Мир льда (книга 2). Глава 21: Рожденная заново.


p { margin-bottom: 0.25cm; line-height: 120%; } Владимир положил Любу на кровать. Боясь, что она попросту провалится сквозь материю. Но та лёгким туманом зависла над тканью. Витя помогал Маше укладывать на пол крарана. Приготовив ему мягкое ложе, девушка побежала на кухню за аптечкой. Тем временем Витя и Владимир думали, что же делать:
- Я никогда не пробовал восстанавливать тело, но попробую, боюсь, что её душа этого не выдержит, скорее всего, она будет сопротивляться, - озадаченно говорил Витя, всматриваясь в сияющие бледным светом глаза девушки.
- Душу оставь мне, - поговорил Володя.
Он удобно уселся на пол, готовясь к медитации. Витя, почитав коротенькую песнь, изменяя своё мировосприятие, если в обычном зрении, Люба была призраком, то сейчас она словно состояла из воздушных пузырьков. Предстояла сложная работа, каждой частичке позволить обрести плоть, превратиться в часть сосуда, окрепнуть плотной жилой. Витя вытянул вперёд руку, расположив их над девушкой. Вроде всё выглядит безобидно. Но как только с его губ сорвались первые слоги песни. Девушка завыла, болезненно, протяжно, очень надрывно. Она заметалась по кровати. Витя стойко читал дальше, скоро девушка затихла, хрипя, и вздрагивая, словно её мучили конвульсии. К пальцам Вити полилось тепло. Он понял, что жар отходит от Любы, она кипела, в ней было градусов пятьдесят не меньше. Это грозило тем, что дух просто растает.
Володя, сидевший рядом, с закрытыми глазами, отпустил свою душу. Тень, выпорхнула из тела, расположившись на краю кровати. Заклинания что читал Витя, вывернули естество девушки на изнанку. И без того ослабленное существо, словно пытались прогнать с планеты. И она была бы рада, покинуть бренный мир, только Владимир не отпускал, сдерживая воздушную деву. Он помнил и прекрасно выучил уроки учителя по лечению: «когда болит тело, страдает душа. Она словно трепетный огонёк костра, всегда рядом чтобы помочь прогнать ночные страхи». Сейчас же испытывая боль, ей словно ломали конечности, вынимали органы, живьём протыкали шпиками. Он старался как можно быстрее убрать её страдания, забирая на себя часть боли, впитывая агонию, как губка.
Так продолжался час. Витя пел песню, глаза его были плотно закрыты. Владимир сидел рядом, убаюкивая девушку. Люба страдая, вглядывалась безумным взглядом в мучителей. Она не пыталась уйти, не пыталась уничтожить их, просто смотрела, иногда отчаянно крича от боли.
Второй час, игра за деву продолжалась. Положительных результатов, не видно. Маша скучала рядом. Она уже перебинтовала хищника, и теперь поглаживала зверя по лохматой голове. Впервые минуты, когда Люба особенно сильно кричала от боли, хищник жалобно скулил. Он, то и дело норовил взобраться на кровать посмотреть, что же происходит. Маша оттаскивала его, как только могла. Мысленно радуясь, что зверь не увеличивается в размерах, оставаясь не больше средней собаки. Сейчас он спал, тяжело похрапывая из его легких, вырывалось сиплое дыхание. Морду он прикрыл лапой, мышцы под шерстью подрагивали. Маша уже несколько раз меняла бинты на боку, но рана продолжала кровоточить. Зверь отказывался от еды и воды. Почти что насильно Маше удалось влить в зверя воду, переживая за возможное обезвоживание. После того, как зверь затих, свернувшись у дивана калачиком. Маша убралась в квартире, сходила в магазин, наготовила ужин, поговорила с соседкой, забрала Зазу. Заза без восторга приняла нового члена семьи. К счастью краран тоже ни как не отреагировал, ему было всё равно. Осмелев, Заза, даже подошла к хищнику, обнюхала, чихнула, и, вытянув хвост трубой, демонстративно убежала. Кошка значительно отъелась у соседки, если сравнивать с тем, в каком её нашли состоянии.
Спустя три часа, беспрерывной работы над телом, Вите удалось нащупать зёрнышки её оболочек. Он уже ловко отделял крупицы воздушного сгустка, превращая их в ткани. Начинающего ведуна терзали мысли: «а что если у меня не получится? Как я скажу об этом Владимиру? Страшно взглянуть и посмотреть, что с ней сейчас творится».
Владимир отметил, что медленно, но его девушка приобретает телесные формы. Тело её уже не было столь прозрачным, приобретая плотную матовость. Его тоже одолевали страхи: «вдруг, восстановившись, она меня не вспомнит? а вспомнит, простит ли?». Спустя шесть часов работы, Витя устало опустил руки и рухнул рядом с Володей на пол.
- Я больше не могу. Устал, мне нужно отдохнуть, - проговорил он.
- Давай, - согласился Владимир.
- Ребят я там ужин приготовила, идите, поешьте. Я с Любой посижу, - сказала Маша.
Подруга осталась одна. Она осторожно прикоснулась к руке Любы. Сейчас рука была словно из желе. Вроде имеет плотность, уж совершенно точно, не призрак, но всё равно, подруга оставалась хрупкой. Глаза Любы больше не горели зловещим белым светом. Тонкая сосудистая плёнка век прятала глаза.
- Люб, а я Зазу принесла, - сказала Маша хватая кошку с пола и ставя её рядом с Любой. Заза вытянув вперёд усики, понюхала хозяйку. – Она здоровая и с ней всё в порядке. Ты тоже должна поправиться. Ты же сильная. Люба, мы, - Маша, запнулась, слёзно смотря на прикрытые веки. - Я твоя подруга Маша. Очень тебя жду. Кто мне будет указывать на легкомысленность. Тыкать в недостатки. Витя тоже очень переживает, он даже со своим учителем был готовить поругаться ради тебя. Сложнее всего приходится Владимиру, он безумно устал, винит себя в случившемся. Честно сказать мы все виним, что не слушали тебя, а надо было. Прости нас всех. Так вот, Владимир любит тебя, очень-очень любит. И боится потерять. Я пытаюсь помочь странному зверю, что защищал нас на Северном полюсе. Он сильно ранен, я в растерянности, было бы здорово, если ты сама поможешь ему, нужно лишь, чтобы ты боролась, жила. Ты нужна нам.
Подруга сидела рядом, рассказывая о случившихся с ней приключениях, про напавшую лешачиху, про прекрасную водяную деву, которая была жертвой земляного царя, про северное небо, чистое и сияющее необычно яркими звёздами. Немного рассказала, что думает об отце Никифоре, и как она находится в неопределённых чувствах к Вите. Сама она не заметила, как этот разговор внимательно слушал Витя. По-тихому, как кошка он стоял за её спиной. Маша вздрогнула и подскочила, почувствовав, как чья-то рука касается плеча. Завидев Витю, виновато опустила глаза.
- Я никогда не сделаю, что-то действительно ужасное. Что ты не смогла бы понять. Тем более, что я прислушиваюсь абсолютно и полностью к твоим советам и пожеланием. И если мы хотим быть вместе, ты должна мне доверять, не сомневаться, а всецело, доверять. Это обязательно, и не подлежит ослушанию. Мне не хотелось бы тебя потерять, ты… Слишком живая для этого мира. Слишком сильная, внутри тебя энергия, которую мне не хотелось бы выпускать из своих рук, - проговорил он.
- Мне иногда кажется, что ты меня не любишь, а используешь. Ты питаешься моей жизненной силой, как вампир, ты видишь во мне, лишь путеводную нить. Знаешь ли, я не аленький цветочек, что бы исполнять твои желания, - шепотом возмутилась Маша.
- Но для меня ты аленький цветочек: ты вредная, злобная, но с правильной жизненной мотивацией, такой, какой мне не хватает, - сказал он смеясь. – Что же я буду делать без тебя, кто мне будет одежду гладить и готовить блинчики на завтрак, а парные носки искать?
Он погладил её по волосам, откидывая выбившуюся прядку за спину, притянул к себе, и нежно поцеловал в лоб.
- Нужно продолжать, - сказал он, и вновь склонился над Любой.
Когда Маша и Витя закончил разговаривать, в комнату вошёл Владимир.
Ночь. На столе светит ночник. В тенях абажура, в тёплой комнате, Витя и Владимир, пытаются спасти Любу, уже прошло больше двенадцати часов, и пока что нельзя было сказать, воспримет ли душа и разум тело, что если дух потеряется, так и не узнав себя. Они чинят тело, но что если оно всё равно умрёт?
В комнате тихо. Слышится спокойное едва различимое шептание песни Вити, да Заза мурчит, свернувшись калачикам под боком спящей Маши, которая завернувшись в плед, отдыхала на диване. Краран по-прежнему лежал на ковре, не шевелясь, отказываясь от еды и воды.
Окружающая тишина, словно искусственная, ненастоящая. На стене тикают часы, выбивая второй час ночи. С запавшими глазами, измученные бесконечностью времени, Витя и Владимир сидели рядом с Любой. Некогда сильные и здоровые молодые люди, больше походили на заправских компьютерных игроков, которые неделю не выбирались из комнаты, и демонстрировали окружающим, всё признаки гиподинамии. Они словно отдавали жизненные силы призраку.
Ночь продолжалась, ветер влетает в открытую форточку, играя с занавесками, и покачивая на столе плавающую в воде белоснежную кувшинку. Дуновения касаются кровати, на которой лежит девушка, ветер играет с волосами, остужая её горячую кожу.



Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 19
Опубликовано: 17.09.2016 в 22:03
© Copyright: Антонина Лаврова
Просмотреть профиль автора






1