ЦАРСТВО ГЛУПОСТИ И СТЯЖАТЕЛЬСТВА


ЦАРСТВО ГЛУПОСТИ И СТЯЖАТЕЛЬСТВА
В царстве глупости и стяжательства,
Среди гор барахла казенного
Есть приятное обстоятельство –
Я люблю тебя – это здорово!..
Николай Носков.
В июле 2007г. закончился мой расслабон после прохождения сборов в учебном центре
УВД, и мне пришлось вернуться на работу в райотдел. В последствие я не раз еще
вспоминал те прекрасные дни, проведенные в дружеском коллективе, как самые
счастливые и беззаботные за все годы службы.
Именно в это время в Уголовно-процессуальный кодекс внесли существенные
изменения, касавшиеся следствия и дознания. Теперь ч.2 ст.158 УК РФ (кража с
отягчающими обстоятельствами) передали из подследственности дознания следствию. Это
было определенно хорошо, так как данная статья была слишком сложная для дознания и
чаще всего мы просто не укладывались в отведенный для расследования срок (20 дней). В
результате, уголовные дела обычно передавалось для дальнейшего расследования в
следствие либо направлялось в прокуратуру недоработанными, из-за чего прокурор часто
возвращал их на дополнительное расследование, чем создавал массу излишних хлопот и
сильно портил показатели. Если и удавалось направить дело в суд, то это получалось в
ущерб другим уголовным делам, по которым потом приходилось лихорадочно работать
без сна и отдыха, чтобы наверстать упущенные сроки, доделать и направить в суд. Однако,
если раньше безликие дела (по которым личность преступника не установлена) по
дознавательским статьям, расследовало следствие, то теперь их расследовать должно было
дознание. Сроки расследования удлинили – теперь вместо прежних 20 суток (с
возможностью продления до 30 суток) нам давалось для расследования 1 месяц, с
возможностью продления еще на 30 суток и повторных продлений на 1 месяц, а в общей
сложности до полугода. Кроме того, теперь мы могли самостоятельно приостанавливать
расследование.
Изначально я был настроен вполне спокойно, думая, что и в новых условиях мы
работать сможем, но вскоре выяснилось, что я жестоко ошибался. Так получилось, что в
момент введения новых поправок в УПК большая часть дознавателей и начальник
дознания были в отпуске. Оставшиеся не справились с валом поваливших безликих дел, не
успевали по ним отработать необходимые следственные действия и занимались только
тем, что просто продлевали их каждый месяц. Как только я вышел, Макс, - бывший
участковый - ушел в отпуск, другая дознавательша уволилась.
Мне долго не давали звание майора милиции, хотя я уже переходил «в капитанах»
лишние два года. Я договорился с «Волчком» (начальник службы участковых) о переходе
к нему на майорскую должность старшего участкового, после чего подошел к «Буратине»
(наш начальник дознания), с вопросом о своем зачислении на должность старшего
дознавателя с целью получения давно заслуженного мной звания. Буратина как обычно
наорал на меня, заявив, что я сам виноват в задержке звания из-за того что поругался с
отделом кадров. Я сказал, что уйду в участковые. Буратина распсиховался еще больше,
решив, что я его пугаю и заявил, что теперь он мне не будет помогать с проверкой
уголовных дел и обвинительных актов, перед направлением в прокуратуру и вообще, что я
от него больше никакой помощи в расследовании не получу. Через день я пришел к нему с
подписанным Волчком рапортом о переходе в службу участковых. Очевидно, что такого
развития событий Буратина не ожидал. На рапорте он написал «возражаю», после чего в
примирительном тоне сказал, что согласен, чтобы я был зачислен на должность старшего
дознавателя. Однако подписывать согласие на это у начальника отдела дознания области я
буду сам. Позднее я узнал, что эту должность Евреев (тот самый начальник) присмотрел
для своей фаворитки – дознавательши Мирошкиной. Когда я пошел подписывать рапорт к2
новому начальнику РОВД – «Холчу», тот подробно расспросил меня обо всем, потом
попросил повременить с переводом, в связи с тяжелым положением в дознании. Так что
пока я оставался на прежнем месте.
А тем временем материалы проверок валили и валили. Мы хронически не успевали
отрабатывать по ним даже те, минимальные следственные действия, необходимые для
приостановления дела, как их приходилось готовить на продление. В тоже время нам
каждый день приходилось возбуждать все новые и новые «висяки». Кроме того
начальство, как обычно, требовало еще и направлять в суд дела «с лицами». Помню, Холч
выжал из меня обещание направить в сентябре в суд три уголовных дела, но мне удалось
только два. Сколько было высказано негодования и упреков! А ведь все остальное
отделение, вместе взятое, направило в суд только одно уголовное дело. Кроме того,
впервые эти дела ушли без всякой помощи со стороны Буратины. И вообще, вдруг
выяснилось, что я вполне хорошо разбираюсь в материалах проверок и могу сам
правильно решить, какой материал возбудить, а какой отказать, как правильно
мотивировать и расписать свое решение.
Как-то жена мне сказала, что она звонила на работу и случайно попала на Буратину. Он
попросил ее повлиять на меня, чтобы я не уходил из дознания. Вот значит как! Что имеем -
не храним, потерявши - плачем!..
Вскоре Буратина уволился, поняв, что в таких условиях работать будет невозможно.
После длительного больничного от нас ушел и наш прежний начальник МОБ (милиции
общественной безопасности), на его место назначили ранее мне знакомого по работе в
другом райотделе подполковника милиции Белочкина. Белочкин решил рьяно за нас
«взяться». Начал с поисков кандидата на место начальника дознания. Вскоре таковой
отыскался, но ознакомившись с обстановкой переводится на эту собачью должность
отказался.
Тем временем в службу участковых пришло много «школьников» после «школы
дураков» (как в народе прозвали школу милиции), большинство из которых были
«блатные» (дети или родственнички начальников всех мастей или «богатеньких папочек»),
которые ничего не понимали и понимать не хотели в своей работе, да и работать им тоже
не очень-то хотелось. Это были новое поколение – «птенцы Утконоса» (Путина) молодежь,
искренне уверенная, что милиция существует, только для того, чтобы вымогать бабло с
людей. Естественно, что материалы проверок они не умели ни грамотно отработать, ни
отказать и просто все тупо тащили в дознание как в помойку.
Как-то двое участковых, из «школьников», принесли мне два материала о краже двух
мусорных контейнеров в разных местах, в разное время, по сообщению со спецавтобазы.
Они, соединили их в одну «кучу» и кинули мне на стол «на возбуждение». Полистал.
Кроме «отношения» (аналог «заявления» для юридических лиц) и справки о стоимости
контейнеров ничего нет. Спрашиваю, где объяснения руководителя организации, лица,
обнаружившего факт хищения, где протокол осмотра места происшествия и схема к нему?
Они посмотрели друг на друга, потом как бараны вылупились на меня, тупо похлопали
своими глупыми глазенками и, ничего не ответив, вышли из кабинета. Пришлось идти к их
начальнику нести материалы обратно. Другой раз пришел стажер Тыквинов, со старым
допом по заявлению женщины, которой муж сломал нос. Бегло глянул материал,
оснований для возбуждения не обнаружил. «Что-за хрень?» - спрашиваю. Тот пробубнил,
что прокурорша материал смотрела и сказала возбуждать по ст. 119-й (угроза убийством).
«Ладно, оставляй». Тщательно изучаю весь материал. Об угрозах в ее адрес заявляет теща
«жулика», при повторном объяснении. Ни малейших намеков на то, что она воспринимала
их реально. Никакой доказухи. А жена вообще, давно с ним помирилась, претензий не
имеет и уверена, что «он ее любит». Думаю - либо прокурорша рехнулась, либо Тыквинов
опять свою «нехитрую крестьянскую хитрость» проявил, - решил, что сбрехав про3
прокуроршу, заработает «палку» за раскрытие. Пришлось пол-дня печатать постановление
об отказе (в возбуждении), тщательно расписывая все мотивы и основания решения.
Тем временем Макс (бывший участковый), выйдя из отпуска, сразу перевелся обратно
в службу участковых. В УВД еще долго цитировали брошенную им фразу, что «лучше
пусть у меня на руках будет 30 кусов (материалов доследственной проверки), чем 30
уголовных дел.
В новые начальники дознания никого не удалось заманить, каких только хитростей
руководство не предпринимало. Обычно все, кого приводили, ознакомившись с
состоянием дел, отказывались от столь «заманчивого» предложения. Кроме меня, в
отделении дознания еще оставались две дознавательши, правда и они, в октябре, одна за
одной ушли на длительные больничные. Еще в конце августа нам дали курсанта со школы
милиции и двух пэпээсниц, пожелавших стать дознавателями. Если курсант еще имел
какие-то общие представления о дознании, то пэпээсницы вообще в дознании «ни-бум-
бум». Только у нас они узнали, что помимо уголовного кодекса еще и уголовно-
процессуальный существует (по которому им и предстоит работать). Теперь из числа
полноценных дознавателей я остался один, и фактически замещал начальника дознания.
Время шло. В службу участковых меня по-прежнему не отпускали, так как работать
было некому. В октябре, по графику, у меня должен быть отпуск, но ввиду сложившейся
обстановки, мне сказали даже не заикаться о нем. Я пытался уехать в командировку в
Чечню на полгода, при этом я успешно прошел всех врачей, пообщался с будущим
начальником сводного отряда. Все шло успешно, но в последний момент подписать
заключение медкомиссии отказалась терапевт, сославшись, что у меня камни в почках, и
она не хочет отвечать, если вдруг меня в Чечне хватит приступ.
Оказавшись «за главного» в дознании, мне приходилось принимать материалы
проверок на возбуждение. Я пытался их не брать, так как они были не доработаны либо не
нашей подстледственности, но оставшиеся начальские тупицы не желали считаться с
законом, и требовали брать материалы и самим с ними разбираться. К слову сказать,
начальство тоже поменялось. Белочкина вскоре отстранили от работы. На его место
назначили придурковатую начальницу ПДН – Ежопину, по кличке «Макака». Начальник
РОВД ушел на больничный, его замещал начальник КМ (криминальной милиции)
Мальков. Как-то дежуря в опергруппе, мне довелось работать по сообщению о
преступлении. По этому случаю, очень характерному для тех тяжелых дней сохранился
текст моего объяснения:
«Находясь на дежурстве в составе СОГ 21.10.2007г. мной по поручению дежурного
были истребованы объяснения от доставленных из магазина «Юнмарт» примерно в 23.30
час. сотрудниками МОВО при ОВД… двух гражданок, согласно объяснений которых в их
действиях усматривались признаки состава преступления предусмотренного ст. 158 ч.2 п.а
УК РФ.
В предоставленном сотрудниками МОВО материале не было протокола осмотра места
происшествия, протокола личного досмотра, похищенный товар не изымался, не было
каких-либо бухгалтерских или кассовых документов подтверждающих факт хищения.
Магазин «Юнмарт» прекратил работу (в 23.00). Сведения, содержащиеся в объяснениях
задержанных, не подтвержденные другими материалами не могут служить основанием для
возбуждения уголовного дела.
Таким образом, учитывая, что:
- я не являюсь старшим в СОГ и принимать решение о выезде куда-либо не в моей
компетенции,
- принятие решения по преступлению предусмотренном ст.158 ч.2 п.а УК РФ
относится к компетенции следствия а не дознания,
- на принятие решению по сообщению о преступлении согласно ч.1 ст.144 УПК РФ
отводится 3-е суток, -4
в течение дежурных суток я не имел законных оснований для принятия решения о
возбуждении уголовного дела по данному происшествию».
На следующий день Мальков посмотрев недоделанный материал по «Юнмарту»
визжал, почему я не взял материал и не возбудил дело. Я объяснил. Тогда он стал визжать,
почему я не поехал доделывать материал в дежурные сутки. Я объяснил. Тогда он
потребовал, чтобы я брал материал и дорабатывал его сам. Я сказал, что завален
уголовными делами «выше крыши» и не имею физической возможности дорабатывать еще
и материал проверки. По ч.2 ст.158 УК это должен делать уголовный розыск. Но идиот
ничего не желал слушать и отдал материал Ежопиной, а та отписала его мне. Я отказался
его брать. Ежопина прицепилась ко мне как пиявка и требовала, чтобы я брал материал и
возбуждал дело. Все попытки объяснить, что я не уполномочен возбуждать статью, не
подследственную дознанию на нее не действовали. До ее крохотного мозжечка не
доходило, что даже если я возбужу уголовное дело по ее приказу, в нарушение закона, его
тут же отменит прокурор. Закончилось тем, что Ежопина всучила материал дознавательше
Жанке. Жанка уйдя на больничный отдала его мне. Я заново переопросил задержанных
девушек и возбудил по нему 2 уголовных дела по ч.1 ст.158 УК РФ. Естественно прокурор
мои постановления о возбуждении отменил и вернул на доп/проверку, так как в
происшествии все равно явно просматривалась ч.2 ст. 158 УК. Я возбудил по ч.2 ст.158 УК
РФ, как того и хотелось Ежопиной. Прокурор позвонил мне и спросил, не рехнулся ли я?
Объясняю, что рехнулся не я, а Ежопина при том очень давно. Начальник следствия
неперспективный недоработанный материал брать не хочет, а Мальков уверен, что
дознание - это помойка, куда всю «хрень» со всего райотдела надо сваливать. Прокурор
понимающе промолчал, постановление опять отменил, материал вернул на доработку. Чем
закончилась вся это эпопея точно не знаю.
В райотделе творился полный бардак. По показателям он скатился на самое последнее
место в области. Желающих пойти в начальники дознания так никого и не найти. В
отчаянии начальник областного дознания предложил даже пойти на эту должность мне.
Естественно я отказался. Кроме того, начальники всякий раз мне напоминали, чтобы я не
вздумал уйти на больничный. Понимая, что вся ответственность за работу подразделения
теперь лежит на мне, рассчитывая на благосклонность начальства в дальнейшем, я так и не
взял за этот период ни одного больничного, хотя имел на то все основания.
В конце концов, в декабре нам назначили начальником дознания следовательшу из
другого РОВД, а мне разрешили перейти в службу участковых. Правда, при этом
пришлось самому идти подписывать рапорт к ИО начальника МОБ Ежопиной. Макака
стала бубнить что-то типа того, что она уже «поручалась» за меня, когда меня принимали в
дознание, у меня в дознании «ничего не получилось» и теперь я «бегу» в участковые. Вот
это прикол!!! Такой бред я даже от тупой Макаки не ожидал услышать. О принятии меня в
дознание хлопотал еще прежний начальник МОБ, Ежопина в то время была зачуханной
ПДНщицей. В дознании со временем я приработался и в 2006 году, по показателям, занял
первое место в отделении, а моей колоссальной работоспособностью даже Буратина
хвалился. Из дознания меня 4 месяца не хотели отпускать, а в участковые я шел на
вышестоящую (майорскую) должность. Доказывать что-либо Макаке было бесполезно, все
равно она своим крохотным мозжечком ничего не поймет. Кроме того, о моем переводе
уже было согласовано с начальником РОВД, ее подпись была пустой формальностью, все
это «кривляние» был ее глупый бабский выпендреж. Пришлось промолчать, тупо покивать
головой и пообещать, что «исправлюсь».
Когда я уже ушел в участковые, на меня пришло представление из прокуратуры по
одному из уголовных дел. Вот объяснение, хорошо показывающее обстановку того
времени:
«Мной 09.11.2007г. были возбуждены уголовные дела №…27 в отношении Г.М.М. и
№…28 в отношении гр-на Б.А.С., 14.11.2007г. №…43 в отношении гр-на Б.С.В. по5
ст.159ч.1 УК РФ. По у/д № …27, мной был признан представителем потерпевшего и
допрошен гр-н С.В.А. 08.12.2007г. по вышеуказанным делам мной были подготовлены
постановления о продлении срока дознания на 30 суток.
17.01.2008г. я ознакомился с «Представлением об устранении нарушений…», смысл
которого сводился к тому, что мной вышеуказанные уголовные дела были направлены для
продления сроков дознания без каких-либо следственных действий.
В ноябре 2007г. в ОД ОВД… не было квалифицированных сотрудников: 1 ст. сержант
милиции Шалопаева С. проработала в качестве дознавателя менее 2-х месяцев, мл. сержант
милиции Бокравнева Ю. проработала в качестве дознавателя менее 1 месяца, мл. л-нт
милиции Бубенцов П.Ю. проработал в качестве дознавателя менее 3-х месяцев. Помимо
расследования уголовных дел мне пришлось фактически исполнять обязанность
руководителя отделения дознания, принимать и рассматривать поступавшие в ОД
материалы проверок, выносить постановления о возбуждении и постановления об отказе в
возбуждении уголовных дел, давать разъяснения и консультации вновь принятым в ОД
сотрудникам. Кроме того, в ноябре 2007г. мной было принято к производству 30
уголовных дел, находилось в производстве 54 уголовных дела. 2.11.2007г., 8.11.2007г. и
18.11.2007г. я дежурил в составе Следственно-оперативной группы, (9.11.2007г. и
19.11.2007г. отдыхал после дежурства). 16.11.2007г. был на подведение итогов в ОВД –
затрачено примерно 3 часа рабочего времени. 5.11.2007г. был праздничный нерабочий
день. Таким образом, для работы по уголовным делам в ноябре 2007г. у меня фактически
оставалось 17 рабочих дней. В декабре 2007г. мной принято к производству 1 уголовное
дело, находилось в производстве 51 уголовное дело. За указанный период 5.12.2007г. и
7.12.2007г. я находился в прокуратуре ожидая, а затем присутствуя при ознакомлении
прокурора… (по требованию последнего) с материалами проверки, переданными в ОД для
возбуждения уголовных дел, на что было затрачено 3 и 2 часа (соответственно). Начиная с
10.12.2007г. я был переведен в ООД УУМ. Таким образом, для работы по уголовным
делам в декабре 2007г. у меня оставалось 4 рабочих дня и 3 рабочих часа. В связи со
сложившейся обстановкой своевременно выполнять все необходимые следственные
действия по всем находящимся у меня в производстве уголовным делам было физически
невозможно.
Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание, что мне приходилось
напряженно работать, не считаясь с личным временем, даже несмотря на это,
своевременно выполнить все необходимые следственные действия по вышеуказанным
уголовным делам я не имел физической возможности. Отдавать предпочтение работе по
какому-либо уголовному делу, в ущерб работе по другим уголовным делам я не имею
законного и морального права, в связи с чем считаю подобные задержки с проведением
вышеуказанных следственных действий являются неизбежным результатом загруженности
работой и не укомплектованностью личным составом ОД ОВД и своей личной вины не
усматриваю».
Однако, не смотря ни на что, наконец «сбылась мечта идиота» - я ушел в участковые с
повышением, на должность старшего. Привыкать к новой службе, поначалу было тяжело,
так как я знал работу участковых только в общих чертах. Зато после дознания я хорошо
отрабатывал материалы проверки и готовил грамотные отказные, даже слишком
грамотные для уровня участковых. Так как ИО начальника МОБ была Ежопина, мои
слишком грамотно расписанные отказные бесили ее, она не понимала юридической
терминологии и речевых оборотов, злилась и всячески пыталась вернуть мне их для
переделки, думая, что это я такой «дурак», что не умею писать отказные «тупо» - «по-
участковски». Вот типичный пример (из моего объяснения):
«9.01.08г. примерно в 17.00 находясь в кабинете ПДН, Ежопина в присутствии
сотрудников ПДН допускала клеветнические высказывания в мой адрес, смысл которых
сводился к тому, что я был переведен из ОД в УУМ за плохую работу. На мое замечание,6
что предыдущие 2 года в ОД у меня были самые высокие показатели в работе, а в УУМ я
перешел по собственному желанию на более высокую должность (Ст. УУМ), т.к.
необходимо было получить звание, она угрожала расправой по служебной линии, допуская
высказывания, что разжалует меня (очевидно ей не известно, что понизить в звании может
только министр МВД РФ). Допускала оскорбления в мой адрес (типа «просыпайся») При
этом предъявляла ко мне заведомо невыполнимые требования, в частности, что я должен
каждый день, включая выходные и праздничные дни составлять 2 административных
протокола, помимо основной работы. Учитывая, что я работаю в данной должности 1
месяц (с 10.12.07г.), а подобных требований она не предъявляет даже к опытным УУМ
длительное время работающих в данных должностях, подобное поведение Ереминой
следует понимать как стремление оскорбить и унизить меня в глазах сотрудников, по
причине личных неприязненных отношений.
11.01.08г. примерно в 11.00 час. Ежопина Е.А. зайдя в кабинет УУМ, высказывала в
присутствии сотрудников ООД УУМ, в мой адрес оскорбления, смысл которых сводился к
тому, что у меня «в мозгах не порядок», и что она будет кидаться в меня материалами
проверки. На мою просьбу сказать какие у нее претензии к моему отказному материалу,
что-либо объяснить она затруднилась, после чего потребовала от меня написать
объяснение по данному материалу проверки. Пояснить повод и основание для написания
мной объяснения она затруднилась.
25.01.08г. после проведения мероприятий по отработке р-на Еремина Е.А. объявила,
что для участковых 3 и 4 УПМ 26 и 27 (суббота и воскресенье) объявляются рабочими
днями, нарушив тем самым ч.2 ст.14.3 «Инструкции о порядке применения положения о
прохождении службы…», согласно которой «Сотрудники могут при необходимости
привлекаться к службе сверх установленного времени только по письменному приказу
начальника соответствующего органа внутренних дел…»
Ситуация переменилась, только когда зам/прокурора, проверяющая отказные, в ее
присутствии похвалила их хорошую отработку и грамотную написание.
И все же Ежопина видимо не могла забыть того случая, когда я отказался брать у нее
материал по «Юнмарту» и всячески пыталась «нагадить» мне. Вот мое объяснение по
одному из таких случаев:
«Мной 24.12.07г. был получен материал КУСП №…87 от 23.12.07г. по заявлению К-
ой Е.Г. в отношении гр-ки К-ой Н.С. и ее дочери, которые периодически предъявляют к
ней необоснованные претензии о том, что она якобы шумит в своей квартире. 25.12.07г.
мной были опрошены гр-н К-ин В.А. (муж заявительницы), Ж-ва Е.И., З-ва Г.В., (соседи
гр-ки К-ой Е.Н.), К-ва Е.Н. Для полноты ясности происшествия необходимо было опросить
в качестве технического специалиста мастера ЖЭУ №27, однако застать кого-либо с 26 по
29 12.07г. на рабочем месте не представилось возможным, в связи с чем срок по материалу
проверки был мной продлен до 10 дней (до 2.01.08г.). Т.к. в соответствии с ч.2 ст.128 УПК
РФ «Если окончание срока приходится на нерабочий день, то последним днем срока
считается первый следующий рабочий день», т.е. 9.01.08г. Поскольку в выходные дни
ЖЭУ №27 не работает, мастер ЖЭУ №27 гр-н К-ев А.А. был мной опрошен 9.01.08г.
Вечером того же дня мной было подготовлено постановление об отказе в возбуждении
уголовного дела по п.1ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в действиях К-ой Е.Н. состава
какого-либо преступления.
Утром 10.01.08г. материал проверки был предоставлен для утверждения И.О.
Начальника МОБ Ежопиной Е.А., однако последняя, в первой половине дня на рабочем
месте отсутствовала. До 18.00 часов 10.01.08г. Ежопина Е.А. с предоставленными ей на
подпись материалами не ознакомлялась. Утром 11.01.08г. Ежопина Е.А. вернула
вышеуказанный материал проверки. Вразумительно пояснить причину своего поступка
затруднилась.7
11.01.08г. примерно в 11.00 час. Ежопина Е.А. потребовала от меня написать
объяснение по данному материалу проверки. Пояснить повод и основание для написания
мной объяснения затруднилась.
Каких-либо нарушений порядка рассмотрения сообщения о преступлении
произведенных мной в соответствие с требованиями ст. ст.144, 145 УПК РФ допущено не
было.
Учитывая вышеизложенное и принимая во внимание, что согласно ст.34 «Положения о
службе ОВД РФ» «служебная дисциплина в ОВД означает соблюдение сотрудниками ОВД
установленных законодательством РФ, Присягой, а также приказами МВД РФ, прямых
начальников порядка и правил при выполнении возложенных на них обязанностей и
осуществлении имеющихся у них правомочий», совершенно очевидно, что каких-либо
нарушений служебной дисциплины в ходе исполнения материала проверки допущено не
было».
Вскоре и на новом месте меня завалили работой. На меня свалили старые, давно
просроченные материалы, оставшиеся от прежних участковых, кроме того мне регулярно
подкидывали материалы возвращенные «на доп». После Нового Года я заикнулся было
насчет отпуска за прошлый год, но мне заявили, что это невозможно, так как на моем
опорном слишком много работы. Вскоре с моего УПМа один участковый ушел в другой
РОВД, другого уволили. Последний – Новиков - был неопытный «школьник», который
ничего не умел и не хотел делать. Он тоже был из числа «блатных», на него никак нельзя
было повлиять.
Завал продолжался, к маю у меня уже на руках набралось порядка 70 материалов,
которых я просто физически не мог отработать, так как помимо своей работы, участковых
«тыкали» на все мероприятия, связанные с охраной общественного порядка и даже ни как
не связанные с ним. Кроме того, периодически требовали выполнять задания
бессмысленные и бесполезные. Так, например, после взрыва возле «комка» (в другом
районе) с нас потребовали осмотреть все мусорки возле остановок, на своих участках, о
чем доложить рапортом. Зачем это нужно, не понимали даже сами инициаторы этой
глупой затеи. О том, что они отрывают участковых от работы они, разумеется, не думали.
В конце первого квартала, зная, что не отгуляв отпуск за прошлый год, пропадут
положенные к отпуску «санаторно-курортные» выплаты, я договорился с начальником
написать рапорт на отпуск и следующим же днем отозвать из отпуска. Так и сделали.
Формально я выбыл в отпуск, тут же был отозван обратно, получил «сан-кур» и продолжал
работать.
В мае ситуация стала вообще никакая. Меня тыкали на все дежурства, усиления,
мероприятия по охране общественного порядка. Работать приходилось по 13-14 часов в
сутки, почти без выходных. И все равно я не успевал. Валили все новые и новые
материалы, совершенно бесперспективные для возбуждения уголовных дел. В итоге
показатели были низкие, по протоколам я план не вытягивал, кроме того следователи
постоянно подкидывали нам «отдельные поручения».
Однажды мне всучили «безликий» материал по разбою. Это была подследственность
уголовного розыска, но начальник следствия отписал его нам. В тот же день я получил еще
5 материалов, один «входящий номер» (запрос) и материал доп. проверки, кроме того у
меня на руках оставались материалы с апреля – 63 шт. В этот же день с 10.00 до 12.00 (2
час.) я был задействован на отработке р-на с представителями Администрации г.Орла.
13.05.08г. с 09.00 до 12.00 час. (3 час.) я принимал участие в обыске с представителями
таможни по адресу пер.Ручной, д.46. 14.05.08г. с 16.00 до 21.00 час. (5 час.) – я был
задействован на дежурство в оцепление на футболе. 16.05.08г. с 20.30 до 22.00 час. (1,5
час.) выезжал на квартирную кражу. 17.05.08г.(суббота) с 16.00 до 21.00 час. (5 час.) –
был задействован на дежурство в оцеплении на футболе.8
Полностью своевременно отработать этот материал при такой загруженности я не мог.
Я попытался передать его для возбуждения уголовного дела в следствие, но
зам/начальника следствия отказался брать, из-за отсутствия заключения эксперта о
тяжести телесных повреждений потерпевшего. Эксперт бюро СМЭ дать какие-либо
пояснения без медицинских документов не мог. История болезни и мед/карта находились у
врача поликлиники. Врач ушел в отпуск, мед/карта была закрыта в его кабинете,
предоставить медицинскую карту на пострадавшего возможно только после окончания
лечения не ранее чем через 10 дней. Сроки по КУСП истекли, пришлось вынести
промежуточное решения - отказать до получения мед/заключения, намереваясь, когда
отказной вернется из прокуратуры, доработать его и отдать в следствие. Однако
прокурорша не просто вернула его «на доп», а с указанием возбудить по нему уголовное
дело, - большей «залет» для всего райотдела. В итоге новый начальник РОВД - типичный
деревенский «колхозар», по кличке «Тракторист» - поднял меня на совещании и пытался
припозорить перед всеми, попросив рассказать, как я «разбои отказываю». Я высказал, все,
что думаю обо всем этом бардаке и вышел из зала.
На следующий день, плюнув на все, я взял больничный. В ходе лечения у меня
обнаружились застарелые заболевания, которые я давно запустил и меня положили в
госпиталь где продержали еще около двух недель. Даже уйдя на больничный, я не сразу
отдал материалы, которые были у меня на руках, а еще пытался отработать, какие мог.
Только попав в госпиталь, я сдал оставшиеся.
Вот выдержка из отчета о проделанной работе за то время:
ЯНВАРЬ 2008г. Переход с прошлого года - 24 материала (3 КУСП, 21 материал
дополнительной проверки).
Получил: 17 материалов (7 КУСП, 7 МДП, 3 по алфавитному журналу):
Итого: 41 мат, (10 КУСП, 28 МДП 3 Алф.)
Списал в январе: 21 материал (8 КУСП, 10 ДОП. 3 Алф.).
остаток:20 мат (2 КУСП, 18 МДП)
Показатели: раскрыл 1 преступление (ст.116ч.1); составил 8 протоколов.
01.01.08г. – с 01.00 час. до 05.00 час. (4 час.) – дежурство на пл.Ленина,
06.01.08г.(воскресенье) – с 09.00 до 21.00 час. (12 час.) – дежурство на Ахтырской
церкви.
19.01.08г.(суббота) – с 14.00 до 22.00 час. (8 час.) – дежурство в ГНР (группа
немедленного реагирования)
22.01.08г.(вторник) – с 09.00 до 11.00 час. (2 час.) – изучение приказов МВД (по
инициативе начальника ОВД Личинова А.Н.)
24.01.08г.(четверг) – с 09.00 до 10.30 час. (1,5 час.) – занятия по служебной подготовке.
25.01.08г.(пятница) – с 16.00 до 23.00 час. (7 час.) – задействован на отработке района.
26,27.01.08г.(суббота и воскресенье) – Ежопиной Е.А. объявлены рабочими днями для
сотрудников 3-го и 4-го УПМ, в нарушение ч.2 ст.14.3 «Инструкции о порядке применения
положения о службе в ОВД».
ФЕВРАЛЬ 2008г. Переход с предыдущего месяца 20 материалов (2 КУСП., 18 МДП).
Получил: 42 материала, (18 КУСП, 21 МДП., 3Алф.)
итого: 62 мат (20 КУСП, 39 МДП., 3 АЛФ.)
Рассмотрел в феврале: 29 материалов (16 КУСП, 11 МДП, 2 Алф.)
остаток: 48 материалов (5 КУСП, 32 МДП, 1 алф.)
Показатели: раскрыл преступлений - 1 (ст. 112ч.1); составил протоколов – 8.
01.02.08г. – с 16.00 час. до 23.00 (7 час.) – отработка р-на,
07.02.08г.(четверг) – с 14.00 до 22.00 час. (8 час.) – дежурство в ГНР.
08.02.08г.(пятница) – с 9.00 до 17.00 час. (7 час.) – отработка дач.
09.02.08г.(суббота) – с 10.00 до 13.00 час. (3 час.) – задействован на встрече
Губернатора в «Горстрое», дежурство в ГНР.9
МАРТ 2008г. Переход с предыдущего месяца 33 материала (4 КУСП. 28 МДП, 1 алф.)
Получил: 27 материалов, (22 КУСП, 4 МДП, 1алф.)
итого: 60 мат. (26 КУСП, 32 МДП 2 алф.)
рассмотрел: 27 мат. (21 КУСП, 5 МДП, 1 Алф.):
остаток: 33 мат. (5 КУСП, 27 МДП, 1 Алф.)
Раскрыл преступлений: 1 (ст. 309 ч.2); составил протоколов – 9.
01.03.08г. (суббота) – с 09.00 час. до 21.00 час. (12 час.) – дежурство на избирательном
участке.
02.03.08г.(воскресенье) – с 07.00 до 01.00 час. 3.03.07г. (18 час.) – дежурство на
выборах.
14.03.08г.(пятница) – с 17.00 до 01.00 час.15.03.08г. (8 час.) – отработка р-на.
22.03.08г.(суббота) – с 08.00 до 13.00 (5 час.) дежурство на на Ахтырской церкви.
24.03.08г.(понедельник) – с 14.00 до 22.00 час. (8 час.) – дежурство в ГНР.
26.03.08г.(среда) – с 11.00 до 12.30 час. Нахождение в Ж/д администрации.
28.03.08г.(пятница) – с 17.00 до 01.00 час. (8 час.) отработка р-на.
АПРЕЛЬ 2008г. Переход с предыдущего месяца 33 материала (5 КУСП. 27 МДП, 1
алф.)
Получил: 40 материалов (35 КУСП, 4 МДП, 1алф.)
итого: 73 мат. (40 КУСП, 31 МДП, 2 алф)
рассмотрел: 22 мат.(21 КУСП, 1 Алф.):
остаток: мат. 51 (19 КУСП, 31 МДП. 1 алф.)
Показатели: составил протоколов – 8.
04.04.08г. (пятница) – с 17.00 час. до 23.00 час. (6 час.) – отработка р-на.
09.04.08г.(среда) – с 11.00 до 12.30 час. (1,5 час.) – в администрации района.
11.04.08г.(пятница) – с 10.00 до 12.30 час. (2.5час.) – совещание в ОВД.
12.04.08г.(суббота) – с 08.00 до 08.00 (24 час.) дежурство в ГНР – сутки.
16.04.08г.(среда) – с 11.00 до 12.30 час. (1,5 час.) – в администрации района.
18.04.08г. (пятница) – с 16.00 час. до 23.00 час. (7 час.) – отработка р-на.
19.04.08г. (суббота) – с 9.00 до 13.00 час. (4 час.) субботник.
23.04.08г.(среда) – с 11.00 до 12.30 час. (1,5 час.) – в администрации р-на.
24.04.08г.(четверг) – дежурство в ГНР - сутки.
26.04.08г.(суббота) – с 8.30 до 22.00 час. (13,5 час.) дежурство на Ахтырской церкви
перед пасхой.
30.04.08г. (среда) – с 9.00 до 11.00 час. (2 час.) совещание, занятия
МАЙ 2008г. Переход с предыдущего месяца 51 материал (19 КУСП, 31 МДП, 1 алф.)
Получил: 32 материала (25 КУСП, 6 МДП, 1 Алф.)
итого: 83 материала (44 КУСП, 37 МДП, 2 алф.)
рассмотрел: 43 мат.(40 КУСП, 1 МДП. 2 Алф.)
остаток: 40 мат. (4 КУСП, 36 МДП)
Показатели: раскрыл преступлений - 1; составил протоколов – 7
06.05.08г. (вторник) – с 12.00 час. до 15.00 час. (3 час.) – Дежурство в кафе «Лабиринт»
(чествование ветеранов).
07.05.08г.(среда) – Дежурство в ГНР – сутки, 8.05.08г. – отдых после дежурства.
09.05.08г.(пятница) – с 08.00 до 10.00 час. (2час.) – дежурство на пл. Мира.
12.05.08г.(понедельник) – с 10.00 до 12.00 (2 час.) – отработка р-на, дежурство в ГНР –
сутки.
13.05.08г.(среда) – с 09.00 до 12.00 час. (3 час.) – Участие в обыске с представителями
таможни по адресу пер.Ручной, д.46.
14.05.08г. (среда) – с 16.00 час. до 21.00 час. (5 час.) – дежурство на футболе.
16.05.08г. (пятница) – с 20.30 до 22.00 час. (1,5 час.) Выезд на квартирную кражу (ул.2
Белгородская, 52-282)10
17.05.08г.(суббота) – с 16.00 до 21.00 час. (5 час.) – дежурство на футболе.
26.05.08г.(понедельник) – дежурство в ГНР – сутки, 27.05.08г. – отдых после
дежурства.
31.05.08г.(суббота) – с 8.00 до 20.00 час. (12 час.) дежурство на автогонках в р-не пл.
Ленина.
ИЮНЬ 2008г. Нет данных.
Показатели: составил протоколов – 1
03.06.08г. (вторник) – с 17.00 час. до 8.00 час. 4.06.08г. – дежурство в лагере «Ветерок»,
4.06.08г. – отдых после дежурства.
07.06.08г.(рабочая суббота) – Дежурство на лодочной станции с 14.00 до 18.00час.
09.06.08г.(понедельник) – с 08.00 до 08.00 час.10.06.08г. – дежурство в ГНР – сутки.
10.06.08г. (вторник) – вышел на больничный.
Пока я был на больничном, начальником участковых назначили старую канцелярскую
«секретутку» Янину. Не знаю, какой дебил из начальников решил такой «кадровый»
маразм. Это как если назначить балерину тренером боксеров.
Когда я вышел с больничного, уже в июле месяце, ситуация коренным образом
изменилась. Так как участковый Новиков с нагрузкой не справился, мне на опорный дали
еще трех человек, в том числе Тыквинова. Пока у меня ничего на руках не было, я
попросился в отпуск. Ежопина, скорчив свою «морду лица, обезображенную интеллектом»
заявила, что отпуск я не получу, так как достаточно отдохнул на больничном. Я пошел в
УВД жаловаться руководству. Оттуда перезвонили в ОВД и попросили разобраться.
Разъяренная Ежопина потребовала с меня письменное объяснение о том, где я был. Я
написал юридически грамотно, используя привычные мне юридические обороты и
термины. Естественно Ежопина мало, что поняла и, решив выставить мое объяснение на
всеобщее осмеяние, зачитала его на совещании участковых. Потом на меня подготовили
служебную проверку и объявили очередной выговор. Но все-таки на отпуск им пришлось
согласиться.
Начальство решило потребовать с меня доработать несколько Новиковских
материалов, отдежурить пару дежурств, после чего разрешили уйти в отпуск. При этом
мне заявили, что отпуск дадут только за текущий год, а за прошлый – шиш. Я тщательно
изучил «Положение о службе…», Трудовой кодекс и «Инструкцию о прохождении
службы…» и выявил, что если меня отзывали из отпуска, то я имею право присоединить
неиспользованную часть отпуска к отпуску в следующем году. Памятуя, что я формально в
отпуск уже выходил, и даже как бы 1 день отгулял, я напечатал длинный рапорт, с
просьбой предоставить отпуск за текущий год в соответствие с - указал пункты и статьи
нормативных правовых актов - попросил присоединить неиспользованную часть отпуска
за прошлый год. Когда я подписывал рапорт у Ежопиной, она небрежно поглядела в него
«как на афишу коза», и подписала свое согласие. Отыскав Трактора, сунул рапорт ему. Он,
как обычно, не читая сказал «оставляй». На следующий день я получил подписанный
рапорт и пошел оформлять в отдел кадров. Когда кадровичка Ира рассчитывала, до какого
числа мне отдыхать, внимательно прочитав рапорт, перезвонила Макаке, уточнив, на какой
срок именно, она подписала. Ежопина заявила, что имела ввиду только за текущий год. Так
мне и рассчитали. Опасаясь, что Ежопина может переправить резолюцию, перед тем как
отнести рапорт в отдел кадров, я снял ксерокопию.
Когда я отгулял большую часть рассчитанного мне срока, я вновь зашел в отдел кадров
к кадровичке Яне и напомнил, что мне отпуск рассчитали неверно. Изучив текст, она
согласилась со мной, и пересчитала по-новой, включив неиспользованный отпуск за
прошлый год, за исключением 1 дня. Потом я узнал, что Ежопина сильно бесилась и
психовала от того как я их обставил с рапортом. Кто-ж виноват, что она такая тупая и
читать не умеет?!11
Что было после, лучше не вспоминать. Как и следовало ожидать, мою дальнейшую
службу начальство решило превратить в АД. Когда я вышел из отпуска, уже в октябре
месяце, на меня «наехали», стали требовать показателей, «завалили» материалами,
«затыкали» дежурствами, подготовили представление о взыскании на меня, за плохую
работу Новикова(!). Кроме того, меня поставили в график на отпуск на следующий год в
январе (фактически я ушел в отпуск только в начале февраля). Когда в марте я вышел из
отпуска, в первый же день меня поставили дежурить в опергруппу. Вечером, сидя в фойе
райотдела на первом посту, я узнал, что Янина зачитала объявление участковым, что я
переведен на другой, дальний опорный, на должность простого участкового. Зная, что
подобные переводы без моего согласия недопустимы, я заявил Яниной, что никуда не
перейду, а если они собираются переводить меня в нарушение закона, обжалую приказ в
прокуратуре. Обе тупицы (Янина и Ежопина) долго психовали, орали на меня, угрожали
расправой, но ничего сделать не смогли. Янина еще сказала, что влепит выговор и лишит
премии, если я не пройду диспансеризацию (остальные прошли ее, пока я был в отпуске).
Я скорее «кинулся» в поликлинику. Когда проходил ЭКГ, у меня обнаружили что-то с
сердцем и сразу отправили на больничный. Я пытался убедить врача, что сейчас мне
болеть никак нельзя – меня за это «с говном сожрут» начальники. Врач сказала, что не
собирается нести ответственность, если я вдруг завтра помру. Выходя из ее кабинета, я
спросил, чем вообще вызвана это «сердечное недоразумение». Врач сказала, скорее всего –
результат «милой беседы» с начальством.
Больничным я так и не воспользовался, так как торопился поднять показатели, и
болеть было некогда. На этот раз не помер – повезло.
Далее мне стали «гадить» везде и во всем еще больше. Завалили материалами,
дежурствами, поднимали и материли на каждом совещании, стараясь опозорить перед
всеми. Необоснованно урезали все квартальные премии до минимума. Придирались к
каждой мелочи, какие у других участковых «в упор не замечали». Ежопина старалась по
каждому поводу и без повода вернуть мне материалы проверок для переделки, видимо
добивалась, чтобы я их просрочил. Так как в самих материалах она ничего не смыслила, то
придиралась обычно к орфографическим ошибкам и опечаткам. На такой случай я всегда
имел при себе дискету с текстом отказных, тут же в классе участковых исправлял их и,
распечатав заново, опять подходил к Ежопиной за подписью. Ежопина злилась, но
подписывала.
Вскоре в честь какого-то торжества, всех старших участковых вызвали в УВД на
торжественные мероприятия и концерт. Когда перед входом в актовый зал меня
регистрировал один из наших кураторов, он долго глядел в списки, потом сказал, что там
записан Сашка Тыквинов, а не я. Вот как, значит, Янина настолько уверилась, что я
безропотно перейду на другой опорный простым участковым, что уже Тыкву везде
записала в качестве старшего участкового на моем опорном! Памятуя, что недавно Янина,
заходя в класс участковых, споткнулась и упала, сломала руку и ударилась головой, - я
напомнил куратору об этом случае, сказав, что очевидно Янина головой ударилась
слишком сильно, вот и чудит. Куратор понимающе покачал головой.
По весне к нам пришел с проверкой Кастратых - куратор из УВД. Желая «вылизать
попец» Ежопиной, на совещании перед всеми участковыми, он красноречиво «обгадил»
меня (морально). Вечером Кастратых пришел к нам на опорный. Проверяя документацию,
обнаружил мелкие недостатки у всех, однако «домахался» и вновь «обгадил с ног до
головы» только меня.
Потом Ежопина вышла в отпуск, а после отпуска почти сразу ушла на больничный. За
это время я смог немного перевести дух. Когда она вышла, уже я недельку отдохнул на
больничном. Потом про меня написали благодатную статью в местной прессе, при помощи
журналиста с моего участка, после чего меня несколько месяцев не трогали – очевидно
опасались «шумихи» в прессе. Потом Ежопина опять ушла на больничный. К слову говоря,12
проводить в отпусках и на больничных по 3-4 месяца в году, было для нее обычным делом.
Так мал-по-малу мне удалось дотянуть до своего срока выслуги лет (в льготном
исчислении). Я пошел в пенсионный отдел УВД, попросив рассчитать срок, когда именно
я смогу уйти на пенсию. Мне рассчитали. Выяснилось, что срок подходит 6 сентября.
В общем-то, за последний год, я неплохо подтянул свои показатели: С начала 2009 года
по август, я раскрыл 6 преступлений (еще одно, уже в начале сентября я «подарил»
молодой сотруднице с нашего опорного), составил 57 протоколов, проверил по месту
жительства - ранее судимых, состоящих на учете ОПНД, владельцев огнестрельного
оружия – 57 чел.
Вскоре после 6 сентября я ушел на больничный. Уж теперь я, ничего не боясь,
спокойно оттянулся на больничных почти полтора месяца. Я брал больничные листы, по
разным заболеваниям, пока мне их давали. Когда в последнем больничном мне отказали, я
пошел в отдел кадров и попросил направить на Военно-врачебную комиссию, в связи с
увольнением на пенсию. В результате я еще почти 4 недели проходил ВВК. После ВВК
меня сразу не уволили, так как для оформления документов в отделе кадров УВД
понадобилось еще более месяца. На работу я уже не выходил, хотя исполнять материалы
проверок своим сослуживцам по опорному пункту по-прежнему помогал.
К слову сказать, никто из руководителей, перед увольнением, на работу не выходили.
Начальница группы кадров, уходя на пенсию, почти полгода не выходила на работу. Наш
Буратина, подав рапорт на увольнение формально еще 2 недели «отрабатывал», правда при
этом ни разу на работу не вышел. Вспоминая все те дни и часы, переработанного сверх
нормы времени, без всяких отгулов и компенсаций, я считал вполне справедливым
продолжать не выходить на работу. На работе думали, что я на больничном, а в кадрах
думали, что я на работе. Подвоха никто не заметил. В декабре я зашел в РОВД подписать
рапорт на увольнение. Зашел в отдел УУМ к своим родным участковым, пообщался. Все,
как всегда, хлопотали и суетились по службе, заваленные работой. Им было не до меня:
«Мертвый не воскрес, хворый не загнулся,
Зрячий не ослеп, спящий не проснулся…
Весело стучали храбрые сердца,
Отряд не заметил потери бойца…»
Заглянул в актовый зал на совещание. В президиуме все те же. Тракторист, со своей
деревенской рожей, опухшей от бухла. Мелкая сморщенная морда Макаки в очках.
Придурковатая Янина, как всегда ноющая с трибуны, что она одна в отделении работает, а
участковые «все тунеядцы и бездельники…»
«…Чудовищные, дьявольские хари перед собой невольно видишь ты!..»
- невольно вспомнилось мне.
Рапорт мне подписали, и я ушел в отставку, на заслуженный отдых.
Что еще добавить? Свою работу старшего участкового я любил. Однако благодаря
этим блатным дебилам из числа руководства не довелось мне еще послужить ни закону, ни
народу.
«Я на веки останусь, видимо, в этих списках пропавших безвести
На фронтах той войны невидимой одаренности с бесполезностью».
Жители моего участка (прихожане) в основном, относились ко мне положительно.
Даже уйдя на пенсию, я по-привычке, еще долго ходил на свой опорный, помогал, чем мог,
своим бывшим сослуживцам. Потом я узнал, что как-то в отделе зашла речь обо мне,
выяснилось, что я, оказывается, был «хорошим» участковым. Меня, оказывается, ни кто
«не гнал», а я «сам ушел». Про то, как меня «выживали» последние два года они, наверное,
забыли.
Увольняясь, я ознакомился с материалами своего личного дела. Оказалось, что за
время работы в РОВД при прежнем начальстве, у меня были одни премии, награды,
поощрения за хорошую работу. А взысканий, которые мне объявляли последние два года,13
когда начальство сменилось, в личном деле не было. Как мне «намекнули» в кадрах, они
были явно не законные, поэтому кадровики их просто припрятали.
До сих пор добивает та чудовищная несправедливость, когда я не считаясь ни с чем,
практически один, в ту суровую осень 2007 года, когда все разбежались, тянул, как мог все
дознание, остался без отпуска, болел, но не брал больничные, старался. А потом никто о
моих заслугах и не вспомнил. Даже в отпуск нормально уйти не дали и, в итоге, выжили со
службы.
Однако не ко мне одному так отнеслись. Это судьба каждого простого сотрудника
милиции не имеющего родственных связей или «блата». Пока ты работаешь – будут
держать, чтобы работал за всех, тянул показатели… Но стоит только немного надломиться,
не выдержав всех тягот и лишений службы – доломают и выкинут. Как пел Егор Летов:
Нас разрежут на части и намажут на хлеб,
Коренными зубами разжуют, а потом…
Нас из жопы высрут вон…
Ноябрь-декабрь 2014г.



Рубрика произведения: Проза -> Очерк
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 26
Опубликовано: 13.09.2016 в 19:31
© Copyright: Ринат МАРАКУЛИН
Просмотреть профиль автора






1