
Соня, внимательно слушая, смотрела на него. Она не плакала, просто в висках сильно застучало от напряжённого волнения. Сергей, пытаясь успокоить её и настроить на терпеливое ожидание, сказал:
- Сонечка, это может произойти не очень быстро, но поверь, всё будет хорошо! Главное, что всё сдвинулось. Мы вытащим её оттуда, вы будете вместе и больше никогда не расстанетесь! Я тебе это обещаю!
62
Сергей сдержал своё слово! Через три месяца Соня получила из его рук телеграмму «Встречайте Дашу тридцатого апреля рейс 312».
- Сережа, Даша возвращается! Спасибо, огромное тебе спасибо!
Соня заплакав, уткнулась мужу в плечо. Он, обняв жену, ласково прижимая её к себе, сказал:
- Не плачь, Сонечка, не плачь. Я обещал, что позабочусь о тебе и о твоей семье, а данные обещания я привык выполнять! Мы же одна семья, Сонечка! Даша твоя сестра, мне не чужой человек. Она мне кто? Кажется свояченица? Как я мог не помочь родственнице. Нужно для неё комнату подготовить, думаю, что жить она будет с нами. Вот мою спальню и приготовим.
- Спасибо тебе, Серёжа!
- Что ты, родная! Ради тебя, твоего спокойствия я готов сделать всё, что угодно! А насчёт комнаты подумай.
- Нет, Серёжа, твою спальню трогать не будем, мы её лучше устроим в твоём кабинете. Спальня - эта твоя комната, твоей и останется.
Задумчиво, Сергей ответил:
- Сонечка, ты хозяйка, тебе и решать!
И стараясь, чтобы Соня не заметила его грусти, подумал:
- «Она мне уже никогда не пригодится, на второй этаж мне уже никогда не подняться!»
Он развернул своё кресло и поехал по коридору, сухо сказав:
- Сонечка, пойдём к мальчикам в комнату. Посмотрим, чем они занимаются.
Комнаты на первом этаже они переоборудовали полностью. В комнатах для гостей устроили - в одной спальню для Сергея, во второй игровую комнату для детей. Они специально сделали их рядом, чтобы Сергей мог сидя в кресле наблюдать за детьми. На второй этаж он уже не поднимался совсем!
Соня повезла кресло к игровой комнате. Там сидя на ковре, играли семилетний Павлик и полуторагодовалый Кирюша. В кресле, наблюдая за детьми, сидела няня - светловолосая, невысокого роста пожилая, но выглядевшая очень моложаво, женщина. Родители стояли в дверях, любуясь мальчиками.
С тех пор, как Соня вышла замуж за Сергея Петровича, прошло уже три года. Они жили хорошо, мирно, спокойно. Сергей очень любил Соню и по-отцовски относился к Павлику. Он не делил детей. Для него и Павлик, и Кирюша были одинаковыми, и относился он к ним, как к своим родным сыновьям. Врачи прогнозировали ему не больше одного года жизни, но в семье с любимой женой и сыновьями он, вопреки всех предсказаний - жил!
Через два дня, после получения телеграммы о приезде Даши, Соня поехала в аэропорт, встречать сестру. Она очень волновалась и со страхом ждала встречи с ней. Соня боялась, что вдруг ещё что-нибудь случится и Даша не приедет?
Прилетел самолет, вышли все пассажиры, но Даши среди них не оказалось. Соня с волнением ждала, но дождалась только Игоря. Он улетал за Дашей и с ней возвращался назад. Увидев взволнованную Соню, подошёл к ней и, пытаясь её успокоить, сказал:
- Софья Максимовна, не волнуйтесь! Я привёз вашу сестру, но в самолете ей стало плохо. Её увезли на скорой помощи в больницу. Сняли прямо с трапа самолёта.
От волнения чуть не плача, Соня быстро, испуганно, проговорила:
- Поехали, скорее! Куда её увезли! Поехали туда, сейчас же! Что с ней!
Почти бегом она шла к машине. Всю дорогу, пока они ехали до больницы, она торопила водителя и очень нервничала, не находя себе места, если они попадали в пробку.
В больнице к Даше её не пустили, она была в операционной. Ей удаляли разорванную от ударов селезенку. Врачи уговаривали Соню ехать домой, но она осталась ждать конца операции. Дети были с Сергеем и няней, поэтому за них она не волновалась, да и надёжная помощница Вера Ивановна за всем проследит не хуже, чем родная бабушка.
Только через пять часов закончилась операция и Дашу на каталке повезли в реанимационную палату. Соня шла рядом с каталкой, в ужасе глядя на сестру. Она смотрела на неё и не узнавала. Лицо у Даши было желто-синего цвета, на губах кровяные раны, лицо опухло так, что носа почти не было видно. Голова перевязана, через бинт просочилась кровь, вероятно, там тоже была рана. Каталку завезли в реанимацию и перед Соней закрыли дверь.
Рядом с ней остановился врач. Увидев, что Соня плачет, он как можно спокойнее сказал:
- Не волнуйтесь так, теперь всё будет хорошо. Селезёнку мы удалили, внутренние кровотечение остановили. Смертельной опасности больше нет, сейчас она медленно, но будет идти на поправку. Приготовьтесь, что в больнице она проведет не меньше двух месяцев.
- Она выживет?
- Я же сказал, что смертельной опасности больше нет! Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Просто сильное истощение и запущенность организма. Но она молодая, справится.
- А если бы мы её сегодня не привезли?
- Не думайте о плохом. Сейчас всё будет хорошо! Поезжайте домой, до завтрашнего дня к ней нельзя, а завтра посмотрим. В любом случае вы её сможете увидеть только, когда её переведут в обычную палату. Поэтому смысла нет, здесь находиться, звоните по телефону и узнавайте о её состоянии. Всего доброго!
Попрощавшись, он вошёл в реанимационную палату. Соня, постояв ещё немного пошла к машине. Она ехала дамой и мысленно успокаивала себя:
- «Хватит, хватит разводить сырость! Ты сама будущий врач, учись держать себя в любых ситуациях. Думай о том, что страшное уже позади, что с Дашей теперь будет всё хорошо. Главное она дома, главное её смогли найти и вернуть домой! А раны заживут и постепенно всё забудется. Забудется весь кошмар, через который ей пришлось пройти и она сумеет в себе найти силы и стать счастливой. Она была сильной с самого детства, а все эти капризы и фантазии проходят с возрастом и у неё всё это пройдет, а я буду рядом и никогда ни в чём не упрекну её и не обижу!»
63
Даша выздоравливала долго, результаты побоев, голод, сильно подорвали её здоровье. Даже послеоперационный шов не заживал дольше, чем у остальных больных. Ей каждый день делали по несколько капельниц, всё вливая и вливая в неё лекарства и витамины. Только через неделю Дашу перевели из реанимации в простую палату для двух человек. Соня пыталась устроить её в отдельную палату, но врач предложил именно такой вариант. Нельзя ей находиться совсем одной в замкнутом пространстве, нужно чтобы рядом с ней в спокойной обстановке был ещё кто-то из больных. Чтобы постоянно ходили и разговаривали люди. Ведь у неё не только физические травмы, но и сильный страх, который сковывает всё её тело и мешает процессу выздоровления.
Соня приезжала к ней каждый день, сидела рядом и, гладя её по руке, без остановки говорила:
- Дашенька, сестренка, теперь всё будет хорошо! Кошмар закончился, ты ещё будешь счастливой. Выздоровеешь, я заберу тебя к нам домой, у тебя будет отдельная комната. Окрепнешь и начнешь всё сначала!
Через месяц Даша медленно, начала ходить, синяки с лица и тела сошли. Страх в глазах начал проходить, она перестала вздрагивать от стука в дверь. Даша возвращалась к жизни! Но молчала, она лежала, сидела, но всё время молча. Врачи боялись, что она замолчит навсегда! Но однажды её навестить приехала Любовь Анатольевна с целым пакетом её любимых, домашних пирожков с капустой. Она, улыбаясь, вошла в палату и сев рядом с Дашей взяла её за руку и сказала:
- Дашенька, девочка моя, как я рада, что ты дома, что ты с нами!
Вдруг, Даша резко села и кинулась на шею Любови Анатольевне и разрыдалась. Первый раз за всё это время! Она плакала и причитала:
- «Мамочка, мамочка!»
Любовь Анатольевна улыбаясь, гладила её по вздрагивающей спине и, с трудом сдерживая слёзы, говорила:
- Всё будет хорошо! Девочка моя, теперь всё будет хорошо! Ты с нами, ты дома девочка моя! И ты, и Соня, вы ж мои доченьки, самые родные и близкие, я вас очень люблю.
Соня смотрела на них и, вцепившись пальцами в спинку кровати, беззвучно плакала. После этого Даша начала говорить, хотя, делала это очень неохотно. Сестры подолгу сидели рядом, Соня говорила, а Даша молчала. Только иногда она что-нибудь спрашивала у сестры, виноватым голосом:
- Соня расскажи, как ты жила? После всего, что я натворила.
- Дашенька я живу хорошо, учусь в институте. Павлик к школе готовиться. У нас всё хорошо!
Соня рассказывала ей о своей жизни, о Сергее, о детях. Подробно рассказала про их новый дом, в котором после выздоровления они будут жить все вместе. Привозила фотографии детей и бесконечно рассказывала о них. О чём бы Соня ни говорила, она старалась обойти неприятные моменты своей жизни, и не вспоминала ни про кредит, ни про проданную квартиру. Это всё в прошлом!
Но по всему поведению Даши было видно, что она мучается. Её просто съедает совесть за то, что она сделала. Выслушав рассказ сестры и, поняв всё, она с досадой и болью произнесла:
- Сонечка, прости! Я сломала тебе жизнь. Тебе из-за меня пришлось выйти замуж за старого дядю.
Соня засмеялась и ответила:
- Что ты Даша! Сергей совсем не старый, когда ты его увидишь, то сама убедишься в этом. Он, конечно, старше меня, но я этого уже совсем не замечаю. Мне с ним спокойно, хорошо. Он прекрасный человек, и не вини себя ни в чём, я очень хорошо живу! Конечно, я не могу забыть Кирилла и до сих пор люблю его, но Сергей знает это и ничего от меня не требует. И к тому же, если бы не Сергей у меня не было бы ещё одного сына - Кирюши. Поэтому я счастлива, сестрёнка, хотя и не о таком счастье мечтала!
Каждый день они подолгу разговаривали. О своей жизни Даша ничего не рассказывала и Соня не спрашивала. Она очень боялась напомнить сестре о том кошмаре, что она пережила. Нужно, чтобы она поскорее всё забыла и начала жить новой жизнью.
При каждой встрече с сестрой, Даша просила у неё прощенье, не уставая повторяла и повторяла о своей вине. Соседка по палате не вмешивалась в их разговоры, и не лезла к ней в душу с расспросами, только один раз, когда Соня ушла, она подошла к Даше и сказала:
- Я вот смотрю, девонька на вас с сестрой и вижу, что ты каждый раз у сестры просишь прощения.
Даша взглянула на неё, поддёрнула повыше одеяло и резковато ответила:
- Я не хочу об этом говорить!
Женщина совершенно спокойно, не обращая внимания на Дашину реакцию, продолжала говорить:
- А мне и не надо ничего говорить. Я и так всё вижу! Она тебя уже давно простила, а ты сама себя не можешь простить. Поэтому и каешься без конца, мучаешь себя, поедом съедаешь.
Даша, не стала отвечать соседке, отвернулась к окну и молча лежала. Соседка постояла немного и, не обращая внимания на то, что Даша отвернулась, продолжала говорить:
- Ты ничего не говори, просто меня послушай. На первом этаже, рядом с приёмным покоем, есть комната. На двери крест, это церковь Святителя Николая. Сходи туда, там хорошая старушка работает, она тебе скажет, что нужно сделать. Исповедуешься, причастишься и вот увидишь, полегчает. Господь простит, он милосерден и тогда сможешь дальше жить спокойно. Иначе источит тебе душу вина.
Даша так и не повернулась, лежала и думала:
- «Надо, правда, сходить, хуже не будет».
64
Дашу готовили к выписке. В назначенное время Соня приехала за ней, но в палате её не нашла. Соседка сказала, что она в церкви на первом этаже. Соня спустилась, открыла дверь и увидела сестру, стоящую на коленях перед иконой Богородицы и что-то шептавшую. Соня потихоньку позвала её:
- Даша, я за тобой, поехали домой!
Она поднялась и вышла в коридор. Потянув Соню за руку, чтобы она опустилась на стоящие у стены стулья, Даша сказала:
- Соня, подожди, давай присядем.
Подхватив сестру под руку, Соня обеспокоено спросила:
- Тебе плохо?
Улыбнувшись, Даша ответила:
- Нет у меня всё хорошо, я выздоровела телом, а вот душу мне ещё долго надо будет лечить.
- Я не поняла тебя? Даш, о чём ты?
- Давай присядем, вот здесь в сторонке. Я хочу тебе, что-то сказать.
- Даша, ты меня пугаешь!?
Они, увидев, что на стулья у стены опустились две женщины, отошли в сторону. Сели на диванчик у окна, чтобы никому не мешать и Даша глядя на взволнованную сестру, тихо сказала:
- Сонечка, я вот что решила, я не поеду с тобой домой, прости!
Соня с удивлением, растерянно смотрела на неё и чуть не плача спросила:
- Как, а куда ты поедешь?
- Соня выслушай меня, только спокойно. Пожалуйста, не перебивай и попытайся меня понять.
Даша спокойно взяла Соню за руку и, глядя ей в глаза, произнесла:
- Я решила уйти в монастырь.
Соня сквозь слезы, внезапно накатившиеся на глаза, проговорила:
- Как в монастырь? Монашкой?
- Нет, сначала послушницей, а потом, когда буду, готова, приму постриг.
Соня смотрела на неё, а по щекам текли слёзы. Даша улыбнувшись, сказала:
- Соня, сестрёнка, родная моя ну, что ты плачешь? Попытайся меня понять, я должна пойти этой дорогой, я так решила!
- Даша, зачем? Мы тебе комнату приготовили, стол накрыли, ребята ждут. Если из-за меня, то я давно простила тебя, и нет необходимости замаливать грехи, у кого их не бывает!
Даша гладила Соню по рукам и нежно, с благодарностью глядя на сестру, спокойно продолжала говорить:
- Сонечка, милая, пойми меня, я хочу этого, очень хочу! Сегодня я поеду к вам в гости, но обещай, что завтра ты отвезёшь меня в пригород, в Ильинский женский монастырь.
Глядя на сестру, глазами полными слез, Соня взмолилась:
- Даша!
Даша была совершенно спокойна. Тихо, безмятежно она отвечала плачущей сестре:
- Соня, я всё решила и решения своего не изменю! Ну, что ты так переживаешь, сестрёнка, я же не в тюрьму ухожу. Буду приезжать к вам в гости, будем переписываться.
- А можно будет?
Даша обняла плачущую Соню, прижала к своей груди, как когда-то делала мама и ласково ответила:
- Ну конечно сестренка! Мы будем с вами видеться, я тебе обещаю. Ты должна меня понять, мне просто это необходимо, как ясный день, как глоток воздуха. Я хочу побыть наедине с собой, подумать обо всём, переосмыслить свои взгляды на жизнь. Я очень много натворила за свою ещё совсем короткую жизнь! Хочу покаяться перед Богом, раскаяться, простить и понять себя. Мне нужно пройти этот путь, чтобы научиться любить и ценить близких и родных людей, только за то, что они есть на свете. Хочу научиться - просто дарить любовь людям, и научиться любить даже тех, кто сделал мне больно. Хотя признаюсь, что это очень не просто! Я совсем разучилась любить всё, видеть красоту в повседневной, окружающей нас жизни. Сонечка, родная моя, у меня как будто открылись глаза! Как я жила, зачем!? Я верю, что смогу увидеть окружающий меня мир изнутри, не просто глазами, но и душой! Хочу увидеть и почувствовать всю эту красоту, хочу научиться ценить каждое мгновение своей жизни!
Они ещё долго сидели молча, обнявшись. Соня тихонько плакала и не понимала, зачем для всего этого обязательно нужно уходить в монастырь, ведь можно научиться любить всё, что есть вокруг тебя и дома, в семье!?
Соня с трудом успокоилась и, взяв себя в руки, сёстры поехали домой. За время пути, Соня уговаривала себя перестать плакать и быть весёлой, чтобы никто не заметил, что она расстроена.
Войдя в дом и сумев не показать вида, что она сильно опечалена, узнав неожиданную новостью меняющую все её планы на будущее, Соня улыбалась своей открытой и душевной улыбкой.
Встречали сестер в гостиной. Павлик узнал Дашу и кинулся к ней обрадовано. Кирюша с опаской пошёл к ней на руки, долго рассматривал, а потом звонко поцеловал в щеку. Все засмеялись.
Сергей, подойдя и протягивая Даше руку, сказал:
- Признал, сынок, это твоя тетя. Позвольте представиться Сергей, муж вашей сестры и по совместительству отец этих очаровательных мальчишек.
Даша улыбнулась ему в ответ, передавая племянника Соне, ей было ещё тяжеловато держать его на руках. Обед прошёл возбужденно, много говорили, смеялись. Даше Сергей понравился, несмотря на его возраст он, как и говорила Соня, в самом деле, казался молодым, хотя и не очень уже активным из-за болезни, мужчиной. Было заметно, что каждое движение даётся ему с трудом, хотя он старается этого не показывать.
Утром, как и обещала, Соня отвезла Дашу в монастырь. Они попрощались у ворот, и Даша с улыбкой вошла вовнутрь. Соня стояла у закрытых ворот и тихо плакала. Она не понимала, зачем Даша так поступила но, видя с какой радостью, сестра пошла на этот шаг, старалась успокоиться. Она, пытаясь принять Дашино решения, успокаивала себя тем, что на этом жизненном этапе, сестре нужно что-то кардинально изменить, и она сумела понять и найти именно что нужно для неё. Может быть это и правильно!?
65
Прошло полгода, как Даша ушла в монастырь. Сестры постоянно переписывались. На праздники Даша приезжала к ним в гости и гостила по несколько дней. Соня уже перестала переживать за сестру и, видя, что она счастлива, полностью успокоилась.
Сергей слег окончательно, болезнь взяла своё и без сиделки он уже не обходился. Приезжая в гости, Даша подолгу сидела подле него. Они разговаривали, но о чём Соня не знала, потому что когда она входила, они замолкали, как когда-то с Кириллом.
В один из обычных дней позвонила Любовь Анатольевна и очень взволновано, спросила:
- Соня, ты могла бы приехать к нам?
- Что-то случилось, вы заболели?
- Да, Соня. Приезжай, пожалуйста!
Соня вошла в спальню к мужу, он с трудом повернул голову в её сторону. Соня, как будущий доктор, понимала, что мужу осталось жить совсем немного, болезнь сильно прогрессировала. Она как могла, помогала ему, поддерживала, из дома старалась никуда не выходить, чтобы всегда быть рядом.
Она подошла, опустилась на стул рядом с кроватью и тихо произнесла:
- Серёжа, заболела Любовь Анатольевна, мне ненадолго нужно уехать!?
- Поезжай, конечно, и так сидишь около меня сутками.
- Я быстро, туда и обратно!
- Не волнуйся, Сонечка, за мной и за детьми есть, кому присмотреть.
С благодарностью посмотрев на измученного болезнью мужа, Соня ушла. Доехала быстро, влетела на крыльцо и спешно, боясь, что что-то случилась, вошла в дом.
В комнате на стуле около бабушки сидел Кирилл! Он сильно изменился, у него было обгоревшее лицо, вся правая сторона, ухо, шея, сплошной рваный шрам. Соня стояла в проёме двери и смотрела на Кирилла. У неё потемнело в глазах и, она начала падать, медленно сползая по косяку двери. Кирилл одним прыжком подскочил к ней и подхватил на руки.
Она очнулась уже в кресле. Он стоял перед ней на коленях и, целуя руки, говорил:
- Соня, милая, я вернулся! Я думал о тебе, поэтому выжил. Меня спасла только ты, только твоя любовь!
- Кирилл, Кирилл!?
Она не могла больше ничего говорить, только гладила его по голове и по страшному шраму. Бабушка с Любовью Анатольевной наблюдали за ними молча, вытирая слёзы, слёзы радости, первые за эти долгие четыре года. Потом они пили чай и Кирилл рассказывал, как он выжил:
- Когда вертолёт начал падать, мы всем экипажем готовились прыгать из грузового отсека. Посадить вертолет было не реально, очень густой лес и при посадке была опасность взрыва. Но мы попали в пламя и вертолёт загорелся. Огонь стремительно распространялся. Я приказал всем прыгать, хотя было ещё высоко, и везде бушевал огонь. Сашка смотрел на меня и не мог решиться. Я закричал: «Всем за борт» и почувствовал в спину сильный удар. Сквозь пламя я вылетел наружу. Видел, что за мной вылетел Сашка, а потом взрыв. Упал я на крону огромного дерева и, хватаясь за ветки, скатился вниз. Это меня и спасло!
А кто из ребят меня вытолкнул из машины, не знаю!? От всего экипажа, остались в живых, только я и Сашка.
При взрыве нас раскидало в разные стороны. Я с трудом пробираясь по густому лесу, обходя пламя, только через сутки нашёл его. Ему повезло меньше, чем мне! Он упал в реку на огромную кучу топляка и сломал ногу. Чтобы вытащить его оттуда, мне нужно было по воде добраться до него, а это оказалось очень трудным и опасным делом! Я даже сразу не понял, только услышал Сашкин крик. Мне обязательно нужно было выбраться из воды живым! Без меня бы Сашка погиб. Но для этого мне пришлось убить крокодила. Это был первый зверь, которого мы убили в этом Богом забытом краю.
Потом когда я вылез на кучу брёвен, Сашка уже ждал меня, в испуге наблюдая за моим боем с крокодилом. Он выглядел ужасно! Из рваной раны торчала сломанная кость. Он отрезал штанину, перетянул ногу ремнём, чтобы остановить кровотечение. Штаны нарезал на ленты и как мог, перевязывал кровоточащую рану.
Идти он совсем не мог! Возвращаться на место падения самолёта мы не могли, там полыхал пожар. Огонь так сильно бушевал, что мы не стали даже пытаться переплыть, остались на противоположном берегу, да и не выплыть Сашке с такой ногой. Соорудили шалаш в стороне от воды и решили ждать.
Ногу пришлось лечить, потому что так, с открытой раной он не выжил бы. Кость мы поставили на место. Скажу вам процедура тяжёлая не только для больного! Мы проходили это на курсах выживания, но одно дело тренироваться с куклой и совсем другое дело, с живым человеком. Я тянул ему ногу, до тех пор, пока она не встала на место, Сашка сначала выл, а потом потерял сознание. Кошмар! Потом зашил я его рану, привязал к ноге палку и начали лечить. Сначала лекарствами, которые были в индивидуальных пакетах, потом, когда всё закончилось какими-то листьями. Я искал холодящие листья и обкладывал ими рану, в надежде снять жар. Удивительно, но это немного помогало!
Через неделю, прошёл ливень и частично погасил огонь. Я решил пробираться к месту падения вертолета. Из брёвен собрал плот, чтобы больше не напороться на крокодила и спокойно переплыл. Но подойти близко к месту падения вертолёта, я не смог. Обошёл всё вокруг, ничего не нашёл. Вернулся к Сашке, решили ещё подождать несколько дней, ведь должны же нас искать! Прожили ещё неделю. Сашке становилось всё хуже, и хуже. Я всё это время пытался найти хоть чьи-то следы за зоной огня, но ничего не нашёл. Мы в живых остались одни, все ребята погибли!
Оставаться больше было нельзя, и мы начали выбираться сами. Идти Сашка не мог, с ногой совсем было плохо, поэтому я тащил его на спине. Двигались вдоль реки, очень медленно. Лес густой, веками не проходимый. Я прорубал сначала ветки, делал проход, потом протаскивал Сашку. Как в наших лесах, там нет ни одной полянки, всё запутанно, перепутано. Ни лес, а кошмар!
Через несколько дней наткнулись мы на хижину. Она стояла на берегу реки на больших камнях. Я помню, что положил Сашку у входа и всё темнота».
Кирилл остановился, от длинного рассказа у него пересохло в горле. Он выпил весь чай, обвёл взглядом своих любимых женщин и, увидев их испуганные лица, спросил:
- Может быть не нужно вам, знать все подробности? Я вернулся, всё позади, зачем расстраиваться?
Любовь Анатольевна, покачав головой, твёрдо сказала:
- Нет, сынок! Рассказывай, всё рассказывай, не щади нас. Мы хотим знать всё!
- Ну, смотрите!
66
Кирилл посидел молча, думая о чём-то, потом поднял глаза и произнёс:
- «Что ж, слушайте дальше! Очнулся я в темной хижине, было ощущение, что я в какой-то яме, потому что был полумрак, и чувствовалась сырость. Оказывается, я пролежал там без сознания несколько дней. Сашка лежал на лежаке рядом, он так и не приходил в сознание. Около него хлопотала маленькая старушка. Она жевала какую-то траву и раскладывала её в его раны, вжимая её туда, как пластилин. Сашка был без сознания, но при каждом её прикосновении стонал и выгибался, так ему было больно. Я не поднимаясь, одними глазами осмотрелся, увидел на своих руках в ранах заложенную траву. Понял, что только что со мной она проделывала то же самое. Потом, когда я огляделся, попытался встать, но не смог, от боли ломало всё тело. Старушка подошла ко мне и на непонятном мне языке, больше жестами, показала, что вставать нельзя. Оказалось, что у меня сломаны два ребра и трещина на руке. Как я в таком состоянии не только сам шёл, но ещё и Сашку тащил, не представляю!?
Старушка лечила нас уже несколько дней. Каким образом она умудрилась нас затащить в хижину и уложить на высокие лежаки, не понимаю! Она была такой маленькой, худенькой, как десятилетний пацан!
Наши раны были запущены, всё загноилось, поднялась температура. Наша спасительница выхаживала нас. Её звали Аджуога, в переводе с их наречия значит «Доктор», мы позже узнали перевод. Долго, медленно шло наше выздоровление. В этой хижине нам пришлось провести больше года.
Позже нам объяснили, что это нас и спасло! Если бы Сашка не упал на противоположный берег, и мне не пришлось бы к нему переплывать, то выбирались бы мы по тому берегу, где упал вертолёт. В таком случае мы бы точно не уцелели! Ниже по течению находилось племя, очень жестоких и кровожадных аборигенов. Они изготавливали оружие и закаляли его в детской крови. Нам бы точно не поздоровилось!
Аджуога говорила на незнакомом нам языке, но мы быстро научились её понимать по жестам, по мимике. И довольно легко общались с ней. Она выходила нас! Я встал на ноги намного раньше Сашки. Трещина на руке зажила и Аджуога начала заставлять меня разрабатывать руку. Для этого она приносила кучу палок из леса, и я должен был наломать их на щепу. Было больно, тяжело, но это и в самом деле помогло, рука разработалась, и я перестал чувствовать в ней боль. Вот с рёбрами я промучился долго, не мог ни поднять ничего, ни помочь толком, помощником я тогда был никаким. Хорошо помню тот день, когда я наконец-то вздохнул полной грудью, и мне не было больно.
Дольше всего заживали ожоги, они то высыхали, то опять лопались и мокли. И постоянно тянуло кожу, её так тянуло и днём, и ночью, что попросту хотелось её содрать! Когда я встал на ноги, моя обязанность была нажевать и разложить траву в свои и Сашкины раны. У него долго не заживала сломанная нога. Потом рана затянулась, но вот гнулась нога совсем плохо. В таких условиях поставить кость ровно на место было трудно, да и не умею я этого делать! Нога зажила, срослась, но осталась кривой. Только через полгода он начал на неё чуть-чуть наступать. Я сделал ему костыли, и он начал выходить из хижины на прогулку, хотя жизнь в хижине была и так как на свежем воздухе.
Иногда, когда поднимался сильный ветер, хижину продувало, как решето, а в дождь текло во все дыры. Было очень неуютно и холодно! Но удивительно, что для нашей спасительницы любые условия были хороши! Она ни чувствовала, ни сырости, ни холода, в буквальном смысле, могла лечь в лужу и спокойно спать!
Я охотился, ловил рыбу, далеко от хижины Аджуога не разрешала нам уходить. Край дикий и зверя опасного много, а вот сама исчезала на несколько дней. Потом приходила с незнакомыми травами и приносила мясо. Мы ели не понимая, что за мясо мы едим, оно немного сластило, но было очень приятным на вкус. Аджуога варила его, потом собирала всю пену с бульона и заставляла Сашку съедать её пока она тёплая.
Потом, после того, как мы выбрались оттуда и в посольстве рассказывали о своих приключениях, нам сказали, что ели мы мясо древесной крысы, это у них основное подручное мясо. Не знаю, если бы я видел весь процесс приготовления, ел бы я с таким аппетитом!?
Во время отсутствие Аджуоги мы ловили рыбу и варили её в большом котелке. Без соли, без специй, просто рыба и вода. Купаться в реке она не разрешала нам из-за крокодилов. Воду брали ведром с большого круглого камня. На него крокодил при любом прыжке не мог взобраться, хотя попытки такие были и не раз. Вот так, в таких условиях мы жили. Трудно было, очень, но мы выжили! Когда Сашка смог ходить и раны наконец-то зажили полностью, мы начали собираться в дорогу.
Сначала нас на лодке вниз по течению сплавила Аджуога. Проплывая мимо племени аборигенов, она приказала нам лечь и накрыла плетённой из травы циновкой. Её они не трогали, по местным законам нельзя! Ниже по течению, почти в день пути на лодке, она причалила и высадила нас. Попрощались мы быстро, она просто махнула нам рукой в сторону, куда нужно идти и, оттолкнувшись веслом от берега, поплыла в обратном направлении. Мы с Сашкой долго ещё стояли и смотрели в след своей спасительнице. Видели, как она, прижимаясь к противоположному берегу, виртуозно махая веслом, справлялась с сильным течением. Но она даже ни разу не повернулась! Странно, мы прожили у неё в хижине больше год, а она так легко с нами рассталась.
Потом мы долго шли пешком. Я уже говорил, что там не проходимые леса, без её помощи мы бы не выбрались. Удивительная женщина! Маленькая, старенькая, черная, даже немного фиолетовая, волосы короткие в мелкие колечки, но ловкая, как кошка. Она так ловко вытаскивала на берег тигровую рыбу, что мы удивлялись её силе и ловкости. Нам она не позволяла это делать, боялась, что упустим.
Тигровая рыба, местный великан, её местные жители зовут «мбенга». Даже аборигены не очень любят с ней связываться. Она хищная, опасная, прыгает из воды, как дельфин и на лету ловит птиц. Похожа она на нашего язя, с такой же блестящей чешуёй и красными плавниками, а голова у неё как будто огромная голова судака. Как две разные половинки! Зубы у неё по десять сантиметром размером и их у неё тридцать два. Это мы с Сашкой ради интереса потом считали, когда её сварили. К живой к ней страшно подходить, истинная машина смерти. Первая наша рыба была длиной полтора метра, а весом не меньше семидесяти килограммов! Бывали случаи нападения тигровой рыбы на людей, на неосторожных рыбаков, кому палец откусит, кому руку поранит. Это единственная рыба, которая не боится крокодилов, она похожа на тигра, с огромной головой и огромной пастью. Размером с дельфина, только голова огромная! Эта рыбина встаёт против течения и, открыв рот, подолгу стоит, пока не набьётся рыбёшкой помельче. Поймать её это был для нас настоящий праздник, её мясо немного розовое, но очень вкусное. Мы с Сашкой, только после неё, ощущали полную сытость.
Там вообще страшные реки, купаться нельзя, крокодилы, пираньи. Я наслышан про этих рыб, но никогда не представлял, что они, оказывается, вырастают до тридцати килограммов! Там всё совсем другое и совершенно некрасивое и не интересное. Страшный край, даже удивительно, как можно там жить!? Что на воде, что на суше, везде на каждом шагу подстерегает смертельная опасность».
Кирилл замолчал, увидев, как мама вытерла глаза кухонным полотенцем. Бабушка, сидевшая как кремень, обняла Любовь Анатольевну и прижала к себе. Она, немного успокоившись, сказала:
- Рассказывая, сынок, не обращай внимания на наши слёзы. Мы так долго тебя ждали, что никакие страшилки нас уже не напугают. А я же мать, меня можно понять!
67
Кирилл посмотрел на маму с сочувствием и, увидев на залитом слезами лице, улыбку, продолжил рассказывать:
- «Несмотря ни на что, мы выбрались оттуда! Добрались мы с Сашкой, наконец-то, до поселка Мивена, в истоке Конго. Какое для нас было счастье увидеть людей, хоть не большую, но цивилизацию! Мы думали, что нашим кошмарам пришёл конец и скоро мы будем дома. Из посёлка, нас довезли до Кивжаса. Мы думали, что наши, почти полуторагодовые приключения на этом окончены, но не тут-то было!
Мы, совершенно случайно, попали в вооруженную свалку у рынка. Шли мимо рынка, искали посольство или хоть какую-нибудь контору. Хотели зайти и узнать, как добраться до Российского посольства. У местных жителей спрашивать бесполезно, английского никто не знает. Проходя мимо, мы увидели драку, отошли в сторону, но кто-то из дерущихся кинулся к нам и ни за что, ни про что начали нас бить. Ну, мы же не стояли истуканами и отвечали!
Когда засвистел свисток полицейского, всех участников этой драки как ветром сдула. Мы с Сашкой остались одни, налетели полицейские, скрутили нас и отправили в тюрьму. Разбираться никто не стал, нас даже слушать не захотели. Не опросили, не составили протокол, просто бросили в камеру и забыли на два с лишним года. Этого я думал, не вынесу, не раз прощался с жизнью! Кормили нас раз в день, пища совсем непригодная для людей, собак и то лучше кормят. Страшнее было то, что не хватало воды. Иногда мы не пили по несколько дней. И грязь, как нас мучила грязь! За всё время пребывания в этой тюрьме, мы мылись всего несколько раз. Из камеры на улицу была сделана небольшая открытая площадка, чтобы не выводить на прогулку заключенных. Вот все дожди, которые проходили за это время и были нашим душем и дополнительной возможностью напиться, и кое-как ополоснуть одежду.
По счастливой случайности в нашу камеру попал англичанин, Майкл Бери. Его через несколько месяцев вытащили оттуда, через английское посольство. А о нас-то никто не знал! Ведь о том, что мы живы не знал никто, поэтому нас и не искали! Мы с Сашкой так и думали, были уверенны, что нас давно похоронили. Остатки самолёта все сгорели в огне, вместе с экипажем, а после огня ничего не найти, он беспощадно пожирает все следы.
Вот через Майкла мы и передали весточку о себе. Писать было не на чем, да и нечем, мы его научили говорить одну только фразу «Командир сгоревшего Российского вертолёта с помощником живы, они в тюрьме». С того момента, как английский консул передал в Российское посольство в Заире известие о нас, повторив слово в слово заученные слова и началось наше освобождение. Только через шесть месяцев нас освободили, и мы сразу же полетели домой. Все формальности завтра, позже, главное сначала домой!»
Кирилл рассказывал, а женщины плакали, тихо, каждая старалась не дышать и не всхлипывать, чтобы не помешать рассказу. Когда он закончил свою даже не печальную, а до смерти страшную историю, Любовь Анатольевна, глубоко вздохнула и произнесла:
- Господи, сынок, что тебе пришлось пережить! Ужас!
- Мама, всё в порядке, всё уже позади! Главное я выжил и вернулся к вам. Правда нас будут лечить, это длительный процесс, не одна косметическая операция предстоит, но это уже мелочи, это меня уже меньше всего волнует. Я дома и теперь мы никогда не расстанемся! Больше я уже никуда не улечу, не думаю, что после таких травм мне разрешат вернуться. А Сашке да-к ему вообще проблема, сейчас будут ногу заново ломать, чтобы сложить правильно. Но даже он сказал, что это уже мелочи, главное, что мы живы, и дома!
Кирилл замолчал глядя на Соню. Она чувствовала, что им предстоит трудный разговор и неизвестно простит он её или нет. Она боялась даже подумать, как дальше всё сложится!? Позже они обо всём поговорят, всё обдумают и решат, но сейчас ей нужно ехать!
Любовь Анатольевна посмотрела на неё, взяла за руку и виновато улыбнулась. Соня взглянула на окно, уже смеркалось. Она со вздохом, осторожно произнесла:
- Мне пора, уже поздно!
Кирилл удивленно посмотрел на неё. Мама вместо Сони быстро сказала:
- Сынок, сейчас Соня пусть едет домой, а мы с тобой поговорим и подумаем, как жить дальше. Ты Сонечка поезжай, завтра я тебе позвоню!
Кирилл, не понимая, почему Соня уезжает, встал. Любовь Анатольевна взяла его за руку и спокойно сказала:
- Сынок, сядь, я сейчас всё тебе расскажу и объясню! А Соня пусть едет. Сынок, Кирюша, поверь мне, так нужно!
Соня поднялась из-за стола, так и не прикоснувшись к чашке с чаем. С благодарностью глядя на любящую её свекровь, ставшую ей настоящей мамой, коротко сказала:
- Я завтра позвоню!
Не дожидаясь ответа, и стараясь не смотреть на Кирилла, до боли чувствуя свою вину, Соня быстро встала и ушла. Она понимала, что в глазах Кирилла её поступок нельзя оправдать и сейчас из-за этого будет большая проблема. Соня боялась, что он не выдержит всего и уйдёт. А без него для неё нет жизни! На сердце огромная рана, очень больно и обидно, но как обо всём рассказать и не потерять его, она не знала!? Что сделать, чтобы сохранить любовь!? Хочется, чтобы Кирилл был рядом, рядом всю жизнь!
Соня почти выскочила из дома, боясь, что Кирилл остановит её и заставит всё объяснять. Дрожа всем телом от волнения, но с радостным и счастливо бьющимся сердцем, что он жив, она уехала домой.
68
Соня приехала домой поздно. Няня уже накормила детей ужином, и укладывала их спать. Соня тихо вошла сначала в одну детскую, потом в другую, поцеловала полу спящих сыновей и пошла к мужу.
Тихо прошла по комнате, и устало опустилась на стул рядом с кроватью. Казалось, Сергей спит. Сиделка поставила ему обезболивающий укол и, взглянув на входящую хозяйку, понимающе кивнула головой и ушла ужинать.
Соня тихо села около Сергея. Он открыл глаза и, превозмогая боль, произнес:
- Соня, рассказывай, что произошло?
- Всё нормально, Сережа!
- Соня, ты не умеешь обманывать, не жалей меня, рассказывай.
Соня, теребя платок в руках, со страхом произнесла:
- Серёжа, я не знаю, как тебе это сказать?
- Сонечка, говори прямо, меня уже трудно чем-то напугать. Смелее, моя девочка!
- Серёжа! Кирилл вернулся!
Сергей даже приоткрыл глаза шире обычного и удивлённо, но с каким-то восторгом, произнёс:
- Вернулся, живой? Почти через четыре года? Как это случилось? Расскажи всё подробно!
Соня, со страхом наблюдая за мужем, своими словами рассказала весь рассказ Кирилла. Несколько раз замолкала, думая, что Сергей спит, но он открывал глаза и медленно говорил:
- Рассказывай, рассказывай! Я не сплю, внимательно слушаю. Мне так легче, с закрытыми глазами.
Соня продолжала, пересказывать в подробностях все круги ада, через которые пришлось пройти Кириллу. Закончив рассказ, она смотрела на мужа, и ждала его слов, как приговора. Сергей открыл глаза. Соня заметила блеск в них, которого уже давно не было. Он, пытаясь улыбнуться, восторженно, насколько это возможно в его состоянии, посмотрел на Соню и сказал:
- Молодец мужик, сам выжил и друга спас! Я очень рад, что он вернулся живым. Поздравляю тебя!
Соня с удивлением и радостью смотрела на мужа. Не понимая, почему он так обрадовался!? Сергей, полежав молча, с трудом, устало, как будто на предыдущей фразе потерял все силы, произнёс:
- Позвони ему, пусть завтра приедет, я хочу с ним поговорить. Всё я устал, буду спать.
Сергей закрыл глаза. Соня посидела рядом, обдумывая его слова и не понимая, зачем он хочет видеть Кирилла, поправила на нём одеяло, поцеловала в щеку и вышла.
В доме было тихо, дети спали, Вера Ивановна убрала посуду и ушла к себе. Соня обошла дом и вернулась в свою комнату. Она, не раздеваясь, села в кресло и задумалась, первый раз, за сегодняшний день, пытаясь понять и осмыслить всё то, что произошло. Она сидела и думала:
- «Кирилл, милый мой Кирилл, ты жив! Я чувствовала, что ты жив! Какое счастье, что ты вернулся! Прости меня милый, за то, что я сделала. Я не могла поступить по-другому! У меня просто не было выхода, ведь у меня на руках был сын. Твой сын! Я его в первую очередь спасала! Простишь ли ты меня!? Сможем ли мы начать всё сначала!? Господи, помоги мне! Ты вернул его живым, сделай так, чтобы он простил меня и подарил мне свою любовь!»
Она ещё долго думала о своей жизни без Кирилла, о том, что случилось с ними. О том, что по чьёму-то злому умыслу, их разлучили. Разлучили страшно, больно и для одного, и для другого так безжалостно! Судьба как будто испытывала их любовь на прочность! А она оказалась слабой и не выдержала этого испытания, изменила ему. Сможет ли он понять её, сможет ли любить, как и прежде!? Соня, вздохнув, произнесла вслух:
- «Как я хочу, чтобы мы смогли понять и простить друг друга и найти в себе силы, чтобы сохранить нашу любовь!»
69
После отъезда Сони, Кирилл с мамой просидели всю ночь на кухне, разговаривая.
Кирилл, в недоумении молчал, проводив Соню взглядом, спросил у мамы:
- Почему она поехала домой одна без меня? Мама объясни, что происходит? Почему когда я приехал к нам на квартиру мне никто не открыл?
Любовь Анатольевна опустилась на стул, рядом с сыном и внимательно глядя ему в глаза, сказала:
- Сынок, тебе очень много нужно узнать. Только пообещай мне, что выслушаешь всё, не перебивая.
Кирилл не понимая, удивлённо глядя на маму, спросил:
- Что я должен узнать такое страшное, что ты, мама, сидишь напуганной и вся дрожишь!?
- Сынок, Соня замужем! И поехала она не на вашу квартиру, а в свой новый дом.
Кирилл от неожиданности чуть не вскрикнул:
- Как замужем? Я ведь её так люблю! Я жить без неё не могу, только надежда увидеть её и спасла меня!
Надрывно вздохнув, но удержавшись, чтобы не заплакать, она сказала:
- Соня тоже очень любит тебя и не забывала не на один миг! Поверь мне, мы всё время были рядом и я это хорошо знаю.
Кирилл, в растерянности бегая глазами по кухне, в отчаянии не спросил, а простонал:
- Тогда почему?
- Я тебе сейчас всё тебе расскажу, подробно. Только обещай выслушать всё, до самого конца!
Она начала свой длинный рассказ с того момента, как Соне объявили о его смерти. И очень подробно рассказала о том, как Соня осталась без квартиры с огромным долгом, из-за которого её могли посадить в тюрьму. И как они вместе искали выход, но ничего не могли придумать.
Закончив свой рассказ, Любовь Анатольевна пристально посмотрела на сына. Он молча смотрел в одну точку. Слушая рассказ, как будто окаменел. Мама осторожно взяла его за руку, он поднял на неё глаза. В них было столько горя и отчаяния, что она чуть не расплакалась. Встала и достала из-за иконы свёрнутый лист бумаги, села к сыну, держа его в руках, дрожащим голосом произнесла:
- Сынок, это был единственный выход, чтобы не сесть в тюрьму. Павлик! У неё на руках, был маленький ребёнок, а с нас помощники никакие, особенно после того, как бабушка слегла. Если бы её посадили, то Павлика бы забрали в детский дом! Она не могла этого допустить. Но для неё это был очень трудный шаг, она не хотела этого и очень переживала. В последнюю ночь перед свадьбой она написала тебе письмо.
Кирилл удивлённо вскинул глаза на маму, а она, уже с трудом сдерживая слёзы, сказала:
- Вот возьми, прочти! Я оставлю тебя ненадолго, нужно проведать бабушку.
Любовь Анатольевна положила перед молчавшим сыном письмо с Сониными стихами на рисунке Павлика и вышла. Ей не нужно было проведать бабушку, она просто больше не могла сдерживать свои слёзы.
Евгения Григорьевна не спала, она лежала и, слушала рассказ дочери, ждала. Любовь Анатольевна подошла к дивану, присела рядом с матерью и тихо расплакалась. Евгения Григорьевна положила свою руку на её и, выдавливая первые за эти годы слова, сказала:
- Н-е пла-чь, в-сё бу-дет хо-ро-шо! Он пой-мёт и про-стит!
У Любаши слёзы высохли в один момент, она повернулась к матери и обрадованно, прижимая её руку к груди, тихо произнесла:
- Мама, ты начала говорить! Когда, когда ты заговорила?
- Сейчас! Иди к Кириллу, не оставляй его сейчас одного.
Любовь Анатольевна встала, поцеловала мать и пошла на кухню. Кирилл сидел за столом, перед ним лежал развёрнутый лист. Он, сжимая вески руками, читал Сонины стихи, читал уже несколько раз подряд. Поднял на вошедшую маму глаза, и она увидела в них слёзы. Подошла к сыну прижала его голову к своей груди и проговорила:
- За такую любовь нужно молиться и благодарить Бога, сынок! Поверь ей и прости. В жизни бывает много разных ситуаций и часто люди совершают ошибки, но это не было ошибкой, это была горькая необходимость. Тебе покажется, что мы ищем оправдание Сониному поступку, но мы были рядом и вместе с ней принимали решение. Поэтому винить больше всех может быть нужно меня, потому что я, как твоя мать, не смогла вместо тебя помочь ей!

Кирилл поднял к матери лицо и с такой болью в сердце, произнёс:
- Мама, как же ей было тяжело! Бедная Сонечка, как она пережила всё это!? Как вам было плохо и трудно, простите меня мои родные, что я заставил вас так страдать!
- Сынок, всё будет хорошо! Придёт время, и вы будете вместе! Вы просто не можете не быть вместе, ведь вы созданы друг для друга!
Они ещё долго сидели и разговаривали. Кирилл всё спрашивал и спрашивал и про Соню, и про сына. Ему было интересно про них всё, до самой мелочи. Любовь Анатольевна с готовностью рассказывала ему обо всём, радуясь, что в нём нет злости и ревности к Соне, есть сочувствие и понимание. Она в очередной раз убедилась в том, как они сильно любят друг друга!
70
Утром, набрав номер свекрови, Соня с беспокойством в голосе, от волнения забыв поздороваться, произнесла:
- Мама, я Сергею вчера всё рассказала! Всю ночь не спала, не знаю, что и думать!?
- Что, что, Сонечка, не томи!
- Он сказал, чтобы Кирилл сегодня приехал к нам, он хочет с ним о чём-то поговорить!
- О чём?
- Я сама не знаю, он ничего не сказал! Я так волнуюсь, так боюсь. Как вы думаете, что он ему скажет!?
- Сонечка, не волнуйся раньше времени. Мы часа через два приедем, а там посмотрим. Главное не переживай! Договорились?
- Хорошо! Я попробую, но почему-то очень волнуюсь? Я вас жду!
Кирилл с Любовью Анатольевной приехали, как она и обещала, через два часа. Вошли в ворота и Кирилл, увидев играющих на детской площадке детей, замер. Он внимательно посмотрел на них и сразу же узнал Павлика. Мальчики увидели Любовь Анатольевну и кинулись к ней с криками:
- Бабушка приехала! Ура к нам бабушка приехала!
Павлик бежал быстро, а маленький Кирюша не успевал за ним и сильно пыхтел, торопясь догнать брата. Любовь Анатольевна обняла их, поцеловала. Маленького Кирюшу взяла на руки, а Павлика гладя по голове улыбаясь, спросила:
- Павлуша, а ты не узнаёшь, кто к тебе приехал?
Павлик смотрел на Кирилла и, не понимая, о чём его спрашивает бабушка, ответил:
- Я не знаю!?
Кирилл увидел, как вырос его сына и счастливо улыбаясь, присел перед ним на корточки и сказал:
- Здравствуй, сынок!
Павлик посмотрел на страшный шрам на лице Кирилла и с опаской спросил:
- Ты, что мой папа? Ты же разбился, погиб?
- Я жив, сынок! Я выжил и вернулся к тебе и маме!
Павлик не доверчиво смотрел на него, косясь на страшный шрам на лице. Любовь Анатольевна гладила его по голове и, улыбаясь глядя на сына, радостно говорила:
- Павлик, это твой папа! Он вернулся к нам!
Увидев их в окно, на крыльцо вышла Соня. Кирилл приподнял сына и, поцеловав его, поставил опять на землю. Любовь Анатольевна осталась с детьми, а Соня взволнованная, стояла на крыльце и ждала Кирилла.
Вместе они вошли в дом. Кирилл, вёл себя очень сдержанно и спокойно. Оглядевшись по сторонам, тихо, полушёпотом спросил:
- А зачем, твой муж меня позвал?
Соня так волновалась, что стоя перед ним судорожно мяла пальцы, с опаской оглядевшись по сторонам, чтобы их никто не услышал, ответила ещё тише, чем Кирилл:
- Я не знаю, он мне не сказал. Я вчера, как вернулась, ему всё рассказала, он выслушал и попросил, чтобы ты приехал.
- Ну, пошли, раз позвал, значит нужно! Сейчас всё узнаем.
Они пошли к Сергею. Сергей уже ждал их. Его побрили, причесали и приподняли на подушках. Соня вошла со страхом, поглядывая на сильно похудевшего и пожелтевшего мужа, не зная чего ожидать. Несмело прошла и опустилась на один из поставленных стульев у кровати. Кирилл сел рядом. Он немного растерялся, увидев тяжелобольного. Ему мама говорила, что муж Сони серьёзно болен, но что настолько, он не подозревал!
Сергей лежал тихо, внимательно рассматривая Кирилла. Когда из комнаты вышла медсестра, он произнёс:
- Здравствуй Кирилл, давай знакомиться, меня зовут Сергей. Я очень рад, что тебе удалось выжить! Соня мне всё рассказала, ты молодец!
Он замолчал, восстанавливая дыхание. Отдышавшись, продолжил говорить:
- На Соню не держи зла, в тот момент для неё и Павла, это был единственный выход, чтобы выжить. Она, выходя за меня замуж и живя со мной, продолжала любить только тебя!
Соня с удивлением и благодарностью посмотрела на него. В её взгляде было столько тепла и нежности, что Сергей улыбнулся ей.
71
Соня с Кириллом сидели тихо, в ожидании. Переведя дух, и собравшись с силами, Сергей продолжил говорить медленно, прерывисто, почти на каждой фразе останавливаясь:
- Я серьёзно болен и скоро умру. Мы с Соней об этом знали с самого начала. И у нас с ней был своего рода договор. Но это не важно! Я очень переживал, что после моей смерти она остается одна с двумя детьми.
Кирилл хотел что-то ответить ему, но Сергей приподнял руку, останавливая его, произнёс:
- Подождите, дайте мне сказать. Выслушайте, не перебивая. У меня слишком мало времени, чтобы устраивать дискуссии.
Кирилл молча слушал, чувствуя, как у Сони от волнения, колотится всё внутри. Сергей устало продолжал говорить:
- Дом и все деньги я оставляю Соне, она и мальчики будут полностью обеспечены. Клинику для неё мы почти открыли, остались небольшие формальности. Но там Соня уже хозяйка, поэтому доделает всё сама. За это я не переживаю, она очень бережливая и мои деньги в надёжных руках. Но ей одной будет тяжело! Жить одной и воспитывать двух сыновей ей будет очень трудно. Поэтому, вот, что я решил!
Он замолчал, закрыв глаза. Долго лежал молча. Соня с Кириллом переглянулись и терпеливо ждали, когда он сможет говорить дальше. Передохнув, Сергей сказал:
- Через год, после моей смерти вы должны пожениться. Чтобы не было претензий от других наследников, я включу это в завещание, как одно из условий.
Соня с Кириллом смотрели на него молча. Сергей тяжело вздохнул и продолжил:
- Это время, вы не должны встречаться, иначе Соню обвинят в измене, и опротестуют завещание. Отнеситесь к этому очень серьёзно! Всё ради чего я это делаю, это, конечно, мой сын Кирилл и его мама. Соня, я тебе очень благодарен за те годы счастья, что ты дала мне. Я знал, что ты не переставала любить Кирилла, но твоя мудрость, доброта, твоя забота, не мешали мне любить за нас двоих. Я благодарен тебе Сонечка, за сына! Спокойно могу уйти из этого мира, зная, что моя кровинка останется после меня. Продолжение моего рода!
Соня смотрела на мужа и вытирала слезы. Её благодарности этому умирающему человеку не было границ. Она дала ему воды и он, пересиливая себя, продолжал:
- Тебя, Кирилл, я прошу об одном, вырасти из моего сына, настоящего мужика, обещай быть ему хорошим отцом! Я сегодня всю ночь не спал и думал, думал о вас. Знаете, какая мне пришла мысль в голову? Ведь тебя Кирилл Господь временно убрал из жизни Сони, ради меня, ради Кирюши. Я так просил его о наследнике! Я конечно болван великовозрастный, но мне кажется, что ты живой вернулся, потому что сейчас Соне будешь нужен как никогда! ОН поэтому и сохранил тебе жизнь, чтобы ты смог воспитать наших сыновей. Прости меня, Кирилл!
Сергей попытался подняться на подушке, но не смог, лёжа протянул руку. Кирилл быстро встал и, стараясь не сжимать кисть обессиленного больного, пожал её. Сергей держал руку и, не отпуская, глядя Кириллу в глаза, настойчиво спросил:
- Обещай вырастить моего сына настоящим человеком!
Кирилл, держа слабую руку Сергея, твёрдо ответил ему:
- Обещаю, что не оставлю его никогда и выращу, как собственного сына. Слово офицера!
Сергей уронил голову на подушку и, закрыв глаза, произнёс:
- Всё, теперь, идите, я устал.
Соня с Кириллом вышли из комнаты. Сели на диван в гостиной и долго сидели молча. Соня, вытирая глаза, не глядя на Кирилла, спросила:
- Что же нам теперь делать?
Кирилл повернулся к ней и спокойно ответил:
- Жить, Сонечка, жить! Через пять дней, я уезжаю…
Она с испугом посмотрела на него и с волнением спросила:
- Куда, опять!?
Он очень тихо, нежно, ответил:
- Не волнуйся милая!
Соня продолжала смотреть на него с тревогой, но от слов, которые она услышала, сердце заколотилось в радостном волнении.
Кирилл очень сдержанно, спокойно сказал:
- Я еду на лечение в ожоговый центр, в Германию. Нас с Сашкой, отправляют на лечение, планируют пересадку кожи, чтобы убрать следы ожогов.
- Это надолго?
- Не меньше года! Видится мы с тобой, не будем, нам нужно выполнить условие Сергея. Я сделаю всё, как он просит!
Посмотрев по сторонам и, никого не увидев, он взял Соню за руку и сказал:
- Я вернусь к тебе, Сонечка, но только тогда, когда это будет можно. Вернусь и больше мы уже никогда не расстанемся!
Соня смотрела на него с радостью, понимая, что он простил её, но спросить у него об этом не насмелилась. Кирилл, прочитав это в её глазах, нежно сжал её пальцы и тихо произнёс:
- Сонечка, родная моя, я так рад и счастлив, что вернулся к вам. Чьей-бы ты женой сейчас не была, ты моя жена и будешь ею всегда. Будем жить дальше, что случилось, то случилось!
Соня вздохнув, сквозь слёзы сказала:
- Это наше прошлое!
- Нет, Сонечка, это наше будущее! А в будущем мы с тобой и мальчиками, будем счастливы! И знай родная, у нас ещё будет много времени, чтобы успеть подарить друг другу любовь!
Соня заплакала, закрыв лицо руками. Она плакала от счастья! Кирилл, не решившись её обнять и прижать к себе, ласково сказал:
- Не плачь, милая, всё у нас ещё будет! Но я обещал, и это дело чести, сдержать слово, данное умирающему человеку. Держать связь будем через маму, мне пора, пойду поцелую сына.
Он нежно пожал Сонину руку, встал и пошёл на улицу к сыну. Соня провожала его взглядом, но встать не было сил. Кирилл подошёл к детям, поцеловал Павлика, погладил Кирюшу по голове и они с мамой уехали.
72
Соня позвонила Андрею, попросив приехать попрощаться с другом заранее. Они приехали быстро и ждали, когда их позовут. Чуть позже приехала Даша. Поздоровавшись, не говоря ни слова, прошла к Сергею. В её руках был молитвенник и восковые свечи. Андрей с Ириной проводили её взглядом, и ушли в гостиную на диван. Они не стали заходить в комнату, дав возможность Сергею с Соней побыть одним.
Через час Соня позвала их. Ирина, постояв немного рядом с кроватью, поцеловала Сергея и вышла. Вышла потому что не могла сдержать слёз. Сидела на ступеньках и плакала. Даша опустилась рядом и приобняла её. Ирина подняла на неё глаза и спросила:
- Почему судьба так жестока к хорошим людям. Неужели говорят правду, что Господь забирает сначала хороших, а только потом плохих, что плохие ему там не нужны!?
Даша тихо, спокойно отвечала:
- У каждого человека своя судьба, своя дорога! И идём мы по ней столько, сколько нам отведено.
- Я так молилась о его выздоровлении, писала записки, заказывала панихиды о здравии. Но Бог не услышал мои молитвы и забрал его!
- Нет, Ира, вы не правы! Господь слышит все наши молитвы, он знает всё!
- Тогда почему он не дал ему возможность пожить ещё чуть-чуть?
- Богу ведомо больше чем нам. Мы не знаем, что случилось бы, если Сергей остался жить. Это он решает, в какой момент жизни, кого забрать!
- Всё равно не понимаю!?
- Не расстраивайтесь так! Поймите, что смерти не существует, есть, что-то более высокое - это переход из одной жизни в другую. Апостол Павел говорит «Да не скорбите, яко же и прочие не имущие упования». А молиться нужно, обязательно нужно и просить у Господа послать то, что является лучшим для его души. Но при этом нельзя забывать, что час смерти в руках Божьих!
- И что теперь!?
- Сейчас приедет батюшка, проведёт Таинство исповеди, причащения и соборования. Для умирающего очень важно напутствие священника. Мы все попросим у него прощение и ему простим всё. Даже если считаем, что ничем не обидели и не оскорбили его, но покаемся перед ним, потому что можем до конца не понимать и не осознавать содеянного. Перед смертью все грехи ему простятся «Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся».
Ира внимательно посмотрела на Дашу и сказала:
- Нет, я не об этом! Я о том, как дальше без него жить!? Ведь он был нам как друг, как брат, как отец!
- Как жить!? С доброй памятью о нём. Вспоминать его и все дела его, с добром, с любовью. Его не будет рядом с нами, но он, его частичка останется в каждом из нас!
Вечером попрощавшись, Андрей с Ирой уехали. Даша осталась и была рядом с сестрой у постели умирающего до самого конца. Она, без остановки читала и читала «Канок».
Соня уже сутки не отходила от постели умирающего мужа, сидела рядом и, гладя его руку, разговаривала с ним:
- Спасибо тебе Серёженька за всё, что ты сделал для нас! И прости меня, пожалуйста, если чем обидела тебя. Я хочу признаться тебе, что годы, прожитые с тобой, принесли мне счастье и я благодарна тебе за них, благодарна тебе за сына, за твоё отношение к Павлику, как к своему родному сыну. Не беспокойся, мы всё сделаем, как ты хочешь. И обещаю, что твой сын всегда будет знать и помнить своего отца, я как мама об этом позабочусь!
Соня почувствовала, что Сергей еле заметно попытался пожать ей руку. Она поняла, что он слышит её.
Сергей замер, перестав корчиться от боли. Ноги вытянулись, глаза уставились в одну точку. Он начал сильно дышать. С хрипом, надрывно, глубоко вдыхая и также сильно выдыхая воздух из себя. Соня сидела рядом, не двигаясь, продолжала держать его за руку. Даша услышав, посмотрела на него, встала перед иконой на колени и продолжила что-то читать. В один момент Сергей набрал всей грудью воздуха и затем выдохнул его, сильно, много, весь воздух который был в нём! И, обмякнув, расслаблено опустился на подушку. Соня, сдерживая слёзы, замерев, смотрела на него, продолжая держать его руку. Даша встала, подошла к кровати, закрыла ему глаза, немного задержав свою руку на его лице и печально посмотрев на Соню, взяла у неё его руку и положила рядом с бездыханным телом.
Андрей с Ириной уже приехали и сидели внизу в гостиной. Им позвонила Вера Ивановна, она так плакала, что смогла выговорить только три слова:
- Сергей Петрович отходит!
Они приехали сразу же и ждали в гостиной вместе с Верой Ивановной и её мужем, тихо сидящим в стороне у окна. Все понимали, что идут последние минуты жизни замечательного, доброго и честного человека. Печаль и тоска были безграничны!
Андрей с Ирой сидели на диване, а Вера Ивановна стояла, прижавшись спиной к кухонному столу и поглядывая на печально опустившего глаза в пол мужа. В гостиной было тихо. В один момент все повернули голову в сторону часов, пробив три часа, громким мелодичным боем, они остановились. Все переглянулись, а женщины тихо заплакали, так тихо, как будто боялись, что их плачь, кто-нибудь услышит.
Соня медленно, устало вышла из комнаты. Увидев её красные глаза, и поняв всё, Ирина закрыла лицо платком и заплакала ещё сильнее. Вера Ивановна отвернулась к плите и плакала, вздрагивая всем телом. Её муж, закрыв лоб ладошкой, чтобы никто не заметил его слёз, опустил голову ещё ниже. Андрей сидел молча, не мешая женщинам выплакаться. Да что не мешая! Он сам не мог произнести ни слова! Горло как будто кто-то сжал клещами, и не было сил ни говорить, ни дышать.
73
Андрей сидел молча и вспоминал годы жизни, проведённые рядом с Сергеем. Думал о том, что их дружба длиною в целую жизнь вдруг прервалась. Как быстро всё закончилось в этой жизни, как она скоротечна!
Сергей был другом и учителем Андрея. Они встретились, когда Сергею было уже за сорок, а Андрею всего около тридцати. Он после окончания института работал в разных небольших компаниях, но никак не мог найти себя, найти дело которое по-настоящему приносило бы радость и хороший заработок.
Совершенно случайно, без рекомендаций и протеже знакомых, Андрей попал на работу к Сергею. Пройдя собеседование и испытательный срок, задержался там навсегда.
Постепенно он подружился с Сергеем и очень быстро стал ему правой рукой, не заменимым помощником, а позже и лучшим другом.
Их фирма занималась грузовыми перевозками по реке. Они специализировались в основном на перевозке леса. Закупали его у лесодобывающих предприятий и весь сезон, пока не замерзала река, развозили его по всем посёлкам и городам. Имели несколько собственных толкачей и барж, остальное арендовали в порту на период навигации. Зимой торговали лесом уже маленькими партиями, но из собственного магазина. Дело было очень прибыльным и давало хороший доход.
Андрей с Ириной познакомились в порту. Она работала там бухгалтером в управлении. Сначала у них были только деловые отношения. Позднее их отношение друг к другу изменилось, и они начали встречаться.
Через пять месяцев знакомства, Андрей с Ириной объявили всем о своём намерении пожениться. Сыграли шумную свадьбу в ресторане, на второй день праздновали у Ирининых родителей на даче. И зажили молодые счастливо на съёмной квартире.
Уже позже, Сергей помог другу с жильём. Он дал ему беспроцентную ссуду, и Андрей купил двухкомнатную квартиру. И жили они с Ириной в этой квартире всю жизнь одни, потому что детей у них не было.
В скорости после свадьбы, в конце навигации Андрею пришлось ехать выручать груз. Он застрял на реке из-за ранних заморозков. Поехал он на их рабочем катере. Ирина уговорила мужа взять её с собой. Не хотелось молодой жене оставаться дома одной не меньше, чем на десять дней. Андрей согласился. Вернулись они из командировки, и Ирина слегла с температурой. Сначала думали, что это простая простуда, но дело оказалось намного серьёзнее! Когда она скрюченная начала кататься по кровати, Андрей вызвал скорую, и её увезли в гинекологическую клинику с сильным воспалением. К этому времени у неё была небольшая беременность, о которой она только начала догадываться. Но воспаление было такое сильное, что ей пришлось сделать операцию. Впоследствии, она уже не могла иметь детей!
Сергей тогда проявил огромные не только дружеские, но почти отцовские чувства, к ним обоим, помогая выбраться из этой трудной для них ситуации. Постепенно, конечно, всё улеглось, успокоилось, и они продолжали жить, жить только друг для друга.
Ирина с Андреем очень любили друг друга, а это горе не оттолкнуло их, а сблизило и сделало роднее ещё больше. Так они и прожили вместе без детей, любя и заботясь, только друг о друге.
74
Сергея похоронили. На похоронах было много народу. Соня почти никого не знала. Люди подходили, приносили ей свои соболезнования, она в ответ молча кивала головой. Ей Ирина представляла всех, но она, совершенно не запоминая огромное количество имён, совершенно чужих ей людей. Стояла, мечтая о том, чтобы поскорее этот светский раут закончился, и можно было уехать домой. Ей было неприятно наблюдать, как богато разодетые женщины, казалось бы, в траурных чёрных нарядах, демонстрировали друг другу свои шляпки и драгоценности. Весь этот ритуал совершенно не выглядел ни прощальным, ни траурным!
Со старшими детьми Сергея, которых Соня узнала по их злобным, ехидным взглядам, пришли две женщины. Она поняла, что это были первые жёны Сергея. Они, искоса, с нескрываемой обидой и завистью посмотрев на Соню, не подошли к ней. Вдвоём, как лучшие подруги, они обсуждали поступок бывшего мужа, так бессовестно поступившего с ними. Иногда они так громко говорили об этом, что Андрею приходилось подходить к ним и деликатно делать замечания.
Рядом с Соней постоянно была Ирина, она как истинный друг семьи поддерживала и во всём помогала ей. Андрей всю организацию похорон полностью взял на себя. Всё устроил и организовал по высшему уровню! За поминальным столом очень много говорили хорошего о Сергее, о его жизни. Соня молча слушала, вспоминала их жизнь с Сергеем и мысленно благодарила его за всё, что он сделал для неё и детей.
После поминального обеда Соня поехала к Любови Анатольевне. Мальчики жили у бабушек уже три дня. С того самого момента, как Соня поняла, что Сергею осталось всего несколько дней, она с водителем отправила детей к бабушке. Незачем детям присутствовать при этом и видеть слёзы в доме. После похорон Сергея, Соня поехала за ними. Она провела с бабушками весь остаток дня.
Долго они втроём сидели рядом и разговаривали. Любовь Анатольевна, пытаясь отвлечь Соню от грустных мыслей, рассказывала последнее новости о сыне:
- Кирилл вчера звонил, ему сделали уже одну операцию. Чувствует он себя хорошо.
Любовь Анатольевна тяжело вздохнула и произнесла:
- Ему ещё нужно перенести не одну операцию, чтобы с лица убрать этот страшный шрам от ожога. Он сказал, что предстоит ещё долгое лечение, чтобы вернуться к нормальной жизни.
- Мама не переживайте, главное, что он живой!
- Да, конечно! Всё, что сейчас происходит это такие мелочи по сравнению с тем, что мы и он пережили. Я ему сказала о том, что Сергей умер. Знаешь, Сонечка, что он сказал!?
- Что?
- Он сказал, что очень жаль, когда хорошие люди уходят рано. Он прав! Сергей Петрович был хорошим, честным человеком. Я думаю, что вдвоём, вы вырастите из его сына таково же честного и порядочного человека.
- А вы знаете, мои дорогие, что нам сказал Сергей при нашем последнем разговоре? Я ведь вам не рассказывала подробности, только то, что касается нас с Кириллом.
- Да-к, что ж сказал Сергей?
- Он сказал, что Господь специально убрал Кирилла из моей жизни на несколько лет, чтобы Сергей смог на мне жениться и родить ребёнка, а когда было нужно, вернул его.
Бабушка подняла руку и, закачав головой, строго сказала:
- Глупости! Умный был человек, а сказал такую глупость! Простите, конечно, меня, я знаю, что о покойниках плохо не говорят, но в данном случае он страшно неправ! Соня, внученька моя, Господь здесь ни при чём! Сама подумай, как он мог помочь при живом-то муже, женщине выйти замуж. Ты Сонечка, забудь и больше никогда и никому не говори эту глупость. Это, судьба у вас такая и благо, что вы не были повенчаны. Вот был бы грех!
Женщины молча с нескрываемым удивлением, посмотрели на бабушку. Она начала понемногу разговаривать, нараспев, медленно. Её уже хорошо понимали, но речь, которую она сейчас произнесла, привела в восторг и дочь и внучку. Бабушка после возвращения внука с особым рвением начала развивать свою речь, сидя в кресле, читала вслух всё, что попадало под руку и тренировки стали давать результат.
Любовь Анатольевна с восторгом сказала:
- Мама, ты такой длинной и трудной речи ни разу не говорила! Здорово!
- Да Евгения Григорьевна, я как почти доктор, могу сделать заключение, что процесс выздоровления на лицо. Скоро вы полностью вернётесь к нормальной жизни. Поздравляю!
Любовь Анатольевна после возвращения сына тоже очень изменилась, даже помолодела, стала бодрой, весёлой. С радостью хлопотала на кухне, начала опять печь красивые и очень вкусные пироги, которые на несколько лет были забыты. Тихо напевая, порхала по дому, радуясь жизни! Пустовавший несколько лет сад, опять заблагоухал разнообразием цветов, всё вокруг ожило. Даже их любимая собака, выздоровела и бегала по двору, как и раньше. В дом и в семью вернулось счастье и всем снова захотелось жить!
Забрав сыновей, Соня вернулась домой. Вера Ивановна ждала их, приготовив ужин.
- Приехали! Вот и хорошо! Сейчас накормлю вас ужином и спать. Софья Максимовна, давайте сегодня я мальчиков уложу сама. Вы за эти дни так устали, отоспитесь, отдохните.
- Да, пожалуй, спасибо вам, Вера Ивановна! Я не буду ужинать, спасибо, совсем не хочется.
- Ничего страшного, это и понятно. Идите, отдыхайте, я всё сделаю сама.
Соня поднялась наверх, не заходя в свою комнату, прошла в душ. Скинув всю одежду на пол, вышагнула из неё и встала под воду. Не в силах мыться, она, просто поливая себя пеной для тела и шампунем, и всё смывала душем на несколько раз. Когда почувствовала себя чистой, накинула розовый махровый халат и ушла в свою комнату. Уснула она очень быстро, на удивление ни о чём не думая.
75
Утром, Соня проснулась поздно, открыла глаза и, испугавшись, что дети уже встали, быстро поднялась и в одном халате выбежала из комнаты. Детей в детских не было, и она бегом побежала вниз. Она нашла их, на первом этаже, в игровой комнате. Они с няней, с Ларисой Павловной, спокойно рисовали, сидя каждый за своим столиком. Соня вошла в комнату и с облегчением вздохнув, сказала:
- Господи, как я испугалась, что проспала! Я ведь с вами забыла договориться о дате выхода.
- Софья Максимовна, не беспокойтесь! Мне вчера позвонила Вера Ивановна и сказала, чтобы я сегодня выходила на работу.
- Спасибо вам обоим, вы за меня всё решили!
Соня подошла к мальчикам, поцеловала их и спросила у няни:
- Как они?
- Всё хорошо, только спрашивают где папа Серёжа.
- Я с ними позже поговорю, нужно им всё объяснить.
- Да, я и хотела вас попросить, чтобы вы это сделали сами, пока они не услышали от кого-нибудь.
- Да, я сегодня поговорю с Дашей, спрошу, как это сделать правильно, чтобы их не травмировать и всё расскажу.
Лариса Павловна, встав со стула, озабоченно спросила:
- И ещё, извините Софья Максимовна, а что дальше со мной, с моей работой у вас?
Соня в недоумении посмотрела на неё. Она ещё совсем не думала о том, как она будет жить дальше!? Ей одной с детьми, до возвращения Кирилла, нужно прожить целый год! Самой нужно за всем следить и всё решать, и она в растерянности ответила:
- Я честно хочу сказать, что ещё совсем не думала об этом!
Она замолчала, задумавшись. Няня в ожидании смотрела на неё. Соня, пожав плечами, сказала:
- Лариса Павловна, а почему, что-то должно меняться? Будем жить так же, как и жили при Сергее Петровичи. Я ничего не буду менять! По крайней мере, пока. Может быть через год, но не сейчас.
- Спасибо, Софья Максимовна, а то я грешным делом подумала, что сейчас за мужем ухаживать не нужно и вы сами займётесь детьми.
- Что вы, Лариса Павловна, вы так хорошо справляетесь с детьми. Они вас любят, слушаются. Говорят же от добра, добра не ищут! Так, что работайте спокойно, а у меня сейчас дел будет больше, чем было раньше при Сергее. Я пошла, позавтракаю и нужно заниматься делами.
- Там на кухне на разносе для вас завтрак.
- А где Вера Ивановна?
- Уехала в город за продуктами.
- Сама?
Соня в недоумении пошла на кухню. Ведь в обязанности Веры Ивановны не входило ездить по магазинам, что-то произошло в доме, чего она ещё не знает!? Позавтракав, Соня убрала посуду в раковину и поднялась к себе одеться. Она не знала с чего начинать сегодняшний день, но одеться и быть готовой она должна. Спускаясь по лестнице, в дверях она увидела Веру Ивановну с мужем с большими пакетами в руках. Соня поспешила по ступенькам вниз, на ходу спрашивая:
- Вера Ивановна, почему вы сами, а где Тоня!
- Тоня у нас больше не работает!
- Почему? Что-то случилась?
- Простите, но я взяла на себя смелость и уволила её!
- За что?
- Извините, но человеку, нелестно отзывающемуся о хозяйке не место в этом доме!
- Вот как? И что же она сказала?
- Софья Максимовна, можно я не буду пересказывать то, что она говорила?
- Да, конечно! Раз вы так решили с ней, значит так и будет. А расчёт?
- Я рассчитала её, не беспокойтесь!
- Тогда давайте сделаем так, пока не будем никого брать вместо неё, я сама буду заезжать в магазин и покупать продукты.
- Хорошо, только один раз в неделю мы с мужем будем выезжать за всякой мелочью для хозяйства, может быть, так и справимся.
- Хорошо! Смотрите, как вам удобно, только, чтобы вам не было трудно!
- Что вы Софья Максимовна, какой труд. Готовить то сейчас нужно намного меньше и почти всё диетическое - для детей. А эту пищу и вы, и мы едим с удовольствием. Поэтому времени у меня будет предостаточно!
76
Соня с сыновьями жили в доме втроём, ничего не меняя в установленном порядке жизни. Всё шло, так как и раньше. Соня по утрам уезжала в клинику. С детьми оставалась Лариса Павловна, а Вера Ивановна следила за хозяйством и готовила обеды. Очень часто приезжала Любовь Анатольевна и подолгу оставалась у них в гостях. Евгении Григорьевне стало намного лучше, и её уже надолго можно было оставлять одну.
Соня успешно сдала очередную сессию, её мечта быть врачом постепенно сбывалась. В открытии клиники очень помогал Андрей. Соня с Сергеем сделали его соучредителем, выделив ему десять процентов уставного капитала. Это предложил Сергей, он хотел отблагодарить друга за всё, что он сделал для него при жизни и хотел, чтобы он помогал Соне, после его смерти. Он очень хороший администратор и без него она потерялась бы в кабинетах власти! Поэтому всеми вопросами, в основном, занимался Андрей, только согласовывая и подписывая у Сони все необходимые документы. Она доверяла ему и была спокойна за их будущий бизнес.
До окончания института оставалось ещё три года, да и практики у неё нет. Поэтому Соня планировала заниматься пока только руководством клиники с помощью Андрея. Планировала набрать штат для работы в косметической клинике и вплотную занималась этим. Она уже знала, что после окончания института в открытой, на деньги Сергея, клинике будет работать хирургом – косметологом. Будет бесплатно помогать людям, попавшим в беду, как Кирилл. За этот год она планировала запустить клинику с полным штатом и оборудованием.
Уже прошло два месяца после смерти Сергея. Даша наконец-то вернулась к мирской жизни. Она приехала к Соне без предупреждения. Вошла во двор не в монашеском платье, а в бежевой юбке и белой кофточке. Соня, увидев вошедшую девушку, не сразу поняла, что это её сестра.
Даша, улыбаясь, шла по дорожке. Соня, узнав её, кинулась с криками, как девчонка:
- Даша! Приехала Даша!
Мальчики, увидев несущуюся к воротам маму, заспешили за ней, да так быстро, что Лариса Павловна бежала за Кирюшей, боясь, что он упадёт. Сестры обнялись и молча стояли радостно глядя друг на друга. Павлик подбежал и воткнулся в них, ликующи спрашивая:
- Тётя Даша, ты к нам в гости приехала?
Она, гладя его по голове, улыбаясь, ответила:
- Если вы не будете возражать, то я навсегда!
Соня радостно, но почему-то заплакав, не веря до конца в то, что сказала сестра, спросила:
- Как навсегда? Ты ушла из монастыря!?
- Пойдём в дом я всё объясню.
Даша поцеловала мальчиков, и Лариса Павловна взяв их за руки, увела на детскую площадку. Сёстры вошли в дом. Даша осмотрелась по сторонам и сказала:
- Ничего не изменилось?
- Нет, я ничего не хочу менять, пусть остаётся всё так, как было при Сергее. Дальше видно будет, а пока пусть будет так.
Они сели на большой диван в гостиной. Соня, поджав под себя ноги в нетерпении сказала:
- Рассказывай!
Даша, удобно устроившись на мягком диване, спокойно начала говорить:
- Я приехала, чтобы жить с вами и помогать тебе с детьми. Соня, об этом меня просил Сергей!
Соня удивлённо спросила:
- Сергей!?
- Да, сестрёнка! Он просил чтобы когда его не станет, я не оставляла тебя, и всегда была рядом. Но для того чтобы покинуть монастырь мне нужно было время. И вот теперь я полностью вернулась к мирской жизни, и теперь ты, и твои дети это моя служба. Матушка благословила меня на этот труд, поэтому теперь я буду с вами до конца своих дней и сделаю всё, чтобы вам было хорошо и жилось спокойно.
Соня, не сдерживая слёзы, расплакалась, размазывая их по лицу обратной стороной ладони. Тронутая такой заботой и вниманием Сергея и Даши, она проговорила:
- Даша, милая моя, спасибо! Спасибо родная! Вот о чём вы шептались вдвоём с Сергеем, а когда я заходила, замолкали.
- И не только об этом. Сергей очень много говорил мне о любви к тебе.
Соня заплакала. Даша, прижав сестру к себе с пониманием, спокойно гладила её по плечу.
77
Соня успокоилась и подняла глаза на сестру. Даша была такой уверенной и безмятежной, что Соня почувствовала себя маленькой девочкой рядом с ней.
Видя, что сестра успокоилась, Даша сказала:
- Он рассказывал мне всё! Рассказывал, как ты была готова сесть в тюрьму, лишь бы не писать на меня заявление, перенести любые трудности только бы не навредить мне. Ты ведь мне ничего не рассказывала, а его я упросила, и он мне всё рассказал. Он рассказал мне про все трудности, которые свалились на тебя по моей вине. Я благодарна ему за эту искренность и понимание того, что мне очень нужно было это знать!
Соня, со страданием посмотрела на сестру, которая с такой лёгкостью и улыбкой на лице, говорила о тех страшных событиях в своей жизни, о которых они ни разу не разговаривали, и произнесла:
- Зачем?
Даша спокойно ответила:
- Затем, Сонечка, чтобы до конца понять и осознать, как низко я опустилась, чтобы подняться и изменить саму себя. Сейчас я уверенна, что это возможно! Ведь всего несколько лет назад, я была совсем другой. Определенный, даже трудный и страшный поворот в судьбе, заставил меня измениться. Изменились мои принципы, взгляды на жизнь, полностью поменялась даже моя многолетняя мечта! Без полного осознания той чёрной пропасти, в которую я опустилась, этого бы не произошло.
Соня смотрела на сестру с сочувствием и жалость, но говорить о том, что произошло, не решалась. Даша же была совершенно спокойна и невозмутимо, безмятежно продолжала говорить:
- Знаешь, Сонечка, мне кажется, что все люди меняются, взрослея и мудрея с годами. Но бывает, что люди меняются и в более раннем возрасте. Как, например, в ситуации со мной! И меняются они, из-за какой-либо жизненной ситуаций. В моей жизни был период, когда ради любимого я изменилась и внешне и внутренне. Изменилась так, что вы с мамой, самые мне близкие люди, не узнавали меня. Эта была глупая ни к чему не приведшая нас любовь, причём только с одной стороны. Я ведь очень быстро тогда поняла, что меня не любят, но всё равно продолжала терпеть и унижения, и оскорбления. Глупо это. Воистину это была слепая любовь! А ведь мама меня предупреждала и предостерегала именно от того что произошло!
Соня, с трудом сдерживая рвущиеся из груди чувства, только и смогла произнести:
- Дашенька, не надо, ведь всё давно в прошлом! Всё давно прощено и забыто!
- Да, Сонечка, да родная, я знаю, что давно всё прощено! И всё это благодаря тебе! Твоему умению понимать и прощать. Это редкий дар и у тебя он есть, есть с самого рождения! Я ведь хорошо помню, как мы росли, как ты все мои ошибки и шалости брала на себя, наверняка надеясь, что я пойму и изменюсь, а я только пользовалась этим, смеялась над тобой и пользовалась. На мой взгляд, умение прощать, в человеке закладывается с рождения. В тебе есть умение понять, почувствовать эмоции и переживания другого человека. Сочувствовать и принимать человека таким, какой он есть. Знаешь, Сонечка, умение понять и принять, это и есть прощение! Ты умеешь дарить тепло и понимание окружающим тебя людям, ты умеешь быть самым родным человеком. Прости меня за всё! Я полностью поняла и осознала всё что сделала! Спасибо тебе, ты мне подарила веру и надежду в себя!
Соня, вытирая слёзы, сказала:
- Даша я не виню тебя ни в чём! Может быть, ты именно этой дорогой и должна была пройти, чтобы научиться понимать людей. Мама всегда говорила: «Что я сделала ни так!? Почему я не научила Дашу любить людей!?» Она всегда винила себя в том, что ты была такой непослушной.
Даша сидела, понурив голову, с осмыслением слушая сестру. Соня продолжала говорить:
- А в том, что произошло со мной, никто не виноват. Главное Кирилл вернулся живым, он понял и простил меня, и всё у нас хорошо закончилось. Что греха таить, но я не могу сказать, что эти годы жизни были для меня не выносимыми!? Я пока была одна, то очень страдала и мучилась от того что погиб Кирилл, а потом когда вышла замуж и родила Кирюшу, мне стало намного легче. Я не забыла его и не разлюбила, просто я научилась жить без него. Знаешь, Даш, мне сейчас от этого бывает очень стыдно!
- Напрасно, ты Сонечка, этим изводишь себя. Чтобы не случилось нужно продолжать жить. Ты сделала всё правильно! Ведь на тебе, совсем ещё молоденькой девушке, лежала ответственность и за сына, и за родителей Кирилла. Если бы ни ты, то неизвестно как они это перенесли и как выжили, особенно Евгения Григорьевна!? Человек привыкает иногда к самым невероятным условиям, вот и ты, сначала просто привыкала к новым условиям жизни, а потом просто жила! Вы с Сергеем были очень хорошей, любящей парой. Хоть ты и думаешь, что не любила его, но это было ни так! Ты любила его, как друга, как отца своего ребёнка и любовь эта основывалась не на пылких чувствах влюблённости, а на благодарности и большой признательности. Вы смогли приспособиться и тем самым изменить друг друга. Так что не мучайся и не казни себя! Давай жить дальше!
- Да, Дашенька, ты права, это наше с тобой прошлое, прошлое, если оно плохое, нужно выкидывать из своей жизни, из своего сердца, забывать, чтобы оно не мешало жить дальше. Так говорил Сергей, так что забудем всё!
Сёстры обнялись и, улыбаясь, Соня сказала:
- И ещё, милая, у нас не монастырь и заточать себя не нужно. Ты будешь жить нормальной жизнью! Кстати, приготовленная для тебя комната на втором этаже так и стоит, ждёт тебя.
- Спасибо сестрёнка! Буду учиться жить, мирской жизнью! Только я уже забыла, как это происходит. Чем я буду заниматься? У детей я смотрю, няня есть, а что я буду делать?
- Для начала, просто осмотришься, оглядишься, а дальше видно будет. Будешь жить, учиться. Ты ведь неплохо училась в институте, попытайся ещё раз! Вот тебе и первая работа, главное, что учиться никогда не поздно!
- Да, может быть!? Я уже думала об этом, но в институте восстановиться, конечно, поздно. Я подумала, что нужно окончить подготовительные курсы и попробовать поступить в педагогический институт. Хочу учить деток, учить их не только грамоте, но и учить их жизни, чтобы не делали таких ошибок, как я.
- Даша, как хорошо! Если бы ты знала, как я рада! Как мы теперь заживём, все вместе!
Даша осталась жить у Сони, в подготовленной для неё комнате, играла с мальчишками и помогала сестре во всём. Окончила подготовительные курсы и поступила в институт. Так в трудах и домашних хлопотах прошли полгода.
78
Соня вступила в права наследования. По завещанию всё имущество, которое было у Сергея ко дню смерти, он завещал жене - Софье Максимовне. С момента принятия наследства к ней перешли все полномочия, представленные законом как собственнику имущества. По завещанию ей перешёл дом, две машины, и три вклада в банках. Сергей оставил по вкладу Павлику и Кирюше. Обеспечив им будущее. На удивление Сони, суммы на счетах были одинаковые! Узнав об этом, она заплакала, в очередной раз, вспоминая Сергея с благодарностью. Все деньги от продажи фирмы он ещё при жизни перевёл на Соню. С родственниками Сергея спорить не пришлось, он позаботился обо всём! Оговорив, в завещании, что они всё получили от него при жизни, а после смерти им ничего не причитается. Как и обещал, в одном из пунктов завещания, Сергей оговорил, что через год после его смерти, Соня вправе по своему усмотрению распоряжаться своей жизнью. Выйдя замуж, она с мужем должна жить в переданном ей по наследству доме, растя и воспитывая детей.
После того как Соня оформила все документы на своё наследство, начала работать её клиника.
Купленное Сергеем, отдельно стоящее двухэтажное здание было очень удобным и красивым. Его сделали светлым и как будто прозрачным из-за большого количества огромных окон. Внутри здания поменяли всё! Там провели полную перепланировку помещений, заменили все коммуникации. Всё делали в соответствии с требованиями всех необходимых инстанций и чётко по утверждённому проекту.
Вокруг клиники возвели красивый, высокий металлический забор. Параллельно с ремонтом здания прилегающую территорию перекопали и засеяли газонной травой. Разбили цветочные клумбы, проложили множество дорожек, выложенных цветным кирпичом, и расставили удобные скамеечки, около которых стояли красивые кованые фонари.
Андрей из Германии привёз медицинское оборудование, и получил все необходимые документы для работы клиники. Ирина с большим интересом принимала участие в подготовке к работе клиники. Она занималась покупкой и расстановкой мебели в кабинетах и палатах больных. Под её руководством в клинике появились жалюзи на окнах, красивая, удобная мебель и огромное количество цветов. Всё было подготовлено и через восемь месяцев после смерти Сергея, клиника начала работать!
Соня укомплектовала штат хорошими специалистами. С большим трудом нашла для своей клиники главного врача и с его помощью проводила набор персонала. Без практики и характеристик они никого не принимали.
Обязанности по работе в клинике они распределили без особого труда. Главврач занимался своим прямыми обязанностями, не вмешиваясь в процесс финансирования. Андрей, как и пошло изначально, занимался организационно-хозяйственными вопросами, хотя постоянно пытался привлечь к этому Соню.
Он объяснял ей, что она как директор и хозяин клиники, должна уметь не только штопать больных, но и управлять всей этой махиной. Она с трудом понимала всё, чему обучал её сначала Сергей, а позже Андрей и решила поступить в институт на экономическое отделение и познать основы экономики, чем очень обрадовала и Андрея, и Ирину.
Всё свободное время, Соня, не стесняясь своего персонала, с увлечением и интересом принимала участие во многих операциях в качестве операционной сестры. Врачи в клинике относились к этому с пониманием и во всём помогали ей. Так она старалась наработать практику, мечтая в будущем самой стоять у операционного стола и проводить операции.
Соня продолжала жить и трудится, ни на минуту не забывая и всегда вспоминая Сергея с благодарностью и признательностью.
79
В выходной позвонила Любовь Анатольевна и радостно сообщила:
- Соня, вернулся Саша из Германии!
- А Кирилл, что с Кириллом?
- Не волнуйся, всё нормально, Сашу просто раньше отпустили!
- А почему?
- Как объяснил Саша, он был менее обгоревший, чем Кирилл, поэтому вернулся раньше.
- Вы его видели, как он выглядит?
- Нет, Сонечка, не видела, только по телефону разговаривала. Звоню тебе, чтобы ты тоже приехала. Завтра он приезжает к нам к обеду. Подъезжай, всё и узнаем у него подробно, хоть посмотришь, как он стал выглядеть.
- Да, мы приедем все вместе с детьми!
- Вот и хорошо! Поставлю тесто, испеку любимый яблочный пирог внучатам.
- Договорились, ждите завтра нас в гости! До свидания!
Утром Соня с сестрой поехали к бабушкам. Они приехали рано, поэтому накрывали стол и ждали Сашу все вместе.
Он приехал, как и обещал к обеду. Соня докармливала детей и отправила Дашу его встретить. Даша вышла на крыльцо, как раз в тот момент, когда Саша закрывал за собой калитку. Он шёл по дорожке, сильно прихрамывая. Даше показалась, что они уже виделись, что он очень ей знаком. Она смотрела и не могла понять, почему у неё такое ощущение. Он подошёл к крыльцу и сказал:
- Здравствуйте, вы Даша? Я не ошибся!
- Да, но мы разве знакомы?
- Да, конечно! Мы с Вами виделись, два раза!
- Когда? Я не помню!?
- Первый раз на свадьбе Кирилла и Сони, второй раз на шашлыках, когда обмывали назначение Кирилла. Мы с вами тогда ещё мясо на шампуры надевали вместе, вы были такой молоденькой девушкой, такой красивой!
Засмеявшись, Даша спросила:
- А сейчас, что стала старой и страшной?
Она, улыбаясь, наблюдала, как взволнованно, застеснявшись, Саша ответил:
- Нет, что вы! Просто вы стали какой-то другой!
- Саша, вы говорите какими-то загадками.
- Какие тут загадки, я просто вас увидел и, обрадовавшись, растерялся!
- И чему же, Вы Саша так обрадовались?
- Тому, что увидел вас снова! Вы стали такой красивой!
- Саша Вы меня вводите в смущение! Я обыкновенная, всегда была такой.
- Нет, Вы не правы! У вас такое лицо, как будто вы сошли с иконы.
- Не богохульствуйте!
- Простите, но в этом есть доля правды!
- Ладно, пойдёмте в дом, а то невесть до чего договоримся. Вас все ждут!
Они вошли в дом. Любовь Анатольевна подошла и, расцеловав Сашу, сказала:
- Сашенька, здравствуй! Проходи, покажись нам, как ты выглядишь!
Она отодвинула его от себя и начала крутить, внимательно рассматривая его лицо, с восторгом говоря:
- Сонечка, посмотри, а ведь и вправду намного лучше. Саша ты стал таким же, как и был до того страшного полёта!
Саша стоял, терпеливо поворачивая голову, стеснительно поглядывал на Дашу. Она, замечая это, стоя в стороне, улыбалась. Наглядевшись на его лицо, Любовь Анатольевна спросила:
- Саша, а что с ногой?
- Врачи говорят, что хромата постепенно пройдёт. Главное, что она сейчас прямая!
- Бедный ну и натерпелся ты с этой ногой!? Больно было, когда ломали заново?
- Нет, операция была под наркозом, поэтому я ничего не чувствовал. Больно было потом, но это всё такие мелочи в сравнение с подаренным нам счастьем жить дальше!
Любовь Анатольевна, улыбнувшись, сказала:
- Да это правда! Главное что вы живы и вернулись к нам! Но не будем говорить о грустном, проходите к столу.
Все пошли к столу. Обедали и разговаривали. Любовь Анатольевна без устали задавала ему вопросы:
- Саша, расскажи, как там Кирилл?
Саша, изредка поглядывая на Дашу, отвечал:
- Ему ещё не менее пяти месяцев там жить. Операцию, за операцией делают. Лицо уже в норме, сейчас будут ухо отделять от щеки. Потом на шею будут насаживать кожу, только в верхней части и всё. Договор заключён был на этот объём. Говорят, что нужно отдохнуть, сделать перерыв, на его спине и животе уже кожи не осталось для снятия, нужно немного обрасти. Потом будут доделывать.
- Бедные мальчики, что вам пришлось пережить! Саша, а ты у мамы-то был?
- Конечно Любовь Анатольевна! Сразу же к ней проехал, я пока у неё поживу. В моей квартире нужно ремонт сделать, хочу всё переделать там, поменять мебель, потом можно будет переезжать.
Соня заметила, что Даша с Сашей переглядываются между собой, при этом она совершенно спокойна, а он стесняется и прячет глаза как мальчишка. В душе улыбнулась и порадовалась за сестру с надеждой, что вдруг они с Сашей захотят познакомиться поближе!?
Вечером, попрощавшись, сестры уехали в город, забрав с собой Сашу. Он сел на переднее сидение и всю дорогу, молча от волнения, мял дверную ручку. Соня, поглядывая в зеркало на Дашу, предложила:
- Саша, завтра воскресение, приезжай к нам в гости. Посмотришь, как мои мальчишки выросли. И вообще ты ведь ни разу не был у меня в гостях!?
Саша обрадованно спросил:
- А можно?
Соня улыбаясь, поглядывала в зеркало и отвечала:
- Конечно! Мы будем очень рады, правда, Даша?
Даша, взглянув на сестру через зеркало, поддержав её, ответила:
- Да, конечно, Саша приезжайте!
- Приеду обязательно!
Саша улыбаясь, смотрел в окно, радуясь тому, что его пригласили, и завтра он вновь увидится с Дашей! Соня, видя это, украдкой поглядывала на него, радуясь тому, что в их жизни что-то начало меняться.
80
Сестры сидели под большой рябиной на качели и разговаривали. Дети радостно играли не в далеке от них, на детской площадке. Им привезли свежий песок, огромную гору, шире песочницы. И они с няней, строили большой замок, с высоким забором и многочисленным количеством дорожек, по которым мальчики катали машинки.
Даша, наблюдая за ними, улыбаясь, сказала:
- Надо же, смотрю на Ларису Павловну и удивлюсь. Уже на пенсии, а играет с детьми сама как ребёнок. Ты вчера не видела, как они играли в разбойников. Где-то добыли перья гусиные, навтыкали их в волосы и носились по саду. Молодец, дети чужие, а она с ними как с родными!
- Она всю жизнь проработала в детском саду. Честно говоря, я бы так не смогла. Это и есть, наверное, призвание!
- Сонь, а как ты думаешь, Саша приедет сегодня? Он же не звонил!?
Соня улыбнулась, искоса поглядывая на сестру, ответила:
- Конечно, приедет, даже не сомневайся. Он на тебя так смотрел вчера! Мне кажется, ты ему нравишься!
- Сонь, ты знаешь, что он мне сказал вчера?
Соня с интересом повернулась к сестре и спросила:
- Что?
- Что я похожа на святую, сошедшую с иконы.
- Ничего себе! Даш, да ты ему и в самом деле нравишься!
- Наверное, мне тоже так показалось, ещё тогда при той встрече. Я тогда думала только о Димке, поэтому на него совершенно не обращала внимания.
- Не поняла, когда?
- На шашлыках, когда мы обмывали назначение Кирилла. Он тогда весь вечер тянул меня танцевать, предлагал вечером прогуляться по парку.
- Да, ты, что? А я даже ничего не заметила!
- Сонечка, когда тебе было что-то замечать! Вы с Кириллом никого не видели и не слышали вокруг себя. Сидели, держась за руки, и смотрели только друг на друга. Впрочем, как и всегда!
- Да, ты права сестрёнка, я и вправду, когда Кирилл рядом ничего не видела вокруг себя. Я была так счастлива, как будто находилась в каком-то вакууме. Господи, как мне тогда было хорошо!
- Не волнуйся, сестрёнка, осталось совсем немного, пройдёт время и Кирилл вернётся. Я вот, что хочу тебе предложить? В следующий выходной я еду в монастырь к матушке, поехали со мной. Я писала ей про тебя, она сказала, что твоей вины нет в случившемся. Тебе же похоронку вручили и ты, и все считали Кирилла погибшим. Но всё равно нужно исповедоваться и прочиститься.
- Поехали, я с удовольствием!
- Значит, в следующую субботу и поедем, а в воскресенье вернёмся.
- Хорошо, договорились!
Соня замолчала, задумчиво наблюдая за сыновьями. Не сводя с них глаз, тихо спросила у сестры:
- Слушай Даш, а тебе самой как, Саша нравится?
- Соня, ты какая-то странная! Не знаю я, да и рано ещё об этом говорить, мы виделись с ним всего один, нет два раза. И как можно о чём-то говорить!
Соня мечтательно навалилась на спинку дивана и, подняв глаза к небу, сказала:
- Не знаю!? Я, когда Кирилла первый раз увидела, сразу же поняла, что жить без него не смогу. Я влюбилась в него с первой минуты и на всю жизнь!
- Ну, Сонь сравнила! Про такую любовь, как у вас песни слагали.
- А, что тебе мешает влюбиться?
- Не знаю? Страшно!
- Не нужно бояться любви, нужно идти ей на встречу. Любовь - это самый бесценный подарок судьбы. А вдруг, Саша это именно то, что тебя ждало все эти годы? Сама же говоришь, что он тогда на шашлыках не отходил от тебя.
- Да, он тогда вечером, перед тем как мы его пошли провожать на остановку, предлагал погулять по парку. Тому самому, где за тобой гнались.
- А ты, что?
- Отправила его. Он обиделся и не остался ночевать, поехал домой!
- И всё-таки ты присмотрись. Сашка симпатичный и очень добрый парень, он мне всегда нравился. Домашний такой, заботливый, всегда застенчивый, никогда никуда не лезет, приглядывается и присматривается со стороны. Я не раз наблюдала за ним, он не только у нас такой, он в жизни такой. Я ещё тогда думала, что ему бы жену, чтобы оценила эти его качества, ох и любил бы он её! Только ростом он не сильно высок и после аварии сильно прихрамывает на одну ногу.
- Ой, Сонечка! Разве это главное! Меня как раз это совершенно не пугает.
81
Открылись ворота. Это приехал Саша, с цветами и тортом. Сестры, увидев его, встали и пошли навстречу.
Даша шла ему навстречу быстрее, чем сестра. Соня заметила, что у неё в глазах появился блеск, щёки заалели, и лицо излучало радость. Соня улыбнулась, мечтая, о том, что они с Сашей сблизятся и что её сестра обретет, наконец-то, настоящее счастье, что и ей наконец-то судьба подарит любовь!
Саша подошёл к ним, застенчиво вручил цветы и, виновато приподняв торт, спросил:
- Вот, я купил, не знаю к делу ли?
Соня быстро взяла торт и, улыбаясь, ответила:
- Саша, конечно! Мы с удовольствием его сейчас съедим.
Она повернулась к детям и громко сказала:
- Дети к нам дядя Саша приехал, он привёз торт! Идёмте все в дом, будем сейчас пить чай!
Она специально с тортом увела детей в дом, оставив сестру с Сашей наедине. Саша стоял, переминаясь с ноги на ногу, не переставая виновато поглядывать на девушку. Даша посмотрела на него и почему-то спросила:
- Саша, а вы мне расскажите про свою жизнь в джунглях и про то, как вы выжили. Про природу и вообще, про то, как там?
Саша удивившись, но обрадовавшись, что она спросила у него об этом, ответил:
- Если хотите, то я конечно, расскажу. Только это длинный рассказ, у вас будет столько свободного времени!?
- Да, будет, я с удовольствием послушаю. Пройти через всё это может только сильный, физически, а главное - духовно, человек.
Саша, перестав смотреть виновато, осторожно, но твёрдо спросил:
- А вы, Дашенька, считаете меня слабым?
Она, растерявшись, что от волнения сказала совсем ни то, что хотела, ответила:
- Нет, что вы?
Саша, шагнув к ней, взял её за руку и сказал:
- Я, Даша, такой только рядом с вами. У меня почему-то, когда я вижу вас, нет сил ни в руках, ни в ногах.
Улыбнувшись, Даша спросила:
- И почему же?
Саша смотрел ей в глаза и, не моргая, прямо сказал:
- Потому что, я люблю вас, Даша!
В один момент став серьёзной, она сказала:
- Не нужно бросаться такими словами! Это слишком ответственно!
- Я не боюсь взять на себя ответственность и сказать вам об этом. Ещё тогда, при той нашей встречи, я влюбился в вас, с первого взгляда, как только увидел! Но вы были так далеки от меня, что я тогда почувствовал всю бесполезность своих чувств. Но хотите, верьте, хотите, нет, но там, в джунглях я больше всех, конечно, кроме мамы, вспоминал и думал именно о вас!
Даша молча стояла и, не произнося ни слова, думала:
- «Вот тебе и застенчивый! Нет, он сильный и смелый, только кажется таким. Слабым? Нет, я не вправе даже думать так о нём! Какой же он слабый, если прошёл через такие испытания!?»
Саша замолчал и молча наблюдал за Дашей, пытаясь если не услышать, то хотя бы уловить в её поведении реакцию на его признание. Но не успел! На крыльцо вышла Соня и громко позвала:
- Даша, Саша! Идёмте пить чай!
Даша улыбнулась и позвала его:
- Пойдёмте, Саша! А поговорить у нас с вами ещё будет много времени.
Он обрадованно посмотрел на неё и переспросил:
- Правда, Дашенька?
- Да, Саша, это я вам обещаю!
Они пошли в дом. Каждый шёл и думал о своём, но их мысли были тесно переплетены между собой. Дашины мысли ушли далеко в прошлое, туда, где была мама. Она шла и думала:
- «Мамочка, милая моя мамочка, как ты всегда была права, мудро и правильно говоря мне, что «дорогу осилит идущий»! Вот я и иду вперёд, вперёд по жизни. И мне уже не страшно за своё будущие, я верю, что теперь у меня всё будет хорошо!»
82
Прошёл уже почти год после смерти Сергея. Ожидания, возвращения Кирилла подходили к концу. Соня часто ездила в гости к Любови Анатольевне, и за чашечкой чая, они часами разговаривали с ней и с бабушкой, мечтая о том, что всё плохое в их жизни закончено и теперь они больше не будут плакать и переживать, а будут спокойны и счастливо жить дальше.
Войдя в калитку, Соня увидела Евгению Григорьевну, сидящую на крыльце с письмом в руках. Она, испугавшись, замерла. Остановилась на секунду и быстрым шагом пошла к дому. В это время на крыльцо вышла Любовь Анатольевна. Увидев, что она улыбается, Соня, вздохнув с облегчением успокоилась.
Любовь Анатольевна увидев её, громко сказала:
- Сонечка, иди скорее, новость та какая! У Нади, у сестрёнки моей дочка – Катенька нашлась!
Соня подошла к крыльцу, видя радостную и взволнованную свекровь спросила:
- Нашлась!? Ну, наконец-то! Где же она была!? Ведь целый год от неё не было ни весточки!?
- Страшно даже подумать, но она была в Камбоджии. Её нашли на не обитаемом острове!
- Где!?
- Ой, Сонечка страшно подумать только, что пришлось пережить бедной девочке! Они с подругой возвращались из отпуска и их выкрали, потом почему-то выбросили на остров. Там они прожили почти год! Кошмар какой! Соня ты только подумай, после того что нам рассказал Кирилл даже трудно представить, что девчонки смогли там выжить!?
- Она была там не одна?
- Их было трое! Все вернулись живыми.
- Как Надежда Анатольевна!
- Ну, сейчас-то уже всё нормально! Написала, что они с Катюшей останутся жить в Москве, не будут возвращаться в Снежинск. Вот встречу Кирилла и соберусь к ним в гости, хочу обнять Катюшу.
Задумавшись и глядя в одну точку, она с грустью сказала:
- А говорят, что в одну воронку бомбы не падают! А мы с сестрой почти одинаково чуть не потеряли своих детей. Как мы всё это пережили!? Я ведь жила и думала, что меня сия чаша минует и со мной такого никогда не случится.
Соня сочувственно глядя на свекровь, сказала:
- Мама, не надо грустить! Видите, что всё закончилось и закончилось хорошо.
Подняв глаза, она сказала:
- А сколько ещё таких же, как мы горемычных жён и матерей!? Мне кажется, что я теперь не смогу наслаждаться жизнью, понимая столько вокруг горя!
Евгения Григорьевна внимательно посмотрела на Любашу и сказала:
- Это всего лишь жизнь, простая человеческая жизнь! Наше горе, потери и страдания это и есть наша жизнь. Мы мечтаем и надеемся, что в нашей жизни доля всего этого будет мизерной, но переживания и горе не бывает маленьким. Как не горестно это говорить, но переживая все эти события и хорошие, и плохие, человек приобретает опыт. Кто-то поднимается и растёт от пережитого, кто-то ломается и, не выдержав очередных испытаний, теряется в этой жизни. Но не испытав потерь мы не сможем в полной мере оценить нашу жизнь!
Любовь Анатольевна, задумавшись, сказала:
- Баба Катя всегда говорила нам с Надей, что мир устроен так, что в нём и плохого и хорошего поровну. И что не нужно сомневаться в том, что устроено это кем-то свыше! Ведь простому человеку это не под силу, это выше его понимания и разумения. Просто, каждую минуту своей жизни, нужно жить и помнить, что в любой момент это может совсем неожиданно для нас закончится. Горя у нас у каждого хватает!
Евгения Григорьевна выслушав с понимание, произнесла:
- Только сейчас отчётливо понимаю, что права твоя бабушка, Любаша. Я должна вам признаться, девочки, что когда со мной всё это случилось я, лёжа на кровати, потом сидя в инвалидном кресле, не раз думала, что если бы смогла, то сделала с собой что-нибудь, потому что, узнав о смерти внука, я потеряла весь смысл в жизни. Но из-за своей неподвижности не могла этого сделать! Только позже я поняла, что если Господь не дал мне умереть сразу и не даёт сотворить с собой греховное, то значит, я должна для чего-то жить!? Что в моей жизни ещё должно произойти что-то такое, чего я не должна пропустить. Он просто знал, что Кирилл живой и вернётся к нам!
Соня, видя грустное состояние своих любимых и родных сердцу женщин, сказала:
- Давайте забудем всё грустное и плохое, что было в нашей жизни и будем просто жить! Жить радостно, красиво с добротой и теплом относиться друг к другу и не плакать больше, а дышать полной грудью. Если всё время думать о горе и возвращаться туда, где нам было плохо, то наша жизнь не сможет быть нормальной, полной. Думая о плохом, мы начнём ждать новой беды, а с такими мыслями не возможно быть счастливыми. А я очень хочу, чтобы мы были счастливы!
Улыбнувшись, Евгения Григорьевна сказала:
- Да, Сонечка, ты права «не буди лиха, пока оно тихо»!
83
Любовь Анатольевна вспомнив о том, что Соня с Дашей ездили в монастырь и, решив прервать их разговор о грустном, спросила у снохи:
- Соня, у нас так и не получалось поговорить с тобой о твоей поездке в монастырь. Расскажи, мне очень интересно, я сама-то в церковь редко захаживаю. Часто была, пока Кирилла не было. Ходила, стояла, слушая службу, ставила свечи и уходила. Всегда чувствовала, что потом становилось хоть чуть-чуть, но легче. Последний раз была, когда он вернулся. Сходила, поставила свечи, поблагодарила Господа за его возвращение. Теперь думаю, что тоже схожу, исповедаюсь, чувствую что нужно! Просто какое-то приятное влечение в душе происходит, но не приучены мы к этому, не знаю как что нужно делать. Наши родители росли без Бога и церкви, и нас не приучили.
С пониманием посмотрев на неё, Евгения Григорьевна сказала:
- Да Любаша ты права, какая церковь в наше время! Коммунизм сплошной везде был и на работе, и дома все коммунистами были. Без этого ни должности, ни продвижения по службе, ничего не давали. Мне иногда казалось, что это рассматривалось как основное человеческое качество. Что если не коммунист, значит и не человек. Запрет лежал на церкви, вот все и боялись, свежи в памяти были Сталинские репрессии! Так, что рассказывай Сонечка, преподай, нам старухам урок!
Соня, серьёзно посмотрев на них, сказала:
- Я тоже не знала и даже не предполагала, но для меня это было самое настоящее испытание!
Любовь Анатольевна с интересом сказала:
- Расскажи, что там делают, как всё происходит?
- «Мы когда с Дашей поехали с ночёвкой в монастырь, я сначала не поняла, почему так надолго, но спрашивать не стала. Подумала, что Даша хочет, побыть там подольше, пообщаться с монашками, а оказывается, что так нужно!
Дома, перед поездкой, она устроила мне пост. Целую неделю сама готовила и кормила меня. Вере Ивановне наказала, чтобы убрала с глаз всё и печенье, конфеты и все вкусняшки. Это я выдержала без особого труда! Первые два дня ещё искала глазами вазочку с конфетами, а потом и думать о них забыла. Да и постная пища очень даже съедобная. Даша сама готовила, сначала для нас двоих, а потом и Вера Ивановна с Ларисой Павловной присоединились к нам. Им так понравилось, что Даша дала им несколько монастырских рецептов, в основном все овощное.
В субботу к вечеру, мы приехали в монастырь. Только устроились в гостинице при монастыре, начиналась служба. Мы отстояли всю службу, часа два на одном месте, практически не двигаясь. Потом по очереди подходили к батюшке и перечисляли свои грехи. Меня Даша подвела последней, долго мы с ним разговаривали, он о многом спрашивал я, как сказала Даша, без утайки всё рассказывала ему. Трудно было начать, произнести первое слово, а потом с лёгкостью, совершенно без стеснения всё рассказала. Когда закончила свой печальный рассказ, наклонил он мою голову, покрыл её чем-то, не знаю, как называется и сказал, что прощаются мне все грехи.
Вернувшись, в свою келью, Даша встала перед иконами на колени. Меня поставила рядом и начала читать молитвы. Она читала молитвы на память, а мне дала книжку, чтобы я повторяла за ней. Господи, как я не старалась, не могла успеть за ней! Слова незнакомые, читаются тяжело, я как первоклассница спотыкалась на каждом слове. Она только улыбалась, поглядывая на меня. Не поверите, я так устала! Колени ломило, спину свело, шея занемела, а Даша стоит, как струна да ещё поклоны бьет почти до самого пола. Ох, как я тогда устала, в жизни не чувствовала такой усталости, такого изнеможения!
Так, стоя на коленях, мы и читали молитвы, почти до трёх часов ночи! Я думала, не выдержу! Потом когда Даша разрешила лечь спать, я упала на кровать без сил, не раздеваясь.
Утром ещё даже не рассвело, как Даша меня подняла. Не разрешила даже пить воду, я только умылась и почистила зубы. И мы пошли в церковь. Служба была длинной, больше трех часов. После такой трудной, почти бессонной ночи, я с трудом выстояла!
Делала всё, как Даша. Повторяла за ней, каждый шаг. Подошла к батюшке, мне ложечкой дали вино с чем-то в рот, вытерли губы красным материалом, я поцеловала вазу, в которой было это вино. Потом отойдя в сторону мне дали просфору и воду. Там же я всё съела и выпила. Дальше опять продолжалась служба. Думала, не выдержу! Когда мы ехали домой, я в машине как на диване, просто отдыхала! Никогда не думала, что так трудно! Но Даша сказала, что это с непривычки, что она тоже первое время сильно уставала, потом привыкла и не замечала многочасового стояния на коленях».
Соня замолчав, посмотрела на свекровь. Она, кивая головой сказала:
- Да, ни так всё просто, как кажется! А с другой стороны, если подумать, то так и должно быть! Это грешить легко, а вот избавиться от грехов – нужно потрудиться! Даже запачканную вещь невозможно сразу отмыть, нужно приложить много усилий, чтобы отодрать въевшуюся грязь, прежде чем избавишься от неё. А тут не просто вещь, тут душу очистить нужно!
Соня, понимая слова свекрови, сказала:
- Это точно, физически тяжело, да, а вот морально… Если бы вы только знали, какая была лёгкость во всём теле, несмотря на усталость! Теперь понимаю выражение, как будто летаешь! Хотя по дороге туда Даша меня предупреждала, что я могу не получить полного душевного облегчения, что иногда раскаянию нужно долго прожить в человеке, чтобы стать полным. И это совсем не зависит от того, в монастыре живёт человек или в миру. В мирской жизни иногда бывает легче пронести свой крест, чем в монастыре! Мы когда уезжали от монастыря, Даша глядя в окно сказала, что в монастырь уходят не только тогда, когда плохо, а и тогда когда понимают, что не могут жить без Бога, когда хотят себя посвятить молитве и людям. Она сказала, а я заметила, что тоскует она по своей жизни в монастыре.
Евгения Григорьевна увидев, что Любаша загрустила, подбадривая их, сказала:
- Хватит, девоньки тоску нагонять, а то от ваших рассказов, вместо радости, грусть и печаль. А за Дашу вы не волнуйтесь, она переболеет и всё будет нормально. Смогла же она вернуться к человеческой жизни и простить себя, вот и жить сможет. Подождите, ещё замуж выйдет и кучу детей нарожает!
84
Женщины долго сидели молча, думая каждая о своём. Соня посмотрела на бабушек и печально произнесла:
- Меня сейчас очень волнует то, что всем находящимся рядом со мной людям нужно объяснить, что я ровно через год после смерти мужа выхожу замуж. Нужно объяснить это так, чтобы меня не осудили и не изменили ко мне своего хорошего отношения.
Любовь Анатольевна с пониманием произнесла:
- Да, Сонечка, ты права! Это нужно будет, в первую очередь, сообщить Андрею с Ириной, они были лучшими друзьями Сергея.
Евгения Григорьевна посмотрела на Любовь Анатольевну и сказала:
- Вы девочки со счетов не сбрасывайте и Веру Ивановну, она ведь как член семьи, столько лет прожила бок о бок с Сергеем Петровичем.
Соня, вздохнув, сказала:
- Да, вот ещё одно испытание, через которое мне нужно пройти!
Улыбнувшись, Любовь Анатольевна, сказала:
- Сонечка ты уже столько пережила и вынесла в этой жизни, что и это сможешь сделать!
Улыбнувшись в ответ, Соня сказала:
- Надеюсь, что это будет моё последнее испытание! Я так устала от всего, хочется покоя и тихой, счастливой жизни.
- Всё будет хорошо, моя девочка! Ты поговори с Дашей, подумайте вместе, как это сделать деликатно!?
- Ладно, поеду домой, а то уже поздно.
Евгения Григорьевна спросила:
- Подожди, Сонечка уезжать, ты нам расскажи как Даша с Сашей?
Соня подняла на них удивлённые глаза и спросила:
- А вы откуда знаете?
Любовь Анатольевна, заулыбалась, отвечай:
- Не трудно было догадаться. Они так смотрят друг на друга! Особенно Саша. Я его ни разу за все годы знакомства не помню таким счастливым.
- Ну, вот, а Даша думает, что никто не знает и ничего не замечает!
- Что ты Сонечка, разве настоящую любовь можно скрыть!? Она вокруг влюблённых, как ореол, защищающий и сближающий их.
Радостно вздохнув, подумав о Кирилле, Соня ответила:
- Да, вы правы! А что касается Даши с Сашей, то они встречаются, уже каждый день. Иногда сидят дома, иногда уезжают к нему. Он же квартиру отремонтировал и от мамы переехал к себе.
Евгения Григорьевна улыбнулась и со вздохом произнесла:
- Ну, вот и хорошо, что у них сладилось! Наконец-то Даша будет счастлива, а то намаялась девонька!
Любовь Анатольевна со вздохом произнесла:
- Ой, мама, если подумать, то начиная с Полины Викторовны, они все маялись. И мама и дочери! Вспомни, как Полина нам рассказывала про свою жизнь, про свою любовь. Сколько она пережила, когда осталась одна с двумя детьми на руках!? Только сейчас начинает всё налаживаться в их судьбах. Дай-то Бог, чтобы никогда больше ничего плохого не произошло!
- Люба, Люба, а ты свою жизнь вспомни! Свои, да мои муки вспомни! Мало, ох как мало женщин, у которых, всё как по маслу, с самого начала и до конца жизни идёт. Счастье не бывает тихим и спокойным, за него всегда нужно бороться!
Любовь Анатольевна, грустно ответила:
- Да, мама ты права! Сколько ж нам бабам приходится переживать и плакать в жизни. А потом смотрим на себя в зеркало и удивляемся, почему тебе пятьдесят, а выглядишь ты уже как старуха.
Соня засмеялась и сказала:
- Ну, уж вы-то у нас не прибедняйтесь! Выглядите в свои годы прекрасно, молодым на зависть!
Евгения Григорьевна улыбнувшись, сказала:
- Да Соня права, ты Любаша выглядишь очень хорошо, никакое горе не смогло тебя сломить. Точно твоя мама, Анна Семёновна говорила, что крепкие и выносливые в их роду женщины, всё вынесут, выдержат и поднимутся из-под любого гнёта.
Посидели ещё немного, и Соня поехала домой. Сев в машину, она, взглянув на бабушку, которая улыбаясь, махала ей рукой, подумала:
- «Евгения Григорьевна, встала и потихоньку с помощью костылей начинает ходить. С каждым днём всё увеличивая и увеличивая маршруты. Возвращение внука вернуло её к жизни! Возвращение Кирилла всех вернуло к жизни!»
Соня ехала домой и думала об их жизни. О том, что случилось с ними, как они всё это вынесли и о том, как они будут жить дальше, как будут любить и заботиться друг о друге и что всегда будут вместе!
Сейчас самое главное, это то, что нужно подготовиться и всем сказать о предстоящей свадьбе с Кириллом! С мыслями, как же ей решить этот вопрос, Соня ехала дальше.
85
На следующий день в выходной к Соне в гости приехали Андрей с Ириной. И после того, как накрыв стол, Вера Ивановна ушла, оставив их, Андрей задал Соне вопрос, который разрешил всё:
- Софья Максимовна, подходит время к наступлению срока вашего второго брака, я бы хотел, кое-что уточнить?
Соня удивлённо подняла на него глаза и молча, переводила растерянный взгляд с него на Ирину. Андрей уточнил ещё раз, спросив:
- Софья Максимовна, я бы хотел знать, после свадьбы ваш муж Кирилл Павлович будет принимать участие в работе клиники?
Соня была в шоке, она не могла опомниться, чтобы ответить ему. Ирина, улыбнувшись, сказала:
- Андрюша, ты ошарашил Сонечку своим вопросом! Сначала объяснил бы, потом спрашивал! Ох, мужчины, мужчины!
И повернувшись к Соне, вместо мужа продолжила говорить:
- Понимаешь, Сонечка! Нам перед смертью Сергей все объяснил и рассказал. Он нам так и сказал, что это его воля, чтобы ты после его смерти, вновь вышла замуж за своего первого мужа и чтобы он, именно он, воспитывал его сына, Кирюшу! Сергей доверил тебя и своего сына, Кириллу Павловичу. Наша задача помочь этому решиться, чтобы не было никаких препятствий и осуждений. Это его наказ нам и мы его выполним в память о лучшем друге!
Соня с трудом проговорила:
- Сергей просил вас об этом!?
Андрей посмотрел на неё, пытаясь взглядом успокоить её, сказал:
- Да, Сонечка! Сергей просил нас об этом. Он очень любил вас! Поэтому, чтобы у вас всё в дальнейшем было хорошо, он так распорядился. Он очень волновался за вас!
Соня, посмотрев на них и убедившись, что они искренне говорят с ней и в их словах нет упрёка, с заблестевшими глазами произнесла:
- Ах, Серёжа, Серёжа! И сейчас он мне помогает!
Видя, что Андрей ждёт от неё ответа на заданный вопрос, шмыгнув носом как ребёнок, ответила:
- Нет, Кирилл Павлович, к клинике не будет иметь никакого отношения, но если только в качестве пациента. Всё будет, так как мы с вами построили. И менять я ничего не хочу и не буду. Вы мои самые надёжные и верные друзья, я вам доверяюсь полностью!
Андрей с Ириной переглянулись, и Андрей одобрительно ответил:
- Спасибо вам Сонечка! Поверьте, для нас с Ириной это очень важно!
Так вопрос решился сам собой. Вечером, когда сестры остались одни, Соня всё рассказала сестре:
- Понимаешь Дашенька, для меня до сих пор то, что делал для нас Сергей, как подарок. Даже этот его поступок! Позаботиться о том, чтобы меня не осудили, когда я выйду замуж за Кирилла. Уму непостижимо! Умирая, он думал даже об этом!?
- Я Сонечка, тебе всегда говорила, что он очень любил тебя, вот и беспокоился о твоём будущем.
- Да!
Сестры помолчали немного и Соня спросила:
- Даша, а что ты решила? Когда вы определитесь в своих отношениях? Когда ты сможешь открыться Саше в том, что тоже любишь его?
- Соня, я боюсь!
- Дашенька, сестрёнка, ну чего ты боишься?
- Понимаешь Соня, я никогда не говорила тебе, да и вообще никому не говорила. Соня у меня никогда не будет детей!
Соня со страхом в глазах, взглянула на сестру и взволновано, спросила:
- Почему?
- Я по молодости сделала аборт, после этого всё!
- Когда по молодости?
- Когда Димка вернулся из тюрьмы. Может быть, помнишь, я тогда на несколько дней исчезала, а потом заявилась домой пьяной. Это, когда Димка забрал меня из больницы, я напилась с горя.
- Да, я хорошо это помню.
Соня с состраданием смотрела на сестру, она молча сидела, уставившись в одну точку. У Сони заблестели глаза и она чуть не плача, произнесла:
- Господи, сестрёнка, милая! А я тогда ещё ругала тебя! Если бы я знала, я бы не позволила тебе избавиться от ребёнка!
- Что теперь говорить об этом. Что сделано, то сделано! Вот теперь понимаешь, почему я боюсь Саше признаться. Он так любит детей, просто мечтает о них, а я ему не смогу их дать!
- Но я думаю, что если он тебя любит по-настоящему, то это не может быть для вас преградой. Посмотри, Андрей с Ириной прожили всю жизнь одни без детей, любя и заботясь, только друг о друге. А вы если захотите, сможете взять ребёнка из дома малютки и воспитать его как своего родного.
- Не знаю! Не могу решиться! Умом всё понимаю, но не могу!
- Дашенька, всё будет хорошо! Ты поверь ему, поверь в то, что его любовь настоящая, тогда сможешь признаться во всём без страха. Любящий человек сможет много вытерпеть и принять, только ради того чтобы быть рядом с любимым. Вместе строить жизнь, вместе всё сопереживать, заботиться и помогать друг другу. Ведь он так любит тебя!
Соня обняла сестру и так, обнявшись, они ещё долго сидели, мечтая о будущем. Они знали, что больше никогда не расстанутся и будут идти по жизни рядом, всегда помогая друг другу.
86
Кириллу нужно было находиться в клинике ещё не меньше месяца, но он не мог ждать больше ни дня. Ведь прошёл год! Год, отведённый им с Соней Сергеем Петровичем! Они выполнили все его условия, и теперь ничто не мешает им быть вместе. Всё оставив на потом, он спешил домой к своей любимой и сыновьям. Он уже давно принял Кирюшу, как своего родного сына и думал о нём вместе с Павликом, не деля детей на своего и чужого.
Кирилл не винил Соню во всём произошедшим, отлично понимая, что если бы он был рядом, то ничего бы этого не произошло. Так уж распорядилась с их жизнями судьба! Но он не может быть без неё, не мыслит своей жизни без неё, поэтому они должны быть вместе! Он так старался, чтобы она была счастлива, чтобы в их жизни всё было хорошо, и Соня всегда была радостной, довольной их жизнью, никогда не жаловалась и не обижалась на него. Вспоминая их прошлую жизнь, он понимал что, пережив всё, что с ними случилось, они смогут ещё быть счастливыми, они смогут любить друг друга без обид, не оглядываясь в прошлое. Ему не за что прощать Соню, она ни в чём не виновата!
По возвращению из Германии он приехал к Соне вместе с матерью, с Любовью Анатольевной. Соня радостно встретила их на крыльце. Войдя в дом, они прошли в гостиную. Вера Ивановна предложила им чаю и, расставив на столе угощения, чашки, красивый керамический чайник с чаем, удалилась. Кирилл, проводив её взглядом, повернулся к Соне и спросил:
- Соня, милая! Завтра мы можем ехать в Загс, подавать заявление!?
Любовь Анатольевна счастливыми глазами смотрела на Соню. Соня чувствовала себя самой счастливой в мире женщиной, улыбаясь, произнесла:
- Да, Кирилл, конечно! Завтра с утра и поедем, только у меня есть одно желание!
- Соня, какое желание, говори? Милая я исполню, любое твоё желание!
- Я хочу, чтобы мы обвенчались и именно в той церкви при монастыре, где жила Даша.
- Да, Сонечка, конечно! В этот раз мы с тобой обязательно обвенчаемся, чтобы венчальный венец не дал судьбе больше разлучить нас!
Любовь Анатольевна радостно плакала, сквозь слезы произнеся:
- Дети мои Кирилл, Соня! Я так рада, я так счастлива за вас!
Кирилл став серьёзным, сказал:
- Единственное, что смущает меня во всей этой ситуации, так это то, что я женюсь на вдове богатого человека, сам ничего не имея! У меня нет ни профессии, ни денег, я на инвалидности. И как это будет выглядеть в глазах знающих Сергея Петровича людей!? Про наших родственников я не говорю, они знаю всё, что произошло с нами и с пониманием, и радостью отнесутся к нашему браку, а вот его друзья!?
Соня улыбнувшись, ответила:
- Кирилл не волнуйся по этому поводу! Андрей с Ириной знали об этом с самого начала, а как к этому отнесутся остальные, меня совершенно не волнует, потому что я ни с кем не общаюсь и не хожу на их банкеты. Я этого никогда не любила, это всё не для меня! Мы будем тихо жить в своём привычном кругу, и не нужен нам этот бомонд. Я никогда себя не причисляла к элите, и спасибо Сергею, он совсем не требовал этого от меня. Поэтому не волнуйся и не переживай по этому поводу! Главное что мы снова будем вместе!
87
Соня с Кириллом расписались во второй раз. Свидетелями на их свадьбе были Саша и Даша.
Стараясь сделать не слишком пышную регистрацию, Соня с Кириллом хотели одеться поскромнее, но все родственники были против этого и настояли на полноценной свадьбе. Несмотря на то, что прошло уже столько лет, молодожёны смогли надеть на себя свой первый свадебный наряд. Стоя рядом они выглядели так же, как и тогда! Они были также счастливы и также продолжали любить друг друга!
После регистрации на крыльцо Загса вышли две пары, крепко державшиеся за руки, это молодожёны и их свидетели.
Сидя в машине рядом с сестрой, Даша шепнула ей на ухо:
- Соня, я сейчас всё сказала Саше!
- И, что?
- Он точь в точь повторил твои слова! Соня он любит меня, мы поженимся и возьмём ребятишек из детского дома!
- Ребятишек?
- Да, Саша хочет большую, счастливую семью!
- Сестрёнка я так рада за тебя! Поздравляю!
Из Загса на нескольких машинах они поехали в монастырь. Ехали все и молодые со свидетелями, и бабушки с детьми, и Андрей с Ириной. На радость Любови Анатольевны, на свадьбу племянника, приехали её родные сёстры Вера и Надя. И на последней машине ехали их новые близкие люди это – Игорь с Ариной.
После поездки в Турцию, в поисках Даши, они уже не расставались. Арина не вернулась в свой город, к родителям. Она осталась здесь с Игорем! Они поженились уже год назад и ждали ребёнка. Игорь так и продолжал с ними работать, во всём помогая Андрею. Арина была частым гостем в их доме, она после возвращения Даши из монастыря, стала ей настоящей подругой. Даша всегда знала, что это именно ей она благодарна за то, что осталась жива и вернулась домой. Но Арина была очень скромной девушкой и никогда не считала, что сделала что-то особенное.
В церкви их уже ждали. К церемонии всё было готово. На высоком крыльце храма сидело несколько нищенок, и на самой первой ступеньке, болтая босыми ногами, сидела девочка лет пяти. Её белокурые волосы были заплетены в косичку грязной верёвочкой. Проходя мимо, Даша спросила у идущей с ней рядом монашенки:
- А это откуда, такая девчушка взялась? Раньше её не было здесь я, по крайней мере, не помню?
- Цыгане бросили ещё на той недели. Мы хотели её в приют определить при монастыре, не идёт, как волчонок никого к себе не подпускает. Завтра за ней приедут, заберут, негоже ребёнку бродяжничать.
Ирина, идущая рядом, слышала их разговор. Поравнявшись с ними, осторожно спросила:
- А кто заберёт?
Монашка повернулась к ней и ответила:
- Из отдела опеки приедут, в детский приёмник определят, оттуда не сбежит!
Дальше шли молча, поглядывая на счастливых и радостных, Кирилла и Соню.
Венчание было очень красивым. Под пение монастырского хора их водили по храму, читая молитвы. Соня, услышав слова: «молитва родителей утверждает основания домов…», вспомнила маму. И подняв глаза вверх подумала:
- «Мамочка я обещала тебе, что отлюблю и буду счастлива за нас двоих! Я выполню, данное тебе слово и теперь этому уже ничто не помешает! Судьба благосклонна ко мне и второй раз подарила мне любовь, любовь всей моей жизни. Мама я так счастлива!»
Когда на головы молодожёнов возложили венцы – знамения царской власти, Кирилл ласково сжал Соне пальцы, подумав:
- «Это награда нам за наше терпение и любовь!»
После поцелуя, чин венчания закончился. Батюшка, зная их историю, сказал ещё несколько слов молодым и их гостям:
- Ваш союз, здесь очищается и освещается по молитве Царствия Божественной благодати. Ваша любовь смогла пройти через все невзгоды в жизни и через все посланные вам испытания. Несмотря ни на, что, вы нашли друг друга! Да-к примите это как дар Божий, с благодарностью к Богу, с любовью и с почтением к сему дару! Помните и благодарите его за то, что он дал вам веру, надежду, любовь!
После окончания венчания, они вышли из церкви на крыльцо и остановились. Остановились, оглядываясь по сторонам, любуясь красотой у подножья церкви. По небольшому пологому склону широкая тропинка как будто стекала к реке, в которой вода казалась прозрачной, настолько было видно её дно и длинные ножки у качающихся кувшинок.
Соня, оторвав свой взгляд от красот природы, посмотрела по сторонам, и увидела у крыльца счастливо улыбающихся своих самых родных и близких людей. Любовь Анатольевна с сёстрами и Евгения Григорьевна, вытирая слёзы счастья, стояли вместе с детьми. Даша с Сашей улыбались, крепко держась за руки. Игорь, обняв, прижимал к себе Аришу. Соня осмотрелась и не сразу увидела Андрея с Ириной. Они стояли немного в стороне. На руках у Ирины была белокурая девочка и вместо грязной верёвочки, её волосы были собраны красивой шёлковой ленточкой. Девочка держалась за Ирину шею, крепко прижимаясь к ней.
Соня радостно вздохнула и прижалась к руке Кирилла. Он наклонился к ней и прошептал:
- За наше счастье, нужно благодарить не только Бога, но и всех этих, наших самых родных людей!

Крепко прижав к себе Соню, Кирилл подумал:
- «Вот и закончились все препятствия на нашем пути, теперь мы будем вместе, и ничто не помешает нам быть счастливыми! Милая моя, родная моя, как я виноват перед тобой за все круги ада, которые тебе пришлось пройти из-за меня. Если бы я был рядом, я бы не допустил этого! Но что случилось, то случилось и я никогда ни помыслом, ни словом просто не имею права тебя в чём-то обвинять или попрекать. Сонечка, моя любимая, родная, я так люблю тебя! Теперь мы всегда будем рядом и сохраним нашу любовь навечно!»
Кирилл наклонился, чтобы поцеловать жену и услышал, как она тихо шептала, подняв глаза и глядя на ясное, голубое, цветом её глаз, небо:
- Как много разных судеб,
Сплелось в один клубок.
В судьбе у каждой женщины,
Есть своя ЛЮБОВЬ!

Не нужно плакать и роптать,
Винить судьбу, безжалостно!
Вам остаётся только ждать,
И верить милосердно!



Ноябрь 2014 г.
Соловьёва Светлана Петровна
+7-913-397-41-74
soloveva.sp@mail.ru




Рубрика произведения: Проза -> Роман
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 340
Опубликовано: 04.10.2016 в 11:15
© Copyright: Светлана Соловьёва2
Просмотреть профиль автора






1