Мир льда (книга 2). Глава 5: Владимир возвращается.



Ранее утро, началось с клубящегося тумана. Непроглядная дымка спускалась с гор и захватывала лагерь. Сквозь, сизую пелену, просачивалось мутное солнце. Совсем не согревающее светило, пыталось прогреть, покрытую изморозью землю. Всё ещё зелёные травинки, сверкали инеем, искрясь радужными переливами, отражаясь от серебристого морозца. Было холодно. Осень вступила в свои права. Владимир, задумчиво смотрел, на природу. Потом выдохнул воздух, провожая взглядом рассеивающийся тёплый пар. Снова полез в шалаш, за кофтой. Одевшись теплее, пошёл в молитвенную комнату. Там застал учителя в окружении трёх учеников, все они сидели на полу, в своих комфортных позах. Владимир, бесшумно сел рядом, погружаясь в дрёму. Он силой заставил тень, покинуть своё тело. Она словно ощущая пронизывающий ветер, не хотела оставлять «насиженное» место. Но выбора у неё не было. Владимир вобрал в себя ощущение покинутого тела. Стены становятся мягкими, физическая оболочка пустеет, застывает, движения прекращаются, и дух безболезненно возносится. Владимир взглянул на окружающих его товарищей. Все как один, были холодны, безжизненны. Их души, вились неподалёку, не здесь, но скорее всего рядом, готовые в любую секунду вернуться к родной, «скорлупе». У темнокожего Зубери из Мавритании, выходило хуже всего. Он сидел так же, словно уснул, только его дух, будто цепляясь за что-то, пытался вырваться из связывающих оков, но безнадёжно. Тело Зубери приобретало интересный вид. То высовывалась рука, то из живота по пояс выползал призрачный силуэт, он пытался ползти по полу, покинуть физическую оболочку, но спотыкался, падая лицом на бревёнчатый пол. И фантомный дух, чем-то невидимым втягивался назад, вплетаясь в телесное естество. Этот темнокожий воин, был очень силён. Прекрасно сложен физически, очень умный, начитанный. Говорит на пяти африканских диалектах, а также на шести иностранных: английском, китайском, немецком, арабском, французском, итальянском языках. Однажды, учитель поставил его в пару с Владимиром, на рукопашный бой. Остальные ребята с облегчением вздохнули, радуясь тому, что он не достался в их противники. И совершенно оправданно радовались. Зубери, с лёгкостью отклонил любое наступление Владимира, лишь отмахиваясь, и отпрыгивая в сторону. Замучив до смерти, он одной рукой поймал Владимира за шею, поднял над землёй, осторожно, чтобы не сломать шейные позвонки, и легонько отшвырнул в сторону. Володя упал на землю, перекувырнувшись через голову, ударился спиной и плечом о дерево. Да так и остался, там сидеть, тяжело дыша. Зубери, спокойно посмотрел на него, подошёл, сел напротив:
- Ты в порядке?- спросил он на превосходном английском языке.
Владимир кивнул. Зубери, по-доброму протянул ему руку, поднимая на ноги, участливо держа за локоть. Он прекрасный воин, добрая душа, лучше всех остальных понимающий возложенную на него ответственность. Но со своим духом он справиться не мог. Учитель его подбадривал, много часов проводя с ним в медитациях, помогая освободить сильную душу.
Владимир посмотрел на наставника. Учитель сидел в сонной позе, рядом с ним, зависло его призрачное тело. Дух качнулся, открывая прозрачные глаза, посмотрел на Владимира, улыбнулся, и снова застыл.
Владимир вознеслась над лагерем. Такой опыт был для него новым. Раньше, он пользовался своей способностью, как двойником в битвах, тень могла драться, пугать, отвлекать, забирать на себя часть врагов. Но только в лагере, Владимир научился смотреть её глазами, и видеть мир, по-другому. Тут всё казалось бледным, не чётким, как смотреть сквозь мутные солнцезащитные очки. Зато звуки, и расстояния не имели значения. Это было удобно. Интересно. Незримый Владимир отправился на ближайшую гору. Сидя на скале, смотрел на лагерь окружённый стеной возвышающихся скал.
В октябре месяце, некстати большинство учеников мастера Донга, простудились. Ещё бы, большинство не привыкли к таким климатическим условиям, и суровому выживанию, поэтому здорово подорвали иммунитет. Владимир попытался, нащупать своих товарищей, большинство духов, страдали, были слабы, и совершенно отказывались откликаться на зов себе подобной души. Если так можно выразиться, намертво вцепившись в свои простудившиеся физические оболочки. Владимир с нежностью отметил, как дух, боится покинуть своё тело, тревожно лелея, и боясь отдалиться.
Проглядывая сквозь позолоченный свет, молодой человек посмотрел на свою ладонь, затем сквозь неё взглянул на мир, причудливый, серый, в сплетениях тумана созданных прозрачными клетками своего духа. Если тело это пучок мышц, сосудов, клеток и всё это работает за счёт связей нейронов, которые посылают импульсы, заставляя работать организм, как одно целое. То дух то же самое сплетение клеток, их нельзя потрогать, нельзя увидеть обычным зрением, но тут тоже проходит едва уловимая энергия, клетки соединены собой, как жилы, внутри груши. Дух не бесплотен. Недаром, в редких случаях, некоторые люди, могут увидеть пучок этой жизни. И даже почувствовать: страх, холод, ощущения. Владимир закрыл глаза, возносясь над горой. Вверх. Вверх. Выше. Открыл глаза. Кругом темно. Очертания горы, спряталось внизу за облаками. Солнце, разгневанно ослепляет. Можно ли приблизиться. Чем ближе он к светилу, тем сильнее начинает смазываться его оболочка. Дух, остановился, закрывая глаза, ища тело. В тот же момент, Владимир схватился за живот, и закашлялся, почувствовав, как кто-то положил ему на спину руку. Это был учитель, он гневно смотрел, на своего ученика.
- Никогда не пытайся вмешиваться в физические процессы, столь масштабные. Они не предназначены для души, они попросту тебя раздавят. Это была грубая ошибка, - выпалил наставник.
Владимир кивнул, на него смотрели, четыре товарища по лагерю. Кашляя, он вышел на свежий воздух. Огляделся, заворожено смотря, как от его одежды, отходит дым. Он дотронулся до лица. «Словно в микроволновку засунули», - подумал он. Владимир, взял лук, и пошёл в лес. Идя по натоптанным следам, и думая, о том, куда его сегодня занесло, он не заметил, как к нему незаметно подкрался Лим. Бесшумно затаившись за деревом, он сшиб Владимира с ног, и прислонил кинжал к горлу.
- Ты сдурел? – проговорил Владимир.
- Нет. Суть моего обучение кроется в выработки навыка шпионажа. Я должен быть не заметным. Поэтому учитель, мне дал добро иногда нападать на вас. Для вас это тоже прекрасный повод потренироваться, - весело сказал он. – А вообще пойдём, на дальний склон вон той горы, - Лим махнул рукой, указывая на север. - Наставник сказал, чтобы мы набрали лекарственных трав, пол лагеря слегло. Нужно вытаскивать ребят. Поможешь?
Владимир и Лим, несколько часов только добирались до дальнего края равнины. Там дойдя до горы, пошли вдоль её края. Обойдя южный склон, они увидели отвесную стену, высотой в сто метров, заканчивающуюся каром. Ребята переглянувшись, зашагали туда. Это было глубокое, но чистое озеро. Владимир лёг на живот, свесился вниз, опуская руки по локоть, вода мириадами иголок впилась в кожу, обхватывая и кусая пальца. Владимир вытащил руки, зачерпнув воды, побрызгал себе на лицо и шею. Вода приятно пахла, свежестью и чистотой, и была словно посеребрённая. На дне озера, отчётливо виднелись камни, и скальные гребни, будто тут и глубины вовсе нет.
- Ух. Тут, наверное, метров десять. Никак не меньше, - по-английски говорил, канадец Лим. – Ладно, пошли. Предлагаю забраться повыше, вон над той скалой. Видишь клок земли. Чувствую, там мы найдём, то, что нужно.
Владимир кивнул, поднимаясь, отряхиваясь и направляясь следом за Лимом. Они обогнули гору, и пошли к месту, куда указывал канадец. Забравшись на горное плато, они огляделись, и внимательно стали ходить кругами, ища искомое. Наконец, Лим радостно ахнул. Побежал к группе фиолетовых цветов. Там немного помучившись с выкапыванием их из земли, подошёл к Владимиру:
- Смотри, его называют «лавзея» или «рапонтикум сафлоровидный». Это прекрасное укрепляющее средство. Помогает от переутомления, и стресса. Но нам нужны только корни. И не собирай всю поляну. Видишь, там тоже растёт кучно. Ты выкопай несколько, больше не нужно, - Володя посмотрел в сторону Лима, - он долго растёт. Мы испортим всю систему роста, проговорил канадец.
Он склонился над травами, осторожно роя землю, и аккуратно вытягивая корни. Владимир сделал то же самое, оставив небольшой участок не тронутым. Лим, удовлетворённо хмыкнул, когда набрал нужное количество корней. Ребята продолжили путь дальше, за горой оказалась очередная равнина, широкая, покатая, уходящая далеко вниз, к широкой реке. Там Лим, ходил по поляне, выбирая нужные растения. Владимир ходил следом, запоминая неизученную им терминологию, в ботанике. Лим увлеченно собирал травы, выкапывал корневища, осторожно оплетая их тканью, убирая в широкий деревянный рюкзак за спиной. Он нашёл траву «зубровку», которая помогает от температуры. Вместе с Владимиром набрали «купыря лесного» и «лука скороды». Набрав полный короб, они пошли обратно, попутно зайдя на уже изведанное ими озеро, на котором они тщательно промыли плоды, и корневища, осторожно, чтобы не повредить, разделяя белые склизкие корни.
- Откуда ты всё это знаешь? – спросил Владимир. Когда они шли назад в лагерь.
- Я родился и вырос на севере Канады в деревне Форт-Мак-Ферсон. Глухая деревня, никаких достопримечательностей, ничего интересного. Я со своими братьями часто убегал в горы, или на озера. С родителями выбирались на соседние острова. Там собирали лекарственные травы. По-другому было попросту не выжить. Когда вырос я поехал к тётушке в Ванкувер, окончил школу, поступил в колледж, а потом и в институт, на биологический факультет. Со временем, увлёкся, ландшафтным дизайном, этим и занимаюсь по жизни. Много путешествовал, вдохновился культурой Китая, с их невероятной природой. Сюда, приехал, не столько для развития боевых навыков, хотя это бесспорно важно, а прежде всего из-за местной флоры. Одно из самых богатых мест на планете, это Алтайские горы, редкие травы, чудные животные. Удивительная природа, на стыке многовековой тектонической плиты, - увлечённо рассказывал Лим, уверенно смотря прямо перед собой.
По дороге в лагерь, канадец рассказывал, о той или иной траве, попадавшейся по пути. В лагере, он сразу же пошёл к учителю, с докладом. Где он вместе с обеспокоенным наставником, тут же принялся за приготовление отваров. К сожалению, сами травы должны будут высохнуть на солнце, поэтому приготовление лекарств было отложено минимум на завтрашний день, а может и на послезавтрашний. Но витаминный салат, из купяря, и лука, облитым рыбьим жиром, они приготовили сразу. Здоровые ребята, по-прежнему занимались своими делами, оттачивали навыки, медитировали, выполняли поручения наставника.
По приходу, лагерь, Владимир, достал подарённое учителем оружие сай, долго крутил его в руках, оценивал вес, осматривал конструкцию рукоятей, подбрасывал в воздух, затем ловил. К нему подошёл Рамиро, из Венесуэлы, с предложением вступить в бой. Отказаться было не вежливо, поэтому Владимир согласился. Учитель подарил Рамиро, загадочное и эффектное оружие Текко-каги. Этот бой обещал быть интересным, оба оружия великолепны в защите, на что делал упор наставник, но и как боевой вариант выглядели они внушительно. Владимир был явно в проигрыше. В его арсенале лишь пара клинков, в отличие от устрашающих металлических лап-когтей, что были у Рамиро. Он принял боевую стойку, немного пригнулся вперёд, широко расставляя руки, и больше походил на свирепого медведя, готовящегося к атаке. Владимир спокойно стоял напротив, прокручивая в пальцах клинки. Противники поклонились друг другу. И вот, широко шагая, Рамиро двинулся вперёд, удар когтями сверху, Владимир блокирует крест, накрест сложив два сая. Рамиро, наотмашь бьет, целясь в живот, противнику, но Владимир отпрыгивает немного назад, резко падает на землю, и тут же атакует ногой. Рамиро, перекувырнулся на спину, поднялся, снова устремляясь в бой. Володя, отбивался, меняя направления лезвий, наступление не удавалось. Он ловил одну руку, тут же подныривая или перепрыгивая от удара второй когтистой лапы. Может другую тактику выбрать? Владимир почти, что налетел на Рамиро, уходя от атаки вниз. Предполагая, что драться вплотную с противником будет не возможно. Дезориентированный Рамиро попытался было оттолкнуть Владимира, тот развернув сай рукоятью вперёд, ударил по лицу Рамиро. Тот ошарашено отошёл, крутя головой, из разбитой губы сочилась кровь.
- Ты готов? Лови? – просипел ему улыбающийся Владимир.
Бросок, один клинок сорвался с рук, устремляясь к Рамиро, тот одним взмахом железных когтей, отбросил в сторону сай, приближаясь. Второй бросок, и снова звук удара железа о железо. Владимир прыжком сократил расстояние между Рамиро, схватил его за предплечье, залом за спину, удар коленом в корпус, и противник на земле. Но тот быстро сообразив, ударил по ногам, тыльной стороной когтем, местом, где они не заточены. Владимир грузно рухнул на спину, на какое-то мгновение, перед глазами потемнело. Рамиро склонился над ним, вонзая когти в землю по обе стороны шеи.
- Ты умер, - прошептал парень.
- Ты тоже, - сказал Владимир.
Рамиро осмотрелся, в одной руке Владимир держал сай, который почти что упирался в живот противнику. Венесуэлец улыбнулся:
- Чёрт нужно было подальше отбросить твои клинки, тебе повезло, – сказал он, пожимая противнику руку.
Володя почтительно кивнул. За дракой ребят наблюдали, все кто был поблизости, даже некоторые заболевшие, выглянули посмотреть. Владимир заметил довольного учителя, стоящего у шалаша, тот поманил молодого человека к себе. Владимир, нашёл улетевший сай, сложил его в футляр. И побежал к наставнику.
- У меня к тебе такое поручение. Знаешь ли ты, что заболевшему телу, можно помочь быстрее избавиться от хвори, помогая душе очиститься. У самого заболевшего порой на это не хватает сил. А вот ты, я, мы, каждый обученный, может поспособствовать выздоровлению. Так что вперёд, иди, тренируйся. Ты лечишь Юни.
Владимир, пригнувшись, вошёл в шалаш, там, на спальнике сипел и шмыгал носом фин. Он открыл глаза, и даже попытался улыбнуться:
- Привет, - прохрипел он, морщась от боли. - Это кошмар какой-то, «чих», - потянулся к носовому платку. - Ты, значит, лечить меня будешь, надеюсь, у тебя всё получится, ото уже сил нет. Самое главное не убей меня. «Чих»… Зараза… «Чих»
- Расслабься, попробуем, тебя поставит на ноги. Ты только не отвлекай меня, лежи молча. А лучше вообще спи.
Владимир, сел рядом с Юни, взял его горячую руку. Очень долго дух, ни как не мог сосредоточиться, не желая покидать тело. Юни, уснул. Владимир открыл глаза, создал свою тень. Долго смотрел на неё, в попытках посмотреть её глазами. Странно не пускает. Наконец, прободавшись ещё немного, Владимир отпустил своё тело, переселяясь в тень. Призрачные глаза, посмотрели на Юни. Он выглядел по-другому, нежели здоровый, ощущалась боль, как тела, так и души. Сами очертания духа, были резкими, порывистыми и дергающимися. Владимир решил, что нужно успокоить мечущуюся душу. Он осторожно протянул призрачную руку, к голове Юни. Дух финна, было, задёргался сильнее, даже попытался противиться, отталкиваясь и вжимаясь в тело. Владимир ослабил натиск. Через несколько минут снова приближаясь. Тень Юни, со временем свыклась, и даже успокоилась. Владимир мысленно послал свои внутренние силы, через руки. Энергия, медленно сочась, бежала к телу финна. Из палатки Владимир вышел, когда на небе зажглись первые звёзды. Учитель похвалил за проделанную работу:
- Молодец, правильно решил, что дух в заболевшем теле, нужно, прежде всего, успокаивать и держать в этом состоянии, чтобы тело заболевшего могло, боролось с простудой.
- Учитель, у Юни, всего лишь признаки простуды. Какова же боль, при раковых опухолях, ну или не знаю, хотя бы при пневмонии. Можно ли вылечить эти болезни?
- Эх, было бы здорово, если бы мы могли лечить. Но у нас нет таких сил. Лечат врачи, вот кто действительно мастера своего дела. Мы лишь помогаем духу. Чтобы он не мучился, - грустно сказал учитель. – Но сейчас не об этом. Сейчас, ты пойдёшь к реке, пройдёшь вдоль берега, по краю леса, метров триста, там ты увидишь, большой камень, выглядывающий из воды. По нему бежит река, омывая гранит. Сразу под камнем, кремнистое дно, приподнятое выше, средней глубины. До него нужно доплыть, совсем не много. Но хочу тебя предупредить, даже летом вода течёт ледяная, что же ждать сейчас, осенью, ты сам можешь догадаться. Попробуй, высвободить дух, в таких условиях, - сказал учитель, разворачиваясь и уходя. – Заодно, это прекрасная профилактика простуды, - крикнул он в след.
- Угу, если я не заболею вовсе, - понуро сказал Владимир, тихо, чтобы не было слышно.
- Не исключено, – прокричал совсем уже далеко ушедший учитель.
Владимир покорно пошёл. Ему вовсе не хотелось лезть, в ледяную воду, но и ослушаться наставника, он не хотел. Пока он пробирался между, деревьев, болевшая после душного шалаша голова, значительно проветрилась, стало гораздо лучше. Его ещё немного кружило. «Заболеваю? Или просто усталость?». Река яростно метала камни, разбивая их о дно, или зацепив, несчастную корягу, швыряла её на берег. Владимир, разделся на берегу. Дотронулся кончиками пальцев ноги воды. И тут же отдёрнул стопу. Зло посмотрел куда-то в небо, ища смысла своим страданиям. Небо молчало. Угрюмо созерцая волевые попытки молодого человека. Войти в разбушевавшуюся водную стихию, казалось непосильной задачей. Тело упрямо протестовало, от возможной опасности, ноги словно приморозило к земле, не оторвать. Возможно, чёрные небеса даже ненароком посмеивались, ибо попытки действительно были жалкие. «Это как себе руку отрубить, ну не могу я этого сделать», - думал Владимир, мысленно себя, ругая, за слабохарактерность. «Всё, нужно сосредоточиться. Один шаг и станет легче. Один шаг, даже лучше прыжок». Вздох. Выдох. Прыжок. Ледяная вода, тут же иголками впилась в тело. Владимир почувствовал, как тут же закоченели его пальцы. Он вынырнул, тут же наткнувшись на большой камень, о котором говорил учитель. Руки не слушались, а нужно ещё как-то перелезть через него, и удобно расположиться для медитации. С помощью попутного течения, он перебросил ноги вниз, река, била ледяной водой в лицо и грудь, едва не сбрасывая с камня. Отпускать нельзя, убьет, если не об дно, так размажет о берег. Наконец, нащупав под ногами, крепко лежащий камень, Владимир осторожно разжал руки, по шею погружаясь в воду. «Быстрее, нужно быстрее действовать, не смогу через минуту покинуть тело, уйду, иначе околею», - твердил он сам себе. «Не думать о холоде. Нужно сосредоточиться на раскатах воды. Успокоить дыхание». Тело медленно погружается в оцепенение. Холод тут даже сыграл на руку, помогая быстрее выдрать дух из тела. Тень, возникла рядом, по пояс, находясь в воде. Призрачный силуэт посмотрел на ноги, быстрое течение, уносило с собой водные брызги, что отскакивали от прибрежных камней. Капли проходили сквозь тень, рассеивая воздушную оболочку, и не давая собраться. Он поднялся над водой. Уселся на камень, вода бежала гонимая течением, вовсе не тревожа прозрачное тело. Раскатистый рёв реки сменился тишиной.
Тень открыла глаза. Знакомая квартира. Кругом темнота. На кухне слышен скрежет. Дверца холодильника открыта. Заза, рвёт зубами кусок сыра, разрывая лапами пакет, она рычит, злиться. Тень внимательней всмотрелась, кошка, стала грязной, тощей, некогда гладкая шерсть, теперь торчала страшными колтунами. По полу разбросаны остатки еды и упаковок. Некоторые кухонные дверцы, словно выворочены на изнанку, из них вывалились и рассыпались по полу крупы. Заза, оторвалась от поедания, пробежалась по полу, цепляя линолеум длинными неухоженными когтями, взобралась на раковину, и стала лакать воду, из сочившегося крана. Странно. Тень метнулась сквозь стену в комнату, никого нет. В ванне также пусто. В голове болезненно защекотало, словно надорвалось, в области солнечного сплетения, потяжелело. Владимир полетел в комнату, чтобы осмотреться внимательнее. Окно открыто: «она улетела, но как будто бы давно, пару дней назад или даже недель. Неужели не вернулась? Что происходит? Где она?» Тень заметалась, подлетая к окну всматриваясь в ночное небо, то кидаясь к раскрытой кровати. Картины. Картина, последнее, что она рисовала. Он подлетел к трём мольбертам, стоящим вокруг стула. Тут Заза, счастливым клубочком спит на подоконнике, за окном ночные звёзды, на Зазу, смотрят три маленьких серых существа, толи бабочки, толи большие грязные снежинки. Следующая картина, лес, время, движется к закату, последние лучи солнца освещают землю, приятным розовым светом. Над деревьями, завис ворон, разбросав в стороны огромные чёрные крылья. Взгляд птицы прикован, к тем же серым бабочкам. И третья картина, город. Над городом, какое-то существо. Тень дернулся, почувствовал холод, от которого стало тяжело дышать. Владимир вынырнул из воды, цепляясь за берег. Он закашлялся, выплёвывая воду. Как так получилось, что он нырнул в воду, и сам не понял, хотя это не мудрено, находясь почти, что уснувшим по шею в воде, где на тебя со всех сторон льются тонны воды. Он выплыл на берег, устало упал на живот, его трясло. Когда способность дышать восстановилась. Он приподнялся на руках, дотянулся до одежды, наспех оделся. Выпуская вперёд себя тень, попрыгал в лагерь, минута он уже на равнине. Учитель Донг стоял вокруг ребят, вооружённый гуньшу. Он что-то говорил, потом показывал выпад, и заново повторял движение.
- Мне нужно уйти, - сказал Владимир, подходя к наставнику.
Мастер Донг удивлённо застыл, посмотрел в глаза молодому человеку, задумался на минуту. Взглядом подал жест другим ученикам, заняться своими делами.
- Ты уверен, что, тебе нужно уйти. Все твои путешествия вне тела, могут оказаться лишь иллюзией, всего лишь твоим страхом. Ты тут пробыл лишь половину времени, дальше будет сложнее, и тем самым важнее. Ты уверен?
- Это была не иллюзия. Я ухожу. Возьму машину, и попрошу в городе её отвезти обратно, где взял. Извините учитель, но, я чувствую, точнее, нет. Знаю, что происходит, что-то плохое, и я должен уйти.
Учитель не стал возражать. Владимир, молча, собрал вещи, побросав их в рюкзак, большую часть, оставив, чтобы быстрее дойти до автомобиля, до которого три дня пути. Но такого времени у него не было в запасе, он рассчитывал, что уже к утру сможет добраться. Он попрощался с учителем, пожелал удачи товарищам по учёбе. И побежал на запад в лес. Когда свет от костра, перестал маячить за спиной, оставив молодого человека в кромешной тьме. Он, отпуская свою тень, вперёд, попрыгал по её следам. Он мгновенно оказывался на вершине гор, минуя подъёмы в тысячи метров, то ухал в глубокие ущелья, в сотни метрах под землёй. Преодолевал леса, цепляясь за деревья. Пространство вокруг, звенело от скорости. Образы окружающей природы смазывались в единый серый ком, сделанный из мутных красок. Тело стало надрывно болеть от напряжения. Рассвет. Красным диском над горизонтом стало появляться солнце. Началось сильное испарение, прозрачной дымкой устремившееся в небо, закрывая собой проникающий повсюду свет. Владимир, стоит на скалистом отроге, холодно. Ещё бы было иначе, вышел налегке, и не обременил себя заботой одеться теплее. Он отправил тень, на дальний видимый участок. Очередной горный выступ. Прыжок, наконец-то он добрался. В низине, расположилась какая-то глухая промышленная зона, на стыке урбанизации и леса, были припаркованы два автомобиля. Владимир нырнул, к одному из них, сел за руль, поехал в город. Дорога была долгая и ухабистая, особенно первое время. Потом шла широкая автострада. Владимир глянул на часы, он уже ехал двенадцать часов, а до города, ещё долго. Машина, как назло ехала медленно, хотя он ехал по максимально допустимой скорости. В голове гуляла назойливая мысль, что если бы он прыгал тенью по Сибири, добрался бы быстрее. Хотя понимал, что это не возможно, он бы выдохся уже к вечеру. Промышленная зона, сменилась лесом, потом, каким-то маленьким населённым пунктом. Не останавливаясь, он мчался в город.
Здание аэропорта. Три часа ожидания. Пока ждал самолёт, отдал автомобиль, с указаниями, где оставить. Хорошо заплатил за услугу. Попытался позвонить Вите, в трубке лишь гудки. Зло, стукнул телефонной трубкой, привлёк к себе внимание стражей порядка. Те что-то пошептали в рацию, и уже не спускали глаз во Владимира. «Спокойнее, нужно быть спокойнее. Я не смогу ей помочь, если просижу в тюрьме Китая, пока российское посольство, будет выяснять причины хулиганства». Зал ожидания. По стёклам стекают капли дождя, дрожа, когда взлетает очередной самолёт. Владимир прикрыл уставшие глаза. Тень возникает рядом. Волевое усилие. Время замедляется. Звуки съёживаются. Шум шагов, взлёт самолёта, упавшая бутылка воды из рук маленькой девочки, что сидит у дальней стены зала. Движение людей останавливаются, самолёты зависают в воздухе, капли дождя начинают двигаться вверх по стеклу. Рокот, сменяется затишьем. Тень, мысленно ныряет в созданный разумом туннель. В комнате светло, тут ещё день, кошка лижет лапы, выбирая зубами свалявшуюся сальную шерсть между подушечками пальцев. Звуки, как из водопада, упали на Владимира. Он вздрогнул, озираясь. Задремал. Всё также вокруг хаотично бродили люди. Как забавно, спешат по своим делам, есть ли во всём этом смысл? Куда-то торопятся, возможно, также спасать чью-то жизнь? Голос из колонок оповестил, что прибыл самолёт. Долгая посадка. Владимир смотрит, как в небо поднимается тяжёлая железная конструкция, мысленно он твердил: «Ну, же быстрее, быстрее». Спустя какое-то время мимо проходит красивая, вежливая стюардесса, предлагает напитки, закуски. Владимир только сейчас понял, что не ел, почти двое суток. Он вежливо поблагодарил стюардессу за ужин. После уснул. Спустя два часа снова пересадка, и снова длительный восьми часовой полёт. Уже в Москве, Володя, взял в аренду автомобиль, и поехал в родной город. Мысленно моля: «Пусть это было всего лишь наваждение, пусть это будет иллюзия, пусть мы скоро увидимся».




Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 23
Опубликовано: 09.09.2016 в 13:03
© Copyright: Антонина Лаврова
Просмотреть профиль автора






1