2. Сатана и Циник



Лысый, здоровенный, как кабан, Сатана и желчный, с дёргающимся веком профессор Циник сидели голые в плетёных креслах. На вид Сатана и Циник были приблизительно одного возраста, лет сорока. Вокруг тянулась унылая каменистая пустыня и стояла мёртвая тишина. На низком плоском, отливающем сталью небе тускло блестел никелированный диск.
-Я всегда могу спрятаться в потаённых закоулках человеческой души, - с хрипотцою, лениво тянул Сатана, - попробуй меня найди. Неужели, ты думаешь, что и в душе праведника не найдётся для меня укромного местечка, тёмной трещинки, где меня искать-то никто никогда не догадается?
Профессор Циник качал головой, соглашаясь, и с задумчивым, мерзким выражением на лице глядел перед собою будто в страшную пропасть.
-Я тоже думаю так, - произнёс медленно он и покосился на мощную грудь Сатаны и на его покатые плечи. - В прошлый раз вы были неотразимы: изящной дамочкой. С такой куда приятней иметь дела.
Сатана ядовито улыбнулся.
-Ты опасный тип. Ты не упускаешь момента, чтобы ужалить даже меня, своего друга.
У Циника вырвался из горла звериный рык, и он от неожиданности вздрогнул. Изобразил на губах искусственную улыбочку.
-Что, жалить вас? - нервно рассмеялся он и сделал поклон головой. - Я не сумасшедший и не враг себе!
-А я тебе друг, - Сатана тронул ладонью плечо Циника. - С умным и послушным человеком всегда приятно иметь дела. - После минутной паузы Сатана небрежным тоном продолжил: - Слушай меня. Вот здесь, на этой необъятной территории, я хочу воздвигнуть рай. Думаю, что уже в недалёком будущем всё человечество, на волне новой веры, весело, с песнями въедет в мой рай.
-Ну да... представляю, с каким развесельем.
-Близко то время, когда человечеству можно будет преподнеся новую, вполне реальную веру - и как можно скорее, - которая объединит и устроит всех: атеистов, верующих, идеалистов, материалистов. Всех, понял, устроит, одна на всех! В высшей степени удобная, комфортная, бесконечно обильная всеми плотскими удовольствиями и совершенно не требующая каких-либо усилий и жертв. Под предводительством лакированной личности, мессии... ха-ха!
-Из человечества получится этакий кишащий, раскормленный планктон, обитающий в тёплой, как океан большой луже. Отличный корм, - усмехнулся Циник.
-Да, именно - планктон! Прекрасная идея, не правда ли?
-Ваши идеи, как всегда, превосходны. Но, я думаю... видите ли, - замялся в нерешительности Циник, потирая рукою лоб, - дело в том, друг мой, что если на роль мессии вы предполагаете меня, то... то я не очень-то подхожу. Последнее время со мною случаются бзики и я становлюсь психом. Представляете, я в образе спасителя являюсь миру, а тут со мною происходит бзик, и я в припадке ярости могу схватиться за скальпель, или придушить. Ну какой, извините, из меня получится мессия, я только вам всё испорчу.
На Циника удивлённо уставились налитые кровью выпуклые глаза, под ними лоснился мясистый нос с торчащими чёрными волосками из ноздрей, открылся, блестя, толстый розовый рот:
-Что за бред ты несёшь? Разве я предлагал тебе, гнусной физиономии, стать мессией? Заранее обречь святое дело на крах. Но я бы очень дорого заплатил, чтобы взглянуть на картину: Христос, сошедший с небес, восторженных людей хватает за горло и душит, душит, душит, душит! - Сатана расхохотался громко, обхватив руками сотрясающийся живот.
-Вот и хорошо. Значит, мой дорогой друг, вы возьмёте роль мессии на себя?
-Зачем, разве у меня мало достойных отпрысков? - Сатана,сладко жмурясь, поворачивал своё тело под лучами никелированного светила.
-Извините, конечно, меня, но ваши отпрыски, антихристы... вселяют один ужас. Какие-то громилы из подворотни.
-Не очень лестный отзыв. Но неужели ты настолько глуп и не видишь дальше своего носа?
Зловеще тихо было. Под инквизиторским взглядом Сатаны Циник невольно сжался в кресле, как маленькая собачонка перед огромным злобным хозяином.
Циник осторожно рассмеялся, направляя разговор в другое русло:
-Вспомнилось, как в молодости я зубоскалил над моими приятелями, оголтелыми материалистами, говоря им: вы закоснели вконец, как черепахи в панцире. У вас время, пространство и ваше сознание превратилось в одно застывшее желе. Явись на землю Творец Вселенной... - Циник, склонив голову, театрально улыбнулся Сатане, - ведь вы, атеисты, говорю им, не поверите своим глазам, потребуете у него документ, удостоверяющий личность, и предложите сдать на анализы кровь, мочу, кал. Начнёте Творца ощупывать, нюхать, скоблить и просвечивать рентгеном, чтобы увидеть, как он устроен внутри, из чего состоит. Да и вообще, надо ведь будет понять вам, кто он в целом такой, что за тип этот Творец и в чём кроется сила его чудес. Замучаете до смерти идиотскими вопросами: откуда и зачем прибыл, где родился, был ли женат и на ком, сколько было детей и с кем состоял в родстве, чем болел в детстве и не было ли среди родственников сумасшедших. Начнёте, проклятые, Творцу объяснять, как устроена Вселенная, и будете агитировать его, чтобы он изменил свои взгляды на жизнь и стал атеистом. И между делом, будете выпытывать тайну - от каких микробов плодятся боги.
Сатана, с громким воем зевнул на пол-лица, зияя за сахарными зубами тёмной норой глотки. Рот захлопнулся, щёлкнув. Толстые губы шевельнулись, выпуская тягучий густой голос:
-Ты плохо знаешь материалистов: это самые древние ископаемые, как никто очень умны и изворотливы. И мне их, честно сказать, всегда было жаль, я им всегда сочувствую и стараюсь помочь. В конце концов, чтобы быть в шоколаде, материалисты опять пойдут ва-банк. Вот увидишь, ещё прольётся немало крови, - будет где разгуляться... - Довольный Сатана захлопал в ладоши. - Ну а впрочем, куда подлее, чем материалисты, все мировые религии. Но самые гнусные из них, ясное дело - христиане, коварство которых не знает границ. Христиане покрыли язвами народы, и человечество на корню загнило. К христианам - с душою, а они в ответ... Немало я от них терпел подлости и терплю. - Прищурясь и скалясь, Сатана глядел в небо на диск. - Слушай, вот тебе яркий пример коварства: это было после смерти распятого Иисуса. Жалко мне стало его учеников, потрясённых, подавленных смертью своего Учителя. Вроде ребята неплохие, думал я, и надо помочь, поддержать их духом, ну и материально, разумеется, подкинуть деньжат. И я в образе добряка иудея, тайного последователя Иисуса, сошёлся близко с ними, выполняя для них разные мелкие поручения. И при каждом удобном случае совал им деньги, чтобы они скрасили скудность своего существования. Деньги они брали, но тратить на себя не хотели и по привычке раздавали нищим. Однажды, под большим секретом, я открыл им тайну, что знаю место захоронения Учителя, толкуя им, что случайно стал свидетелем, как ночью какие-то люди тащили труп его из гробницы, а я, проследив за ними, примерно запомнил ту яму, в которую бросили Учителя и завалили камнями. И теперь, хвала Богу, череп с костями Христа не растащат ни фарисеи, ни книжники и не сожрут шакалы с гиенами. Я стал горячо убеждать учеников, что нужно крепко чтить память о нём. И было бы очень справедливо на могиле, в которой захоронен его труп, воздвигнуть достойный памятник, подобный великим египетским пирамидам, чтобы люди всех времён и народов помнили вечно о бескорыстном подвиге Иисуса, а верующие могли бы преклониться и помолиться его бренным останкам, свято почитая их. Что, казалось бы, могло быть благороднее моего намерения? Так нет же, представляешь, ученики на меня ощетинились, а один из них, подлое отродье, внезапно бросился со страшным криком, и если у него не получилось вцепиться мне в горло, то всё равно в плечо мне успел-таки, зверюга, вонзить свои кровожадные челюсти. Скажи мне, разве христиане психически нормальные и адекватные люди? Вот она, хвалёная подлая христианская мораль! И многим своим верным последователям я рассказываю эту историю как предостережение и как урок, призывая: будьте бдительны! Гляди, как тогда меня отблагодарили за доброту. - Его плотное покатое серое плечо в мгновение сделалось смуглым, худым, с выпирающей ключицей, и на нём закраснела рваная рана и струйкой брызнула кровь. Циник невольно отшатнулся.
Плечо Сатаны вмиг заросло и стало прежним.
-Явись в нынешнее время Иисус со своими бредовыми идеями на Землю, - продолжил Сатана, - его быстро, - чтобы он не мешал жить, - обезвредят: признают сумасшедшим и отправят в психиатрическую больницу. Современная психиатрия - наука очень серьёзная и далеко шагнула. Я уверен, его вылечили бы, и он стал бы вполне нормальным, здравомыслящим человеком.
Циник, пальцами правой руки, большим и указательным, массировал яблоки глаз - под большим его пальцем дёргалось веко в нервном тике. Отняв от глаз пальцы, сказал:
-Я родом из той бесчисленной толпы народа, которая всегда будет кричать: распни Христа! И, взывая к совести христиан, я всегда им буду утверждать: ваша вера - химера, утопия, а сами вы произошли от ослов. - Он немного помолчал и угрюмо спросил: - Какой сегодня день недели на Земле?
-Вторник.
-Втор-ник, - произнёс Циник медленно, по слогам, не без удовольствия, - втор-ник. Отвык, не верится, что где-то время ползёт, спешит, стремительно несётся, и есть вторник, среда, четверг. А тут - часы идут, меняются события, а время - окаменело.
-Что за унылый тон?
-Устал, наверное.
-Устал? А что такое усталость? Равняйся на меня: я не знаю усталости. Я всегда свеж телом и бодр духом.
-Я - песчинка, а вы - безбрежный океан. Как же песчинка может равняться на океан?
-Не забывай, лицемер, что ты не самая последняя скрипка в моём оркестре. Время приближается: я гряну марш, и вся Вселенная запляшет под мою музыку.
-Не сомневаюсь, - мрачно проскрипел Циник. - Скажите мне, друг, в какой стороне Вселенная, Земля?
Сатана небрежно махнул рукой влево.
Циник бросил влево, на далёкую серую мглу, скрывающую космос со звёздами, длинный пронзительный взгляд, и ещё более мрачным тоном спросил:
-Что на Земле нового?
-Всё так же, по-старому: люди разобщены, недоверчивы, мелочны, сварлиы, пусто суетятся и за лучший кусок рвут друг друга на части. Человечество, как обычно, то стоит у пропасти, а то балансирует на самом её краю, и кажется вот-вот грохнется... но, как всегда, валиться туда не спешит. Хотя нет, множество валится и тянет за собою других, но этого мало.
-Подтолкнуть всех не получается? Интересно б было узнать, как там дальше будет.
Сатана, взяв с пола пульт, навёл его на никеллированный диск, прибавил на нём жара и подставлял по очереди под горячие лучи то бок, то спину, то грудь.
-А... хорошо!.. печёт-то как! Интересно, говоришь, узнать о будущей жизни? Так, зная всё, неинтересно жить будет, да и жить дальше не захочешь. - Он резко повернул лицо на взмокшего от жары и тяжело дышавшего Циника. - Кто ты? Зачем тебе знать всё, ты, ракообразный? - Сатана завопил: - О, сколько раз я был у самой цели, сколько раз я подводил человечество к черте, и казалось бы - всё! Но он, подлец... Я знаю, чувствую, что сейчас Христовы мерзкие агенты откуда-нибудь с неба, воздуха, а может, притворившись камнями, пылью, шпионят за мною. - Сатана бешено взглянул на небо и погрозил кулаком. - Ты меня слышишь я знаю, ты слышишь! - О, кто бы только знал, как я тебя ненавижу! А может, ты его тоже агент?
Под хищным лютым взглядом Циник вздрогнул, и горло ему сдавила ледяная рука. Он захрипел, выпучив глаза. Сатана его отпустил и потрепал по голове.
-Я пошутил, старина. Ты же знаешь, как я тебя люблю.
-Догадываюсь, спасибо, - Циник потрогал рукою шею и пробурчал: - Ну и хватка, волчья
Заглядывая Цинику в лицо, Сатана оскалился.
-По-твоему, здесь могут находиться агенты Христа?
-Здесь не может быть его агентов, - омерзительно улыбнулся Циник.
-Почему? - Ещё шире оскалился Сатана.
-Они здесь не смогут существовать, не их среда обитания. Если образно выражаться, шпионам Господа здесь нечем будет дышать, они сразу протянут ноги.
-А я тебе говорю, Бог проиграл, потому что он, прежде всего, страшный неудачник. Создание этой Вселенной - было самой большой его ошибкой, его самый неудачный проект, пройгрышный ход. Ах как я его ненавижу!
Вдали появились тёмные точки, вскоре они превратились в крохотные мечущиеся человеческие фигурки, которые, сбившись в стадо, стали быстро приближаться огромными длинными прыжками и в полёте ноги тянули, как балерины в шпагате.
Голые девицы, с макияжем на лицах, одни тонкие, другие пышнотелые, звонко смеясь, гоняясь друг за другом, забегали вокруг Сатаны и Циника, нарочно касаясь телами своими их тел. Циник в презрении скорчил лицо и воскликнул:
-Это гомункулусы, брр-р, они холодны и склизки словно лягушки! Пошли вон от меня, прочь! Терпеть не могу наглых девок, тем более искусственных. Если бы мне доверили сочинить заново басню о сотворение мира, я бы переиначил: не Змей обольстил Еву, а наоборот, Ева - Змея. О, глядите, одна уже, бесстыжая стерва, мне на шею уселась, для чего? Дай им только волю...
-Вначале в постель затащит, а потом женит на себе, ха-ха-ха...
Циник, в негодовании, стащил с себя за ногу девицу, которая, извиваясь змеёй, визжала, хохотала по-сумашедшему, и швырнул её от себя.
-Я терпеть не могу этих выкаблучивающихся, крашенных штучек, строят из себя богинь! Блеск снаружи, и то не всегда, а внутри - полное безобразие.
Девицы со злющими глазами налетели на Циника, визжа, щипая и ударяя его. Рассвирепев, он их легко раскидал, схватил своё плетёное кресло и, замахиваясь им, погнался за девицами. Они врассыпную. Отбежав от Циника и подняв галдёж, собрались опять в стадо и огромными прыжками помчались по равнине прочь. Сатана, сквозь полуприкрытые глаза провожая их равнодушным взглядом, говорил:
-Не прилично ведёшь себя с дамами, а зря... - прищёлкнул он пальцами. - Я вот таких, как они, ангелочков налеплю, самок и самцов, для своего рая. Будет превосходно!
-Это какие-то кенгуру, - пробормотал Циник.
-Твои кенгуру.
-Мои?
-Они сконструированы копия твоих замыслов "улучшения породы человека". Чем тебе твоё детище не понравилось? Я воплотил твои замыслы в жизнь! Со временем вот такие, не ведающие забот и страданий, старости и смерти, всем довольные и вечно счастливые гомункулусы, заселят все звёзды и галактики. Разве плохо? Бессмертные и счастливые!
-Да, да...Бессмертные и счастливые гомункулусы... заменят человечество.
Сатана вдруг засиял мутновато-жёлтым светом и изменился обличьем: вместо лысого черепа золотились кудри, круглое лицо удленилось и стало сладко-красивым, и он, мигая чёрным бархатом пушистых ресниц, как крылами бабочки, жадно глядел синими глазами на гнусную бледную физиономию профессора Циника.
-А ты ничего, молодец, - ласково похвалил Сатана, - отлично выглядишь!
-Стараюсь.
Сатана вздохнул, закатив глаза под лоб:
-Ах, никто красивее Гёте не сказал про чёрта, и, видимо, уже не скажут никогда, а жаль! Ты только вслушайся, какие бессмертные, восхитительные строки:

Ты кто?
Часть силы той, что без числа
Творит добро, всему желая зла.

-Гёте - сочинитель, стихотворец, - поморщился Циник как от зубной боли, - а следовательно, позёр и крикун. Разве можно ждать истину от поэта? Его "Фауст" - полнейший вздор.
-Интересно, интересно...
-Уже с самого начала "Фауст" начинается враньём. Чёрт приходит к Богу и вызывает его на спор. Но разве так может быть, чтобы черти шастали в Божию Обитель и имели бы общие дела с Ангелами и Богом? Где такое видано! Враньё чистейшей воды.
-Грязнейшей воды, - съязвил Сатана, впиваясь в собеседника ядовитым взглядом. - Вот, значит, как...
-Но, мало того, в "Фаусте" Бог ещё и симпатизирует бесу и просит, чтобы тот низвёл в бездну его раба, Фауста. Нелепее бреда я не слыхал. Гёте - это гений абсурда, он в жизни ничего не смыслил. Из него такой же прозорливец, как из меня апостол Павел.
-Единственное, что ты верно подметил, что из тебя не получится апостола Павла. Однако... Апостол был страшным занудой каких свет не видел: всё не по его нраву, никак ему не угодишь. Порою бывает гораздо легче выпрямить искривлённое пространство и изменить течение времени, но невозможно выпрямить таких гордецов, как он, которых может исправить только могила. Ты - ретроград, мастодонт не понимаешь, поэзия, музыка и вообще искусство созданы для наслаждения, то есть для придуманных идиллических мечтаний, переживаний. А ты, подозреваю, самый злостный на свете завистник и клеветник, ха-ха-ха... Завидуешь чёрной завистью Гёте, что он величайший гений всех времён и народов, и поэтому на него клевещешь, - расплылся в сладенькой улыбке Сатана.
-"Вечно хочет зла и вечно совершает благо", - брюзжал Циник. - Хорошенькое благо. Очевидно, он имел ввиду инквизиторские костры... Вот если бы сожгли меня, то я бы точно это не посчитал за благо.
-Ты изворотливый, коварный змей.
Циник продолжал:
-Первый и самый толстый слой, из всех слоёв, на Земле состоит из человеческого праха и крови.
-Не умничай, демагог, раскрой глаза и смотри шире на будущее. - Сатана поднялся с кресла и, не оборачиваясь на Циника, кривясь брезгливо, сказал: - Мы с тобой ещё увидимся, ты мне будешь, может быть... нужен. - Шагнув, он очутился так далеко, что стал ростом с лилипута. Ещё секунда, и уже он казался не выше мизинца. Через мгновение - молнией мелькнув ввысь, исчез Сатана.
В плоском небе медленно гасло никелированное светило. Циник, с перекошенным лицом, мучительно глядел вдаль, в ту сторону, где, по словам Сатаны, находилась Вселенная и Земля. Диск погас, и жуткий, непроглядный мрак поглотил пространство. Послышался протяжный стон, затем раздались злобная ругань, рычание, посыпались пинки на затрещавшие кресла. И полетел яростный крик проклятия.         



Рубрика произведения: Проза -> Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 34
Опубликовано: 28.09.2016 в 20:33
© Copyright: Иван Рахлецов
Просмотреть профиль автора






1